Электронные книги по юридическим наукам бесплатно.

Присоединяйтесь к нашей группе ВКонтакте.

 


 

 

История государства и права России

 

Ответственный редактор :

доктор юридических наук, профессор, академик Международной Славянской Академии Чибиряев С.А.

 

Москва 1998


Авторский коллектив учебника:

С.Г. Кара-Мурза, проф., академик Академии гуманитарных

наук, главы 10-17

В.М. Курицын, докт. юрид. наук, проф.. Заслуженный работник

МВД - главы 5,6,8,9.

С.А. Чибиряев, докт. юрид. наук, проф., академик Международной Славянской Академии - введение, главы 1-4,7


История Государства и права России: Учебник для вузов/Г75. Под ред. С.А. Чибиряева - 1998 - С. 528.

Учебник подготовлен с учетом новейших исследований проблем истории отечественного государства и права и соответствует требованиям учебной программы по курсу.

Государственность и право нашего Отечества - явление уникальное в мировой цивилизации. Этим объясняется тот факт, что авторы дают свое видение многих, казалось бы, известных исторических событий и государственно-правовых институтов. Особенно это касается послеоктябрьского (1917 г.) периода истории государства.

© Коллектив авторов, 1998 г.

© “Былина”, 1998 г.

 

 

 

Введение

В данном учебнике авторы при изложении материала опираются на современные исследования, предлагая свою трактовку ряда принципиальных положений.

Российская государственность - явление уникальное, ибо само государство явилось продуктом уникальной евроазиатской цивилизации. Сравнительный анализ развития Российского государства и государств Запада дает тому немало свидетельств. Яркой иллюстрацией таких особенностей является, например, процесс объединения многочисленных племен и народностей вокруг Руси. Они не были стерты с арены мировой истории, как это случилось при западной цивилизации, а приобрели свой государственно-правовой статус, культуру и письменность.

Что касается источников отечественного права, то они также “одеты в национальные одежды”, а во всей истории нашего законодательства мы не найдем примеров, когда оно было бы механически скопировано с иностранных образцов. Всякие попытки внедрить в России иностранные институты права терпели неудачу, либо эти институты перерабатывались на русский лад. События последних лет, разрушение великой державы, страдания миллионов людей, все новые и новые открывающиеся факты и обстоятельства заставляют по-новому взглянуть на историю российской государственности и права.

Авторы учебника, стремясь уйти от жестких идеологических установок, свойственных исследованиям прошлых и последующих лет, предлагают нетрадиционный подход к таким проблемам, как взаимоотношения Руси и Хазарского каганата, Руси и Золотой Орды, смысл и значение Куликовской битвы 1380 года, крестьянской реформы 1861 года, причины крушения Российской империи, становление двух цивилизаций, породивших два совершенно противоположных общества - западное и наше традиционное.

И еще одно необходимое предуведомление. В учебнике не ставится цель ответить на все вопросы курса, для этого потребовался бы больший объем. Однако авторы, излагая темы, руководствовались государственным стандартом по данной дисциплине и соответствующей ему учебной программой.

Наибольшее внимание уделено в книге советскому периоду истории нашего Отечества, и это вполне оправданное предпочтение. Дело в том, что многие, даже очень многие явления и события этих лет были по существу представлены нашему читателю с позиции интересов той или иной группы людей или той или иной системы власти. Развитие, расцвет, кризис и крушение Советского государств и порожденной им системы права - особый период в истории государственности Руси - России, а шире - это период в истории евразийской цивилизации.

В момент глубоких кризисов государства, подобных революциям 1917 г. или разрушению СССР, социальный процесс следует понимать не как составляющую изолированных конфликтов, а как систему цивилизационного кризиса, который невозможно объяснить частными причинами. Он охватывает все общество, коренным образом трансформирует жизнь всех социальных слоев, а вопрос “быть или не быть” в буквальном смысле встает перед каждым членом общества.

Сущность институтов государства и права может быть правильно понята лишь исходя из типа того общества, которым они порождены. Определять тип общества по единственному признаку господствующей в нем социально-экономической формации (феодальной, капиталистической, социалистической) недостаточно. Феодальная Россия - это далеко не то же самое, что феодальный Китай, а капиталистическая Англия и Россия периода капитализма весьма различны несмотря на единство экономической формации.

По мере того, как складывались современная западная цивилизация (“Запад”) и колониальные империи, обретала стройные формы и идеология, получившая название евроцентризм. Ее главный тезис состоит в том, что якобы существует единственно правильный путь развития общества, который удалось пройти Западу, только в пределах западной культуры человек живет в цивилизованном гражданском обществе. А остальные народы уклонились от этого пути и отстали. Среди “отставших” оказались и народы СССР.

Для западных геополитиков Россия сегодня - побежденная страна. Разрушение ее экономики, государственности только тогда будет окончательным и бесповоротным, когда произойдет распад российской культуры, русской в основе своей. Россию они называют расколотой страной и даже мысли не допускают о существовании российской цивилизации.

Американский политолог Хантингтон в своей книге “Столкновение цивилизаций” обосновывает неизбежность раскола России тем, что государство-гигант объединяет множество народов, якобы не связанных единой культурой. Ни слова не говорится о великой русской культуре, обеспечившей единство многообразия - многовековую историю евразийского государства, каковым и было государство Российское во все времена. Русского народа, объединившего вокруг себя различные народы в уникальную многонациональную общность, по мнению западных политиков вроде бы вообще не было и нет.

Россия никогда и никому не прощала насилия над собой. Ни предателям, ни иноземцам. Зреет ли у нас сопротивление нашествию варваров, исповедующих “конвейерное” мировоззрение? Зреет. Главный признак того - пробуждение национального сознания, с чего всегда начиналось возрождение России. Все настойчивее заявляет о себе русская идея, отражающая объединительную роль великого народа в воссоздании многонационального (союзного и централизованного) государства. Эта идея не узконациональная, а общенациональная. Идея коллективистская. Это противоядие американщине, несущей в себе культ индивидуализма.

Евроцентризм не имеет под собой научных оснований и состоит из набора мифов, которые меняются в зависимости от обстановки (“обмен идеями, людьми и информацией”, “жизненные интересы США в любой точке Земли” и др.)

Через призму евроцентризма вся история Советского государства и права видится неправильной, а часто и необъяснимой. Поневоле приходится прибегать к вульгарному психоанализу, сводя дело к комплексам и психическим отклонениям “тиранов” и мистическим тайнам “рабской души” русского народа.

Напротив, в свете теории нашего традиционного (а не западного) общества история Советского государства и права укладывается в рациональные умозаключения, приводящие к логическим выводам.

Когда средневековая Европа превращалась в современный Запад, произошло освобождение человека от связывающих его солидарных общинных человеческих связей. Капитализму нужен был человек-одиночка, человек-товар. Поэтому и община всегда была его главным врагом.

В России разрыва этих связей не произошло несмотря на воздействие капитализма и реформу Столыпина, крушение коллективных хозяйств на селе. В России человек остался соборной личностью, средоточием множества человеческих связей, осознающим свою причастность той или иной солидарной группе: семье, сельской общине, трудовому коллективу, где один за всех и все за одного.

В России всегда была важна идея “общего дела”, скрепляющая личности в общество. И наличие общей идеи, принятой большинством граждан, придавало государству большую силу. Напротив, сомнения или разочарования в этой идее приводили к разрушению государства.

Различие нашего государства и государств Запада хорошо видно при сравнении голосования в парламентах и Советах. Если в парламенте голосование есть конкуренция партий (пусть даже с перевесом в один голос),

то в Советах голосование, как правило, есть ритуал согласия. Здесь стремились обеспечить единогласность. Тот же смысл имеют выборы в представительные органы. На Западе выборы-политический рынок, на котором партии “продают” свои программы и получают плату в виде голосов граждан, на Руси же выборы являлись плебисцитом. На них одобрялась общая линия государства.

Коммунистическая партия заняла в политической системе особое место, без учета которого не может быть понят тип Советского государства. До сих пор дело представляется так, будто превращение партии в каркас всей системы и ее сращивание с государством-реализация концепции В.И. Ленина, возникшей из-за того, что политически неподготовленные и малограмотные депутаты не могли справиться с задачами государственного управления. Следует однако иметь в виду ту реальную обстановку в стране, которая сложилась после Февральской революции 1917 г., когда излишняя самодеятельность множества местных органов власти буквально рассыпала государство. Ощущалась настоятельная потребность в такой центростремительной силе, которая, обладая непререкаемым авторитетом была, бы включена во все Советы и в то же время, следовала бы не местным, а общегосударственным интересам. Такой силой стала Коммунистическая партия - большевиков.

Закулисный форум для поиска компромиссов и выработки решений свойственен парламентской демократии. Так, в США высшая финансовая, промышленная, политическая, военная, научная элита соединена в сеть закрытых клубов, где и происходит невидимое согласование интересов и выработка решений. Подобное происходит и в международном масштабе, о чем говорят встречи в Давосе.

Не имея возможности в рамках этого курса проводить широкий сравнительный анализ западного и советского общества как продуктов двух разных цивилизаций, мы лишь обращаем здесь внимание на необходимость постоянного учета их различий при изучении институтов государства и права, даже весьма схожих внешне.

Историю отечественного государства и права нельзя изучать вне прямой и непосредственной связи с теми явлениями, которые их породили и которые определили как их содержание, так и особенности функционирования. При этом следует иметь ввиду, что действие экономических факторов, будучи решающим и определяющим в историческом развитии, является не единственным рычагом, который влияет на ход этого развития.

История государства и права рассматривает процесс непрерывного развития. В истории нет ничего раз навсегда данного, ничего вечного. Все находится в состоянии непрерывного движения и изменения, в ходе которого одно умирает, другое укрепляется и побеждает. И еще одно - история не знает сослагательного наклонения. Она пишется набело.

Всем вышесказанным определяется в своей совокупности тот метод, с помощью которого оказывается возможным научное, единственно достоверное освещение истории отечественного государства и права.

 

Глава 1

ДРЕВНЕРУССКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПРАВО (1Х-Х11вв.)

 

Долгие века на территории Восточной Европы классовое общество географически ограничивалось узкой прибрежной полосой в Причерноморье, где возникли и развивались греческие города-полисы.

Из истории древней Эллады известно, что на северных берегах Черного моря (или Понта Эвксинского, как называли его греки) возникло много греческих колоний-полисов, по преимуществу в устьях больших рек и при удобных морских бухтах.

Из этих городов-государств наиболее известны: Ольвия в устье Буга, Херсонес в окрестностях нынешнего Севастополя, Пантикапей на месте нынешней Керчи, Фанагория на Таман-ском полуострове, Танаис в устье Дона.

Древние греки обыкновенно не удалялись от морского берега и предпочитали привлекать к торговле народы, жившие севернее этой узкой полосы, где по примеру Древней Греции утвердились рабовладельческие государства.

Торговля сблизила греков с местным населением, образовывались смешанные эллино-скифские поселения, а в Пантикапее возникло сильное государство, называемое Боспорским (по имени пролива Боспора Киммерийского).

Боспорское царство, города Херсонес и Ольвия достигли значительного процветания и оставили после себя замечательные памятники: остатки городских укреплений и улиц, отдельных жилищ и храмов говорят о высоком развитии архитектуры, много предметов высокой художественной ценности.

Известно, что Аттика получала половину необходимого ей зерна именно от скифов через Боспорское царство.

На рубеже новой эры вместо скифов в соседстве греческих колоний оказываются сарматы, аланы и роксаланы. Все эти племена принадлежали к тому же самому иранскому корню, к какому принадлежали и более ранние скифы.

В начале III в. н.э. Боспор становится во главе всех крымских городов, защищая их от набегов сарматских племен. Боспор, как и другие причерноморские античные города во II веке н.э., неуклонно теряет экономические связи с Грецией.

В 50-70-х годах III в. воинственные племена готов вторглись в Боспорское царство, разрушив дотла Пантикапею, Тиритаку и другие города. А следом обрушилось нашествие гуннов. Гонимые гуннами готы перешли в пределы Римской империи. Гунны образовали обширное государство, в котором объединили многие покоренные племена. Сила гуннов была сломлена междоусобицами в их среде и восстаниями покоренных племен. Гунны, дошедшие во времена правления их знаменитого вождя Аттилы до нынешней Венгрии, были отброшены на восток, и государство прекратило свое существование.

§1. Восточные славяне, их происхождение и общественно-политический строй

Славянские народы принадлежат к древнему индоевропейскому единству, включающему современные германские, балтийские, романские, греческие, иранские, кельтские и индийские народы.

На этапе расселения этого единого конгломерата народов (первая половина II тысячелетия до н.э.) еще не было самостоятельных общностей - славянской, германской, балтийской.

Прародину славян следует размещать в широкой полосе Центральной и Восточной Европы, где славяне под именем венедов и славен были известны уже в готские и гуннские времена.

К V в. расселение славян прекратилось: на юге осели балканские славяне, на западе - чехи, моравы, поляки, на востоке - русичи. Восточная ветвь славян пришла на Днепр, вероятно, в V-VII вв. н.э. и, постепенно расселяясь, дошла до озера Ильмень и до верховья Оки. Вблизи Карпат остались хорваты и волыняне (дулебы, бужане). Поляне, древляне основались на правом берегу Днепра и на его правых притоках. Северяне, радимичи и вятичи перешли за Днепр и осели на его левых притоках, причем вятичи продвинулись на Оку. Кривичи расселялись в верховьях Волги и Западной Двины. На северных и северо-восточных окраинах своих новых поселений славяне оказались в непосредственной близости с финскими и литовскими племенами. В пределах нынешней России финны жили с незапамятных времен. Различные народности (чудь, весь, эсты,меря, мордва, черемисы, вотяки, зыряне и др.) занимали лесные пространства всего русского Севера и районы по Волге, Оке и Каме.

Пришедшие с низовьев Волги к устью Камы кочевые булгары обосновались здесь, перешли к оседлому Образу жизни, построили города, в которых началась оживленная торговля.

Бассейны рек Немана, Западной Двины, часть прибалтийской территории занимали литовские племена: литва, жмудь, пруссы, ятвяги и др.

На смену гуннам из Азии в VI в. на просторы Восточно-российской равнины выдвинулось новое монгольское племя -авары. Они осели в Северном Причерноморье и на Венгерской равнине, пока их не ассимилировали германцы и славяне.

А на территории, замкнутой между Волгой и Кавказом, образуется Хазарский каганат. За хазарами в южнорусских степях появились тюркские племена: печенеги, половцы, а позднее-татары.

Так последовательно в продолжение почти целого тысячелетия южные степи нынешней России были ареной борьбы пришлых племен: готы сменились гуннами, гунны - аварами, авары - уграми и хазарами, хазары - печенегами, печенеги - половцами, половцы - татарами. Проникая через Урал или Кавказ, кочевники держались вблизи от черноморских берегов, в степной полосе, удобной для кочевья, и не заходили далеко на север, в лесные пространства нынешней средней России. Леса спасали местное население, состоявшее главным образом из славян и финнов, от воинственных кочевых племен.

К числу соседей русских славян принадлежали также варяги. Они жили “за морем” и приходили к славянам “из-за моря”. Именем “варягов” славяне назвали норманнов, выходцев из Скандинавии. Они стали появляться с IX в. среди славянских племен в виде военных и торговых дружин. Трудно сказать, что заставляло варягов покидать свою родину. Они торговали или нанимались на русскую или византийскую военную службу, или же просто искали добычи и грабили, где могли.

Славянское расселение проходило, как правило, по речным системам. Славяне овладели истоками Днепра, Волги, Западной Двины, озером Ильмень и рекой Волхов. В их руках оказались чрезвычайно важные пути сообщения. Из Финского залива через Днепр славяне выходили к Черному морю, к “грекам”, т.е. в Византию. Другой столь же важный путь шел по Волге, в земли волжских булгар и Хазарское царство, на Каспийское море.

Развитая система рек объясняет нам быстрое и широкое расселение славянских племен на занятой ими равнине. В лесах славяне занимались охотой, бортничеством, реки были богаты рыбой. Леса укрывали славян от кочевников.

Удобство речных путей, таким образом, послужило тому, что между многочисленными славянскими племенами поддерживались разносторонние связи. Постепенно были подготовлены сплочение славянских племен в единую древнерусскую народность, образование единого государства.

В конце V в. происходят два взаимосвязанных события, которые являются ответами на вопрос летописца-монаха Киево-Печерского монастыря Нестора: “Откуду есть пошла Руская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть”? (“Повесть временных лет”):

1. Великое расселение славян на юг, за Дунай, на Балканский полуостров, когда славянские дружины отвоевали у Византии половину ее территории.

2. Основание Киева на Днепре во время княжения Кия. Город играл особую роль в жизни славянского мира. Почему? Все крупные реки днепровского бассейна сходились к Киеву, стоящему на высокой горе. Реки Березина, Сож, Припять, Десна несли свои воды сюда, в Днепр. Бассейны этих рек охватывали земли древлян, кривичей, радимичей, северян. И все это пространство, все пути из него на юг “в греки”, к Черному морю запирались крепостью на Киевской горе. Другими словами, князь Кий стал хозяином реки Днепр и всех его притоков.

Имя народа “русь” или “рос” появилось впервые в середине VI в. В русской средневековой письменной традиции параллельно употреблялись две формы - “рос” и “рус”. Они дожили и до наших времен. Мы живем в России, но жители ее называются русскими.

Относительно этих названий шли долгие научные дискуссии. Автор разделяет такую точку зрения, что “русь” - это родовая знать славянских племен, торговцы и дружинники. Русью называли социальные группы, возникшие в процессе разложения первобытнообщинного строя у восточных славян. В подтверждение этого говорит и следующий эпизод. В 907 г. князь Олег окончил свой победоносный поход на Византию. Он приказал на русские корабли поднять паруса шелковые, а на славянские - ситцевые, что и было сделано.

Русь стала именем географическим. Киевское государство объединило разные славянские племена, которые получили название Русь.

Изучение древних памятников истории русского права и других источников представляет нам древнерусский народ разделенным на мало зависимые друг от друга политические союзы. Каждое славянское племя (поляне, древляне, северяне и др.) имело свое княжение, свою территорию, свою власть народного собрания (веча), своего князя, свою систему обычаев и по своей воле устанавливало те или иные отношения с соседними племенами. Каждое племя представляло собой независимое политическое общество, прообраз государства-княжения.

У славян языческой эпохи уже наблюдается неравенство общественных групп, о чем говорят археологические раскопки: в одежде, украшениях, вооружении, домашней обстановке.

В записках одного греческого писателя можно найти следующую характеристику: “Руссы выносливы и быстры в передвижении, отличаются большой телесной красотой. В бою они не знают, что такое страх, бросаются в гущу врагов без всякой осторожности. С рабами они обращаются мягко, часто отпускают их на волю. Но у русских есть богатые и бедные. Одни из них живут в дворцах, а другие в жалких хижинах”.

Как же были организованы территория, народонаселение и власть в славяно-русских княжениях до Киевской Руси?

По свидетельствам летописи, каждое племя занимало особую область: “...словене пришедше и седоша по Днепру и нарекошася поляне, а друзии, древляне, зане седоша в лесех; а друзие седоша межю Припетью и Двиною и нарекошася дреговичи... Словени же седоша около езера Илмеря...”

Каждое племя составляло особое княжение и оно было независимо от других княжений, имело свое имя, свою территорию, свои органы власти и свою систему права. Следовательно, до варягов древнерусский народ имел уже свою раннюю государственность.

Область, занятая племенем, называлась “землею”: земля Древлянская, земля Вятичей и т.д. Земли делились на “волости”, называвшиеся именами городов - политических центров, волостей. Главный город “земли” по отношению к младшим городам назывался “старейшим городом”, где была резиденция князя.

В составе народонаселения племенных русских территорий различались четыре категории: жрецы-волхвы, князья, свободные люди и рабы.

Жрецы - вещуны - волхвы - знахари - кудесники - лица, обладавшие искусством познавать волю богов. Они не имели у славян значения ни касты, ни замкнутого сословия. Заниматься этой деятельностью мог каждый, кто обладал искусством волхвования.

Князья-бояре-старейшины-лучшие мужи были начальниками земель, волостей и городов.

Людьми называлось все свободное население городов. Горожане занимались преимущественно земледелием, однако знали и другие промыслы. Каждый горожанин мог быть земледельцем, купцом, ремесленником, воином, знахарем, а в случае избрания и боярином - князем.

Рабы назывались челядью. Источником рабства был военный плен. Славяне не держали пленников в вечном рабстве, как другие народы, а только определенный срок, по истечении которого пленным предоставлялся выбор: откупиться, вернуться на родину или оставаться в качестве людей свободных. Категория рабов не была многочисленной.

Главные проблемы решались не начальниками, а народными собраниями - вече (от вещать - совещание). Новгородское решение призвать Рюрика было принято на вече. Вече существовали во всех городах, но значение органа верховной - государственной власти имело только вече старейшего города племенной земли. Это вече соединяло в себе власть законодательную, исполнительную и судебную.

У древних славян власть гражданская не была отделена от военной. Защищать свое княжение - обязанность всего населения, способного носить оружие. Заранее определялись сигналы военной тревоги и пункты сборов воинов. В военных целях все воители волости делились на сотни и тысячи, состоявшие под начальством сотников и тысяцких.

Рядом с судебной властью веча стояла судебная власть племенного князя, начальника волости, судебное собрание общины, называемое “вечем”, “копою” и “громадою”. Судебное собрание составляли домохозяева (“сходатаи”, “обчие мужи”, “околичные соседи”). Братья и сыновья сходатаев и женщины приглашались в собрание только как свидетели. Суд вершился под Открытым небом в центральном селении общины (“копище”) или на месте совершенного преступления. Особым уважением в судах пользовалось мнение “старцев”. Руководствовались не писанным правом, а древним вечевым правом. В ряду доказательств играли важную роль клятва и судебный поединок.

Обвинение и защита перед судом, собирание доказательств и исполнение судебных решений составляли право и обязанность тяжущихся сторон, потому что ни обвинителей, ни защиты не существовало. Потерпевший от преступления имел право простить преступника (“шкодника”).

Закон руссов языческой эпохи давал право обиженному преступлением в некоторых случаях убить преступника до суда. Такими преступниками были: явные преступники, совершившие убийство при свидетелях; воры, пойманные на месте преступления, и др.

Праславянские слова: закон, суд, судья, справа, грех, вина, злодей, кара, казнь и др. неоспоримо доказывают, что в далекие времена до принятия христианства имелась система уголовного права, определявшая меру наказания по закону и приговору суда. В договорах с Византией преступление именовалось “проказою” и “согрешением”, а преступник - “татем” и “злодеем”.

Русское право языческой эпохи дозволяло многоженство. Князь Святослав имел двух жен, а князь Владимир имел пять жен и 800 наложниц (300 содержались в Вышгороде, 300 - в Белгороде, 200 - в сельце Берестовом). Жены приобретались насильственным похищением, пленением, покупкой, соглашением жениха с невестой и ее родителями.

Жены, приобретенные по договору, пользовались большей свободой в имущественных правах в доле своего мужа. Каждая их них имела право распоряжаться своим имуществом как при жизни, так и после его смерти, имела равное с мужем право развода. Жены, приобретенные посредством купли-продажи, воровства и грабежа или как военная добыча, по языческому праву были под властью мужа.

Расторжение брака было возможно по обоюдному согласию. Языческий обряд требовал от супругов отправиться к ручью и встать на противоположных берегах. Взявши за концы тонкую ветку, тянуть ее до той поры, пока она не разорвется. У воды совершался языческий брак, у воды он и прекращался.

Взрослый сын женился по указанию родителей, сообразующихся с желанием сына настолько, насколько это желание соответствовало хозяйственным соображениям семейства. Когда у хозяина не было сына, а была дочь, то он брал себе приемыша, чтобы воспитать его и женить на дочери.

По смерти хозяина, если в доме нет взрослых сыновей, все его права по управлению домом переходили ко вдове до времени возмужания детей, но без права отчуждения имения умершего хозяина без разрешения мирского схода.

Взрослые женатые и неженатые сыновья по смерти их отца имели право разделить между собой наследство или пользоваться им сообща, оставаясь жить совместно в родительском доме.

При разделе все имущество умершего отца делилось на равные “паи” по количеству братьев, а паи распределялись по жребию. Если братья оставались жить в родительском доме под главенством старшего по рождению или выборного из своей среды, то образовывалась “большая семья” или семейная община. Сестры получали приданое. Вышеприведенные сведения основываются на обычаях славянских народов, многие из которых нашли отражение в договорах славян с Византией, на богатых археологических и этнографических открытиях.

Что же касается представителей норманской теории, начинающих историю отечественной государственности с правления Рюрика, то все их умозаключения вытекают из летописи монаха Нестора.

§2. Образование Древнерусского государства

Вопрос о возникновении единого государства у русичей является одним из самых трудных вопросов в исторической и юридической науке. Не внесли ясности в освещение этого вопроса и немецкие ученые Шлецер, Байер, Миллер, приглашенные пронемецки настроенным правительством Анны Иоанновны в XVIII в. для работы в Академии наук. Они намеренно запутали весь процесс становления Русского государства и права. Прежде всего они стремились отредактировать на свой лад исторический труд Нестора “Повесть временных лет”.

По их мнению, до пришествия варяжских князей Рюрика, Синеуса и Трувора “славяне не знали никаких искусств, а жили подобно зверям и птицам, наполнявшим их леса”*1*.

Следуя за Шлецером, Н.М. Карамзин писал: “Древляне имели обычаи дикие, подобно зверям, с какими они жили среди лесов темных, питаясь всякой нечистотою...”

По мнению Карамзина, всем искусствам, в том числе и искусству государственного управления, научили наших предков варяги-скандинавы.

Отправным аргументом шлецеро-карамзинского учения о дикости славян служит высказывание Нестора: “Древляне, живяху звериным образом, ядяху вся не чисто...” Однако это свидетельство Нестора не имеет того смысла, который вкладыва-

*1* Самоквасов Д.Я. Курс истории русского права. М.,1908. С. 85.

ют в его слова Шлецер и Карамзин. Древляне, радимичи, северяне, кривичи и прочие язычники ели то, что по понятиям христианского монаха являлось “нечисто”, так же как греховными, неприемлемыми для христиан Нестор считал языческие празднества, сожжение мертвых, родственные браки, многоженство.

В том же XVIII столетии русские ученые, и прежде всего М.В.Ломоносов, а также виднейшие историки своего времени - Татищев, Щербатов доказали несостоятельность норманской теории образования государства Русь. И тем не менее в XIX в. домыслы и вымыслы Шлецера и Байера получили статус аксиомы. В учебниках по истории и юриспруденции “открытия” немецких ученых излагались как доказанные наукой истины.

Варяги не составляли господствующего народонаселения относительно славян. Они не были по своему культурному уровню выше руссов. В русском языке мы можем найти не более десятка слов происхождения сомнительного или действительно германского.

После того, как Русская Правда (свод норм права) была сличена с памятниками других славянских народов, “не может быть речи не только о том, что Русская Правда есть скандинавский закон, но даже о каком-то влиянии на нее скандинавского элемента”*1*.

До так называемого “призвания варягов” руссы уже образовали ряд государств с центрами в Новгороде, Киеве, Смоленске, Чернигове.

“Рюрик и его братья Синеус и Трувор были князьями руссов”, - так гласит летопись. Историки давно обратили внимание на так называемых братьев. Оказывается, что в переводе “Синеус” - sine hus - “свой род”, а “Трувор” - thru waring -“верная дружина”. Другими словами, Рюрик пришел княжить в Новгород со своими родственниками и верной дружиной. “Княжить” - это не значило в Новгороде управлять государством. Князь выбирался на вече и выполнял его волю. Новгородцы приглашали на княжение, но могли неугодного князя и изгнать.

Что касается Олега, то в русской летописи он присутствует не столько в качестве исторического деятеля, сколько в виде литературного героя, образ которого слеплен из варяжских саг о нем. Эпос о вещем Олеге собран, чтобы представить князя мудрым создателем Русского государства.

*1* Самоквасов Д.Я. Указ. соч. С. 40.

Так создавалась концепция славянской государственности, построенная на двух героях, двух варягах - Рюрике и Олеге. Первый возглавил целый ряд славяно-финских племен (по их просьбе) и навел у них порядок, а другой овладел южной Русью, отказался платить дань хазарам и возглавил удачный поход на Византию. Все это “исследование” не что иное, как простенькая история создания Русского государства, где Рюрик -родоначальник династии, Игорь - его сын, а Олег - его родич. Вся сумма норманистских высказываний есть не что иное, как научные бредни. Их нельзя назвать даже гипотезой, т.к. нет ни анализа источников, ни обзора исторических фактов.

Варяги появились в Восточной Европе тогда, когда Киевское государство уже сложилось. Единственный раз за все время предводителю варяжского отряда Олегу совместно с северными славянами удалось обманным путем, прикинувшись хозяином купеческого каравана, захватить на некоторое время княжеский стол в Киеве, убив законного князя. Об Олеге история знает лишь по походу на Византию в 907 году, в котором участвовало кроме варягов девять славянских племен. После этого похода Олег исчез с политического горизонта.

Варягов на Руси использовали как наемную военную силу. Это были своего рода ландскнехты, заполонившие в средние века всю Западную Европу. Однако никому не приходило в голову брать под сомнение суверенитет Французского королевства Людовика Святого, хотя общеизвестно, что он, проводя политику укрепления Франции, опирался на швейцарских стрелков.

Нельзя не согласиться с академиком Б.А. Рыбаковым, который отметил, что если варягов признать создателями русской государственности для “живущих звериным образом славян”, то будет трудно объяснить то обстоятельство, что государственным языком был не шведский, а русский. К строительству русских городов варяги никакого отношения не имели. До сих пор не найден ни один источник, говоривший о причастности варягов к созданию государства. Более того, основание Киева приходится на V век, а норманисты датируют его 854 годом. Подобная ошибка равнозначна тому, как если бы мы представили себе Николая II современником Ивана Грозного.

Первые русские государства, а затем и Киевское, возникли в результате внутреннего общественно-экономического развития восточных славян, а не под воздействием внешних обстоятельств.

Ключом же к пониманию ранней русской государственности является полюдье. Это ежегодный объезд светлым князем своей подвластной территории, “сбор одежд” (очевидно, пушнины) и сбыт собранных ценностей вниз по Днепру и Дону в Византию, и в земли Халифата.

В полюдье князь отправлялся со своей дружиной, ездовыми, с обозом, слугами, кашеварами, шорниками.

На всей подвластной территории были установлены, становища, где были избы, конюшни, амбары, сеновалы, печи для выпечки хлеба.

Естественно, князь не мог объехать все деревни. Была отработана система сбора дани силами местных князей (князей союзов, родов).

Через полюдье устанавливалась феодальная иерархическая лестница. Полюдье стало переходной формой к классовому обществу, к государственности. Процесс этот был сугубо русским. Власть “князя князей” отрывалась от старинных традиций и родственных связей и становилась многоступенчатой: “князь князей”, князь племени, старосты родов. Область, занятая племенем, представляла собой союзы родов.

Каждое княжение было независимо от Других княжений в политическом отношении и по своей воле определяло свои связи с соседями в мирные и военные времена.

Территория племени называлась “землею”, которая в свою очередь делилась на “волости”. В центре каждой из таких земель был город старший или “великий”, которому повиновались младшие города.

Для управления делами своего города вече выбирало своих людей - “старейшин”. В их среде одним из самых заметных был тысяцкий. Он начальствовал над городским ополчением, носившим название “тысячи”. Ему были подчинены “сотские” и “десятские”. Когда князья были сильны и пользовались большой властью в волостях, то тысяцких назначали они. Позже племенные союзы соединились в одно государство в силу разных причин. Племенные князья полностью признали над собою власть киевских князей. Специальной задачей их являлась охрана всей территории и всего населения от неприятеля. Появляются населенные военными людьми города-крепости и множество пограничных военных сторожевых укреплений.

Государственная власть и право на землю теперь связывались уже с правом верховной (отчужденной) власти, с правом военной силы. Феодальная иерархия как система в известной степени цементировала новое общество.

Власть избранного князя опиралась на народное доверие, а постоянной его деятельностью было отправление правосудия на основе обычаев.

Деятельность князя направлялась советом, состоявшим из наиболее влиятельных дружинников и представителей родоплеменной знати.

Военная организация киевских князей состояла из дружины, народного ополчения и наемников, как правило, из варягов. Князь не расставался с дружиной ни в военное, ни в мирное время. Из верхушки дружины выделяются бояре. Боярин - это заслуженный член дружины, получивший определенную самостоятельность.

К Х столетию племенные земли объединяются под властью киевских князей.

Процесс разложения первобытной общины продолжал развиваться: усиливается рост крупного феодального землевладения, а свободные общинники постепенно превращаются в феодально зависимое население.

Процесс закрепощения крестьян ускорило полюдье, во время которого великий князь не только собирал “одежды” (дань), отправлял правосудие, но и демонстрировал с дружиной свою власть. И как следствие того, оформляется княжеский домен -княжеские земельные владения за счет захвата общинных земель и никем не занятых земельных участков.

Феодальные отношения в Киевской Руси развивались неравномерно. В Галицкой, Черниговской, да и в Киевской землях - быстрее, чем у вятичей и северян. Идет процесс превращения общинников в феодально зависимое население.

Источники возникновения феодальной зависимости были разнообразны. Первым из них было превращение холопов (рабов-соплеменников) в зависимых людей. Другой способ -закабаление через закупничество, когда должник (“закуп”), взяв у господина купу (ссуду) и работая на кредитора, не имел возможности выбиться из кабалы.

Был еще один способ превращения свободного человека в феодально зависимого - это патронат (феодальная защита). Люди, потерявшие связь с общиной, вынуждены были искать себе защиту у наиболее влиятельных феодалов.

Захват большинства земель князьями, боярами, монастырями, обнищание рядовых общинников привели к тому, что основная масса свободных общинников оказалась феодально зависимым населением.

Наблюдается усиление процесса отделения ремесла и торговли от земледелия, что естественно привело к оживлению торговли и образованию городов.

Укрепление Киевского государства приходится на княжение Владимира. Принятие христианства (988 г.) и его распространение по всей Киевской Руси усилили процесс феодализации, т.к. христианство оформило монархическую идеологию.

Летописцы донесли до нас такие события. Пришли к Владимиру (986 г.) сначала волжские булгары, восхваляя свое магометанство, затем немцы от римского папы, затем хазарские иудеи с проповедью своего закона и, наконец, греческий философ с православным учением. Все они желали вовлечь Русь в свою веру. С греком Владимир беседовал долго и отпустил его с дарами и почестями, но пока не крестился.

Владимир собрал бояр и рассказал им о миссионерах. Было решено послать в разные страны послов посмотреть, “кто как служит Богу”. Побывав всюду - и на востоке, и на западе, послы попали в Царьград и были поражены там несказанным благолепием греческого богослужения. Это испытание вер решило дело. Владимир начал обращать киевлян и всю Русь в новую веру. Христианство, став господствующей религией на Руси, выразилось не только в проповеди и богослужении, но и в целом ряде новых установлений и учреждений. Сказались и давние связи Руси с Византией.

Установилась церковная иерархия: в Киеве стал жить митрополит, присланный Константинопольским патриархатом. В городах были поставлены подчиненные митрополиту епископы (сначала их было пять). По всей Руси строились церкви и устраивались монастыри. Власть митрополита простиралась на всю Русь и объединяла все духовенство страны.

Церковь, получив в свое владение села, становится крупным феодалом.

Характерно то, что христианство, адаптируясь на славянской почве, использовало многие языческие празднества, получившие христианскую окраску.

После смерти князя Владимира в результате ожесточенной кровопролитной борьбы с братьями великим киевским князем стал его сын Ярослав Мудрый. Ему приписывают составление правового сборника, известного под названием “Правды Ярослава” и входящего в состав Краткой редакции “Русской Правды”.

Во времена правления Ярослава Мудрого Киевская Русь превратилась в огромную феодальную державу с разноплеменным населением.В состав государства входили и такие народы, как чудь (эстонцы, коми), меря (финно-угорские племена по р. Клязьме), мурома (финно-угорские племена по Оке), черемисы (марийцы), мордва, коми-пермяки, литва, зимегола (латыши).

Периметр границы составлял 7 тысяч километров: от Вислы до Камы, от Черного моря до Белого.

Умер Ярослав в 1054 году, погребен в Софийском соборе в Киеве.

А следом идет ослабление власти киевского князя и рост влияния крупных: феодальных землевладельцев. Киевские и южнорусские князья не смогли объединить свои усилия и противостоять степным кочевникам - печенегам и половцам.

Общественное устройство. Крупными землевладельцами была родоплеменная знать, князья, дружинники, духовенство и торговцы. Идет процесс консолидации класса феодалов и оформления для него особых привилегий. По мере того, как оформляется класс феодалов, им присваивается название- бояре. Боярство, образовавшееся на базе дружины, смешалось с боярством родоплеменным.

Вассальные отношения между феодалами возникли еще раньше, чему способствовала родоплеменная организация. Что же касается наделенных землей дружинников, то они постепенно становились вассалами князя, вольными людьми, вольными слугами князя. Они могли переходить от одного князя к другому, что не считалось изменой. Только на княжеской службе можно было сделаться боярином, т.е. вступить в ряды тогдашней аристократии.

Соглашение о службе сопровождалось целым рядом условностей. Бояре, занимавшие административные должности, получали жалование и корм. Бояре из родоплеменной знати за свою вассальную службу получали иммунитет - освобождение от платежа дани и от подсудности княжеского суда, как сам боярин, так и зависимое от него население.

У многих бояр была своя дружина. Его дружинники оседали на земле и превращались в вассалов второй очереди (подвассалов), они обязаны боярину военной службой.

Остальная масса киевского общества, как и в пору языческую, состояла из двух главных слоев: людей свободных и рабов.

С развитием городской жизни и торговой деятельности в составе свободных людей или “мужей” стали различать горожан от сельского населения. Горожане назывались “градскими людьми” и делились на “лучших” или “вятших”, т.е. зажиточных, и “молодших” или “черных”, т.е. бедных. По занятиям своим они назывались купцами или “гостями” и ремесленниками.

Сельское население носило название смердов, они были свободными людьми, имели свою пашню и свое хозяйство. Если смерд шел в батраки к землевладельцу и работал на его земле, то он не считался самостоятельным человеком и носил название “закупа”. Закуп, однако, не был рабом, он мог снова стать смердом, если мог рассчитаться со своим хозяином.

Впоследствии смердами стали называть всех феодально зависимых крестьян. Смерды жили общинами, носившими название “верви” или “погоста”.

Человек, принадлежавший какому-либо союзу или входивший в какое-то сообщество, пользовался защитой рода, общины, дружины, товарищества. Лишенный же покровительства своих близких, изгнанный из какого-либо сообщества, человек становился беззащитным. Его можно было, по старому выражению, “убить во пса место” и остаться безнаказанным. Такие беспризорные и беззащитные люди назывались “изгоями” (от того же корня, как и слово “гой”: “гой еси” значило “будь здоров”, “будь жив”). Изгои были как бы “изжитые”, выкинутые вон из жизни люди.

Часть населения составляли рабы. Рабов-пленников называли “челядь”. Они были полностью бесправны. Люди, ставшие рабами по другим причинам (самопродажа в рабство, женитьба на робе, сбежавший закуп и др.), назывались холопами.

Государственное устройство. Раннефеодальное Киевское государство, как уже было отмечено, образовалось путем объединения мелких княжеств (или на базе договоров, или силой оружия).

Великий князь Владимир ликвидировал “светлых князей”, а также племенных князей там, где они еще существовали. Вся власть в государстве оказалась в руках великого князя. Но подобно другим основателям феодальных государств, Владимир раздал земли своим сыновьям: Ярославу - Новгород, Изяславу - Полоцк, Святополку - Туров, Борису - Ростов, Глебу -Муром, Мстиславу - Тьмутаракань и т.д.

Дети Владимира стали смотреть на свои земли как на вотчины и стремились к самостоятельности. Неповиновение отцу проявил Святополк, а затем и Ярослав. Князь Владимир умер, собираясь в поход на своего сына. Ярослав, будучи новгородским князем, собрал ополчение и отправился в Киев захватить киевский стол. Каждое владение Ярославичей в свою очередь также стало делиться на уделы. Таким образом появляется феодальная удельная система, где земли делятся между представителями одной династии. К XII в. число отдельных земель- княжеств достигло двенадцати: Киевское, Новгородское, Ростово-Суздальское, Муромо-Рязанское, Смоленское, Черниговское, Северское, Переяславское, Волынское, Галицкое, Полоцкое, Турово-Пинское. В свою очередь и эти земли стали распадаться на уделы.

Упадок киевского политического центра, рост центробежных тенденций русских земель привел к возникновению новых феодальных центров. Отношения князей складывались по классической схеме сюзеренитета - вассалитета, устанавливающей разнообразные права и обязанности между ними. Подчинение сюзерену обычно выражается формулой “быть в воле”, “быть в послушании”. Теперь титул “князь” применялся только по отношению к членам великокняжеской киевской династии. “Светлые” и “великие” князья (находившиеся “под рукой” великого князя, т.е. в вассальном положении) и “всякое княжье” к концу Х в. в письменных памятниках уже нигде не встречается. Они, видимо, слились с формирующейся древнерусской знатью - боярством или погибли в борьбе за независимость своих племен.

При великом князе в Киеве функционировал совет. Сначала его состав состоял из дружинников и “старцев градских”. С развитием феодальных отношений советниками становятся бояре - верхушка феодалов, осевшая на земле, как правило, вокруг Киева.

Со временем в совет стали входить митрополит, епископы, архимандриты, игумены.

Великие князья, а затем и удельные при обсуждении жизненно важных вопросов совещались не только с боярами, но и с широким собранием городских жителей - вече. Обыкновенно на вече по звону колокола сходились все свободные взрослые люди (мужчины) города. Дело докладывалось вече или князем, или “старейшинами града”, выборными властями города. Свое мнение вече высказывало криком. Для решения дела требовалось, чтобы все согласились с предложением. Отдельные голоса не брали в расчет, а “на глаз” убеждались, что нет заметных возражений против господствующего мнения.

В большинстве городов вече собиралось редко. По мере феодализации общества вече утрачивает свое значение.

Установились две системы управления, которые существовали одновременно: численная и дворцово-вотчинная. Первая своими корнями уходила в организацию военного ополчения. Военным структурным единицам соответствовали определенные военные округа, состоявшие под управлением тысяцких, сотских и десятских. Со временем утрачивается соответствие числовому обозначению. Тысяча стала не вооруженным числом людей, а понятием территориальным. Тысяцкие являлись прежде всего руководителями военных сил округа, но вместе с тем они сосредоточивали в своих руках власть, судебные и политические функций.

Численная система по мере феодализации была вытеснена дворцово-вотчинной. Центром управления становился княжеский двор. Княжеские дружинники отрывались от двора и оседали на своих землях. Основными административными представителями князя на местах были княжеские тиуны. Они стали играть основную роль в административно-финансовой и судебной организациях. .

Тысяцкий вошел в состав княжеских слуг, постепенно превращаясь в воеводу, начальника всех вооруженных формирований княжества, сотники превратились в представителей городских властей.

Возникают при дворе своего рода ведомства по управлению определенными отраслями хозяйства. Наиболее влиятельными лицами сделались дворецкий, конюший (обеспечение войска конным составом), чашник (отвечал за продовольствие).

Киевской Руси было чуждо принципиальное различие между органами “государственного” управления и органами управления частным хозяйством князя.

Со времени Олега отмечается система “посажения” княжеских “мужей” по городам (отсюда термин “посадник”). Посадники получали одну треть взимаемых податей на свое содержание и содержание своих дружин.

Таким образом, в государстве появилась новая форма эксплуатации непосредственных производителей, связанная с раздачей князем служилым “мужам” государственных доходов. Наряду с полюдьем, она способствовала созданию раннефеодальной классово-иерархической системы, основанной на государственной эксплуатации лично свободного населения, которую К. Маркс назвал “вассалитет без ленов или лены, состоящие только из даней”.

Развитие феодальных отношений привело к тому, что феодалы получили право управлять населением в своих владениях, судить их и собирать с них дань. Эти права оформлялись иммунитетной грамотой.

§3. Русская Правда

Становление светского феодального права в Древней Руси было длительным процессом. Его истоки восходят к племенным Правдам восточных славян. Это были обычно-правовые системы, предназначенные для юридического регулирования всей совокупности социально-экономических и правовых отношений в каждом племени или союзе племен.

Ко второй половине IX в. в Среднем Поднепровье - Русской земле произошла унификация близких по составу и социальной природе Правд этих племен в Закон Русский, юрисдикция которого распространилась на территорию государственного образования славян с центром в Киеве. Данной системой права руководствовались в судебной практике великие киевские князья и контролируемые ими княжеские и местные общинные суды.

Нормы Закона Русского учитывались великими киевскими князьями при заключении договоров с Византией в 911 и 944 годах.

Закон Русский представлял собой качественно новый этап развития русского устного права в условиях существования государства.*1*

Русская Правда была первым дошедшим до нас русским писанным памятником обычного права. Известны ее различные списки. Это различие списков Правды объясняется весьма легко тем фактом, что она была уставом не одного, а нескольких князей: Ярослава, Изяслава с братьями и Владимира Мономаха.

До нас дошли несколько редакций этого памятника: наиболее известны - Краткая и Пространная. Краткая редакция составляет, собственно говоря, первоначальный подлинный пакет Правды. За ней установилось название Правды Ярослава. В основу этой Правды были положены обычаи славянских, племен, приспособленные к условиям феодальных отношений. Пространная же редакция есть не что иное, как измененная и дополненная последующими князьями Правда Ярослава, получившая название Правды Ярославичей. Обе эти редакции носят общее название Суд Ярослава Владимировича.

*1* См.: Свердлов М.Б. От Закона Русского к “Русской Правде”. М., 1988.

Последняя редакция Пространной Правды приходится на великое княжение Владимира Мономаха (1113-1125 гг.) и, вероятно, его сына Мстислава Великого (1125-1132 гг.). В это время социально-экономическое развитие страны достигло высокого уровня, но государство уже стояло на пороге феодальной раздробленности.

Авторы положили в основу свод законов Ярослава Мудрого - “Суд Ярославль Владимировичь”, самостоятельные княжеские уставы и отдельные законоположения. Все привлеченные источники были отредактированы.

Русская Правда широко распространилась во всех землях Древней Руси как основной источник права и стала основой юридических норм вплоть до 1497 г., когда на смену пришел Судебник, изданный в Московском централизованном государстве.

Долгий период использования Пространной Правды свидетельствует о том, что был создан современный по содержанию сборник русского права.

В Русской Правде нашли свое отражение основные отрасли права.

Феодальная собственность на землю становится дифференцированной, поскольку она принадлежит нескольким феодалам, стоящим на разных ступенях феодальной лестницы. Сначала крупным землевладельцем становился князь. Он раздавал свои земли боярам-вассалам, они со своей стороны раздавали полученную землю своим боярам и близким людям. По своей природе эти раздачи были не чем иным, как бенефицием. Постепенно полученные за службу князю земли закрепились за боярами и слугами и превратились в наследственные. И эти земли стали называться вотчинами.

Земли же, которые давались в условное владение за службу и под условие службы, получили название поместий. Крупными земельными собственниками стали князья. Рост эксплуатации зависимого населения стал причиной первых классовых выступлений против феодалов.

Общественные отношения, сложившиеся на Руси, новая форма собственности стали объективной предпосылкой появления нового свода законов - Русской Правды. Свод содержит ряд статей об охране княжеской собственности, которая защищалась более ревностно. Устанавливался штраф за убийство княжеского коня в три гривны, а за коня смерда - в 2 гривны.

На основе длительной традиции развивающегося права в условиях государства IX-X вв. Правда закрепила сложившуюся систему классовых отношений и отношений собственности в государстве.

Великие киевские князья признавали Русскую землю своим благоприобретенным имением и считали вправе распоряжаться ею по своему произволу: завещать, дарить, бросать. А при отсутствии завещания власть переходила по наследству к детям умиравших князей.

В Русской Правде нет постановлений по определению способов приобретения, объема и порядка передачи прав поземельной собственности, за исключением усадьбы (двора), но имеются карательные постановления о нарушении границ поземельного владения.

Нормы писанного права не охватывали всего многообразия общественных отношений, связанных с правом собственности и правом владения. Большой археологический материал, да и ряд статей Правды дают основание заключить, что у славян с древних времен существовал институт частной собственности на вещи движимые.

В источниках нет указаний на существование института частной поземельной собственности. Ее не было в эпоху Русской Правды.

Земля была коллективной собственностью общины. Русскую общину составляли жители селения или деревни, владеющие сообща принадлежащей селению землей. Каждый совершеннолетний поселянин мужского пола имел право на участок земли, равный участкам других жителей его селения, где практиковался периодический передел земли. Только двор, состоящий из избы, холодных построек и огорода, составлял наследственную собственность семейства без права отчуждения лицам, не принадлежащим к общине.

Леса, сенокосы и выгоны находились в общем пользовании. Возделанная пахотная земля делилась на равные участки, состоявшие во временном пользовании членов общины, и периодически перераспределялась между ними обыкновенно через 6, 9, 12 лет. Подати и повинности, лежавшие на общине, распределялись между дворами.

Все, что касается сроков и способов раздела пахотной земли между членами общины, пользования лесами, сенокосами, водами и выгонами, распределения податей и повинностей между домохозяевами, решалось миром, т.е. общим собранием домохозяев под руководством старосты - выборного начальника общины.

Много веков существовавшая сельская поземельная община русского народа с периодическим переделом земли и выборным старшиною, представляя собою наследие глубокой древности, является доказательством того, что “русская земля есть изначала наименее патриархальная и наиболее общинная земля”*1*.

Такая форма коллективной собственности объясняется и климатическими условиями, особенно в северных районах. Выжить одному хозяйству было невозможно.

В праве русского народа право собственности выражалось словом имение, а в состав имения частных лиц входили только вещи движимые.

Обязательственное право. Гражданские обязательства допускались только между свободными лицами и возникали или из договора, или из деликта (правонарушения).

Из договорных обязательств упоминаются купля-продажа, заем, наем и поклажа.

Для законной купли требовалось вещь приобрести за деньги от ее собственника, а договор совершить в присутствии двух свободных свидетелей.

Постановления о займах различают заем с процентами и без процентов. Заем с процентами, превышающий три гривны, требовал свидетелей, удостоверяющих договор в случае спора. В займах до 3 гривен ответчик очищал себя присягой. В статьях “о резе” - процентах упоминаются займы денег, люда и жита, соответственно которым проценты называются резом, наставом и присопом. Проценты были месячные, третные и годовые.

В Русской Правде закупом именуется свободный человек, получивший ссуду и обязавшийся выплатить ее своею работою. Запрещалось господину продавать закупа под угрозой освобождения последнего от займа и уплаты господином 12 гривен продажи (штрафа). С другой стороны, закон давал право обращать закупа в полного раба за бегство, не вызванное несправедливостью господина. Закуп обязан был возместить господину причиненный ущерб, происшедший по его вине или нерадению, например, за пропавший скот, если закуп не загнал его во двор, если потерял хозяйский плуг или борону.

Договор поклажи совершался без свидетелей, но когда возникал спор при возвращении вещи, отданной на хранение, то хранитель очищал себя присягой.

*1* Аксаков К.С. Сочинения. T.I. М., 1960. С. 124

Обязательства возникали в результате совершенных преступлений, а также правонарушений гражданского характера (неосторожные и случайные). С целью предупредить споры о цене испорченных и уничтоженных предметов. Русская Правда определяет стоимость ряда предметов (княжеский конь с пятном ценился 3 гривны, а кони смердов - 2 гривны). Остальные предметы имели цену без различия владельцев.

Несостоятельный должник согласно закону продавался на торгу. Вырученные деньги шли кредитору, а разница между долгом и вырученной суммой шла князю.

Договоры купли-продажи и мены признавались действительными, когда совершались между людьми трезвыми, а кто покупал, продавал или менял что-либо в пьяном состоянии, тот, протрезвившись, имел право требовать аннулирования совершенной сделки.

Другим условием действительности договора купли-продажи было отсутствие пороков в продаваемой вещи.

Заем до одного рубля обеспечивался поручительством, а свыше рубля - письменным актом и закладом. Закладные письменные акты назывались записями, закладными досками. В заклад поступали домашний скот, строения, земля, ценности.

Наследство, называемое в Русской Правде задницей и остатком, открывалось в момент смерти отца семейства и переходило к наследникам или по завещанию, или по закону. Отец имел право разделить свое имение между детьми и выделить из него часть своей жене по своему усмотрению. Мать могла передать свое имущество любому из сыновей, которого признавала наиболее достойным.

Наследование по закону открывалось, когда наследодатель не оставлял после себя завещания.

Общий законный порядок наследования определялся в Русской Правде следующими правилами. После отца, не оставившего завещания и не разделившего своего дома при жизни, наследовали законные дети умершего, причем часть наследства шла в пользу церкви “на помин души усопшего” и часть в пользу пережившей супруги, если муж при жизни не назначил ей доли из своего имущества. Дети, рожденные от робы, не наследовали отцу, а получали вместе с матерью свободу.

Между детьми законнорожденными в праве наследования предпочитались сыновья дочерям, но братья, исключившие сестер из наследства, обязывались содержать их до выхода замуж; а при выходе замуж - должны были снабдить их приданым по своим средствам.

Двор отцовский без раздела переходил к младшему сыну. Имущество матери, не оставившей завещания, наследовал тот сын, в доме которого она жила после смерти мужа.

Из общего порядка наследования Русская Правда делала такие исключения: имущество княжеского смерда наследовали лишь его сыновья, а когда их не было, то все имущество умершего поступало князю, причем часть наследства выделялась незамужним дочерям.

Над малолетними детьми с их имуществом устанавливалась опека, опекуном выступала мать, а если мать повторно выходила замуж, то опека принадлежала ближайшему родственнику умершего.

Браку предшествовало обручение, которое получало религиозное освящение в особом обряде. Обручение считалось нерасторжимым. Брак заключался путем религиозного обряда, совершавшегося в церкви (венчание).

Для заключения брака требовались некоторые условия: возраст брачующихся - 15 лет для жениха и 13 лет для невесты; свободное волеизъявление жениха и невесты и согласие родителей; стороны не должны быть связаны другим браком; отсутствие родства и свойства в известных степенях.

Церковь не допускала вступления в третий брак.

Брак мог расторгаться (прекращаться): Русская Правда имела конкретный перечень поводов к разводу (уход в монастырь одного из супругов, смерть мужа или жены, безвестно пропавший супруг, прелюбодеяние и др.).

Принятие христианства внесло существенные изменения в брачно-семейные отношения по сравнению со временем язычества славян. Русское право языческой эпохи дозволяло многоженство.

Жены приобретались различными способами: похищением насильственным, похищением с согласия похищаемой, пленением, покупкой невесты и др.

Похищение девиц стало преследоваться и законом, и церковью. По церковному Уставу Ярослава “а же кто уволочет девку по гривне серебра епископу”.

Статьи Правды, относящиеся к семейному праву, рассматривают кроме малой семьи, состоящей из отца, матери и детей, сожительство в одном доме братьев, дядей, племянников с их женами и детьми, скрепленное общим владением семейным имуществом и властью одного из родственников - “вятшаго” или старшего брата. Такая патриархальная семья определялась выражением “жить в одном хлебе”, т.е. питаться единым хлебом, владеть и пользоваться общим имуществом.

Преступления и наказания. Замена языческих понятий о преступлениях и наказаниях новыми понятиями особенно ясно выражается в княжеских уставах и Русской Правде, где любое преступление носит название “обиды”. Всякое нанесение обиды, т.е. причинение кому-либо материального, физического или морального вреда считалось преступлением. Состав преступления был довольно-таки широк.

Замена языческих понятий о преступлениях и наказаниях новыми понятиями особенно ясно выражается в законодательстве, определившем наказание за убийство. По договору с греками 911 г. убийцу можно было умертвить каждому безнаказанно на месте преступления: “Да умрем, идеже аще створить убийство”. Договор 945 г. дает право жизни убийце только родственникам убитого без определения степени родства. Русская Правда ограничила круг мстителей за убийство только двумя степенями ближайших родственников убитого.

Правда сыновей Ярослава запрещала убивать убийцу кому бы то ни было, предписав родственникам последнего довольствоваться определенной денежной компенсацией. Таким образом, расширяется право государства на личность и имущество преступника.

Преступлением Русская Правда признавала деяния, запрещенные законом, а также наносящие ущерб лицам, которые состояли под властью и защитой князя.

Размер княжеского взыскания или штрафа определялся вирою.

Вирою назывался штраф за убийство свободного человека и она равнялась 40 гривнам. За убийство княжих мужей, конюшего, старосты и тиуна выплачивалось две виры. Убийство свободной женщины оплачивалось полувирой - 20 гривнами.

За тяжкое увечье (лишение носа, глаза, руки, ног) взыскивалась полувира.

Виновный в разбое, т.е. в убийстве без вины со стороны убитого, подвергался не только имущественному, но и личному наказанию - с женой и детьми выдавался князю на поток и разграбление. Сущность этого вида наказания, видимо, заключалась в изгнании преступника и членов его семьи из общины или города с конфискацией имущества.

За убийство лиц рабского сословия взыскивался штраф в 12 гривен.

Из всех злонамеренных деяний, направленных против собственности, выделяются коневая татьба (т.е. кража - тайное похищение) и зажигательство. Конокрад и поджигатель гумна или двора, подобно разбойнику, выдавался князю на поток.

Вира за убийство в пределах верви (общины), уплачиваемая общиною, называлась дикою.

Русская Правда содержала ряд преступлений против чести. К таким преступным деяниям относились вырывание бороды или усов, оскорбление словом или действием.

Усиленными карами охраняется церковь, ее имущество и церковные служители (церковная татьба, разграбление могил, посечение крестов, колдовство).

Суд и процесс. На Руси эпохи удельных государств управление и суд не были разграничены, а потому органы управления были одновременно и органами суда в подвластных сферах.

По Русской Правде суд по всем мирским делам сосредоточивался в руках князя как верховного законодателя, правителя и судьи. Князь отправлял правосудие лично или поручал это дело наместникам.

Местом суда в столице и провинции был княжеский двор, позже замененный приказной или воеводской избой.

Судебный процесс начинался иском или “поклепом” со стороны истца, в котором указывались правонарушение и обвиняемый. Исключение из этого правила составляли только убийство и воровство, т.к. истец, как правило, не мог указать на конкретное лицо. Вервь, на земле которой обнаруживалось одно из таких преступлений, должна была отыскать преступника или платить за убийство виру.

Иск требовал конкретных судебных доказательств, каковыми были: свидетели - “видоки” и “послухи” свободного состояния; поличное, или “лице”, т.е. предмет преступления у обвиняемого в руках или на его дворе.

Держатель поличного признавался виновным в том случае, если он не мог объяснить, каким образом оно попало в его руки или находится у него во дворе. Если же заподозренный в преступлении по поличному указывал на человека, от которого он приобрел его. Русская Правда требовала так называемого свода, т.е. очных ставок до тех пор, пока не будет найден действительный похититель вещи.

Если свод заканчивался отысканием вора, последний должен был уплатить штраф и вознаграждение тому, кому он продал похищенную вещь.

Своду предшествовал заклич. Пострадавший объявлял на торгу о пропаже.

Гонение следа заключалось в розыске преступника по его следам. Гонение следа влекло за собой для верви, в которой теряются следы убийцы или вора, необходимость самой разыскать преступника и выдать его властям или платить дикую виру.

Обвиняемый призывался в суд лицом, состоящим при дворе наместника, называемым доводчиком.

Призываемый в суд по уголовному делу должен был найти поручителя, который бы поручился за него в его явке в судебное заседание в указанный срок. Если же обвиняемый не находил поручителя, то его лишали свободы и заковывали в железо.

Среди доказательств продолжали существовать испытания водой и железом, а также присяга, которая сопровождалась целованием креста.

Рядом с органами местного княжеского суда существовал суд общины. Его компетенция ограничивалась границами и лицами общины.

Жалобы сторон на решение суда подавались князю.

 

Глава 2

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО РУСИ В ПЕРИОД ФЕОДАЛЬНОЙ РАЗДРОБЛЕННОСТИ (XII-XIV вв.)

 

К исходу XII в. падение Киева стало очевидным. Этот великолепный город, возбуждавший удивление всех своею красотою и богатством стал беднеть и пустеть. Население страдает от межкняжеских усобиц и половецких набегов. Оно уходит на запад, в сторону Карпатских гор, или же на север, в лесную зону, в так называемое “Залесье”, в верховье Волги. И вот на окраинах Русской земли на смену старому Киеву к XIII в. возникают три различных центра государственной жизни, вокруг которых начинает сосредоточиваться древнерусская народность. Такими центрами стали Галицко-Волынская земля. Великий Новгород и Владимирская земля.

В то время как Киев шел к упадку, эти земли росли, крепли, богатели и привлекали к себе население.

В Новгороде развилось вечевое управление, приведшее к созданию феодальной аристократической республики. Во Владимире выросла единодержавная власть князя. В Галиче очень сильное влияние на дела получили бояре.

§1 Новгородская и Псковская феодальные аристократические республики

Три с половиной века, с 1136 по 1478 гг., на северо-западе земли Русской существовала Новгородская феодальная аристократическая республика, а с 1348 по 1510 год республиканская форма управления существовала и в Пскове.

Бытует мнение, что Новгород и Псков были от всей Руси отделены какой-то стеной. “Господин Великий Новгород” слагался из пяти “концов”. Соответственно пяти концам города вся Новгородская земля разделялась на пять провинций, носивших название “пятины”. Вокруг Онежского озера и до Белого моря лежала Обонежская пятина. Вокруг Ладожского озера и до Финского залива находилась Водьская пятина. На юго-западе от Новгорода до Ильменя была Шелонская пятина, а на Юго-востоке - пятина Деревская. Эти четыре пятины своими границами подходили к Новгороду. Пятая же пятина лежала вдали от Новгорода на востоке, на водоразделах между рекой Мстою и притоками Волги. Эти пять провинций и составляли огромную территорию Новгородской земли. За ней простирались “земли новгородские” по рекам Северная Двина, Печора, Вятка.

Таковы были новгородские владения, хозяином которых был “Великий Новгород” - старший город со всем его свободным населением. Новгородцы все свои пятины и земли называли “землею Святой Софии”, олицетворяя свое государство в своем главном храме, в общей народной святыне.

Подчиненные Новгороду города находились в основном на западе и они были крепостями, т.к. с запада и юго-запада Новгороду грозили враги. Крупными из них были Псков (впоследствии отделившийся от Новгорода), Изборск, Старая Русса, Ладога.

Древнерусские феодальные республики являлись могучими по тем временам государствами, защитниками земель русских от западных интервентов - немцев, шведов, датчан.

Проявление здесь республиканской формы правления, а не княжеской (хотя власть князя была, но в урезанном виде), было обусловлено и феодальной раздробленностью Русского государства, и местными природными условиями. Вся Новгородская земля была неплодородна. Покрытая валунами, болотами, она давала скудные урожаи и заставляла новгородцев заниматься рыболовством, охотой и другими промыслами. Хлеб везли из восточных русских земель, из Поволжья главным образом по реке Мсте. В обмен на хлеб новгородцы сбывали на восток те товары, которые они за пушнину, мед, лен, коноплю приобретали у своих западных соседей. Все это позволило сосредоточить капитал в руках местных феодалов.

Государственное устройство и управление Новгорода. В древнейшее время своего существования под властью киевских князей, т.е. в Х-XI вв. Новгород мало чем отличался от прочих русских городов. Кто княжил в Киеве, тот господствовал и в Новгороде. Киевские князья держали здесь своих наместников, как правило, одного из своих сыновей. Но когда после смерти Владимира Мономаха (1125 г.) начались непрерывные распри князей за киевский стол, Новгород перестал послушно принимать к себе князей от Киева.

Новгородское вече стало само приглашать князей, предлагая им свои условия.

Усвоив себе обычай избирать князя, новгородцы начали избирать себе и владыку. До XII в. киевский митрополит присылал архиепископа по своему усмотрению. Наконец, новгородцы стали взамен прежних княжеских посадников и тысяцких выбирать своих и, таким образом, окружили князя своими чиновниками, требуя, чтобы он управлял в Новгороде только с “новгородскими мужами”, а не со своею княжескою дружиною.

Добившись такого порядка, Новгород получил полную политическую независимость и обособленность. Он превратился в самостоятельное государство, где верховная власть принадлежала вече.

Князь был лишен права приобретать земельные владения в Новгороде. Для содержания княжеского двора и получения доходов в его казну новгородцы выделяли ему земельные угодья, как правило, в Новом Торжке и на Волоке.

За свою службу князь получал еще и “дары”, “дань” в точно определенном размере.

Избирая себе князя, новгородское вече вступало с ним в договор или ряд: “Новгород держати в старине по пошлине”. По новгородской “пошлине”, т.е. по старому обычаю, князь в Новгороде был высшей и правительственной властью. Он предводительствовал новгородской ратью, был верховным судьей и правителем новгородским. Среди своих бесконечных внутренних ссор новгородцы нуждались в справедливом посреднике, который бы ни от кого из них не зависел, “любил добрых и казнил злых”.

Как постороннее Новгороду лицо, князь жил не в самом городе, а в трех верстах от него, ближе к Ильменю.

Править Новгородом князь обязывался, не изменяя новгородских законов и обычаев, причем с постоянным участием посадника, избранного вечем. Посадник сопровождал князя на войну, присутствовал при княжеском суде, вместе с князем назначал должностных лиц.

Посадник ведал гражданскими делами, а тысяцкий был предводителем новгородской “тысячи”, т.е. ополчения. Тысяцкому были подчинены сотские - начальники десяти сотен, составлявших тысячу. Весь город был разделен на пять концов, которые управлялись кончанскими старостами. Каждый конец выставлял две сотни ополченцев. Пятины, о которых речь шла выше, были приписаны к концам и сносились с Новгородом через свои концы.

Новгородский владыка-архиепископ не только ведал делами церковными, но и играл большую роль в политической жизни Новгорода. Он возглавлял правительственный совет, состоявший в основном из бояр. Он следил за деятельностью веча. Всякое его решение требовало “благословения” владыки. Он мирил спорящие стороны, входя в бушующую толпу в священном облачении и с крестом. Своею печатью владыка скреплял договорные грамоты с иноземцами. Двор владыки у Софийского собора и сам собор были правительственным центром, где собиралась “господа”, здесь хранили государственный архив. Владыка был хранителем государственной казны. У него был свой штат чиновников и даже свой полк, стоящий отдельно от новгородского ополчения. Владыка был крупным землевладельцем.

Вече в Новгороде являлось органом высшей государственной власти, выносило решения, наделяло полномочиями должностных лиц, выступало в договорах с иностранцами от имени феодальной республики.

Сбор веча проводился звоном вечевого колокола. На вече приходили все полноправные жители города. Инициатива созыва веча принадлежала посаднику, князю и самому народу. Все жители города могли присутствовать на вече: бояре, житьи люди, купцы, земцы, ремесленники, городская беднота - поденщики, грузчики, крестьяне близлежащих деревень, т.е. все, кроме холопов. Решения принимались криком. Решающую роль в решении вопросов играл совет господ, включавший в себя родовитых бояр, владыку, князя, посадника и тысяцкого.

Население Новгорода и его земель делилось по своему положению на две группы: “людей лучших” и “людей молодших”. К первой принадлежали бояре, житьи люди и добрые купцы. Это была богатая знать, владевшая землями в разных местах пятин, снабжавшая новгородский рынок товарами из этих земель. Те из богатых семей, которых часто избирали на высшие должности вечем, приобретали особую знатность и название бояр. Менее чиновные, но столь же богатые семьи звались житьими.

Богатство отделило знать от прочего населения. Все бедное население составляло одну массу “черни”, называемой << меньшими” людьми. Это были мелкие торговцы, ремесленники, работники. В пятинах же меньшими людьми звались смерды (крестьяне) и половники (батраки, работающие на хозяев из половины урожая). Смерды жили на государственных землях и были устроены в особые общины, носившие название погостов.

История Новгорода - постоянные междоусобия и смуты. Боярский совет или “совет господ” в своих руках держал политическую власть. Нажимая на зависимую бедноту, бояре проводили через вече необходимые решения. Однако такая зависимость раздражала свободную чернь. Вечевая толпа часто ополчалась против бояр и тогда “худые мужики” начинали бить и грабить своих “лучших людей”. Внутренние противоречия привели к падению феодальной республики. Чуя опасность и не имея сил в открытой борьбе сохранить свою независимость, новгородцы вынуждены были прибегнуть к единственно оставшемуся средству: искать союза с одним врагом, чтобы с его помощью защититься от другого. И в поисках союзников новгородцы разошлись. “Лучшие люди” желали союза с Литвой против Москвы, а “молодшие люди” желали сблизиться с Москвой и бороться с Литвой. Дело кончилось тем, что Московское княжество в 1478 г. завоевало Новгород, а затем присоединило к себе все его земли.

Политический строй Пскова. Как было сказано выше, Псков был крупнейшим пригородом Новгорода. Расположен он на скалистом берегу реки Великой. Первоначально Псков состоял из небольшой крепости - “детинца”, а затем превратился в твердыню, совершенно неприступную для врага. В “детинце” помещался главный собор Святой Троицы, имевшей для Пскова такое же значение, что и Святая София для Новгорода. Псков делился на шесть концов, которые, как и в Новгороде, имели свое особое управление. Земля, принадлежавшая Пскову, была невелика и узкой полосой тянулась вдоль реки Великой и берегов Чудского озера. На ней было создано 12 крепостей, которые окружали главную крепость - Псков.

Такая система укреплений была необходима на западной границе Руси. Псков стоял на рубеже русских поселений, лицом к лицу с немцами и Литвою.

Разросшись и разбогатев на торговле, Псков вышел из-под власти Новгорода и получил в 1348 г. независимость.

В Пскове были те же политические органы, что и в Новгороде. Основным органом власти был “совет господ”. Князья так же, как и в Новгороде, формально были ограничены в своей власти. Вечем и здесь руководила “господа”. Посадник играл и в Пскове важную роль.

Вечевая жизнь Пскова общим строем своим походила на Новгородскую, но вече в Пскове было более благоустроенно и мирно, чем в Новгороде. В Пскове не было столь резкого имущественного различия среди жителей, а поэтому не было столь острых противостояний.

Право и судоустройство в Новгороде и Пскове на первых порах было одинаковым. Но с течением времени развитие права в Великом Новгороде и Пскове пошло отдельными путями.

Памятником законодательства Псковской республики является Псковская судная грамота. В 1843 г. профессор юридического лицея в Одессе Мурзакевич в библиотеке князя Воронцова среди старинных рукописей нашел постановления об устройстве судебных учреждений в Пскове, о порядке судопроизводства, затем постановления уголовные и гражданские. Все найденные акты получили название Псковской судной грамоты.

Прежде всего необходимо отметить, что Псковская судная грамота кроме права собственности знает залоговое право и право пожизненного пользования, так называемую кормлю. Этим правом пользовался переживший супруг. Грамота различает недвижимое (вотчина) и движимое (живот) имущество. В ней оговорены способы получения собственности (по истечении срока давности, приплод, наследство, находка и др.).

Псковская судная грамота особое внимание уделяет залоговому праву. Заложенное имущество не переходило во владение залогодержателя.

В этом источнике права обстоятельно разработано обязательственное право. Грамота знает договоры: дарения, купли-продажи, мены, ссуды, поклажи, личного найма, найма помещения, дарения. Как правило, договоры поклажи, дарения займа свыше 1 рубля заключались в письменном виде или при свидетелях. Договоры, заключенные в состоянии опьянения, признавались недействительными.

В Псковской судной грамоте можно найти много статей, которые регулировали отношения между землевладельцами и феодально зависимым населением - изорниками, огородниками и кочетниками (рыболовами). Изорники (от слова “орать” -пахать), получая от собственника земельный участок, брали от него “покруту” (подмогу) серебром или натурой. Изорники работали “исполу”, т.е. половину урожая отдавали землевладельцу. Они имели право уходить от хозяина только 26 ноября, вернув взятую подмогу.

Псковская судная грамота знает как наследство по закону, так и по завещанию. Перечислены возможные наследники: отец, мать, сын, брат, сестра и другие близкие родственники.

Оставался непоколебимым принцип: “сестра при братьях не наследница”. Были расширены наследственные права супругов: переживший супруг наследовал “вотчину”. При вступлении в новый брак он лишался права пользования вотчиной и она переходила к законным наследникам.

Завещание в Пскове и Новгороде оформлялось письменно, почему и называлось “рукописанием”. Оно должно было утверждаться путем положения его в ларь (архив) Святой Софии (в Новгороде) или Святой Троицы (в Пскове).

Под преступлением понималось не только нанесение материального или морального ущерба отдельным лицам, но и причинение вреда государству.

В Пскове кроме денежных штрафов применяли и смертную казнь.

Развитие феодальных отношений, рост классовых противоречий, усиление охраны собственности феодалов и купцов обусловили усиление уголовной репрессии за имущественные преступления. Наблюдается более развитая система имущественных преступлений, чем в Русской Правде. Среди них - татьба (кража), которая подразделяется на простую татьбу и квалифицированную (кража церковного имущества, конокрадство, кража в третий раз). Квалифицированная татьба наказывалась смертной казнью. Среди преступлений Псковская судная грамота содержит и такие, как перевет (измена), тайный посул судье, насильственное вторжение посторонних лиц в помещение суда, побои подверника (привратника).

Новгородская судная грамота была найдена Н.М. Карамзиным в одном рукописном сборнике. В ней были изложены юридические нормы, которыми руководствовались судьи Новгорода. Новгородская судная грамота целиком не дошла до нашего времени, сохранился лишь отрывок, состоящий из 42 статей; последняя статья обрывается на полуслове. Сохранившийся отрывок содержит в себе постановления процессуальные.

В памятниках права Новгорода и Пскова содержится подробная система судоустройства и судопроизводства: суд владыки, суд веча, суд князя и посадника, суд тысяцкого, суд старост.

Судебный процесс начинался подачей жалобы - челобитья в суд со стороны истца против ответчика. Выслушав жалобу, суд выносил постановление о вызове ответчика к известному сроку. Получив на руки постановление суда (позовницу), истец отправлялся к месту жительства ответчика, вызывал его к местной церкви и там читал позовницу пред народом и священником. В случае неявки ответчика в суд по первому вызову на пятый день истец и позовники (должностные лица) получали новую грамоту, дающую им право привести ответчика в суд силою, но при этом истец и позовники не имели права бить и мучить ответчика, а равно ответчику запрещалось бить истца и позовников под угрозой уголовного наказания.

При явке ответчика в суд начинался разбор доказательств, представленных тяжущимися сторонами, из которых упоминаются показания свидетелей, старожилов и соседей, разного рода грамоты, записи, доски, лицевые знаки, крестное целование и судебный поединок.

При отсутствии убедительных доказательств споры сторон решались присягою или судебным поединком. Право поставить вместо себя на судебный поединок наемного бойца предоставлялось только малолетним, больным, увечным, престарелым, монахам и монахиням и священнослужителям. Женщина могла выставить наемника в тяжбе с мужчиной. Если одна из сторон пользовалась правом выставить за себя наемного бойца, то и другая сторона имела такое же право. Победивший на судебном поединке как доказавший свою правоту судом божьим выигрывал тяжбу, а сверх того имел право снять с побежденного “доспех”, т.е. оружие и вооружение, с которым он вышел в бой.

Существенными отличиями судебного процесса в Новгороде и Пскове от процесса Русской Правды являются:

1) замена публичного процесса (на княжьем дворе) процессом канцелярским, закрытым для публики;

2) замена устного делопроизводства письменным, преобладание письменных доказательств;

3) учреждение апелляционной судебной инстанции под именем суда докладчиков, состоявшего из выборных бояр и житьих людей. Процесс носил обвинительный характер.

Новгородская судная грамота требует обязательного письменного судопроизводства в форме судебных протоколов, засвидетельствованных и скрепленных печатями. Судебные грамоты именовались срочными, обетными, бессудными, судными и полевыми. Срочная грамота за печатью посадника содержала решение суда о вызове тяжущихся сторон на суд к определенному сроку; обетная грамота в случае троекратного уклонения от явки в суд назначала обязательный призыв в суд в трехдневный срок; бессудная грамота содержала решение суда в пользу истца в том случае, когда ответчик не явился на суд в срок, обозначенный в срочной грамоте; судная грамота содержала судебное решение в пользу стороны, выигравшей данную тяжбу; судная грамота, содержавшая решение суда о поземельной тяжбе, называлась полевою грамотою. За выдачу грамот судьи получали пошлину. Все гражданские акты требовали печати владыки и хранились в храме Святой Софии (Новгород) или Святой Троицы (Псков). Юридические акты частных лиц, положенные на хранение в ларь, признавались бесспорными судебными доказательствами, а их хранитель назывался “ларником”.

§2. Общественно-политический строй Владимирской (Ростово-Суздальской) земли

Под именем Суздальской Руси или Владимиро-Суздальского княжества разумеется область, расположенная между средним и нижним течением Оки, с одной стороны, и средним течением Волги, с другой, по рекам Клязьме и Москве. Северные просторы по реке Шексне до Белоозера примыкали также к Суздальской Руси.

До конца XI в. вся эта восточная окраина Киевской Руси представляла собой глухой и малонаселенный край.

В конце XI столетия, после Любечского съезда 1097 г., Суздальская земля выделилась в особое княжество. По соглашению князей она была отдана Владимиру Мономаху, который начал устраивать ее для младшего своего сына Юрия (Долгорукого). С этого времени начинается строительство городов (Тверь, Кострома, Балахна, Городец, Н. Новгород и др.) и усиливается приток русских поселенцев. Сам Мономах, его сын Юрий и дети Юрия - Андрей (Боголюбский) и Всеволод (Большое Гнездо) приложили немало сил, чтобы Суздальская земля превратилась в сильное княжество.

Природа Владимиро-Суздальской земли была своеобразна. Здесь не было тучных черноземных пространств, как вдоль Днепра, но природа позволяла заниматься земледелием, лесными промыслами. Суздальские князья становятся самыми могущественными во всей Русской земле. Вечевой порядок не мог развиться здесь при сильной власти князя.

Политическое развитие Ростово-Суздальской земли (одно из названий Северо-Восточной Руси) во время княжения Юрия Долгорукова шло весьма энергично. Юрий стал влиять как на внешнюю, так и на внутреннюю политику Залесского края. Он перестал посылать в Киев “суждальскую дань”. Подобный акт де-факто уничтожал вассальные отношения с верховным сюзереном - великим князем.

Освоению свободных земель способствовали и монастыри. В Х11-Х111 вв. на территории Владимиро-Суздальской земли было основано 48 монастырей, шло активное распространение христианства на окраинах “Суждальской земли”.

Если Владимир Мономах бывал в Суздале наездами, то его сын Юрий Долгорукий смолоду жил здесь и много положил труда на устройство своего княжества. Его сын Андрей Боголюбский поднимает значение Владимира, возводит огромный Успенский собор. Властолюбивый Андрей Боголюбский представлял собою новый тип князя, стремившегося к единовластью не только в своей семейной вотчине, но и во всей Русской земле.

При Всеволоде Большое Гнездо Владимирское княжество усилилось и стало одним из крупных феодальных государств в Европе, широко известном и за пределами Руси. Всеволод мог влиять на политику Новгорода, вмешивался иногда в южнорусские дела. Он почти полновластно распоряжался рязанскими княжествами. Там княжили шесть братьев Глебовичей, постоянно враждовавших друг с другом.

Развитие феодальных отношений во Владимиро-Суздальском княжестве было подчинено общим закономерностям: значительный рост крупного землевладения и борьба феодалов за землю крестьян; сокращение числа свободных крестьян-общинников и появление новых групп феодально зависимых людей; усиление связи между владением землей и политической властью; утверждение иерархической структуры земельной собственности и порождаемой ею феодальной лестницы внутри господствующего класса (вассальная зависимость); утверждение дворцово-вотчинной системы управления; предоставление иммунитетных привилегий боярским вотчинам.

Общественно-политическое развитие Северо-Восточной Руси отличалось значительными особенностями. Здесь позднее, чем в других частях Руси, стали развиваться феодальные отношения. Ко времени распада Древнерусского государства в этом крае еще не успело сложиться сильное местное дворянство (за исключением ростовского), способное противостоять усиливавшейся княжеской власти. Князьям же удалось создать, в том числе за счет завоеванных и колонизированных земель, крупный домен. Свои огромные земельные владения они раздавали дружинникам и слугам, которые составляли опору князя в борьбе с крупными местными землевладельцами. Часть земли князь отдал церкви.

Другим важным фактором усиления княжеской власти являлся рост новых городов. В то время, как старые города Ростов и Суздаль слабели, в XII в. в связи с экономическим подъемом края быстро стали расти новые города - Владимир, Переяславль, Ярославль, Москва, Звенигород, Дмитров, Балахна, Городец и др.

Опираясь на свою дружину, двор и растущие города, князья подавляли оппозицию старого ростово-суздальского боярства и укрепляли свою власть. Но предотвратить закономерный процесс феодальной раздробленности это не могло.

После смерти Всеволода начался распад Владимирского княжества. В такой обстановке оно предстало перед лицом монголо-татарского нашествия. Важнейшие центры княжества зимой 1237 г. были разрушены, оно было покорено завоевателями. Но именно в нем раньше и быстрее стали созревать условия для объединения Руси.

Полонение Владимиро-Суздальской земли, массовое убийство жителей, мужественно защищавших свою землю, не остановили поступательного движения русской истории. Государственность •была сохранена. Значение этого фактора трудно переоценить. Сохранение статуса государства во многом способствовало развитию общественного строя, политическим и экономическим отношениям. Роль государства в этот критический период русской истории была исключительно важной. Значение сохранения государственности понимали и современники. Пример Волжской Булгарии, буквально развалившейся под ударами монголов за полтора года, был перед глазами.

Следует выделить следующие категории населения Владимиро-Суздальского княжества, различающиеся по своему классовому, правовому и социальному положению и характеризующие общественный строй государства.

Класс феодалов состоял из князей, бояр, слуг вольных, дворян, детей боярских и церковных феодалов.

Для правового положения князей было характерно:

1. Владение княжескими вотчинами - доменами (наследственными земельными владениями по праву собственности).

2. Сочетание верховной власти князя над своим княжеством и его собственности на крупнейшие земельные вотчины, многие села и города.

3. Выделение вотчин князя, сливающихся сначала с государственными землями, в дворцовые земли.

Другой категорией класса феодалов выступают бояре. Для их правового положения характерны следующие черты:

а) вассальная зависимость от князя, военная служба у него;

б) наличие у бояр в собственности земельных вотчин, образующихся в результате княжеских пожалований и захвата общинных земель;

в) наличие права у боярина на разрыв служебной связи с князем по своему усмотрению при сохранении вотчин;

г) развитие иммунитетов, т.е. освобождение боярских вотчин от княжеских налогов и повинности;

д) осуществление боярами права суверенных правителей в своих вотчинах (право самостоятельно управлять населением своих владений, суда над ним, получения дани от него);

е) наличие у бояр собственных вассалов в лице средних и мелких феодалов.

К слугам вольным относилось большинство феодального класса Владимиро-Суздальского княжества. Они обязаны были несением военной службы владимирским князьям, им предоставлялось право свободного перехода от одного князя к другому.

К <<детям боярским” были отнесены бывшие потомки оскудевших боярских родов. Наконец, во второй половине XII в. во Владимиро-Суздальском княжестве возникает новый класс феодалов - дворяне. Для этой низшей социальной группы феодального класса характерны следующие черты правового положения: 1) несение дворянами военной и другой службы у князя; 2) наделение их князем за службу землями и правом эксплуатации крестьян, находящихся на этих землях; 3) собственность дворян на землю носила условный характер и право дворянина на пожалованную землю терялось в случае прекращения им службы. У дворян отсутствовало право свободного перехода от одного князя к другому.

Необходимо отметить такую категорию феодального класса, как церковные феодалы. Церковно-монастырская земельная собственность возникает из княжеских пожалований, земельных вкладов бояр, захвата монастырями и церквами крестьянских общинных земель.

Зависимое население объединяло различные категории, отличающиеся по своему правовому положению.

В Х11-Х111 вв. во Владимиро-Суздальском княжестве, кроме известных ранее смердов, закупов, изгоев, холопов, появляются половники, закладники, страдники. Половники представляли собой крестьян, которые, будучи беспомощными в хозяйственном отношении, шли в кабалу к феодалам, уплачивая им долю урожая. Закладники - бывшие смерды-общинники, которые “закладывались” феодалам в поисках сносных условий жизни, попадая в зависимые от них отношения. Под страдниками понимали посаженных на землю холопов. Их труд находил применение в княжеских, боярских, церковных владениях. Для правового положения зависимых крестьян было характерно: наличие у них права перехода от одного феодала к другому; обязанность крестьян при уходе от феодала выплатить задолженность и другие обязательства, вытекавшие из их зависимости. Крестьяне несли повинности в виде натурального оброка, отработочной ренты (барщина), государственных повинностей.

Городское население состояло из ремесленников, купцов, духовенства белого (имеющего право на вступление в брак) и черного (таких прав не имеющего).

В связи с имущественными различиями произошла дифференциация городского населения во Владимиро-Суздальском княжестве на “лучших” (верхний слой) и “черных” (нижний слой).

По своему государственному строю Владимиро-Суздальское княжество представляло раннефеодальную монархию.

В XIII в. отношения между великим князем и удельными князьями определялись на основе сюзеренитета-вассалитета. С ростом их самостоятельности удельные князья превращаются в глав независимых от великого князя феодальных владений. Эти князья присваивают себе титул великих князей, а у них появляются свои удельные князья. Возникают новые самостоятельные феодальные образования, а крупные города Владимиро-Суздальского княжества (Суздаль, Москва, Ярославль, Переяславль, Ростов) превратились в центры независимых феодальных образований.

Великий князь Владимиро-Суздальского княжества был носителем верховной власти. Ему принадлежали законодательная, исполнительная, распорядительная, судебная и церковная власти.

Органами управления Владимиро-Суздальского княжества были совет при князе, вече и феодальные съезды. В княжеский совет входили наиболее могущественные и влиятельные представители феодального класса - служилого боярства, преданного князю.

Вече созывалось для решения наиболее важных вопросов внутренней и внешней политики. Феодальные съезды созывались в чрезвычайных ситуациях по инициативе великого князя. Орудием осуществления княжеской власти была дружина, состоящая из служилых бояр и юных княжеских слуг. Дружине принадлежало руководящее место в гражданском и военном управлении Владимиро-Суздальского княжества. Основой управления в княжестве была дворцово-вотчинная система. Суть ее заключалась в том, что центром управления являлся княжеский двор, а управление вотчинами не отделялось от общегосударственного управления.

Местное управление находилось в руках наместников и волостей, являвшихся представителями великого князя на местах и осуществлявших все функции управления и суда в отношении подвластного населения от имени самого князя.

Законодательной основой Владимиро-Суздальской земли была система права Древнерусского государства: Русская Правда применялась здесь более длительное время, чем в других частях Руси.

Значение Владимиро-Суздальского княжества для истории России состоит в том, что на его территории возникла Москва, ставшая впоследствии центром объединения русских земель, а затем - столицей Русского централизованного государства.

В 1147 г. князь Юрий Владимирович по прозвищу Долгорукий звал к себе на пир черниговского князя Святослава Ольговича. Как рассказывает летопись, Юрий Долгорукий написал Святославу: “Приди ко мне, брате, в Москову”. Святослав Ольгович вместе с двумя сыновьями и дружиной приехал вечером 4 апреля, а назавтра Юрий устроил в его честь “обед силен”. Так впервые на страницы летописи проникло упоминание о Москве.

Наступил страшный для Руси 1237 год. На Русскую землю хлынули полчища монголо-татарского хана Батыя. Разорена была до основания Рязань, нависла угроза над стольным Владимиром, конница Батыя оказалась под стенами Москвы. “Взяли Москву татаре ... а людей всех убили от старца до самого маленького ребенка, а град и церкови предали огню, и все монастыри и села сожгли и, взяв много богатств, ушли”, - так описывает летопись взятие Москвы Батыем.

Голое пепелище осталось от многолюдного города после ухода завоевателей. С трудом залечивала Русская земля свои раны после кровавого нашествия. Некоторым городам не удалось подняться из пепла. Но Москву ждала другая судьба. На смену Владимиро-Суздальской Руси шла Русь Московская.

§3. Общественно-политический строй Галицко-Волынской земли

Одновременно с тем, как на северо-востоке Руси выросло и крепло Владимиро-Суздальское княжество, на юго-западных окраинах Русской земли стали развиваться и богатеть земли Волынская и Галицкая, соединившиеся около 1200 г. в одно сильное княжество.

Земля Волынская с главным городом Владимиром-Волынским занимала территорию по правому берегу Западного Буга. Свое название она получила от древнего племени волынян, ее населявших. С глубокой древности Волынская земля была подчинена киевским князьям. С середины же XII в. в ней появляется своя княжеская линия - старших Мономаховичей. Роман Мстиславич захватил и соседнее с Волынью Галицкое княжество, расположенное на восточных склонах Карпат и по Западному Бугу.

С течением времени экономическим и политическим центром сделался город Галич. Плодородие края манило туда население не только с востока, из Руси, но и с запада, из Венгрии и Польши. Укрепление и расцвет Галицко-Волынской земли приходится на время правления Ярослава Осмомысла. “Слово о полку Игореве” ставит Ярослава по значению рядом с Всеволодом Большое Гнездо.

Положение Галицко-Волынской земли было труднее и опаснее положения Суздальской земли. Во-первых, Волынь и Галич имели не слабых соседей, а могущественные и воинственные народности: поляков, литовцев и угров. Недалеко были и сильные враги Руси - половцы.

Во-вторых, общественная жизнь в Волыни, и особенно в Галиче, сложилась так, что рядом с княжеским единодержавием там возникла сильная аристократия в виде княжеского боярства, старшей дружины, которая вместе с князьями уничтожила значение городских вечевых собраний. Князья вынуждены были считаться с боярским самоволием. Князь Роман пытался сломить боярство силой, говоря, что “пчел не передавить - меда не есть”. Однако справиться с боярством ему не удалось. Оно превратилось в силу разрушительную, наравне с внешними врагами, ослабляя государство.

Городское население не было многочисленным. Домен галицких князей был невелик, а основная масса сельского населения находилась в зависимости от боярства. Вот почему эксплуатация крестьянства здесь была значительно сильнее, чем в других землях.

Особенностью государственного устройства Галицко-Волынской земли было то, что она долгое время не делилась на уделы. Как и в других русских землях, высшими органами власти были князь, совет бояр и вече. Степень политического влияния и власть каждого их этих органов были здесь различны. Ведущую роль в политической жизни играли бояре. Они распоряжались княжеским столом, приглашали и смещали князей. Корпоративным органом галицкого боярства был Боярский совет (прообраз Боярской думы). Князья искали себе поддержку в вече. Однако вече не стало реальной силой.

Не все жители города имели право участвовать в вечевом собрании. Такое право принадлежало свободному мужскому населению города, а женщины, дети, холопы и закупы были его лишены. Народ на вече созывался глашатаями или колокольным звоном.

Решения на вече постановлялись “едиными уставами”, “единодушно”. Но это единогласие в действительности означало подавляющее большинство, которому подчинялось меньшинство. Если мнения разделялись и одна партия не желала подчиняться другой, то отношения выясняли кулаками. Собрания повторялись до тех пор, пока одна партия не отказывалась от своего мнения и не подчинялась другой. В этом случае решение считалось принятым единогласно.

На вече иногда происходило судебное разбирательство дел. Многолюдные собрания не представлялись удобной формой для решения мелких судебных дел.

Раньше, чем где-либо, в системе дворцового управления появляются влиятельные должностные лица, такие как дворецкий, конюший, печатник.

Вся Галицко-Волынская земля делилась на воеводства, во главе которых стояли воеводы, назначаемые из числа боярства. Как правители провинций бояре, со своей стороны, раздают меньшие административные единицы - волости в управление “меньшим” боярам.

Призвание князя, составлявшее одно из основных прав веча во всех древнерусских землях, в Галиции и на Волыни делается правом Боярского совета. Главным основанием участия в совете служило собственное право, принадлежащее “старейшим” боярам, а позднее князьям и панам, т.е. крупным землевладельцам.

Близость и вмешательство иноземцев и боярская олигархия были двумя главными причинами того, что из Галицко-Волынского княжества не образовалось единого сильного государства. В Х11-Х111 вв. это княжество быстро стало клониться к упадку, ослабело в смутах и было завоевано поляками и литовцами. Галиция вошла в состав Польши, а Волынь - Литвы. Так разошлось по чужим рукам богатое наследство знаменитого князя Даниила Романовича.

 

 

 

Глава 3

РУСЬ И ЗОЛОТАЯ ОРДА (XIII-XV вв.)

 

В конце 1237 г. феодальная Русь подверглась нашествию татаро-монгол. Монгольские племена до конца Х в. селились на территории современной Монголии. Это не была единая народность. Среди монгольских племен выделялось своей численностью и обычаями племя татар.

К XIII в. монголо-татарские племена в силу известных причин переходят к феодальному строю. Постоянные войны между племенами закончились образованием татаро-монгольского государства. Вождь одного из монгольских племен Темучин покорил все другие племена. На собрании родоплеменной знати (курултая) в 1206 году он избирается ханом всех монголов и нарекли его Чингисханом.

Монголы за предшествующие их приходу на Русь двадцать шесть лет покорили почти весь азиатский континент - от Тихого океана до Урала и Кавказа - континент, на огромных просторах которого было немало сильных государств. Сами монголы были сравнительно небольшим народом, но, как замечает известный советский ученый В.В. Кожинов, весь его материальный и духовный потенциал был целиком и полностью претворен в военную силу. Все мужское население с юных лет было воинством или обслуживало армию. Монголы к своей выгоде использовали покоренные ими народы, вовлекая значительную их часть в свое войско, заимствуя у них военную технику. В армии монголов была установлена железная дисциплина и применялась хитроумная тактика. Этому войску не было равных.

Русь к началу монгольской агрессии была не более “раздробленной”, чем какое-либо государство Западной Европы. Более того, определенное единство страны, несмотря на все междоусобицы, сохранялось и при Андрее Боголюбском, который перенес центр Руси во Владимир, и при его младшем брате Всеволоде Большое Гнездо, и при сыне последнего -Юрии. Окончательный распад Руси произошел во времена монгольской власти.

Золотая Орда окончательно покорила Русь в 1240 г. Одна за другой полегли на полях сражений храбрые княжеские дружины, погибли тысячи русских людей, до последнего отстаивавших свою землю. После разгрома и гибели великого князя Юрия Всеволодовича в битве с татаро-монголами в 1238 г. на реке Сити его брат Ярослав Всеволодович Владимирский (отец Александра Невского) “начал платить дань царю Батыю в Золотую Орду. И после него наши русские князья, сыновья и внуки его многие годы выходы и оброки платили царям в Золотую Орду, повинуясь им, и все принимали от них власть...”, - читали мы в написанной почти через столетие после обретения Русью независимости в “Казанской истории”.*1*

Нельзя не считаться с этим реальным положением. Огромную мощь всей Азии нельзя было переломить в одной или нескольких битвах. Русь оказалась на многие годы в вассальной зависимости от Золотой Орды.

Монгольская национальная культура не была высокоразвитой, однако монголы обладали способностью считаться с культурными ценностями покоренных ими народов, чего не скажешь о создателях западных империй. Восемнадцать саксонских кампаний Карла Великого привели к уничтожению своих предков. Оттон (правил империей в Х в.) уничтожил вендов (балтийских славян). Перемещаясь на восток, всех неистребленных обращали в свою религию. Города Ганзы и походы тевтонских рыцарей обеспечили продвижение границы католицизма от Одера до Двины. К концу XIV в. целые европейские народы, противостоявшие “развитым” цивилизациям, исчезли с лица земли как “нецивилизованные”.

Многие историки отмечают присущую монголам “веротерпимость” и их стремление править каждой областью сообразно обычаям населения. С этой целью в канцелярии при дворе великого хана служили писцы всех национальностей и всех религий, дабы писать указы и законы на языках всех покоренных народов.

Здесь следует обратить внимание на характерный двойной счет западной науки и идеологии в отношении западноевропейских империй и, с другой стороны - азиатской. Первые представляются как силы, “благотворно влиявшие на экономическое и культурное развитие”, а то, что они стирали с лица земли иные цивилизации и целые народы, то это не столь важно.

Запад, несмотря ни на что, до сих пор убежден в том, что только его цивилизация и созданные им империи представляют

*1* Цит. по: Кожинов В.В. История Руси и Русского Слова. М., 1997. С. 396.

настоящую ценность. Что же касается других (азиатских) империй, то западные источники их иначе и не представляют как явление искусственное, которое к тому же выразилось только в “жертвах”, “разрушениях” и “вечной жестокости”.

Справедливости ради отметим, что Монгольская империя представляла собой высокоорганизованное государство, где существовал единый и прочный порядок на огромной территории.

Знаменитый итальянский путешественник Марко Поло, побывав в империи монголов, с восторгом писал, как великолепно была организована дорожная служба, как за день можно было преодолеть 500 км пути благодаря хорошо организованной почте - “янб” (по-русски “ям”). Через каждые 40 км находилась станция (большой прекрасный дом), где можно было поменять лошадей и мчать далее.

Английский историк Джон Феннел в своей книге, изданной в Москве в 1989 г. массовым тиражом, заявлял, что “находиться в вассальной зависимости от Золотой Орды для Руси было позорно и бессмысленно”, и “осудил” Александра Невского за его сотрудничество с монгольскими ханами. Однако ни данному автору, ни другим историкам и юристам Запада не приходило на ум назвать позорной и бессмысленной вассальную зависимость многих европейских народов от империи Карла Великого, его преемников или, скажем, от империи Наполеона и фашистской Германии.

Долгий период бытия Руси в составе азиатской империи XIII-XV вв. не самая лучшая страница в истории русского народа. Освободиться от вассальной зависимости у Руси еще не было сил. Еще могущественна была Золотая Орда с ее деспотической властью.

Военная структура, административное деление империи хорошо отлажены. Все источники отмечают тот факт, что “хан имеет изумительную власть над всеми”. Курултай - совещательный орган при хане созывался для решения вопросов государственной важности. В работе курултая принимали участие и женщины из знатных родов.

Весьма своеобразно было и право Золотой Орды. Многочисленны его источники: Великая Яса (собрание монгольских обычаев и законов), грамоты, ярлыки, пайцзы, исходившие от ханов; обычное право монгольских племен и, наконец, шариат. Правовые нормы не абстрагировались от норм нравственных и религиозных.

Уголовные законы отличались жестокостью. Малейшее нарушение установленного порядка преследовалось суровыми карами. Так, запрещалось под страхом смерти опускать руку в текущую воду, стирать одежду, возвращаться по той дороге, по которой отправлялся в путь.

Военное государство - Золотая Орда было построено по десятичной системе. Все население было разделено на десятки, сотни, тысячи и тьмы (10 тысяч). Хорошая организация, железная дисциплина, огромная конница, разветвленная разведка, огромный боевой опыт, всеобщая мобилизация населения давали возможность золотоордынцам держать в повиновении народы Азии и значительную часть Европы. Никто не мог действительно противостоять этой машине до окончательного распада Золотой Орды. Так что долгий период бытия Руси в составе такой империи не “бессмыслица” и “позор”, а историческая судьба русского народа, сохранившего в неволе и свою православную веру, и культуру, а его патриотизм и мужество нанесли серьезные удары по Золотой Орде, приблизив ее распад в XV веке.

§1. Общественный строй Руси эпохи господства Золотой Орды

Монгольское завоевание радикально изменило общественное устройство Древней Руси. Князья обращены в подданных -наместников великого хана Золотой Орды. По монгольскому государственному праву вся завоеванная земля признавалась собственностью хана, а князья - наместники хана были только владельцами земли и податных людей в пределах воли хана. Так смотрели монголы и на русские земли, подлежащие свободному распоряжению завоевателя.

Монголы собирали дань с населения, живущего на завоеванных землях, а для этого татарские численники - писцы переписали в 1259 г. население земель Киевской, Суздальской, Рязанской, Муромской, Новгородской. С этого времени древние акты именуют таких людей “численными”, т.е. переписанными. Все крестьяне, занесенные в число и опись, должны были платить дань завоевателю под контролем великого русского князя и всех других русских князей как наместников хана.

Все люди, платившие дань (черные люди, численные люди, городские люди, гости, суконники), и земли этих людей как собственность завоевателя были изъяты из гражданского оборота, т.е. не подлежали купле-продаже, залогу, дарению и завещанию.

Во времена Золотой Орды сельская община сохранялась. Она состояла из людей центрального поселения и людей, “тянувших к нему данью, управлением и судом селений, деревень и дворов”. Каждая община знала свои границы и в ней существовала круговая порука по уплате податей и отбыванию повинностей, лежащих на общине. Общину могло составлять одно многочисленное селение, но обыкновенно ее составляли от четырех до десяти селений, между которыми одно из них служило центром.

Размер земельного участка каждого общинника (“выть” или “жеребий”) зависел от его состояния. В связи с этим черные крестьяне делились на лучших, средних и молодших. Владелец земельного участка мог передать его по наследству, отдать в наем и даже продать другому лицу, но не иначе, как с согласия всей общины и с условием, что “наемщик, наследник и покупщик” принимает на себя тягло, лежавшее на приобретаемом участке черной земли.

Община имела право принимать на свободные участки тяглой земли новых поселенцев из вольных людей - “не тяглых и не письменных”. Новый поселенец освобождался на время от всех податей и повинностей, лежащих на общине, с тем чтобы новый член общины “мог встать на ноги”. Новые поселенцы по истечении льготного срока делались полноправными их членами и теряли право самовольного выхода из ее среды.

“Безвытные” люди черных общин, т.е. не владевшие наследственными земельными наделами, назывались подсуседями, захребетниками, батраками, казаками, молодшими людьми. Они жили во дворах вытных людей, помогали обрабатывать им свои “жеребья” (наделы) как вольнонаемные работники и домашние слуги.

Черные люди обязаны были содержать княжеских чиновников, приезжавших по служебным обязанностям, давать им корм и подводы (“ям”). Сверх дани, корма и яма черные люди должны были платить разного рода пошлины на содержание в исправности городов-крепостей, за совершение юридических сделок.

Самовольный выход из черной общины запрещался. Междукняжеские договоры дают право перехода только вольным людям, по формуле: “боярам, детям боярским, слугам и христианам меж нас вольным воля”.

С XVI в. после разгрома татарских царств на Волге и перехода к Московскому великому князю верховной власти хана над Русью происходила передача черных земель и крестьян служилым людям в поместья по царским указам. Черные люди и земли признаются собственностью Московского великого князя.

В эпоху монгольского владычества увеличилось количество вольных людей, т.е. людей, лишенных средств к существованию. Отпуская на свободу своих дворовых без земли, князья и бояре расширяли класс безземельных вольных людей, из которых счастлив был тот, кто просил и получал холопство или выпрашивал где-нибудь себе “подмогу”, обзаводился хозяйством на чужой земле, становясь закупом, исполовником своего господина-кредитора.

Правовое положение горожан, признавших над собою власть завоевателя, определялось их обязанностями по отношению к последнему, по которым они должны: 1) платить дань; 2) строить и поддерживать городские укрепления; 3) содержать княжескую дружину; 4) содержать служилых людей князя, назначаемых последним в подвластные города для администрации и суда; 5) платить в казну князя пошлины за совершение юридических сделок и актов.

По закону Чингисхана его потомки обязаны были соблюдать полную веротерпимость в подвластных им владениях и оказывать уважение и покровительство всем религиям и духовным лицам, состоящим под властью хана. Русская православная церковь получила ханский ярлык, предоставивший следующие права: непрекословность веры, богослужения, законов Русской церкви, неподсудность лиц духовного звания суду светскому, за исключением разбоя и убийства; освобождение от податей, повинностей и пошлины в пользу ханов всего русского духовенства, ближайших родственников духовных лиц, всех церковных людей и всех церковных имуществ. За нарушение ярлыков татарским князьям, вельможам, баскакам, послам, всем людям татарского царства ханы угрожали “гневом божьим на небе и казнью на земле”.

Духовенство на Руси сохранило свою организацию. Во главе Русской церкви стоял митрополит, подвластный константинопольскому патриарху. В духовном состоянии различались высшее духовенство и низшее, белое и черное. К высшему принадлежали иерархи, стоявшие во главе церкви, начальники церковных округов (епархий) и монастырей.

К низшему духовенству принадлежали священно- и церковнослужители приходов и низшее черное духовенство, состоявшее из монахов и монахинь. Русская митрополия делилась на епархии, управление которыми находилось в руках епископов или архиепископов. Во времена татар было 12 епархий. Низшую единицу церковного деления составлял приход со священником, дьяконом, дьячком и пономарем и т.д., составлявшими церковный причт.

Митрополиту, как и всем епархиям, принадлежала десятина - десятая часть от всех княжеских даней и пошлин, доходы с приходских церквей, доходы с церковного суда. Приходское духовенство “кормилось” добровольными приношениями прихожан за исполнение церковных треб.

§2, Государственный строй Руси периода Золотой Орды

С берегов Волги Батый призвал русских князей в Орду под угрозой потери своей отчизны и самой жизни за неявку. С тех пор монгольский хан стал верховной властью на Русской земле. Удельным русским князьям были вручены ханскими ярлыками их же вотчины на правах владений. Прежде самостоятельные князья превращены в подданных, посадников - слуг своего завоевателя.

На территории Руси завоевателями была создана особая структура - баскакская военно-политическая организация, состоявшая из десятников, сотников, тысячников и темников. В распоряжении баскаков находились военные отряды, часто формируемые из местного населения. Баскаки жили по княжествам и подчинялись главному баскаку, находившемуся во Владимире.

Лишив удельные русские государства политической самостоятельности и господствуя над ними издали, завоеватель оставил нетронутыми внутреннее государственное устройство и право русского народа, а в числе других правовых институтов- и родовой порядок преемства княжеской власти. Но в эпоху монгольского владычества русский князь, побежденный в борьбе за спорный родовой удел, имел возможность позвать своего соперника на суд хана и привести против него татарское войско, если ему удавалось расположить Орду в свою пользу. Так, Александр Невский, отстаивая свое право на Владимирский стол, отправился в Орду и упросил хана дать ему “старшинство” над всеми своими братьями на Суздальской земле.

Хан не всегда руководствовался русскими обычаями в решении спорных вопросов. Он часто выбирал между претендентами того, кто успел расположить его к себе подарками, лестью, родственными связями. В 1304 г. Орда решила спор о великом княжении между тверским князем Михаилом и московским князем Юрием в пользу первого.

После длительной борьбы между этими князьями, используя все средства воздействия на хана Узбека, московский князь Юрий Данилович возвратился из Орды великим князем. В этой связи нельзя не отметить и гибкую дипломатию, проводимую великими князьями. Так, хан Узбек (правил в 1313- 1342 гг.) выдал свою сестру Кончаку за московского князя Юрия Даниловича, продемонстрировав свое уважение к вассалу, а следующий хан Джанибек (1342 - 1357 гг.) находился в тесной дружбе с одним из выдающихся деятелей Руси того времени митрополитом всея Руси Алексием, который в 1431 г. был причислен к лику святых.

После смерти Юрия московское княжение наследовал его брат - Иван Калита (1325 г.). Со времени Калиты право и обязанность взимания и доставки дани в Орду предоставлялось только московским великим князьям, что послужило основанием возвышения Москвы над удельными княжествами. Исполняя обязанности посадника и пользуясь правами бывших откупщиков татарской дани, московские великие князья богатели и получали возможность приобретать в свою собственность села в разных уездах. Появились две формы волостей, отличающихся по своему устройству и органам управления: 1) черные волости, описанные татарскими чиновниками, обложенные татарской данью, пользующиеся административной и судебной автономией под условием исправного платежа ордынской дани и княжеского корма и пошлин; 2) дворцовые волости - собственность князей, здесь князья являлись наследственными владельцами на правах вотчинников. Управление дворцовыми волостями осуществлялось вне какой-либо зависимости от Орды.

Здесь можно было встретить дворецких, конюших, окольничьих. Этим высшим чинам были подчинены волостные и сельские судьи и многочисленные управители: тиуны, дьяки, ключники, стольники, мясники, рыбники, ловчие, сокольники, бортники, садовники, приказчики и др.

Великое московское княжество делилось на уезды, состоявшие под властью князей. Уезды подразделялись на станы или черные волости, где правили княжеские становщики или волостели. Станы подразделялись на “вари”, которые управлялись выборными старостами или сотниками.

В татарскую эпоху при князьях и волостелях состояли слуги разных названий, соответствовавших специальным должностям: писцы, даньщики, таможенники, перевозчики и явщики -сборщики пошлин с разного рода торговых сделок; тиуны, вирники - помощники князей и волостелей в делах суда и по сбору судебных штрафов и пошлин.

§3, Куликовская битва

Середина XIV века. Золотая Орда оказалась в состоянии длительного кризиса. Он начался убийством хана Джанибека. За двадцать лет на престоле сменилось более двадцати ханов, пока к власти не пришел Тохтамыш. Важной персоной в Золотой Орде становится талантливый военачальник и политик Мамай. Он был крымским темником, т.е. командовал золотоордынским войском, расположенным в Крыму и прилегающей к нему степной полосе.

Предприимчивый Мамай неоднократно пытался захватить власть в Золотой Орде. Бесплодные попытки завладеть троном заставили Мамая свой взор обратить на Москву. По собственной инициативе он посылает Дмитрию Ивановичу “ярлык на великое княжение”, что нарушило традицию (полагалось, чтобы русские князья сами испрашивали у хана этот ярлык). Но с 1374 г. “теплые” отношения между Москвой и Мамаем сменяются открытой враждебностью. Следует заметить, что Мамай не был ханом Золотой Орды и его власть распространялась на указанную выше территорию.

Юный, смелый и талантливый в военном деле московский князь Дмитрий проявил неповиновение ордынцам. Послы Мамая просили дань, как при хане Узбеке. Дмитрий ответил им отказом. Послы, “глаголяху гордо”, угрожали войной, сообщив, что “Мамай уже стоит за Доном со многою силою”. Летом 1380 г. 100-тысячной армии Мамая были противопоставлены объединенные силы русского народа. На священную войну поднялся весь народ, но в поход взяли далеко не всех, отбирая лишь наиболее подготовленных и обученных военному делу, поскольку делали ставку не на число, а на умение.

Получив благословение от игумена Троицкого монастыря Сергия Радонежского и игнорируя “советы” верхушки духовенства “не рисковать и смириться перед ханом”, князь Дмитрий с общерусским войском, собранным почти со всей Северо-Восточной Руси, выступил из Москвы навстречу Мамаю. По дороге к Дону к войску присоединились отряды и других русских земель. Всего под знамена Дмитрия Ивановича встало 60 тысяч воинов.

Победа на Куликовом поле далась нелегко: погибло 8 тысяч русских воинов, а вместе с ранеными потери русских достигли 25 тысяч, т.е. почти половина армии. Татары оставили на поле брани более 60 тысяч. За столь сокрушительный разгром врага благодарный народ тут же окрестил Дмитрия “Донским”.

Эта великая победа положила начало освобождению Руси от вассальной зависимости. Куликовская битва являет собой национально-историческое, судьбоносное событие, имевшее всемирное значение. Мамай, в отличие от создателя Золотой Орды Батыя и его преемников, выражал намерение не только подчинить себе Русь, а поселиться в ее благоустроенных городах и обратить в рабство русский и другие народы. И дело не столько в дани, которую Москва отказалась платить, а в стремлении ордынцев полностью оккупировать Русь, используя ее потенциал для дальнейших агрессий. Последние исследования дают неоспоримые исторические факты, свидетельствующие о значительной роли римского престола в походе Мамая на Москву. Влияние католиков на окружение Мамая было огромным. Наряду с ведущей их ролью по-своему неменее существенен союз Мамая с великим князем литовским Ягайло. Как известно, Ягайло не успел привести свои войска на Куликово поле, но он шел туда, воодушевленный римским папою Урбаном VI. Подстрекаемый папой римским, Мамай шел на наше Отечество еще с одной целью - сокрушить Православие. Вот почему Русь почти полтора столетия не выступала единым фронтом в противоборстве с Золотой Ордой, а против Мамая пошла решительно. Мамай, наблюдая с высокого кургана ход битвы и увидя общее бегство своих полчищ, побежал сам и воскликнул в гневе: “велик Бог христианский”. Русские гнали татар до реки Мечи. Мамай бежал в Крым и там был умерщвлен генуэзцами.

Кажется странным, а для многих и нелепым свершившееся в те далекие годы объединение Запада с азиатской Мамаевой Ордой в походе на Русь. Странного здесь мало, ибо история дает нам не один пример такого объединения (Запад и Турция в Крымской войне против России в 1853-1856 гг.; ось Берлин-Рим-Токио против СССР в 1937 г.).

Куликовская битва позволила выйти Московской Руси на мировую арену.

После кровавой Куликовской битвы в 1380 г. и бескровного отвержения Иваном III зависимости Руси от хана Ахмата в 1480 г., говоря словами Карла Маркса, “изумленная Европа... была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи...”.

 

 

 

Глава 4

ОБРАЗОВАНИЕ РУССКОГО ЦЕНТРАЛИЗОВАННОГО ГОСУДАРСТВА И РАЗВИТИЕ ОБЩЕРУССКОГО ПРАВА (начало XIV - первая половина XVI в.)

 

Победа на Куликовом поле положила начало свержению ордынского ига. Куликовская победа позволила Руси вновь обрести независимость и расчистила пути к созданию единого Русского централизованного государства. Возникновение такого государства было закономерным и неизбежным явлением на определенном этапе развития феодального общества. Русские города становятся центрами производства и торговли, что обусловило необходимость взаимного общения, прекращение бессмысленных войн и бесцельного опустошения.

Интересы средних и мелких феодалов - “детей боярских” и дворян перестали совпадать с интересами удельных князей и кучкой боярства. Они стремились освободиться от их власти. Все это возможно было при образовании единого крупного централизованного государства.

§1. Возвышение Московского княжества

Центром объединения русских земель стало Московское княжество. Оно начало существовать со второй половины XIII в. Сам же город Москва был основан Юрием Долгоруким в 1147 г. Первоначально Москва была крепостью, поставленной на южной границе Суздальской земли, и принадлежала владимирским князьям. Князь Александр Невский оставил в Москве своего младшего сына Даниила, и с этих пор началось быстрое усиление и возвышение нового удела. Первая причина усиления Москвы и возвышения московских князей заключалась в особенно выгодном географическом положении города, который был расположен в узле дорог, ведущих из Южной Руси в Северную и из Новгородской земли - в Рязанскую. Река Москва стала таким водным путем, который соединял верховья Волги со средним течением Оки. Этим путем пользовались новгородцы, перевозя к себе хлеб, воск, мед из богатейшей Рязанской земли.

Второй причиной возвышения Москвы были таланты и ловкость первых московских князей, умевших использовать выгоды своего положения. Князь Даниил и его сын Юрий присоединили к Москве города: Коломну в устье р. Москвы, Можайск и Переяславль-Залесский. Юрий Даниилович решил искать в Орде ярлыка на великое княжение Владимирское и вступить в борьбу за Владимир с тверским князем Михаилом, своим дядей. Оба князя в Орде были убиты. В Москве стал княжить брат Юрия - Иван по прозвищу Калита (т.е. кошель). В 1328 году он добился великого княжения, которое с той поры уже не выходило из рук московской династии.

О деятельности великого князя Ивана Данииловича Калиты (1276-1363 гг.) известно немного. Но то, что известно, говорит о его уме и таланте. Сел он на великое княжение, и по словам летописца, “бысть оттоле тишина велика по всей Русской земле на сорок лет и перестали татарове воевати Русскую землю”. Именно этот князь исхлопотал себе разрешение “доставлять выход” в Орду своими средствами без участия татарских сборщиков дани. Таким образом был устранен главный повод для набегов татар. Калита способствовал переводу в Москву из Владимира митрополита Петра и строительству знаменитого Успенского собора наподобие Успенского собора Владимирского. Москва стала и духовной столицей всей Руси.

Преемники Ивана Калиты - Семен Гордый и Иван II Красный продолжали увеличивать территорию Московского княжества. Сыновья Ивана Калиты умирали в молодые годы и княжили недолго. Семен Гордый умер от моровой язвы (чумы), обошедшей тогда всю Европу. Иван Красный скончался от неизвестной причины, в возрасте 31 года.

Дмитрий Иванович Донской “всех князей русских привожаше под свою волю, а которые не повиновахуся воле его, а на тех нача посягати”. Он подчинил себе суздальских и нижегородских князей, победил рязанского князя Олега, и после долгой борьбы привел в зависимость от Москвы Тверь. Борьба с Тверью была упорна и продолжительна. В 1375 г. между Тверью и Москвой был заключен, наконец, мир, по которому тверской князь признавал себя “младшим братом” московского князя и отказывался от всяких притязаний на владимирское великое княжение. Самостоятельность Новгорода была ограничена. При Дмитрии Русь впервые отважилась на открытую борьбу с татарами, о чем говорилось выше.

При великом князе Василии (1389-1425 гг.), сыне Дмитрия Донского, Русь пережила два татарских нашествия. Несмотря на то, что Василий был женат на дочери литовского князя Витовта (Софии), между ними дело доходило до открытых войн. Столкновения закончились тем, что границей владений Москвы и Литвы была признана река Угра.

Великому князю Василию Васильевичу, по прозвищу Темный (т.е. слепой), после смерти отца было десять лет. Дядя великого князя - Юрий (удельный князь Галича, что в верховьях р. Костромы) и его сыновья Василий Косой и Дмитрий Шемяка заявили свои притязания на Москву. Междоусобицы тянулись 20 лет. Василий Васильевич был ослеплен Дмитрием Шемякою.

Слепой отец сделал своего сына Ивана соправителем еще при своей жизни и дал ему титул великого князя Ивана III. Одаренный большим умом и сильной волей, Иван закончил собирание великорусских земель под властью Москвы. Иван III подчинил себе где силой, где мирными соглашениями Новгород, Тверь, Ростов Великий, Ярославль, Рязань. Иван III отказался платить дань татарским ханам.

Великое стояние на Угре (1480 г.) закончилось отступлением татар. В 1487 г. была взята Казань, а в 1514 г. присоединен Смоленск.

Русское централизованное государство в основном оформилось к середине XVI в.

Московское княжество было окружено отовсюду русскими владениями: господина Великого Новгорода, князей тверских, ростовских, ярославских, рязанских. Подчинив себе этих князей, Иван III превратился в единого государя целой русской народности. Сначала его политика была удельной, а потом национальной. Составляя свое завещание, он обделил своих младших сыновей в пользу старшего их брата, великого князя Василия, и лишил их всяких державных прав, подчинив великому князю. Словом, везде и во всем проводилась мысль, что великий московский князь есть единодержавный и самодержавный монарх, которому одинаково подчинены как его служилые князья, так и простые слуги. По духовной грамоте (заве-щанию) Иван III старшего своего сына Василия делал прямо государем над братьями и ему одному давал державные права. Василий получил один в наследство 66 городов, а четверо его братьев - только тридцать мелких городов. Василий один имел право “бить монету” (чеканить), сноситься с другими государствами.

Новый взгляд о народном единодержавном государе вел к переменам и в дворцовой жизни: к установлению придворного этикета, к большой пышности и торжественности обычаев, к усвоению разных эмблем и знаков - символов власти. Так, вместе с объединением Северной Руси совершалось превращение московского удельного князя в государя всея Руси.

С развитием монархии шел процесс превращения Москвы в центр духовного управления Россией.

При Иване III активно продолжалось присоединение к Москве удельных земель. Становясь слугами и обращаясь в бояр московского князя, удельные князья сохраняли за собою свои родовые земли, но уже не в качестве уделов, а как простые вотчины. Они были их частными собственниками, а “государем” их земель считался уже московский великий князь.

Необыкновенно быстрые успехи Москвы в собирании русских земель способствовали развитию отношений с западными странами. Римский папа был заинтересован в установлении отношений с Москвой. Он питал надежды подчинить ее своему влиянию. Of папы поступило предложение устроить брак овдовевшего Ивана III (первая жена - тверская княжна Мария умерла, когда Ивану было 30 лет) с племянницей последнего Константинопольского императора Зоей (в крещении - Софья) Палеолог. В 1472 г. невесту привезли в Москву и брак состоялся. Однако надеждам папы римского не было суждено осуществиться. Идея распространения католичества среди русских была отвергнута. Вместе с Софией в Москву прибыли греки и итальянцы. Великий князь держал их у себя как мастеров, поручая им строительство крепостей, церквей, палат, чеканку монет. Женившись на греческой царевне, Иван III считал себя преемником исчезнувших византийских императоров. Этим и объясняется введение им византийского герба - двуглавого орла.

В русском обществе все активнее зазвучала мысль о том, что Москва есть преемница Византии. Исходя из этой мысли о бо-гоустановленном единстве всего христианского мира, игумен псковского Елизарова монастыря Филофей написал великому князю Василию III послание, где доказывал, что изначально центром мира был Рим, затем новый Рим - Константинополь, а в последнее время стал третий Рим - Москва. “Два Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не бывати”, - писал инок.

Идея о всемирной роли “Москвы - третьего Рима” овладела. русским народом, а московский великий князь стал рассматриваться “царем всего православия”, а русская церковь - достойной преемницей греческой церкви. Передавали предание, будто сам апостол Андрей Первозванный был на Руси и благословил горы Киевские и предсказал, что на Руси будет цвести истинная вера.

§2. Общественный строй

Правовое положение феодалов. Класс феодалов не был одно- родным. На вершине феодальной лестницы находился великий московский князь. Следом шли удельные князья, ставшие на службу великому князю и потерявшие свою самостоятельность Они должны были нести военную службу. Со временем удельные князья вошли в состав боярства, образовав его верхушку.

Следующую группу феодалов составляли бояре - наиболее крупные и влиятельные землевладельцы. С появлением служилых князей высший класс русского общества по прежнему именовался боярами или “князьями и боярами”.

Единственная привилегия состояла в том, что их жизнь и телесная неприкосновенность ограждались более ревностно. Вообще бояре отличались фактическими преимуществами -богатством и властью. Следом за боярами шли “слуги вольные” и “дети боярские”, т.е. средние и мелкие феодалы. Бояре и “дети боярские” имели свои дружины, свои дворы, и переходя на службу московскому великому князю, приводили их с собой в Москву. Служба бояр и слуг вольных носила добровольный, а не обязательный характер. Однако они не могли обойтись без этой службы, т.е. великому или удельному князю. Только неся службу, они могли рассчитывать на его защиту. Бояре и слуги вольные могли отказаться от службы своему сеньору и перейти служить другому. Но что характерно- они не теряли своих прав на вотчину. Московские князья старались привлечь к себе на службу возможно большее количество служилых людей и закрепить за собой навсегда путем раздачи им на время службы крестьянских сел. В дальнейшем самовольное прекращение службы и переход к другому феодалу было запрещено законом, рассматривалось как государственное преступление и влекло за собой конфискацию дарованных вотчин.

Низшую группу составляли слуги феодалов, которые исполняли различные административные и хозяйственные обязанности и получали за свою службу земли.

В XV в. произошли серьезные изменения в составе класса феодалов. Боярство сделалось самым важным придворным чином, но бояре лишились права свободного выбора князя. Оформилась и другая группа феодалов - сословие дворян. Основой этой группы были слуги при дворе. По мере того, как удельные князья стали превращаться в служилых, дворянство пополнялось за счет включения в свой состав слуг этих князей, свободных землевладельцев и “детей боярских”. Со временем дворяне приобретают все большее влияние, используя свою близость к двору.

Правовое положение крестьян. Крестьяне делились на чернотяглых, живших на земле великого князя и на землях удельных князей, и крестьян, живших в вотчинах и поместьях бояр, “детей боярских” и дворян, а также на церковных землях.

Замена натуральной ренты денежною толкала феодалов к увеличению своей запашки, к усилению эксплуатации зависимого крестьянства. Черные люди обязаны были содержать княжеских чиновников, давать им корм и подводы.

С XVI в. начинается устранение княжеских наместников -кормленщиков и передача черных земель и крестьян служилым людям в поместья по царским указам.

Старожильцами назывались крестьяне, которые издавна жили и работали на земле своего феодала и платили ему подати. Серебряниками назывались крестьяне, бравшие в долг от своих феодалов серебро под проценты. За исключением старожильцев и серебряников основная масса населения в XV в. пользовалась свободой перехода (“выхода”). Со временем землевладельцы стали устанавливать особые сроки для этого выхода: считалось наиболее подходящим 26 ноября, так называемый Юрьев день, глубокой осенью, когда заканчивались все сельхозработы. Под страхом суровой зимы мало кто из крестьян использовал это право.

По законодательным актам XIV - XV столетий все разряды крестьян землевладельцев - черные, дворцовые, боярские, вотчинные, поместные по отношению к землевладельцам делились на три неравные категории: 1) крестьяне тяглые, государственные, обложенные определенными государственными податями и повинностями, не имевшие права перехода. Они составляли преобладающую массу государственного народонаселения; 2) крестьяне частновладельческие, жившие на земле своих господ и платившие им оброк; 3) вольные крестьяне-колонисты на чужих землях, государственных и частных, освобожденные от податей и повинностей на определенный льготный срок, по истечении которого зачислявшиеся в разряд крестьян черных или частновладельческих.

Помещики и вотчинники были судьями своих крестьян по всем делам за исключением дел уголовных.

Городское население утратило те права, которые оно имело в эпоху Киевской Руси. Оно стало облагаться теми же налогами и повинностями, что и крестьяне.

Горожан стали называть посадскими людьми. Они не имели никаких прав на самоуправление, а управлялись или князьями, или посадниками - наместниками великого князя. Из среды городского населения стали выделяться наиболее состоятельные люди, которым удавалось добиваться различного рода преимуществ и привилегий. Среди них прежде всего гости и купцы. Кто такие гости? Гостем называли всякого чужого человека. В узком смысле этого слова, гость - иноземный купец. Гостем называли также купца из другой русской земли. В ст. 69 Русской Правды читаем: “пришедь гость из иного города или чужеземец”. В отличие от гостя купцом назывался человек, занимающийся внутренней торговлей. Торговать мог всякий: и, князь, и боярин, и смерд. Но для гостя и купца торговля - профессия. Сословие торгового люда на Руси было довольно многочисленно. Жили в городах и так называемые черные или молодшие люди. К ним прежде всего относились ремесленники и чернорабочие.

Подобно крестьянам, черные посадские люди составляли; общину. Она характеризуется выборным управлением, общинным землевладением и круговой порукой по уплате податей и отбыванию повинностей.

§3, Государственный строй

Великие московские князья становятся типичными монархами ранней феодальной эпохи. По свержении татарского ига к московскому князю переходит власть хана, бывшего полновластного хозяина земли Русской. Но им принадлежала вся полнота власти только в собственном уделе (домене). На территории же подчиненных княжеств и земель великокняжеская власть определялась или договорами, заключенными с удельными князьями, или жалованными грамотами, которые выдавались своим боярам, слугам, церкви. Как отмечалось выше, великий князь был главой всех присоединенных к Москве уделов и земель. Власть московских князей росла за счет постепенной ликвидации уделов и превращения удельных князей в служивых.

Московские князья не ограничиваются титулом великих князей. Уже с Ивана Калиты они именуются “великими князьями всея Руси”, что указывает на их стремление установить единодержавие. Иван III в сношениях с другими государствами называл себя царем. Окончательно этот титул укоренился в России при Иване Грозном.

В особом положении находились князья тверские, рязанские и ростовские. Они носили титул великих князей, многие годы являясь самостоятельными главами своих владений. Со временем эти князья вынуждены были признать главенство великого московского князя и превратились, по примеру других князей, в служилых людей, т.е. в таких же слуг, что и бояре.

В Древней Руси с половины XII в. начало избрания князя народом берет перевес над началом наследственного перехода власти. Но с XIV в. избрание не практикуется. Власть переходит по наследству. Сначала существовал принцип родового старшинства, но с XIV в. родовое старшинство заменяется старшинством семейным. Власть переходит от отца к старшему сыну. Утверждается начало первородства и единонаследия. Земля не делится на уделы между всеми сыновьями.

Вступление нового князя на княжеский стол стало обставляться торжественно. В обряде посажения князя участвовал митрополит, а с конца XV в. появляется торжественное венчание или коронование, что указывало на то, что власть монарха московского - божественного происхождения и передается по наследству в силу “божественной благодати”.

Высшие органы власти и управления. Какова была власть великих князей и царей московских? Не было такого закона, который точно формулировал бы их права. Они стремились к неограниченной власти. Сначала усилению власти московских князей способствовало уменьшение власти Золотой Орды. Начиная с Ивана III, они стали называть себя “государями всея Руси”, а иногда и царями (от латинского слова “цесарь”, как именовались римские и византийские императоры).

Вместе с тем, нельзя сказать, что Московское государство было неограниченной монархией. Деятельность московских государей направлялась верхушкой феодалов - боярами и церковью.

Боярская дума не составляла особого учреждения, которое имело бы четко определенный состав и свой регламент. Она состояла из родовитых и богатых бояр, которые принимали участие в обсуждении вопросов войны и мира. При участии бояр заключались межкняжеские договоры, В их присутствии и, вероятно, после совещания с ними, великие князья составляли духовные грамоты. Бояре принимали участие в управлении государством, в суде, в законодательной деятельности. Не раз бояре даже правили государством за малолетних или неспособных князей. Дмитрий Донской, умирая, приказал своим детям : “бояр же своих любите и честь им достойную воздавайте, без их думы ничтоже творите”.

Нежелание считаться с мнением Боярской думы могло иметь своим последствием отъезд бояр к другому князю, изоляцию князя, ослабление его влияния. В своих вотчинах они чувствовали себя по-прежнему удельными князьями, какими были их отцы и деды. Словом, новое московское боярство приняло вид родовой и земельной аристократии с притязаниями на участие в управлении государством. С конца XV в., когда стало расти политическое влияние дворянства и когда великий князь принял суровые меры против отъезжающих из Москвы бояр, стало падать и значение Боярской думы.

Путные бояре. До XIV в. на Руси отсутствовало понятие центральных и местных органов управления. Существовали некоторые органы административного управления времен Киевской Руси. Встречаются должности тысяцких. Сохраняется дворцовая система управления, в которой под управлением дворецкого определены были дворцовые пути, под управлением путных бояр. Слово “путь” означало выгоду, доход, имущества. Существовали следующие пути: сокольничий, конюший, стольничий, чашничий. В ведомстве сокольничего пути находились сокольники и другие служители птичьей охоты; в ведомстве конюшенного пути - княжеские конюшни, конюхи, луга; в ведомстве стольничего пути - бортные леса, села и деревни. Деревни, приписанные к двору и путям, были разбросаны по всей территории государства. Рядом с деревней или селом, находившимся введении местных органов власти, можно было видеть деревни то путных бояр, то дворецкого и вотчинников. Пути ведали населением, которое жило на приписанных к ним землях.

Во главе путей, этих самостоятельных ведомств, находились путные бояре - верхушка феодальной знати.

Приказы, именуемые в первой половине XVI в. третями, а во второй половине того же века - четвертями, по времени своего происхождения относятся к XV веку. Трети явились следствием деления доходов с Москвы и черных московских волостей на три удела междусыновьями Ивана Калиты. Эти уделы состояли в ведомстве трех московских наместников, из которых великокняжеский именовался “большим”.

По мере присоединения удельных княжеств к Московскому в Москве были образованы центральные судные приказы -Владимирский, Рязанский, Дмитровский и др. для приема, разбора и решения дел лиц, искавших судебной защиты у московского государя. Появился целый ряд дел и даже касавшихся отраслей управления, которые не в силах были решить органы дворцово-вотчинного управления.

На практике государь поручал (приказывал) какому-либо боярину заниматься этим делом или отраслью самостоятельно. При нем создавалась канцелярия и велось дьяками письменное производство.

Первым приказом был Казенный, который ведал казной князя и его архивом. Следом был образован Дворцовый приказ (или приказ Большого дворца) во главе с дворецким. Созданы были Конюшенный, Посольский, Разрядный, Ямской и др. приказы.

Местные органы управления. Московское великое княжество в административном плане делилось на уезды - города с принадлежащими им землями. Наряду с уездами существовало деление и на земли (Вятская земля и др.). Уезды подразделялись на волости, волости - на станы.

Местные правители, назначаемые князьями, назывались наместниками и волостелями.

Организация наместнического управления проста. В уезд назначается наместник, в единицы меньшие (волости) - волостели. Наместник подчинялся только великому князю.

И те и другие назначались обыкновенно на 3 года. Наместник назначает себе помощников - тиунов, доводчиков и приветчиков. Наместники ведали сбором податей, пошлин, чинили суд и расправу. Кроме финансовых и судебных прав, наместникам принадлежали полицейские и рекрутские функции. Наместничество давалось как бы в награду, ибо оно приносило доход. Доход наместника или волостеля именовался “кормом”, а отсюда и вся система управления носит название системы кормления. В челобитных о назначении наместником просители писали: “прошу пустить покормиться”. В Москве были книги с росписью доходов, какие мог получить наместник в известном округе. Кормление получали и помощники наместников и волостелей - тиуны, доводчики и приветчики. Вновь пожалованного наместника или волостеля жители встречали приношениями, что называлось “въездным кормом”. Затем, во все время пребывания в своем округе наместник или волостель получал периодически праздничный корм во время больших праздников - Рождества Христова, Пасхи, Петрова дня. Всякая свадьба в округе давала особый корм наместнику. Этот свадебный корм носил название “выводная куница”. Всякое судебное действие сопровождалось уплатой наместнику судебной пошлины.

Виновные в наиболее тяжких уголовных преступлениях - в разбое, душегубстве, татьбе - подвергались смертной казни, а имущество их конфисковалось в пользу наместника. Если убийца неизвестен, то община, на территории которой найден труп убитого, уплачивала “дикую виру” в пользу наместника и т.п.

Наконец, в пользу наместника взыскивались торговые пошлины. При купле-продаже или мене лошадей и рогатого скота наместники и волостели получали “роговую” пошлину.

Корм был натуральный или денежный. Праздничный корм обыкновенно был натуральный. “На Рождество Христово наместнику нашему взяти с десяти сох полоть мяса, четверо хлебов, коробья овса, воз сена” (Онежская грамота). Брачные, судебные, торговые пошлины выражались в определенной денежной сумме.

Губное самоуправление. Системой кормления было недовольно поместное дворянство. Посылаемые на короткий срок кормленщики не были заинтересованы в решении местных проблем. Московские князья пытались ограничить власть и “аппетиты” кормленщиков грамотами, но в сущности они ничего не смогли поменять. Вымогательство взяток было беспредельным.

Для преследования разбойников вводятся губные учреждения, действовавшие рядом с наместниками.

Губной округ - сначала волость, а впоследствии и уезд. Первоначально ведомство губных учреждений ограничивалось преследованием разбойников. Их задача - ловить разбойников, судить их и наказывать. Впоследствии расширился круг преступлений, подсудных губным учреждениям: дела о душегубстве, о татьбе с поличным, о поджоге, совращение из православия, насилие над женщинами, непочтение к родителям и др.

Кроме суда, губные избы отправляли и полицейские функции. Они должны были принимать меры по предупреждению разбоев и грабежей, наблюдать за подозрительными личностями. В ведении губных властей находились тюрьмы. Впоследствии на губные учреждения возложено было почти все местное управление.

От губных учреждений отличались земские учреждения. Они были введены еще в бытность наместников. Земским округом была волость и даже слобода. В каждом земском округе существовала земская изба. В состав органов земского управления входили: излюбленные головы, земский дьяк, лучшие люди, именуемые целовальниками или земскими судьями. Эти земские власти избирались, подобно губным властям, на неопределенный срок, хотя избиратели могли во всякое время переменить выбранных.

Избирателями было тягловое население - посадские люди и волостные крестьяне, а также духовенство. Только на эти категории простиралась власть земских учреждений. И в этом отношении земские учреждения отличались от губных. В компетенцию земских учреждений входили прежде всего дела финансовые. Земские власти собирали различные налоги, наблюдали за правильным использованием натуральных повинностей.

§4. Право

Самые ранние памятники права Московского государства -грамоты различного содержания. Всякое жалование частному лицу, монастырю или церкви недвижимого имущества оформлялось жалованной грамотой великого князя.

Получивший пожалование освобождался иногда от подчинения суду местных властей и подчинялся суду великого князя. Кроме того, он сам получал право суда над лицами, живущими в пожалованном ему имении. Льгота могла заключаться также в освобождении пожалованного от даней и повинностей.

К числу важнейших грамот относились уставные грамоты, определяющие порядок местного управления. Главное содержание уставных грамот наместнического управления - определение размера корма в пользу местных правителей.

Древнейшая губная грамота была дана жителям Белозерского уезда в 1539 году.

Из многочисленных грамот мы видим, как происходил процесс развития поземельной собственности. Наблюдается экспроприация общинных земель феодалами. Бояре и “вольные слуги” сумели освоить земельные держания, которые им давались за службу великому князю. Они не только сохранили эти земли за собой, но получили возможность их отчуждать: продавать, отдавать в залог, менять, дарить. Такие наследственные: держания в Московии получили название вотчин. Хотя вотчины могли отчуждаться и передаваться в наследство, новые владельцы обязаны были нести военную службу. Другими словами, владельцы вотчин были типичными вассалами. Вотчина была не чем иным, как феодом или леном в западноевропейском понятии.

Вместе с вотчинами существовали более условные земельные держания, которые великий московский князь давал на время службы. Эти земли назывались поместьями. В Западной Европе такие владения землей называли бенефициями. Их владельцы не могли отчуждать эти наделы или передавать по наследству. После смерти помещика поместье возвращалось в царский домен.

Земли, не входившие во владение феодалов и церкви, составляли княжеский домен. Формы эксплуатации населения в домене были разными. Одни платили денежную ренту (дань и денежный оброк) и назывались чернотягловыми, другие, кроме дани и денежного оброка (в меньшем размере), несли разного рода повинности и платили натуральную ренту. Такие крестьяне назывались дворцовыми.

Великие князья распоряжались одинаково и черно-тягловыми, и дворцовыми землями с находящимися на них крестьянами. Бояре, дети боярские, дворяне получали эти земли от князя за службу.

Московское государство от издания отдельных грамот перешло к кодификационной деятельности, т.е. к составлению сборников законов.

Первым опытом кодификации являлся Судебник Ивана III 1497 года. То была эпоха установления московского единодержавия. Рядом с объединением политическим совершается объединение юридическое, составляется общий сборник юридических норм для всего Московского государства. Составлен сборник дьяком Владимиром Гусевым и санкционирован царем и Боярской думой.

Главное содержание Судебника - постановления процессу-альные. Они заимствованы из уставных грамот. Здесь нет ничего нового, но важно то, что разбросанные в разных княжеских грамотах процессуальные постановления были соединены в один акт. Среди норм процессуального права есть постановления уголовные. Их немного. Некоторые, очевидно, являлись результатом законодательной деятельности Ивана III - “о лихоимстве”, “об отказе в правосудии”, “о лжесвидетельствах” и др.

Вторая, меньшая часть Судебника состоит из норм гражданского права-“о давности”, “о наследстве”, “о купле-продаже”, “о займе”, “о холопстве” и др. Эти постановления заимствованы из Псковской судной грамоты. Источником Судебника была и Русская Правда.

Согласно Судебнику отправление правосудия совершать должны “добрые люди”, т.е. представители класса феодалов и наиболее зажиточные купцы. Система наказаний стала более жестокой по сравнению с ранее действовавшим законодательством. Имущественные наказания отходят на второй план. Судебник знает такие наказания как смертная казнь, битье кнутом, денежные взыскания.

Среди преступлений появились новые составы: государственная измена (коромола), преступления по службе, преступления против судебной власти. Существовало два вида судебных органов - государственные и вотчинные. Суд вершили наместники и волостели. После замены наместников-кормленщиков судебная власть перешлак губным учреждениям.

Вотчинный суд (суд феодала) вершился над крестьянами дворцовых вотчин, монастырей, бояр и помещиков. Как в государственном, так и в вотчинном суде участвовали представители местного населения - сотские, старосты и судные мужи.

Судебные инстанции отсутствуют. Процесс носил обвинительный характер. По государственным преступлениям (коро-моле) и наиболее тяжким уголовным делам (разбое, душегубстве и др.) применялся розыск, где сам суд изыскивал доказательства вины: допрашивал обвиняемого, пытал его, устраивал очную ставку, допрашивал свидетелей. Приговоры приводились в исполнение судом.

По гражданским делам и по малозначимым уголовным делам взаимоотношения сторон до суда устанавливались посредством челобитной - жалобы, которая подавалась в суд. Вызов в суд совершали специальные люди - ездовые, доводчики и недельщики. Неявка ответчика - признание его вины. Неявка обвинителя в суд - прекращение дела.

Если истец и ответчик подлежали суду разных феодалов (например, истец жил в вотчине боярина, а ответчик жил на земле монастыря), то создавался “обчий” суд, где спор или преступление рассматривалось совместно - и игуменом, и боярином.

Церковь сумела добиться признания обязательного церковного брака через венчание. Число поводов к разводу резко сократилось.

Имущество умершего, не оставившего после себя сыновей, переходило к дочерям, за неимением дочерей - к ближайшим боковым родственникам.

 

 

Глава 5

СОСЛОВНО-ПРЕДСТАВИТЕЛЬНАЯ МОНАРХИЯ В РОССИИ И РАЗВИТИЕ ПРАВА (вторая половина XVI-XVII в.)

 

§1. Особенности социально-экономического и политического развития Московского государства

К середине XVI века Русь, преодолев феодальную раздробленность, превратилось в единое Московское государство, ставшее одним из самых крупных государств Европы.

При всей обширности своей территории Московское государство в середине XVI в. имело сравнительно малочисленное население, не более 6-7 млн. человек (для сравнения: Франция в это же время имела 17-18 млн. человек). Из русских городов только Москва и Новгород Великий насчитывали по несколько десятков тысяч жителей, удельный вес городского населения не превышал 2% от общей массы населения страны. Подавляющее большинство русских людей жили в небольших (по несколько дворов) деревнях, раскинувшихся на необъятных просторах Среднерусской равнины.

Образование единого централизованного государства ускорило социально-экономическое развитие страны. Возникали новые города, развивались ремесло и торговля. Шла специализация отдельных районов. Так, Поморье поставляло рыбу и икру, Устюжна — металлические изделия, из Соли Камской везли соль, из заокских земель - зерно, продукты животноводства. В разных районах страны шел процесс складывания местных рынков. Начался и процесс формирования единого общероссийского рынка, но он растянулся на длительное время и в основных чертах сложился лишь к концу XVII в. Окончательное его завершение относится ко второй половине XVIII в., когда при Елизавете Петровне были отменены еще сохранявшиеся внутренние таможенные пошлины.

Таким образом, в отличие от Запада, где образование централизованных государств (во Франции, Англии) шло параллельно складыванию единого общенационального рынка и как бы увенчивало его формирование, на Руси образование единого централизованного государства произошло раньше, чем сложился единый общероссийский рынок. И это ускорение объяснялось потребностью в военном и политическом объединении русских земель для освобождения от иноземного порабощения и достижения своей независимости.

Другой особенностью образования русского централизованного государства по сравнению с западноевропейскими государствами было то, что оно с самого начала возникало как многонациональное государство.

Отставание Руси в своем развитии— прежде всего экономическом, объяснялось несколькими неблагоприятными для нее историческими условиями. Во-первых, в результате губительного монголо-татарского нашествия были уничтожены накопленные веками материальные ценности, сожжено большинство русских городов и погибла или была уведена в плен и продана на невольничьих рынках большая часть населения страны. Более столетия понадобилось только для того, чтобы восстановилась численность населения, существовавшая до нашествия хана Батыя. Русь более чем на два с половиной столетия утратила национальную независимость и попала под власть иноземных завоевателей. Во-вторых, отставание объяснялось тем, что Московское государство было отрезано от мировых торговых путей и прежде всего морских. Соседние державы, особенно на западе (Ливонский орден, Великое княжество Литовское) практически осуществляли экономическую блокаду Московского государства, не допуская его участия в экономическом и культурном сотрудничестве с европейскими державами. Отсутствие экономического и культурного обмена, замкнутость в рамках своего узкого внутреннего рынка таили опасность нарастания отставания от европейских государств, что чревато было возможностью превращения в полуколонию и утраты своей национальной независимости.

Сказанное выше предопределяло основные направления внешней и внутренней политики Московского государства. Во-первых, это прорыв к мировым торговым путям и прежде всего к незамерзающим морским портам, а также овладение волжским торговым путем с выходом к Каспийскому морю и далее к “великому шелковому пути” в Персию, Индию и Китай. Если волжским торговым путем Московское государство овладело в XVI в., окончательно завоевав Казань и Астрахань, то прорыв к морским торговым путям растянулся более, чем на столетие и завершен был лишь в XVIII в. с возвращением в русское владение устья Невы и присоединением Прибалтики.

Следующей по важности задачей было освоение плодородного чернозема в Южнорусских степях (“Дикого поля”). Эти степи были практически необитаемыми, так как там хозяйничали конные разъезды крымских татар. Каждую весну многочисленная конная орда вторгалась в южные пределы Московского государства и Речи Посполитой (на Украину). Иногда крымчаки прорывались вплоть до Москвы как это было в 1571 и 1597 гг., захватывали иногда до десятка тысяч пленных.

Московское государство заслонялось от крымчаков линиями пограничных укреплений— “засечными полосами”. Они состояли из отдельных опорных пунктов крепостей (позже превращавшихся в торгово-ремесленные города), между которыми делали “засеки” — искусственные заграждения из поваленных деревьев. За “засеками” были сторожевые посты с наблюдательными вышками, и засеки объезжали конные патрули. “Засечные линии” обслуживались поселенными в пограничных городах служилыми людьми (которых наделяли землей) и казаками. Такими пограничными крепостями были Орел, Кромы, Курск, Борисоглебск. В течение XVII в. линии пограничных городов неуклонно передвигались к югу. Под прикрытием пограничных крепостей и засечных линий заселялись плодородные черноземные земли. Содержание пограничной “засечной черты” требовало от Московского государства огромных усилий. Окончательно безопасность юга России и заселение плодородных южнорусских земель были обеспечены только после завоевания Крыма русскими войсками в 1783 г.

Следующее важнейшее направление внешней политики Московского государства в XVI-XVII вв. — воссоединение в рамках единой государственности трех ветвей (великорусской, украинской и белорусской) некогда единой восточно-славянской народности, населявшей Киевское государство. Исходным событием, повлекшим за собой разделение единой восточнославянской народности на три ветви и формирование трех народностей: великорусской, украинской, и белорусской, явилось, в конечном счете, нашествие монголо-татарских завоевателей.

Владимирское великое княжество и другие русские княжества на среднерусской равнине почти на 250 лет оказались в составе Золотой Орды. А территория западно-русских княжеств (бывшего Киевского государства, Галицко-Волынская Русь, Смоленская, Черниговская, Турово-Пинская, Полоцкая земли),хотя и не вошли в состав Золотой Орды, но были чрезвычайно ослаблены и обезлюдели.

Вакуумом силы и власти, возникшим вследствие татарского погрома воспользовалось возникшее в начале XIV века Литовское княжество. Оно стало стремительно расширяться, вобрав в свой состав западнорусские и южнорусские земли. В середине XVI века Великое княжество Литовское представляло собой обширное государство, простиравшееся от берегов Балтийского моря на севере до днепровских порогов на юге. Однако оно было весьма рыхлым и непрочным. Помимо противоречий социальных, оно раздиралось противоречиями национальными (подавляющая часть населения была славянами), а также религиозными. Литовцы были католиками (как и поляки), а славяне— православными. Хотя многие из местных славянских феодалов окатоличились, но основная масса славянского крестьянства стойко отстаивали свою исконную православную веру. Осознавая слабость литовской государственности, литовские паны и шляхта искали поддержки извне и нашли ее в Польше. Уже с XIV века предпринимались попытки объединения Великого Литовского княжества с Польшей. Однако завершилось это объединение только с заключением Люблинской унии 1569 г., в результате которой образовалось объединенное польско-литовское государство Речь Посполитая.

На территорию Украины и Белоруссии устремились польские паны и шляхта, захватывавшие земли, населенные местными крестьянами, и выгонявшие при этом нередко из их владений местных украинских землевладельцев. Крупные украинские магнаты, такие как Адам Кисель, Вишневецкий и др., и часть шляхты переходили в католичество, принимали польский язык, культуру, отрекались от своего народа. Движение на Восток польской колонизации активно поддерживалось Ватиканом. В свою очередь насильственное насаждение католичества должно было способствовать и духовному порабощению местного украинского и белорусского населения. Поскольку подавляющая его масса сопротивлялась и стойко держалась православной веры в 1596 г. была заключена Брестская уния. Смысл утверждения униатской церкви состоял в том, чтобы при сохранении привычной архитектуры храмов, икон и богослужения на старославянском языке (а не на латыни, как в католичестве), подчинить эту новую церковь Ватикану, а не московской патриархии (православной церкви). Ватикан на униатскую церковь возлагал особые надежды в продвижении католицизма. В начале XVII в. папа римский Урбан VIII в послании униатам писал: “О мои Русины! Через вас я надеюсь достигнуть Востока...” Однако униатская церковь получила распространение главным образом на западе Украины. Основная масса украинского населения, и прежде всего крестьянства, по-прежнему придерживалась православия.

Почти 300-летнее раздельное существование, влияние иных языков и культур (татарской в Великороссии), литовской и польской - в Белоруссии и на Украине, привели к обособлению и формированию трех особых народностей: великорусской, украинской и белорусской. Но единство происхождения, единые корни древнерусской культуры, единая православная вера с общим центром — Московской митрополией, а затем с 1589 г. - Патриархией играли определяющую роль в тяге к единению этих народов.

С образованием Московского централизованного государства эта тяга усилилась и началась борьба за объединение, длившаяся около 200 лет. В XVI веке к Московскому государству отошли Новгород-Северский, Брянск, Орша, Торопец. Началась длительная борьба за Смоленск, неоднократно переходивший из рук в руки.

Борьба за воссоединение в единой государственности трех братских народов шла с переменным успехом. Воспользовавшись тяжелейшим экономическим и политическим кризисом, возникшим в результате проигрыша длительной Ливонской войны, опричнины Ивана Грозного и невиданного неурожая и голода 1603 г., Речь Посполитая выдвинула самозванца Лжедмитрия, захватившего в 1605 г. при поддержке польских и литовских панов и шляхты русский престол. После его гибели интервенты выдвигали новых самозванцев. Таким образом именно интервенты инициировали на Руси гражданскую войну (“Смутное время”), длившуюся до 1613 года, когда высший представительный орган — Земский собор, принявший на себя верховную власть в стране, избрал на царство Михаила Романова. В ходе этой гражданской войны была сделана открытая попытка вновь установить на Руси иноземное господство. Одновременно это была и попытка “прорыва” на Восток, на территорию Московского государства католичества. Недаром самозванца Лжедмитрия так активно поддерживал Ватикан.

Однако русский народ нашел в себе силы, поднявшись в едином патриотическом порыве, выдвинуть из своей среды таких народных героев, как нижегородский земский староста Кузьма Минин и воевода князь Дмитрий Пожарский, организовать всенародное ополчение, разгромить и вышвырнуть из страны иноземных захватчиков. Одновременно с интервентами вышвырнуты были и их прислужники из государственной политической элиты, организовавшие боярское правительство (“семибоярщину”), ради защиты своих узких своекорыстных интересов призвавших на русский престол польского королевича Владислава и готовых даже отдать русскую корону польскому королю Сигизмунду III. Крупнейшую роль в сохранении независимости, национальной самобытности и воссоздании российской государственности сыграла православная церковь и ее тогдашний глава — патриарх Гермоген, явивший пример стойкости и самопожертвования во имя своих убеждений.

В середине XVII в. в борьбе за воссоединение трех родственных народов наступил новый поворот. В 1648 г., не выдержав социального, национального и религиозного гнета восстала Украина. Началась национально-освободительная война украинского народа под руководством Богдана Хмельницкого против господства Речи Посполитой.

У зажатой между Речью Посполитой, Крымом и султанской Турцией Украины недоставало своих сил для борьбы с объединенным польско-литовским войском и она еще в 1648 г. обратилась за помощью к единоверному Московскому государству. Но Москва (в которой как раз в это время разразился “Соляной бунт”), еще не оправилась от внутренних потрясений и неудачной войны за Смоленск и не могла вступить в новую войну. Тогда Богдан Хмельницкий обратился за помощью к крымскому хану. Но крымская орда, вступившая на Украину как “союзница” вместо помощи занялась грабежом и открыв фронт полякам в решающем сражении под Берестечком, ушла с Украины, уводя с собой огромное количество пленных. Это лишний раз подтвердило, что положиться Украина могла только на единоверную Москву.

1 октября 1653 г. Земский Собор удовлетворил повторную просьбу Украины о вступлении в состав Московского государства. Это решение в январе 1654 г. было одобрено Переяславской Радой на Украине. Украина вступала в состав Московского государства в качестве автономной единицы, сохранив свою государственную структуру, свои вооруженные силы и систему налогов. Причем налоги, собиравшиеся на Украине, должны были не вывозиться в Москву, а тратиться на месте на содержание украинских государственных структур, войска и иные нужды. В помощь Украине были отправлены русские войска.

Война с Речью Посполитой продолжалась до 1667 г. По завершившему ее Андрусовскому перемирию Речь Посполитая признала вхождение Левобережной Украины вместе с Киевом в состав Московского государства. Таким образом это перемирие лишь частично решило задачу объединения трех родственных народов. Окончательно эта задача была решена уже в XVIII в.

Наконец, нельзя не отметить еще одно направление политики Московского государства. Это направление—Сибирь. После завоевания Казани и Астрахани был открыт путь не только на Каспий, но и в Сибирь. Поход отряда Ермака привел к присоединению к Московскому государству Западной Сибири, а в XVII в. русские экспедиции, снаряжавшиеся как государством, так и торговыми людьми, дошли до озера Байкал, а затем - до берегов Охотского моря. В Сибири был построен ряд опорных пунктов-крепостей, впоследствии превратившихся в города: Тобольск (столица Сибири), Красноярск, Томск, Якутск, Охотск, Нерчинск и многие другие. Русское продвижение на Восток в районе Байкала в конце XVII в. столкнулось с колонизационным продвижением Цинской империи (Китай). После нескольких вооруженных столкновений в 1689 г. был заключен Нерчинский договор, который разграничил сферы влияния России и Китая.

Таким образом, в течение XVI и XVII вв. территория московского государства увеличилась в несколько раз. Численность населения также выросла до 13-15 млн. человек.

Естественно, что решение таких грандиозных задач требовало огромного напряжения всех сил страны, что конкретно выражалось в непрерывном увеличении налогов, различных сборов и иных повинностей (более подробно см. в следующем параграфе).

А это, в свою очередь, вызвало протесты и восстания населения (“Соляной бунт” 1648 г., “Медный бунт” 1668 г.. Крестьянскую войну 1670-71 гг. под предводительством Степана Разина и др.), жестоко подавлявшиеся властями. Обострение классовых противоречий требовали ужесточения существующего режима и усиления его авторитарности.

Второе обстоятельство, обусловившее усиление авторитарности власти и всеобщее закрепощение всех слоев населения — это необходимость защиты огромной территории государства. Все это вынуждало иметь внушительные вооруженные силы.

Повинности и обязанность службы касались практически всех сословий тогдашнего общества, в том числе и служилых людей — дворянства. Служба дворян обеспечивалась феодальной рентой крестьян в их пользу с закрепленных за дворянами вотчин и поместий.

Дефицит рабочих рук в условиях малочисленности населения усугублялся конкуренцией между боярами-вотчинниками, переманивавшими у дворян-помещиков крестьян. Отсюда и требование дворян-помещиков о прикреплении крестьян к земле и землевладельцам. Этим и объясняется тот факт, что именно в XVI-XVII вв. в Московском государстве идет процесс формирования крепостного права, в то время как в ряде стран Запада (Англии, Франции) такие крайние формы феодальной зависимости крестьян, как крепостное право, уже остались в прошлом, хотя, конечно, феодальные их повинности сохранялись.

Таким образом сочетание внутриполитических и внешнеполитических факторов сказалось на методах осуществления власти. Степень жестокости власти, уровень принуждения на Руси были существенно выше, чем в ряде стран Запада. Все перечисленные выше факторы и обусловили усиление авторитарного характера режима и становление в конечном счете, к концу XVII в. абсолютизма, а также предпосылки для всеобщего закрепощения населения: прикрепления дворян к военной службе, крестьян - к земле и землевладельцев и посадских людей - к их посадам (городам).

Все это отразилось и на развитии государственного механизма сословно-представительной монархии на Руси и на развитии русского права.

§2. Формирование сословного строя и правовой статус сословий

На протяжении второй половины XVI-XVII в. шел процесс формирования сословного строя, характерного для феодального общества. Процесс этот начался еще во времена Киевского государства и завершился во второй половине XVII в.

Что же представляют собой сословный строй и, в частности сословия? Каково отличие понятия сословия от понятия класс? Без уяснения этих категорий трудно понять сущность формирования сословного строя. Сословия - это такие большие социальные группы (или слои населения), которые отличаются от других социальных групп по своему передаваемому по наследству правовому статусу (т.е. совокупности прав и обязанностей). Что же касается общественных классов, то это тоже большие социальные группы, но они отличаются друг от друга по другим, не юридическим, а социально-экономическим критериям, а именно: по своему отношению к собственности, месту в общественном производстве и способам присвоения общественного прибавочного продукта. Сословие и класс могут совмещаться (совпадать). Так крестьянство выступает как сословие, но это одновременно и класс. А могут и не совпадать, к примеру, дворянство и духовенство по своим социально-экономическим характеристикам принадлежат к единому феодальному классу. И дворяне, и церковь владели землей и крепостными на феодальном праве. Но по своему правовому статусу это два разные сословия. Что же касается городского (посадского) сословия, то с течением времени уже в XIX веке из этого единого сословия вырастают и формируются два разных общественных класса - буржуазия и рабочий класс, а также разночинная интеллигенция.

Формирование сословий, в конечном счете, было обусловлено разделением общественного труда. С течением времени каждое сословие "отгородилось" от других своими особыми правами, привилегиями повинностями и обязанностями.

Рассмотрим теперь процесс формирования каждого сословия.

Дворянство. В XVI - XVII вв. оно в документах именовалось служилыми людьми и состояло из целого ряда категорий (слоев). Верхний слой составляли бояре. Термин боярин стал обозначать звание (чин). Большинство среди них составляли бывшие удельные князья. Но некоторая часть происходила из родовитого старомосковского боярства, не имевшего княжеских титулов. Общая численность бояр была невелика. В 1564 г. их было 33, после опричного террора в 1572г. из них осталось 17. К концу XVII в. насчитывалось 42 боярина. Следующими после бояр чинами были окольничие, думные дворяне. Они состояли в Боярской думе. Из их числа назначались воеводы во время войны, начальники приказов и другие высшие должностные лица. Основную массу составляло среднее и мелкое дворянство (дворяне московские, дети боярские, дворяне городовые и т.д.), служившее воинами в дворянском конном ополчении, а также в гарнизонах пограничных крепостей.

Поскольку в условиях натурального хозяйства земля, населенная крепостными крестьянами, была единственным средством обеспечения службы дворян, то царская власть активно раздавала дворянству землю.

Однако земли для испомещения дворян не хватало, и они поставили вопрос о перераспределении земель и рабочих рук внутри класса феодалов. В связи с этим были сделаны попытки провести секуляризацию церковных земель (1551 г.), но они не имели успеха.

Особенно остро разгорелась борьба между боярством и дворянством из-за земли и крестьян в 60-70-х годах XVI в., когда правительство Ивана Грозного ввело опричнину и при ее помощи конфисковало у бояр и роздало дворянам огромные земли. Бояре взамен получали земли на окраинах Московского государства. Опричнина нанесла решительный удар по экономическому могуществу боярства. В годы опричнины Иван Грозный впервые “испоместил” вокруг Москвы “избранную тысячу” своих наиболее преданных слуг, наделив их землей и крестьянами на возникшем тогда же поместном праве, т.е. за службу и на время службы без права распоряжения. Кстати, от слова “испоместил” произошли и термины “помещик”, “поместное право”. В первой половине XVII в. уже преобладало дворянское поместное землевладение. Дворянство, организованное в поместное ополчение, было наиболее мощной политической и военной силой.

Дворяне претендовали также на участие в государственной власти. Боярство же, стремясь сохранить свои привилегии, защищало систему местничества, которая сложилась еще в XV в. При поддержке дворянства царизм проводит ряд ограничений местничества.

Однако, несмотря на то, что борьба между боярством и дворянством порой носила ожесточенный характер, все же это было столкновение внутри класса феодалов. Основным же было противоречие между классом феодалов и феодально зависимым крестьянством. Когда классовая борьба серьезно обострялась, весь класс феодалов сплачивался против крестьянства.

После опричнины, нанесшей сильнейший удар боярству, и отражения иностранной интервенции начала XVII в., во время которой немало бояр перешло на сторону врага, дворянство становится ведущей силой класса феодалов. Боярство теряет свои позиции и постепенно сливается с дворянством в единое сословие, составляя его верхушку.

В XVI- XVII вв. оформляется исключительное сословное право феодалов на землю и феодально зависимых крестьян. Уже первый общерусский законодательный акт-Судебник 1497 г. защищал границы феодальной поземельной собственности. Судебник 1550 г. и Соборное Уложение 1649 г. усиливают наказания за это. Кроме того, в Уложении прямо указано, что владеть землей могут только “служилые люди”.

Феодалы закрепляют свою привилегию занимать постыв государственном аппарате. По-прежнему они обладали правом вотчинной юстиции, то есть могли судить своих крестьян, правда, за исключением тяжких политических и уголовных дел. Такие дела подлежали разбору в государственных судах. Это еще больше ограничивало иммунитет феодальных владельцев. С 1550 г. выдача иммунитетных грамот была прекращена.

Сами феодалы имели право судиться в специальных судебных учреждениях. Указом Ивана IV от 28 февраля 1549 г. дворяне были освобождены от юрисдикции наместников и приравнены в этом отношении к боярам. Законодательство защищало жизнь, честь и имущество феодалов суровыми наказаниями.

Духовенство. Как уже говорилось, духовенство, точнее церковь, поскольку юридически земля принадлежала патриархии, митрополичьим и архиерейским кафедрами монастырям, выступала как класс феодалов. Церкви принадлежало до '/з всех обработанных земель и феодально зависимых крестьян. Кроме того, монастыри вели обширную торговлю, занимались ростовщичеством. Их владения продолжали расти, что представляло уже угрозу для дворянства. В первой половине XVII в. был создан Монастырский приказ для управления церковными землями, и они, таким образом, были поставлены под контроль государства.

Духовенство оформилось в самостоятельное сословие. Оно было освобождено от несения государственной службы и повинностей и от налогов, а также имело свое сословное управление и суд. Духовенство делилось на белое (приходские попы - священнослужители и вспомогательный персонал: дьячки, пономари и т.д. - церковнослужители) и черное (монахи), жившее в монастырях. Белому духовенству разрешалось жениться, но только один раз в течение жизни. Черное духовенство (монахи) давали обет безбрачия. И дело здесь не только в проповеди аскетизма и отречении от мирских забот, но и в том, чтобы не дробились между наследниками-детьми церковные и монастырские земли. Ведущие церковные должности могли занимать только монахи.

Высшим органом церковного управления и суда является московский митрополит, который в 1589 г. был возведен в сан патриарха. Смысл этой акции состоял в том, что если митрополит, хотя бы формально подчинялся константинопольскому патриарху, то с учреждением московской патриархии ее глава - патриарх по своему сану стал равен константинопольскому патриарху. Иными словами, Русская православная церковь становилась полностью независимой (автокефальной) и ее центром и в формально-юридическом смысле становилась Москва. Патриарх, хотя и избирался Поместным собором, состоявшим из высших церковных иерархов, но по традиции восточного православия, шедшей еще с византийских времен, утверждался в своей должности царем. Поэтому учреждение Московской патриархии являлось как бы завершающим актом, утверждавшим суверенитет Русского централизованного государства. Поместный собор и патриарх являлись не только высшими органами духовного суда, но их акты были источниками церковного (канонического) законодательства. Церковному суду подлежало все духовенство и зависимое от церкви население, кроме дел об измене, “душегубстве, татьбе и разбое с поличным”. По ряду дел (например, преступления против нравственности, разводы и т.п.) церковному суду подлежали и все светские люди.

Православная церковь фактически осуществляла идеологическую функцию государства, являлась носителем государственной идеологии, поэтому государство всячески поддерживало церковь и материально, и политически, и законодательно. Не случайно во всех судебниках. Соборном Уложении 1649 г. преступления против церкви стояли на первом месте, а уклонения от официальных церковных догм (“ереси” - своеобразное диссидентство тех времен), совращение в иную религию государство сурово наказывало. Но в то же время цари ревниво оберегали свою власть от вмешательства церкви. И, когда глава церкви митрополит Филипп (Федор Колычев) попытался выступить против опричнины, то по приказу царя Ивана Грозного он был лишен сана и посажен в тюрьму, где впоследствии и погиб.

Однако в годы “смуты” в начале XVII в. роль церкви существенно возросла. После пресечения царской власти, когда правительство “семибоярщины” открыто предавало интересы народа иностранным интервентам, глава Православной церкви патриарх Гермоген выступил с призывом к возрождению русской государственности. Патриарх Гермоген, репрессированный “правительством национальной измены” и погибший в феврале 1612 г. от голода в подвалах Чудова монастыря, в глазах русских людей того времени являлся национальным героем (наравне с Мининым и Пожарским). Усилению роли церковных властей способствовал и тот факт, что с 1618 г. (после возвращения из польского плена) страной фактически правил отец юного царя Михаила Романова патриарх Филарет, присвоивший себе даже титул “великого государя” (кстати, получивший впервые свой патриарший сан из рук “тушинского вора” -Лжедмитрия II). Последняя попытка поставить власть патриарха выше царской была предпринята в середине XVII в. патриархом Никоном (тоже носившим титул “великого государя”). Дело в том, что в связи с воссоединением Украины с Россией встал вопрос об унификации церковных книг и церковно-обрядовой практики. Однако часть верующих не согласилась с церковными реформами патриарха Никона (и в частности, с его указом креститься не “двумя, а тремя перстами”). Следствием этих реформ явился церковный раскол. Он определялся не столько богословскими факторами, сколько явился формой социального протеста против политики правительства и особенно усиления феодального гнета. Царизм использует репрессии против раскольников. Царь Алексей Михайлович активно поддерживал церковные реформы Никона. Патриарх Никон -человек немалого ума, обладавший властным и нетерпимым характером и сильной волей, воспользовался этой поддержкой, чтобы поставить власть патриарха выше царской. Эта попытка окончилась его смещением из патриархов и ссылкой в один из дальних монастырей.

Правовое положение крестьянства. Крестьянство постепенно консолидировалось в единое сословие. Так как крестьяне составляли подавляющее большинство населения, то их чаще всего называли “христианами” (отсюда - крестьяне). Крестьяне, жившие на государственных землях, назывались “черными” или “черносошными”.

Черные крестьяне жили общинами (“мир” или “волость”) и несли повинности в пользу государства. Дела общины управлялись сходом и выборным старостой. С середины XVI в. в связи с развитием барщинного хозяйства и товарно-денежных отношений происходит общее увеличение повинностей. Именно в это время появляется денежная рента. Феодалы усиливают и внеэкономическое принуждение, стремятся закабалить, закрепостить крестьян.

Переходы крестьян являлись формой классового протеста. Они превращались в массовые побеги. Феодалы требовали от правительства их ограничения. Тяготы многолетней Ливонской войны, ломка боярского землевладения и насаждение дворянских поместий, набеги татар, эпидемии привели к массовому разорению крестьян.

В 1581 г. был издан указ о “заповедных летах”, который запрещал крестьянские переходы и в “Юрьев день”. В 1592 г. проведена была перепись земли и живущих на ней крестьян. “Писцовые книги” стали считаться основанием для прикрепления крестьян к земле. В 1597 году правительство Бориса Годунова издало указ о розыске беглых в течение пятилетнего срока и возвращении их бывшим владельцам. Позже срок исковой давности для розыска беглых, или “урочные годы”, правительством царя Василия Шуйского был увеличен до 15 лет. Наконец, Соборное Уложение 1649 года удовлетворило требования дворянства и полностью оформило юридическое закрепощение крестьян. Теперь их можно было разыскивать “без урочных лет”, то есть бессрочно и возвращать прежним владельцам вместе с женами, детьми и имуществом. Того, кто укроет беглого, помимо штрафа в 10 руб. ожидало строгое наказание вплоть до битья кнутом. Крепостной подлежал суду своего владельца (вотчинной юстиции) по всем делам, кроме преступлений против церкви, государственных, “душегубства, татьбы и разбоя с поличным”. Крестьянин отвечал своим имуществом за долги феодала.

Вместо холопства (этот институт постоянно отмирает) в XV-XVI вв. появляется новая форма зависимости — “служилая кабала”. Внешне она носила форму свободного договора. Кабальный человек брал в долг и отрабатывал феодалу проценты, а основной долг должен был выплачивать особо. В кабалу шли разорившиеся крестьяне. Кабальных часто рассматривали, как холопов, так как они фактически не могли освободиться от неволи, не имея возможности собрать деньги для уплаты долга. В феврале 1597 г. был издан закон, серьезно изменивший положение кабальных. Они лишались права ликвидировать свою зависимость путем уплаты долга и оставались в кабальном состоянии до смерти господина. Введена была обязательная регистрация холопов и кабальных в приказе Холопьего суда. В Соборном Уложении 1649 года содержалась специальная глава о кабальных и о холопах, в основном воспроизводившая указанные выше положения.

Таким образом, развитие товарно-денежных отношений привело к дальнейшему усилению эксплуатации крестьян и, в конечном счете, их полному закрепощению. Крестьяне прикреплялись к земле (т.е. к конкретной вотчине или поместью), но продавать их можно было только с землей (как принадлежность земли).

Правовое положение городского населения. Подавляющее большинство жителей городов составляли “черные люди” — ремесленники. Видное место среди городского населения занимали купцы.

В городах наблюдалось резкое имущественное расслоение. Высшие слои московского купечества составляли две корпорации: гостей—“сурожан”, ведших торговлю с Югом, и суконщиков, торговавших с Западом.

Сурожане торговали, главным образом, шелками, а суконщики—сукнами. И те, и другие объединялись в свои особые корпорации, или “сотни”. Сурожанами и суконщиками были крупнейшие купцы. Они нередко давали в долг деньги царю, боярам, сами покупали землю и даже роднились с боярством и становились боярами. Купцы пользовались рядом привилегий, могли торговать беспошлинно в пределах Московского государства.

“Черные люди”, то есть мелкие торговцы и ремесленники, тоже имели свою организацию. Она проявляла нередко большую активность (особенно во время обороны городов) и противопоставлялась боярам.

Ремесленники одной специальности объединялись в цехи, или “братчины”, “сотни”, “ряды” со своими центрами. Отряды ремесленных сотен входили в городское ополчение. Сотни были и податными единицами. Городское население несло повинности (“тягло”) в пользу царя, и потому называлось тяглым или черным.

В связи с ростом экономического значения городов усиливалось политическое влияние городского населения — посадских людей. К середине XVI в. посадское население добилось права на самоуправление.

Правительство вынуждено было идти на серьезные уступки посадам. Например, по Соборному Уложению 1649 года были ликвидированы так называемые “белые места” в городах*1*.

Основная масса посадского населения подвергалась всем тяготам феодальной эксплуатации со стороны царя, феодалов и городской верхушки. Соборное Уложение оформило окончательное прикрепление “черных” людей к тяглу.

*1* Бояре и дворяне нередко через своих людей занимались промыслом и торговлей в городах. Лавки и мастерские, принадлежавшие им, не облагались тяглом и назывались “белыми”. Это вызывало серьезное недовольство посадских, которым трудно было с ними конкурировать.

В связи с усилением феодального гнета городские низы неоднократно выступали с оружием в руках против феодального гнета. Особенно крупными были восстания в Москве в 1547, 1605, 1648 и 1662 гг.

§3. Государственный строй

Реорганизация государственного аппарата начинается еще с 80-х годов XV в., после присоединения к Москве Твери, Рязани, Нижнего Новгорода, Великого Новгорода и освобождения Руси от татарского ига. Дворцово-вотчинная система государственного управления, сложившаяся еще во времена феодальной раздробленности, стала непригодна в новых условиях. Значительно усиливается власть царя, оформляется Боярская дума, создаются центральные органы управления — приказы. В формировании централизованного государства царская власть опиралась на многочисленное дворянство, политическое значение которого все возрастало, и на купечество. Таким образом создается сословно-представительная монархия, которая характеризуется наличием сословно-представительных органов как в центре (Земский собор. Боярская дума), так и на местах (губные и земские органы). Царское правительство опирается в этих органах на дворян и купечество для подавления протеста эксплуатируемых масс, а также для борьбы с феодальной аристократией, стремившейся возродить порядки периода феодальной раздробленности.

Сословно-представительная монархия — важный этап развития феодального государства на пути к самодержавию.

Центральные органы государственной власти и управления. С созданием Русского централизованного государства политическая власть все больше сосредоточивалась в руках царя. Уже Иван III именует себя великим князем “всея Руси” и “самодержцем”. Правда, термин “самодержец” имел в то время главным образом внешнеполитическое значение. Этим подчеркивалась независимость и государственный суверенитет Русского государства.

Чтобы еще больше подчеркнуть власть и значение великого князя, был разработан сложный и пышный придворный церемониал. С той же целью Иван III венчался “шапкой Мономаха”, которая становится теперь символом русского самодержавия. Иван IV в 1547 г. впервые принял титул “царя”, равный по значению императорскому.

Царской власти были посвящены особые главы в Соборном Уложении 1649 года. Оно не делает никакого различия между преступлениями против личности царя и против государства, И те, и другие объединяются понятием “слова и дела государева”. Царь являлся главой государства. Он законодательствовал в масштабе всей страны, был главой исполнительной власти, командовал войсками, распоряжался финансами, был высшим судьей. Все государственные функции царь осуществлял при участии Боярской думы, земских соборов через систему приказов и воевод.

Боярская дума развилась из совета при князе, включавшего наиболее крупных феодалов. В Думу вошли потомки бывших удельных князей и наиболее родовитые и влиятельные бояре. Представители менее родовитых фамилий состояли в Думе в чине окольничего. В XVI в. Боярская дума из феодальной курии при князе превращается в государственный орган сословно-представительной монархии. Состав этого органа значительно расширяется в XVII в. за счет возведения в боярское достоинство неродовитых царских фаворитов, родственников. Включаются в Думу и представители дворянства и служилой бюрократии (дьяки).

Таким образом, в первой половине XVII в. Дума состояла из людей четырех степеней: бояр, окольничих, думных дворян, думных дьяков. Неродовитые бояре, дворяне и дьяки, выражавшие интересы служилого дворянства, значительно потеснили старую феодальную аристократию. Значение этих дворянских элементов было велико, так как думные дворяне и дьяки в большинстве случаев попадали в Думу после 20—30 лет службы, обладали большим опытом и знаниями и, как правило, были докладчиками по делам, формулировали решения Думы. Тем более, что старая феодальная знать понесла большие потери во времена опричнины.

Однако Боярская дума все еще сохраняла свой аристократический характер. Как бы не изменялись состав Думы и взаимоотношения ее с царем, она представляла власть крупных феодалов и действовала нераздельно с царем, который сам был крупнейшим землевладельцем-феодалом.

Заседания Думы проходили под председательством царя или наиболее родовитого из бояр. Компетенция ее, в основном, была намечена Судебником 1550 года и Соборным Уложением 1649 года.

Боярская дума не имела твердо очерченной компетенции, отдельной от царской власти. Дума участвовала в законодательстве, обсуждала законопроекты, затем утверждавшиеся царем. Поэтому многие указы по важнейшим делам начинались формулой: “царь указал, а бояре приговорили”. Дума обсуждала запросы приказов и воевод о делах, которые эти органы не могли решить, давала указания приказам и воеводам по делам текущего управления. В ней обсуждались военные и международные вопросы, через нее проходила дипломатическая переписка. Дума же была высшим контрольным учреждением. Она собирала сведения о служилых людях, интересовалась расходами приказов, вникая подчас в такие мелочи, как, например, о том, сколько денег было истрачено в приказе на свечи, чернила и дрова. Решение Думы (особенно с участием царя) по сложному делу, поступившему из приказа, или по частной жалобе становилось прецедентом при разборе в приказах аналогичных дед.

Однако обширная по своему составу и сохранявшая аристократический характер Дума не могла удовлетворить потребности зарождавшегося самодержавного государства, которое нуждалось в более оперативном бюрократическом органе.

Земский собор. В xvi-xvii в. царская власть опиралась на особое учреждение—Земский собор. Первые Соборы (1549 г., 1551 г. и др.) были еще недостаточно полными по своему составу: на них не было представителей посадов. Впервые наиболее широко все сословия (за исключением крестьянства) были представлены на Соборе 1566 г., созванном для решения вопроса о затянувшейся Ливонской войне. Особенно большую роль Соборы стали играть в первой половине XVII в. В 1611— 1612 гг. “Совет всея земли” руководил всенародным движением за изгнание интервентов и при отсутствии царя фактически являлся высшим органом власти, перед которым было ответственно правительство Минина и Пожарского. Вплоть до 20-х годов XVII в. соборы заседали регулярно. Соборы первой половины ХVIIв. отличались наиболее широким представительством. Так, на Земском соборе 1613 года присутствовало около 700 человек. В состав Собора входили Боярская дума, Освященный собор (высшие церковные иерархи во главе с патриархом), а также по 10 человек от каждого города и уезда из дворян, посадских людей, крестьян черных волостей и казаков. Однако представителей частновладельческих крестьян не было даже и на этом Соборе.

Земские соборы обсуждали и решали важнейшие дела: выборы царя (Соборы 1598 г., 1613 г.), вопросы войны и мира, Собор 1653 г., одобривший воссоединение Украины с Россией и санкционировавший посылку русских войск на помощь Украине, коренные внутренние реформы и законодательство (Собор 1649 г.).

Порядок работы Собора не был регламентирован какими-либо законодательными актами. Решения этих органов не были обязательны для царской власти, однако она не могла не считаться с организованным волеизъявлением сословий. Играл свою роль еще один фактор. Царская власть еще не имела в своих руках достаточно мощного налогового аппарата и силовых структур. Введение новых налогов (в том числе чрезвычайных), как правило, делалось с согласия Земского собора.

Приказы. С расширением территории и созданием единого централизованного Русского государства различные отрасли управления (“пути”) поручались (“приказывались”) отдельным лицам из великокняжеского окружения. Вокруг этих “путных” бояр складывался штат помощников, возникало учреждение. Такие центральные органы государственного управления в XVI в. получили названия приказов. Первые сведения о них относятся еще к концу XV в., основная масса приказов создается к 50—70-м годам XVI в. и получает свое развитие в XVII в. Всего в XVII в. действовало до 80 приказов (вместе с временными). Постоянных приказов насчитывалось до 40. Они образовывались по мере надобности, без определенного плана, сфера их компетенции переплеталась.

Приказы можно разделить на: 1) ведавшие отраслями управления в масштабе всей страны, 2) ведавшие определенными территориями, 3) приказы дворцового управления.

К каждому из них были приписаны определенные города и уезды, доходы с которых поступали в данный приказ. Приказ управлял этими городами и уездами и был для них судебным органом. Даже к Посольскому приказу были приписаны города Романов, Елатьма, Касимов.

Приказы были подчинены царю и Боярской думе. В приказах сложился обширный и влиятельный слой приказных дьяков и подьячих—дворянской бюрократии.

Посольский приказ ведал иностранными делами. Разряд вел учет служилых людей и производил им смотры, назначал поместный оклад и денежное жалованье, ведал назначениями на службу. Поместный приказ наделял служилых людей поместьями в размерах, назначенных Разрядом, давал разрешения на все сделки с землей и регистрировал их. Разбойному приказу были подведомственны дела об убийствах, разбоях и кражах на территории всего государства, за исключением Москвы. Судебные тяжбы служилых людей разбирались во Владимирском и Московском судных приказах. В Челобитном приказе судились дьяки, подьячие (служилая бюрократия). Кроме того, он был апелляционной инстанцией по делам, рассмотренным в других приказах. Споры о холопах рассматривал приказ Холопьего суда. К приказам с областной компетенцией относились: Земский, управлявший Москвой, Казанского дворца, Сибирский. Приказ Большого дворца управлял дворцовым хозяйством. В него входили хлебный, кормовой, сытенный и другие дворы. Казенный приказ ведал царской казной, Конюшенный—царскими конюшнями. Особое место среди всех приказов занимал Приказ тайных дел, образованный в 1654 г. Он был своеобразным ведомством государственной безопасности, надзирал за деятельностью всех других приказов и воевод, управлял личным хозяйством царя и выполнял его особые поручения.

Централизованное приказное управление явилось огромным шагом вперед в деле укрепления государственного аппарата. Однако неопределенность компетенции, подотчетность только высшим органам власти и безответственность перед населением порождали бюрократизм, взяточничество и волокиту.

Местные органы. Вся территория Московского государства в административном отношении делилась на уезды, волости и станы. Основной административной единицей был уезд с центром в городе. Но города обычно подчинялись непосредственно Москве. Уезд состоял из волостей.

Царь принимает меры для ограничения власти “кормленщиков”. Они назначались обычно на краткий срок (один год) и часто сменялись.

Однако таких мер было явно недостаточно. Дворянство и посадские люди добиваются передачи власти на местах выборным органам и ликвидации системы наместников. Эта реформа местного управления проводится в середине XVI в. В 1555 г. кормления были отменены. На местах создаются губные и земские органы управления. Местное дворянство избирало губного старосту и целовальников (присягавших на верность правительству — “целовавших крест”). В их задачу прежде всего входила борьба с разбоями и антифеодальными выступлениями: крестьян. Деятельностью губных органов руководил из центра Разбойный приказ. Для сбора налогов и управления посадами и черносошными крестьянами создавались земские органы, избираемые тяглыми людьми, в составе земского старосты и целовальников. Сборы, которые раньше шли в пользу “кормленщика”, теперь население должно было выплачивать в виде “кормленого окупа” непосредственно Москве за право иметь свою выборную администрацию.

Передача власти на местах из рук кормленщиков непосредственно в руки местного дворянства и посадских верхов свидетельствовала о росте влияния этих слоев населения.

В первой половине XVII в. в связи с отражением иностранной интервенции и обострением классовой борьбы повсеместно вводится институт воевод. В их руках сосредоточивалась военная, гражданская, полицейская, судебная власть. Они следили также за сбором налогов. В XVII в. воеводам были подчинены губные и земские органы. Воевода имел свою канцелярию — “съезжую избу”.

Компетенция воевод была чрезвычайно широка. Однако реальных сил в своем распоряжении они имели мало. Воеводы по всем делам должны были “отписывать” в приказы в Москву, самостоятельность их была незначительной. Будучи подчинены иногда целому десятку приказов, воеводы превращались в простых исполнителей их ведомственных требований. Широко была распространена практика посылки из Москвы на места “сыщиков” для решения сложных вопросов, подавления антифеодальных выступлений и контроля за деятельностью воевод.

Воеводы назначались из числа бояр и дворян и получали “государево жалованье”. Однако на практике воеводы жили за счет поборов с населения.

Финансовое управление. Доходы казны Русского государства складывались из прямых и косвенных налогов, прибыли от перечеканки монеты и от казенной промышленности и торговли, а также питейных и таможенных сборов. Главное место занимали прямые налоги с населения. К XVII в. почти все повинности стали выражаться в деньгах и были объединены под названием “данные и оброчные деньги” или “четвертные доходы” (так как их сбором ведали финансовые приказы — “четверти”). Одновременно появляется ряд новых сборов, например, “стрелецкий хлеб” (“стрелецкие деньги”). В начале XVII в. связи с большими расходами на оборону казна была пуста и правительство вводит чрезвычайные налоги—“запрос” и “пятинные деньги”, то есть налог в размере 1/5 всех доходов и стоимости имущества плательщика.

Основанием обложения была “соха”. “Соха” не представляла собой постоянной единицы, размер ее менялся в зависимости от качества земли, сословной принадлежности плательщика и т. д. Так, на землях дворян “соха” имела около 800 четвертей “доброй” земли (1200 га), на церковных—600 (800 га), а на черносошных землях — 500 (750 га). Таким образом, земли дворян облагались легче, чем монастырей и особенно черносошных крестьян. К тому же сами дворяне не были податным сословием, налоги платили крестьяне, жившие на дворянских землях. В городах “соха” включала в свой состав от 40 до 160 тяглых дворов. В 30-е годы XVII в. вводится новый налог с “дыма” (“подымный сбор”), т.е. подворный. Население черных сотен было связано круговой порукой, так как тягло накладывалось на всю сотню. Время от времени проводились переписи населения и земель, материалы которых и использовались для обложения.

Косвенные налоги состояли из таможенных и кабацких сборов, которые, как правило, сдавались на откуп, а также налога на соль. На протяжении XVII в. удельный вес таможенных пошлин увеличивался по мере развития внешней торговли. Велика была доля и кабацких (питейных) сборов. Из косвенных налогов особенно тяжел был соляной налог. Попытка правительства в 1648 г. его значительно увеличить послужила поводом для московского “соляного бунта”.

Доходы от перечеканки денег получались в связи с тем, что в России не было в то время своих разработок серебра. На русские монеты перечеканивались иоахимсталеры (“ефимки”)— иностранная валюта. Они принимались в казну по 2 за рубль, или 7 руб. за фунт— 14 ефимков. Из них чеканилось русских денег на 9 руб., то есть на каждом фунте серебра казна “зарабатывала” 2 руб. В 1662 г. власти, испытывая серьезные финансовые затруднения и острый дефицит серебра, попытались выпустить медные деньги и добавлять медь в серебряные монеты (“портить деньги”), что вызвало в Москве “медный бунт” и заставило правительство временно отказаться от выпуска медных денег.

В связи с общим подъемом экономики страны, развитием рынка товарно-денежных отношений (хотя этот подъем протекал противоречиво) увеличиваются и доходы государства, основная часть которых шла на содержание огромной по тому времени армии и государственного аппарата.

Вооруженные силы. В этот период изменилась структура русских вооруженных сил. Главную роль по-прежнему играла дворянская конница. Служба дворян была урегулирована Уложением 1556 г., в которой определялось, что с каждых 100 четвертей (50 десятин в одном поле, т.е. при З-польной системе 150 десятин) “доброй, ухожей” земли необходимо было выставить одного вооруженного воина. Так, если у дворянина было 300 четвертей земли, то он должен был явиться сам и привести еще двух своих вооруженных холопов.

С середины XVI в. создаются стрелецкие полки. Стрельцы набирались из вольных людей, получали казенное оружие (пищаль, саблю, бердыш) и хлебное жалованье, правда, незначительное, что компенсировалось предоставлением им льгот в торговле, ремесле. Они селились слободами и сводились в полки (приказы) по 500 человек. На окраинах создавались на тех же основаниях отряды казаков. Стрельцы, казаки, пушкари, драгуны, были служилыми людьми “по прибору” в отличие от служилых людей “по отечеству”, то есть бояр и дворян.

С 30-х годов XVII в. начинается формирование рейтарских, драгунских и солдатских полков. Они комплектовались из обедневших дворян, вольных и “даточных” людей, к принудительному набору которых по одному с 20-25 крестьянских дворов прибегло правительство. Эти полки нового строя представляли собой серьезную силу. Они содержались за счет государства, имели хорошее вооружение и были единообразно обучены. С увеличением доходов государства число их возрастает. Общая численность русских войск доходила до 200-350 тыс человек, а в походах участвовало до 150-180 тыс. человек. При войске был “большой наряд”- артиллерия (тяжелая-стенобитные пушки и легкая - полковой наряд), ею командовал особый воевода. В рейтарских и солдатских полках были свои полковые пушки.

§4. Развитие права

Источники права. Важнейшим источником права был первый общерусский Судебник 1497 г. Но он не охватывал многих вопросов (государственного, брачно-семейного права и т.д.).

Следующим важнейшим законодательным актом этого периода был так называемый Царский Судебник 1550 года, который развивал положения Судебника 1497 года. Так, он подтверждал порядок перехода крестьян в “Юрьев день”, увеличивал “пожилое”, усиливал наказание за нарушение права феодальной собственности на землю; еще более ограничивал права наместников, регламентировал размеры и порядок взимания ими разнообразных пошлин и сборов. В дальнейшем Судебник 1550 года непрерывно дополнялся царскими указами и боярскими приговорами, причем дополнения записывались каждым приказом по своему ведомству отдельно, в результате чего составились указные книги приказов. Законодательство было чрезвычайно сложно и запутанно. Назрела необходимость проведения кодификации.

После подавления восстания 1648 г. правительство обещало упорядочить законодательство, провести ряд реформ и создать “суд праведный”. Во исполнение этого в июле 1648 г. по приказу царя Алексея Михайловича была создана комиссия под председательством князя Н.И. Одоевского, которая и подготовила проект нового Уложения. Для его обсуждения и утверждения в январе 1649 г. был созван Земский собор. Собор внес некоторые изменения в проект и утвердил его. С 29 января 1649 года новый законодательный акт, получивший название Соборного Уложения, вступил в действие. Источниками Уложения были судебники, указы и боярские приговоры, указные книги приказов, “градские законы греческих царей” (то есть византийское право), Литовский статут, новые постановления, внесенные составителями Уложения и выборными — членами Собора, отвечавшие растущим классовым требованиям дворянства и посадских людей.

Соборное Уложение царя Алексея Михайловича состояло из 25 глав, включавших 967 статей. После утверждения его подписали все участники Собора, что придавало ему особую авторитетность. Уложение представляет собой крупный шаг в развитии русского права. Оно являлось большим достижением и в технико-юридическом плане. Наконец, это первый законодательный акт, который был напечатан типографским способом.

Уложение удовлетворило требования дворянства об отмене “урочных лет” для сыска беглых крестьян и тем самым юридически оформило окончательное закрепощение крестьян. В угоду верхам посадов этот документ ликвидировал “белые места” и закрепил посадское население за тяглыми сотнями.

В нем содержался ряд новых положений уголовного, судебного, гражданского права, большое внимание уделялось регламентации и укреплению феодального землевладения.

Во второй половине XVII в. новые царские указы и боярские приговоры по-прежнему записывались в указные книги приказов. Их сборники составили “новоуказные статьи”.

В отдельных регионах использовались и некоторые другие источники: на Украине - гетманские универсалы, а в городах так называемое магдебургско-хелминское городское право, в мусульманских регионах источником права являлся шариат. Повсеместно использовалось также обычное право.

Особое место среди источников права занимают источники канонического (церковного) права. Важнейшим из них был так называемый “Стоглав” - сборник из 100 постановлений церковно-земского Собора 1551 года (в его работе кроме церковных иерархов участвовали царь, князья, бояре, думные дьяки). Собор занимался церковными вопросами: борьбой с порочным поведением части духовенства (пьянством, развратом, взяточничеством, ростовщичеством монастырей), организацией церковного суда и порядком его деятельности, церковными догматами. Но наряду с этим в нем содержатся нормы поземельного, финансового права, действие этих норм распространяется не только на духовных лиц, но и на мирян. Особо следует отметить нормы брачно-семейного права, поскольку эта область правоотношений регулировалась преимущественно каноническим правом.

Система права в XVI-XVII вв. существенно отличалась от современной. Важнейшими отраслями феодального права являлись крепостное право и поземельное право. Поскольку о развитии крепостного права уже говорилось в разделе о правовом статусе крестьянства, то нет смысла повторяться.

Феодальное поземельное право. В условиях феодального общества поземельное право является, пожалуй, важнейшей отраслью права. Оно отличалось большим своеобразием.

Характерные черты феодального поземельного права, которые отличали его от поземельного права любого иного типа и прежде всего буржуазного права, состояли в следующем. Во-первых, феодальное право собственности на землю было сословным и закрепляло монополию феодалов на землю. На этой монополии фактически базировался феодальный строй. Ведь именно монополия феодалов на землю предопределяла феодальную поземельную ренту (в ее разнообразных видах) и повинности крестьян в пользу феодалов. Именно земля, населенная крестьянами, выплачивавшими ренту, была средством обеспечения военной и государственной службы дворянства.

Иными словами, феодальное право монопольной собственности на землю являлось как бы стержнем, на которой держалось все феодальное общество и государство.

Во-вторых, феодальное право собственности на землю носило условный характер. Оно предоставлялось под условием несения службы и прежде всего военной. Конечно, вотчину можно было передать по наследству, продать, купить, подарить. Но вместе с переходом права на нее к новому собственнику переходила и обязанность несения службы. При отказе от службы вотчина могла быть “отписана на государя” и передана иному собственнику, который будет нести службу.

Как известно, право собственности состоит из трех элементов: права владения, пользования и распоряжения. И, если право владения и пользования безусловно принадлежало конкретному собственнику, то право распоряжения “делилось”, или (по словам академика А.В. Венедиктова) “расщеплялось” и распределялось по ступенькам феодальной иерархии между конкретным собственником и верховным собственником всей земли в государстве-царем, который рассматривал всю территорию страны как свою огромную вотчину. Именно иерархическая структура земельной собственности и соответствующая ей феодальная военная иерархия создавала необходимую силовую структуру, которая давала возможность феодальному классу охранять свою монопольную собственность на землю, прикрепить крестьянина к земле и осуществлять внеэкономическое его принуждение - заставлять его выплачивать поземельную феодальную ренту и нести повинности. Поскольку крестьянин, сидящий на земле феодала (в отличие от наемного работника на капиталистической фабрике), имеет в своем владении средства производства (землю) и орудия труда (инвентарь и рабочий скот), то, чтобы заставить его нести повинности и платить поземельную ренту, необходимо внеэкономическое принуждение, которое выражается в различных формах от простой зависимости и обязанности несения повинностей (с возможностью перехода к иному владельцу) вплоть до крепостного права. И это третья характерная черта феодального поземельного права. Следовательно, право феодальной собственности на землю неразрывно связано с господством над сидящим на этой земле населением. Земельные и политические отношения теснейшим образом переплетены в системе феодального права и прежде всего в поземельном праве. Отсюда и вытекает право вотчинной юстиции.

В XVI-XVII вв. различались следующие виды землевладения: земли государственные или черные, дворцовые, и земли, которыми владели отдельные феодалы на вотчинном и поместном праве.

Черные земли находились в пользовании черносошных крестьян, которые несли государственное тягло, то есть платили налоги и отбывали разнообразные повинности в пользу государства. Черносошные крестьяне довольно свободно распоряжались своими участками (продавали, закладывали, делили и т.п.), но при переходе участка к новому владельцу к нему же переходили и все повинности. К XVII в. черные земли в центре государства были почти полностью захвачены феодалами и сохранились лишь на севере и других окраинах.

Феодальное государство в лице царя, являясь верховным собственником земли, использовало фонд черных земель для удовлетворения требований феодалов.

Дворцовые земли — собственность царя и царской семьи. В XVII в. весьма значительное количество этих земель было роздано представителям придворной знати и дворянству.

Вотчина—феодальная земельная собственность, переходящая по наследству. В XVII в. различались вотчины родовые — полученные по наследству, выслуженные—пожалованные за службу (в 1628 г. они были приравнены к родовым), княженецкие и купленные. В связи с развитием товарно-денежных отношений предметом оборота в некоторой степени становится и земля. Купленную вотчину можно было продать, заложить, подарить и завещать любому лицу. Она могла перейти по наследству к жене вотчинника. Но раз перешедшая по наследству такая вотчина становилась родовой. Распоряжение родовыми и выслуженными вотчинами было более ограничено. Боковые родственники, если родовая вотчина была продана без их согласия, имели право ее выкупа в течение 40 лет.

Родовые и выслуженные вотчины сохранялись за родом мужа. Жены их не наследовали. Однако Уложение разрешало в случае отсутствия поместий выделять вдовам во владение часть выслуженной вотчины до их смерти, пострижения в монастырь или вторичного выхода замуж, после чего вотчины возвращались в род мужа. Но несмотря на ограничения, право распоряжения и родовой, и выслуженной вотчинами было весьма широким.

Распоряжение княженецкими вотчинами (т.е. бывших удельных князей) было ограничено еще постановлением Ивана Грозного 1562 г. Их нельзя было продавать, менять, давать в приданое. Это было направлено против старой удельной аристократии.

В несении военной службы вотчинники были уравнены с помещиками. Размеры службы были регламентированы указом Ивана Грозного от 1556 г., а затем Соборным Уложением и целым рядом царских указов.

Уже к началу XVII в. образовалась развитая система поместного права. Владеть поместьями могли только служилые люди, которые получали поместный оклад по чинам за службу и только на время службы. Кроме того, величина поместья зависела от качества земли. Помещики не могли свободно распоряжаться своими поместьями. Но дворянство упорно добивается приравнения поместья к вотчине.

Уже в начале XVII в. помещики получили право “припускать” своих сыновей к участию во владении поместьем и передавать поместья (в случае отставки по болезни, увечью и т.д.) своим сыновьям. С 1611 года стали выделять часть поместья вдовам и дочерям на прожиток. Дочери могли передавать поместья своим женихам при условии несения последними службы. Так, фактически поместье уже передавалось по наследству. Тем самым стиралось важнейшее его отличие от вотчины. Уложение 1649 года закрепило такой порядок. По Уложению уже можно менять поместье на поместье, поместье на вотчину и наоборот. Требовалось лишь согласие на это правительства.

Под видом мены часто скрывались запрещенные купля-продажа и дарение поместий.

Таким образом, в XVII в. идет процесс сближения юридического положения поместья и вотчины.

Одним из крупнейших землевладельцев была церковь. Патриархи, митрополиты, епископы раздавали земли своим дворянам и детям боярским. Церковные владения считались неотчуждаемыми.

Обязательственное право. В XVI-XVII вв. должник отвечает по своим обязательствам имуществом, а не личностью, как это было ранее. В 1561 г. указом царя Ивана IV запрещалось должника выдавать за долги кредитору в полные холопы, а только разрешалось отдавать “головой до искупа”. Отвечали по обязательствам супруги друг за друга, родители - за детей, крестьяне - за своих феодалов.

Взыскание обращалось сначала на дворы и “животы”, потом на вотчины и поместья, а также на крестьян (указы 15 января 1626 г. и 17 ноября 1628 г.).

Законодательство XVII в. предусматривало определенные формы заключения договоров. Обе договаривающиеся стороны должны были свободно выразить свою волю.

Договоры, навязанные силою, считались недействительными. Пострадавший должен был сообщить суду о факте принуждения в течение недели.

По целому ряду сделок требовалась письменная форма договора, по некоторым — особые формы документов: “крепость”, “кабала”. Последние были официально зарегистрированными письменными договорами, которые обязательно подписывались сторонами. По Указу 7 июня 1635 г. судам запрещалось принимать дела по займам, поклажам и ссудам, если не имелось письменных документов. С XVI в. грамоты на полное холопство, служилые кабалы, отпускные грамоты, купчие на лошадей обязательно должны были быть “крепостными”. С 1558 г. такая же форма стала обязательной для купчих на недвижимость, а также для договоров поклажи.

По Уложению всякие акты (“заемные кабалы, записи или иные какие крепости”) должны были писаться площадными подъячими при свидетелях. По более важным делам (купчие и закладные на вотчины и дворы) свидетелей должно быть пять-шесть человек, по менее важным — два-три человека.

“Заемные памяти” до 10 руб., сговоры, свадебные, духовные записи могли писаться на дому, но обязательно подписывались сторонами или за них священниками. Мена, сдача поместий и вотчин, купля-продажа и заклад вотчин обязательно регистрировались в Поместном приказе. При несоблюдении этого условия сделка считалась недействительной.

Неисполнение договора влекло за собой уплату неустойки. С 1623 г. возмещение убытков за неисполнение договоров ис-требовалось особым иском.

Среди договоров в XVI-XVII вв. чаще всего встречались договоры мены. Меной прикрывали и куплю-продажу, и дарение церкви поместий. Договор мены заключался в “крепостной” форме.

Если покупатель приобретал вещь, на которую продавец не имел права собственности, он должен был возвратить вещь законному собственнику и доказать свое незнание того, что продавец не имел на вещь права собственности.

Договор займа заключался в письменной форме. Уложение запретило взыскивать проценты, однако множество дел свиде- тельствует, что проценты взимались (20% годовых).

Получил развитие договор личного найма (особенно в связи с появлением мануфактур). Он заключался в письменной форме. Договор найма для домашних услуг назывался “житьей записью” и подлежал обязательной регистрации в Холопьем приказе. Он заключался на срок не свыше пяти лет. Нанявшийся обязан был слушаться хозяина, “краж не чинить, воров не подводити, зернью не играть, табак не курить...” Хозяин имел право нанятого “смирять всяким смирением”, т.е. наказывать.

Уголовное право было мощным орудием в руках господствующего класса феодалов для подавления эксплуатируемых масс. Оно носило открыто устрашительный характер. При помощи уголовного права поддерживался известный порядок и внутри самого класса феодалов: подавлялись их самоуправные действия, которые вредили интересам господствующего класса в целом.

С созданием Русского централизованного государства, с ростом классовой борьбы уголовное право претерпевало серьезные изменения. Меняется само понятие преступления. Если по Русской Правде преступлением считалась “обида”, то есть нанесение кому-либо морального или материального ущерба, то в Судебнике 1497 года под преступлением понимается прежде всего посягательство на господствующий феодальный правопорядок, за которое преследует не потерпевший, а государство. Судебник ввел понятие государственного преступления. Понятие преступления получает свое дальнейшее развитие в Судебнике 1550 года, в царских указах и боярских приговорах и особенно в Соборном Уложении 1649 года, по которому преступлением признавалось не только какое-либо посягательство на феодальный правопорядок, но и вообще всякое нарушение указа царя. Уложение как бы подвело итог развитию русского уголовного права в XVI-XVIIвв.

Соборному Уложению известны преступления умышленные и неосторожные, хотя четкого различия между этими понятиями еще нет. За умышленное преступление полагалось самое тяжкое наказание, а за случайное во многих случаях виновный вообще не карался. Малолетние (до 7 лет), которые передавались родителям (для “вразумления” розгами), и душевнобольные (“бесные”) или вовсе освобождались от наказания, или оно значительно снижалось.

Русское право этого времени знает и понятие соучастия, которое разделялось на различные виды: прямое соучастие, пособничество, подстрекательство, содержание притонов и т. д. Соучастники, как правило, несли одинаковую ответственность с главными виновниками.

За неоднократность совершения преступления (“рецидив”) наказание увеличивалось. Так, если за первую кражу полагались отсечение правого уха и тюрьма на два года или ссылка, то за третью кражу следовала смертная казнь. Отсечение ушей, носа, клеймение выделяло осужденного преступника. При отсутствии регистрации по числу ушей судили о рецидиве.

Соборное Уложение знало также понятия крайней необходимости и необходимой обороны. При необходимой обороне можно было защищать как жизнь, так и имущество. Соответствия обороны средствам нападения не требовалось. Слуги были обязаны охранять своих господ и их имущество.

Наказание имело своей целью прежде всего устрашение. В целом ряде статей Соборного Уложения прямо говорится: наказать так “чтобы на то смотря, иным неповадно было так делать”. Поэтому виновных подвергали наказанию, как правило, на городских площадях, при стечении народа, под звон колоколов. Среди наказаний видное место занимала смертная казнь, применявшаяся очень часто (по Уложению — в 35 случаях). Казнь была обычной (повешение, отсечение головы) и особо мучительной (колесование, четвертование, сожжение, закапывание живьем в землю и т.д.). Наказанием была торговая казнь, или битье кнутом. Зачастую она означала замаскированную смертную казнь. Затем шли членовредительские наказания (отсечение руки, ноги, носа, уха и т. д.), болезненные наказания (битье батогами, плетьми), заключение в тюрьму. Заключение в тюрьму было большей частью краткосрочным (неделя, месяц, год). Иногда применялось и более длительное и даже пожизненное заключение. Очень часто срок его вообще не устанавливался в приговоре. В ряде статей Уложения говорится: “вкинути в тюрьму” или “вкинути в тюрьму до государева указа”. Заключенные должны были кормиться за счет родственников или милостыни. Ссылка применялась гораздо чаще, чем тюрьма. Ссылали в южные и окраинные города и в Сибирь. Иногда сосланных заставляли служить в качестве стрельцов, пушкарей и т.д. Широко практиковались денежные штрафы и конфискация имущества. Первые применялись главным образом в делах о “бесчестии” (личном оскорблении) и за упущения по службе, другая - назначалась за политические преступления и пособничество уголовным преступникам. Имели место также церковные наказания: отлучение от церкви, покаяние, лишение христианского погребения и т. д. Часто церковные наказания присоединяли к государственным. Вообще законодательные памятники XVI —XVII вв. не дают четкой градации наказаний. Часто за одно и то же преступление по разным законам полагалось различное наказание.

Сословный феодальный характер уголовного права XV-XVII вв. ярко проявлялся в неравенстве наказания за одинаковые преступления людям различных сословных групп. Так, если дворянин затащил к себе на двор какого-либо человека и избил его, то виновного по Уложению полагалось бить “кнутом по торгам и вкинути в тюрьму на месяц, да с него же взыскать бесчестье и увечье” в пользу потерпевшего. Зато же преступление крестьянину полагалась смертная казнь. Сословное неравенство суда ярко проявлялось в таблице штрафов за бесчестье. Размер “бесчестья” за оскорбление феодалов — бояр, окольничих и др. — равнялся годовому окладу их денежного жалованья (оно доходило у бояр до 400 руб.). За оскорбление крестьянина взыскивалось “бесчестье” в 1 руб., а за оскорбление действием (побои) - 2 руб.

Среди преступлений на первом месте стояли преступления против церкви. Это объясняется той ролью, которую играла тогда религия, бывшая важнейшим идеологическим оружием и опорой феодализма. Большинство средневековых движений против феодализма имело религиозную окраску, принимало форму “ересей” и в той или иной мере было направлено и против господствующей церкви. Уложение знает такие преступления против церкви, как богохульство, совращение в мусульманство, ереси, “чернокнижие”, колдовство и др. Все они карались смертной казнью (большей частью сожжением).

Важнейшими преступлениями, которым в законодательстве уделяется исключительно большое внимание, являлись государственные преступления. В Соборном Уложении государственные преступления считаются оскорблением “царского величества” и объединяются понятием “слова и дела государева”. Им специально посвящена II глава Уложения, в которой говорится о заговорах, измене, шпионаже, бунте, покушении на царя. В Уложении не упоминается оскорбление царя словом. Однако судебная практика того времени знает массу таких дел. За “царское бесчестье” били кнутом, батогами, вырезали язык. Не только оконченное деяние или покушение, но даже голый умысел по таким преступлениям карался смертной казнью с конфискацией имущества. Так же наказывались лица, знавшие о готовящемся государственном преступлении и не донесшие о нем властям. Родственники государственных преступников подлежали ссылке.

Следующими по важности считались преступления против порядка управления и суда; подделка денег, государственных документов и печатей. Фальшивомонетничество в связи с тяжелым финансовым положением государства принимало порой массовый характер. Поэтому оно очень жестоко каралось — смертной казнью путем вливания в горло расплавленного металла.

Нужно отметить также нарушение государственной монополии на продажу вина (“корчемство”), льна, сала и пр. Сюда же относится незаконное взимание пошлин (“мыта”), неразрешенный переезд через границу, бегство “ратных людей” из полков, грабежи “ратных людей” в походе и т. д.

Преследовались преступления против суда: ложная присяга, “ябеда” (ложное обвинение), нарушение порядка в суде, драка с судьей, сопротивление судье и т. д.

Среди преступлений против частных лиц самым тяжким считалось убийство. За него, как правило, следовала смертная казнь. Особо опасным считали убийство слугой своего господина. В этом случае не только покушение, но и голый умысел наказывался отсечением руки. Тяжким преступлением было убийство родителей и мужа. Жену, убившую мужа, закапывали живьем в землю. Однако за убийство жены следовало более мягкое наказание (кнут). Это объяснялось приниженным положением женщины. За отсечение руки, ноги, носа и т.д. полагалось сделать то же самое преступнику и оштрафовать его на 50 руб.

Уголовное право стояло на страже собственности и в первую очередь феодальной собственности на землю. Эти наказания были усилены Судебником 1550 года и последующим законодательством.

Среди имущественных преступлений различали разбой, грабеж и татьбу (кражу).

В XVI-XVII вв. число разбоев было чрезвычайно велико. Они до известной степени явились одной из форм социального протеста крестьянства против феодального гнета. В Соборном Уложении за первый разбой полагалась смертная казнь, если он сопровождался убийством. Если же убийства не было, то казнь назначалась за второй разбой. По разбойным делам наказывалось и недоносительство.

Грабеж — явный насильственный захват чужого имущества, совершенный (в отличие от разбоя) непрофессиональными преступниками. За грабеж потерпевшему полагалось вознаграждение в размере двойной цены захваченной вещи, а преступник карался по усмотрению суда. Наказывался он гораздо мягче, нежели за разбой.

Татьба (кража) — тайное похищение чужого имущества. Татьба, сопровождавшаяся убийством, наказывалась смертью. Также каралась церковная татьба (кража церковной утвари). Квалифицированной татьбой считалась кража холопов и похищение коня на службе. За это назначали отсечение руки.

Первая татьба без убийства наказывалась отсечением левого уха, тюрьмой на два года и ссылкой, вторая - влекла за собой отсечение второго уха, тюрьму на четыре года и ссылку, третья — смертную казнь. В Уложении упоминается и мошенничество, т.е. похищение посредством обмана, оно наказывалось, как и первая татьба.

Уложение указывает также на истребление чужого имущества. Самым тяжким видом такого преступления был поджог чужого двора. Поджигателя Уложение предлагало связать и бросить в огонь. Поджог нивы или леса влек за собой только возмещение убытков.

Судебный процесс. Как и в предыдущий период, суд осуществлялся царем, Боярской думой, приказами и местными органами управления. Наряду с государственными судебными органами существовал церковный суд. Действовала также вотчинная юстиция.

С возникновением централизованного государства изменяются и формы судебного процесса. Получает развитие розыскной или инквизиционный процесс, который вначале применяется лишь по важнейшим делам, затрагивающим интересы феодального государства. Появление розыскного процесса было неразрывно связано с изменением понятия преступления. За посягательство на господствующий правопорядок преследует уже не потерпевший, а государство. В отличие от состязательного в розыскном процессе стороны из субъектов процесса превращаются в объекты исследования для суда. Суд расследует дело, сам добывает доказательства, пытает обвиняемого, оговоренных, подчас даже свидетелей, устраивает очные ставки, производит повальные обыски и т.д.

В розыскном порядке дело начиналось по инициативе суда. Даже если поступало заявление—“челобитная”— потерпевшего, то преследовало преступника государство. Прекращение дела примирением сторон не допускалось. Преступник арестовывался “недельщиком”, “приставом” (должностным лицом при суде) и доставлялся в суд, где судья “пытал” и “расспрашивал” обвиняемого. Если обвиняемый оговаривал после пытки кого-либо, то оговоренного тоже доставляли в суд, ставили на очную ставку с обвиняемым и подвергали пытке. Собственное признание обвиняемого являлось главным доказательством, и поэтому оно вымогалось при помощи самых жестоких средств.

Другим доказательством были показания свидетелей. Свидетелем мог быть любой очевидец события. Не могли быть свидетелями холопы против своих господ, жена против мужа и дети против родителей. Предпочтение оказывалось знатным свидетелям.

Большое значение придавалось очной ставке. Важную роль играл “извет”-донос, особенно по делам политическим. Доносителей, как правило, тоже задерживали, допрашивали, ставили на очную ставку, а нередко и пытали. “Извет”, подтвержденный пыткой, был решающим доказательством. Он считался обязанностью подданных, так как за недоносительство по делам политическим и о разбоях полагалось наказание.

Применялся также “повальный обыск”, то есть поголовный опрос жителей данной местности о подозреваемом или подсудимом.

Кроме того, суд пользовался письменными доказательствами, среди которых особое значение имели документы, заверенные в приказах, у воевод и у площадных подъячих.

В розыскном порядке разбирались лишь самые важные дела: измена, шпионаж, убийство, поджоги, квалифицированная кража (татьба), разбой, споры о холопах, о поместьях, о побегах крестьян, “ведомых лихих людей”.

Остальные дела разбирались в прежнем состязательном процессе, который характеризовался тем, что инициатива в нем всецело принадлежала сторонам. Дело начиналось только по заявлению истца. Стороны имели право выставлять в суде вместо себя своих представителей и наймитов. По “челобитной” пристав доставлял в суд ответчика или брал его на поруки. При неявке ответчик признавался виновным без разбирательства дела.

Виды доказательств допускались такие: 1) собственное признание; 2) показания свидетелей; 3) письменные доказательства; 4) “поле”; 5) присяга; 6) жребий. Нужно только отметить, что если свидетель не являлся (по Уложению — после 3-й неявки) или давал ложные показания, то с него взыскивалась сумма иска, судебные пошлины и убытки.

Большое значение придавалось таким формам доказательств, как “ссылка из виноватых”, “общая ссылка”, “ссылка в послушестве”. “Ссылка из виноватых”—указание на определенных свидетелей с обязательством подчиниться решению суда, если они покажут против сославшегося. “Общая ссылка” — ссылка обеих сторон на одних и тех же свидетелей. “Ссылка в послушестве”—отвод свидетелей по мотивам их зависимости и дружбы с противной стороной.

В XVI в. “поле” перестало применяться, и в Уложении о нем уже не говорится. Присяга и жребий использовались редко, лишь при отсутствии других доказательств и только в небольших делах.

Решение суда записывалось в “судный Список”. Выигравшей стороне выдавалась “правая грамота”. Если ответчик не исполнял решения добровольно, то его выводили на “правеж”, т.е. ставили перед окнами приказа в часы работы и били палками по ногам. “Правеж” длился разное время в зависимости от суммы иска. Обычно за 100 руб. он продолжался месяц. Феодалы-землевладельцы могли выставлять на правеж вместо себя своих крестьян.

Помимо суммы иска, с ответчика брались судебные пошлины, которые были установлены Судебником и Уложением в твердых размерах. За выдачу “правой грамоты” и других документов взыскивались пошлины в пользу судьи и дьяка. За доставку обвиняемого в суд, помощь в расследовании дела и в исполнении судебного решения уплачивалось вознаграждение “недельщику” или приставу. Ему же платилось за “езду” от 10 денег (5 коп.) до 8 руб., если расследование было связано с выездом, “вязчее”, если приходилось связывать ответчика, “проести” и “пожелезное” - за содержание ответчика в тюрьме и за кандалы. Все пошлины и сборы взыскивались с проигравшей стороны. Это серьезно затрудняло обращение в суд людей из неимущих классов населения.

 

Глава 6

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО РОССИИ В ПЕРИОД СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ АБСОЛЮТНОЙ МОНАРХИИ (вторая половина XVII в.-XVIII век)

 

§1. Особенности социально-экономического и политического развития

С середины XVII века сословно-представятельная монархия в Русском государстве начинает постепенно трансформироваться в абсолютную монархию. Этот процесс протекал медленно и состоял в том, что постепенно прекращается созыв Земских соборов. Практически Собор 1653 года был последним полноценным, который собрался в полном составе. Соборы второй половины столетия состояли лишь из Боярской думы, высшего духовенства и выборных от столичных московских дворян и верхов посада. Уездного дворянства и посадских, как правило, не было. Да и такие соборы в конце столетия уже не собираются. Земские и губные старосты сначала были подчинены назначенным из Москвы воеводам, а затем эти должности вообще упразднены. Усиливалась власть царя, а Боярская дума теряла свое значение. Ее состав увеличивается до 94 человек (за счет думных дворян и дьяков), что уже само по себе делало весьма затруднительным ее регулярный созыв. Дума теперь собиралась редко и царь стал решать дела или единолично, или с двумя-тремя ближними советниками (“комнатой”). Уходит в прошлое даже традиционная формула закона как источника права: “царь указал, и дума приговорила”. Акты стали издаваться от имени одного царя. Разрастается приказный бюрократический аппарат, появляются первые солдатские и драгунские полки из “охочих людей” - ростки будущей регулярной армии как важнейшего атрибута абсолютизма. Окончательное оформление абсолютизма и его идеологическое обоснование приходится уже на начало XVIII века, когда Петр 1 в Артикуле воинском с кратким толкованием написал, что “его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу давать не должен; но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять”. В Уставе о наследии престола (1722 г.) установлено было даже право монарха назначать себе преемника. Иными словами, отменялось последнее еще сохранявшееся ограничение власти монарха установившимся порядком престолонаследия.

Власть монарха становится неограниченной. В полной мере утверждается абсолютная монархия. Однако в исторической и историко-правовой литературе существуют и иные точки зрения. Ряд историков и юристов как дореволюционных, так и современных считает, что абсолютизм или самодержавие (эти термины рассматриваются как синонимы) утвердился еще с образования централизованного государства, т.е. с Ивана III. Другие, утверждение абсолютизма относят к царствованию Ивана Грозного. Действительно, и тот, и другой называли себя самодержцами. Это известно, как известно и то, что власть обоих этих монархов была велика. Но ведь не менее известно и другое. Именно при Иване Грозном собираются первые Земские соборы. Именно Земские соборы решали вопрос о чрезвычайных налогах, сборе дворянского ополчения, без чего царь не мог продолжать Ливонскую войну. Именно Земские соборы избирали царей при пресечении династии (Бориса Годунова, Василия Шуйского, Михаила Романова). Земский собор принял Соборное Уложение 1649 года, решил вопрос о воссоединении Украины с Россией (1653 г.). Да и Боярская дума вовсе не была безгласна. Она представляла собой действительно реальный орган верховной власти, функционировавший вместе с царем. Следовательно, власть царя все же ограничивалась, коль скоро важнейшие решения он принимал не самостоятельно и единолично (как в XVIII в.), а совместно с Боярской думой и Земскими соборами. Да и не было еще в руках царя в XVI в. и в первой половине XVII в. таких непременных атрибутов абсолютизма как мощный бюрократический чиновничий аппарат, регулярные армия и полиция. Бюрократический чиновничий аппарат можно считать сформировавшимся лишь во второй половине XVII в., отдельные элементы регулярной армии (полки нового строя) тоже появляются лишь к концу XVII в., а регулярная полиция создается только в начале XVIII в. А самое главное, в XVI в. и первой половине XVII в. у царя не было еще достаточных доходов, независимых от Земского собора и Боярской думы, что и вынуждало его идти на созыв Земского собора и терпеть Боярскую думу. Что же касается термина “самодержец”, то он обозначал лишь то, что московский государь “сам держал” свою землю, а не по “ярлыку” татарского хана, как это было ранее. Иными словами, термины “самодержец”, “самодержавие” обозначали государственный суверенитет Московского государства, его независимость от Орды или еще от кого-либо. Таким образом, термин “самодержавие” в XVI -XVII вв. вовсе не был синонимом термина “абсолютизм”. Эти термины стали синонимами лишь применительно к XVIII - XIX векам.

Экономические и социальные условия для формирования абсолютизма сложились лишь к концу XVII в. Ведь для содержания таких присущих абсолютистскому государству государственных институтов как мощный бюрократический аппарат, регулярная армия, регулярная полиция нужны были большие деньги. Такие деньги государева казна стала собирать в виде прямых и косвенных налогов, торговых, таможенных и судебных пошлин и от государственных монополий лишь к концу XVII в.

Существенное увеличение доходов государевой казны к концу XVII в. обусловлено было тем, что на протяжении этого века сформировался единый общероссийский рынок. Развивалось товарное производство прежде всего в городах. К середине XVII в. на территории Русского государства насчитывалось свыше 250 городов (без Украины и Сибири). Некоторые из них по меркам того времени были весьма велики. Так, в Москве насчитывалось 270 тыс. жителей. Удельный вес городского населения (основного налогоплательщика торговых и таможенных платежей) в общей массе населения страны увеличился с 2 % в XV-XVI вв. до 3,2 % к концу XVII - началу XVIII вв. Сложилось региональное разделение труда. Так центром металлургии и металлообработки стали районы Тулы и Серпухова, Тихвина, Устюжны Железнопольской. Соль добывалась в Поморье. Ярославль, Вологда, Казань, Нижний Новгород славились обработкой кожи, Поволжье давало хлеб и т.д. Возникли первые мануфактуры - крупные производства с разделением труда, квалифицированными мастерами и рабочими из числа крепостных крестьян. На базе регионального разделения труда возникли всероссийские ярмарки - Макарьевская (вблизи Нижнего Новгорода), Свенская (у Брянска), Ирбитская (на Урале). В рыночные отношения втягивалось не только городское население, но и дворянство, и даже крестьянство, особенно черносошное, и монастыри. С отменой внутренних таможен в 1754 г. завершилось формирование единого экономического пространства в общеимперском масштабе, что способствовало дальнейшему расширению внутреннего рынка. Быстро расширялась внешняя торговля через единственный порт на Белом море - Архангельск (3/4 внешнеторгового оборота), а также через Астрахань (торговля с Востоком). С Запада шли в основном промышленные изделия, а с Востока - предметы роскоши.

Мощный импульс развитию промышленности был дан в результате экономической политики Петра 1. Достаточно сказать, что за первую четверть XVIII в. было построено свыше 300 крупных заводов и мануфактур, главным образом металлургических, по выделке оружия, парусно-полотняных, суконных, кожевенных. Впервые строятся бумажные, цементные, пороховые заводы, даже шпалерная фабрика, выпускавшая обои. Центр металлургической и металлообрабатывающей промышленности перемещается на Урал. В конце петровского царствования Россия не только прекращает импорт металла, но впервые начинает его экспортировать: к середине XVIII в. Россия вышла на второе место в мире по объему выплавки металла (после Швеции). Высококачественное русское железо, медь, парусина, канаты, строевой лес, хлеб экспортировались даже в Англию.

Крупнейшую роль в развитии экономики сыграло завоевание Прибалтики. В XVIII в. внешняя торговля шла в основном через Петербург и прибалтийские порты (Ревель, Ригу), а на востоке не только через Астрахань, но и через Дербент. Крупными торговыми центрами в Сибири стали Тобольск, Оренбург и Омск, через которые также шла торговля с Азией. Экономический подъем и развитие внутреннего общероссийского рынка и внешней торговли дали необходимые материальные ресурсы для становления абсолютистской монархии и решения внутренних социально-политических и внешнеполитических задач, стоявших перед страной.

Однако развитие товарно-денежных отношений, завершение формирования единого общероссийского рынка имело и свою оборотную сторону. Оно привело к значительному увеличению повинностей крестьянства и посадских людей, налогов и других платежей. А это, в свою очередь вело к серьезному углублению социальных противоречий и напряженности в обществе. Во второй половине XVII в. прокатилась волна восстаний городского населения. Для подавления казацко-крестьянского восстания под предводительством С. Разина потребовалось напряжение всех сил государства. Особенно обострились социальные противоречия в XVIII в. Достаточно вспомнить восстания на Дону (под предводительством К. Булавина) в Астрахани в начале века, волнения работных людей на уральских заводах и московских мануфактурах, башкирское восстание и крестьянскую войну под предводительством Е. Пугачева, потрясшей самые основы Российского государства.

Подавление всех этих волнений и восстаний, сохранение феодального строя потребовало консолидации господствовавшего дворянского сословия, усиления власти монарха и сплочения вокруг него как главы данного сословия (“первого дворянина”). Потребовалась также централизация государственного аппарата и особенно его силовых структур: армии и полиции, и налогового аппарата, и местного управления.

Однако в отечественной исторической и историко-правовой литературе долгое время была распространена, да и сейчас она еще иногда имеет место, другая точка зрения на социальную сущность абсолютной монархии. Вслед за К. Марксом и Ф. Энгельсом ряд авторов считал, что абсолютная монархия возникает в переходные периоды, когда старые феодальные сословия приходят в упадок, а из средневекового сословия горожан формируется современный класс буржуазии, и когда ни одна из борющихся сторон не взяла еще верх над другой, и при равновесии сил борющихся классов государственная власть получает известную самостоятельность по отношению к обоим классам, как кажущаяся посредница между ними. Этот вывод классиков марксизма совершенно справедлив по отношению к Франции, к Англии, но он неприменим к России.

Во Франции и Англии буржуазия действительно достаточно рано оформилась как особый класс и заявила о своих претензиях на участие во власти. Но следует иметь в виду, что эти страны имели прямые выходы на мировые морские торговые пути, что стимулировало развитие экономики. Особенно это относится к Англии, находившейся из-за своего островного положения буквально на перекрестке мировых морских торговых путей в Атлантике. Не случайно в Англии в XVI в., времени становления английского абсолютизма, удельный вес городского населения составлял свыше 20 % от общей массы населения страны. Этим и объяснялся тот факт, что английский абсолютизм имел незавершенный характер (сохранялись парламент, местное самоуправление, постоянная регулярная армия была невелика). Иное дело в России, находившейся вдали от мировых морских торговых путей (а длительное время вообще не имевшей выхода к морю). Городское население к началу XVIII в. не превышало 3,2 % от общей массы населения. И буржуазия возникала при активной поддержке абсолютистской власти, заинтересованной в создании и развитии промышленности, прежде всего в интересах снабжения армии и флота артиллерией и иным вооружением и боеприпасами. Поэтому ни о каком противостоянии буржуазии дворянству в XVIII и даже в XIX вв. и речи быть не могло. Российская буржуазия стала заявлять о своих претензиях на участие во власти лишь в начале XX века.

Таким образом, абсолютная монархия в России представляла собой в социальном плане диктатуру дворян-крепостников. И одной из главных задач являлась охрана феодально-крепостнического строя и обеспечение его функционирования. Не случайно становление абсолютизма совпадает с окончательным юридическим закреплением крепостного права. Но это не означает, что абсолютистское государство защищало интересы лишь дворян-крепостников. Вовсе нет. Во-первых, ему приходилось учитывать и интересы купечества, заводчиков, фабрикантов. Борьба за выход к мировым морским торговым путям, политика меркантилизма (т.е. высоких ввозных пошлин для защиты отечественных производителей) и ликвидация внутренних таможен - все это делалось и в интересах нарождавшейся буржуазии. Во-вторых, абсолютная монархия призвана была решить также ряд общегосударственных задач в интересах всех народов, населявших страну, которые встали перед страной еще в XVI-XVII вв., и тогда не нашли своего решения. Во-первых, это прорыв к морю, к мировым торговым путям. В условиях экономической и политической изоляции Россия не только не смогла бы в полной мере преодолеть отставание, явившееся следствием более, чем 250-летнего ордынского ига, но это отставание неизбежно бы нарастало, что создавало угрозу агрессии со стороны соседних государств (как это уже имело место в начале XVII в. в “смутное время”) и потери национальной независимости.

Во-вторых, по-прежнему остра была проблема защиты крайне протяженных границ страны, не защищенных никакими естественными препятствиями (морями, горами и т.д.).

В третьих, по-прежнему стояла задача воссоединения родственных, вышедших из одного корня славянских народов великороссов, украинцев и белорусов. Вхождение в состав Российского государства Левобережной Украины представляло собой лишь частичное решение данной проблемы. За этим стояла и более отдаленная мечта об освобождении славянских и вообще православных народов Балкан от тяжкого турецкого ига, а также завоевание южного выхода к мировым торговым путям: из закрытого Азовского моря - в Черное море, а затем - в Средиземное море. Характерно, что, лелея планы подобного рода, Екатерина II своего второго внука назвала Константином (в надежде на возвращение Стамбулу его исконного названия -Константинополь).

Перечисленные выше задачи имели безусловно общенациональный характер (за исключением, может быть, только мечты о восстановлении Империи Константина Великого). Таким образом, абсолютизм на определенном этапе его развития (в XVII - XVIII вв.) отражал общенациональные интересы и в этом смысле пользовался определенной поддержкой всего населения, в том числе и основной массы крестьянства, разрозненного, “атомизированного”, которое объединяла общая православная религия и общая вера в доброго царя, хотя и окруженного “злыми боярами”.

Ранняя форма абсолютизма, сложившаяся во второй половине XVII в. с Боярской думой и боярской аристократией, оказалась недостаточно приспособленной к решению указанных выше внутриполитических и особенно внешнеполитических задач. И только дворянская империя, сформировавшаяся в результате реформ Петра 1, с ее крайним авторитаризмом, предельной централизацией, мощными силовыми структурами в виде регулярной армии и регулярной полиции, мощной идеологической системой в виде Церкви, подчиненной государству, эффективной системой контроля за деятельностью государственного аппарата (генерал-прокурор и прокуроры на местах, институт фискалов, “всевидящее око” - тайная канцелярия), оказалась способной успешно решить стоявшие перед страной проблемы. Именно такая политическая форма организации, как дворянская империя с ее тотальным контролем не только за материальными ресурсами страны, но и за личностью подданных, вплоть до их поведения в частной жизни, смогла мобилизовать все материальные и духовные ресурсы страны на решение основной задачи - реконструкции экономики и даже самого уклада жизни - создание в сжатые сроки военно-промышленного комплекса как основы военной мощи, регулярной армии и флота, развитие науки и образования (учреждение Российской Академии наук. Академии художеств, Московского университета и ряда других учебных заведений). Реформы Петра 1 преобразили Россию, превратили ее в великую европейскую державу. При Екатерине II эти преобразования были завершены. На протяжении XVIII в. была завоевана Прибалтика и “прорублено окно в Европу” через незамерзающие прибалтийские порты, выстроена новая столица-Петербург. В результате разделов Польши завершилось воссоединение Правобережной Украины (за исключением Галиции со Львовом, доставшихся Австрии) и Белоруссии с Россией, завоеван был Крым (1783 г.) и Северное Причерноморье, что окончательно обезопасило освоение черноземных южнорусских степей. Россия утвердилась на берегах Черного моря. Построен был Черноморский флот и порты его базирования (Севастополь и Херсон), торговый порт в Одессе. Выход к предгорьям Кавказа создал плацдарм для движения в будущем (в XIX веке) в Закавказье и на Северный Кавказ. Ко второй половине XVIII в. существенно увеличилась территория страны, простиравшаяся от Тихого океана и от Белого моря на востоке и от Белого моря и Ледовитого океана на севере, до предгорий Кавказа и Черного моря на юге. Выросла и численность населения страны от 13-15 млн. чел. в конце XVII в. до 27-28 млн. чел. в 80-е годы XVIII в. и 36 млн. чел. в конце XVIII в. Все это было достигнуто ценой неимоверного напряжения всех сил страны. Исторический опыт российского “просвещенного абсолютизма” (“полицейского государства”) еще раз подтвердил вывод о том, что авторитарные режимы в состоянии мобилизовать все материальные и духовные ресурсы общества для совершения “большого скачка”, чтобы вырваться из плена отсталости и обеспечить национальную безопасность страны. Цена такого “большого скачка” неимоверно велика. Достаточно сказать, что по подсчетам известного историка П.Н.Милюкова, выпустившего в 1905 г. книгу “Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII века или Реформы Петра Великого”, петровские реформы стоили России свыше 20 % ее населения. И действительно, и Петербург, и Ладожский канал, и крепость Кронштадт, и уральская промышленность и ряд других объектов строились буквально на костях согнанных со всей России десятков тысяч крестьян и “работных людей”.

К середине XVIII в., когда “большой скачок” в области создания базы тяжелой и военной промышленности, силовых структур, модернизации общества в целом и особенно во внешнеполитической области в основных чертах был завершен, создалась возможность некоторого ослабления усилий. Но эта возможность была использована только для облегчения службы господствующего сословия - дворянства. В 1762 г. Манифестом о вольностях дворянских Петра III, подтвержденном в том же году Екатериной II, отменена была обязательная служба дворян.

В 1785 г. Екатерина II в Жалованной грамоте дворянству пошла на дальнейшее расширение льгот и привилегий дворянству и верхам городского населения: крупным купцам, заводчикам, фабрикантам (в Жалованной грамоте городам 1785 г.). Однако это сопровождалось дальнейшим увеличением повинностей, налогов для податных сословий и усугублением крепостного права (о чем подробнее будет сказано ниже).

Совершив “большой скачок”, решив стоявшие перед страной неотложные проблемы, абсолютизм перестает выполнять задачи общенационального характера (за некоторыми исключениями - например, в годы Отечественной войны 1812 г.), остается всего лишь диктатурой дворян-крепостников, призванной охранять их власть и привилегии. По мере вызревания буржуазных отношений и разложения крепостнического строя абсолютизм все больше и больше становился тормозом на пути социального и политического развития страны.

§2. Реформы государственного аппарата

Высшие органы власти. Ранняя форма абсолютизма с Боярской думой и боярской аристократией, сложившаяся во второй половине XVII в., оказалась неприспособленной к решению стоявших перед страной проблем. Радикальные реформы государственного аппарата были проведены в начале XVIII в. Петром 1 и завершены в царствование Екатерины II во второй половине XVIII в.

Император. Главой государства в России был монарх, носивший с 1547 г. титул “царь”. В 1721 г. Петру 1 Сенат преподнес титул “императора”. Этот титул в монархической номенклатуре занимал верхнюю ступеньку, он рассматривался выше королевского титула. Присвоение императорского титула имело международное значение, т.к. означало признание России великой европейской державой. Император обладал неограниченной властью: законодательной, исполнительной, военной, судебной. Он даже возглавлял Русскую православную церковь после того, как в 1700 г. запретил после смерти патриарха Адриана выборы нового патриарха. В руках императора находились все рычаги управления страной, направление как внутренней, так и внешней политики. Он координировал деятельность государственного аппарата.

Когда после смерти Петра 1 последовала полоса дворцовых переворотов и на императорском престоле подчас оказывались случайные люди, неспособные реально осуществлять императорские функции, то стали возникать органы по форме как бы совещательные при особе императора, но в действительности дублировавшие императорскую власть, реально исполнявшие ее функции. Это Верховный тайный совет (1725-1730 гг.) при неграмотной императрице Екатерине 1 (вдове Петра 1 - бывшей эстонской крестьянке Марте Скавронской) и 12-летнем императоре Петре II (внуке Петра 1). Это Кабинет министров (1730-1740 гг.) при малограмотной и неспособной реально управлять страной Анне Ивановне. В качестве такого же органа, дублирующего императорскую власть, в литературе нередко рассматривают и Верховную конференцию при Елизавете Петровне. Но это неточно, т.к. это был скорее совещательный орган при императрице, поскольку она сама также принимала участие в управлении страной. Следует также отметить, что при авторитарных режимах огромную роль в управлении страной играет институт фаворитов. Поскольку при авторитарном режиме носителем всей полноты власти является его глава (император, король, президент или иное высшее должностное лицо как бы оно ни именовалось), то всякое лицо, находящееся в близких отношениях с главой режима, независимо от характера отношений (любовники и любовницы, особо доверенные лица и т.д.) и назависимо от того, занимают ли они какие-либо государственные должности или нет, оказывают подчас огромное влияние на государственные дела, а нередко фактически управляют государством. Так управлял государством фаворит императрицы Анны Ивановны Э. Бирон, носивший скромный придворный чин обер-шталмейстера (управляющего царской конюшней). В последние годы царствования Елизаветы Петровны страной правил генерал-фельдцейхмейстер (начальник артиллерии) граф П.И. Шувалов благодаря близости к императрице своего младшего брата И.И. Шувалова, не занимавшего никаких государственных постов. Из фаворитов Екатерины II наиболее известен князь Г.А. Потемкин - один из крупнейших государственных деятелей XVIII в.

Петр 1 радикально перестроил всю систему центральных органов государства. В 1711 г. вместо консилии министров-наследнице боярской думы, был учрежден Сенат. Первоначально он должен был заменить царя на время его отсутствия в столице на время Прутского похода. Но затем Сенат получает функции высшего органа, координировавшего деятельность всех центральных органов управления и непосредственно рассматривавшего по поручению царя дела текущего управления. Вскоре Сенат становится и высшим судебным органом и “хранилищем законов”. Дело в том, что, исходя из принципа неограниченности власти царя, каждое его слово являлось законом. Но, чтобы отделить законы от текущих управленческих распоряжений, установился порядок, что законом являются лишь нормативные акты, утвержденные царем, зарегистрированные и опубликованные Сенатом в качестве законов. При Сенате учреждается ряд контор: рекетмейстерская по принятию прошений на имя царя и жалоб на действия чиновников; герольдмейстерская, контролировавшая службу дворян и регистрировавшая дворянские фамилии и ряд других, создававшихся по мере надобности. Канцелярию Сената возглавлял обер-секретарь, который контролировал исполнение сенатских решений.

Вместо многочисленных приказов в 1719 г. были учреждены 12 государственных коллегий, в качестве органов отраслевого управления. Среди них “первейшими” были: военная, адмиралтейская и иностранных дел. Финансами должны были ведать три коллегии: камер-коллегия собирала доходы, штатс-контора следила за расходами и составляла роспись доходов и расходов и ревизион-коллегия проверяла счета и осуществляла финансовый контроль. Коммерц-коллегия и мануфактур-коллегия управляли торговлей и промышленностью, но за исключением горной и военной, которая относилась к ведению Берг-коллегии. Вотчинная коллегия ведала земельными вопросами, регистрировала земельные сделки и решала земельные споры. Юстиц-коллегия возглавляла судебную систему. В нее можно было обжаловать решения нижестоящих судов. Одновременно она была и органом судебного управления. Наконец, в ряду иных коллегий была учреждена и Духовная коллегия как орган церковного управления. Несколько позже она была переименована в Святейший правительствующий Синод и выведена из-под юрисдикции Сената с непосредственным подчинением царю. В результате учреждения Сената и коллегий возник четко организованный бюрократический управленческий аппарат, где функции каждой коллегии были определены, а власть (в пределах своей компетенции) распространялась на территорию всей империи. Каждая коллегия имела свои местные органы в регионах. Координировал и контролировал работу коллегий Сенат, хотя после того, как в его состав были включены президенты “первейших” коллегий, получалось, что сенаторы-президенты этих коллегий контролировали сами себя. В 1720 г. царь утвердил Генеральный регламент-документ, определивший структуру коллегий, порядок их деятельности, а также порядок прохождения службы чиновниками. Табель о рангах (1722 г.) все должности в гражданской, военной и придворной службе разделил на 14 классов и каждый чиновник или офицер должен был начинать службу с низшего 14 класса, постоянно продвигаясь по службе. Таким образом, в противовес принципу местничества, существовавшему в XVI - XVII вв. и формально отмененному в 1682 г., когда должности предоставлялись в соответствии со знатностью рода и службой предков, Табель о рангах определял чины и должности, исходя лишь из личных заслуг, способностей и преданности царю. Каждая коллегия состояла из президента, вице-президента, трех-четырех коллежских советников и четырех коллежских асессоров (заседателей), а также включала штат вспомогательного персонала (переписчиков, делопроизводителей, регистраторов и т.д.). Вопросы в коллегиях должны были решаться коллегиально, причем первым свое мнение должен был высказать младший по должности и чину. Поскольку он еще не знал мнение старших чиновников и руководителей коллегии, то невольно должен был высказывать свое мнение (“дабы дурость каждого явлена была” - писал в Регламенте Петр 1). Решения должны были приниматься голосованием. При равенстве голосов голос президента был решающим.

Одновременно с реформой центральных органов радикально было реорганизовано местное управление. В отличие от XVII в. с его дробным управлением, когда уезды, отдельные города, а иной раз волости и отдельные слободы непосредственно подчинялись центру, а уезды по территории и населению отличались друг от друга, петровская реформа установила более четкое административно-территориальное деление.

В 1708 г. вся территория страны была разделена на 8 губерний (чуть позже на II). В две из них (Петербургскую и Азовскую) были назначены генерал-губернаторы, а в остальные -губернаторы из числа виднейших государственных деятелей, облеченных большой властью и доверием царя (Меншиков, Апраксин, Стрешнев и т.д.). В помощь губернаторам назначались помощники, ведавшие отраслями управления (военной, финансами, юстицией и т.д.). Созданы были губернские канцелярии. Губернии делились на уезды позже названные долями во главе с комендантами. Смысл реформы состоял в том, чтобы перенести центр тяжести в управлении на места. При огромных расстояниях в нашей стране и тогдашних средствах сообщения невозможно было оперативно управлять столь огромной территорией непосредственно из центра, как это пытались делать в предшествующий период. Необходима была разумная децентрализация власти, однако на первом этапе реформа не удалась. Назначая губернаторами крупных государственных деятелей, Петр 1 хотел, чтобы эти люди на месте от имени царя могли оперативно принимать решения. Но ведь они по большей части были обремены многочисленными обязанностями (Меншиков и Апраксин - президенты “первейших” коллегий и сенаторы и т.д.) и практически не могли быть непрерывно в своих губерниях, а правившие вместо них вице-губернаторы не имели таких полномочий и доверия царя.

Поэтому в 1719 г. проводится второй этап реформы. Губернии делятся на провинции, сначала на 45, а потом на 50. В пограничные провинции назначаются также губернаторы, а во внутренние-воеводы. И хотя губернии продолжали существовать, но за губернаторами остается командование войсками, общий надзор за управлением, а основной единицей местного управлений становится провинция. В каждой из них создается аппарат управления и назначаются чиновники, отвечавшие за сбор налогов, набор рекрутов и т.д. Они помимо губернатора и воеводы подчинялись также соответствующей коллегии в центре. Провинции в свою очередь были разделены на дистрикты, управлявшиеся земскими комиссарами. Таким образом, на местах была создана трехзвенная система: губерния, провинция, дистрикт. Однако города имели свое городское управление: в губернских городах - магистраты, в уездных - ратуши. Общее руководство магистратами и ратушами осуществлял Главный магистрат, действовавший на правах государственной коллегии. Его деятельность регламентировалась Регламентом Главному магистрату.

Учреждение прокуратуры. Институт фискалов. В результате реформ центрального и местного аппарата управления образовалась огромная армия чиновников. И чем больше и многочисленней был этот аппарат, тем в большей мере он был подвержен болезни, которая свойственна любой бюрократии -коррупции (взяточничеству и казнокрадству), которая особенно разрастается в условиях бесконтрольности и безнаказанности. Поэтому Петр 1 был озабочен поисками форм контроля за деятельностью госаппарата. Эти формы были многообразны: ведомственный контроль коллегии за деятельностью их местных уполномоченных; контроль Сената за всем аппаратом, в том числе и коллегиями; ревизион-коллегия осуществляла финансовый контроль и проверку счетов. Но этого было недостаточно. Поэтому в 1711 г. учреждаются должности фискалов во главе с генерал-фискалом и его помощником обер-фискалом (от лат. fiscus - государственная казна). Фискалы призваны были оберегать казну путем вербовки агентуры в госучреждениях и выявления оперативным путем взяточников и казнокрадов. В 1715 г. специальным указом царь установил, что за донос на взяточника и казнокрада, а также на тех, кто злоумышляет против государства, доносчик в случае подтверждения его доноса получит половину имущества виновного, а холоп, донесший на своего господина, - вдобавок еще и волю. В стране поднялась такая волна доносов, что в 1718 г. царю пришлось издать указ о том, чтобы “подметные письма” (доносы) сжигали на том месте, где их обнаружили, не распечатывая и не читая. Дело в том, что доносчики, опасаясь нередких в таких случаях пыток, подбрасывали анонимки (“подметные письма”) к дверям государственных учреждений или церквей. Тогда в 1722 г. Петр 1 издал указ об учреждении должности генерал-прокурора (“ока государева”). Генерал-прокурору были под-чинены обер-прокуроры в Сенате и в Синоде, прокуроры в коллегиях и в губерниях. Они должны были присутствовать на заседаниях тех учреждений, при которых они были учреждены и осуществлять гласный общий надзор за законностью и исполнением указов и повелений императора и Сената. Однако, поскольку генерал-прокурору был подчинен институт фискалов, то прокуратура руководила и негласным агентурным надзором. А за всеми учреждениями, в том числе и Сенатом, и Синодом, и прокурорами, и фискалами наблюдало “недремлющее око” Тайной канцелярии.

Но ничто не помогало. Взяточничество и казнокрадство процветало. Так, уличен был во взятках и казнен сам обер-фискал Нестеров. Казнен сибирский губернатор князь Гагарин, умудрившийся украсть бриллианты, купленные в Китае для жены Петра 1, пока их везли через Сибирь. А на царского фаворита князя Меншикова был сделан начет (царь обязал вернуть украденное) в размере почти годового бюджета Российской империи.

Во второй половине XVIII века проводится второй этап реорганизации государственного аппарата. Екатерина II, несмотря на то, что ее права на престол после совершенного ею государственного переворота и захвата власти были весьма шатки, твердо держала бразды правления в своих руках. Сенат как орган государственного управления с 1763 г. утратил свои прежние широкие полномочия. Он лишен был права издавать законы, разделен на несколько департаментов, часть из которых была переведена в Москву, образовав там Московскую сенатскую контору. Сенат превратился в простое бюрократическое учреждение, осуществлявшее контроль за деятельностью органов управления как центральных, так и местных, и оставался высшей судебной инстанцией в стране.

При императрице образуется императорский совет (“Совет при высочайшем дворе”) из числа ближайших доверенных лиц. В отличие от существовавших ранее Верховного тайного совета (при Петре II) и Кабинета министров (при Анне Ивановне), Совет при высочайшем дворе заседал под председательством самой Екатерины II. Сначала он собирался эпизодически и обсуждал лишь вопросы внешней политики и войны с турками. А с 1769 г. стал постоянно действующим органом. Екатерина II стремилась заменить коллегиальные органы управления единоличными. Отсюда значительное усиление роли генерал-прокурора. Князь А.А. Вяземский, занимавший эту должность, ведал не только юстицией и Тайной экспедицией, но и финансами, так как контролировал Экспедицию о государственных доходах и Ассигнационный банк. Он же управлял почтовым ведомством. Полновластными министрами были Бецкой, ведавший просвещением, Миних-таможнями, Муравьев-путями сообщения. Основным докладчиком на заседаниях императорского совета был генерал-прокурор. Непосредственно готовили проекты документов для императрицы, нередко обсуждавшиеся на заседаниях императорского совета статс-секретари Олсуфьев, Храповицкий и Теплов. Статс-секретари были непосредственными помощниками Екатерины II, каждый по своему кругу вопросов и составляли ее личный кабинет.

Таким образом, Екатерина II осуществляла всю полноту самодержавной власти с помощью императорского совета, своих личных статс-секретарей, генерал-прокурора и руководителей трех главных коллегий: иностранных дел, военной и адмиралтейской. Что же касается остальных коллегий, то они частично замещаются новыми учреждениями: Экспедицией о государственных доходах, заменившей всю группу финансовых коллегий, а также промышленных коллегий (Берг-коллегии и Мануфактур-коллегии), - Почтовым департаментом; а частично упраздняются с передачей их функций в губернские органы.

В связи с реорганизацией местного управления упразднен был и Главный магистрат.

Одновременно с реформами центральных органов проводилась и реформа местного управления. Выше уже говорилось, что основная цель областной реформы Петра 1, а именно приближение управления к местам, т.е. к управляемым, не была достигнута. Губернии были чрезмерно велики, руководители губерний, а затем провинций не имели достаточных полномочий, да и достаточных сил для эффективного управления и подавления волнений крестьян и работных людей. Да и трехзвенная система местного управления, сложившаяся к концу царствования Петра 1, была чрезмерно громоздкой и дорогостоящей. В последующие царствования в целях упрощения и удешевления многие ее звенья были ликвидированы и перестроены, что привело к еще большей запутанности и хаотичности всей системы местного управления. Ее неэффективность наиболее ярко выявилась в годы “пугачевщины” (1773 - 1775 гг.).

Поэтому после подавления пугачевского восстания правительство Екатерины II сразу же приступает к реформированию системы местного управления. Учреждение о губерниях 1775 г. разделило всю территорию Российской империи на 50 губерний с населением от 300 до 500 тыс. человек каждая. Губернии делились на уезды с численностью населения от 30 до 50 тыс. человек. Такая численность населения и, соответственно, размер территории уездов и губерний были признаны оптимальными при существовавших тогда средствах сообщения и с точки зрения административно-полицейского контроля за населением. Характерно, что ни национальный состав населения, ни особенности экономики, при определении границ губерний и уездов практически в расчет не принимались. Разукрупнение губерний вело к существенному увеличению численности чиновничества и расширению сети административно-полицейского контроля за населением, что укрепляло феодально-крепостнический строй в стране.

В реорганизации центрального управленческого аппарата в 60 - 80-е гг. XVIII в. явно прослеживалась тенденция к дальнейшей его централизации, замене коллегиального начала единоличным, что отражало дальнейшее укрепление абсолютизма. В местном самоуправлении в те же годы проявилась тенденция к разумной децентрализации. Губернскому управленческому звену передаются функции многих прежних общеимперских коллегий. Так, в губерниях учреждались губернские правления, казенные палаты. Им передавались функции прежних общегосударственных камер-коллегий. А также управление казенной промышленностью и надзор за частными предприятиями. Учреждались в губерниях также новые учреждения, как приказы общественного призрения под председательством самих губернаторов. Им вверялся контроль за образованием, здравоохранением, богоугодными заведениями (богадельнями-приютами для престарелых, главным образом отставных солдат, и приютами для младенцев-подкидышей), а также управление тюремными заведениями типа работных и смирительных домов.

Для управления уездами по Учреждению о губерниях создавались особые учреждения - нижние земские суды (административно-полицейские органы) во главе с капитан-исправниками и заседателями, избираемыми местным дворянством. Крупными городами управляли полицмейстеры, а небольшими - городничие.

Местные власти получили теперь в свое распоряжение вооруженную силу: гарнизонные команды (переименованные в дальнейшем в гарнизонные линейные батальоны) в губерниях и отряды стражников - в уездах.

Губернская реформа 1775 г. создала в губерниях сильную власть, обладавшую достаточными полномочиями, финансовой базой (учреждения казенных палат), вооруженной силой и полицией. Реформа законодательно закрепила открытую диктатуру дворянства на местах, отдав в руки местным дворянам полицейскую власть в уездах (выборы дворянами капитан-исправников и уездных заседателей) и усилив их контроль за всеми кадровыми назначениями в губерниях (на эти назначения требовалось согласие губернского предводителя дворянства). В руководстве губернии сложилась иерархия: первое лицо - губернатор. В его руках общее руководство, административно-полицейская и военная власть. Второе лицо - губернский предводитель дворянства - контроль за кадровыми назначениями, представительство в губернском управлении интересов местного дворянства. Третье лицо-архиерей, глава церковной епархии, границы которой, как правило, совпадали с губернией. Он контролировал идеологию, духовное воспитание населения, содержание обучения во всех учебных заведениях епархии.

Усиление самодержавия выражалось также в унификации местного управления, нивелировании его особенностей, еще сохранившихся в отдельных регионах. Так, губернская организация распространилась на Прибалтику. Соответственно было упразднено герцогство Курляндское, номинально сохранявшееся до середины XVIII в. Упразднено было гетманство и полковое административно-территориальное деление на Украине, хотя оно закреплялось особым договором между Россией и Украиной (“мартовскими статьями” 1654 г.). Упраздняется и Запорожская сечь. Часть запорожцев была переведена на Кубань для охраны новой южной границы и составила ядро Кубанского казачьего войска. Значительное число запорожцев бежало на территорию Турецкой империи.

Учреждение полиции явилось составным элементом реформы административно-управленческой системы. Начало созданию “регулярной” полиции положил Петр 1, издав в 1718 г. указ об учреждении в новой столице-Петербурге должности генерал-полицмейстера. Полицейские функции в Российском государстве осуществлялись и ранее приказами, губными и земскими старостами, воеводами наряду с другими функциями (судебными, военными, финансовыми). Однако до петровских реформ не было специализированных полицейских органов.

Главными задачами созданной Петром 1 полиции стали борьба с уголовной преступностью и охрана общественного порядка, а также обеспечение санитарной (в том числе соблюдение правил торговли съестными продуктами) и пожарной безопасности и т.д.

В обязанности полиции входили также борьба с нищенством, проституцией, пьянством, азартными играми, контроль за соблюдением паспортного режима и ловля беглых и беспаспортных.

Однако роль полиции этим не ограничивалась. Она явилась для Петра 1 одним из важнейших инструментов преобразований, ломки старых порядков и организации новой жизни. Недаром полиция впервые была создана именно в Санкт-Петербурге. Основанная Петром 1 новая столица должна была стать образцом нововведений для всей России. Руководствуясь получившими распространение в Европе идеями “просвещенного абсолютизма”, российские императоры стремились во имя “общей пользы” поставить под контроль власти каждый шаг подданных, подчинить регламентам и инструкциям все стороны их бытия, даже самые мелочные проявления общественной и личной жизни. Инструментом такого “тоталитарного” контроля в руках абсолютистского государства стала полиция. Отсюда чрезвычайно широкий круг ее задач. Полиция должна была даже контролировать домашние расходы (не допуская чрезмерной роскоши и расточительства) и воспитание детей.

Наиболее полно задачи полиции определялись в Регламенте Главному магистрату 1721 г., в котором говорилось, что “полиция есть душа гражданства и всех добрых порядков и фундаментальный подпор человеческой безопасности и удобности”.

Учитывая сословную структуру феодального общества, где каждое сословие обладало наследственным правовым статусом, отличавшим его от иных сословий, полиция должна была следить, чтобы подданные вели предписанный каждому сословию образ жизни и носили присвоенную каждому сословию одежду, прически и т.д. Не случайно абсолютизм получил в истории название “полицейского государства”.

Характерной чертой возникновения русской полиции являлся ее военизированный характер. На службу в полицию, как правило, переводились армейские офицеры. Низшие полицейские чины комплектовались из унтер-офицеров и солдат старших возрастов, исполнявших рекрутскую повинность, но уже по возрасту и состоянию здоровья непригодных к службе в полевых войсках. В помощь полиции (например, для поимки беглых солдат и крестьян, разбойных шаек и т.д.) нередко направлялись воинские команды. Учитывая сравнительную малочисленность полиции, к несению службы по охране общественного порядка привлекалось в порядке повинности местное население по одному человеку с каждых десяти дворов (“десятские”) и в качестве старшего над ними один человек с каждых ста дворов (“сотский”). В городах этих привлеченных к несению охранной службы из местного населения людей в некоторых документах XVIII в. именовали квартальными поручиками.

При рассмотрении развития организационных форм полиции в XVIII в. обращает на себя внимание то, что первоначально специальные полицейские органы были учреждены в столицах: Петербурге (1718 г.) и Москве (1721 г.), а затем в 1733 г. и в ряде других городов. В провинции специальные полицейские органы выделялись не сразу, а полицейские функции по-прежнему исполнялись органами местного управления. Это объяснялось тем, что подавляющее большинство крестьян находилось в крепостной зависимости и подчинялось полицейской власти и суду помещиков. Однако после подавления крестьянского восстания под руководством Е.И. Пугачева при Екатерине II проводится губернская реформа 1775 г., в ходе которой создается и специальный полицейский аппарат в уездах (нижний земский суд), о котором уже шла речь выше.

Вслед за тем в 1782 г. была реформирована городская полиция: в городах учреждаются управы благочиния, принимается специальный Устав благочиния. Управу благочиния возглавлял генерал-полицмейстер в Санкт-Петербурге и обер-полицмейстер в Москве, полицмейстер в губернском городе или городничий в уездном городе. Поскольку управа благочиния (так же, как и нижний земский суд в уезде) являлась не только полицейским, но и судебным органом по мелким уголовным и гражданским делам, то в ее состав входили два пристава (по уголовным и гражданским делам). Учитывая, что суд в феодальном обществе носил сословный характер, в состав управы благочиния включались также два ратмана, т.е. выборных представителя городского сословия.

Компетенция управ благочиния была расширена по сравнению с ранее существовавшими полицейскими органами. Им теперь вменялось в обязанность знать занятия и источники доходов всех жителей, не только постоянных, но и временно приезжающих, а также контроль за общественными организациями, а также религиозными сектами и масонскими ложами, которые могли образоваться только с разрешения полиции. Активизация в середине 80-х гг. масонских лож, связанных с зарубежными организациями, привела к преследованиям и даже арестам наиболее активных их членов. Когда императорским Указом о вольных типографиях в 1783 г. частным лицам была разрешена издательская деятельность, то цензура в отношении книг и журналов также была возложена на Управы благочиния, т.е. на полицию. Характерно, что общая полиция была децентрализована, полицейские органы в губерниях всецело подчинялись губернаторам, а Генерал-полицмейстер фактически руководил лишь столичной петербургской полицией. Правда, в XVIII в. делались попытки превратить Генерал-полицмейстера в руководителя всей полиции империи, но они не имели успеха.

Политическая полиция, наоборот, была строго централизована и подчинялась непосредственно царю.

Впервые в качестве специального органа политической полиции выступают при Петре 1 Преображенский приказ, расположенный в Москве, и Тайная канцелярия в Петербурге.

После смерти Петра 1 при его преемниках наиболее важные политические дела расследовал и решал Верховный Тайный совет. Императрица Анна Ивановна учредила для расследования политических дел особую Канцелярию тайных розыскных дел во главе с бывшим “министром” петровской Тайной канцелярии генералом А.И. Ушаковым.

Абсолютистскому государству нужен был политический сыск для подавления народных масс, недовольных непомерными податями и поборами, диким произволом помещиков. Следует учитывать также, что после смерти Петра 1 шла ожесточенная борьба придворных группировок за власть. Императорский престол, как правило, замещался в результате дворцовых переворотов. Императрица Анна Ивановна, затем Елизавета Петровна не чувствовали себя прочно на престоле и нуждались в политическом сыске как орудии в борьбе за власть. Полномочия Канцелярии тайных розыскных дел были значительно расширены. Все центральные и местные органы управления должны были беспрекословно исполнять указания Канцелярии, пересылать всех лиц заявивших “слово и дело государево” вместе со свидетелями в ее распоряжение. Основной способ получения Канцелярией информации о политических преступлениях - донос.

Печальная известность Канцелярии тайных розыскных дел вынудила правительство провести ее реорганизацию, либеральной фразеологией замаскировать истинную суть политики абсолютизма. В манифесте, изданном Петром III 21 февраля 1762 г., говорилось об упразднении Канцелярии тайных розыскных дел и передаче ее материалов Сенату. В действительности орган политического сыска вовсе не был ликвидирован. Просто вместо Канцелярии была учреждена при Сенате Тайная экспедиция, которой передавались функции политического сыска. Характерно, что во главе этой экспедиции становится один из руководителей бывшей Канцелярии - С.И. Шешковский.

Екатерина II при своем воцарении после дворцового переворота и убийства Петра III подтвердила указанный выше манифест, но подчинила Тайную экспедицию генерал-прокурору, а Московскую контору этой экспедиции - московскому главнокомандующему (т.е. генерал-губернатору) П.С. Салтыкову. Эти меры обеспечили централизацию и полную секретность политического сыска, его независимость от каких-либо иных учреждений и непосредственный контроль за его деятельностью со стороны императрицы. По-прежнему процветали доносы и широко применялась пытка, формально отмененная лишь в 1801 г. Александром 1.

В конце XVIII в. по мере нарастания кризиса феодально-крепостного строя, проявляется тенденция к централизации полиции и подчинению ее военным властям. Указами императора Павла 1 в столицы Петербург и Москву были назначены военные губернаторы, а в важнейшие губернские города - военные коменданты, которым и подчинена была полиция.

Судебная реформа также явилась составным элементом реформы центральных и местных органов государственного аппарата. Судебную реформу Петр 1 начал проводить в 1719 г., когда были учреждены Юстиц-коллегия, надворные суды в губерниях и нижние суды в провинциях. Смысл реформы состоял в отделении суда от администрации, чтобы дать правовые гарантии купцам и промышленникам от притеснений дворянской администрации. Однако идея отделения суда от администрации и вообще идея разделения властей, заимствованная с Запада, не соответствовала российским условиям начала XVIII в. Идея разделения властей свойственна феодализму в условиях нарастающего его кризиса, разлагающемуся под натиском буржуазии. В России буржуазные элементы были еще слишком слабы, чтобы “освоить” сделанную им уступку в виде суда, независимого от администрации. На практике подданные видели власть в лице губернаторов и иных администраторов, им и обжаловали решения надворных судов. Губернаторы вмешивались в судебные дела. Хаос во взаимоотношениях судов и местных властей привел к тому, что в 1722 г. вместо нижних судов были созданы провинциальные суды в составе воеводы и асессоров (заседателей), а в 1727 г. упраздняются и надворные суды. Их функции передавались губернаторам. Дела по политическим обвинениям (как уже говорилось выше) решались в органах политической полиции (Тайной канцелярии, Тайной экспедиции) и в Сенате, а нередко и лично императорами. Таким образом попытка судебной реформы в начале XVIII в. потерпела неудачу.

Вновь к вопросу о судебной реформе правительство возвращается в 1775 г., когда в ходе губернской реформы были учреждены в губерниях и уездах новые судебные учреждения для каждого сословия отдельные. В уездах образованы были уездные суды для дворян и при них дворянская опека. Судом первой инстанции для государственных крестьян в уезде стала нижняя расправа, а для городского населения судом - городовой магистрат. Судами второй инстанции в губернии являлись три сословных судебных учреждения: верхний земский суд (для дворян); губернский магистрат (для городского населения) и верхняя расправа (для государственных крестьян). Все судебные дела, по замыслу законодателя, должны были завершаться на уровне губернии. Поэтому в каждой губернии создавались еще палаты уголовного и гражданского суда. Они являлись высшей апелляционной инстанцией для всех нижестоящих сословных судов. Высшей кассационной инстанцией для всех судов империи стал Сенат, в котором были образованы уголовно-кассационный и гражданско-кассационные департаменты. Юстиц-коллегия стала органом судебного управления (подбор кадров, материальное обеспечение), хотя иногда она рассматривала в порядке надзора отдельные дела.

Таким образом, судебные органы были отделены от администрации, хотя и не полностью. Так, мелкие уголовные и гражданские дела рассматривались в управах благочиния и нижних земских судах - полицейских учреждениях. Сенат тоже являлся не только высшей судебной инстанцией, но и органом управления, контролировавшим административные органы. Судебная система, созданная при Екатерине II, просуществовала до судебной реформы 1864 года. Она была чрезмерно громоздка и отличалась множеством инстанций, исключительной волокитой и взяточничеством.

Финансовые реформы имели важнейшее значение в становлении и развитии абсолютизма. Именно появление доходов, независимых от сословно-представительных органов, и достаточно крупных, чтобы содержать многочисленный бюрократический чиновничий аппарат, регулярную армию и полицию стало важнейшим условием становления абсолютизма.

Уже во второй половине XVII в. древнее поземельное “посошное” обложение было заменено на подворное, при котором прямые налоги взимались с крестьянских и посадских дворов, многочисленные натуральные повинности переведены в денежную форму и сведены в единый сбор. Упрощена была и система таможенных сборов -5 % от стоимости товара. Упрощение системы налогообложения увеличило доходную часть бюджета, которая состояла из прямых налогов (стрелецкая подать и ямские деньги), косвенных налогов (таможенные и кабацкие сборы, соляной налог) и доходов от перечеканки денег. Общая сумма доходов в 1680 г. составляла 2 млн. рублей, расходная часть - 1,5 млн. рублей.

Формирование регулярной армии, строительство флота, расходы на ведение войн и строительство Петербурга, казенных заводов и т.д. резко увеличили расходы и потребовали новых источников доходов. Было введено множество новых сборов: с бань, лавок, дубовых гробов, рыбной ловли, пасек, мельниц, лошадей и со свадеб, русского платья, извозчичьих хомутов, речных судов (привальная и отвальная), с бород (с крестьян 1 коп. при въезде в город и выезде, с купцов по 100 руб. в год, дворян - 60 руб. в год и т.д.).

Все эти сборы получили название канцелярских сборов, т.к. ими ведали многочисленные канцелярии. Введен был гербовый сбор с заключения договоров в письменной форме-“купчих крепостей”. Ряд товаров был взят в казенные монополии: деготь, смола, щетина, ворванное сало, поташ, икра, ревень, рыбий клей, рыбий жир. Государственной монополией стал экспорт хлеба, а затем - и металла. Введена была табачная монополия и, наконец, монополией стала продажа водки. Правда, правительство иногда продавало эту монополию откупщикам, так что формы торговли водкой на протяжении XVIII в. менялись.

В 1718 г. проведена денежная реформа, выпущены новые серебряные монеты с пониженным содержанием серебра и медные монеты, что привело со временем к инфляции, но дало значительный доход государству. В целом доходы казны выросли к 1711 г. почти до 3 млн. руб., причем косвенные налоги давали до 40 % дохода. В 1718 г. была проведена перепись мужского податного населения и введена подушная подать. Ее размер был исчислен просто. Содержание армии и флота стоило 4 млн. руб. Эта сумма была разделена на количество мужских ревизских душ: с крестьянской пришлось 74 коп., посадской - 1 руб., государственных крестьян- 1 руб. 14 коп. в год. Введение подушной подати увеличило доходы бюджета до 8.5 млн. руб. (в 1724 г.), причем 55 % давали прямые налоги, а косвенные - 24,9 %. Такая система налогов существовала на протяжении всего XVIII в. В целом доходы увеличивались в связи с развитием рынка, ростом промышленности и численности населения.

Крупным нововведением при Екатерине II стало введение в оборот наряду с металлическими монетами бумажных ассигнаций. Они ценились дешевле (в среднем 1 руб. ассигнациями стоил 66 1/3 коп. серебром).

Вторым компонентом денежной реформы явилась реорганизация системы финансового управления. При системе приказного управления в стране не было единого органа, в котором бы концентрировались все бюджетные средства. Это затрудняло учет и способствовало хищениям. В числе государственных коллегий, Петр 1 создал финансовые, ведавшие финансами в общегосударственном масштабе. Таким образом, все финансовое управление было строго централизировано.

Губернская реформа 1775 г. учредила в губерниях казенные палаты и передала в их ведение функции камер-коллегий и штатс-конторы, децентрализовав в определенной степени финансовое управление и создав финансовую базу губернским властям. Однако централизм финансового управления не был утрачен: в центре была учреждена Экспедиция о государственных доходах, которая вместе с Ассигнационным банком работала под контролем Генерал-прокурора.

Военная реформа. Начало реформирования вооруженных сил относится ко второй половине XVII в. Уже тогда создаются первые рейтарские и солдатские полки нового строя из даточных и “охочих” людей (т.е. добровольцев). Но их было еще сравнительно немного, и основу вооруженных сил все еще составляло дворянское конное ополчение и стрелецкие полки. Хотя стрельцы и носили единообразную форму и вооружение, но денежное жалование, получаемое ими, было ничтожно. В основном они служили за предоставлявшиеся им льготы по торговле и на занятие ремеслом, поэтому были привязаны к постоянным местам жительства. Стрелецкие полки ни по своему социальному составу, ни по своей организации не могли явиться надежной опорой дворянскому правительству. Не могли они также и всерьез противостоять регулярным войскам западных стран, а, следовательно, быть достаточно надежным орудием решения внешнеполитических задач.

Поэтому Петр 1, придя к власти в 1689 г., столкнулся с необходимостью проведения радикальной военной реформы и формирования массовой регулярной армии. Ее ядром стали два гвардейских (бывших “потешных”) полка: Преображенский и Семеновский. Эти полки, укомплектованные в основном молодыми дворянами, стали одновременно школой офицерских кадров для новой армии. Первоначально была сделана ставка на приглашение на русскую службу иностранных офицеров. Однако поведение иностранцев в сражении под Нарвой в 1700 г., когда они во главе с главнокомандующим фон Круи перешли на сторону шведов, заставило отказаться от этой практики. Офицерские должности стали замещаться преимущественно русскими дворянами. Помимо подготовки офицерских кадров из солдат и сержантов гвардейских полков, кадры готовились также в бомбардирской школе (1698 г.), артиллерийских школах (1701 и 1712 гг.), навигацких (1698 г.) классах и инженерных школах (1709 г.) и Морской академии (1715 г.). Практиковалась также посылка молодых дворян для обучения за границу. Рядовой состав первоначально комплектовался из числа “охотников” (добровольцев) и даточных людей (крепостных, которых отбирали у помещиков). К 1705 г. окончательно оформился порядок набора рекрутов. Их набирали по одному от каждых 20 крестьянских и посадских дворов раз в 5 лет или каждый год - по одному от 100 дворов. Таким образом установилась новая повинность-рекрутская для крестьянства и посадских людей. Хотя верхи посада-купцы, заводчики, фабриканты, а также дети духовенства освобождались от рекрутской повинности. После введения подушной подати и переписи мужского населения податных сословий в 1723 г. порядок рекрутского набора был изменен. Рекрутов стали набирать не от количества дворов, а от численности мужских податных душ. Вооруженные силы делились на полевую армию, которая состояла из 52 пехотных (из них 5 гренадерских) и 33 кавалерийских полков, и гарнизонные войска. В состав пехотных и кавалерийских полков включалась артиллерия.

Регулярная армия содержалась полностью за счет государства, одета была в единообразную казенную форму, вооружена стандартным казенным оружием (до Петра 1 оружие и лошади у дворян-ополченцев, да и у стрельцов были свои). Артиллерийские орудия были единых стандартных калибров, что существенно облегчало снабжение боеприпасами. Ведь ранее, в XVI - XVII веках, пушки отливались индивидуально пушечными мастерами, которые их и обслуживали. Армия обучалась по единым Воинским уставам и инструкциям.

Общая численность полевой армии к 1725 г. составляла 130 тыс. человек, в гарнизонных войсках, призванных обеспечить порядок внутри страны, насчитывалось 68 тыс. человек. Кроме того, для охраны южных границ были образованы ландмилиция в составе нескольких конных иррегулярных полков общей численностью в 30 тыс. человек. Наконец, имелись еще иррегулярные казачьи украинские и донские полки и национальные формирования (башкирские и татарские) общей численностью 105-107 тыс. чел.

Одновременно при Петре 1 был создан военно-морской флот. С завоеванием Прибалтики флот получил удобные незамерзающие порты. Для обороны новой столицы - Петербурга на острове Котлин строится мощная крепость - Крондштадт. В 1724 г. Балтийский флот России был самым мощным на Балтике. Он имел 32 линейных корабля, 16 фрегатов, 8 шняв и 85 галер, а также части морской пехоты.

Радикально изменилась система военного управления. Вместо многочисленных приказов, между которыми ранее было раздроблено военное управление, Петр 1 учредил военную коллегию и адмиралтейств-коллегию для руководства армией и военно-морским флотом. Таким образом, военное управление было строго централизировано. Во время русско-турецкой войны 1768-1774 гг. при императрице Екатерине II был создан Военный совет, осуществлявший общее руководство войной. В 1763 г. образован Генеральный штаб как орган планирования военных операций. Непосредственное управление войсками в мирное время осуществляли командиры дивизий. Во второй половине XVIII в. в русской армии было 8 дивизий и 2 пограничных округа. Общая численность войск к концу XVIII в. возросла до полумиллиона человек и они полностью обеспечивались вооружением, снаряжением и боеприпасами за счет отечественной промышленности (она производила в месяц 25-30 тыс. ружей и несколько сот артиллерийских орудий).

Во второй половине XVIII в. армия переходила на казарменное содержание, т.е. стали в массовом масштабе строиться казармы, в которые поселялись войска. Ведь в начале этого века казармы были только у гвардейских полков, а основная масса войск располагалась в домах обывателей. Постойная повинность была для податных сословий одной из наиболее тяжелых. Армия, которая комплектовалась путем рекрутского набора, отражала социальную структуру общества. Солдаты, выходя из крепостной зависимости от помещика, становились крепостными государства, обязанные пожизненной службой, сокращенной позже до 25 лет. Офицерский корпус был дворянский. Хотя русская армия и носила крепостнический характер, она была все же национальной армией, чем резко отличалась от армий ряда западных государств (Пруссии, Франции, Австрии), где армии комплектовались из наемников, заинтересованных лишь в получении платы и грабеже. Не случайно в Полтавском сражении шведский король Карл XII, обращаясь к солдатам, говорил, что впереди их ждут слава, грабеж, вино и женщины. Петр 1 перед этой же битвой сказал своим воинам, что они сражаются “не за Петра, но за Отечество, Петру врученное”.

Во второй половине XVIII в. была значительно усилена артиллерия в русской армии, перевооруженная шуваловскими длинными гаубицами.

§3. Сословные реформы и правовой статус сословий

Дворянство. На протяжении XVIII в. идет процесс усиления роли дворянства как господствующего сословия. Серьезные изменения происходили в самой структуре дворянского сословия, его самоорганизации и правовом статусе. Эти изменения проходили по нескольким направлениям. Первое из них заключалось во внутренней консолидации дворянского сословия, постепенном стирании различий между существовавшими ранее основными группами служилых людей “по-отечеству” (бояр, дворян московских, дворян городовых, детей боярских, жильцов и т.д.). В этом отношении велика была роль Указа о единонаследии 1714 г., устранившего различия между вотчинами и поместьями и, соответственно, между категориями дворянства, владевшими землей на вотчинном и поместном праве. После этого указа все дворяне-землевладельцы имели земли на основе единого права - недвижимой собственности. Велика также была роль Табели о рангах (1722 г.) окончательно устранившем (по крайней мере в юридическом плане) последние остатки местничества (назначения на должности “по отечеству”, т.е. знатности рода и прошлой службе предков) и установившему для всех дворян обязанность начинать службу с низших чинов 14 класса (прапорщика, корнета, гардемарина) в военной и морской службе, коллежского регистратора - в гражданской службе и последовательного продвижения по служебной лестнице в зависимости от своих заслуг, способностей и преданности государю.

Второе направление - консолидация в рамках единого привилегированного сословия-российского дворянства- феодальной верхушки всех народов, населявших Российскую империю. Это был способ укрепления единства империи как многонационального государства.

Многие известнейшие российские аристократические фамилии ведут свое происхождение от феодальных родов различных народов. Таковы князья Черкасские (происходившие от кабардинских князей), князья Багратионы, Дадиани, Цициановы (грузинских царского и княжеских родов), Юсуповы (татарских ханов) и т.д. Российское дворянство получили украинские старшины (потомки гетманов, полковников, выдвинувшихся в ходе освободительной войны 1648-1653 гг.), потомки донских атаманов, остзейских (прибалтийских немцев) баронов.

Стали российскими дворянами и потомки крупных сербских, немецких и иных иностранных землевладельцев-колонистов, поселившихся в России (на Юге, в Таврии и Поволжье) по приглашению Екатерины II.

Третье направление развития дворянского сословия состояло в том, что непрерывно расширялись его привилегии, повышался правовой статус. Уже Указ 1718 г. о введении подушной подати резко отделил правовой статус дворян как сословия привилегированного и неподатного от правового статуса сословия податных, обязанных платить подушную подать и нести иные повинности, в том числе и от статуса служилых людей “по-отечеству” - однодворцев (бывшей низшей категории дворянства), которые попали в разряд податного населения. Основной привилегией дворянства являлось монопольное право владеть землей, населенной крепостными крестьянами. На протяжении XVIII в. правительство многократно подтверждало запрещение всем иным сословиям владеть землей, населенной крестьянами. Исключение было сделано только для предпринимателей-заводчиков. Но посессионные крестьяне были приписаны к заводу, а не к заводчику, и при перемене владельца завода они переходили к новому владельцу как неотъемлемая принадлежность завода. Правда, в XVIII в. появляется тип безземельного дворянина. Отчасти это было следствием Указа 1714 г. о единонаследии в соответствии с которым земля по наследству переходила к старшему сыну, а остальные сыновья, получив в наследство часть движимого имущества, должны были искать себе средства к существованию на царской службе.

Но главной причиной появления безземельных дворян было прекращение “верстания поместьями” за службу и переход к денежной форме оплаты государственной службы и мобилизации земельной собственности, т.е. концентрации ее в руках крупных землевладельцев. В XVIII в. дворянство “осваивает” огромные земли на вновь присоединенных к империи территориях, главным образом на Юге (Новороссии), Заволжье, Предуралье. Но эти земли концентрировались главным образом в руках крупных землевладельцев и среднего дворянства, составлявших соответственно 16 и 25 процентов от общей численности дворянства. Остальные дворяне были мелкопоместными или вовсе безземельными. Владение землей, населенной крестьянами означало и право вотчинной юстиции в отношении крестьян, вплоть до ссылки в Сибирь на срок или бессрочно (Указ 1765 г.). Причем ссылку или отправку на каторгу должна была осуществлять полиция по простой записке помещика. Дворяне получили право владеть крепостными и без земли и продавать их также без земли, в том числе и с разлучением семей. Следущей привилегией дворянства было их право на замещение офицерских и чиновничьих должностей в армии и бюрократическом государственном аппарате, хотя это право одновременно являлось и обязанностью. Специальное учреждение - Герольдмейстерская контора при Сенате, которая вела книги учета дворянства и регистрировала их родовые гербы, должна была контролировать дворянскую службу. И, поскольку военная служба была основным видом дворянской службы, то Конторе надлежало следить, чтобы на гражданской службе состояло не более '/з мужчин от каждой семьи. Дворянство также обладало и некоторыми другими привилегиями: преимущественным правом на образование, правом беспрепятственного выезда за рубеж и возвращения обратно, правом свободно торговать хлебом, в том числе и на экпорт, даже право беспошлинно выкуривать для собственного употребления определенное количество ведер водки в год, право владеть заводами, фабриками, рудниками. Причем во изменение петровской берг-привилегии 1719 г., установившей, что каждый может искать полезные ископаемые и добывать их на земле любого владельца, Указ 1782 г. установил для дворян собственность не только на землю, но и на ее недра.

Однако несмотря на все эти привилегии дворянство тяготилось обязанностью пожизненной службы. Следует признать, что эта служба была действительно тяжела. Иной раз дворянин на протяжении большей части своей жизни не бывал в своих имениях, т.к. находился беспрерывно в походах или служил в дальних гарнизонах. Но уже правительство Анны Ивановны в 1736 г. ограничивает срок службы 25 годами. А Петр III Указом о вольностях дворянских 1762 г. отменил для дворян обязательную службу. Значительное число дворян покинуло службу, вышло в отставку и осело в своих имениях. Одновременно дворянство было освобождено от телесных наказаний. Екатерина II при своем воцарении в том же году подтвердила эти дворянские вольности. Отмена обязательности дворянской службы стала возможной в связи и с тем, что ко второй половине XVIII в. основные внешнеполитические задачи (выход к морю, освоение Юга России и т.д.) были уже решены и больше не требовалось крайнего напряжения сил общества.

В страхе перед повторением событий 1773-1775 гг. (“пугачевщина”) самодержавная власть проводит ряд мероприятий, направленных на дальнейшее расширение и подтверждение дворянских привилегий и усиление административного контроля за крестьянами. Наиболее важные из них - Учреждение для управления губерний 1775 г. и Жалованная грамота дворянству 1785 г. Губернская реформа 1775 г. уже анализировалась в предшествующем параграфе. Но здесь важно подчеркнуть, что она отдала местное управление практически в руки местного дворянства. Дворянство выбирало из своей среды кандидатов на множество выборных должностей в уездах: капитан-исправников и заседателей нижнего земского суда, уездных судей, членов совестного суда и верхнего земского суда. В губерниях утвердился обычай, что все кадровые назначения в губернской администрации совершались с согласия губернского предводителя дворянства (институт введен еще в 1767 г.). Что касается Жалованной грамоты дворянству 1785 г., то в ней были обобщены и закреплены все ранее предоставленные дворянству льготы и привилегии, а именно: исключительное право собственности на поместья и крепостных с правом вотчинной юстиции и правом не только на землю, но и ее недра, оптовую продажу всего, что родится в деревне; право заводить фабрики и заводы; право покупки домов в городах; освобождение от обязательной службы, но с монопольным правом на офицерские и чиновничьи должности в вооруженных силах и госаппарате; исключительное право на награждение орденами, например, георгиевским крестом, т.е. наградная система тоже имела сугубо сословный характер; освобождение от податей, повинностей, военного постоя в помещичьих усадьбах, от телесных наказаний. Жалованная грамота вводила корпоративные начала в дворянском сословии. “Дворянское общество” в каждой губернии и уездах получало статус юридического лица. Учреждались Дворянский банк и дворянская опека для попечительства над дворянскими сиротами и “расточителями”. Дворянские собрания собирались раз в три года и выбирали должностных лиц местной администрации, по два кандидата на места уездных и губернского предводителей дворянства, из которых губернаторы утверждали в должности одного из кандидатов. Дворянские собрания могли обращаться с жалобами и представлениями о дворянских нуждах в Сенат и непосредственно к верховной власти. Таким образом дворянство, получив огромные льготы и привилегии и освободившись от обязанностей, которые ранее оправдывали эти привилегии, превратилось в сословие, паразитировавшее на теле российского общества.

Характерно, что в первые годы петровских реформ в начале XVIII в., самодержавная власть старалась включить в состав дворянства все наиболее энергичные и талантливые элементы из других сословий. Каждый, кто дослужился до первого офицерского чина, становился дворянином. В гражданской службе, чтобы стать потомственным дворянином нужно было дослужиться до чина VIII класса. Постепенно по мере увеличения привилегий доступ в ряды дворянства ограничивается. К концу века каждый дослужившийся до младшего офицерского чина получал лишь личное дворянство без права передачи жене (если она не дворянка) и детям. И только дослужившись до чина майора можно было получить потомственное дворянство. Несколько позже планка получения дворянства была поднята еще выше: потомственное дворянство полагалось только с чина полковника в военной службе и чина действительного статского советника (равного генерал-майору в армии) - в гражданской службе. Так дворянство превращалось в замкнутую, самоизолировавшуюся от народа касту, отличавшуюся от других сословий не только по образу жизни, одежде, обычаям, но даже и по языку, т.к. пользовалось в общении в своем кругу французским языком.

Духовенство. Следующим после дворянства привилегированным сословием являлось духовенство, которое по-прежнему подразделялось на белое (приходское) и черное (монашество). Оно пользовалось определенными сословными привилегиями: духовенство и его дети освобождались от подушной подати; рекрутской повинности; подлежали церковному суду по каноническому праву (за исключением дел “по слову и делу государеву”). По своей социально-классовой характеристике духовенство, точнее церковь, относилось к классу феодалов, так как патриаршему двору, архиерейским домам и монастырям принадлежали на вотчинном праве огромные земли и до '/5 всего крестьянства в стране. Экономическое могущество церкви обеспечивало ей определенную независимость от власти, что являлось основой для притязаний на вмешательство в государственные дела и оппозиционности петровским реформам.

Отношение самодержавной власти к церкви было двойственным. С одной стороны, церковь, осуществляя идеологическую функцию, внедряла в массы идею, что всякая власть и царская в особенности от Бога и повиновение ей является божественной заповедью. А потому и власть поддерживала и защищала церковь, а господствовавшая православная религия имела статус государственной религии. Но с другой стороны, абсолютизм не мог терпеть даже тени какой-либо власти, независимой от самодержавного монарха. Тем более, что подчинение православной церкви государству являлось исторической традицией, коренившейся в ее византийской истории, где главой церкви являлся император. Опираясь на эти традиции, Петр 1 после смерти патриарха Адриана в 1700 г. не разрешил выборы нового патриарха, а сначала назначил рязанского архиепископа Стефана Яворского местоблюстителем патриаршего престола с гораздо меньшим объемом церковной власти, а затем с созданием государственных коллегий, в их числе была образована Духовная коллегия в составе президента, двух вице-президентов, четырех советников и четырех асессоров для управления церковными делами. В 1721 г. Духовная коллегия была переименована в Святейший правительствующий Синод. Для наблюдения за делами Синода был назначен светский чиновник - обер-прокурор Синода, возглавивший институт церковных фискалов (“инквизиторов”) и подчиненный Генерал-прокурору. Синоду были подчинены архиереи, возглавлявшие церковные округа - епархии.

Что касается церковных имуществ, то Петр 1 попытался провести их секуляризацию. Земельные владения церкви были переданы под контроль Монастырскому приказу, а из доходов с этих имений государство стало финансировать церковь. Для пополнения государственной казны во время Северной войны часть золотых и серебряных церковных сосудов и украшений были изъяты из церквей и монастырей так же, как и часть колоколов, которые перелили на пушки. Однако после создания Синода, когда церковь превратилась в отрасль государственного управления, земли вновь были ей возвращены, хотя церковь обязали содержать из своих доходов часть школ, больниц и богаделен. Секуляризация церковных имуществ была завершена Екатериной II Указом 1764 г. Церковь окончательно превратилась в отрасль государственного управления, финансировавшуюся из казны. Ее деятельность регулировалась Духовным регламентом 1721 года.

Реформы церковного управления были проведены не только в православной церкви, но и в мусульманской. Для управления мусульманским духовенством в 1782 г. был учрежден муфтиат.

Глава всех мусульман Российской империи - муфтий избирался советом высших мусульманских священников и утверждался в этой должности императрицей. В 1788 г. в Оренбурге учреждается Мусульманское духовное управление (позже переведенное в Уфу), возглавлявшееся муфтием.

Посадское население. Посадское, т.е. городское торгово-ремесленное население составляло особое сословие, которое в отличие от дворянства и духовенства не было привилегированным. На него распространялось “государево тягло” и все налоги и повинности, в том числе рекрутская повинность, оно подлежало телесным наказаниям. С введением в 1718 г. подушной подати посадское население стало податным сословием. Составляя, с юридической точки зрения, единое сословие, отличавшееся от других сословий своим наследственным правовым статусом, с социально-классовой точки зрения посадский люд не представлял собой единого целого. В его составе уже выделялись верхи посада (предприниматели, заводчики, банкиры, крупные купцы), т.е. нарождающаяся буржуазия, и остальная посадская масса (ремесленники, чернорабочие), из которой впоследствии формировался рабочий класс. Петр 1, создавая военно-промышленный комплекс как основу военной мощи страны, активно способствовал формированию русской буржуазии. Это происходило в форме предоставления буржуазным элементам дополнительных сословных привилегий. Уже в первые десятилетия XVIII в. образуются в крупных городах магистраты, а в остальных - ратуши и бурмистерские палаты как органы самоуправления посадских общин. Возглавлял эту систему органов посадского самоуправления Главный магистрат, действовавший на правах государственной коллегии.

Магистраты и ратуши как органы самоуправления посадской общины города решали внутренние дела, возникавшие в общине, а также судебные споры посадского населения. Они ведали также местным хозяйством, дорогами, благоустройством, поддержанием порядка и имели фискальные полномочия. Посадская община платила подати. Все ее члены были связаны круговой порукой, а ратуша или магистрат распределяли повинности по дворам. Главный магистрат также представительствовал перед верховной властью о нуждах посадского населения.

Регламент Главного магистрата 1721 г. разделял все городское население на разряды. Выделялось дворянство, жившее в городах в своих домах либо вблизи городов, духовенство, иноземцы-купцы и др. Они согласно Регламенту “между гражданами не числятся”, не подлежат посадскому тяглу и не входят в систему посадского самоуправления. Остальное население регламент Главного магистрата делит на “регулярных граждан” в составе двух гильдий и “подлых людей” или чернорабочих. Различие гильдий связано с имущественным цензом и профессиями. К первой гильдии относились банкиры, крупные купцы, доктора, аптекари, живописцы, серебрянники (ювелиры); ко второй - мелочные торговцы и ремесленники. Гильдии собирались на гильдейские собрания и имели своих старейшин, ремесленники объединялись в цехи, полноправными членами которых были только мастера, но они имели в своих домах подмастерьев и учеников.

Развитие общероссийского рынка во второй половине XVIII в., отмена внутренних таможен вызвали существенный рост городского населения. Достаточно сказать, что численность населения Москвы достигла 400 тыс чел., а Петербурга-свыше 200 тыс чел. Возникали многочисленные новые города. Доля городского населения в общем населении страны возросла с 3,2 % в начале века до 4,1 % в 80-е годы XVIII в. В городах кроме купцов, заводчиков, банкиров появилась новая интеллигенция (архитекторы, художники, врачи, ученые, инженеры, преподаватели и т.д.). Предпринимательством стало заниматься и дворянство. Все это вызвало необходимость определенного пересмотра правового статуса городского населения, которое теперь нызывают мещанами (от польского слова “место” -город). Этот пересмотр был осуществлен с изданием в 1785 г. Жалованной грамоты городам.

Городское население по Грамоте делилось на 6 разрядов. К первому разряду причислялись те, “кои в этом городе дом или иное строение или землю имеют”, даже если они принадлежат к иным сословиям - дворянству, чиновничеству или духовенству. Второй разряд включал купцов трех гильдий: первая гильдия купцы с капиталом от 10 до 50 тыс. руб.; вторая -от 5 до 10 тыс. руб.; третья-от1 до 5 тыс. руб. Третий разряд-ремесленники, записанные в цехи. Четвертый-иностранцы и иногородние крупные купцы, поселившиеся по торговым делам в данном городе. К пятому разряду относились “именитые граждане”-крупнейшие капиталисты с капиталом от 50 тыс руб. и больше, банкиры с капиталом от 100 до 200 тыс. руб., оптовые торговцы. К этому же разряду причислялись лица, отбывшие городские службы в качестве городских голов, бургомистров, членов совестных судов, членов магистратов. Сюда же была отнесена интеллигенция, т.е. лица, имевшие академические или университетские дипломы. Наконец, шестой разряд составляли посадские люди, т.е. давно поселившиеся или родившиеся в данном городе и занимающиеся ремеслом. Над основной массой посадского люда возвышались купечество и именитые граждане (второй и пятый разряды), иностранцы (четвертый разряд) - все эти привилегированные разряды были освобождены от городского “тягла”, рекрутского набора и телесных наказаний. И конечно, первый разряд-дворянство, чиновничество, духовенство. Новшество в Жалованной грамоте городам состояло в том, что к “градскому обществу” впервые были причислены дворяне, чиновники и духовенство, жившие в городах, а также интеллигенция с университетскими и академическими дипломами.

Городское самоуправление по Жалованной грамоте отличалось крайней сложностью и громоздкостью. Органами городского самоуправления являлись “собрание городского общества”, общая городская дума и шестигласная дума.

“Общее градское собрание” - общегородское собрание, в котором участвовали все городские граждане без различия разрядов, имевшие по возрасту и имущественному цензу право голоса. Оно собиралось раз в три года и проводило выборы городского головы, бургомистров, членов магистрата и совестного суда, выслушивало предложения губернатора, рассматривало дела о приеме и исключении из состава городских обывателей. Вследствие высокого имущественного ценза вход в это собрание был закрыт не только городским низам, но и купцам третьей гильдии.

Следующий орган - “общая городская дума”. Она рассматривала текущие дела и собиралась несколько раз в год. Ее члены избирались каждым из 6 разрядов городских обывателей раздельно, но в одну общую думу. В ее работе участвовали и дворяне, избиравшиеся от разряда домовладельцев. Но главную роль в этих городских думах, как правило, играли купцы. Наконец, постоянно действовавшими органами повседневного управления текущими делами городов являлись так называемые шестигласные думы. Они состояли из городского головы (председателя) и шести гласных (депутатов) от всех 6 разрядов городских жителей - по одному от каждого разряда. Но наряду с шестигласной думой как исполнительно-распорядительным органом городского самоуправления продолжали существовать и магистраты, члены которых избирались “общим градским собранием”. Магистраты выступали прежде всего как судебные органы по делам горожан (прежде всего гражданским искам). Но они обладали и контрольными функциями по отношению ко всем остальным органам городского самоуправления. Хотя их компетенция в законе определялась широко, в действительности магистраты были бессильны. Их бюджет формировался за счет небольших отчислений от казенной продажи вина и был ничтожен. Даже в московской думе он не превышал 10 тыс. руб. в год и в основном расходовался на содержание органов самоуправления, а на благоустройство шли крохи (15-20 %). Кроме того, органы самоуправления были подчинены государственным властям в лице полицмейстеров (в больших городах) и городничих (в малых). Последним подчинялась полиция, через посредство которой проводились в жизнь решения городских органов самоуправления. От губернаторов и полицмейстеров зависело проведение в жизнь решений городских самоуправлений.

Крестьянство, которое в России составляло свыше 90 % населения, своим трудом практически обеспечивало само существование общества. Именно оно платило львиную долю подушной подати и иных налогов и сборов, которые обеспечивали содержание армии, флота, строительство Петербурга, новых городов, уральской промышленности и т.д. Именно крестьяне как рекруты составляли основную массу вооруженных сил. Они же осваивали новые земли.

Основная тенденция рассматриваемого периода - консолидация различных категорий крестьянства в единое сословие. Указ 1718 г. о введении подушной подати и замене подворного обложения налогом привел к упразднению таких категорий, как подсуседники, захребетники, бобыли*1*. Сблизилось правовое положение пашенных крестьян и барской дворни-холопов, за которых ранее не платили налог, т.к. они не имели своих дворов. Практически все эти категории слились в единую категорию крестьян. Секуляризация церковных земель, завершенная в 1764 году, привела к ликвидации категории монастырских крестьян, которые влились в категорию крестьян государственных.

Государственное крестьянство составляло в начале XVIII в. около 20% всех крестьян, но к концу века его доля увеличилась до 40% за счет присоединения огромных новых территорий Правобережья Украины, Белоруссии, Прибалтики, освоения Поволжья, Сибири, Юга России. Хотя следует отметить, что на протяжении XVIII в. из фонда государственных и дворцовых земель производились огромные раздачи земель с крестьян-

*1* При подворном налоговом обложении практиковалось объединение дворов. В двор более или менее зажиточного крестьянина подселяли бедные крестьянские семьи (подсуседники, захребетники) или одиноких крестьян (бобылей), чтобы не платить налог с их дворов. При подушной подати исчезал стимул к такому объединению дворовскими дворами помещикам, особенно придворным и фаворитам.

В государственные крестьяне были записаны как прежние черносошные, так и жившие по границам мелкие служилые люди, пушкари, стрельцы, однодворцы. С правовым статусом государственных крестьян сблизился статус дворцовых, т.е. принадлежавших дворцовому ведомству или лично царской семье). Правовое положение государственных крестьян было лучше остальных категорий. Они платили подушную подать и феодальную ренту государству, в среднем равную оброку помещичьего крестьянина, но они жили общинами, подчинялись государственной администрации и подлежали телесным наказаниям. Администрация, как правило, не вмешивалась в их личные дела, не распоряжалась брачной судьбой. Они могли заключать самостоятельно гражданско-правовые сделки, обладали правом собственности на свое имущество.

Иное положение было у частновладельческих крестьян, которые составляли большинство (от 70 % в начале века до 55 % в его конце) от общей массы крестьян. Формально они были прикреплены к земле, но фактически помещики могли их продать и без земли. В 1767 г. последовало официальное разрешение на продажу крестьян без земли и даже с разлучением семей. Их имущество считалось принадлежащим помещику. Гражданско-правовые сделки эти крестьяне могли совершать тоже только с разрешения помещика. Они подлежали вотчинной юстиции помещика и телесным наказаниям, которые зависели от воли помещика и законом не ограничивались. С 1760 г. помещики могли своим распоряжением отправлять своих крестьян на вечное поселение в Сибирь. Причем получали при этом рекрутские квитанции, т.е. сосланных засчитывали за рекрутов, сданных в армию, и плюс к тому получали денежную компенсацию. С 1765 г. помещики таким же распоряжением могли отправлять крестьян на каторжные работы. Указ 1767 г. запретил крестьянам подачу жалоб на помещиков. Жалобы теперь наказывались плетьми и отправкой на каторгу. Крестьяне платили подушную подать, несли государственные повинности и феодальную поземельную ренту помещикам в форме отработки или оброка, натурального или денежного. Так как хозяйство было экстенсивным, то возможность роста доходов помещики видели только в увеличении барщины или оброка. Барщина к концу века стала доходить до 5-6 дней в неделю. Иногда помещики вообще устанавливали семидневную барщину с выдачей месячного продовольственного пайка (“месячины”). Но это уже вело к ликвидации крестьянского хозяйства и деградации феодализма к рабовладению: увеличение оброка не могло быть больше, чем могла дать доход переданная в надел крестьянину земля.

Закрепощение крестьян затрудняло развитие промышленности, т.к. лишало ее свободных рабочих рук, нищее крестьянство не имело средств на покупку промышленных изделий. Иными словами, сохранение и углубление феодально-крепостнических отношений не создавало рынка сбыта для промышленности, что в совокупности с отсутствием рынка свободной рабочей силы являлось серьезнейшим тормозом в развитии экономики и обуславливало кризис феодально-крепостнического строя.

Следующая категория: посессионные крестьяне. Отсутствие рынка свободной рабочей силы вынудило правительство обеспечивать промышленность рабочей силой путем прикрепления целых деревень (крестьянских общин) к заводам. Барщину они отрабатывали в течение нескольких месяцев в году на заводах, т.е. отбывали “сессию”. Отсюда и название - посессионные. Их насчитывалось от 60 тыс. в 60-е годы до 100 тыс. приписных ревизских мужских душ в 80-е годы XVIII в.

§4. Развитие права

Источники права. В абсолютистском государстве каждое слово монарха с формальной точки зрения являлось законом. Поэтому, чтобы отделить законы как нормативные акты, устанавливающие общеобязательные нормы поведения от текущих административных распоряжений государя, установился порядок, при котором законом считались акты, зарегистрированные Сенатом и опубликованные им как законы. Отсюда и роль Сената как “хранителя законов”. Таким образом в XVIII в. уже различались: 1) законы как акты верховной власти, устанавливающие нормы права; 2) административные на основе закона распоряжения государя или органов управления по частному случаю; 3) судебные решения, т.е. применение закона к конкретному случаю.

Законы издавались в виде: 1) указов императора; 2) уставов; 3) регламентов; 4) манифестов и жалованных грамот. Уставы -сборники норм, изданные для конкретных ведомств и определявшие порядок их функционирования, но содержащие, как правило, и нормы материального и процессуального права. Таковы Воинский устав. Морской устав. Значение Воинского устава выходило далеко за рамки воинского ведомства. Вторая часть Устава содержит два самостоятельных акта: Артикул воинский с кратким толкованием и Краткое изображение процессов или судебных тяжеб, являющиеся уголовным и уголовно-процессуальными сводами. В указе об утверждении и введении в действие этого устава Петр 1 подчеркивал особо, что Устав (имея в виду его вторую часть) распространяется не только на военных, но также и “до всех правителей земских”. Но были уставы, регулировавшие определенные отрасли общественных отношений (Устав о векселях, Устав благочиния). Регламенты регулировали организацию и порядок деятельности новых учреждений. Так, Генеральный регламент определял порядок деятельности всех государственных учреждений и, наряду с Табелью о рангах, - порядок прохождения службы всеми должностными лицами; Регламент Главному магистрату-порядок деятельности органов сословного самоуправления в городах; регламенты отдельным коллегиям - порядок их организации и деятельности. Манифесты издавались тогда, когда власть хотела подчеркнуть торжественность и важность принимавшегося ею нормативного акта. Таков Манифест о вольностях дворянских. По своему характеру к манифестам примыкают и жалованные грамоты дворянству и городам.

В XVIII в. продолжали действовать и Соборное Уложение 1649 г., и новоуказные статьи второй половины XVII в. Петр 1 даже специальным Указом 15 июня 1714 г. подтвердил действие Соборного Уложения: “повелел всякого чина судьям всякие дела делать и вершить все по Уложению”. Однако в ходе петровских и последующих реформ XVIII в. было издано множество различных указов, регламентов, уставов, напластовавшихся на старое законодательство, которые, формально не отменяя его, на деле часто ему противоречили. Кроме того, они подчас противоречили и друг другу, что сильно затрудняло деятельность и судов, и органов управления. Еще при Петре 1 многократно предпринимались попытки кодифицировать право и свести его в единое Уложение. Наиболее известна деятельность Уложенных комиссий при Елизавете Петровне и Екатерине II. Последняя даже сочинила “Наказ” Уложенной комиссии. Однако из-за выявившейся в ходе работ комиссий противоречивости интересов различных социальных групп и начавшихся войн (с Пруссией при Елизавете Петровне и с Турцией при Екатерине II) работы комиссий так и остались незавершенными.

Хотя Российская империя была государством унитарным, однако на ее территории в отдельных регионах действовало не только общеимперское законодательство. Это объяснялось особенностями национального состава и быта населения, а также историческими условиями присоединения этих регионов к России. Так, на Украине, сохранявшей до 70-х годов XVIII в. свою автономию, действовали гетманские универсалы и Литовские статуты. В городах Украины и Белоруссии продолжало действовать городское (магдебургско-хелмское) право.

В Прибалтике по Ништадтскому миру с Швецией местному немецкому дворянству и бюргерству было обещано сохранение тех привилегий, которые они имели при шведском правлении. Поэтому там сохранялось действие многих актов шведских и польских королей, а также местных обычаев. В регионах с мусульманским населением местные судьи (кадии) руководствовались Кораном и другими источниками мусульманского права (шариат). Наряду с этим применялось и местное обычное право (адат). Русские суды также считались с шариатом и адатом.

Гражданское право. Важнейшую роль в условиях феодализма играло право собственности на землю и крепостных крестьян. Указ Петра 1 о единонаследии 1714 г. отменил различия в правовом режиме вотчин и поместий и установил для феодальных земельных владений единый правовой режим недвижимой собственности. В распоряжении ею устанавливались серьезные ограничения. Во-первых, завещать ее можно было только одному из сыновей, а при отсутствии сыновей - одной из дочерей, т.е. недвижимость не должна была дробиться. Во-вторых, ее нельзя было закладывать, а продавать только в порядке исключения и с разрешения властей и уплатой высокой пошлины. Это было направлено на сохранение экономического положения дворянства. Право собственности на землю являлось по-прежнему одной из важнейших привилегий дворянства, но это право по-прежнему было связано с обязанностью службы. Однако, учитывая интересы развития промышленности, правительству Петра 1 пришлось пойти еще на некоторые отступления от дворянского исключительного права - привилегии на землю. Указом 1719 г. о Берг-привилегии разрешено было не только дворянам, но и купцам и “всяких чинов” людям искать минералы на любой земле, в том числе и частновладельческой и строить рудники и заводы по добыче и переработке найденных полезных ископаемых. Правда, владелец земли имел преимущественное право поиска и разработки полезных ископаемых. Но если он не воспользовался своим правом, то он получал лишь '/32 от дохода от рудников и заводов, построенных на его земле. Дворянство с неудовольствием встретило все эти ограничения их владельческих прав и боролось за их отмену. Уже в 1731 г., воспользовавшись правительственным кризисом при вступлении на престол Анны Ивановны, дворяне добились отмены ограничений в наследовании имений, их залога и продажи. Что касается прав купцов на строительство заводов и покупку земли под них, то тут правительство колебалось (то запрещало купцам покупать землю, то вновь разрешало). Однако в 1782 г. дворяне добились у Екатерины II указа о праве землевладельца не только на землю, но и ее недра (т.е. по существу отменялась Берг-привилегия Петра 1).

Указ о вольностях дворянских 1762 г., а затем Жалованная грамота дворянству 1785 г. отменили обязательную службу дворян и право государства отобрать землю за отказ от службы.

Другим важнейшим монопольным правом - привилегией дворянства являлось право на владение крепостными крестьянами. Но и здесь правительству во имя интересов обеспечения промышленности рабочей силой пришлось пойти на некоторые отступления от этой дворянской монополии: разрешить заводчикам покупать населенные деревни к заводам, чтобы крестьяне этих деревень работали на заводах в качестве посессионных.

Государство гарантировало право собственности заводчиков на их предприятия и их продукцию. Однако предприятия по добыче золота и серебра (их нашли в начале XVIII в. на Урале) считались принадлежащими государству и только переданными во владение и пользование владельцам. Их продукция должна была продаваться государству по государственным ценам.

Развитие товарно-денежных отношений, мануфактур и ремесла отражалось и на обязательственном праве: широко практиковались договоры купли-продажи, мены, дарения, найма имущества, поставок, подряда и т.д. Многие из этих договоров (в частности купли-продажи недвижимости) должны были совершаться только в письменном виде и оформляться особыми документами - купчими крепостями. Все еще существовали некоторые ограничения на продажу недвижимости (о чем говорилось выше). Ограничены были права мещан. Получил распространение договор личного найма и не только для домашних услуг, но и для работы в промышленности. Крестьяне, отпущенные на оброк, могли заключать такие договоры только с письменного разрешения помещика и на срок, указанный в разрешении. Получил развитие договор товарищества.

В семейном праве повышен был брачный возраст до 20 лет для мужчин и 17 лет для женщин. Для брака требовалось согласие родителей, а для чиновников и военнослужащих - согласие начальства. Запрещались браки для “дураков” (т.е. психически больных). Семейные отношения регламентировались каноническим (церковным) правом, и споры в этой области рассматривались церковными судами (епархиальными консисториями).

Уголовное право. Преобразования и войны начала XVIII в. требовали мобилизации всех материальных и человеческих ресурсов страны. А это неизбежно вело к обострению социальных противоречий, восстаниям и волнениям. Царизм ужесточал карательную политику, которая проводилась как путем прямого военного подавления и внесудебной расправы, так и через суды, ужесточая уголовно-правовое законодательство. Так, по Артикулу воинскому смертная казнь полагалась в 122 случаях (в 62 случаях с обозначением вида казни, а в 60- без такого обозначения - “казнить смертью”). Наказание преследовало цель “общей превенции” (т.е. предупреждения преступлений путем запугивания). Казни совершались публично, при большом стечении народа. По Указу 1718 г. повелевалось “для большего страха по знатным дорогам, где проезд бывает, поставить виселицы”, на которых вешать преступников. Широко распространены были также членовредительские наказания в форме отрубания руки, пальцев, отрезания языка, обрезания ушей, носа. Впрочем, при отсутствии общегосударственной регистрации преступников, обрезание ушей, носа, языка, отрубание пальцев, выжигание раскаленным железом знаков на лбу или на плече служило для опознания уже однажды осужденных и определения рецидива.

Тяжким наказанием являлась “торговая казнь”, т.е. битье кнутом. Применялись также наказания в виде битья батогами, плетьми, сечения розгами. Введены были и некоторые новые виды наказания, заимствованные из-за рубежа: битье шпицрутенами (пропускание через строй) и каторжные работы -тяжкий физический принудительный труд на строительстве каналов, балтийских портов, на уральских заводах. Членовредительские наказания, битье кнутом с обрезанием языка и ссылка на каторгу особенно широко стали применяться в 40-50-е гг. XVIII в., заменив смертную казнь, поскольку императрица Елизавета Петровна ее отменила (смертная казнь восстановлена была при Екатерине II). Тюремное заключение применялось, как правило, только для подследственных или для особо опасных политических противников режима. Широко использовалась ссылка и как мера наказания, и как способ заселения малолюдных окраин страны (ссылали с женами и детьми). Часто ссылка применялась как дополнительное наказание после битья кнутом или отрезания языка или ушей. Заимствована с Запада такая мера наказания, как лишение всех прав состояния (“шельмование”). “Ошельмованный” лишался своего чина, звания, сословной принадлежности, гражданских, семейных и иных прав. Брак в этом случае считался прекращенным, имущество переходило наследникам, как если бы ошельмованный умер. Эта мера применялась как дополнительное наказание при приговоре к смертной казни или каторжным работам. Применялись и такое дополнительное наказание, как лишение “особенных прав и привилегий” - лишение офицерского звания или классного чина, дворянского достоинства, орденов и т.д., а также штрафы.

Уголовное право, как и все право в целом, носило сугубо сословный характер. Чем выше по своему положению, чем знатнее был преступник, тем менее жестокому наказанию он подвергался. За одни и те же преступления люди низших сословий наказывались кнутом, батогами, шпицрутенами, а дворяне, офицеры - отделывались лишением чина, штрафами, лишением свободы. Жалованная грамота дворянству 1785 г. вообще освободила дворян от телесных наказаний. “Подлым” людям (т.е. социальным низам) даже за малозначительные преступления нередко назначалась каторга. На каторгу велено было ссылать всех нищих и “гулящих” (т.е. беспаспортных) людей, захваченных на дорогах или в городах. “Гулящих жонок и девок” также велено было полиции ловить и направлять в “работные дома”. При лишении свободы дворяне и офицеры отбывали его не в тюрьмах, а в “крепости”, что считалось менее позорящим, чем тюрьма. Даже смертная казнь для офицеров применялась в привилегированной форме-расстрел, что рассматривалось как “военная” смерть, в отличие от считавшегося позорным повешения.

Убийство солдатом офицера, слугой - господина, женой -мужа, детьми - родителей считалось квалифицированным убийством и влекло квалифицированную казнь в виде колесования, четвертования или закапывания живьем в землю по плечи и оставлении в таком виде до смерти. Последнее наказание применялось к женам-мужеубийцам. Даже за оскорбление солдатом офицера полагалось повешение.

Артикул воинский не имел общей части, однако многие положения общего принципиального характера содержались в отдельных артикулах и особенно в толкованиях к ним, имевших также силу закона. Некоторые новеллы содержались по поводу умысла, неосторожности и случайности. Ответственность наступала только за неосторожные или умышленные преступные действия. Новшеством было введение в Артикул понятия умышленного и предумышленного деяния. Различие между ними состояло в степени проявления злой воли. Так, умышленным преступлением было, к примеру, убийство в драке. А вот отравление рассматривалось как предумышленное, т.к. здесь проявлялся заранее выношенный умысел - надо было приобрести яд, приготовить его и т.д. Наказание зависело от степени вины.

В Артикуле рассматриваются вопросы об обстоятельствах, смягчающих наказания и отягчающих их. Смягчающими обстоятельствами считались: совершение преступного деяния в состоянии аффекта, душевной болезни (по усмотрению суда это могло привести к освобождению от наказания), малолетство (суд мог отдать ребенка родителям для “вразумления” розгами), крайняя необходимость (кража по мотивам голода), необходимая оборона, что могло привести к освобождению от наказания. Однако Артикул вводит требование соответствия необходимой обороны средствам нападения. Отягчающими обстоятельствами считались групповые деяния, рецидив, кража часовым из склада, который он охранял, кража у товарища. В этом случае полагалось повешение, независимо от ценности украденного (хотя бы украл пуговицу), отягчающим вину обстоятельством являлось и совершение преступления в состоянии опьянения (в Соборном Уложении опьянение, наоборот, рассматривалось как смягчающее вину обстоятельство).

Что касается видов преступления, то в Артикуле они были примерно такими же, как и в Соборном Уложении. На первом месте стояли преступления против церкви, православной религии, затем - преступления государственные, против порядка управления, правосудия, имущественные, против личности. Новеллой являлось то, что преступления государственные понимались теперь более широко, не только как направленные против государя, хотя его особа по-прежнему персонифицировала государство. Поэтому все, что было направлено против государя, его жены и наследника престола влекло, как правило, смертную казнь. Но теперь в Артикуле подчеркивалось, что “всякий бунт, возмущение и упрямство без всякой милости имеет быть виселицей наказано... дабы чрез то другим страх подать и оных от тех непристойностей удержать”. Наказуемыми были измена, шпионаж, переход на сторону неприятеля, сдача неприятелю крепости, корабля.

Новеллой являлось включение в Артикул раздела о преступлениях воинских. Среди них неисполнение приказа, дезертирство, пропитие мундира и оружия и особенно - бегство с поля боя. За него полагалось “на первом дереве, которое около прилучится, повесить”. За отступление без приказа и потерю знамени полк подлежал расформированию, офицеры предавались военному суду, а солдаты - направлялись в штрафные части. Эта традиция наказания за отступление без приказа и тем более потерю знамени как символа боевой чести восходит еще к римскому праву, где легион за такие деяния подлежал “децимации”, т.е. казни по жребию каждого десятого. Характерно, что положения о расстреле за отступление без приказа, а для командиров - за потерю воинской частью знамени и расформирование такой части были заимствованы именно из Артикула воинского Петра I в известном приказе № 227 Сталина, изданном им как Верховным главнокомандующим в июле 1942 г. после потери Ростова и отступления Красной Армии.

В Артикуле содержатся положения, характеризующие гуманные традиции русской армии, о запрете мародерства, насилия над женщинами, стариками, детьми, грабежа жителей захваченных городов, поджогов и грабеже церквей, больниц, сиротских домов. За все подобного рода деяния Артикул предусматривал тяжкие наказания, вплоть до смертной казни.

Судебный процесс. Уже по Соборному Уложению 1649 г. розыскная (“инквизиционная”) форма становится преобладающей формой судебного процесса. Но Уложение еще сохраняет и такую древнейшую форму как “суд”, т.е. форму состязательного процесса с широкими правами сторон, проходившего, как правило, устно, гласно, где истец и ответчик непосредственно стояли перед лицом суда. Однако Уложение допускало состязательную форму суда лишь по гражданско-правовым спорам, не затрагивавшим интересы государства, и менее важным уголовным делам. Дела о спорах о праве собственности на землю и на крепостных крестьян по Уложению рассматривались в розыскном порядке. По мере формирования абсолютистского государства розыск все более вытесняет состязательную форму суда. А с изданием в 1716 г. Воинского устава Петра 1, где его часть - Краткое изображение процессов или судебных тяжеб была посвящена судебному процессу, розыск окончательно поглощает “суд”. Теперь практически все дела рассматриваются в форме розыска, как уголовные, так и гражданско-правовые. В этом акте упоминается термин “гражданский” суд, но как противоположность суду военному.

Каковы же характерные черты розыскного (“инквизиционного”) процесса? Во-первых, дело начиналось в большинстве случаев по инициативе государства, т.е. самого суда, независимо от того, из какого источника суд получил сведения о совершенном деянии, хотя дела о гражданско-правовых спорах по-прежнему начинались, как правило, по челобитной грамоте истца или потерпевшего. Во-вторых, в розыскном процессе судьи сами вели следствие и сами же решали дело, т.е. данные предварительного следствия не перепроверялись в судебном следствии Другими людьми, у которых мог сложиться иной взгляд на доказательства и существо дела. Таким образом, розыск не давал гарантии от возможного предвзятого подхода судей к делу, сложившегося в ходе следствия.

В-третьих, в розыскном процессе обвиняемый бесправен, он всего лишь объект деятельности суда, который “исследует” дело при помощи пытки (дыбы, кнута, раскаленных щипцов и т.д.), добиваясь собственного признания. Если подсудимый давал противоречивые показания, то его пытали, добиваясь согласованных показаний. Нередко пытали и свидетелей, если они давали разноречивые показания. По делам о “слове и деле государевом” пытали и доносчика, стремясь выяснить правду ли он донес или оговорил обвиняемого. Показания обвиняемого и свидетелей фиксировались в протоколах. По важным делам руководитель секретной полиции (Тайной канцелярии, Тайной экспедиции), судьи сами участвовали в допросах. По менее важным делам допрашивали чиновники более низкого ранга, а затем составлялась краткая выписка из дела (резюме показаний свидетелей, обвиняемого, осмотра вещественных доказательств), которая отсылалась “на верх”, т.е. судьям и начальникам судебного органа, которые по этой выписке и решали дела. Подчас судьи по таким делам вообще не видели подсудимого. Отсюда следует вывод, что в розыскном процессе отсутствовали состязательность, устность, гласность, непосредственность, т.е. подсудимый нередко не находился непосредственно перед судьями. Судьи видели только письменные документы - краткие выписки из следственного дела и доказательств не перепроверяли.

В-четвертых, для розыскного процесса характерна система формальных доказательств. Ее суть заключалась в том, что признавались лишь строго определенные доказательства, значение каждого их вида заранее определялось в законе. При помощи формального закрепления системы доказательств правительство пыталось ограничить произвол и злоупотребления судей. Судьи обязывались основывать свои решения не на личном и произвольном усмотрении судьи, а на объективных доказательствах, определенным законом.

“Лучшим доказательством всего света” закон считал собственное признание обвиняемого. Если обвиняемый признавался, то и следствие заканчивалось, можно было выносить приговор. Для того, чтобы получить признание и применялась пытка. В вопросе о применении пытки явно сказывался феодальный характер права, ибо от пытки часто освобождались знатные дворяне и сановники высших рангов. Пытка была главным рычагом всей системы формальных доказательств, всего розыскного процесса.

Важными доказательствами являлись показания свидетелей. Ими могли быть только “добрые и беспорочные люди, которым бы мочно поверить”. Свидетель должен был говорить только то, что видел и слышал лично. “Знатным особам” и “шляхетским женам” разрешалось давать показания дома. Не все свидетели были равноценны. Закон отдавал предпочтение свидетелю мужчине перед женщиной, знатному - перед незнатным, духовному перед светским. Показания одного свидетеля признавались лишь половинным доказательством. Согласные показания двух свидетелей, тем более “лучших”, были “полным” доказательством. Важное значение придавалось письменным документам как доказательствам: расписки, купчие крепости, духовные грамоты, выписки из судейских, торговых и прочих книг. Однако купеческие книги считались лишь половиной доказательства. Присяга потеряла свое прежнее значение: ей не верили. Новым видом доказательств, впервые официально введенных Петром 1, явились заключения судебно-медицинской экспертизы. В Артикуле воинском прямо говорилось, что при убийстве требуется “лекарей определить, которые бы тело мертвое взрезали и подлинно розыскали, что какая причина к смерти была”. Стала применяться и судебно-психиатрическая экспертиза.

И, наконец, еще одна особенность розыскного процесса. Он мог завершиться не только вынесением обвинительного или оправдательного (что было крайне редко) приговора, но и решением суда “об оставлении в подозрении” (при недостатке улик). Оставленный в подозрении не мог занимать должности в госаппарате, выступать свидетелем в суде, имели место и иные ограничения его прав.

Рассмотрение политических и уголовных дел, гражданско-правовых споров в единой форме розыска приводило к злоупотреблениям судей. Поэтому Петр 1 Указом о форме суда 1723 г. восстановил судебный процесс с его состязательностью, устностью и непосредственностью, хотя и с несколько большей ролью суда и некоторыми ограничениями прав сторон. Розыскная форма судебного процесса сохранялось только для рассмотрения дел о государственной измене, бунте и “злодействе”. Под последним термином понимались дела о богохульстве, совращении в раскол, убийстве, разбое и татьбе с поличным. Однако вскоре дела “доносительные” и “фискальные”, т.е. о казнокрадстве тоже стали рассматриваться в форме розыска. Основная масса уголовных дел стала решаться в порядке розыска, а по правилам состязательного процесса (по Указу о форме суда) лишь мелкие уголовные дела и гражданско-правовые споры. Во второй половине XVIII в. была предпринята попытка отделить предварительное следствие от судебного разбирательства, когда предварительное следствие было передано нижним земским судам и управам благочиния-полицейским органам. В самом конце века, при Павле 1, в Санкт-Петербурге и Москве были учреждены “юстицкие криминальных дел департаменты” при столичной полиции как специальные следственные органы. Впрочем, они просуществовали недолго, при Александре 1 они были упразднены.

 

Глава 7

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД РАЗЛОЖЕНИЯ КРЕПОСТНОГО СТРОЯ И РОСТА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ (первая половина XIX в.)

 

Заканчивался XVIII век. В мире происходили крупные события. Во Франции победила буржуазная революция, король Людовик XVI был казнен, власть перешла к Национальному конвенту, Франция стала республикой. Очистительные грозы буржуазных революций пронеслись в большинстве стран Запада. В передовых странах мира победил капитализм, либо они были накануне буржуазных революций.

В России крепостничество достигло своего зенита в “золотом веке” русского дворянства. Положение крестьян, по выражению В.И. Ленина, “на практике мало отличалось от положения рабов в рабовладельческом государстве”.*1* Процессы, происходившие в социально-экономической области, находили опосредствованное выражение в правовой сфере. Основными классами в стране оставались феодалы и крестьяне. Промежуточное положение между ними занимали купечество и мещанство. Однако они еще не сформировались в новый класс буржуазии.

Дворянство времени Екатерины II считало свою позицию на хребте русского крестьянства несокрушимой и неприступной. Четырехлетнее правление Павла 1, его попытки реформирования общества были грозным предостережением дворянству. На другой день после убийства ненавистного императора дворяне спешат сильнее окопаться, предупредить всякую возможность еще раз “все перековеркать”, т.е. потрясти основы дворянского господства и благополучия. Россия по-прежнему оставалась монархией с могущественным административным аппаратом.

Однако и в России началась эпоха небывалой активности вопреки сословным законам. Табели о рангах, жалованным грамотам и косности давно устаревшего аппарата.

*1* Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39. С. 76.

По всей стране задымились заводские трубы. В конце XVIII в. в России действовали 167 горных заводов (около 80 тыс. рабочих) и 2094 предприятия обрабатывающей промышленности (82 тыс. рабочих). Россия заняла первое место в мире по выплавке чугуна и экспорту железа. Мелкое товарное производство послужило хорошей основой становления мануфактур. Этот процесс особенно интенсивно проходил в полотняной, суконной, шелковой, хлопчатобумажной, а также в фар-форофаянсовой и сахаро-рафинадной промышленности. Все активнее применяется вольнонаемный труд крестьян-отходников. Таких рабочих в 1799 г. насчитывалось 33,6 тыс. человек.

В России интенсивно шел необратимый процесс становления новых капиталистических отношений, а самодержавие послушно выполняло волю крепостников, которые и не думали ни о каких конституционных преобразованиях.

Еще во времена Екатерины II внутренние дела пришли в упадок. Администрация как высшая, так и местная была развращена. Расстройство финансовое, взяточничество чиновников, снисходительность императрицы к фаворитам ни для кого не были тайной. Вот письмо Александра 1 графу Кочубею: “Наши дела в неимоверном беспорядке. Грабеж со всех сторон; порядок, кажется, изгнан отовсюду”.

Русское самодержавие в первой половине XIX в. свое высшее назначение видело в том, чтобы отстоять во что бы то ни стало всевластие трона. И эту цель можно было достичь или путем откровенной реакции, или приспособлением развивающихся капиталистических отношений к нуждам и запросам господствующего класса. Как известно, русское самодержавие выбрало второй путь. В своих замыслах Александр 1 вынужден был пойти дальше воззрений своей “августейшей бабки”.

§1. Политика либерализма

Спустя шесть месяцев после убийства отца (11 марта 1801 г.) Александр торжественно въехал в Москву, где состоялась его коронация. Так Александр стал царем самого большого государства в мире (18 млн. кв. км., где проживало 36 млн. человек). Спустя 18 дней после воцарения Александр назначает статс-секретарем Михаила Михайловича Сперанского, который был личным секретарем князя Куракина. Эта поразительная по тем временам карьера объясняется политической ситуацией, сломом эпохи, а также совершенно особым дарованием Сперанского. С его именем связана вся реформаторская деятельность начала XIX в.

При Александре сложился кружок “молодых друзей”, состоящий из прогрессивно мыслящих людей, получивший название “Негласного комитета”. Этот комитет за свои взгляды и деятельность в чиновных кругах гневно именовался “якобинской шайкой”. На своих заседаниях члены комитета рассматривали широкий круг проблем, связанных с социально-политическими преобразованиями в стране. Они неоднократно обсуждали проект “Жалованной грамоты русскому народу” (конституции), конституционные проекты А.Н. Радищева.

Кто же входил в этот “Негласный комитет”? Это прежде всего В.П. Кочубей, участник революционных событий в Париже; Адам Чарторыский - хороший знаток государственного устройства Англии; 22-летний Петр Строганов - сын знаменитого екатерининского вельможи: в свои 15 лет он оказался в водовороте Великой французской революции, был членом общества якобинцев.

Перед “молодыми друзьями” Александр щеголял радикализмом своих политических убеждений. “Молодые друзья” убеждали Александра в необходимости ослабить элементы рабовладения, регламентировать крестьянские повинности, преобразовать государственный аппарат, удалить из крепостного права наиболее опасные черты, - другими словами, ослабить гнет крепостников.

О либеральных настроениях во внутренней политике Александра 1 свидетельствуют его первые указы при восшествии на престол. Так, указом от 15 марта 1801 г. была объявлена полная амнистия политическим ссыльным: 156 лиц поименовано в указе. В их числе и известный автор “Путешествия из Петербурга в Москву” А.Н. Радищев. Всего же было освобождено 536 человек из 700, сосланных в крепости, монастыри и в Сибирь. С улиц городов были убраны виселицы.

В числе преобразовательных реформ следует отметить школьные уставы 1804 г., согласно которым в школах всех ступеней от низших до высших принимались дети всех сословий. Учреждены были новые университеты: Казанский, Харьковский, Вильнюсский, Дерптский, а также лицеи: Демидовский (юридический), Нежинский и Царскосельский. Мысль об образовании Царскосельского лицея принадлежала М.М. Сперанскому. Лицей в его понимании должен был стать одним из звеньев разработанного им плана коренного преобразования страны, в основе которого лежало ограничение самодержавия выборными учреждениями.

Для претворения в жизнь задуманного требовались широко образованные чиновники, убежденные в необходимости реформы. Директором лицея (первый набор состоял из 30 мальчиков) был назначен видный просветитель-демократ В.Ф. Малиновский, автор трактата “Записки об освобождении рабов”. Профессор А.П. Куницин, читавший в лицее курс политических и нравственных наук, внушал лицеистам, что в области правления в России предстоит еще сделать многое для благосостояния народа.

Наблюдаются успехи и во внешней политике. К России присоединилась Грузия (1801 г.), Финляндия (1809 г.), Бессарабия (1812 г.) и Азербайджан (1813 г.).

Россия как страна крепостного права была лишь случайно и кратковременно Союзницей Франции - страны гражданского равноправия и кодекса Наполеона. Более естественным и длительным был ее союз с Австрией, которая искала и находила опору в материальном могуществе своей восточной соседки. Военная кампания против Наполеона (1806-1807 гг.) кончилась поражением. Русская армия была истощена, воевать с Наполеоном дольше было нельзя - пришлось капитулировать перед “врагом рода человеческого”. Одним из условий этой капитуляции (Тильзитского мира 1807 г.) было принятие Россией “континентальной системы”, т.е. полный разрыв отношений с Англией. Нечего и говорить, какой это был удар для зарождавшегося русского капитализма. Казна оказалась пустой: к 1810 г. правительство имело около 105 млн. рублей дефицита при бюджете в 230 млн. Уже в 1809 г. Н.М. Карамзин указывал на “всеобщее неудовольствие”.

Сравнительно с первыми годами XIX в. картина радикально изменилась. Тогда политическая реформа обсуждалась в салонах “молодыми реформаторами”. Учреждения, которые бы в известной мере ограничивали верховную власть, казались теперь нужными самой этой власти, чтобы снять с самодержавия часть ответственности за состояние страны. Судьба государственных преобразований данного периода будет для нас во многих отношениях загадкой, если мы не примем в расчет этого обстоятельства.

Политика либерализма продолжалась до тех пор, пока в 1815 г. Александр 1 не создал Священный союз и не обеспечил себе роль реакционной гегемонии в Европе. Главным советником Александра 1 в течение всей второй половины его царствования стал суровый и мрачный временщик, генерал Аракчеев. Он сосредоточил в своих руках гражданское и военное управление.

§2. Общественный строй

“В России нет истинно свободных людей, не считая нищих бродяг и философов”, - напишет М. М. Сперанский в 1809 г. Все население продолжало делиться на дворян, духовенство, крестьянство и горожан.

Российская история унаследовала от предыдущего периода не только форму правления, но и всю социальную организацию. На вершине Олимпа стояло первое сословие - дворянство.

Однако права, дарованные одним самодержцем, могли быть отобраны другим. Как это и случилось во времена царствования Павла 1.

Все дворянские привилегии Александр 1 вернул дворянству, восстановив во всем объеме Жалованную грамоту. Более того, дворянам было разрешено обзаводиться в городах фабриками и заводами, заниматься торговлей, создавать предприятия в деревне. Особые привилегии получили крупные землевладельцы. Манифест от 6 декабря 1831 г. “О порядке дворянских собраний, выборов и службы по оным” позволил избираться на дворянские общественные должности лишь дворянам, у которых имелось не менее 100 душ крепостных крестьян или 3 тысячи десятин незаселенной земли.

В основу наследования дворянских имений был положен майорат. Законом от 16 июля 1845 г. установлено, что заповедные дворянские имения могли переходить по наследству только старшему сыну. Другими словами, крупные имения дворян нельзя было дробить и отчуждать на сторону.

Дворянское сословие продолжало оказывать огромное влияние на государственные дела. С военной службы были уволены офицеры, не являющиеся дворянами, и с 1798 г. лиц не дворянского происхождения к офицерскому званию не представляли.

Почти все наиболее крупные вотчины были на оброке. Владельцы таких вотчин не жили в них, а пребывали в Петербурге при дворе. Крепостное право и крепостная вотчина со всеми ее порядками были основой дворянской мощи. Нужно прочесть переписку историка Н.М. Карамзина с бурмистром его деревни, чтобы представить, как он понимал свои господские права и как искренне верил в свое помещичье призвание. “Пишешь ты ко мне, бурмистр, что хотя и приказал я женить крестьянского сына Романа Осипова на дочери бывшего поверенного Архипа Игнатьевича, но миром крестьяне того не приказали: кто же из вас смеет противиться господским приказаниям? Думаю, что это по глупости вашей, и для того вам на сей раз спускаю, но снова приказываю вам непременно женить упомянутого Романа на дочери Архиповой. А если впредь осмелится мир не исполнить в точности моих предписаний, то я не оставлю сего без наказания. Всякие господские повеления должны быть святы для вас: я вам отец и судья. Мое дело знать, что справедливо и для вас полезно. Если же кликуши не уймутся, то приказываю тебе высечь их розгами...” И все это было писано 18 сентября 1824 года своим крестьянам в Нижегородское имение.

Старая политическая форма управления должна была обеспечить старый общественный строй. А у дворянства были все основания опасаться за незыблемость последнего.

Дворянское спокойствие было нарушено двумя указами царя, подготовленными Сперанским: относительно “придворных званий” и экзаменов на гражданские чины. Прежде придворные звания -сразу же предполагали и чины. Согласно указу звания при дворе не давали право на чин, тем самым и отбиралось право занимать высшие государственные должности без делового подтверждения. Прежде чин давался за выслугу лет, теперь для получения чина коллежского асессора требовался университетский диплом. А это значило, что и высшие чины можно было получить при наличии образования. Такой подход приоткрывал возможность для продвижения по государственной службе разночинной интеллигенции.

Оба приказа вызвали открытое возмущение аристократии, так как была поднята рука на то, что считалось веками их неприкосновенным правом. После такой неслыханной дерзости “поповича” нельзя было не признать человеком самым опасным. Поднялся страшный вопль. За эти указы Сперанского обвинили в наглом стремлении к революции. Даже отдельные слова и выражения, содержащиеся в указах, кстати, подписанных императором, для многих аристократов казались оскорбительными. Однако дело было сделано.

Мечты об “истинном” управлении, о законности с начала XIX столетия занимали русское общество, прогрессивно настроенных представителей дворянского сословия. Власть дворян, деятельность всех высших государственных органов оспаривались с точки зрения гражданского равенства и необходимости отмены крепостного права. По мере роста этих настроений предметом острой критики стала вся политическая система общества. С годами все острее проявлялась необходимость кардинальных изменений в политической системе империи. Образовались тайные вольнодумные общества. Именно в этот период П. И.Пестель написал свою “Русскую правду”, а Н.М. Муравьев - проект конституции.

Правовое положение духовенства меняется. Оно получает дополнительные привилегии. Отменены телесные наказания священников, дьяконов и их детей. Духовенство освобождено от земельного сбора (1807 г.) и от постоя (1821 г.). Вместе с тем, сокращалось число лиц духовного звания, пользующихся привилегиями: не имеющие штатных мест должны были избрать себе “род жизни”; дети священнослужителей обязывались Указом 1828 г. избрать себе гражданскую или военную службу, а кто не сделал этого в течение года, записывался в одно из податных сословий.

Постепенно осуществлялся перевод приходского духовенства на государственное содержание, а награжденные из его числа орденами получали наследственные дворянские права.

Основную массу населения составляло крепостное крестьянство. Александр 1 со своими друзьями осуждал крепостное право с морально-этических позиций, но он не был сторонником решительных мер, а надеялся, что цель будет достигнута путем медленных и осторожных шагов. Так, в 1803 г. вышел указ “О вольных хлебопашцах”, предоставлявший помещикам право освобождать своих крестьян с землей за выкуп по договоренности сторон. В 1816-1819 гг. освобождены за выкуп крестьяне прибалтийских губерний (Эстляндии, Лифляндии, Курляндии), фактически в этих землях ликвидировалось крепостное право.

28 мая 1802 г. вышел указ о запрещении печатать объявления о продаже крепостных крестьян без земли. Русское земледельческое производство первой половины XIX в. все более ориентировалось на рынок, превращаясь в товарное производство и втягиваясь в денежно-хозяйственные отношения. Отсюда произошел целый ряд чрезвычайно важных явлений, проторивших дорогу новым свободным формам земельной собственности, уничтожению дворянской привилегии на владение землей. Монопольное право дворян на землю отменялось.

Указ от 12 декабря 1801 г. предоставил купцам, мещанам и всем крестьянам, кроме помещичьих, право покупать землю. В 1830 г. крепостные крестьяне составляли 37% от общего числа крестьян.

Земля делалась, таким образом, объектом свободного гражданского оборота. Дворянскую землю стали приобретать и бывшие крепостные.

Среди дворянства появились просвещенные кружки, в которых сознавали необходимость освобождения крестьян. Однако широкая масса дворянства, разумеется, была против каких-либо реформ крепостного права.

Один за другим учреждались секретные комитеты по крестьянскому вопросу. И деятельность этих комитетов, протекавшая в самой непроницаемой тайне, кончалась ничем или почти ничем.

Не сладив с крестьянским вопросом в его целом, Александр 1, а затем и Николай 1 обратили свой взор на ту группу крестьян, которая принадлежала казне и носила название государственных.

Сперанский предложил сначала приступить к реформам в управлении казенными крестьянами, дабы показать хороший пример помещикам.

Обширная категория государственных крестьян не была однородна. На севере, в старинных “поморских уездах” это были так называемые “черносошные крестьяне”. Здесь не развилось помещичьего землевладения. Этот край был всегда безопасен от внешнего нападения, его не от кого было оборонять. Служилые люди были здесь не нужны, как нужны были они по южной и западной границам.

Черносошные крестьяне были относительно свободны, а земля принадлежала им на праве владения. Этим крестьянам было запрещено отчуждать землю в руки лиц, не несших тягло перед государством, передавать землю многочисленным на севере монастырям.

Совершенно иное положение было у государственных крестьян юга России. В состав этой группы вошли прежде всего военные элементы: “однодворцы”, “старых служб служилые люди”, из которых в XVII в. формировался контингент солдатских, драгунских, рейтарских полков и т.д. Их селили на южных границах целыми группами, наделяя небольшими участками пашни, в поселениях возникли порядки сельской общины.

С учреждением регулярной армии при Петре 1 эти крестьяне перестали быть нужны как служилые люди и были обложены наравне с другими крестьянами подушной податью и причислены к категории государственных крестьян.

На востоке в состав этой группы вошли разного рода инородцы и масса сибирских крестьян, по положению своему ничем не отличавшихся от черносошных крестьян поморских уездов.

Категория государственных крестьян заметно увеличили крестьяне церковных земель, отобранных Екатериной II у монастырей в 1764 г., так называемые “экономические” крестьяне.

Всего по VIII ревизии (1833 г.) государственных крестьян насчитывалось 7 649 000 душ мужского пола, что составляло '/з всего сельского населения России. Их юридическое положение было противоречиво. Свод законов признавал их “свободным сельским сословием”. Они обладали гражданскими правами. Дети государственных крестьян могли поступать в высшие учебные заведения.

На них смотрели как на свободных людей, но в то же время видели в них крепостных государства, которое и могло ими распоряжаться по произволу.

Высшей инстанцией, где сосредоточивалось управление государственными крестьянами, был Департамент государственных имуществ в Министерстве финансов. Департамент не пользовался никакой самостоятельностью, а Министерство финансов интересовал лишь сбор податей с крестьян. Впоследствии было образовано Министерство государственных имуществ (1837 г.), а в каждой губернии учреждались особые палаты государственных имуществ, находившиеся под общим надзором губернаторов.

В 1816 г. начался процесс перевода государственных крестьян на положение военных поселенцев. Около 400 тыс. человек должны были заниматься одновременно и сельским хозяйством, сдавая '/2 урожая государству, и нести военную службу. Вся жизнь этих “крестьян-воителей” регламентировалась Воинским уставом. Начальником военных поселений становится генерал А.А. Аракчеев, главный советник Александра 1.

Наиболее тяжелым оставалось положение помещичьих крестьян. Половина крестьянского дохода шла помещику в виде оброка. Массовый голод крестьян был обычным явлением. Понятно, что крепостное население, питавшееся Бог знает чем (мхом, лебедой, древесной корой), вымирало. Смертность помещичьих крестьян превосходила рождаемость.

Городское население делилось на почетных граждан, купцов, цеховых, мещан и рабочий люд.

Почетное гражданство было введено с целью выделения верхушки возникающей буржуазии из общей массы городского люда. Оно разделялось на потомственное и личное. Первое присваивалось по праву рождения, второе - по представлению министров или личной просьбе. Почетные граждане пользовались, как и дворяне, целым рядом привилегий: свободой передвижения, освобождением от телесных наказаний и от личных принудительных работ. Но самым существенным было их освобождение от всех налогов и податей.

Купцы приписывались к одной их двух гильдий (занятие оптовой торговлей - первая гильдия; розничной - вторая). Наряду с общими правами (свобода передвижения, право награждения чинами и орденами, свобода от телесных наказаний) купцы первой гильдии имели право приезда к императорскому двору, носить губернский мундир, получать звание коммерц- и мануфактур-советников. Во главе городского купеческого общества был выборный староста.

Всякий, кто занимался каким-либо ремеслом, обязан был записываться в цех. Ремесленники делились на мастеров и подмастерьев. Мастером мог сделаться только подмастерье, пробывший в этом звании не менее трех лет.

Концентрация производства на фабриках и заводах способствует разрушению цеховой организации. XVIII век завещал XIX несвободную фабрику двух видов: вотчинную - дворянскую и купеческую - посессионную. Вотчинной называлась фабрика, где работали крепостные помещика, а посессионной - где работали посессионные крестьяне, т.е. крестьяне, прикрепленные к фабрикам и заводам по закону Петра 1 от 1721 г. Их нельзя было отчуждать без фабрик и заводов и использовать на иных работах, кроме фабричных.

В 1825 г. более половины всех фабричных рабочих трудились по вольному найму. В 30-х гг. фабриканты жалуются царю на невыгодность посессионного труда. Под влиянием этого в 1840 г. был издан закон, по которому фабриканты приобрели право освобождать посессионных рабочих, получая от казны по 36 руб. С души мужского пола. Таким образом, был сделан первый шаг к вольнонаемному труду. Но торжество вольнонаемного труда еще более резко подчеркнуло необходимость освобождения крестьян в интересах развивающейся промышленности. Отпущенные помещиками на заработки крестьяне не были заинтересованы в результатах своего труда, ибо львиную долю заработка они вынуждены были отдавать помещику. Более того, помещик мог в любой момент отозвать своих крестьян с фабрики, нарушив и интересы фабрики.

Большинство городского населения принадлежало к мещанам. Они никакими особыми правами не пользовались. Состояние мещанства передавалось потомству и жене. Мещанское общество каждого города управлялось старостой и его помощниками, избираемыми на 3 года и утверждаемыми губернатором. Всякого провинившегося мещанина по решению мещанского общества могли подвергнуть “водворению”, т.е. ссылке в Сибирь.

§3. Государственный строй

Власть царя оставалась верховной, самодержавной и неограниченной. “Повиноваться верховной его власти не только за страх, но и за совесть сам Бог повелевает”, -гласила ст.1 Основных законов. Царь был волен в своих действиях. Были предусмотрены наказания не только за действия против царя, но и за обнаруженный умысел против него. Царь являлся наследственным монархом. Наследовать престол могли только члены царствующего императорского дома. К наследованию призывался старший сын императора. В случае отсутствия детей престол переходил к брату. Члены императорской фамилии содержались за счет государства и доходов от удельного имущества, той части государственных владений, которая была им выделена. Всеобъемлющая власть царя вовсе не означала, что он осуществлял всю деятельность по управлению государством. Царь использовал огромный аппарат управления.

Органами верховного управления были Совет при императоре, существовавший до создания в 1810 г. Государственного Совета, а также канцелярия и двор царя.

Как уже было сказано выше, задача реформирования центральных органов власти и управления была возложена на М.М. Сперанского. Рассматривая всемирную историю государства и права, и прежде всего европейскую, он пытался отыскать в ней закономерности, которые приводят к смене одного образа правления другим.

Все развитие политической жизни Европы являло переход от феодального правления к республиканскому, и никакая сила не смогла противостоять этому процессу. “Тщетно власть державная силилась удержать его напряжение; сопротивление ее воспалило только страсти, произвело волнение, но не остановило перелома. Тот же самый ряд происшествий представляет нам история и нашего Отечества”, - писал Сперанский в 1802 г. Он не сомневался в неизбежности реформ в России и в ограничении самодержавия, в принятии конституции страны.

Наиболее подробно его взгляды изложены во “Введении к Уложению государственных законов” (1809 г.). Политический идеал реформатора нашел здесь наиболее полное раскрытие.

В Сперанском видели или готовы были видеть человека, увлекшегося и наполеоновским Кодексом, и английским конституционным правом, и стремившемся перенести все это в Россию. Необходимо подчеркнуть, что конституционный проект мыслителя и государственного Деятеля не заимствован и не являлся подражанием ни одной из действовавших конституций Запада. Он неоднократно говорил, что слепое механическое перенесение западных образцов государственности на российскую почву - удел или бездарных людей, или авантюристов.

Сперанский видел “начало и источник сил” законодательной, исполнительной и судебной власти в истории государства, в самом народе с его культурой и обычаями: история нации и ее традиции являются одним из определяющих факторов жизнедеятельности государства.

“Нельзя основывать правление на законе, если одна державная власть будет и составлять закон, и исполнять его. Поэтому следовало прежде всего отделить друг от друга три ветви власти”, - писал Сперанский. Он шаг за шагом подводит царя к мысли о необходимости безотлагательных реформ, предлагая сконцентрировать законодательную власть в новом органе -Государственной Думе, исполнительную - передать министрам, а судебную - Сенату. Властно-распорядительные функции на местах, по мнению Сперанского, должны осуществляться также выборными органами - волостной думой, окружной думой (из числа депутатов от волостных дум), губернской думой (из числа депутатов от окружных дум).

Государственная Дума - высший законодательный орган страны. “Никакой новый закон не может быть принят без уважения (одобрения) Думы. Установление новых податей, налогов и повинностей рассматриваются и одобряются в Думе. В том случае, если большинство в Думе отвергает законопроект, тот “оставляется без действия”.

Что касается судебной системы, то реформатором предлагалось должность судьи сделать пожизненной, который вершил бы правосудие с присяжными заседателями. Однако следует отметить, что проект судебной реформы был начертан Сперанским вчерне и специально на разработан. Он лишь в принципе наметил систему судов (волостной, окружной, Верховный уголовный суд и Сенат как высшая судебная инстанция, решения которого являются окончательными и не подлежащими обжалованию). Принцип назначения судей сочетался у него с требованием наличия и присяжных заседателей.

Осуществляя судебную реформу 1864 года, правящие круги России реализовали именно этот принцип составления суда: коронные судьи (чиновники) и выборные присяжные заседатели.

Проекты Сперанского отличались смелостью и конкретностью. Они разрабатывались с учетом задач, стоявших перед страной, и практически на сто лет предвосхитили мероприятия, о которых в условиях революционной ситуации был вынужден заявить Николай II в Манифесте “Об усовершенствовании государственного порядка” 17 октября 1905 г. Но тогда уже было поздно направлять Россию по либеральному пути: выбор был сделан окончательно в сторону революционных преобразований.

Идеи Сперанского были усвоены передовыми умами второй половины XIX в. и безусловно сыграли свою роль при подготовке социальных и политико-юридических реформ 60-х гг.

Судьба самого Сперанского была переменчивой. Он знал нищету владимирской деревни, будучи сыном сельского священника села Черкутино, блеск императорского двора, будучи Государственным секретарем Российской империи, ссылку в Пермь за дерзкие реформаторские планы и переменчивое счастье полудержавного властелина. Однако при всех превратностях судьбы идеи мыслителя были неизменными: он требовал введения в социальную и политическую жизнь принципа законности и утверждал положение о правовом государстве, призваном заменить власть человека над человеком господством закона и гарантирующим права каждой личности независимо от ее сословного состояния.

И с высоты своего положения и влияния Сперанский предлагал Российской империи совершенно новую политическую структуру, при которой монарх будет делить власть со своим народом, и которая со временем приведет к созданию конституционной монархии.

Положение о Государственном Совете разрабатывалось втайне. Военный министр Аракчеев негодовал, что не знает содержания таинственной переписки Сперанского с царем, который пребывал в Москве.

1 января 1810 г. Манифест о Государственном Совете был обнародован. Однако в нем были проигнорированы все основные принципы государственной реформы. Ведь этот орган задумывался как своеобразное связующее звено между императором и новыми государственными органами: Государственной Думой, Сенатом и Кабинетом Министров.

В основу деятельности Государственного Совета легли уже другие принципы, а именно;

1) все основные вопросы империи рассматриваются в Совете и только через Совет докладываются императору;

2) проект всех законов, указов, уставов, новых учреждений рассматриваются опять же Советом;

3) никакой закон, устав, учреждение “не исходит из Совета и не может иметь совершения без учреждения верховной власти”.

Совет задумывался как орган при монархе, через который последнему представлялись решения всех выше названных органов. В Манифесте мы видим другой государственный орган, с другой ролью - законосовещательной. Основные функции Государственной Думы - рассмотрение и принятие законов -были преданы Госсовету. Царь не пошел на ограничение самодержавия представительным органам - Государственной Думой, и вся законотворческая деятельность оказалась в руках императора, т.к. всех членов Госсовета он назначал сам.

Мотивы, заставившие в последний момент Александра 1 отказаться от согласованного с ним же проекта, пока не выяснены до конца. Можно лишь догадываться, что не последнюю роль здесь сыграли Аракчеев, сестра Александра, великая княгиня Екатерина Павловна, проживавшая в Твери и знаменитый историк Н. М. Карамзин.

Обращает на себя внимание однородность Совета: из 35 его членов 19 - графы, князья, остальные - крупнейшие землевладельцы и военные.

31 декабря 1809 г. вечером они все получили приглашение собраться на другой день в половине десятого утра в Шепелевском дворце. Прибыл Александр 1. Собрание было необыкновенно торжественным. Царь произнес речь, сочиненную Сперанским, последний как Государственный секретарь прочитал Манифест об образовании Совета, список представленных департаментов (граф П. В. Завадский - департамент законов; Н.С. Мордвинов - департамент дел гражданских и духовных; князь П.Н. Лопухин -департамент государственной экономии; граф А.А. Аракчеев - департамент дел военных).

Итак, впервые в России в манифесте о создании Совета, заявлено, что “законы, сколь бы они не были совершенны, без государственных установлений не могут быть тверды”, что “государственные доходы и расходы требуют неукоснительного рассмотрения и определения”.

Согласно Уставу о Государственном Совете решения Совета принимались большинством голосов. Все законы и уставы должны были утверждаться царем и издаваться в виде царского манифеста, начинавшегося словами: “Вняв мнению Государственного Совета...”. Даже незначительные ограничения самодержавия, которые здесь упоминаются, были через некоторое время отброшены Александром 1. Он полностью игнорировал мнение большинства Совета и часто поддерживал меньшинство. Была вскоре забыта и формула “Вняв мнению Государственного Совета...”.

И тем не менее указ о Госсовете произвел сильное впечатление на высшую администрацию и дворянство. В новом учреждении видели разом и умаление роли Сената, опасность произвола со стороны Совета, и в то же время ограничение самодержавия.

Под давлением оппозиции Александр 1 стал игнорировать Совет, который уже перестал быть законосовещательным органом в полном смысле этого слова. Его заваливают различными мелкими проблемами вплоть до рассмотрения уголовных дел. Император все чаще стал издавать законы без рассмотрения их в Совете. Произвол русского абсолютизма продолжался.

Созданный в 1722 г. Петром 1 Сенат постепенно утратил свое назначение высшего административного и судебного органа. К началу XIX столетия он превратился в громоздкий, плохо управляемый орган, не имеющий четко очерченных границ своей деятельности.

Сенат состоял из 9 департаментов. Первый - ведущий - он призван был наблюдать за точным исполнением законов, и вместе с этим на него была возложена масса дел административных. Первый департамент обнародовал законы, проводил ревизии целых губерний и учреждений. Сенат, таким образом, осуществлял общий надзор за деятельностью всех государственных органов и соблюдением законности.

Второй - восьмой департаменты были апелляционными инстанциями по уголовным и гражданским делам. Однако принятые ими решения не были окончательными, и в случае если при вынесении решений не было абсолютного большинства членов департамента (2/3 голосов), то дело передавалось на рассмотрении общего Сената, а затем направлялось на утверждение императору. Работа департаментов строилась по территориальному принципу. Так, второй департамент рассматривал поступившие апелляции из восьми северных и северозападных губерний. Часть департаментов Сената находилась в Москве.

Сенат рассматривал вопросы назначения членов на должности, определял награды, утверждал в правах дворянства, присваивал княжеские, графские и баронские титулы, объявлял рекрутов, ревизовал винные откупа, утверждал расходы военного ведомства. Целый департамент занимался землеустройством и был высшей судебной инстанцией по делам межевым. Вот далеко не полный перечень дел, находящихся в компетенции Сената: полнейшее смешение судебных, административных и законодательных функций.

Более того, с 1802 г. должность Генерал-прокурора, возглавлявшего Сенат, была соединена с должностью Министра юстиции. Высший судебный орган империи оказался в подчинении одного из министров - представителя исполнительной власти. Сенат завален различными бумагами. Так, в 1805 г. в Сенат поступило 40 566 дел, из которых было рассмотрено 27 815. Сенат погряз в мелочах, превратился в суд первой инстанции.

Низкий профессиональный уровень сенаторов, всего аппарата, взяточничество, карьеризм, всевластие секретарей, которые “изучали” и докладывали дела, приводили лишь к хаосу.

Трудно было понять основное назначение Сената в системе государственного управления. Сперанский предлагал отделить правительственные функции от судебных и создать два Сената-Правительствующий и Судебный. Первый, по его мнению, должен состоять из министров, их товарищей (заместителей) и быть единым для всей империи. Что же касается Судебного сената, то он должен являться высшей судебной инстанцией и формироваться из сенаторов, назначенных от короны, и избранных дворян. Предполагалось Судебный сенат приблизить к населению и разместить по четырем округам: в Петербурге, Москве, Казани и Киеве.

В июне 1811 г. предложения по реформированию Сената обсуждались Государственным Советом. Его члены в большинстве своем были против реформы. Их возражения сводились к следующему: изменение учреждения, веками существовавшего, “произведет печальное впечатление на умы”. Они находили проект прежде всего не “ко времени”, считали не своевременным вводить в жизнь новое установление при всеобщем недостатке в образованных людях.

Несмотря на все возражения, проект реформы Сената был одобрен, и Александр 1 утвердил решение Госсовета.

К сожалению, утвержденному проекту переустройства Сената не суждено было претвориться в жизнь. На международном горизонте уже собирались грозовые тучи, пахло войной. Кроме того, у казны не оказалось средств на реформу. Мнение оппозиции предложенной реформы сводилось к положению: “хорошо, да не время”.

Манифестом от 25 июля 1810 г. было обнародовано “новое разделение государственных дел в порядке исполнительном” с подробным определением пределов деятельности министерств и степени их ответственности, установлены их штаты, порядок назначения, увольнения, производства в чины. Годом позже были определены компетенция министров, их отношения с законодательной властью (манифест “Общее учреждение министерств” от 25 июня 1811 г.). Учреждено было 8 министерств: военных сухопутных сил, морских сил, иностранных дел, юстиции, внутренних дел, финансов, коммерции и народного просвещения. Каждое министерство получило единообразную структуру. Министерство возглавлял министр, назначенный императором и фактически ответственный перед ним. Аппарат министерств состоял из департаментов во главе с директором, а они в свою очередь, делились на отделения, возглавляемые начальником. Отделения разбивались на столы во главе со столоначальником. Вся работа министерств строилась на принципе единоначалия. В “Общем наказе” было оговорено, что министрам принадлежит только власть исполнительная, а Манифест 1811 г. по сути дал министрам власть в своей отрасли безграничную.

“Введение к Уложению государственных законов” Сперанского предусматривало контроль за деятельностью министров со стороны Государственной Думы. Она могла бы привлечь любого министра к ответственности, требовать отчета. Проведенная реформа установила принцип прямой ответственности министра перед императором. Реакционность такого подхода очевидна, т.к. министр оказался вне контроля народа и его представительного органа.

Не издавая законов, министры ограничивались лишь применением их. Они получили право издавать предписания и регламенты в пределах, указанных законом. Но для исполнительной власти контроль необходим, как независимость - для судебной. Если в суде непременные условия - неприкосновенность приговора, полная свобода убеждения судьи, то управление, напротив, подчиняется принципу строгой ответственности.

20 апреля 1812 г. было обнародовано Учреждение Комитета министров. Этим актом он определялся как высший административный орган. Комитет состоял из 15 членов: 8 министров, 4 председателя департаментов Государственного Совета, Главнокомандующий Петербурга, начальник Главного штаба и начальник Морского штаба. Председателем Комитета (он же председатель Государственного Совета) был князь Н.И. Салтыков, но дела, рассматриваемые Комитетом, докладывались Александру 1 А.А. Аракчеевым. Вместо органа, объединяющего и направляющего деятельность министров. Комитет министров в своей деятельности или подменял министров, или занимался делами, не свойственными исполнительной власти. Он мог отменить решения Сената и одновременно с этим рассмотреть по первой инстанции уголовное дело. Деятельность этого мало кому понятного органа умаляла авторитет Государственного Совета и Сената, отнимала у министров время.

Комитет был учреждением совещательным при императоре, самостоятельной власти он не имел. Все его постановления приводились в исполнение только после утверждения царем. Из этого общего правила были сделаны лишь незначительные исключения: некоторые постановления Комитета прямо приводились в исполнение.

В царствование Николая 1 необычайно разрастается Собственная Его Императорского Величества Канцелярия. Первое отделение этой канцелярии сосредоточило дела, подлежащие личному рассмотрению государя, а также наблюдение за исполнением высочайших повелений. Второе отделение занималось кодификацией законов. В 1826 г. возникло печально известное Третье отделение под руководством шефа корпуса жандармов. Оно руководило полицией, борьбой с революционерами и раскольниками, управляло тюрьмами, наблюдало за иностранцами, вело следствие по политическим делам, в его распоряжении была огромная сеть агентов. Третьему отделению были подчинены Петропавловская и Шлиссельбургская крепости, Алексеевский равелин - эти политические тюрьмы.

На основании утвержденного царем в 1836 г. Положения о корпусе жандармов по всей территории России была выстроена структура жандармской службы (7 жандармских округов, губернские управления, жандармские команды городов).

Четвертое отделение заведовало благотворительными и учебными заведениями, находившимися под покровительством императрицы Марии Федоровны. Пятое отделение занималось преобразованием управления казенными крестьянами, а шестое-устройством Закавказского края.

Министерство двора, созданное в 1826 г., управляло удельными землями царской семьи.

В армии процветали муштра и палочная дисциплина. При А.В. Суворове на 500 человек здоровых был один больной, в начале XIX в. -на 500 человек больных один здоровый. По отчету армии за 1835 г. видно, что из 173892-чел. больных у 130000 человек были расстроены внутренние органы. Требовалось от солдата, чтобы он шагал в полтора аршина: после всех вытяжек и растяжек солдат оказывался в госпитале.

Военная повинность, выбирая из семейств лучших людей, приводила в бедность и семейства, и государство. Несмотря на это, во время Отечественной войны 1812 г.русская армия выполнила свою историческую миссию, продемонстрировав всему миру самоотверженность и патриотизм русского солдата.

§4. Местное управление

В первой половине XIX в. местное управление представляло такую картину: во главе губернии стоит правительственный чиновник - губернатор. Ему подчинены разнообразные службы, состоящие тоже из чиновников, а также из представителей, главным образом, дворянского сословия. Чиновничество, “крапивное семя”, царило всюду. Местное общество рассматривалось как совокупность плательщиков государственных налогов.

Литература того времени показывает нам поистине чудовищные эпопеи произвола, взяточничества, волокиты. Под гнетом всего этого задыхалась страна и гибла всякая живая мысль, всякое честное намерение.

Правительственные учреждения, особенно в правление Николая 1, превращались в настоящие воровские и разбойничьи притоны, куда опасно было появляться беззащитному человеку.

И все-таки в самый разгар бюрократического всевластия под давлением низов начинают возникать зародыши местного самоуправления. Дворянские и городские общества получают более упорядоченную организацию. Конечно, все эти зародыши земского самоуправления были слабы, они были обречены на жалкое и приниженное существование. Но уже само их появление в составе местных органов было знаменательно.

В 1837 г. была упразднена должность генерал-губернатора. Вместе с тем по Наказу 1837 г. губернатор сделался единственным высшим начальником губернии. Губернское правление получает некоторую самостоятельность от губернатора согласно Закона от 1845 г.

В местном управлении начинают выделяться особые ведомства по благоустройству, народному просвещению, продовольствию. В их деятельности намечаются первые отдаленные очертания будущих земских учреждений пореформенной России.

В царствование Николая 1 были предприняты попытки оживления и дворянского, и городского самоуправления.

В 1831 году было издано новое Положение о дворянских обществах (более точно определены цели дворянских собраний, порядок выборов должностных лиц, расширен круг должностей, замещаемых на выборной основе, было сокращено число членов дворянского собрания путем введения значительного имущественного ценза, мелкопоместное дворянство было отрешено от участия в собраниях). К участию в дворянских собраниях стали теперь допускаться дворяне, имеющие не менее 100 душ крестьян, а также не менее 3000 десятин земли, хотя и незаселенной, но в одной губернии. Для дворян, получивших во время действительной службы чин полковника или действительного статского советника, ценз понижался до 5 душ крестьян или 150 десятин земли.

Все изложенные постановления были направлены на оживление деятельности дворянских собраний. Цель эта не была, однако, достигнута. В бюрократическо-крепостнической России самоуправляющиеся союзы могли представлять из себя не более, как пародии на самоуправление, как бы подробно не были разработаны их регламенты. За непосещение собраний без уважительных причин на дворянина налагался штраф до 250 руб. и даже временно его исключали из собрания. Но и эта мера не принесла желаемого результата.

Вопрос о городском самоуправлении не был обойден законодательством рассматриваемого периода.

Жалкое состояние, в котором находились русские города в первой четверти XIX в., побудило правительство обратить внимание на реформу городского самоуправления, надеясь вывести города, их промышленность из состояния застоя.

Однако сословия входили в городское общество на разных основаниях: дворяне, почетные граждане и разночинцы – по владению недвижимостью в черте города, а купцы, мещане и цеховые ремесленники - в силу принадлежности к определенному податному состоянию.

Для выборов гласных в городскую думу каждое сословие составляло обособленное собрание, из числа членов которого и избирались гласные думы. Гласные в думе заседали по куриям. В полном составе дума собиралась редко.

Члены распорядительной думы (исполнительный орган) избирались опять-таки по сословиям. Структура городской думы имела целью привлечь дворян к управлению городом, не пугая их перспективой полного смешения с купеческой и мещанской массой. Законодатель пошел еще дальше и постарался сосредоточить в руках “старших” сословий руководящее влияние на ход городских дел. Так, при рассмотрении какого-либо вопроса 1) нескольких отделениях общей думы, первоначально должны были вынести решения отделения двух “старших” сословий, остальные отделения получали готовые решения и вынуждены механически их поддержать.

Объединительным органом всей думы служил городской голова. По законам Екатерины 11 он избирался самим градским обществом и лишь утверждался в должности правительством. Теперь дума (а не все градское общество) из своей среды выбирала двух кандидатов, одного из которых утверждал император. Кандидатами могли быть из среды дворянства, почетного гражданства и первогильдейского купечества, притом не моложе 30 лет и с недвижимой собственностью не менее 15 тыс. рублей.

Пределы компетенции городских дум остались прежними, что и по Положению 1785 г., но при этом усиливалось вмешательство верховной власти в деятельность городских учреждений. Распорядительная дума - по существу исполнительный орган была поставлена в непосредственное подчинение не общей думе, а коронной администрации. Городская реформа 1848 г. оказалась чисто формальной: она не опиралась на реальное соотношение общественных сил. Ее практические последствия свелись к кое-каким починкам старой екатерининской системы городских учреждений.

Изменения коснулись и уездной полиции. Уездным полицейским учреждением стал земский суд. В 1837 г. издан Наказ земской полиции: число заседателей было сокращено; введены должности становых приставов и служителей земской полиции (сотские и десятские). В 1862 г. вместо земских судов учреждены уездные полицейские управления. Полиция сделалась делом исключительно правительственным.

§5. Управление зависимыми народами

В недрах самодержавной империи вырастали конституционные образования в виде Финляндского княжества и Польского королевства.

В Финляндии, которая была присоединена к России в 1809 г., установилась отдельная от всей империи система государственных органов. В состав России Финляндия входила как княжество. Русский царь одновременно был „великим князем финляндским". Основными органами власти в Финляндии являлись сейм как орган законодательный; сенат как орган исполнительный, избираемый сеймом в составе 12 человек. С 1816 г. сенат возглавляется генерал-губернатором, назначаемым императором.

После победы над Наполеоном Польша получила Конституционную хартию 1815 г. По этой Конституции российский император объявлялся наследственным королем Царства Польского. Управление находилось в руках наместника, Государственного совета и Административного совета при наместнике.

Польская шляхта и горожане получили право избирать законосовещательный сейм и местные органы. Реальная власть была у наместника царя. Он формировал Административный совет. Абсолютная власть сосредоточилась в руках наместника после восстания 1830 г., провозглашения Польши „неотъемлемой частью империи" и отмены Конституции.

Манифестом Павла 1 в 1800 г. к России была присоединена Грузия, на основе так называемых 16 „просительных пунктов". Одним из условий было сохранение за грузинским царем Георгием XII прав наследственного правителя Грузии с титулом царя. Георгий вскоре умер, а Павел 1 был убит и Александр 1 издал в 1801 г. новый манифест о присоединении Грузии. Во главе Грузии было поставлено Верховное грузинское правительство, которым руководил назначенный императором чиновник. Вся власть над Грузией была сосредоточена в руках Главнокомандующего. Присоединение Грузии к России было продиктовано самой жизнью. Этот акт спас грузинский народ от угрозы физического истребления со стороны соседних государств.

Одним из основных документов по управлению малыми народами и народностями был Устав об управлении инородцами 1822 г. Этот акт поощрял развитие товаро-денежных отношений в хозяйственной жизни местного населения. В соответствии с экономическим уровнем сибирские народности были разделены на три разряда: оседлых, кочевых и “бродячих”. Основным критерием, определяющим хозяйственное состояние “инородцев”, был не ясачный сбор, а земледелие и скотоводство. Устав заменил натуральный ясак денежным налогом, натуральная повинность вытеснялась уплатой денег.

Разряд оседлых составил почти 59 тыс. человек (татары, алтайские народы, бухарцы, ташкентцы и др.). В правах они были приравнены к различным сословиям русского населения Сибири (государственным крестьянам, мещанам, купечеству). А это значило, что все существовавшие повинности, система управления и судебная система распространялись и на приписанных к оседлым жителей.

К разряду кочевых народов (390 тыс. чел.) были отнесены буряты, якуты и др. с кочевым или полуоседлым образом жизни. Налогообложение у них было такое же, как и у государственных крестьян. Что же касается суда и управления, то им была сохранена некоторая самостоятельность.

И, наконец, разряд охотничьих народов (более 4,5 тыс. чел.) включал в себя ненцев, манси, юкагиров. Их оставили в прежнем ясачном положении.

Разрядная система была рассчитана на то, чтобы перевести кочевые и охотничьи народы в категорию оседлых, приравнять „инородцев" к русскому населению.

„Инородцам" выделяли земельные наделы, которые не должны быть менее крестьянских, в 15 десятин. Оседлые „инородцы" наряду с кочевыми и охотничьими племенами освобождались от рекрутской повинности (только буряты служили в казачьих войсках). А в это же время в английских и французских колониях создавались целые туземные армии (например, сипаи в Индии, зуавы в Африке), положение которых можно сравнить с положением рабов в Древнем Египте и Риме.

Безусловно, приравнивание коренного населения к русскому населению в правах было актом прогрессивным, отличающимся от политики западноевропейских государств и США (так много кричащих о своей цивилизации) в отношении колониальных народов, подвергавшихся национальной дискриминации или полному истреблению. Правда, приравнивание малых народов к русскому населению означало не более, как равенство в бесправии, поскольку в условиях крепостничества основное население было бесправно. Но за лучшую долю малым народам пришлось бороться совместно с русскими.

§6. Финансовые преобразования

Бесконечные войны, неумелое управление и хозяйствование, континентальная блокада со стороны Англии привели финансы России к бедственному состоянию. Государственный долг рос год от года. Бюджет на 1810 г. раскрыл тяжелейшее положение: 125 млн. дохода, 230 млн. расхода, 577 млн. долга и ни малейшего резерва. Источник для покрытия дефицита правительство видело в выпуске все новых и новых ассигнаций.

Министерство финансов находилось в руках людей малограмотных, совершенно не способных поправить положение. Император с трудом мог назначить графа Д.А. Гурьева министром финансов, так как все другие отказывались от этого поста.

В 1809 г. царь поручил Сперанскому „приступить к решению финансовых вопросов, составить определенный и твердый план финансов". Через два месяца на стол царя лег обстоятельный доклад и предложения реформатора по оздоровлению экономики. 1 января 1810 г. император лично внес этот план в Государственный Совет, а 2 февраля он был утвержден и обнародован. Следует заметить, что без этого плана было бы невозможно вести настоящую войну с Наполеоном.

Сильные меры сводились к следующему:

1) к изъятию из обращения ассигнаций и образованию капитала для их погашения;

2) сокращению расходов всех государственных ведомств;

3) установлению жесткого контроля над государственными расходами;

4) устройству монетной системы;

5) развитию торговли как внутренней, так и внешней;

6) установлению новых налогов.

Особый капитал погашения, необходимый для покрытия ассигнаций, которые объявлялись государственным долгом, создавался за счет распродажи государственного имущества. Купцам первой гильдии разрешалось покупать казенные имения с крестьянами и владеть ими на основе крепостного права. Была проведена первая перепись, выявившая число налогоплательщиков. Вводилась пошлина на винокурение. В оборот были выпущены облигации, по которым выплачивалось ежегодно 6%.

Важной мерой по стабилизации финансового состояния явилось установление налогов с дворянских имений, ранее освобожденных от податей. Дворяне впоследствии не простят Сперанскому этого акта.

Финансовые преобразования не замедлили сказаться. Уже в 1811 г. дефицит государственного бюджета сократился до 6 млн. руб., доходы возросли до 300 млн. руб. Они были бы значительно выше, если бы органы государства должным образом организовали составление описей имущества, предназначенного для распродажи. Не удалось и предполагаемое сокращение расходов, так как полным ходом шли приготовления к войне с Наполеоном.

Все эти меры сопровождались разработкой Таможенного тарифа и Торгового уложения. В основу этих исключительно нужных нормативных актов была положена идея „поощрения собственного производства и сокращения потока иностранных товаров". Эти тарифные установления помогли выстоять промышленности России в тяжелые годы континентальной блокады и войны с Францией.

Не вдаваясь в подробный анализ финансового плана, заметим, что им впервые в отечественной истории внесены начала отчетности и проверки финансового состояния страны. Именно здесь, как ни в какой другой области управления, нужен был порядок и непременные точность и четкость. Впервые бюджет России обсуждается не одним или двумя лицами, а Государственным Советом. В какой-то мере устанавливался контроль за бюджетом, устранялся произвол в финансовых делах. Дворянское правительство вынуждено было идти на частные уступки, чтобы спасти феодальную систему.

§7. Систематизация законодательства

Действительно крупное дело было совершено в царствование императора Николая 1 лишь в сфере кодификации законов России. Весь XVIII в. прошел в беспрерывных и всегда неудачных попытках привести в систему русские законы, накопившиеся после Уложения Алексея Михайловича 1649 г.

Петр 1, Анна Ивановна, Елизавета, Екатерина II пытались привести законодательство в порядок, придать ему определенную стройность. Было создано друг за другом девять комиссий, и каждая из них представлялась обществу помпезно и с шумом, но ни одна из них не оставила после себя каких-либо следов. Девятая комиссия (1797 г.) ограничилась лишь одним составлением оглавления будущего Уложения. Потом уже работа была поручена министру юстиции князю П.В. Лопухину. Далее сочли необходимым найти ученого юриста и выбор пал на барона Г. Розенкампфа из Лифляндии. И вот человек, не знавший России, ни ее обычаев и законодательства, возглавил очередную (десятую) комиссию по составлению Уложения законов. Уволив из комиссии русских чиновников, Розенкампф заменил их немцами и французами. Все действующее законодательство потребовалось перевести на французский язык, чтобы новые составители могли хоть как-то с ним ознакомиться. При переводе текстов законов, указов, уложений, написанных в свое время дьяками исключительно сложно, терялся смысл. Комиссия зашла в тупик. Многие не могли надивиться, как к составлению Уложения для величайшей в мире империи выбран человек, не знающий даже русского языка.

В 1826 г. Николай 1 преобразовал эту комиссию во Второе отделение Собственной Его Императорского Величества Канцелярии. Во главе был поставлен возвращенный из ссылки Сперанский.

К 1833 г. после изнурительной работы на свет появились два грандиозных труда: Полное собрание законов и Свод законов Российской империи.

Сперанский различал три стадии кодификационной работы: 1) составление Полного собрания законов, т.е. расположение всех актов законодательства в хронологическом порядке;

2) составление Свода законов, т.е. расположение всех действующих законов в систематическом порядке, но без всяких изменений по существу их;

3) составление Уложения, т.е. приведение в систему действующих законов с надлежащими дополнениями и исправлениями.

По воле императора работа была ограничена первыми двумя этапами. Мысль об Уложении казалась царю слишком опасной для всего дворянского миропорядка.

В Полное собрание законов было включено 35 993 акта. Работа над Сводом состояла в следующем. За образец было принято Уложение Юстиниана. На основе Полного собрания законов составлены были специальные исторические своды по отдельным отраслям права. Из них было устранено все недействующее, исключены все повторения, сокращены многословные законы, из двух противоречащих друг другу законов предпочтение отдавалось позднейшему.

Свод составил XV томов и, по мнению его составителя, он должен был послужить лишь основой для разработки Уложения, под которым Сперанский разумел совокупность действующих законов, исправленных и дополненных сообразно требованиям времени. Мы уже видели, что мысль о составлении Уложения не была одобрена Николаем 1, поэтому после издания Свода ему была придана сила закона. Сам Сперанский трудился над Уголовным уложением, которое уже после его смерти было закончено в 1845 г., и составило XV том Свода законов Российской империи.

Основы гражданского права по Своду законов Российской империи. В Своде законов прежде всего значительные земельные угодья не были признаны объектом частной собственности. Земельные наделы казенных и удельных крестьян не могли отчуждаться. Что касается отчуждения дворянских имений, то здесь существовало право преимущественной покупки члена данного рода. Законодательство предусматривало и систему майората, когда земельные владения могли передаваться старшему сыну по наследству.

Крестьянам было запрещено выделяться из общины и закреплять за собой в частную собственность выделенный им надел. Имелись некоторые ограничения для лиц духовного звания. Священнослужителям запрещалось совершать договоры подряда и поставки. Стороной в этих договорах должна быть церковная община. Правоспособность и дееспособность евреев была ограничена. Браки христиан и нехристиан запрещались. Поляки не могли приобретать в собственность, брать в залог и арендовать землю в 9 западных губерниях. Так законодатель охранял российскую землю от перехода в “чужие руки”.

Вещное право России по Своду законов состояло из следующих институтов:

1) владение;

2) право собственности;

3) сервитуты;

4) обязательственное право.

Всякое владение, даже незаконное, охранялось до тех пор, пока не обнаружится собственник. Определение понятия собственности дано в ст. 420 т. Х ч. 1: “Собственность есть власть в порядке, гражданскими законами установленном, исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом вечно и потомственно”. Широко были представлены сервитуты: право проезда по дорогам, плавания по рекам на судах, право бичевой тяги судов и плотов. Законодательство знало и такой сервитут как узуфрукт, т.е. пожизненное владение с правом пользования вещью и извлечения из нее плодов.

Обязательства возникали из договоров и деликтов. Предметом договора могли быть: что-то дать, что-то сделать или воздержаться от действия (ст. 574, т. X, ч. 1). Договоры составлялись по взаимному согласию сторон. Средствами обеспечения обязательств были задаток, залог, неустойка и поручительство. Договор купли-продажи недвижимого имущества оформлялся купчей крепостью, т.е. нотариально. Отчуждение движимых вещей могло быть оформлено устно и подтверждено свидетельскими показаниями.

Законодательство знало договор запродажи, который предусматривал заключение договора купли-продажи в будущем. Договор запродажи следовало нотариально заверять.

По договору найма домовладелец имел право в одностороннем порядке прекратить договор и выселить нанимателя из квартиры или арендатора с арендуемого участка. Правда, наниматель мог предъявить иск о возмещении ущерба.

Особое внимание законодательство уделяло договорам подряда и поставки (постройка, ремонт, перевозка людей и материалов).

Если по договору займа не обозначался размер процентов, то кредитор имел право взимать с должника 6%. Свод законов предусмотрел четыре вида товариществ. Полное товарищество - соединение лиц, отвечающих всем своим имуществом. Товариществом на вере называлось соединение лиц, отвечающих всем своим имуществом (товарищи), и лиц с ответственностью, ограниченной только своим вкладом (вкладчики). Акционерная компания состояла из лиц, имущественная ответственность которых ограничивалась лишь их акциями. Трудовая артель образовывалась для производства определенной работы или промысла из лиц, которые своим трудом выполняли работу за общий их счет и с круговой порукой. Для всех видов товариществ требовались письменная форма договора и регистрация.

Свод весьма обстоятельно регулирует отношения сторон по договору личного найма (для домашних услуг, для отправления земледельческих и других работ).

Нормы семейного права, установившиеся в XVIII в., не претерпели изменений. Единственной формой брака признавался брак церковный. Гражданский брак оставался неведомым для законодателя. Вступление в брак и разводы регулировались правилами того или иного вероучения (православного, римско-католического, еврейско-иудейского, мусульманского, лютеранского и т.д.).

Свод законов установил для православных брачный возраст в 18 лет для мужчин и 16 лет для женщин. Личные права мужа оставались обширными. Жена должна всюду следовать за мужем при переселении последнего, при любой перемене места жительства. От супругов требовалась верность друг другу. Оскорбленный супруг мог обратиться в церковный суд и просить о разводе или в гражданский суд, который присуждал виновного к тюремному заключению от четырех до восьми месяцев.

Свод законов закрепил принцип раздельности имущества супругов. Права законных детей и незаконнорожденных, т.е. внебрачных, были различны. Последние не имели права на имя отца, на его имущество. Дети обязаны были со всем почтением относится к родителям. В случае неповиновения родительской власти дети без особого судебного разбирательства могли быть отправлены в тюрьму на срок от двух до четырех месяцев.

Законодательство XIX в. значительно пересмотрело нормы наследственного права. Можно было завещать имущество любому лицу, будь то родственник или посторонний. Однако закон ввел некоторые ограничения завещательной свободы. Не подлежали завещанию майоратные родовые заповедные имения. Нельзя было завещать недвижимость евреям, полякам и иностранцам в тех местах, где они не имели права иметь недвижимость. Не признавались действительными завещания умалишенных и самоубийц.

Предусматривались завещания нотариальные и домашние. Была более упрощенная форма завещания в условиях походных, морских, госпитальных, заграничных. Крестьянские и вдовьи завещания признавались действительными, если они были составлены без соблюдения всех формальностей.

К наследованию по закону призывались все кровные родственники без ограничения степени родства. Доля умершего наследника переходила его детям. Сначала наследовали нисходящие родственники, а потом боковые. Что же касается восходящих родственников, то родители устранялись от наследования своих детей. Им принадлежало право пожизненного пользования имуществом своих детей, умерших без потомства и не оставивших завещания. Супруги наследовали друг после друга только в размере '/7 недвижимости и 1/14 движимости. Однако супруг мог завещать родовое имущество в пожизненное пользование другому супругу. Указом 1818 г. были урегулированы права наследования единокровных и единоутробных братьев и сестер.

Уголовное право по Своду законов Российской империи. Основные черты. В Своде законов жестокая система уголовного права, перенесенная в Россию из Западной Европы и требовавшая не щадить преступника, смягчается. Наказания должны устрашать общество. По этой причине законы Петра 1 требовали не щадить преступников в судебных приговорах и при исполнении судебных решений. Требовалось облачать осужденных в черные одежды, привязывать к ним веревками черные доски с надписью о совершенном преступлении (вор, убийца, насильник и пр.), возить преступников в таком обличии по улицам городов с барабанным боем и исполнять приговор публично на специальных эшафотах.

Указами Александра 1 была упразднена пытка, “чтобы самое появление пытки, стыд и укоризну человечеству наносящее, изглажено было из памяти народа”. Законом 1817 г. были отменены рвание ноздрей преступникам, жестокие истязания осужденных на каторжные работы.

Уголовные законы были помещены в XV том Свода, получившим название - Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Сперанский был вынужден признавать несовершенство XV тома, и он продолжал работать над кодификацией уголовного законодательства. Уложение несло на себе печать феодализма. Привилегированные сословия (дворяне, духовенство, почетные граждане, купцы обеих гильдий) не подлежали телесному наказанию, они подвергались более мягким наказаниям, чем крестьяне и рабочие, за одно и то же преступление.

Уложение знало смягчающие и отягчающие вину обстоятельства, умышленное и неумышленное преступления и проступки. Уложение различало стадии преступления: приготовление к преступлению, покушение, оконченное преступление. Соучастники в преступлении делились на зачинщиков, сообщников, подговорщиков, подстрекателей, пособников, попустителей, укрывателей.

Свод установил II родов наказаний, разделенных на 35 ступеней, которые должны были представлять одну убывающую прогрессию - от смертной казни до простого внушения.

Наказания делись на уголовные и исправительные. Уголовные наказания предусматривали лишение всех прав состояния и:

1) смертную казнь;

2) ссылку на каторжные работы;

3) ссылку на поселение в Сибирь;

4) ссылку на поселение в Закавказье.

Лишение всех прав состояния заключалось не только в потере прав и имущества, связанных с дворянством, духовным саном или званием, почетным гражданством, но и в прекращении супружеских прав, в прекращении власти родителей над детьми, в потере прав собственности над имуществом.

Исправительные наказания:

1) лишение всех особенных прав и преимуществ и ссылка на житье в Сибирь;

2) ссылка на житье в другие губернии;

3) временное заключение в крепость (от 8 месяцев до 1 года и 4 месяцев);

4) временное заключение в тюрьму;

5) кратковременный арест;

6) выговор, замечание и внушение.

Лишение всех особенных прав и преимуществ заключалось в лишении почетных титулов, дворянства, чинов и права поступать на государственную службу, быть свидетелем и опекуном и т.д.

Девять из двенадцати разделов Уложения были посвящены охране государственного и общественного строя. Преступление против веры влекло тяжелые кары. Исключительно тяжелые наказания были предусмотрены за государственные преступления(бунт против верховной власти, противодействие властям и т.д.).

Три следующие раздела содержали преступления против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц, преступления против прав семейных, против собственности.

Судебные органы подверглись также реформированию. Верхний земский суд, губернский магистрат, верхняя расправа упразднены. Права дворян в отправлении правосудия согласно Учреждению о губерниях значительно расширены. Дворяне выбирают председателей палат гражданского и уголовного суда, которые стали судами второй инстанции по делам всех сословий.

Только дворянам было предоставлено право выбирать совестного судью, заседателей вышеназванных палат, уездных судов, земских исправников, становых приставов.

Для государственных крестьян устанавливалась специальная юстиция из двух инстанций: сельской и волостной. В сельском обществе действует “сельская расправа”, состоящая из сельского старшины и двух избираемых сельским сходом “добросовестных”. Она могла приговаривать крестьян к штрафу до 1 рубля, работе до 6 дней и к телесному наказанию до 20 ударов розгами. Приговор сельской расправы можно было обжаловать в волостную расправу.

Отрешенность правительства от реальных нужд народа особо ярко проявилась в господстве “военщины”, которая занимала особое место в ряду правительственных забот.

§8. Декабристы

Войны с Наполеоном имели весьма серьезные последствия для развития политической и общественной мысли в России. Русские офицеры, среди которых находилась лучшая, наиболее образованная и идеалистически настроенная часть дворянской молодежи, имели возможность познакомиться с антифеодальными движениями на Западе, с представителями либеральной буржуазии, представительными органами, усвоили свободный образ мысли, стыдясь за Россию, так глубоко униженную самовластием.

Но что увидела русская армия у себя на Родине по возвращении из-за границы? Рабство и нищету огромного большинства населения и ничем не сдерживаемый произвол властей. Среди армии, совершившей тяжелый поход и оказавшейся в прежнем униженном положении, негодование было всеобщее, начиная от генералов и кончая солдатами. “Мы проливали кровь, - говорили солдаты, - а нас заставляют опять потеть на барщине. Мы избавили Родину от тирана, а нас опять тиранят господа”. Глухой ропот, разнесенный армией в народе, в последние годы царствования Александра 1 перешел в многочисленные возмущения крепостных против господ.

Молодые офицеры, воодушевленные идеями политической свободы, стали организовываться в кружки. Однако дальше разговоров о тяжелом положении России они не шли, т.к. продолжали верить, что Александр 1 даст стране конституцию, как он об этом вскользь упомянул при открытии сейма в Варшаве. Но с 1817 г. Александр 1 окончательно подчинился влиянию Аракчеева и навсегда отвернулся от идеалов своей молодости.

Последняя треть царствования Александра 1 ознаменовалась пышным расцветом политики гнета и самовластия. Военные поселения нанесли последний удар популярности императора. Политика репрессий толкала оппозиционные элементы к устройству тайных обществ: Союза спасения. Союза благоденствия и как ответвлений последнего - Северного и Южного обществ. При всей разноголосице о целях этих организаций несомненным является то, что главной своей задачей они ставили уничтожение в России самодержавия и установление представительного правления. Первым шагом в реформе государственного строя страны они считали освобождение крестьян от крепостной зависимости.

После смерти Александра 1 в ноябре 1825 г. наступило междуцарствие, которым члены Северного общества решили воспользоваться для переворота.

27 ноября был созван Государственный Совет для принесения присяги Константину. Константин от престола отказался. В России создалось неслыханное “междуцарствие при двух императорах”. Николай присягнул Константину, а Константин отрекся от престола в пользу Николая. Эта неопределенность тянулась до 14 декабря.

Члены Северного общества почти открыто готовились к выступлению, которое решено было начать в день присяги Николаю 14 декабря. В обществе и в гвардии отношение к Николаю было враждебное. Все боялись, что на престоле окажется генерал, одержимый страстью к фронту, грубый, малообразованный и совершенно не подготовленный к государственным делам.

14 декабря 1825 г. значительная часть войск наотрез отказалась присягнуть Николаю. Тем временем стягивались верные Николаю войска. Мятежное каре оказалось со всех сторон окружено войсками. Солдаты ждали выступления мятежников, чтобы к ним присоединиться, но восставшие не проявили никакой инициативы. Диктатор С.П. Трубецкой к ним не явился.

Попытки подействовать на мятежников мирными средствами не удались. И тогда Николай решил разбить каре атакой конной гвардии, но народ встретил ее градом камней и поленьев. Николай пустил в ход артиллерию. Восставшие не выдержали и бросились врассыпную.

Приказ Николая убрать трупы к утру был выполнен “самым бесчеловечным образом”. Исполнители царского приказа сделали на Неве несколько прорубей, в которые побросали не только трупы, но и тяжело раненых.

Следствие по делу декабристов началось немедленно.

Всю ночь сам Николай допрашивал организаторов восстания. Сыск оказался для него родной стихией. О защите подсудимые и помышлять не могли, вплоть до объявления приговора декабристы не знали, что над ними учрежден суд.

Верховный уголовный суд под давлением Николая еще до окончания процесса решил, что все подсудимые по закону должны быть казнены. Члены Святейшего Синода, участвовавшие в суде, подали голос за смертную казнь для всех подсудимых.

Из 121 человека подсудимых приговором Верховного уголовного суда были осуждены: пять человек к смертной казни четвертованием; 31 человек - к смертной казни отсечением головы; 17 человек - к вечной ссылке на каторжные работы; остальные 85 человек - к каторге без срока и на срок, на поселение. Указом 10 июля 1826 г. царь проявил монаршее милосердие. Осужденным к смертной казни отсечением головы казнь была заменена каторгой, остальным 85 подсудимым наказание было смягчено.

Полковник Павел Пестель, Кондратий Рылеев, подполковник Сергей Муравьев-Апостол, подпоручик Михаил Бестужев-Рюмин и поручик Петр Каховский вместо четвертования были приговорены к повешенью. Этот приговор был приведен в исполнение ночью с 12 на 13 июля на валу кронверка Петропавловской крепости. Восстание декабристов потерпело поражение, но дело их не пропало. Они победили морально, заставив широкие слои общественности критически взглянуть на самодержавную Россию. Выступление патриотов-дворян ускорило будущие реформы общественного и государственного строя.

 

Глава 8

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО РОССИИ В ПЕРИОД УТВЕРЖДЕНИЯ КАПИТАЛИЗМА (вторая половина XIX в.)

 

§1. Предпосылки реформ

К середине XIX столетия общий кризис феодально-крепостнической системы достиг наибольшей остроты.

Феодально-крепостнический строй исчерпал возможности своего развития. Незаинтересованность крепостного работника в результатах своего труда исключала возможность применения машин и улучшения агротехники в помещичьем хозяйстве. Значительная масса помещиков все еще видела главный способ повышения доходности имений в увеличении повинностей крестьян. Нередко обнищавшие деревни страдали от голода, что в свою очередь пагубно сказывалось и на помещичьем хозяйстве. Страдала и казна, ведь за крестьянами числились десятки миллионов рублей недоимок (долгов) по государственным налогам и сборам.

Сохранение феодально-крепостнических отношений серьезно тормозило развитие промышленности, особенно горной и металлургической, где широко использовался труд крепостных, так называемых посессионных рабочих. Труд их был неэффективен, и владельцы заводов сами стремились от них избавиться. Однако вольнонаемных рабочих было найти трудно, поскольку основная масса населения была закрепощена и не было рынка свободной рабочей силы. Препятствовала развитию промышленности и узость рынка сбыта, так как нищее крестьянство, составляющее подавляющее большинство населения страны, не имело средств на покупку промышленных товаров. Все это породило обострявшийся экономический и политический кризис в стране. Особенно тревожили правительство усиливающиеся крестьянские волнения.

Фактором, который ускорил ликвидацию крепостнического строя, была Крымская война 1853-1856 гг., закончившаяся поражением царского правительства. Война показала отсталость и бессилие России. Рекрутские наборы, повышенные налоги и повинности, расстройство торговли и промышленности обострили нужду и бедствия угнетенных масс. Военные поражения привели в ряды оппозиции значительные слои буржуазии и дворянства. В этой обстановке правительство сочло необходимым приступить к подготовке отмены крепостного права. Уже вскоре после заключения Парижского мирного договора, завершившего Крымскую войну, новый царь Александр II (сменивший на престоле умершего в феврале 1855 года Николая 1), выступая с речью в Москве перед предводителями дворянских обществ, сказал, имея в виду отмену крепостного права, что лучше, чтобы это произошло сверху, нежели снизу.

§2. Отмена крепостного права

Подготовка крестьянской реформы началась в 1857 г. С этой целью был создан Секретный комитет, однако уже осенью того же года пришлось приоткрыть завесу секретности, и он был преобразован в Главный комитет по крестьянским делам. Одновременно создаются Редакционные комиссии и губернские комитеты. Все эти учреждения состояли исключительно из дворян. В них не были допущены даже представители буржуазии, не говоря уже о крестьянах.

Подъем крестьянского движения заставил правительство ускорить подготовку реформы и отвергнуть попытки реакционных крепостнических кругов отпустить крестьян “на волю” без земли или хотя бы затормозить реформу. Однако ряд предложений, исходящих от этих кругов, был учтен правительством на заключительном этапе подготовки реформы. Выступая на заседании Государственное Совета при обсуждении проекта реформы, император подчеркнул, что “все, что можно было сделать для защиты интересов дворянства, было сделано”.

19 февраля 1861 г. Манифест, Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости и другие акты о крестьянской реформе (всего 17 актов) были подписаны царем.

Законы от 19 февраля 1861 г. разрешили четыре вопроса: 1) о личном освобождении крестьян; 2) о земельных наделах и повинностях освобожденных крестьян; 3) о выкупе крестьянами своих земельных наделов; 4) об организации крестьянского управления.

Рассмотрим каждый из этих вопросов. С момента опубликования Манифеста об освобождении крестьян прекращалось право помещика распоряжаться личностью крестьянина, т.е. продавать его, покупать, дарить как вещь, насильно женить и выдавать замуж, переселять с места на место, отдавать в услужение и в работы, произвольно по своему усмотрению наказывать. Крестьяне получали личные и имущественные права, в том числе: на самостоятельное, без разрешения помещика, вступление в брак, заключение договоров; свободное занятие торговлей и промышленностью; ведение своих судебных дел; участие в работе органов общественного самоуправления; поступление на службу, на учебу; приобретение движимой и недвижимой собственности; наследование имущества и т.д.

Закон установил двухлетний срок для составления уставных грамот, в которых определялись взаимоотношения помещиков и крестьян. Характерно, что уставные грамоты составлялись помещиками, а их соответствие закону удостоверяли мировые посредники, призванные улаживать конфликты между помещиками и крестьянами. Правда, они сами назначались Сенатом по представлению губернаторов из числа местных дворян-помещиков, так что объективность их была чисто условной.

В течение этих 2-х лет крестьяне обязаны были отбывать прежние повинности (барщину, оброк) в пользу помещиков, за которыми сохранялось право вотчинной полиции и попечительства. С составлением уставной грамоты крестьяне получали земельные наделы, но впредь до заключения выкупной сделки считались временнообязанными. Это означало, что вся земля еще считалась собственностью помещика, а за пользование ею крестьяне несли повинности (барщину и оброк). И лишь с заключением выкупной сделки и выплатой первого взноса за землю крестьяне приобретали статус крестьян-собственников и получали все права свободных сельских обывателей. Но и тогда сохранялись пережитки их феодальной неполноправности. Они оставались податным сословием, т, е. были обязаны нести рекрутскую повинность, платили подушную подать (налог), могли быть подвергнуты телесным наказаниям.

Как уже говорилось, крестьяне при освобождении наделялись землей - приусадебным участком и полевым наделом (за исключением дворовых), причем наделялись в обязательном порядке и даже не могли от этой земли отказаться или продать в течение 9 лет после издания закона о реформе. Установление такого порядка объяснялось полицейскими соображениями. Правительство стремилось избежать нежелательного скопления в городах лишенных земли, работы и средств к существованию бывших крестьян, способных на массовые беспорядки и восстания.

Что же касается размеров полевых земельных наделов, передаваемых крестьянам, и размеров и порядка их выкупа у помещиков, то все это в законе определялось с учетом исключительно интересов помещиков.

Губернии великорусские, левобережной и южной Украины и восточной Белоруссии, в которых в первую очередь проводилась реформа, делились на 3 полосы в зависимости от качества земли: нечерноземную, черноземную и степную. В каждой полосе были установлены свои нормы наделения крестьян землей. Эти нормы были, как правило, меньше того количества земли, которым крестьяне фактически пользовались до реформы. Мелкопоместным помещикам, владевшим небольшим количеством земли, предоставлено было право выделять крестьянам наделы меньше установленной нормы. Наконец, крестьяне по соглашению с помещиками могли получить так называемый “даровой” надел (без выкупа) размером 0,25 низшей нормы. Поэтому в ходе реформы у крестьян часть земли была отрезана. Всего было отрезано свыше 5 млн. га земли, что составляло в среднем около 20% крестьянских земель, но в некоторых губерниях потери крестьян доходили до 40% той земли, которой они пользовались до реформы.

Размеры выкупных платежей определялись не стоимостью земли, а размерами дореформенных крестьянских феодальных повинностей (оброка). Таким образом, размер выкупного платежа был гораздо выше стоимости земли, он включал фактически и стоимость личности крестьян. Характерно, что вся надельная земля по тогдашней рыночной цене стоила 544 млн. рублей, крестьяне же должны были за нее заплатать 867 млн. рублей.

20-25% выкупной суммы крестьяне выплачивали наличными деньгами, а 75-80% помещики получали от государства, которое в свою очередь взыскивало эти деньги с крестьян в рассрочку в течение 49 лет. Иными словами, правительство предоставляло крестьянам для расплаты с помещиками кредит на 49 лет под 6% в год. Всего за 40 с лишним лет крестьяне вместе с процентами выплатили государству около 2 млрд. рублей, вчетверо больше того, что стоила переданная им земля.

На основной части территории страны (Великороссии, большей части нынешней Украины и Белоруссии) сохранялась общинная форма землепользования. Община являлась собственником земли, так как она (а не каждый отдельный крестьянин) выкупала землю, и внутри общины эта земля периодически перераспределялась между крестьянскими дворами. Община платила налоги и повинности, распределяла их между своими членами. Все члены общины в отношении выплаты налогов, повинностей и выкупных платежей были связаны круговой порукой, и за неплательщиков платили исправные плательщики. Но община в свою очередь по решению сельского схода могла неплательщика наказать вплоть до публичной порки или принудительно отдать на заработки.

Но вместе с тем община создавала для крестьянина определенную социальную защищенность от внезапного разорения по случаю болезни, смерти кормильца и т. д. Этим и объяснялась в значительной мере устойчивость русской общины.

В тех регионах, где не было общинного землепользования (бывшее Царство Польское, Западный край, Прибалтика. Север, Сибирь и т. д.), устанавливался подворно-участковый порядок наследственного землевладения. Он давал возможность крестьянину более свободно распоряжаться землей, хотя отчуждать ее можно было лишь с согласия сельского схода и лишь по истечении 9 лет с момента объявления реформы.

Таковы были условия освобождения от крепостного права помещичьих крестьян, которые составляли до 2/3 общей массы крестьянства. Однако были и другие категории крестьянства: удельные (т.е. принадлежавшие царской фамилии и управлявшиеся Департаментом уделов), государственные крестьяне, крепостные рабочие. Удельные и государственные крестьяне получили практически всю землю, которой они пользовались до реформы, на более легких условиях, чем помещичьи крестьяне. Крепостные рабочие (главным образом на уральских заводах) получали усадьбы, но полевой надел лишь в том случае, если он у них был до реформы.

Органами крестьянского самоуправления в сельских обществах, объединявших крестьян-домохозяев в селах, являлись сельские сходы, избиравшие сельских старост и других должностных лиц. Сходы решали вопросы порядка пользования землей, увольнения из общины и приема в нее, взыскания недоимок. Сельские общества объединялись в более крупные единицы - волости с населением от 300 до 2000 человек. Выборные должностные лица общин и волостей - сельские старосты, волостные старшины, волостные судьи - обеспечивали исправную выплату налогов и выполняли мелкие полицейские функции. Их деятельность контролировали мировые посредники. Так на место сеньориальной власти отдельных помещиков была поставлена власть представителей дворянства - мировых посредников. Общее руководство деятельностью мировых посредников осуществляли губернские по крестьянским делам присутствия под председательством губернаторов.

§3. Земская и городская реформы

Требования реформ государственного аппарата, в частности местного управления, судебной системы, полицейских органов, отмены цензуры, были высказаны либеральными слоями дворянства еще во время подготовки крестьянской реформы. После ее проведения правительство убедилось, что новых реформ не избежать, и начало их подготовку.

Одной из наиболее крупных реформ явилось учреждение местного самоуправления. 1 января 1864 г. император Александр II утвердил Положение о губернских и уездных земских учреждениях. В соответствии с этим Положением в каждой губернии и в каждом уезде избирались губернское и уездное земские собрания. Эти собрания в свою очередь избирали исполнительно-распорядительные органы - уездные и губернские земские управы.

Выборы были бессословные, но от участия в них отстранялись женщины, учащиеся, народные учителя, “находящиеся в услужении у частных лиц” (в эту категорию наряду со слугами входили также рабочие и служащие частных промышленных предприятий) и т.д., а также армия и полиция, поскольку они считались вне политики.

Населением избирались лишь члены уездных земских собраний, причем избиратели делились на три избирательные курии: уездных землевладельцев, городских избирателей, выборных от сельских общин. Если для избирателей первых двух курий, имевших высокий имущественный ценз, выборы были прямыми, то для крестьян, избиравших по третьей курии, выборы были многостепенными.

Губернские земские собрания избирались депутатами (они назывались “гласными”) уездных земских собраний. Избирательная система строилась с таким расчетом, чтобы обеспечить фактическое преобладание в органах земского самоуправления русского дворянства, хотя формально органы эти были всесословные.

По образцу земских учреждений в 1870 г. были созданы бессословные органы городского самоуправления. В соответствии с Городовым положением 16 июня 1870 г. в городах избирались сроком на 4 года городские думы, которые в свою очередь создавали исполнительно-распорядительные органы - городские управы во главе с городским головой.

Правом участвовать в выборах в городские думы пользовались лишь плательщики городских налогов. Все участвовавшие в выборах разделялись на три избирательных собрания: в состав первого включались наиболее крупные налогоплательщики, вносившие в общей сложности '/з всех городских налогов; во втором собрании участвовали менее крупные налогоплательщики, вносившие вторую треть налогов; в третьем собрании все остальные мелкие налогоплательщики, вносившие оставшуюся треть общей суммы налогов. Такая система выборов давала преимущества в городских думах крупной буржуазии и крупному дворянству, владевшему городскими домами-усадьбами. Так, в Москве две первые курии, избиравшие 2/3 членов городской думы, составляли всего лишь 13% всех избирателей. При этом нужно учитывать, что число избирателей было невелико. Оно, например, в Петербурге и Москве не превышало в то время 20-21 тыс. человек, т. е. 5% взрослого населения этих городов. Учитывая, что как в земских, так и в городских учреждениях ведущая роль предназначалась дворянству, органы местного самоуправления не создавались в тех местностях, где дворянства не было, как, например, в Сибири, или же оно было нерусским по национальности (Польша, Литва, Правобережная Украина, западные районы Белоруссии, Кавказ). Да и в русских губерниях создание земских учреждений растянулось на многие десятилетия и было завершено лишь после революции 1905-1907 гг.

Органы местного самоуправления строили и содержали дороги местного значения, организовывали медицинскую помощь населению (содержали земские больницы), содержали народные школы, занимались благоустройством городов и населенных пунктов и т.д. Однако деятельность его в этом отношении сдерживалась скудностью доходной части местного бюджета, который составлялся из особых земских сборов, своей тяжестью ложившихся опять-таки на податные сословия. Попытки некоторых земств обложить более высокими налогами промышленников и торговцев были пресечены правительством. Оно не только не оказывало помощи местному самоуправлению, но развернуло против него самое настоящее наступление, особенно после покушения Каракозова на царя в апреле 1866 г. Органы местного самоуправления рассматривались царскими сановниками как рассадник либерализма, а потому их следовало, по их мнению, всячески ущемлять. Так, на земства была возложена значительная часть расходов по содержанию местного государственного аппарата: полицейских, судебных и других учреждений. Губернаторам было предоставлено право приостанавливать действие постановлений органов самоуправления, отказывать в утверждении в должности любого чиновника местных учреждений (в том числе и в органах самоуправления), закрывать собрания разных частных клубов, обществ и артелей. Характерная деталь: проводить в жизнь постановления органов самоуправления должна была полиция, но она им не подчинялась, а выполняла лишь приказы губернатора. Следовательно, от губернатора зависело, будут выполняться решения местного самоуправления или нет.

4 мая 1867 г. Сенат объявил сношения земских учреждений различных губерний незаконными. Эта мера объяснялась опасениями правительства, как бы депутаты местных органов самоуправления не договорились о создании явочным порядком всероссийского парламента. 13 июня того же года был издан закон о запрещении земским учреждениям без особого разрешения губернатора даже печатать свои постановления и отчеты.

§4. Местное управление

Политико-административная власть на местах по-прежнему всецело была в руках назначаемых царем губернаторов, деятельностью которых руководило Министерство внутренних дел. Практиковалось также в некоторых случаях объединение нескольких губерний под властью генерал-губернаторов, которые, как правило, являлись одновременно и командующими войсками военных округов. Так, в 1879 г. в ответ на террор народовольцев были учреждены должности временных генерал-губернаторов с чрезвычайными полномочиями в Петербурге, Харькове и Одессе.

Губернатор управлял губернией через посредство губернского правления и состоявшие при нем различные “присутствия” (по делам .крестьянского управления, по делам воинской повинности и т. д.). Большую роль в местном управлении играли дворянские общества и церковное управление. Первыми лицами в губернии были губернатор, губернский предводитель дворянства и архиерей (глава епархии).

Некоторыми особенностями отличалось управление национальными окраинами. Наиболее своеобразным, как уже говорилось, было управление Финляндией. Здесь сохранялись законодательный орган (сейм), местная национальная администрация, полиция, таможенная служба, даже граница между Россией и Финляндией. Но российский император являлся одновременно великим князем финляндским, а его представитель - генерал-губернатор возглавлял исполнительную власть и командовал войсками. В российском центральном аппарате ближайшим советником императора по вопросам управления Финляндией был министр-статс-секретарь по делам Великого княжества Финляндского. В 1863 г. после почти полувекового перерыва царь Александр II созвал заседание сейма, на котором была подтверждена автономия Финляндии.

Особым правовым статусом отличались казачьи области. Их во второй половине XIX века было одиннадцать (Донское, Кубанское, Терское, Астраханское, Уральское, Оренбургское, Семиреченское, Сибирское, Забайкальское, Амурское и Уссурийское).

Все казачьи области находились в ведении Главного управления казачьих войск. Его шефом по традиции (с 1827 г.) числился наследник российского престола. Во главе каждого казачьего войска стоял наказной (т. е. назначенный правительством) атаман и при нем - войсковой штаб, управлявший областью через назначенных им атаманов отделов или окружных атаманов (в Донском и Амурском войске). В станицах и хуторах атаманы избирались станичным или хуторским казачьим кругом.

С 18 лет казаки обязаны были нести военную службу в течение 20 лет, из которых 4 года в строю, а остальное время в запасе с периодическими лагерными сборами. На службу они являлись со своим конем, обмундированием, снаряжением и холодным оружием. Но тяготы казачьей службы компенсировались и особыми привилегиями, и прежде всего в землепользовании, что обеспечивало особую надежность и преданность казаков власти. По Положению о поземельном устройстве казачества от 19 апреля 1869 г., земля закреплялась за казачьим войском, и ею распоряжалось казачье начальство. Практически земля закреплялась за казачьими общинами: станицами и хуторами. Каждый казак получал из общинной земли “пай”, в среднем 30 десятин. Остальная земля составляла войсковой запас, из которого выделялись “паи” новым казакам. В 70-80-е гг. в казачьих станицах появляются и крестьяне неказаки (“иногородние”): они лишь арендовали землю у казачьих общин и отдельных казаков. Таким образом, казаки обладали монопольным правом на землю в казачьих областях. Их обеспеченность землей была значительно выше, чем у крестьян. Они имели и некоторые другие сословные привилегии, в том числе право ношения холодного оружия и казачьей формы.

Своеобразием отличалось местное управление в прибалтийских губерниях (Эстляндской, Курляндской и Лифляндской). В них наряду с общеимперской администрацией (губернаторами, губернскими управлениями и т.д.) сохранялись старые дворянские и городские сословные органы самоуправления и суда, в которых делопроизводство велось на немецком языке. Обучение в школах также шло на немецком языке. Это объяснялось тем, что и после присоединения к России в Прибалтике сохранилось господствующее положение немецкого дворянства (остзейских баронов) и немецкой буржуазии в городах. Их привилегии были официально закреплены в “Аккордных пунктах”, подписанных Петром 1 с представителями прибалтийского немецкого дворянства и городов еще вначале XVIII века. Сохранение этих привилегий вплоть до 80-х годов XIX века было обусловлено тесными связями остзейских баронов с правительственными верхами Российской империи, и прежде всего с царским двором.

Однако в целом преобладала тенденция к унификации местного управления. В начале 60-х годов с окончанием кавказской войны упраздняется должность наместника Кавказа и на территории Закавказья и Северного Кавказа учреждается общероссийская губернская администрация. После подавления польского восстания была упразднена должность наместника царства Польского, а на бывшей польской территории в 1867 г. образован Привислинский край. Территория Литвы и западной части Белоруссии вошли в Западный край. Оба эти административно-территориальных образования управлялись генерал-губернаторами.

Тенденция к унификации затронула и прибалтийские губернии. В 1888 г. была ограничена власть вотчинной полиции немецких баронов над коренным крестьянским населением. В 1889 г. упразднены средневековые сословные суды немецкого дворянства и сословные городские суды немецкой буржуазии. Одновременно в административных учреждениях, суде и школе немецкий язык был заменен на русский.

В управлении национальными регионами царское правительство искусно использовало существовавшие в них национальные, социальные и религиозные противоречия. Особенно ярко это проявилось при подавлении восстания в Польше в 1863 г. Восстание это в нашей литературе обычно рассматривалось как национально-освободительное. В какой-то мере оно таковым и было. Однако не следует забывать, что программа руководящего центра повстанцев, в котором ведущую роль играли крупные паны-помещики, носила националистический и шляхетский характер*1*. Ее основными пунктами были: восстановление Польши в границах 1772 г., т. е. включая Литву, Белоруссию и правобережную Украину, и сохранение шляхетского (помещичьего) землевладения *2*. По своему социальному составу повстанческие отряды состояли в основном из мелкой шляхты, шляхетской интеллигенции, учащейся молодежи. Крестьянство занимало пассивную позицию. Пока царское правительство делало ставку на военные методы подавления, отряды повстанцев в лесах были неуловимы. Но как только назначенный в Царство Польское помощником наместника фельдмаршала Ф.Ф. Берга по гражданской части видный либеральный деятель Н.А. Милютин добился изменения условий крестьянской реформы, положение радикально изменилось. На территории Литвы, западных губерний Белоруссии и Правобережной Украины, где помещиками были поляки, а крестьяне- украинцы, белорусы и литовцы, были существенно увеличены крестьянские земельные наделы, уменьшены выкупные платежи, расширены права крестьян на пользование выпасами, лесами и т.д. На территории собственно Польши крестьяне-поляки получили всю землю, которой они пользовались до реформы, практически без выкупа (выкупные платежи в пользу шляхтичей-помещиков были заменены поземельными налогами в пользу государства). Эти меры привели к политической изоляции повстанцев. Крестьяне сами их ловили в лесах и отдавали русским властям.

*1* Шляхтой называли польское дворянство.

*2* Характерно, что руководство повстанцев (особенно из числа крупного дворянства) основную ставку делало на военное вмешательство западных держав. Эти надежды были небеспочвенны. Англия, Франция и Австрия попытались интернационализировать конфликт в Польше, чтобы создать дипломатический повод для военного вмешательства. В действительности целью правительств этих стран была вовсе не помощь Польше (хотя им приходилось считаться с общественным мнением своих стран и маскировать свои истинные цели), а попытка восстановить действие ограничительных для России условий унизительного Парижского мирного договора, заключенного после проигранной Россией Крымской войны, и подорвать ее влияние на европейскую политику.

Однако твердая позиция российского правительства, быстрое подавление польского восстания и отправка двух эскадр военного флота в Атлантический и Тихий океаны охладили пыл британского, а затем и французского, и австрийского правительств.

Во второй половине XIX в. существенно расширились границы Российской империи, и в связи с этим произошли определенные изменения в местном управлении.

На Дальнем Востоке Россия, освоив Приамурье и Приморье, прочно вышла к Тихому океану. Процесс этого освоения был непростым. Еще с конца XVII века колонизаторские устремления России в направлении Приамурья и Приморья натолкнулись на аналогичные устремления Цинской империи (Китай). По Нерчинскому договору (1689 г.) этот регион достался Китаю. Однако китайского населения там не было, а с немногочисленным местным населением - охотниками и рыболовами-удэгейцами - торговали русские купцы. Большая часть территории данного региона вообще не была исследована и оставалась неизвестной, т. е. фактически была ничья. В первой половине и середине XIX века ряд русских экспедиций обследовали побережье Охотского и Японского морей и основали русские поселения - опорные пункты. По инициативе генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева-Амурского начались переговоры с Китаем и были заключены Айгунский (1858 г.), Тяньцзиньский (1858 г.) и Пекинский (1860 г.) договоры, по которым Приамурье и Приморье были присоединены к России. Вскоре там возникли города Благовещенск, Хабаровск, Владивосток, ставший позднее главной базой Тихоокеанского флота.

Особенность управления данным регионом состояла в том, что генерал-губернатор Восточной Сибири был не только полновластным правителем и командовал войсками, но и наделялся правом вести дипломатические переговоры от имени правительства с сопредельными государствами. Его власть фактически распространялась и на Сахалин*1* и Курильские острова, хотя Сахалин с 1853 г. управлялся Российско-американской компанией, образованной в конце XVIII в. для управления российскими владениями на американском континенте - на Аляске и в Северной Калифорнии. Калифорнийские владения были потеряны Россией в первой половине XIX в., и к середине века в российском владении осталась лишь Аляска. Однако примерно с 40-х годов XIX в. усилился поток на Аляску американских колонистов и китобоев, хищнически охотившихся на китов и морского зверя в территориальных водах Аляски. Достаточных военных сил и флота для охраны сухопутных и морских границ Аляски из-за отдаленности ее от центра страны и

*1* Российский флаг над Сахалином был поднят еще в 1806 г.

отсутствия коммуникаций у России не было. Опасаясь захвата Аляски главной соперницей России в то время - Англией, российское правительство приняло предложение США о продаже Аляски. В 1867 г. Аляска была продана США за 7,2 млн. долларов золотом, в связи с чем Российско-американская компания была упразднена, а Сахалин и Курильские острова вновь переданы в управление генерал-губернатора Восточной Сибири.

В связи с особой остротой в настоящее время проблемы Курильских островов остановимся несколько подробнее на их судьбе и судьбе о. Сахалин.

В 1855 г. между Россией и Японией был заключен договор, по которому Курильские острова юридически закреплялись за Россией, а Сахалин оставался “неразделенным” между Россией и Японией, претендовавшей на его южную часть. В 1875 г., воспользовавшись опасностью для России втягивания ее в чреватый войной франко-германский конфликт и слабостью военных сил России на Дальнем Востоке, Япония сумела навязать России Петербургский договор (1875 г.) о передаче Курильских островов Японии в обмен на ее отказ от претензии на южную часть Сахалина.

В результате поражения России в русско-японской войне 1904-1905 гг. по Портсмутскому мирному договору 1905 г. Россия была вынуждена передать Японии южную часть о. Сахалин. На Ялтинской конференции трех держав (СССР, США, Великобритании) в феврале 1945 г. президент США Ф. Рузвельт обратился к И.В. Сталину с просьбой оказать помощь в войне с Японией и тем самым способствовать ее скорейшему окончанию. В ответ на эту просьбу Советское правительство согласилось вступить в войну с Японией не позже 90 дней после окончания войны с Германией, но при определенных условиях, в том числе при условии “возвращения Советскому Союзу южной части о. Сахалин и всех прилегающих к ней островов”, а также “передачи Советскому Союзу Курильских островов”. В решениях Ялтинской конференции подчеркивалось, что “эти претензии Советского Союза должны быть безусловно удовлетворены после победы над Японией”*1*.

В августе 1945 г. СССР во исполнение своих обязательств перед союзниками по антигитлеровской коалиции вступил в войну с Японией, советские войска заняли южную часть о. Сахалин и Курильские острова.

*1* См.: Тегеран. Ялта, Потсдам. Сб. док. М., 1967. С. 155.

В представленном к подписанию на конференции в Сан-Франциско в 1951 г. мирном договоре с Японией в ст. 2 говорилось, что “Япония отказывается от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и на ту часть Сахалина и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 г.”*1*. СССР, хотя и участвовал в конференции в Сан-Франциско, однако мирный договор с Японией не подписал, поскольку в нем не были учтены советские предложения и главное среди них - вывод американских войск с территории Японии. Не подписали этот договор и ряд стран: Китай, Индия, Бирма, Чехословакия и др. Но США, Великобритания, Франция и другие его подписали. Подписала его и Япония, подтвердив тем самым свой отказ от претензии на Курильские острова и южную часть Сахалина.

После смерти Сталина и смены японского правительства в 1955 г. вновь встал вопрос о заключении мирного договора между СССР и Японией. Длительные переговоры, в ходе которых японская сторона выдвигала даже требования возврата ей всех Курильских островов и южной части Сахалина, завершилось подписанием 19 октября 1956 г. советско-японской декларации. В ней провозглашалось прекращение состояния войны и восстановление дипломатических и консульских отношений между СССР и Японией. СССР отказывался от претензий по репарациям, обязывался поддержать просьбу Японии о приеме в ООН и т.д. Учитывая интересы Японии, Советское правительство соглашалось передать Японии два острова из Курильской гряды: Хабомаи и Шикотан, наиболее близко расположенные к Японии, но при условии, что фактическая передача может быть произведена лишь после вывода иностранных войск с территории Японии и заключения мирного договора. Однако японское правительство в дополнение к пакту о безопасности заключило в январе 1960 г. с США новый договор о взаимном сотрудничестве и безопасности, в котором юридически закреплялось на неопределенный срок пребывание американских войск на территории Японии. В заявлении Советского правительства, опубликованном 29 января 1960 г., вновь подчеркивалось, что непременным условием заключения мирного договора и передачи Японии островов Хабомаи и Шикотан является вывод американских войск с территории Японии.

В конце 80-х годов XIX в. в связи со стабилизацией границ с Китаем и Японией, заселением дальневосточных земель пере селенцами из центральной России и укреплением власти отпала необходимость сохранения должности генерал-губернатора с чрезвычайными полномочиями. Восточно-Сибирское генерал-губернаторство было разделено на две губернии: Иркутскую и Приамурскую с обычной губернской администрацией. Однако для коренных народов Сибири, Приамурья и Сахалина, живших родоплеменным строем, сохранялись их родоплеменные органы социального управления и суда, признавалось действие обычаев.

*1*См.:Сборник документов и материалов по Японии 1951-1954гг.М.,1954.С.90.

Вторым направлением, в котором проходило расширение границ Российской империи в 60-80-е гг., - это присоединение Средней Азии. К 60-м гг. XIX в. на территории Средней Азии существовали Кокандское и Хивинское ханства и Бухарский эмират - средневековые теократические*1* феодальные государства с сильными пережитками патриархально-родовых отношений и сохранившимся еще рабством. Развитие торгово-хозяйственных связей России и Средней Азии создавало предпосылки и для усиления ее политических позиций в данном регионе. Присоединение Средней Азии к России проходило как добровольно (казахи, киргизы, страдавшие от бесчинств властей Кокандского ханства), так и путем военного завоевания и сопровождалось острым соперничеством с Англией, тоже стремившейся к завоеванию Средней Азии (через Индию и Афганистан). Оно завершилось к середине 80-х годов подписанием соглашения о разграничении сфер влияния. В 1867 г. было образовано Туркестанское генерал-губернаторство, в состав которого вошли Аму-Дарьинская, Семиреченская. Ферганская, Самаркандская и Закаспийская области. Казахские земли в основном вошли в созданное в 1882 г. Степное генерал-губернаторство. На вновь присоединенных территориях было введено военно-административное управление, и областями управляли военные губернаторы. Однако в низовых звеньях волостные управители, кишлачные старшины избирались местным населением. Для коренного населения сохранялись суды казиев и беев, судившие по шариату и адату (обычному праву). Но если одна из сторон была недовольна решением такого суда, она могла обратиться в русский суд. Несмотря на тяжесть военно-административного управления, присоединение к России имело и положительные стороны: запрещено было рабство и наиболее одиозные формы феодальных повинностей, огра

*1* Теократическое - это государство, в котором монарх одновременно является главой государственной и духовной (религиозной) власти.

земли, которыми пользовались дехкане, закреплены были за ними в постоянное потомственное владение. Прежние многочисленные налоги заменены единым 10% поземельным налогом. Прекратились бесконечные феодальные войны и набеги, нарушавшие хозяйство. Наряду с Туркестанским генерал-губернаторством сохранялись (хотя и в урезанном виде) Хивинское ханство и Бухарский эмират, официально находившиеся “под протекторатом” России. Их политику направляли российские резиденты, а бухарский эмир и хивинский хан получили звания генералов русской службы.

§5, Судебная реформа

Старый дореформенный суд особо противоречил потребностям буржуазного развития страны. Он находился в полной зависимости от администрации, которая вмешивалась в решение судебных дел, носил сугубо сословный характер (для каждого сословия были свои судебные органы). Следствие проводилось полицией, гласности судебного процесса не существовало, равно как и состязательности. В судах царили неописуемая волокита (дела тянулись многие годы), взяточничество и дикий произвол*1*. Все это вызывало всеобщее недовольство существовавшей судебной системой.

Подготовка судебной реформы началась еще в 1861 г. В ней участвовал ряд известных юристов (С. И. Зарудный, Д. А. Ровинский и др.). 20 ноября 1864 г. после рассмотрения в Государственном Совете царь утвердил судебные уставы. Всего было введено в действие четыре акта:

1) Учреждение судебных установлений;

2) Устав уголовного судопроизводства;

3) Устав гражданского судопроизводства;

4) Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Судебная реформа провозгласила: отделение суда от администрации, которое обеспечивалось несменяемостью судей и судебных следователей; создание всесословных судебных органов; равенство всех перед судом; суд присяжных; выборность мировых судей; прокурорский надзор за законностью судопроизводства.

*1* О распространении взяточничества можно судить хотя бы по такому факту: министр юстиции граф В.Н. Панин при совершении рядной записи в пользу своей дочери для ускорения дел был вынужден передать судьям через одного из чиновников Министерства юстиции взятку в 100 рублей (см. Ефремова Н.Н. Министерство юстиции Российской империи. 1802-1917 гг. М., 1988, С. 60).

Сам порядок судопроизводства был перестроен на основе принципов состязательности, гласности, устности, непосредственности, права обвиняемого на защиту. Введена вместо системы формальных доказательств оценка доказательств по внутреннему судейскому убеждению.

Судебные уставы предусматривали создание бессословных судебных учреждений двух типов - общих судов и мировых судов.

Мировые суды учреждались для рассмотрения мелких уголовных и гражданских дел. Дела решались мировыми судьями единолично в порядке упрощенного судопроизводства. Мировые судьи, а их было несколько в каждом уезде и городе, избирались уездными земскими собраниями из лиц, имевших высшее или среднее образование, высокий имущественный ценз, который несколько понижался только для отставных офицеров.

Приговор или решение мирового судьи можно было обжаловать в уездный съезд мировых судей (в апелляционном порядке) и, наконец, в кассационном порядке в Сенат.

Система общих судов состояла из окружных судов и судебных палат. Первой инстанцией системы общих судов был окружной суд. Их было учреждено 106. Обычно судебный округ совпадал с территорией губернии. Именно в окружном суде рассматривалась основная масса судебных дел как уголовных, так и гражданских.

Те уголовные дела, по которым подсудимым грозили наказания, связанные с лишением или ограничением гражданских прав, рассматривались с участием присяжных заседателей. Заседание окружного суда- с участием присяжных заседателей происходило следующим образом: судебным заседанием руководил председатель коллегии коронных судей (судебных чиновников). Он же по окончании судоговорения делал заключение и ставил вопросы перед присяжными. Присяжные, удалившись в совещательную комнату, выносили вердикт - виновен или невиновен подсудимый и, если виновен, то заслуживает ли снисхождения. Иными словами, вопрос о виновности присяжные решали самостоятельно, независимо от коронных судей. Затем коронные судьи уже без участия присяжных определяли меру наказания и выносили приговор. Приговоры суда, вынесенные с участием присяжных заседателей, не подлежали апелляции, а могли быть обжалованы лишь в Сенат в кассационном порядке по признаку формального нарушения процессуального закона.

Имущественный ценз, необходимый для включения в состав присяжных, был сравнительно высок, В присяжные допускались и крестьяне, занимавшие должности в крестьянском самоуправлении - сельские старосты, волостные старшины и т.д. Но присяжные не избирались, а назначались. Порядок подбора присяжных был такой: специальные комиссии в уездах под председательством уездных предводителей дворянства составляли списки лиц, могущих быть присяжными. Эти списки передавались председателям окружных судов, а те уже составляли списки присяжных: годовые, месячные и на конкретные заседания. Следовательно, решающую роль в подборе присяжных играли предводители дворянства и председатели судов, т.е. представители сословия дворян.

Второй инстанцией по всем уголовным и гражданским делам (за исключением уголовных дел, решаемых с участием присяжных) выступали судебные палаты. Их было всего 14, каждая из них направляла деятельность 8-10 окружных судов. Вместе с тем судебная палата рассматривала в качестве первой инстанции дела по обвинению в преступлениях государственных, должностных и некоторых иных. Эти дела судебная палата рассматривала с участием сословных представителей: губернского и одного из уездных предводителей дворянства, городского головы губернского города и одного из волостных старшин (по жребию). Сословные представители заседали в одной коллегии с коронными судьями (чиновниками), что фактически сводило к нулю роль этих представителей.

Высшей судебной инстанцией оставался Сенат, в котором были кассационные департаменты. Кроме того, при Сенате в 1872 г. было учреждено Особое присутствие Сената для рассмотрения особо важных политических дел. Наконец, дела высших должностных лиц и особо важные дела могли рассматриваться в Верховном уголовном суде, состав которого по каждому конкретному делу назначался императором.

Предварительное следствие было изъято из полиции и передано вновь учрежденному институту судебных следователей, действовавших под общим надзором прокуратуры, однако не входивших в ее состав, а причисленных к окружным судам и пользовавшихся правом несменяемости.

Реорганизовывалась прокуратура. Ее главной задачей стало поддержание государственного обвинения в суде, надзор за деятельностью судебных следователей, полиции, судов и мест заключения. Особое внимание уделялось подбору судебных и прокурорских кадров. Для назначения членом суда, судебным следователем или на прокурорскую должность надо было иметь высшее юридическое образование, стаж работы в правоохранительных органах не менее 5 лет и отличаться “благопристойным поведением”. Выпускники юридических факультетов университетов обычно стажировались при судах не менее 5 лет в качестве кандидатов на судебные должности. Одновременно учреждалась адвокатура. Адвокаты делились на две категории: присяжных поверенных, выступавших защитниками в судах всех видов, и частных поверенных, имевших право выступать лишь в мировых судах.

Присяжные поверенные должны были иметь высшее юридическое образование и стаж работы в качестве помощника присяжного поверенного не менее 5 лет, после чего обязаны были сдать экзамен на право самостоятельного ведения дел.

Судебная реформа была наиболее последовательной буржуазной реформой по сравнению с другими. Но и она сохраняла серьезные пережитки феодальных порядков. Отделение суда от администрации было непоследовательным: Сенат, высший судебный орган страны, одновременно был и административным учреждением. Местные суды фактически контролировались губернаторами. Принцип несменяемости судей и судебных следователей правительство также обходило. Например, широко практиковалось назначение исполняющих обязанности судебных следователей, которых годами не утверждали в должности, поскольку в этом случае на них не распространялся принцип несменяемости. Бессословные по принципам организации мировые и общие суды фактически почти полностью состояли из дворян, так как высшее образование и необходимый имущественный ценз в те времена имели преимущественно дворяне.

Сохранены были и чисто сословные суды - духовные, которые, кроме дел духовенства, рассматривали и некоторые дела светских лиц (например, бракоразводные дела), крестьянские волостные суды, разбиравшие мелкие тяжбы между крестьянами.

Со второй половины 60-х гг. правительство начинает наступление на новые судебные уставы, стремясь ликвидировать принцип несменяемости судей и ограничить компетенцию суда присяжных. В 1866 г. из окружных судов в судебные палаты передаются дела о преступлениях в печати, в 1878 г. - дела о неповиновении властям, оскорблении властей, насильственных действиях в отношении должностных лиц. Присяжные отстранялись от решения этих категорий дел. Следствие по политическим делам передается жандармским управлениям. Это наступление приводит к тому, что в 1889 г. институт мировых судей на большей части территории страны был упразднен и заменен институтом земских участковых начальников.

§6. Военная реформа

Крымская война показала коренные пороки феодальной организации вооруженных сил, оказавшихся неспособными в военном столкновении с буржуазными государствами обеспечить оборону страны. Так, хотя Россия по численности населения превосходила Францию и Англию вместе взятые, у. России не оказалось обученных резервов и в ходе войны русскую армию некем было пополнять. Это объяснялось тем, что русская армия комплектовалась на основе рекрутского набора из податных сословий (крестьян и мещан). Солдаты служили по 25 лет, т.е. практически пожизненно. Поэтому армия как в мирное, так и в военное время имела фактически одну и ту же численность. Военнообученного резерва для развертывания армии во время войны и восполнения боевых потерь практически не было.

Офицерский корпус комплектовался из дворян, т.е. назначения на командные должности производились не за заслуги и знания, а по принципу сословной принадлежности, по протекции. Отсюда крайне слабая общая и боевая подготовка командного состава, особенно высшего.

Запутанная, хаотическая система военного управления, устаревшее вооружение (как следствие отсталости промышленности), крайне слабая маневренность войск, вынужденных передвигаться к месту боевых действий пешим порядком, подчас тысячи километров из-за неразвитости сети железных дорог -все это дополняло общую неприглядную картину состояния армии.

Необходимость военной реформы была ясна даже самодержавному правительству. Ее подготовка началась с 1862 г., когда военным министром был назначен генерал (в будущем фельдмаршал) Д. А. Милютин, либерально настроенный профессор Военной академии. Новый Устав о воинской повинности был введен в действие с 1 января 1874 г.

Существо военной реформы заключалось прежде всего в изменении системы комплектования армии и флота. Вместо набора рекрутов из числа податных сословий была введена всеобщая бессословная воинская повинность. Сроки действительной службы были установлены следующие: в армии 6 лет и 9 лет в запасе; во флоте - 7 лет и 3 года в запасе. Таким образом, новая система комплектования давала возможность создать резерв военнообученных для развертывания вооруженных сил во время войны. Однако этот резерв был сравнительно небольшим из-за слишком длительных сроков действительной службы. Армия не в состоянии была принять всех, подлежавших ежегодному призыву. Поэтому призывники тянули жребий. Тот, кому досталось по жребию, зачислялся на действительную службу, а остальные - в ополчение II разряда, которое практически на службу не призывалось. Но армия предназначалась царским правительством не только для обороны страны, но рассматривалась и как вооруженная опора государственной власти. Для подавления крестьянских бунтов нужен был вымуштрованный солдат, покорно выполнявший любой приказ офицеров.

Как уже говорилось выше, Крымская война показала слабую подготовку офицеров. В ходе войны обнаружилась острая нехватка офицерских кадров, особенно младших офицеров, из-за потерь в боях и отсутствия подготовленных резервов. Поэтому важной задачей реформы явилось укрепление и обновление офицерских кадров, создание резерва офицеров на случай войны.

Была создана широкая сеть военных училищ. В мирное время в офицеры, как правило, производились лица, окончившие военные училища и сдавшие соответствующие государственные экзамены. Для подготовки офицерского резерва на случай войны был учрежден институт “вольноопределяющихся”. Лица с высшим образованием призывались на действительную службу на 6 месяцев, а со средним - на 1,5 года, затем держали экзамен на офицерский чин и увольнялись в запас младшими офицерами.

Реформа открыла дорогу в офицерский корпус разночинной интеллигенции, но только на должности младших офицеров. Генералы и старшие офицеры по-прежнему были в основном родовитыми дворянами.

Реорганизован был аппарат военного управления, все отрасли которого стали подчиняться военному министру (а по флоту - морскому министру). Тогда как ранее во главе ряда отраслей военного управления (командующий гвардией, артиллерией, некоторыми округами и т.д.) стояли великие князья, которые как члены императорской фамилии имели право непосредственного доклада царю, не подчинялись министру и действовали бесконтрольно. Территория страны была разделена на 15 военных округов, во главе которых были поставлены командующие войсками военных округов. Была создана стройная, единообразная система военного управления. Проведена была военно-судебная реформа и отменены в армии телесные наказания. Однако избиение солдат офицерами продолжалось, по-прежнему между привилегированным офицерским составом и бесправной солдатской массой сохранялась пропасть, отделявшая “барина” от “мужика”. Важной составной частью военной реформы явилось перевооружение армии современным по тем временам оружием и строительство парового броненосного флота. Введены были новые военные уставы и перестроено обучение войск.

§7. Реформа полиции и тюремной системы

Отмена крепостного права, революционная ситуация в стране вынудили правительство постепенно реформировать полицейский аппарат. Поскольку прежде крестьяне находились под властью помещиков, то необходимости в большом полицейском аппарате в уездах не было. Поэтому сильный полицейский. аппарат был только в городах, в уездах имелись лишь капитан-исправник, несколько заседателей нижнего земского суда и 2-3 становых пристава в каждом уезде и десяток стражников. После крестьянской реформы положение изменилось, отсюда у правительства возникла потребность в значительном увеличении численности местной полиции. С целью усиления полиции были проведены следующие меры:

1. В 1862 г. уездная и городская полиция уездных городов объединена и в каждом уезде создано единое полицейское управление во главе с исправником, который стал назначаться правительством вместо избрания его дворянским собранием.

2. Расширен низовой аппарат полиции: в 1878 г. учреждены должности участковых урядников и полицейский резерв в уездах - отряды сельской стражи. В каждом уезде было до 30-40 урядников. Кроме того, нужно учитывать, что полиции обязаны были оказывать помощь в сельской местности представители крестьянского самоуправления (волостные старшины, сельские старосты, десятские и т.д.), в городах - дворники.

3. Изменились принципы комплектования полиции. Если до военной реформы, когда нижние чины в армии служили 25 лет, она комплектовалась солдатами и унтер-офицерами старших возрастов, негодными для службы в полевых войсках, то после военной реформы 1874 г. был введен принцип вольного найма по контракту, значительно увеличено жалованье, введены пенсии и иные льготы служащим полиции.

4. Полиция была освобождена от несвойственных ей функций: хозяйственные дела (после земской и городской реформ) перешли к органам местного самоуправления; предварительное следствие (после судебной реформы) передано судебным следователям.

5. В крупных городах вместо прежних управ благочиния созданы полицейские управления во главе с полицмейстерами, а в столицах (Петербурге и Москве) - обер-полицмейстерами (или градоначальниками). Города делились на части (районы) во главе с частными приставами, а те в свою очередь - на участки и околотки с участковыми и околоточными надзирателями.

Увеличивался аппарат и политической полиции. В 1867 г. было принято новое Положение о корпусе жандармов, по которому вместо жандармских округов, включавших в свой состав по нескольку губерний, были созданы жандармские управления в каждой губернии, а в шести губерниях Северо-Западного края и Царстве Польском создавались также и уездные жандармские управления. В отдаленных регионах страны сохранились жандармские округа (Варшавский, Кавказский и Сибирский). Окружные управления объединяли деятельность губернских и уездных жандармских управлений, входивших в эти округа. В крупнейших городах и морских портах были расквартированы жандармские дивизионы и команды. В связи с массовым строительством железных дорог для их охраны учреждались железнодорожные жандармские управления. Однако в целом численность корпуса жандармов была сравнительно невелика: она не превышала 6 тыс. человек.

Начальники губернских жандармских управлений получили звания инспекторов губернской полиции. Таким образом, общая полиция с ее разветвленным аппаратом ставилась под контроль жандармов.

Непосредственным поводом, подтолкнувшим правительство к проведению реформы жандармского аппарата в 1867 г., явилось покушение 4 апреля 1866 г. Д. Каракозова на императора Александра II.

Но действительные причины реформы были гораздо глубже. Дело в том, что когда в середине 20-х гг. XIX в. создавался корпус жандармов, революционное движение было по преимуществу движением дворянских революционеров. Их численность была сравнительно невелика, подавляющее большинство составляли офицеры. Поэтому и жандармерия в то время была немногочисленна*1*, имела чисто военную организацию и нацеливалась главным образом на наблюдение за офицерским корпусом и столичным дворянством. Иное положение сложилось в 60-70-е гг. XIX в. Главной фигурой в революционном движении стал революционер-разночинец. Это привело к переориентации жандармерии на наблюдение за широкими слоями либеральной интеллигенции и студенчества. Отсюда необходимость в создании разветвленной сети территориальных (губернских) жандармских органов.

В 1880 г. завершилось создание единой системы полицейских органов в стране. Политическая полиция (жандармерия) подчинялась III Отделению царской канцелярии, а общая полиция находилась в ведении Министерства внутренних дел, а практически подчинялась на местах губернаторам.

После взрыва в Зимнем дворце 5 февраля 1880 г., организованного С. Халтуриным, учреждается чрезвычайная Верховная распорядительная комиссия, начальник которой - граф М.Т. Лорис-Меликов наделялся по существу диктаторскими полномочиями. К августу 1880 г. комиссия, выполнив свои первоначальные задачи, упраздняется. Однако опыт объединения в одном органе руководства всеми видами полиции, накопленный комиссией, был положен в основу реорганизации Министерства внутренних дел, проведенной 6 августа 1880 г.

Суть ее сводилась к объединению в ведение МВД политической и общей полиции. Непосредственно всеми видами полиции стал управлять департамент полиции. Ill Отделение упразднялось, а общее руководство корпусом жандармов было возложено на министра внутренних дел, получившего одновременно звание шефа жандармов (М.Т. Лорис-Меликова). Командиром корпуса стал товарищ (заместитель) министра внутренних дел - заведующий государственной полицией, он же курировал и департамент полиции.

14 августа 1881 г. издано Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия, которым предусматривалась возможность объявления состояния чрезвычайной и усиленной охраны как в империи в целом, так и в отдельных ее частях, что вело к значительному расширению прав полиции. В соответствии с этим Положением был создан орган внесудебной репрессии - Особое совещание при МВД, которое получило право ссылки в административном порядке в отдаленные районы империи сроком до 5 лет.

*1* Достаточно сказать, что III Отделение царской канцелярии (главный орган политического сыска) в начале 30-х годов, насчитывало лишь около 40 штатных сотрудников. Даже к концу его существования (1880 г.) штат III Отделения не превышал 120 человек.

Корпус жандармов, хотя и был реорганизован (созданы территориальные органы - губернские управления), однако сохранил свою военную организацию. Жандармы по-прежнему были недостаточно приспособлены к ведению политического сыска в среде разночинной интеллигенции*1*. Жандармы использовались главным образом для проведения арестов, дознаний и ведения следствия по делам о государственных преступлениях. Учитывая эти обстоятельства, в 1880 г. в Петербурге при градоначальнике и в Москве при обер-полицмейстере были учреждены специализированные органы политического сыска - отделения по охране государственного порядка и общественной безопасности, сокращенно их стали называть охранными отделениями. Они имели своей задачей борьбу с подлольными революционными организациями при помощи секретной агентуры. Деятельность этих отделений выходила далеко за рамки столичных губерний. Так, созданный при Московском охранном отделении “летучий отряд филеров”, преследовал революционеров на большей части территории империи.

Бурное развитие капитализма, резкое увеличение численности городского населения способствовали росту уголовной преступности. Это вынудило царизм предпринять определенные организационные меры. В частности, еще в 1866 г. при Петербургском градоначальнике было создано сыскное отделение как специализированный орган уголовного розыска.

Одновременно с реформированием полиции была проведена и тюремная реформа. До реформы в России отсутствовало централизованное управление местами заключения. Строго соблюдался принцип сословности в режиме отбывания наказания. Для каждого сословия существовали свои особые места лишения свободы, принадлежащие различным ведомствам. Суть реформы состояла в создании единой общегосударственной тюремной системы. Для руководства ею в 1879 г. было образовано Главное тюремное управление первоначально в составе МВД, а с 1895 г. - в составе Министерства юстиции. Различные смирительные и рабочие дома, арестантские роты, долговые тюрьмы и т.д. были ликвидированы. Вместо сословных тюремных учреждений были созданы тюрьмы трех основных типов: 1) крупные тюрьмы (так называемые “централы”), такие как Александровский централ около Иркутска и др., подчиненные непосредственно Главному тюремному управлению; ему же были переданы Петропавловская и Шлиссельбургская крепости, ранее бывшие в ведении III Отделения; 2) тюрьмы общего типа, подчиненные губернским тюремным инспекциям; 3) каторжные тюрьмы. Практиковалось также заселение отбывшими свой срок каторжниками отдаленных местностей (Сахалина, Якутии и т.д).

*1*Генерал Спиридович, бывший начальником Киевского жандармского управления, а затем начальником личной охраны царя, в своих мемуарах описывал, как жандармские унтер-офицеры вели наружное наблюдение (т.е. шли по следу подозреваемого), надев гражданское пальто поверх формы, со шпорами на сапогах и с саблей под пальто. . Хотя и медленно, но смягчался режим заключения. В 1863 г. отменено клеймение каторжников, в 1895 г. запрещено наказание женщин-заключенных розгами. Раздельно содержались политические и уголовные заключенные. Однако пережитки сословного подхода к заключенным все же сохранились. Устав о содержащихся под стражей 1890 г. устанавливал раздельное содержание лиц высших и низших сословий, разрешая использовать на работах лишь крестьян и мещан.

§8. Финансовая реформа

Существенную роль в приспособлении российского государственного аппарата к условиям буржуазного развития сыграла финансовая реформа. Ее существо сводилось к трем основным элементам. Первый из них - это упорядочение государственных финансов. Дело в том, что до реформы каждое ведомство имело свой бюджет и свою кассу. Такой порядок не обеспечивал аккумуляцию средств в руках центральной власти, серьезно затруднял учет расходов и доходов. Контроль за расходованием средств практически отсутствовал, что способствовало казнокрадству и бесхозяйственности. Ликвидация финансовой самостоятельности министерств и ведомств и введение единого общегосударственного бюджета и единой общегосударственной кассы укрепляло твердый порядок в расходовании средств. Важное значение имело установление гласности бюджета. С 1862 г. роспись государственных доходов и расходов стала публиковаться в печати. Все денежные средства государства теперь концентрировались на счетах Государственного казначейства в Государственном банке, учрежденном в 1860 г. В 1864 г. был реорганизован государственный контроль, который стал проверять целесообразность расходов ведомств и ревизовать состояние финансов. С 1866 г. отчеты государственного контроля об исполнении бюджета стали публиковаться для всеобщего сведения.

Второй элемент реформы - отмена государственной кредитной монополии, что привело к созданию широкой сети коммерческих банков. Учреждение, помимо Госбанка, Крестьянского и Дворянского банков, также сети коммерческих банков отвечало потребностям капиталистического развития.

Третий элемент реформы - изменение налоговой системы. Одним из главных источников доходов был “питейный сбор” (до 40% доходной части бюджета). Государство обычно продавало с аукциона право продажи водки откупщикам, которые сразу вносили всю сумму в бюджет, а потом торговали водкой по монопольной цене в свою пользу и наживали огромные деньги. Винные откупа вызывали наибольшую ненависть народа. С 1863 г. винные откупа были упразднены и введена свободная торговля водкой с уплатой акцизного сбора в казну. В дальнейшем (в конце XIX в.) введена была вновь государственная монополия на водку, но с продажей ее в казенных лавках (без откупов). Упразднен был также архаичный соляной налог. Подушная подать, которая взималась с мужских ревизских душ - крестьян и мещан (духовенство и дворянство были от нее освобождены), также была упразднена и заменена поземельным налогом для крестьян и землевладельцев и промысловым сбором для промышленников. Таким образом, налоговая система также стала всесословной. Но основной доход все же давали не прямые, а косвенные налоги, которые ложились всей своей тяжестью на народные низы. Немалые средства извлекало государство и в виде натуральных повинностей (дорожной, гужевой и т.д.), распространявшихся также на крестьян.

Основные статьи расходов по государственному бюджету составляли затраты на содержание вооруженных сил (свыше 35% бюджета), государственного аппарата, в том числе полиции, царского двора, уплату процентов по государственным долгам*1*. Характерно, что расходы по Министерству просвещения в 1866 г. составляли всего лишь 1,6 % госбюджета.

Государственные долги были следствием непомерных расходов на войны (русско-турецкая война 1877-1878 гг. обошлась более чем в миллиард рублей), перевооружение армии, строительство броненосного флота, освоение Дальнего Востока, завоевание Средней Азии, массовое железнодорожное строительство, выкупную операцию.

§9. Реформы системы образования и цензуры

В общем ряду реформ 60-80-х годов существенное место занимали школьные и университетские реформы, а также реформа цензуры. Развитие капитализма требовало отмены сословных ограничений для разночинной интеллигенции, наиболее зажиточной части крестьян и квалифицированных рабочих. Развивавшаяся промышленность нуждалась в массовой квалифицированной рабочей силе, что требовало решительного расширения начального образования. Все это и обусловило реформы системы просвещения. В 1863 г. был утвержден новый университетский устав, который ввел автономию университетов. Ректоры стали избираться советами университетов, а деканы - советами факультетов. Советы избирали на должности (по конкурсу) профессоров и преподавателей. Однако министру народного просвещения принадлежало право утверждения в должности избранных советами лиц, а попечитель учебного округа осуществлял контроль за деятельностью университетов и имел право отменять решения их советов. В 1869 г. были открыты высшие женские курсы университетского типа в Петербурге (высшие Бестужевские курсы), а затем в Москве, Киеве и Казани. Начали работать врачебные женские курсы. В 1864 г. был утвержден новый Устав гимназий и прогимназий (дававших неполное среднее образование), вводивший в средней школе всесословный принцип обучения, открыты были и женские гимназии. В том же 1864 г. утверждено Положение о начальных народных училищах. Народные училища открывались как Министерством просвещения, так и земствами, и частными лицами, однако под контролем Государственных чиновников, для чего в каждой губернии учреждались должности директора и инспекторов народных училищ. Программы обучения утверждались Министерством и контролировались уездными и губернскими училищными советами.

Либерализация идеологического контроля в системе образования была дополнена некоторой либерализацией цензуры. Новые Временные правила о цензуре, принятые 6 апреля 1865 г., отменяли предварительную цензуру на книги объемом более 10 печатных листов, хотя для массовой литературы (книг, брошюр менее 10 листов) предварительная цензура сохранялась. Периодическая печать (газеты, журналы) с разрешения министра внутренних дел освобождалась от предварительной цензуры, но за опубликование чего-либо преступного,с точки зрения правительства, авторы и издатели могли быть привлечены к судебной ответственности, а при обнаружении “вредного направления” - подлежали административной ответственности (предостережению, штрафу). Половинчатый характер цензурной реформы усугублялся тем, что цензура с 1863 г. была передана из Министерства народного просвещения в Министерство внутренних дел, в составе которого было создано Главное управление по делам печати.

§10. Церковь в системе государственного управления

Начиная с церковной реформы Петра 1, упразднившего патриаршество и всецело подчинившего церковь государству, она превратилась в одну из отраслей государственного управления. Наряду с системой образования и цензурой она стала мощным орудием нравственного воспитания населения империи и идеологического контроля. Указанные функции осуществлялись при посредстве разветвленного аппарата церковного управления. Непосредственно церковными делами управлял Святейший правительствующий Синод. Его членов - церковных иерархов и обер-прокурора, фактически возглавлявшего Синод, назначал император*1*. Синод представлял собой фактически орган отраслевого государственного управления, своего рода министерство по делам Русской православной церкви*2*. Вся территория империи делилась на церковные округа - епархии, как правило, совпадавшие с губерниями, которыми управляли архиереи (епископы). Низшей административно-церковной единицей был церковный приход с приходским священником (попом) и штатом его помощников (дьяконов и церковных служителей). Приходской священник являлся нравственным наставником и воспитателем прихожан, моральным арбитром в их взаимоотношениях, а также семейных делах.

Но роль церкви не ограничивалась отправлением религиозного культа и наставничеством. В Основных законах, утвержденных еще Павлом 1, говорилось, что “Христианская православная вера есть первенствующая и господствующая”, а “Император, яко христианский государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры и блюститель правоверия и всякого в церкви святого благочиния...”.

*1* Обер-прокурорами Синода, назначались особо доверенные лица, как правило, из императорской свиты: наиболее курьезным было назначение на эту должность генерал-адъютанта графа Протасова, до этого командовавшего лейб-гвардии гусарским полком. В 70-80-е гг. обер-прокурорами синода были граф Д.А. Толстой, впоследствии ставший министром внутренних дел и К.П. Победоносцев, бывший воспитатель царя Александра III.

*2* Делами других конфессий - христианских, но не православных (католической, протестантской и т.д.), а также мусульманской, иудейской, буддийской и др. ведал департамент духовных дел Министерства внутренних дел.

Положение государственной религии предопределяло и возложение на церковь ряда государственных функций, а также финансирование ее из государственного бюджета. При поступлении на государственную службу (как военную, так и гражданскую) обязательна была религиозная присяга. В вооруженных силах существовали своеобразные политорганы - полковые и корабельные священники. На церковь возлагалось ведение актов гражданского состояния, брак был религиозным и заключался, и регистрировался в церкви. Дела семейные (конфликты между супругами, родителями и детьми, дела о расторжении брака) рассматривались в церковных судах (епархиальных консисториях) по церковному (каноническому) праву. Преступления против веры стояли на первом месте в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных и рассматривались как тяжелые государственные преступления.

Во всех учебных заведениях от начальных народных училищ до университетов обязательным было преподавание Закона Божия. Архиереи председательствовали в губернских училищных советах и входили в состав попечительских советов учебных округов, осуществлявших надзор за университетским образованием. Кроме того, церковь содержала свои начальные церковно-приходские школы для низших слоев народа, и ассигнования на них из государственного бюджета в несколько раз превышали ассигнования на народные училища Министерства просвещения. Таким образом, церковь играла важнейшую роль в руководстве системой просвещения. Поэтому неудивительно, что обер-прокурор синода граф Д. А. Толстой длительное время совмещал также пост министра народного просвещения.

На церковь фактически возлагались и некоторые функции полицейского надзора. Дело в том, что для всех подданных православного вероисповедания обязательна была регулярная исповедь перед приходским священником. Свидетельство об исповеди обязательно требовалось при поступлении на государственную службу, производстве в следующий чин, при заключении брака, получении заграничного паспорта и т.д. Но в правиле о тайне исповеди было исключение. Если священнику на исповеди становилось известно о готовившемся государственном преступлении, он обязан был об этом сообщить властям. Таким образом, свидетельство об исповеди являлось как бы справкой о политической благонадежности.

Церковное наказание (эпитимия) могло быть наложено за проступки против веры и нравственности не только на духовных лиц, но и на мирян. Для чиновников и офицеров оно влекло за собой, как правило, увольнение с должности. Наконец, следует упомянуть и о том, что помимо общей цензуры (Главного управления по делам печати) существовала и духовная цензура.

§11. Вопрос о “конституционных” реформах

Вопрос о конституционных реформах возник еще во второй половине 50-х годов в связи с революционной ситуацией в стране. Уже тогда в правительственных кругах стала обсуждаться проблема объединения деятельности всех отраслей государственного управления или, как тогда говорили, “единства власти”.

Дело в том, что существовавший тогда порядок решения государственных дел не обеспечивал такого единства. Каждый министр докладывал свои вопросы императору лично. При этом нередко министры действовали несогласованно, а то и просто не знали о делах друг друга. Правительства как коллегиального органа не существовало. Правда, были Комитет министров и даже должность председателя Комитета министров. Но этот Комитет занимался решением повседневных мелких вопросов, вплоть до назначения пособий и пенсий чиновникам.

Имелся еще Государственный Совет - законосовещательный орган при императоре. Но его состав постоянно заполнялся отставными министрами и другими престарелыми сановниками.

Император в условиях абсолютной монархии был наделен всей полнотой как законодательной, так и исполнительной власти. Именно он лично (по идее) должен был координировать и объединять деятельность всех министерств и ведомств. Но государственное управление усложнилось настолько, что он физически не в состоянии был это делать. Поэтому в 1857 г. был создан Совет министров, в который вошли ведущие министры и руководители самостоятельных ведомств, а также председатели Государственного Совета и Комитета министров. В отличие от Комитета министров, по-прежнему занимавшегося мелкими текущими делами, Совет министров под председательством императора обсуждал и решал важнейшие вопросы государственной жизни. В 60-е гг. Совет министров заседал довольно часто. Но по мере того, как царь Александр II старел, этот орган заседал все реже, а при Александре III практически перестал собираться. И вновь возобладал старый порядок единоличных докладов министров царю.

Нередко использовалась такая форма обсуждения вопросов, как созыв различных особых совещаний. Обычно перед этим царь поручал двум-трем министрам или иным видным сановникам разобраться в каком-то вопросе. Иногда в работе совещания участвовал и сам царь. Рекомендации таких совещаний оформлялись затем императорскими указами. Отсутствие коллегиального правительственного органа весьма отрицательно сказывалось на государственном управлении.

Революционная ситуация конца 50-х - начала 60-х гг. резко сузила социальную базу царизма. Недовольство проявляли не только крестьяне, разночинная интеллигенция, но и господствующий класс.

Оппозиционные настроения охватили довольно широкие слои буржуазии и либерального дворянства. Они требовали дальнейших реформ госаппарата, суда, отмены цензуры. Наконец, выдвигались требования привлечения их представителей к управлению государственными делами - создания представительных органов.

Недовольна правительством была и масса дворян-крепостников. Они считали, что оно ущемило их интересы проведением крестьянской реформы, и также выдвигали различные конституционные проекты, сформулированные, например, камергером Н.А. Безобразовым, графом П.А. Шуваловым (занимавшим в 1866-1874 гг. пост начальника III Отделения и шефа жандармов), суть которых сводилась к неким политическим компенсациям дворянству за потерю крепостных, введению “аристократической” конституции, призванной усилить политическую власть и влияние аристократии.

В верхушке царской бюрократии боролись две основные группировки: буржуазно-либеральная, группировавшаяся вокруг великого князя Константина Николаевича - брата царя, председателя Государственного Совета, и сторонников незыблемости самодержавия во главе с наследником престола, будущим царем Александром III и его воспитателем и наставником обер-прокурором Синода К.П. Победоносцевым. Столкновения этих группировок происходили при подготовке практически всех законопроектов о реформах. Однако наиболее резкими они были при обсуждении конституционных проектов.

Первый такой проект был подготовлен министром внутренних дел П.А. Валуевым в 1863 г. Суть его сводилась к образованию при Государственном Совете съезда государственных гласных, состоявших из выборных от всех частей империи (кроме Польши и Финляндии): по 1-3 человека от губернских земских собраний, по 3 - от Петербурга и Москвы и по 1-от 12 крупных городов. Кроме выборных, в состав съезда должны были войти и лица, назначаемые правительством, а также представители высшего духовенства. Общая численность назначаемых членов съезда должна была составлять 1/5 от всех выборных. Предполагалось, что этот съезд будет рассматривать бюджет, сметы, а также вопросы, решение которых связано с изучением новых законов, уставов или изменением действующих актов. После съезда все эти вопросы должны были направляться в общее собрание Государственного Совета, состоявшего из назначенных царем членов, но с участием избранных съездом 16 гласных. Хотя в проекте Валуева и предусматривалось создание своеобразной двухпалатной представительной системы, однако сам Государственный Совет был лишь законосовещательным органом и его решения носили характер рекомендаций и нисколько не ограничивали самодержавной власти императора. Царь отверг проект Валуева. В апреле 1866 г. новый проект выдвинул великий князь Константин Николаевич. Его идея заключалась в создании при Государственном Совете двух съездов гласных: земского (избранного губернскими земскими собраниями) и дворянского (избранного губернскими дворянскими собраниями). По существу это было в какой-то мере повторением проекта Валуева только в еще более ограниченном варианте, так как, во-первых, вводилось сословное дворянское представительство, а, во-вторых, съезды гласных должны были заниматься лишь разбором жалоб и ходатайств местных органов самоуправления и вопросами местной хозяйственной жизни. Но и этот проект был отклонен царем. Однако вторая революционная ситуация в конце 70-х -начале 80-х гг. заставила правительство вернуться к этим проектам и поставить их на официальное обсуждение в Особом совещании под председательством царя. Совещание 29 января 1880 г. отвергло оба эти проекта, хотя они и не представляли собой конституции в полном смысле слова. Суть их сводилась к созданию в том или ином виде выборных представительных органов, причем не законодательных, а лишь законосовещательных.

Взрыв в Зимнем дворце 5 февраля 1880 г. привел, как уже говорилось, к диктатуре М. Т. Лорис-Меликова, ставшего начальником Верховной распорядительной комиссии с неограниченными полномочиями. Популярный генерал, герой русско-турецкой войны 1877-1878 гг., он хорошо понимал, что одними репрессиями укрепить самодержавие невозможно. Поэтому он проводил, с одной стороны, политику беспощадных репрессий в отношении участников революционного движения, а с другой - старался привлечь на свою сторону либеральное дворянство и буржуазию обещаниями “конституции”. В январе 1881 г. М. Т. Лорис-Меликов подал императору Александру II записку с проектом, который вошел в историю как “конституция Лорис-Меликова”.

Лорис-Меликов предлагал создать две временные комиссии для подготовки законопроектов по финансовым вопросам и местному управлению, а также общую законосовещательную комиссию. В эти комиссии должны были войти наряду с чиновниками выборные депутаты, избираемые губернскими земскими собраниями (по 2 от губернии) и городскими думами (от крупных городов). Предлагалось также дополнить Государственный Совет 10-15 выборными представителями общественности. При всей скромности и ограниченности этого проекта он все же вводил в государственный механизм важный конституционный принцип - принцип народного представительства. Преобразованный Государственный Совет становился как бы зародышем парламента, а сам проект знаменовал возможное зарождение парламентской системы.

Александр II в общих чертах одобрил проект М. Т. Лорис-Меликова. Он даже утвердил проект соответствующего “Правительственного сообщения”. По иронии судьбы это произошло утром 1 марта 1881 г. В этот же день Александр II был убит террористами-народовольцами.

Новый царь Александр III долго колебался, а затем отверг “конституцию Лорис-Меликова”. В прошении об отставке генерал, обращаясь к царю, писал: “История нас рассудит”. По тем временам это была неслыханная дерзость*1*.

*1* Характерно, что царизм сохранял в строжайшем секрете сам факт наличия конституционных проектов и их обсуждения. Но шила в мешке не утаишь. Генерал после отставки выехал в Ниццу во Франции и вывез свой архив. Царская охранка получила приказ любой ценой вернуть архив и даже совершила налет на виллу генерала. Но граф М. Т. Лорис-Меликов хорошо знал повадки своих бывших подчиненных и надежно спрятал архив. Впервые выдержки из проекта “конституции” и протоколов его обсуждения были опубликованы в лондонской “Вольной русской типографии” в 1893 г. и перепечатывались в России в 1905 г., однако полностью все материалы стали известны лишь в советское время, когда распахнулись двери бывших царских архивов.

Новое правительство Александра III, из которого были изгнаны либерально настроенные министры (Лорис-Меликов, Милютин, Абаза), взяло курс на укрепление самодержавия, усиление роли дворянства и репрессивного аппарата.

§12. Контрреформы 80-90-х годов

Первым мероприятием по осуществлению нового курса стало принятие Положения об усиленной и чрезвычайной охране (1881 г.), о котором уже говорилось выше. В дополнение к нему в 1892 г. принимается закон о военном положении, регламентировавший полномочия военных властей в прифронтовой полосе в условиях войны. Однако этот закон предусматривал возможность объявления военного положения и в мирное время в случае массовых беспорядков. Власть в местностях, объявленных на военном положении, передавалась военному командованию, и на гражданских лиц распространялась юрисдикция военно-полевых судов.

В отношении крестьянства (наряду с прекращением временнообязанного состояния, снижением выкупных платежей, заменой подушной подати поземельным налогом и отменой соляного налога) проводилась линия на усиление патриархальных начал в крестьянской семье. Закон 1886 г. установил, что для семейного раздела (выделения взрослых детей) требовалось согласие главы семьи и решение сельского схода, принятое квалифицированным большинством в 2/3 голосов.

Следующим шагом явилось учреждение в 1889 г. института земских участковых начальников. Каждый уезд делился на участки, в которые назначались участковые земские начальники из местных потомственных дворян, имевшие в данном уезде земельные владения и высшее или среднее образование. Земский начальник сосредоточивал в своих руках жесткий контроль за крестьянскими общинами, административную и судебную власть. Мировые судьи были упразднены в уездах, где были назначены земские начальники. Это была попытка возродить сословные органы власти потомственного дворянства.

Пересмотрены были Положения о земских и городских органах самоуправления. По закону 1890 г. изменения в земском самоуправлении сводились к следующему: на выборах в уездные земские собрания система курий сохранилась, но по первой курии теперь избирали не все землевладельцы, а только дворяне, т.е. был применен сословный принцип. Крестьяне избирали лишь выборщиков, из числа которых губернаторы назначали депутатов земского собрания.

Резко был усилен правительственный контроль за земствами. Для этого в губерниях были созданы специальные учреждения - губернские по земским делам присутствия - из числа чиновников и всех уездных предводителей дворянства под председательством губернатора.

По закону 1892 г. был изменен порядок выборов и в городские думы. К выборам допускались лишь владельцы недвижимой собственности в столицах стоимостью не ниже 3 тыс. рублей, в губернских городах - 1,5 тыс. рублей, в других городах -1 тыс. рублей. В выборах теперь участвовали лишь дворяне, крупные буржуа и некоторая часть средней буржуазии. Число избирателей резко сократилось. Так, если в Москве было 20 тыс. избирателей, то после 1892 г. их осталось лишь 7 тысяч. Усилилось вмешательство губернаторов в городские дела.

Не менее решительно контрреформы проводились в системе образования. По уставу 1884 г. ликвидирована была университетская автономия. Должности ректоров, деканов, профессоров вновь стали замещаться не по выбору, а по назначению. Университеты были поставлены в полную зависимость от министра просвещения и попечителей учебных округов. В 1887 г. были изменены правила приема: за добропорядочный, с точки зрения правительства, “образ мысли” абитуриентов должна была поручаться средняя школа. Одновременно в 5 раз повысилась оплата за обучение. В том же 1887 г. последовал известный министерский циркуляр о “кухаркиных детях”. Он закрывал доступ в гимназии детям кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и т.д. Все эти меры были направлены на возрождение сословности в образовании.

Решительный удар был нанесен по женскому высшему образованию. Прием на высшие женские курсы был прекращен. Он возобновился лишь в самом конце XIX века. Усилился контроль церкви за содержанием образования (в том числе и высшего).

В 1882 г. были введены новые Временные правила о печати, фактически восстанавливавшие предварительную цензуру для периодической печати. Усиливались административные меры против “строптивых” изданий: их душили штрафами и конфискациями тиражей. Для поощрения и “подкормки” проправительственных изданий в Главном управлении по делам печати был образован специальный фонд, прозванный “рептильным”.

Школой, церковью, цензурой активно проводился в жизнь официальный лозунг:<<Православие, самодержавие, народность”, выдвинутый еще в царствование Николая 1 тогдашним министром просвещения графом С.С. Уваровым.

§13. Общая характеристика развития права

В пореформенный период сохранилась система права, сложившаяся еще в первой половине XIX века в результате кодификации, проведенной под руководством М. М. Сперанского. Основными источниками права по-прежнему являлись Полное собрание законов и Свод законов Российской империи. Однако развитие буржуазных отношений в экономике и реформы 60-80-х гг. вызывали необходимость внесения существенных новелл в законодательство. Этим и был обусловлен выпуск второго, а затем и третьего исправленных изданий Полного собрания законов. Свод законов был дополнен XVI томом, в который вошли Судебные уставы 1864 г. Готовились проекты новых уложений и уставов. Некоторые из них были утверждены и соответственно включены в исправленные издания Полного собрания законов, другие так и остались проектами.

С 1863 г. систематически издавалось Собрание узаконений и распоряжений правительства. Издавались и сборники ведомственных нормативных актов. Наряду с нормативными актами в качестве источников права использовалось и обычное право, особенно в практике волостных судов при решении дел о разделах имущества крестьянских дворов. По делам, рассматривавшимся в церковных судах (епархиальных консисториях) -бракоразводным и некоторым другим, источником являлось каноническое (церковное) право.

Хотя общероссийское право считалось действовавшим на всей территории империи, наряду с ним в некоторых инонациональных регионах практически применялись в определенных пределах и свои правовые системы. Это относилось к обладавшей автономией Финляндии, а также к Прибалтийским губерниям (где в ряде случаев применялось немецкое право), Закавказью. В Средней Азии, на Северном Кавказе, помимо местного обычного права - адата, использовался в качестве источника права и шариат (мусульманское право) при решении конфликтов среди коренного населения.

Несмотря на сохранение в основе своей дореформенной правовой системы, пробивали себе дорогу буржуазные принципы права, в том числе такой важнейший среди них, как принцип равенства граждан (подданных) перед законом. В историко-правовой литературе он справедливо трактуется как важнейший принцип буржуазного права, поскольку направлен против сословных и иных привилегий и ограничений прав человека, характерных для феодализма. Но нужно иметь в виду, что принцип равенства перед законом вместе с тем представляет собой одно из важнейших достижений человеческой цивилизации.

Отмена крепостного права, введение единых, всесословных судебных учреждений и другие реформы 60-80-х гг. привели к отмене многих сословных и иных ограничений прав российских подданных. Однако и после этих реформ все же сохранялись ограничения прав определенных категорий населения по сословному, религиозному основанию и по признаку пола. Особенно ярко правовое неравенство проявлялось в административном (или как его тогда называли - полицейском) праве. В качестве иллюстрации этого тезиса можно привести такой важный институт административного права, как паспортный режим, который регламентировался Уставом о паспортах и беглых, принятым еще в 30-е гг. XIX в., и носивший ярко выраженный сословный характер. Установив строгий паспортный режим, обязательность паспортов и их прописки как средство административно-полицейского надзора за населением, Устав предусматривал особые виды паспортов для каждого сословия, за исключением крестьян, которые в случае отлучки с места постоянного проживания получали (с разрешения помещика) временные виды на жительство. В связи с отменой крепостного права и другими реформами остро встал вопрос о необходимости обновления паспортного законодательства. Но подготовка проекта нового закона длилась более 30 лет, и лишь в 1895 г. императором Александром III было утверждено Положение о видах на жительство.

Характерно, что в новом Положении — дворянам, чиновникам, духовенству, почетным гражданам, купцам и разночинцам выдавались бессрочные паспорта. А мещанам, ремесленникам и сельским обывателям паспорта могли быть выданы только на срок не более 5 лет за плату или бесплатные билеты на кратковременную отлучку, причем при отсутствии задолженности по налогам и сборам и с согласия ремесленной управы или сельского общества. Ограничивалось право на получение паспорта (а следовательно, и право передвижения по стране и выбора места жительства) для лиц римско-католического и иудейского вероисповедания, членов некоторых религиозных сект. Запрещалась выдача паспортов и видов на жительство бродячим инородцам и цыганам.

Существенными были ограничения прав для женщин. Замужние женщины вписывались в паспорта мужей. Отдельный вид на жительство им мог быть выдан лишь с согласия мужа и на срок такого согласия. Если муж аннулирует свое согласие, то полиция обязана была водворить жену в дом мужа, в том числе и по этапу. Для выдачи паспорта или вида на жительство неотделенным членам крестьянских семейств и незамужним дочерям также требовалось согласие главы семейства. Таким образом, и в Положении о видах на жительство 1895 г. сохранялось правовое неравенство.

Характерно, что в административном законодательстве по-прежнему проявлялось присущее абсолютистскому режиму стремление как можно детальнее регламентировать все стороны повседневной жизни подданных, что связывало деловую инициативу подданных, мешало развитию буржуазных отношений. “Да обыватель задохнулся бы под гнетом наших полицейских законов, если бы не возможность откупиться от них”, -отмечалось в одной из дореволюционных газет*1*. Суровость российских законов смягчалась необязательностью их исполнения, заключал автор.

В большей мере буржуазные принципы проявлялись в уголовном праве. Хотя попытка радикально обновить уголовное законодательство не удалась (подготовленный к 1895 г. проект Уголовного уложения царем Александром III не был утвержден)*2*, все же в действовавшее формально Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. последовательно вносились существенные изменения*3*. В Уложении в редакции 1885 г. число статей было сокращено на четверть, ряд статей уточнен, внесены новые составы преступлений. В Уложении был четко сформулирован принцип: нет преступления без указания о том в законе. Признание этого принципа - одного из

*1* См.-.Живое слово. 1909. 17 февраля.

*2* В дальнейшем (1903 г.) введена в действие первая глава этого Уложения о государственных преступлениях.

*3* Так, в 1863 г. указами царя были отменены клеймение, наказание плетьми, шпицрутенами, существенно ограничено наказание розгами.

важнейших достижений мировой правовой мысли - явилось серьезным шагом на пути формирования буржуазного права. В Уложении говорилось, что “наказания за преступления и проступки определяются не иначе, как на точном основании постановлений закона”. В Уложении (в редакции 1885 г.) преступлением признавалось противозаконное деяние и неисполнение того, что под страхом наказания предписано законом. Подробно были разработаны правовые признаки и условия применения наказания. В частности, не применялась уголовная ответственность за совершение противоправных деяний при исполнении действующего закона или приказа начальства, кроме явно преступного; при необходимой обороне; крайней необходимости; за давностью и т.д. Обязательным признаком состава преступления была виновность в различных ее формах: прямого или косвенного умысла, неосторожности (самонадеянности, преступной небрежности). Случайное (без вины) противоправное деяние по закону не влекло уголовного наказания.

Среди видов преступлений на первом месте по-прежнему были преступления против церкви (богохульство и кощунство, совращение христианина в другую веру, погребение христианина без христианского обряда и т.д.). На втором месте - бунт против верховной власти, преступные действия против императора и членов императорской фамилии, государственная измена, смута, заговор, неповиновение властям. Далее следовали преступления против порядка управления: вынесение заведомо неправосудного приговора, лжесвидетельство и т.д., нарушение общественного порядка, сопротивление полиции, неисполнение повинностей и т.д.

Особое внимание в Уложении обращалось на дела об оскорблении и явном неуважении к властям и чиновникам при исполнении ими служебных обязанностей. За составление и распространение “ругательных писем” в адрес правительства или должностных лиц или “сочинений, заключающих в себе недозволенные суждения о постановлениях и действиях правительства”, виновные подвергались суровому наказанию. Подданный, даже если ему случайно попало в руки “ругательное письмо” или “недозволенное сочинение”, обязан был, не читая его, немедленно сдать властям. За неисполнение этого предписания также полагалось наказание. Наказывалось всякое оскорбительное или неуважительное высказывание в адрес властей, чиновников, полиции.

Далее следовали должностные преступления. Ответственность за них предусматривалась как в Уложении, так и в ведомственных дисциплинарных уставах и правилах. Должностным преступлением, к которым относились злоупотребления властью, превышение, а также бездействие власти, разглашение государственной или служебной тайны, ненадлежащее исполнение служебных обязанностей и т.д., было посвящено около 80 статей Уложения.

Особое место среди должностных преступлений занимало взяточничество. Хотя в наиболее тяжких случаях за должностные преступления, в том числе и за взятку, полагалось тюремное заключение и ссылка в Сибирь, однако в большинстве случаев наказание ограничивалось взысканием с виновного штрафа в двойном размере взятки. Мемуарная литература 70-90-х годов свидетельствует о чрезвычайно широком распространении взяточничества. Взятки брали даже такие лица, как фаворитка царя и его будущая жена княжна Екатерина Долгорукая и брат царя великий князь Николай Николаевич-старший (Главнокомандующий русскими войсками в русско-турецкой войне). За огромные деньги (от 200 тыс. до 1 млн. рублей) они “содействовали” тем или иным дельцам в получении концессий на строительство железных дорог. Сам царь Александр II, по словам одного из крупных сановников -Е.М. Феоктистова, “находил вполне естественным, что люди к нему близкие на его глазах обогащались с помощью разных концессий и т.п., - если не одни, так другие, так почему же не те, к кому он благоволил?”*1*. Протекционизм, кумовство, взятки всегда считались в порядке вещей в условиях авторитарного режима при всевластии “верхов” и их полной безответственности и безнаказанности.

Далее следовали имущественные преступления (разбой, грабеж, воровство, мошенничество, вымогательство, умышленное повреждение чужого имущества, поджог и т.д.).

И, наконец, преступления против личности (убийство, телесные повреждения, незаконное лишение свободы, похищение ребенка, оскорбления и т.д.).

Особо следует подчеркнуть ответственность за самоубийство, которое осуждалось православной религией. Самоубийцы лишались христианского погребения (их запрещалось хоронить на православных кладбищах), их завещания и предсмертные распоряжения признавались недействительными. Покушавшийся на самоубийство, оставшийся в живых, подлежал уголовной ответственности так же, как и участники дуэлей.

*1* Феоктистов Е.М. Воспоминания. За кулисами политики и литературы (1848-1896 гг.). М.-Л.,1929.

Воинские преступления (переход на сторону неприятеля, сдача крепости или военного корабля неприятелю, потеря боевого знамени, неисполнение приказа, бегство с поля боя, дезертирство, растрата казенного имущества, мародерство, насилие над мирным населением и т. д.) карались в соответствии с Военным уставом (1875 г.) и Военно-морским уставом (1878 г.) о наказаниях.

В большей мере, чем в указанных выше отраслях, буржуазные принципы получили отражение в гражданском праве. Хотя основным источником гражданского права по-прежнему является т. Х Свода законов Российской империи. Кроме того, потребности развития капиталистической экономики сделали необходимым издание уставов торгового и промышленного, уставов железных дорог, ряда фабричных законов и т.д. В регулировании гражданско-правовых отношений гораздо шире, чем в других отраслях, использовались нормы обычного права, особенно в торговых делах, в наследовании у крестьян и т.д. Превращение бывших крепостных крестьян в результате крестьянской реформы (после прекращения их временнообязанного состояния) в “свободных сельских обывателей” сделало их равноправными субъектами гражданско-правовых отношений. Таким образом, в гражданском праве в значительно большей мере, чем в других отраслях, претворялся в жизнь принцип равенства перед законом всех подданных Российской империи, хотя и сохранялись определенные отступления от этого принципа, о которых будет сказано ниже.

Каждое лицо считалось правоспособным с момента рождения. Однако объем правоспособности определялся в законах о состояниях*1*. Полная дееспособность наступала с 21 года. Дееспособность могла ограничиваться по суду по причине состояния здоровья (психическое расстройство), а также при признании расточителем. Крестьян - злостных неплательщиков податей сельское общество могло направлять на принудительные общественные работы. Имелись и иные ограничения правоспособности по национальному, религиозному признакам и признаку пола. Получило полное признание в законе понятие юридического лица, что было прямо связано с развитием капиталистических отношений. Оно применялось как к государству и его органам, монастырям, учебным заведениям, так и купеческим, промышленным объединениям, товариществам, акционерным обществам. Юридические лица имели право владеть имуществом, вступать в сделки. Однако закон устанавливал государственный контроль за деятельностью юридических лиц и при отклонении этой деятельности от целей, объявленных в уставе юридического лица (например, акционерного общества), сделки, заключенные с нарушением устава, могли быть признаны недействительными.

*1* Понятие “прав состояния” определяло правовой статус подданного, зависевший в том числе и от сословной принадлежности.

В гражданском праве получил свое воплощение и такой буржуазный принцип, как неограниченность права собственности, свобода распоряжения ею. В т. Х Свода законов право собственности определялось как власть “исключительно и независимо от лица постороннего владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом вечно и потомственно”. В этой формулировке закона обращает на себя внимание применение единого термина - имущество. Это показывает постепенное стирание различий между разными видами собственности, т.е. процесс, характерный для развития именно буржуазного права.

Имущество делилось на движимое (деньги, ценные бумаги, капиталы, драгоценности и т.д.) и недвижимое (земля, дома, фабрики, заводы, шахты, железные дороги и т.д.). Сохранялось сформировавшееся еще при феодализме деление недвижимого имущества на благоприобретенное, т.е. приобретенное не по праву наследования (купленное, подаренное и т.д.), и родовое, т.е. полученное по родовой принадлежности по наследству. Если свобода распоряжения движимым и недвижимым благоприобретенным имуществом была почти неограниченной, то свобода распоряжения родовыми и майоратными имениями, а также заповедной собственностью была серьезно ограничена. Так, родовые имения могли быть отчуждены только в пользу кого-либо из узкого круга наследников по закону. В случае, если родовое имение все же уходило на сторону, то ближайшие родственники в течение 3 лет имели право его выкупить. Майоратные имения могли передаваться по наследству только старшему сыну.

Перевод того или иного имения в категорию майоратного производился каждый раз на основании специального царского указа. Мера эта была направлена против дробления землевладения и разорения знатнейших дворянских родов. Ту же цель преследовало и сохранение особого правового статуса заповедной собственности.

В отличие от родовых и майоратных видов собственности (которые относились лишь к земельным имениям) заповедным могло быть не только землевладение, но и движимое имущество (капитал в банке, ценные бумаги - акции, драгоценности и т.д.). С заповедной собственностью запрещались любые виды сделок (купля-продажа, заклад, дарение и т.д.), она не подлежала судебным взысканиям. Запрещалось дробить заповедное имущество, поэтому по наследству оно могло передаваться лишь целиком, а не по частям-долям.

Существовали ограничения на приобретение земельной собственности и по национальным, и религиозным признакам. Так, запрещалось приобретение земельной собственности лицам иудейского вероисповедания за пределами черты оседлости, лицам польского происхождения в Привисленском и Западном краях (это запрещение было связано с польским восстанием 1863 г).

Ограничения в распоряжении земельной собственностью касались и крестьянского землевладения. Относительно свободно крестьяне могли распоряжаться лишь приусадебными наделами и полевой землей при подворной форме землепользования. Но, хотя право собственности на землю здесь принадлежало крестьянскому двору, отчуждать ее можно было лишь в пользу других членов сельской общины. При общинной форме землепользования право собственности на полевую землю принадлежало общине, и внутри общины земля распределялась между крестьянскими дворами по числу мужчин - членов общины. На женщин земельные наделы не выделялись. Периодически происходили переделы земельных наделов. Практика переделов отвечала крестьянским представлениям о справедливости, поскольку качество земли, доставшейся членам общины, было различным. Однако переделы земли, подрывая стабильность землепользования, не создавали стимула у крестьян вкладывать труд и средства в улучшение плодородия почвы. Правительство, стремясь добиться хотя бы некоторой стабильности землепользования, препятствовало частым переделам земли в общинах, запретив, в частности, производить такие переделы чаще, чем через 12 лет.

Продавать землю сельская община могла лишь с разрешения губернского по крестьянским делам присутствия, а в крупных размерах - министра внутренних дел. Такие ограничения, по мысли правительства, должны были препятствовать обезземеливанию крестьян и мешать их миграции в города, чтобы не создавать опасности социальных взрывов.

Существовала в Российской империи и государственная собственность (казенные земли, леса, реки, озера, здания, железные дороги, заводы, в том числе военные, и т. д.). Закон определял государственную собственность как “не принадлежащую никому в особенности”. Управление и распоряжение ею осуществляли специально уполномоченные министерства и ведомства.

Имелись также дворцовое и удельное (т. е. управлявшееся удельным ведомством) имущество, доходы от которого поступали на содержание царского двора и членов императорской фамилии.

Государство сохраняло за собой право принудительного выкупа за вознаграждение имущества (прежде всего земли) как у физических, так и у юридических лиц (акционерных обществ).

Получил свое отражение в гражданском праве пореформенной России и такой основополагающий принцип буржуазного права, как принцип свободы договори. Этот принцип противопоставлялся сословным, религиозным и цеховым ограничениям свободы договора, присущим феодализму.

В российском законодательстве содержались нормы, регулировавшие все виды договоров, характерных для развитых товарно-денежных отношений. Появились такие виды договоров, как договор комиссии, страхования, издательский и т. д. Стороны могли заключить между собой любой договор, “не противный законам”, при условии, что его цель “не противна общественному порядку и благочинию”. Свободным был и выбор формы договора (устный, письменный, купчая крепость), хотя по некоторым видам сделок закон предписывал письменную форму, а в определенных случаях (например, сделках с недвижимой собственностью) - купчую крепость.

Однако сохранялись некоторые ограничения свободы договора, носившие по существу феодальный характер. Выше уже говорилось об ограничениях свободы сделок по поводу земельной собственности. Сохранялись ограничения в заключении договора личного найма для крестьян. Они не могли его заключать на длительный срок без разрешения сельской общины, волостного правления, а с 1889 г. - и земского участкового начальника, поскольку именно от этих инстанций зависело получение крестьянином вида на жительство, т.е. права на отлучку из своей деревни. Замужние женщины могли заключать договор личного найма лишь с письменного разрешения мужей. Без такого разрешения женщина могла наняться на работу, если имела отдельный вид на жительство, но его получение опять-таки зависело от согласия мужа. Особо жестко регламентировались договоры личного найма батраков, нанимавшихся на сельхозработы и поступавших в услужение в качестве домашней прислуги. При неявке на работу или досрочном уходе с нее эти категории нанявшихся могли быть возвращены к месту работы через полицию. Они обязаны были проявлять к нанимателю и его семье почтительность и т.д. Но наниматель при этом освобождался от каких-либо обязательств по отношению к работникам (кроме выплаты заработной платы).

При сохранении в социально-экономической сфере фактических феодальных отношений буржуазный принцип неограниченной свободы договора и невмешательства государства в экономические отношения нередко прикрывал методы феодальной эксплуатации.

Чтобы убедиться в правильности этого тезиса, рассмотрим практику заключения договоров об аренде земли. Как правило, арендная плата составляла половину урожая (исполу). Иными словами, помещики, используя крестьянское малоземелье, вынуждали крестьян заключать кабальные сделки. Особенно большие возможности для эксплуатации крестьян и городской бедноты создавал договор поднайма или субаренды. Крупный арендатор обычно арендовал у землевладельца большой массив земли; а затем участками сдавал эту землю в субаренду крестьянам. Аналогичная практика существовала и в городах, где крупные арендаторы брали в аренду дома, а затем сдавали в субаренду отдельные квартиры, комнаты и углы. Таким образом, на аренде земли или дома наживались не только землевладельцы и владельцы домов, но и крупные арендаторы, что, естественно, вздувало арендную плату для субарендаторов, заключавших договор поднайма.

Широкие возможности использование принципа свободы договора предоставляло и промышленникам (владельцам фабрик, заводов, шахт и т.д.) для установления кабальных условий найма рабочей силы. Принцип свободы договора подразумевал равенство сторон, его заключавших. Но не следует забывать, что это равенство было лишь формальным. В реальной жизни стороны были фактически неравны. Это и позволяло экономически сильнейшей стороне - промышленникам-работодателям - навязывать рабочим такие договоры найма, в которых продолжительность рабочего времени доходила до 12-14 часов, предусматривалась обязанность работников покупать продукты в заводских лавках в счет зарплаты по завышенным ценам и т.д. Не ограничены были и штрафы за нарушения трудовой и технологической дисциплины. В то же время договоры найма обычно не содержали каких-либо обязательств промышленников по обеспечению рабочих, потерявших работоспособность (а также семей рабочих, потерявших кормильцев) по причинам, связанным с работой, например, из-за отсутствия мер по охране безопасности труда*1*. При этом нужно иметь в виду что в то время отсутствовало пенсионное законодательство в отношении рабочих частных предприятий. Пенсии предусматривались только для чиновников государственного аппарата, военнослужащих и служащих полиции и жандармерии. Однако массовые забастовки и волнения рабочих, прокатившиеся по стране в 80-е гг., заставили правительство издать в 1886 г. закон о штрафах, ограничив его размером не более '/з зарплаты в месяц с тем, чтобы суммы штрафов шли на улучшение условий труда. В 1897 г. специальным законом была ограничена продолжительность рабочего дня 11,5 часами. Для наблюдения за исполнением фабричного законодательства в 1886 г. были созданы губернские по фабричным делам присутствия. Таким образом, правительство было вынуждено отказываться от свойственного классическому капитализму принципа невмешательства государства в трудовые отношения во имя смягчения социальной напряженности и предотвращения опасности социального взрыва.

Влияние буржуазных правовых принципов сказалось и на наследственном праве. Это выражалось в значительном расширении практики передачи наследственного имущества по завещанию и более полном проведении в жизнь принципа свободы завещательных распоряжений в отношении движимого имущества и благоприобретенной недвижимости. Что же касается родовой, майоратной, заповедной собственности, то о сохранении феодальных по существу ограничений в распоряжении ею, в том числе и в отношении наследования, уже говорилось.

При отсутствии завещания на движимое имущество и благоприобретенную недвижимость (или при признании его судом недействительным) вступал в силу порядок наследования по закону. Наследниками первой очереди были дети, затем внуки. При этом усыновленные могли наследовать только благоприобретенное, а не родовое имущество. При их отсутствии имущество наследовали братья, а при отсутствии последних - сестры (при наличии братьев они получали лишь указную норму -1/14 часть недвижимого и 1/8 часть движимого имущества). Переживший супруг мог получить из наследства лишь указную норму: 1/7 долю наследственного имущества в собственность, а в пожизненное владение (но не в собственность) при отсутствии иных наследников по закону и иное имущество. Родители вообще устранялись от наследования своим детям.

*1* Конечно, возможны были иски потерпевших к работодателям о возмещении ущерба здоровью в общегражданском порядке.Но высокие судебные пошлины и высокие гонорары адвокатам за ведение дела и проблематичность судебного решения резко сужали возможность предъявления таких исков.

Чрезвычайно сложным был порядок наследования имущества крестьянского двора. Завещательная форма там практически не получила распространения, зато широко использовались местные обычаи. По общему правилу, завещать имущество можно было лишь членам семьи, а землю наследовали только члены сельской общины.

В наименьшей степени буржуазные правовые принципы отразились в семейном праве. По-прежнему брак признавался только религиозный, а потому заключение, расторжение брака, другие личные отношения в семье регулировались нормами канонического (церковного) права. Хотя вступление в брак в большей мере стало зависеть от самих вступающих, однако по-прежнему требовалось согласие родителей, а для некоторых категорий лиц (например, чиновников, офицеров) и разрешение начальства. За несоблюдение этих правил строптивые дети по жалобе родителей могли быть наказаны вплоть до тюремного заключения, а офицеры и чиновники уволены со службы. Запрещались браки между христианами и нехристианами. Для православных дозволялся моногамный брак, причем церковь венчала лишь до 3 раз. В четвертый раз жениться или выйти замуж уже было нельзя. Вступать в брак можно было лишь до 80 лет. Лиц старше этого возраста церковь не венчала. Для мусульман разрешалась полигамия (многоженство), иметь можно было до 4 жен, но за невесту надо было платить выкуп (калым). Практически это означало покупку девушки у ее родственников. Правда, норма шариата требовала формального согласия сторон при заключении брака. Однако молчание или тихий плач невесты шариат рассматривал как ее согласие, так как, по мнению мусульманских законоведов, девушка должна быть стыдливой и не может поэтому громко выражать свое согласие на брак. Только бурный протест, на который были способны немногие, расценивался как несогласие.

Развод по церковным правилам для православных был возможен лишь по твердо установленным в правовой норме поводам. Наиболее доступен был развод по причине нарушения супружеской верности одним из супругов*1*. Однако виновная сторона нередко лишалась церковным судом права повторного вступления в брак и на нее налагалась церковная эпитимия, что могло повлечь для чиновников и офицеров увольнение от службы. Для мусульман развод для мужчин в суде казия по шариату был облегчен до предела. Достаточно было устного заявления мужа (“талак”). Интересно отметить, что возможен был и временный развод, так как после объявления “талак” муж мог вернуть жену обратно. Но если “талак” объявлялся троекратно, то вернуть жену было уже невозможно. Для того, чтобы вернуться к первому мужу, разведенная жена обязательно должна была побывать замужем за другим мужчиной, и он тоже должен был ей объявить “талак”. Для женщины по мусульманскому праву добиться развода по своей инициативе было практически невозможно, хотя нормы шариата предусматривали такую возможность, но обставляли ее реализацию очень большими препятствиями.

*1* Доступен был такой вид развода потому, что за недорогую плату можно было легко найти профессиональных лжесвидетелей, выступавших в церковных судах “очевидцами” прелюбодеяний.Ряд церковных правил, регулировавших условия заключения брака и его расторжения, в той или иной форме получили отражение и в государственных законах. Даже разрешение многоженства для мусульман было закреплено российскими законами.

Имущественные отношения в семье регулировались государственным законодательством. Имущество супругов признавалось раздельным, и они могли самостоятельно распоряжаться им и даже вступать в разрешенные законом сделки друг с другом. Однако выдавать векселя жена могла лишь с разрешения мужа. Точно так же жена не могла наняться на работу и получать зарплату без разрешения мужа. Она была обязана по закону любить и почитать мужа, оказывать ему послушание, следовать за ним при изменении им места жительства. Особо приниженным, бесправным было положение женщины в мусульманских семьях, где она, как правило, носила паранджу и не могла показывать лицо и сидеть за одним столом с посторонними мужчинами*1*. Дети также были обязаны послушанием родителям под страхом наказания. Особенно бесправным было положение незаконнорожденных детей. Они не имели права на фамилию отца, отстранялись от наследования. Только в 1891 г. родителям было разрешено узаконение таких детей.

Наиболее последовательно буржуазные правовые принципы получили свое воплощение в судебном процессе (гражданском и уголовном), характерные черты которого уже были рассмотрены выше в параграфе “Судебная реформа”.

*1* У казахов и киргизов женщины не носили паранджу.

 

Глава 9

РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ И ПРАВО В НАЧАЛЕ XX ВЕКА. УТВЕРЖДЕНИЕ ДУАЛИСТИЧЕСКОЙ МОНАРХИИ (1900-1917 гг.)

 

§1. Особенности социально-экономического и политического развития России на рубеже Х1Х-ХХ вв. и предпосылки революции 1905-1907 гг.

Социально-экономическое и политическое развитие России в конце XIX в. и впервые годы XX в. отличалось большим своеобразием. Учтя уроки поражений в Крымской войне 1853-1855 гг. и трудности русско-турецкой войны 1877-1878 гг., царское правительство с 80-х гг. XIX в. активно проводило политику индустриализации страны. Особенно высокими темпы промышленного развития стали в 90-е гг. Этому в немалой степени способствовало массовое железнодорожное строительство, которое велось главным образом на государственные средства. Если к 1892 г. протяженность железнодорожной сети страны составляла 31 тыс. км., то за 1893-1902 гг. было построено 27 тыс. км, в том числе Транссибирская магистраль, железная дорога, связавшая Среднюю Азию (Ташкент) с Европейской Россией и т.д. Это способствовало развитию металлургической промышленности, машиностроения, увеличению добычи угля, нефти (по последнему показателю Россия к началу XX в. вышла на первое место в мире). С 1893 по 1900 г. объем промышленного производства в стране удвоился, а производство средств производства увеличилось втрое. При этом ведущая роль принадлежала промышленности Юга России (Донбасс, Криворожье и т.д.), а также Нечерноземного центра. Темпы развития крупной индустрии обусловили высокую концентрацию производства, возникновение монополистических объединений (“Продвагон”, “Продамет” и др.) и сращивание их с крупнейшими банками, что вело к формированию мощных финансово-промышленных групп.

Министр финансов С.Ю. Витте, фактически руководивший с 1892 г. проведением индустриализации, так формулировал ее цели: в течение примерно 10 лет догнать более развитые страны Европы и занять прочные позиции на рынках Ближнего, Среднего и Дальнего Востока. Политику индустриализации Витте проводил за счет: 1) привлечения иностранных капиталов в виде инвестиций и правительственных займов; 2) протекционистской таможенной политики, защищавшей отечественных производителей на внутреннем рынке от западных конкурентов и стимулировавшей российский экспорт; 3) накопления внутренних ресурсов за счет введения винной монополии и резкого усиления косвенного налогообложения.

Конечно, указанные выше источники обеспечивали ускоренное промышленное развитие России. Однако их использование имело и негативную сторону. Широкое привлечение иностранного капитала вело к усилению экономической, а в дальнейшем и политической зависимости России от стран Запада. Усилившийся налоговый пресс всей своей тяжестью прежде всего ложился на крестьянство. Увеличение экспорта хлеба (одного из основных источников поступления иностранной валюты) достигло к началу XX в. почти 8 млн. тонн или 1/5 валового сбора зерна и явилось одной из причин голода, повторявшегося через каждые 3-5 лет. Особенно тяжел был голод 1891 г., когда умерло свыше 500 тыс. человек. Оправдывая свою политику, Витте утверждал, что “великие задачи требуют и великих жертв”.

Политика Витте крайне обостряла и без того тяжелую ситуацию в деревне. Крестьянская реформа 1861 г. (о ней говорилось в предыдущей главе) не была доведена до конца, в деревне сохранялся ряд серьезных пережитков феодально-крепостнического строя. Достаточно сказать, что на рубеже XX в. 30 тыс. крупных помещиков владели 70 млн. десятин пахотной земли (в среднем 2333 десятины на одно помещичье хозяйство), а 10,5 млн. крестьянских хозяйств имели в общей сложности 75 млн. десятин (около 7 десятин на одно хозяйство). Все это порождало крестьянское малоземелье и аграрное перенаселение в центральных губерниях страны, особенно в черноземной полосе. К тому же в ходе реформы крестьяне нередко лишались зыгонов, пастбищ для скота, леса и других угодий.

Нараставшее крестьянское малоземелье, сохранение полуфеодальных методов эксплуатации крестьянства превратили вопрос о земле в главную проблему общественной жизни, требовавшую решения. Нерешенность атрарной проблемы стала по существу основной предпосылкой грядущей революции.

Не меньшую остроту приобретала и проблема взаимоотношений труда и капитала или, как тогда говорили, рабочий вопрос. Промышленный бум 90-х гг. обусловил значительный рост численности рабочих и усиление их эксплуатации. На рубеже XX в. правительство, идя на поводу у владельцев фабрик и заводов, отступало от фабричного законодательства 80-х гг. В частности, было отменено запрещение ночного труда женщин, вновь разрешен детский труд, начиная с 10-12-летнего возраста. Фабричная инспекция реорганизуется и ей вменяются в обязанность полицейские функции (выявление “брожения” среди рабочих, борьба со стачками). Нерешенность рабочего вопроса стала также одной из серьезных предпосылок надвигавшейся революции.

Требовала своего решения и проблема ликвидации таких пережитков феодализма, как правовое неравенство по сословному, религиозному, национальному, половому признакам.

Наконец, самым архаичным пережитком феодальных времен являлось царское самодержавие. За пореформенные годы усилились и вышли на политическую арену новые социальные силы: промышленная и финансовая буржуазия, занявшая ведущие позиции в экономике страны; либеральная часть дворянства, также включившаяся в рыночную экономику. Да и рабочий класс качественно менялся, осознавая свои интересы и требовал их защиты. Однако эти новые силы не имели рычагов воздействия на власть, которая, по-прежнему опиралась на земельную аристократию, высшую бюрократию, дворянство. Дворянство к началу XX в. уже теряло свои позиции в экономике страны. Достаточно сказать, что 88% валового сбора и до 50% товарного зерна давали крестьянские хозяйства (зажиточные крестьяне, составлявшие 1/6 всех крестьянских дворов, соответственно 38 и 34 %). Требования о создании представительных органов, где новые силы могли бы громко заявлять о своих интересах, император Николай II не принимал, назвав их “бессмысленными мечтаниями”.

Таким образом, к началу XX в. в обществе достаточно четко выявились четыре основных проблемы, требовавшие первоочередного решения: аграрная, взаимоотношения труда и капитала, правовое неравенство и, наконец, конституционная — судьба самодержавия. Неспособность царизма решить эти проблемы цивилизованным путем (согласование интересов разных социальных групп) и попытка задушить всякую оппозицию силовыми методами и вызвали, в конечном счете, революцию.

§2. Революция 1905-1907 гг. и конституционные реформы

Разразившийся в 1900-1903 гг. мировой экономический кризис охватил и Россию, что привело к падению производства, инфляции и ухудшению положения широких народных масс. Кризис был усугублен засухой и неурожаем 1903 г. Надежды правительственных кругов., что “маленькая победоносная война” на дальневосточной окраине империи отвлечет внимание населения от социально-политических проблем, не оправдались.

Поражение русской армии и гибель флота в русско-японской войне 1904—1905 гг. еще более обостряли ситуацию. Ширились стачечное движение и крестьянские волнения. Недовольство либерально-буржуазных кругов выражалось в усилившихся требованиях введения представительных учреждений (типа парламента). Правительство, убедившись, что ставка только на силовое подавление оппозиции не достигает цели, попыталось пойти на политическое маневрирование. 14 декабря 1904 г. был объявлен царский Манифест, в котором в туманной форме было обещано изменение законодательства по устроению крестьянской жизни, расширение прав органов земского и городского самоуправления. В Манифесте не было ни слова о главном требовании либерально-буржуазных кругов о введении представительных учреждений, однако особо подчеркивалось сохранение незыблемости самодержавия.

Но уже в феврале 1905 г., после расстрела в Петрограде 9 января массового народного шествия к Зимнему дворцу, когда революционная волна начала охватывать страну, царь в рескрипте на имя министра внутренних дел А.Г. Булыгина сообщил о своем согласии привлечь “достойнейших людей” к участию в “предварительной разработке законодательных предположений”.

Подъем крестьянского движения, революционные выступления в войсках заставил царизм пойти на создание Государственной Думы. 6 августа 1905 г. были опубликованы три документа: Манифест об учреждении Государственной Думы, Учреждение Государственной Думы (нормативный акт, определявший правовой статус Думы) и Положение о выборах в Думу.

В Манифесте говорилось о согласии царя включить “в состав высших государственных учреждений особое законодательное установление, коему представляется предварительная разработка и обсуждение законодательных предположений и обсуждения росписи государственных доходов и расходов”. Перечень вопросов, подлежавших рассмотрению в Думе, был весьма ограничен. Она не могла касаться государственного устройства, вооруженных сил, внешней политики. Дума являлась законосовещательным, а не законодательным органом, т.е. ее решения были рекомендациями. К тому же они должны были направляться для дальнейшего рассмотрения в Государственной Совет, члены которого назначались императором из числа видных сановников.

С рекомендациями Государственной Думы и Государственного Совета законопроекты должны были поступать к императору, который мог учитывать предложенные ему рекомендации, а мог и игнорировать.

Выборы по Положению о “булыгинской” думе были не всеобщие, от участия в них отстранялись женщины, рабочие, лица, находившиеся в “услужении у частных лиц”, учащиеся (в том числе студенты), молодежь до 25 лет, военнослужащие, лица иудейского вероисповедания, “бродячие инородцы” (т.е. кочевые народы Средней Азии и Крайнего Севера). Выборы были неравными, так как проводились по куриям уездных землевладельцев, городских избирателей и крестьян. Нормы представительства по куриям различались и связывались с имущественным цензом. Наконец, выборы были не прямые, а многостепенные. Реально Дума, в том виде, как она предусматривалась законом от 6 августа 1905 г., не избиралась: выборы были сорваны революционным движением.

В октябре 1905 г. политическая забастовка охватила всю страну. Прекращение работы транспорта и связи парализовало управление страной, поставило царское правительство на грань катастрофы. Более того, по инициативе народа стали образовываться Советы рабочих депутатов. Возникшие первоначально как стачечные комитеты, они быстро превратились в органы борьбы за политическую власть. Особенно активно действовали Советы рабочих депутатов в Иванове, Нижнем Новгороде, Твери, Харькове, Ростове. При них стали создаваться рабочая милиция в противовес государственной полиции, социальные службы. Советы рабочих депутатов возникли даже в столицах — Санкт-Петербурге и Москве. В ряде мест (Севастополе, Одессе), где выступления рабочих соединялись с выступлениями в войсках, образовывались Советы рабочих, солдатских и матросских депутатов. На секретных заседаниях Особого совещания во главе с царем высказывалось предложение “подавить смуту во всех ее проявлениях”, не останавливаясь перед пролитием крови и введением диктатуры “человека решительного и военного”. Однако для подавления революции не было сил: большая часть гвардейских и казачьих частей находилась далеко на дальневосточном театре военных действий, а войска внутри страны, по заявлению военного министра А.Ф. Редигера, не могли стать опорой военной диктатуры. Кроме того, император боялся назначить решительного генерала военным диктатором, видя в этом угрозу своей власти. Да и где было взять популярного генерала после позорно проигранной войны? В такой ситуации правительству оставался лишь один выход — вновь политически маневрировать.

17 октября 1905 г. издается Манифест об усовершенствовании государственного порядка, в котором царь вынужден был “даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов”, а также пойти на расширение избирательного права (в выборах получили право участвовать рабочие). Законосовещательную Думу обещано было превратить в Законодательную Думу. Наконец, провозглашалось право надзора выборных от народа за действиями исполнительных властей. Были сделаны и некоторые другие уступки для ослабления крестьянского движения. Так, в ноябре 1905 г. сокращаются наполовину, а начиная с 1907 г., отменены вовсе выкупные платежи, которые крестьяне выплачивали еще со времен отмены крепостного права в 1861 г.

19 октября 1905 г. был опубликован царский Указ об учреждении объединенного правительственного органа— Совета министров во главе с премьер-министром. Собственно учреждается пост премьер-министра, т.к. Совет министров формально существовал с 1857 г., но его председателем был сам император. Фактически этот орган не функционировал.

В ходе революционных событий 1905 г. вновь выявилась несогласованность действий властей, что и привело к восстановлению Совета министров, но на этот раз в ином варианте— как коллегиального правительственного органа под председательством специально назначенного премьер-министра.

Оба документа (Манифест 17 октября и Указ 19 октября 1905 г.) имели, по существу, единое предназначение — борьбу с революционным движением. Но, если буквально “вырванный” народом у царизма Манифест рождал надежду (да и реальную возможность) мирным конституционным путем (через Государственную Думу) решить насущные проблемы страны (прежде всего аграрную проблему) и тем самым способствовал успокоению страны, то Указ 19 октября должен был успокоить страну, но другими, отнюдь не конституционными методами. Цель этого указа четко выражена в повелении царя только что назначенному первому в истории России премьер-министру С.Ю. Витте: объединить деятельность министров и “восстановить порядок повсеместно”, не останавливаясь перед применением любых необходимых для этой цели мер, т.е. вооруженной силы военно-полевых судов и т.д.

Провозглашение в Манифесте от 17 октября 1905 г. свободы слова, собраний и союзов создало условия для формирования легальных политических партий: в 1906 г. в России их насчитывалось до 50. Но заметное место на российской политической сцене занимали лишь несколько партий. В буржуазно-либеральном лагере это были партии конституционалистов-демократов (кадетов) и партия 17 октября (октябристов). Обе они сформировались на базе развернувшегося еще в конце XIX в. движений земцев и либеральной буржуазии.

В результате раскола на состоявшемся в октябре 1905 г. земско-городском съезде левое его крыло образовало кадетскую партию, в которую вошел цвет российской интеллигенции начала XX в. Программа этой партии предусматривала преобразование России мирным парламентским путем в буржуазное государство на основе “мировых общечеловеческих ценностей”. Предполагались также перестройка местных органов власти на началах самоуправления, судебная реформа, демократические свободы, решение аграрной проблемы за счет частичного отчуждения в пользу крестьян помещичьих земель за выкуп. Лидером этой партии с 1907 г. стал видный историк II.Н. Милюков. Правое крыло земско-городского съезда образовало “Союз 17 октября”, социальную базу которого составили крупная буржуазия, дельцы-предприниматели, крупные землевладельцы. Программа октябристов предусматривала сохранение “единства и неразрывности” Российской империи, сильную монархическую власть с продвижением к конституционной монархии, сохранение помещичьего землевладения, уравнение крестьян в правах с другими сословиями и облегчение их выхода из общины. Лидером партии с 1906 г. стал крупный промышленник, московский голова А.И.Гучков.

Консолидировались и силы правительственного лагеря. Они были представлены общероссийской дворянско-помещичьей организацией, исполнительным органом которой стал “Совет объединенного дворянства” (май 1906 г.). Эта организация представляла интересы царской семьи, земельной аристократии, придворной камарильи, верхов бюрократии и генералитета, духовенства и наиболее консервативной части помещиков-дворян. Интересы этих же социальных сил выражали и черносотенные организации: Союз русского народа (лидер А.И. Дубровин), Союз Михаила Архангела (лидер В.М. Пуришкевич) и ряд других объединений. Они возникли в ходе революции 1905 г. и получали политическую поддержку и значительные денежные средства от Департамента полиции.

Интересы новой социальной силы — рабочего класса — выражала Российская социал-демократическая рабочая партия (РСДРП). Ее формирование началось в конце XIX в. Программа партии (1903 г.) предусматривала на первом этапе— этапе буржуазно-демократической революции — свержение самодержавия, установление демократической республики и политических свобод, а на втором — этапе социалистической революции — установление диктатуры пролетариата и утверждение социализма. Но уже в самом начале создания этой партии (1903 г.) произошел ее раскол на большевиков и меньшевиков. Меньшевики (лидер Л. Мартов) считали, что в революции главная роль будет принадлежать буржуазии, а пролетариату следует ее поддерживать. По их мнению, в будущей демократической республике быстрыми темпами должен пойти процесс развития капитализма, который приведет к ускоренному росту численности, политической и общей культуры рабочего класса, что позволит ему бороться мирными парламентскими методами за социалистическое преобразование общества. Большевики и их лидер В.И. Ленин, не рассматривали буржуазию, тесно связанную с самодержавием, как революционную силу. Они считали, что даже в буржуазно-демократической революции главной движущей силой должен стать рабочий класс в союзе с крестьянством, а после победы революции, свержения самодержавия и учреждения демократической республики следует как можно быстрее перейти к следующему этапу — революции социалистической, чтобы, утвердив диктатуру пролетариата, использовать ее как главную силу для переустройства общества на социалистических началах.

Крестьянские интересы выражала партия социалистов-революционеров (эсеров). Она также формировалась на рубеже XX столетия. Еще в 90-е гг. прошлого века вновь активизировалось народничество. Если правое крыло народников избрало тактику “малых дел” (создание земледельческой артели, ссудно-сберегательных касс для крестьян и т.д.), то левое крыло пошло по пути создания нелегальных групп и кружков, на базе которых в 1901 г. и возникла партия эсеров. Их программа предусматривала экспроприацию капиталистической собственности и преобразование общества на социалистических началах. Но добиться этого эсеры надеялись путем социализации земли через некапиталистическую эволюцию крестьянских общин и “прорастания” социализма первоначально в деревне, а затем уже в городе.

При помощи тактики индивидуального террора они надеялись вынудить правительство созвать Учредительное собрание, которое законодательным путем провозгласило бы создание демократической республики. Именно боевая организация эсеров осуществила террористические акты, в результате которых были убиты министры внутренних дел Д.С. Сипягин, В.К. Плеве, харьковский губернатор князь И.М. Оболенский, уфимский губернатор Н.М. Богданович, московский генерал-губернатор великий князь Сергей Александрович (дядя царя). Именно эсеровские боевики организовали покушение на П.А. Столыпина в 1906 г.

Все названные партии действовали на общероссийской политической арене, участвовали в выборах Государственной Думы, имели в ней свои фракции. Большое значение для политической жизни страны имело и создание профессиональных союзов, а также организаций предпринимателей.

Издание Манифеста от 17 октября 1905 г. потребовало пересмотра законодательства о Государственной Думе, других органах государственной власти, гражданских правах и свободах. Положение Манифеста о расширении избирательных прав было реализовано новым Законом о выборах в Государственную Думу от II декабря 1905 г. Право участвовать в выборах предоставлялось не всем рабочим, а только фабрично-заводским, горной и горнозаводской промышленности и железнодорожных мастерских. Если число рабочих-мужчин на предприятии было не менее 50, то избирался один представитель для участия в избрании выборщика на выборах в Государственную Думу. На крупных предприятиях с численностью до 1000 рабочих также избирался один представитель и дополнительно по одному — от каждой полной тысячи рабочих. Такой порядок давал преимущества наименее организованным рабочим мелких предприятий. К трем существовавшим куриям добавилась четвертая — рабочая курия: выборы по ней были трехстепенные. В законе указывалось также, сколько выборщиков и сколько депутатов должно быть избрано от каждой курии. В результате этих манипуляций один голос уездного землевладельца равнялся 3 голосам городских избирателей, 15 голосам избирателей по крестьянской курии и 45—по рабочей курии. Введен был своеобразный ценз оседлости. По-прежнему сохранялись элементы сословного подхода. Председательствовали на губернских избирательных собраниях, где выборщики от всех курий избирали депутатов Думы, губернские предводители дворянства.

Положение Манифеста о превращении Государственной Думы из законосовещательной в законодательный орган было реализовано в законе “Учреждение Государственной Думы” от 20 февраля 1906 г. (компетенция Думы практически осталась прежней). Одновременно с этим законом был издан акт “О переустройстве Государственного Совета”, в соответствии с которым Госсовет был поставлен над Госдумой в качестве второй, верхней палаты. Смысл этой реорганизации состоял в том, чтобы Государственной Совет мог противостоять Думе и сдерживать, тормозить ее “либеральные порывы”. Ведь законопроекты, одобренные Думой, должны были направляться в Государственной Совет и лишь после его одобрения направляться на подпись императору. Превращение Государственного Совета в верхнюю палату парламента было прямым нарушением Манифеста от 17 октября, согласно которому Дума должна была стать единственным законодательным органом.

Консервативный характер Государственного Совета гарантировался самим порядком его формирования: половина членов назначалась царем в основном из числа бывших министров, губернаторов и других высших сановников. Другая половина членов избиралась “от сословий и корпораций”: 6 членов от духовенства (избирались Святейшим Синодом); 18 членов—-от дворянского сословия (избирались выборщиками от губернских дворянских собраний); 6 членов — от Академии наук и университетов; 12 членов — от торговли и промышленности (избирались выборщиками от совета торговли и мануфактур, биржевых комитетов и купеческих управ) и, наконец, по одному члену — от каждого губернского земского собрания. Если учесть, что члены Совета по назначению были потомственными дворянами, а в губернских земских собраниях также преобладали дворяне, то подавляющее число членов Государственного Совета представляли это сословие. Кроме того члены Госсовета должны были быть не моложе 40 лет, иметь высшее или среднее образование, стаж работы в государственном аппарате и имущественный ценз втрое выше, чем для выборов в Государственную Думу.

Все эти положения об органах государственной власти и их взаимоотношениях с императорской властью и правительством были закреплены в опубликованных 23 апреля 1906 г. Основных государственных законах. По поводу оценки этих законов в историко-правовой и исторической литературе длительное время шли дискуссии о том, можно ли этот документ рассматривать как конституцию. Высказывалось мнение, что это вообще не конституция или, если и конституция, то фиктивная. Представляется, что для такой оценки нет оснований. Основные государственные законы 1906 г.— можно назвать первой российской конституцией. В этом документе указывается форма правления — дуалистическая монархия, т.е. такая монархия, в которой, с одной стороны, чрезвычайно обширна власть монарха и ответственность перед ним правительства, а с другой стороны, существует парламент, наделенной законодательной властью (хотя и ограниченной). Форма государственного устройства — унитарное государство, определена конструкция органов государственной власти, их компетенция и порядок взаимоотношений, порядок взаимоотношений центра и регионов, права, свободы и обязанности подданных, т.е. решены все те вопросы, которые обычно решаются в конституциях. В качестве прототипа российской конституции 1906 г. была взята конституция Пруссии 1850 г., о чем говорили сами составители в процессе ее подготовки.

В соответствии с Основными законами императору принадлежала государственная власть. Он не только глава государства, но и глава исполнительной власти. Он назначал всех важных чиновников госаппарата, имел право издавать в порядке управления указы и повеления. В его исключительной компетенции находились вопросы внешней политики, в том числе объявления войны и заключения мира, руководство вооруженными силами, а также право объявлять в стране в целом или в отдельных местностях военное или чрезвычайное положение. От его имени действовали суды, и он же назначал судей. Ему принадлежало право помилования и амнистии.

Император назначал премьер-министра, министров и других должностных лиц. Правительство было ответственно перед царем, а не перед Думой.

Согласно Основным законам царская власть ограничивалась лишь двумя положениями. Во-первых, законодательную власть она делила с Государственной Думой и Государственным Советом. Ст. 86 Основных законов гласила, что “ни один закон не может восприять законной силы без одобрения Государственной Думы и Государственного Совета”. Императору принадлежало право законодательной инициативы, а что касается изменений в Основных законах, то они могли последовать только по инициативе царя. Ему принадлежало право абсолютного вето, т.к. без утверждения императора ни один закон не мог восприять законной силы. Во-вторых, по образцу европейских конституций указы и повеления императора должны были скрепляться подписями премьер-министра или соответствующих министров и главноуправляющих. Но, если в большинстве европейских стран уже в то время правительства формировались парламентами, то в России император мог в любой момент уволить любого министра, отказавшегося скрепить своей подписью его повеление и заменить другим, более покладистым. Провозглашенное Манифестом от 17 октября 1905 г. право парламентского контроля за действиями исполнительной власти на практике оказалось фикцией. Все свелось к предоставленному Думе и Государственному Совету праву запроса, обращенному к министрам. Однако оно ни к чему не обязывало министров, т.к. они не были ответственны перед Думой и Государственным Советом. К тому же министры могли отказаться отвечать на запрос, сославшись на секретность тех или иных материалов. Кроме того, император регулировал работу Думы и Государственного Совета. Указом царя определялись их ежегодные созывы и продолжительность работы, он мог досрочно распустить Думу, назначить новые выборы и время их созыва. Наконец, в соответствии со ст. 87 Основных законов во время перерывов в работе Думы император по представлению Совета министров мог издавать указы, имеющие силу законов. Правда, в течение 2-х месяцев после возобновления занятий Думы указы необходимо было внести на обсуждение в Думу, или они теряли свою силу. Именно в таком чрезвычайном порядке учреждаются военно-полевые суды и принимается указ о столыпинской аграрной реформе, о чем речь впереди.

В Основных законах (как и в каждой конституции) содержалась особая глава, в которой закреплялись основные права и свободы подданных. Однако они носили формальный характер, т.к. их реализация на практике была весьма ограничена. Так, неприкосновенность личности ограничивалась тем, что с 1906 г. по февраль 1917 г. не было ни одного года, в течение которого на территории империи или ее отдельных регионов не объявлялось бы военное положение или положение усиленной или чрезвычайной охраны, когда полиция и военное командование получали особые полномочия вплоть до предания гражданских лиц военно-полевому или военно-окружному суду и юридические гарантии прав подданных приостанавливались.

Провозглашалось (ст. 76 Основных законов) право подданных свободно выбирать свое местожительство и беспрепятственно ездить за границу. Но в соответствии с Положением о паспортах и видах на жительство 1895 г. бессрочные паспорта, по которым действительно можно было свободно выбирать место жительства и получить заграничный паспорт, выдавались только дворянам, офицерам, чиновникам и почетным гражданам. Лица податных сословий (т.е. крестьяне и мещане) получали виды на жительство при условии уплаты налогов и повинностей и разрешения на отлучку от своих общин, и только указом от 5 октября 1906 г. эти ограничения были отменены, да и то не полностью.

В ст. 81 Основных законов провозглашалась свобода веры. Однако в ст. 62 подчеркивалось, что православная христианская вера “есть истинная и господствующая”. Церковь, как уже отмечалось выше, была государственной, ей принадлежал ряд государственных функций, в частности, ведение книг актов гражданского состояния. Вообще вне закона фактически оказывались атеисты. Так на практике реализовывалось право на свободу веры.

Что касается свободы слова, печати, собраний, союзов, то порядок реализации этих прав устанавливался временными правилами о собраниях, союзах и о печати, изданными в марте 1906 г. Этими правилами для образования обществ или союзов, а также проведения публичных собраний формально не требовалось разрешения, но фактически устанавливался разрешительный порядок, т.е. организаторы соответствующих союзов или собраний должны были заранее представить властям проект устава, списки членов руководящих органов, источники поступления денежных средств (для обществ или союзов), и без утверждения устава общество не могло приступить к работе.

При этом министр внутренних дел или губернское присутствие по делам обществ могли в любой момент прекратить деятельность общества или союза, усмотрев, что оно отклоняется от своего устава или представляет опасность для общественного спокойствия. Для организации публичного собрания также нужно было испросить предварительное разрешение, сообщив властям о составе собрания, его целях и список ораторов. На публичном собрании обязательно было присутствие полицейского чиновника, который мог в любой момент закрыть собрание, усмотрев, что оно отклоняется от заранее сообщенной темы и своих целей. Что касается временных правил о печати. то они устанавливали отмену предварительной .цензуры как для непериодической (повременной) печати, так и для периодической, т.е. книг, брошюр, но только выходившей в городах, что выдавалось чуть ли не за отмену цензуры вообще. Однако за 24 часа до выпуска тиража книги из типографии ее надо было представить в комитет по печати (как теперь стала называться цензура), и тот мог наложить арест на тираж, передав дело на окончательное решение суда. Авторы и издатели могли быть наказаны в административном и судебном порядке. Что касается изданий, выходивших вне городов, то для них по-прежнему сохранялась предварительная цензура.

Даже обязанности платить налоги, а для лиц мужского пола нести воинскую обязанность были неравными и зависели от социального положения, образования и религиозной принадлежности.

§3. Государственный переворот 3 июня 1907 г. и крах попыток создания парламентской монархии

Издав Основные государственные законы 23 апреля 19061. за 4 дня до открытия заседаний 1 Государственной Думы. царизм постарался поставить Думу перед свершившимся фактом, стремясь избежать обсуждения ею данного законодательного акта. Царь и его сановники не без оснований опасались, что Дума, взявшись за обсуждение конституционных вопросов, может объявить себя Учредительным собранием. Ведь в Думе сложилось прочное “левое” большинство: из 448 депутатов -153 фракция кадетов и 107—трудовиков. Еще 68 депутатов принадлежали к “автономистам” (поляки, литовцы, латыши, украинцы, мусульмане — члены национал-автономистических группировок), которые голосовали обычно в Думе с “левым” большинством. Правым — Совету объединенного дворянства и черносотенным партиям не удалось провести в Думу ни одного депутата. Даже октябристов было всего 13. Социал-демократы, как известно, бойкотировали выборы, поэтому у них лишь в результате довыборов к моменту разгона Думы была фракция в 17 депутатов-меньшевиков.

Избежать обсуждения конституционных вопросов царизму не удалось. На первых же заседаниях Думы были высказаны предложения о введении всеобщего избирательного права (правда, только для мужчин), об установлении ответственности правительства перед Государственной Думой, упразднении Государственного Совета и расширении законодательных прав Думы, а также требование об амнистии политическим заключенным — участникам революционных событий. На все эти предложения Думы новый премьер-министр И.Л. Горемыкин, сменивший на этом посту С.Ю. Витте, ответил категорическим отказом. Но главным вопросом, по которому разошлись позиции правительства и Думы. был аграрный вопрос.

Две ведущие думские фракции — кадетская и крестьянская (трудовики) внесли в мае 1906 г. свои проекты решения аграрного вопроса. При всех различиях оба проекта исходили из того, что крестьяне должны быть наделены дополнительной землей за счет создания государственного земельного фонда, формируемого из земель казенных, кабинетских и удельных (земель императорской фамилии, большая часть которых на окраинах страны пустовала), а также за счет частновладельческих земель помещиков. Но далее шли различия. Проект 42-х депутатов (кадетов) предлагал скупку помещичьих земель через Крестьянский банк или их принудительное отчуждение (особенно тех, которые сдавались в аренду или велись на полуфеодальных методах), но за “справедливое вознаграждение” с последующим наделением безземельных и малоземельных крестьян землей за выкуп (Не на правах собственности, а в пожизненное наследственное владение). Проект 104-х (трудовиков) предусматривал принудительное отчуждение помещичьих земель, превышающих трудовую норму, в порядке национализации с последующей передачей этих земель крестьянству бесплатно.

Внесенный несколько позже в Думу проект эсеров (33-х депутатов) вообще предлагал национализацию всей земли и передачу ее тем, кто ее обрабатывает на основе уравнительного землепользования по единой трудовой норме.

Все эти проекты были категорически отвергнуты правительством. В октябре 1905 г., когда угроза силового захвата помещичьих земель крестьянами представлялась правящим кругам реальной и страшной, сам царь и его окружение согласны были отдать половину помещичьих земель крестьянам, лишь бы сохранить другую половину. В подготовленном в Главном управлении землеустройства и земледелия под руководством его начальника Н.Н. Кутлера проекте закона предполагался принудительный выкуп около 25 млн. десятин помещичьих земель, пустовавших и сдававшихся в аренду (т.е. тех, где хозяйство велось полуфеодальными методами). Конечно, 25 млн. десятин было мало, чтобы удовлетворить крестьянскую нужду в земле, но характерно, что в октябре 1905 г. правительство готово было идти на принудительное отчуждение помещичьих земель. А летом 1906 г., когда угроза крестьянской революции отступила, правительство категорически отказалось даже обсуждать кадетский проект закона, хотя он, видимо, мог бы стать основой для какого-то компромисса, чтобы парламентским путем решить один из наиболее острых вопросов, стоявших перед Российским государством. Аграрные законопроекты Думы явились той последней каплей, которая переполнила терпение царя и правительства и 8 июля 1906 г. Дума была распущена.

Роспуск Государственной Думы вызвал разочарование в стране и нанес сильный удар по престижу правительства и лично императора как внутри страны, так и за рубежом. 230 депутатов Думы (кадеты и трудовики) не подчинились указу о роспуске и собрались в Выборге, который в то время находился в пределах Великого княжества Финляндского, входившем в состав Российской империи, но был недосягаем для российской полиции и жандармерии. В своем Выборгском воззвании они призвали народ к “пассивному сопротивлению” до созыва народного представительства, т.е. не давать ни копейки в казну, ни единого солдата в армию, не признавать государственных займов и т.д.

Правительство пыталось путем внесения “разъяснения” избирательного законодательства и прямого “нажима” на избирателей добиться приемлемого для себя состава новой Думы. Так, было “разъяснено”, что по крестьянским куриям могут голосовать не все крестьяне мужского пола, а лишь домохозяева (главы крестьянских дворов). Теперь все рабочие независимо от наличия ценза должны были голосовать только по рабочей курии.

Однако эти усилия не помогли. II Государственная Дума, собравшаяся 20 февраля 1907 г., оказалась еще более левой. Из 518 депутатов народнические партии получили 157 мест (трудовики— 104, эсеры— 37, народные социалисты— 16), социал-демократы — 65 мест. Всего левые партии получили 222 места или 43% голосов в Думе.

В центре внимания II Думы по-прежнему был аграрный вопрос. Несмотря на то что кадеты “смягчили” свою позицию, отказавшись от бесплатной передачи земли из государственного фонда в бессрочное и наследственное пользование, и предлагали передать ее в собственность за выкуп “по справедливой оценке”, т.е. выкуп переложить на самих крестьян, левые партии настаивали на национализации земли. По-прежнему на заседаниях II Думы звучали требования пересмотра Основных законов, расширения полномочий Думы и создания правительства ответственного перед ней. Разочаровавшись и во II Думе правительство искало повод для ее роспуска. 1 июня 1907 г. П.А. Столыпин, назначенный премьер-министром вместо И.Л. Горемыкина еще в июле 1906 г., потребовал отстранения от участия в работе Думы 55 депутатов фракции социал-демократов, а 16 из них— лишения депутатской неприкосновенности и предания суду за якобы подготовлявшийся ими заговор с целью свержения самодержавия. Дело против депутатов было сфабриковано охранкой. Конечно, социал-демократы добивались свержения самодержавия и это было записано в их программе. Но организовывать заговор с такой целью в момент спада революции было бессмысленно.

3 июня 19Q7r. был опубликован царский Манифест о роспуске II Государственной Думы и изменении Положения о выборах. Роспуск Думы нанес сильный удар по престижу царизма. Особенно чувствительным для правительства оказалось падение на 31"/о курса билетов российского государственного займа на международном валютном рынке. Издание нового Закона о выборах фактически явилось государственным переворотом, т.к. в соответствии с Основными законами царь не имел права без согласия Думы принимать новый закон о выборах. Попытки 1 и II Государственных Дум добиться создания парламентской монархии с правительством, ответственным перед парламентом, потерпели крах.

Новый избирательный закон на 33% увеличил число выборщиков от помещиков. Единая городская курия была разделена на две курии. Смысл этой новеллы состоял в том, чтобы предоставить сравнительно узкому слою самых богатых городских избирателей столько мест выборщиков, сколько и второй городской курии, где голосовали мелкие собственники городской недвижимости, мелкие чиновники, квартиросъемщики небольших квартир и т.д. Объективно зто давало перевес на выборах крупным землеаладельцам и крупной буржуазии. Рабочие теперь только в центральных губерниях голосовали по рабочей курии. В остальных губерниях им было предписано голосовать по второй городской курии, если у них был для этого необходимый имущественный ценз. Это новшество, во-первых, отстраняло от выборов значительную часть рабочих как не имевших ценза и, во-вторых, голоса тех, кто имел ценз и голосовал по второй городской курии, растворялись в массе голосов мелкой буржуазии, чиновников и т.д. Теперь голос одного помещика стал равен 260 голосам крестьян или 543 голосам рабочих. Численность лиц, обладавших активным избирательным правом, сократилась до 15% от общей численности населения Российской империи. Резко сокращено было количество депутатских мест от национальных окраин (от Польши 14 вместо 37, от Кавказа 10 вместо 29 и т.д.). Сокращена была и общая численность депутатов Думы (442 вместо 524).

Новый избирательный закон, нажим, осуществлявшийся местной администрацией, разгул погромов и террора, проводившихся черносотенцами, массовые репрессии властей дали свои результаты. В III Думу было избрано: правых— 51, октябристов— 136, прогрессистов- 28, кадетов— 53, националистов —- 90, трудовиков — 13 и социал-демократов - 19 депутатов. Пост председателя Думы от кадетов перешел к октябристам. В III Думе, работавшей до 1912г., и IV Думе (1912-1917 гг.) правительство могло опираться на блок правых и октябристов, а если правые по каким-либо вопросам расходились с октябристами, то на блок октябристов с кадетами. Царь и правительство получили послушную (“карманную”) Думу. Но она не отражала истинных интересов социальных, групп населения и оказалась неспособной решить насущные задачи страны. Поскольку мирный конституционный путь решения основных вопросов был заблокирован, остался единственный путь — революционное свержение самодержавия. Царизм, совершив государственный переворот 3 июня 1907 г. повел страну прямиком к новой революции.

§4. Аграрная столыпинская реформа

Император и его окружение понимали, что одними силовыми методами справиться с революционным движением и сохранить существующий режим невозможно. Необходимы были реформы, уступки, меру которых в конечном счете определял размах революционного движения, особенно крестьянского, поскольку крестьяне составляли подавляющее большинство населения страны.

В предшествующем параграфе говорилось, что некоторые частичные меры были проведены еще в 1905 г. Наконец, 5 октября 1906 г. был издан Указ об отмене некоторых ограничений в правах сельских обывателей и лиц других податных сословий, который предоставил крестьянам и мещанам право поступления на государственную службу и учебу, расширил право на свободный выбор места жительства и т.д.

Однако все это были полумеры, а требовались гораздо более крупные реформы и, прежде всего, аграрная. К ее скорейшему проведению подталкивали проекты, выдвигавшиеся различными политическими силами в Государственной Думе. Для проведения реформ царь избрал П.А. Столыпина, доказавшего свою энергию и беспощадность в борьбе с революционным движением сначала на посту саратовского губернатора, а затем министра внутренних дел. Назначенный в июле 1906 г. премьер-министром (с сохранением поста министра внутренних дел) Столыпин провозгласил лозунг: “Сначала успокоение, а затем реформы”. Как именно осуществлялось “успокоение” подробно излагается в параграфе о карательной политике и карательных органах.

Важнейшей из комплекса реформ, задуманных Столыпиным, безусловно, явилась аграрная реформа. В противовес думским проектам, суть которых (при всех их различиях) в конечном счете сводилась к передаче крестьянам всей или части помещичьих земель, т.е. разрешение аграрного кризиса за счет помещиков, суть столыпинской реформы состояла в том, чтобы сохранив в неприкосновенности помещичье землевладение, разрешить аграрный кризис за счет перераспределения между крестьянами общинных крестьянских земель.

Сохраняя помещичье землевладение, Столыпин оберегал социальный слой помещиков как важнейшую опору царизма, учитывая, что в результате революции 1905-1907 гг. крестьянство уже не являлось такой опорой. Столыпин рассчитывал, расслоив крестьянство за счет перераспределения общинных

земель, создать слой новых собственников-фермеров как новую социальную опору власти. Иными словами, столыпинская реформа одной из важнейших своих целей имела, в конечном счете, укрепление существующего режима и царской власти.

Проведение реформы началось с издания 9 ноября 1906 г. Указа о дополнениях некоторых постановлений действующего закона, касающихся крестьянского землевладения и землепользования. Хотя формально Указ был назван дополнениями к постановлениям по земельному вопросу, фактически это был новый закон, который радикально менял строй земельных отношений в деревне.

К моменту издания данного закона, т.е. к 1906 г., в России было 14,7 млн. крестьянских дворов, из которых 12,3 млн. имели земельные наделы, в том числе на общинном праве 9,5 млн., преимущественно в центральных регионах, черноземной полосе, на Севере и частично в Сибири, 2,8 млн. дворов— на подворном праве (в Западном и Привислинском краях, Прибалтике, Правобережной Украине). Политика царизма до Указа 9 ноября 1906 г. была направлена на сохранение общины как формы крестьянского самоуправления, обеспечивавшую административно-полицейский контроль (через земских начальников) за крестьянством, и как фискальной единицы, облегчавшей взимание налогов и сборов, поскольку входившие в общину крестьянские дворы были связаны круговой порукой.

С отменой круговой поруки община перестала быть фискальной единицей. А закон от 5 октября 1906 г., расширивший для крестьян свободу передвижения и поступления на службу и учебу, ограничил административно-полицейский контроль со стороны земских начальников. Отмена выкупных платежей превратила крестьян в собственников надельной земли, но на общинном или подворном праве, т.е. юридическими собственниками земли были или крестьянские общины (при общинном землепользовании), или крестьянские дворы (при подворном землепользовании), т.е. коллективные собственники. Исключение составляли Прибалтика, Привислинский и Западный края, где господствовала частная единоличная собственность на землю домохозяев — глав крестьянских дворов. Кое-где частная собственность на крестьянские земли, как исключение, имела место и в других регионах.

Столыпинский Указ от 9 ноября 1906 г. предоставлял крестьянам “право свободного выхода из общины, с укреплением в собственность отдельных домохозяев, переходящих к личному владению, участков мирского надела”. За выходящими из общины закреплялась земли, находившиеся в их фактическом пользовании, в том числе и арендуемые у общины (сверх полагающихся наделов), независимо от изменения числа душ в семье. Причем в общинах, где переделов не было в течение 24 лет, вся земля закреплялась бесплатно. А там, где переделы производились, излишки земли, сверх причитающихся на наличные мужские души, оплачивались по “первоначальной средней выкупной цене”, т.е. значительно дешевле рыночных цен. Эти правила были нацелены на то, чтобы побудить к скорейшему выходу их общины наиболее зажиточных крестьян, располагавших излишками надельных и арендованных земель.

Выходившие из общины домохозяева имели право требовать, чтобы полагающаяся им земля выделялась одним куском-отрубом (если выделяющийся двор остается в деревне) или хутором (если этот двор переносит усадьбу за пределы деревни). При этом преследовались две цели: во-первых, ликвидировать чересполосицу (когда надельные земли одного крестьянского двора находились отдельными участками в разных местах) — одну из важнейших причин отсталости агротехники; во-вторых, рассредоточить, разъединить крестьянскую массу. Объясняя политический смысл рассредоточения крестьянской массы, Столыпин писал, что “дикая, полуголодная деревня, не привыкшая уважать ни свою, ни чужую собственность, не боявшаяся, действуя миром, никакой ответственности, всегда будет представлять собой горючий материал, готовый вспыхнуть по каждому поводу”. Учитывая, что выделенные выходящим из общины дворам земли одним отрубом или хутором в большинстве случаев ущемляли интересы остальных общинников (поэтому общины могли не давать согласие на выделение), Указ 9 ноября предусматривал право требовать укрепления в личную собственность части общинной земли, которое должно быть удовлетворено общиной в течение месяца. Если же это не будет сделано в установленный срок, то выделение земли может быть оформлено распоряжением земского начальника, не считаясь с волей общины, т.е. принудительно.

Не надеясь получить одобрения Указа от 9 ноября 1906 г. II Государственной Думой, Столыпин оформил его издание в порядке ст. 87 Основных законов без Думы. И действительно, Указ получил поддержку только в III Думе, избранной после третьеиюньского государственного переворота 1907 г., по новому избирательному закону. Опираясь на голоса правых и октябристов, правительство добилось, наконец, его утверждения 14 июня 1910 г. в виде закона. Более того, правооктябристское большинство III Думы дополнило этот закон новым разделом, в котором указывалось, что те общины, в которых переделы не производились с 1863 г., должны считаться перешедшими к участково-подворному наследственному землепользованию. Иными словами, закон 14 июня 1910 г. принудительно распускал указанную категорию общин независимо от желания крестьян. Последовавший затем закон от 29 мая 1911 г. сделал заключительный шаг к уравнению правового статуса надельных и частновладельческих земель. Юридическими собственниками хуторов и отрубов, а также надельных земель в принудительно распущенных общинах, если в составе надельной земли была хотя бы небольшая часть купленной земли, признавались домохозяева, т.е. главы крестьянских дворов, а не весь крестьянский двор как коллективный собственник (как это имело место ранее).

Однако, несмотря на сильнейший правительственный нажим, крестьянство в своей массе не восприняло реформу. Всего за период с 1907 по 1916 г. из общин вышло чуть более двух миллионов крестьянских дворов. Кроме того, 468,8 тыс. дворов в тех общинах, в которых с 1863 г. не было переделов, получили акты о собственности на свои земли без своего согласия, т.е. насильно. Всего таким образом выбыло из общин около 2,5 млн. крестьянских дворов, (примерно 1/5 общинных дворов к их количеству на 1906 г). К 1916 г. из общины вышла примерно1/6 часть общинников (более 73% из них против воли односельчан). Значительное число крестьян (там, где общины распускались принудительно) вышли против своей воли.

Как уже говорилось, целью реформы было перераспределение общинной земли. Как заявил в Государственной Думе один из ближайших сотрудников Столыпина— главноуправляю-щий землеустройства и земледелия А.В. Кривошеин, земля должна находиться в руках “того, кто лучше других сумеет взять от земли все, что она может дать”, и ради этого надо отказаться от “несбыточной мечты, что в общине все могут оказаться сытыми и довольными”. В перераспределении земли он видел залог того, что “широкий общий подъем сельского хозяйства— дело недалекого будущего”. И действительно, основными продавцами земли оказались вышедшие из общины малоземельные и безлошадные общинники. Продавая землю, они уходили на заработки в город или ехали на новые земли (в Сибирь, на Дальний Восток, в Среднюю Азию).

Хотя многие крестьяне хотели прикупить земли, однако это оказалось вовсе не простым делом. Потребных для проведения реформы денег (а эта сумма была определена в 500 млн. золотых рублей) у государства не оказалось. Сумма, реально выделенная для финансирования реформы (выдачи государственного кредита), была совершенно недостаточна и к тому же разворована чиновниками и до крестьян не дошла. Надеяться можно было только на кредит Крестьянского банка. Специальным указом, принятым тоже в ноябре 1906 г., отменялся существовавший ранее запрет отдавать в залог надельные крестьянские земли. Крестьянскому банку разрешалось под залог надельной земли выдавать ссуды для покупки земли при расселении на хутора и отруба, на улучшение агротехники (покупку сельскохозяйственных машин) и т.д.

Однако Крестьянский банк скупая земли по 45 рублей за десятину (немного больше гектара), продавал их по 115-125 рублей за десятину, а кредит под залог земли и на сравнительно краткие сроки выдавал на кабальных условиях. При неуплате в срок процентов и очередных платежей по возврату долга банк отбирал у должников и продавал заложенную землю. Деньги, которые шли на покупку земли и выплату процентов по кредитам, ложились накладными расходами на цену сельскохозяйственной продукции крестьянских хозяйств. И все же, несмотря на высокую цену и кабальные условия, часть крестьян-середняков и даже бедняков покупали землю, отказывая себе во всем, стремясь “выбиться в люди”. Покупали землю и богатые крестьяне, превращая свои хозяйства в основанные на капиталистических принципах и наемном труде товарные фермы. Но еще больше землю покупали лица, как тогда их называли, некрестьянского сословия, не занимавшиеся крестьянским трудом, из числа сельской и мелкой городской буржуазии, скопившие себе капитал не за счет работы на земле, а иными путями: волостные старшины и писари, владельцы винных лавок, полицейские, духовенство, торговцы и т.д. Эта категория скупала землю для спекуляции (ведь земля постоянно дорожала) и для сдачи ее в аренду тем же крестьянам, причем арендная плата доходила до половины урожая. Таким образом, переход земли в аренду означал обогащение сельских паразитов-рантье за счет крестьян.

Поскольку практика скупки земли для спекуляции и сдачи в аренду получила широкое распространение, правительство, обеспокоенное этим явлением, издало циркуляр, устанавливающий норму покупки надельной земли не более 6 наделов в пределах одного уезда. Однако в действительности многие спекулянты и рантье скупали (используя продажность чиновников и взятки) по 100-200 наделов.

Важным элементом столыпинской реформы явилась переселенческая политика. В сентябре 1906 г. часть земель, принадлежащих царской семье в Западной Сибири, на Дальнем Востоке, Казахстане и Киргизии, передана была для переселения крестьян из Центральной России. Переселением крестьян правительство пыталось решить ряд проблем: во-первых, разрядить аграрное перенаселение в центре страны и прежде всего в Черноземье; во-вторых, за счет увеличения численности русского населения усилить свою социальную базу на национальных окраинах: в-третьих, приступить к освоению необжитых и нередко пустынных регионов страны (особенно в Сибири и на Дальнем Востоке). Среди переселенцев преобладало беднейшее крестьянство. Всего за 1906-1914 гг. за Урал переселилось 3,1 млн. человек, но далеко не все получили собственную землю. Примерно 1/4 поселенцев приходилось арендовать землю у местных крестьян.

Оценивая итоги столыпинской реформы, справедливости ради, надо отметить, что к 1914 г. в сельском хозяйстве России имелись определенные положительные сдвиги. Во-первых, увеличилась на 10,5 млн. десятин площадь посевов за счет освоения целины в Сибири и Казахстане. Во-вторых, возрос общий валовой сбор зерна: пшеницы на 12%, ржи - на 7,4%, овса - на 6,6% как за счет расширения посевных площадей, так и роста урожайности. Но увеличение сбора зерна было не таким уж значительным и было использовано не на рост животноводства (“перегон зерна и кормов на мясо и масло”), что является показателем интенсивности сельского хозяйства, а на увеличение экспорта зерна за рубеж, в том числе и за счет сокращения внутреннего потребления. По расчету на 100 жителей населения число скота уменьшилось из-за нехватки кормов.

Однако эти положительные сдвиги нельзя связывать только со столыпинской реформой. Серьезнейшую роль сыграла отмена выкупных платежей, которые составляли 89 млн. рублей золотом в год, почти половина той суммы, которую выручали за экспорт хлеба. Немалую роль сыграли и удачные погодные условия, обусловившие хорошие урожаи в 1909 и 1910 гг. Однако вслед за этим последовал тяжелый неурожай 1911 г., поразивший более 20 губерний. Десятки миллионов крестьян были вновь обречены на муки голода. Характерно: больнее всего неурожай ударил по тем губерниям, где наиболее активно насаждались хутора и отруба, показав тем самым, что община оказалась более устойчива по отношению к стихийным бедствиям и иным чрезвычайным ситуациям.

В целом столыпинская реформа не дала тех результатов, на которые надеялось правительство. Во-первых, неурожай 1911 г. показал, что реформа не создала устойчивой тенденции к росту сельскохозяйственной продукции, во-вторых, реформа не решила главный вопрос: не устранила крестьянское малоземелье и аграрное перенаселение. Хотя часть крестьян и переселилась за Урал, а часть, продав землю, ушла в города, но, во-первых, до полумиллиона из них вернулись обратно, а, во-вторых, численность крестьянского населения за счет рождаемости росла примерно на 2% в год, что вело к дальнейшему дроблению крестьянских дворов, а, следовательно, и крестьянских наделов. Так и не удалось создать слой богатых фермеров-собственников земли, которые вели бы хозяйство по-капиталистически, с применением наемного труда, такой слой, чтобы он мог стать прочной социальной опорой царского режима. Хотя применение машин в сельском хозяйстве увеличилось, все же серьезных сдвигов в улучшении агротехники на селе добиться не удалось. Ведь по-прежнему почти половина пахотных земель принадлежала помещикам, значительная часть из которых сдавала землю крестьянам в аренду на кабальных условиях. И крестьяне ее обрабатывали своим инвентарем в порядке отработки арендных платежей. Более того, как уже говорилось, в ходе реформы и часть крестьянских надельных земель перешла к новым землепользователям-рантье, которые также сдавали землю крестьянам в аренду. Иными словами, площадь арендованных земель, обрабатывавшихся крестьянским инвентарем, увеличивалась, что отнюдь не способствовало распространению прогрессивной агротехники. Увеличение арендных платежей, общая сумма которых к 1917 г. вместе с расходами на покупку земель дошла до 700 млн. рублей в год, тяжелым прессом ложилось на крестьянство.

Столыпину не удалось ликвидировать крестьянскую общину. Как уже говорилось, из общины несмотря на административный нажим вышло не более 1/6 части крестьянских семей. Причем наибольшая их часть вышла в 1908-1909 гг. В дальнейшем этот процесс постепенно затухает. Кроме того, переселившиеся в Сибирь крестьяне стали вновь объединяться в общины. Что же обусловило устойчивость общины? Некоторые историки объясняют это консервативностью крестьянства. Частично это так. Но главная причина в другом. Община давала крестьянам чувство определенной социальной защищенности: окажись крестьянская семья в критическом положении, община (мир) не даст ей погибнуть. Особенно это было важно в условиях России, где большая часть сельскохозяйственных угодий находится в зоне рискованного земледелия. Нельзя не учитывать и жесткости российского климата, из-за чего затраты на обеспечение жизнедеятельности общества и ведение сельского хозяйства значительно выше, чем на Западе. Российское крестьянство на своем историческом опыте убедилось, что противостоять силам природы путем коллективных усилий легче. Поэтому у него выработался своеобразный общинный (коллективистский) менталитет, отличный от менталитета крестьянства на Западе. Наконец, община содержала определенную сельскую инфраструктуру (сельские школы, богадельни для престарелых, ссудно-кредитные товарищества, ремонт дорог, мостов местного значения и т.д.). В рамках общины развивались крестьянские кооперативные общества по совместному использованию сельскохозяйственной техники (жаток, молотилок, сепараторов и т.д.), сбытовые, закупочные, овощеводческие и иные сообщества. Характерно, что большую часть земель, выставленных на продажу, покупали сельские общины. Так, частные лица купили за 1913 г. 3,67 млн. десятин, а крестьянские кооперативы и сообщества— свыше 10 млн. десятин.

Таким образом, столыпинская реформа не решила аграрную проблему в стране. Наоборот, она ее обострила. Сохранение в стране крупного помещичьего землевладения с его полуфеодальными методами эксплуатации, новые финансовые тяготы для крестьян в виде расходов на покупку земли и арендные платежи, обезземеливание значительной массы крестьян и превращение их в батраков существенно способствовало приближению революции в России.

§5. Попытки реформ местного управления. Вопрос о школьной реформе

Ликвидация крестьянских общин, предусмотренная столы-пинской реформой, неизбежно ставила вопрос о дальнейшем существовании общинного сельского и волостного самоуправления, административно-судебных функциях общинных сельских сходов, волостных правлений и волостных судов, а также административного полицейского надзора за крестьянским самоуправлением со стороны земских начальников и губернских по крестьянским делам присутствий. Ликвидация общины была связана с судьбой сельской инфраструктуры, которая содержалась за счет общин. Иными словами возникала проблема радикальной реформы низовых звеньев местного самоуправления и административного надзора.

Разработанная Столыпиным программа реформ местного управления и самоуправления была изложена в его речи 3 марта 1907 г. на заседании II Государственной Думы. Она предусматривала упразднение волостных правлений (органов сословного крестьянского самоуправления) и учреждение вместо них выборных всесословных волостных земских собраний и управ. Именно к ним и должны были перейти все вопросы, связанные с сельской инфрастуктурой, которыми раньше занимались сельские общины. При этом в состав волости включались не только крестьянские, но и помещичьи земли, на которые соответственно перекладывалась и часть волостных денежных повинностей. Бессословными должны были стать, по мнению Столыпина, также уездные и губернские земские учреждения. Выборы по-прежнему должны были проводиться по куриальной системе, но дворянская курия подлежала упразднению, а вместо нее предлагалось учредить две землевладельческие курии, объединявшие дворян и недворян и различавшиеся по размерам имущественного ценза. В первой из них объединялись владельцы крупных имений, среди которых все больше становилось купцов и предпринимателей, скупавших дворянские имения. Во второй землевладельческой курии ценз снижался с тем, чтобы дать доступ в земские учреждения кулачеству и фермерам (или новым “чумазым лендлордам”, как их тогда называли). В третью курию должны были войти владельцы городских имуществ и торгово-промышленных предприятий. И, наконец, четвертую курию составили бы представители, избранные от волостных земств.

Наиболее существенной новеллой в законопроекте было уравнение в правах землевладельцев дворянского и недворянского происхождения. Однако интересы крупных собственников защищались тем, что они при наличии максимального земельного ценза входили автоматически в состав волостного земства, что создавало прочные позиции землевладельцам на волостном уровне. За первой землевладельческой курией сохранялась, как минимум 1/4 часть мест в уездном земстве.

Реформы местного управления и самоуправления натолкнулись на сопротивление дворянства. Основные возражения сводились к тому, что реформы устраняют (или по меньшей мере ослабляют руководящую роль его в уезде. Образование всесословного волостного земства и расширение земского избирательного права также подрывает роль дворянства. Наконец, возражая против упразднения волостных судов по крестьянским делам, правые силы по существу боролись за сохранение в неприкосновенности сословного строя в России. Хотя законопроект о введении земств в западных губерниях вопреки сопротивлению Государственного Совета был принят в порядке ст. 87 Основных законов, но, как и другие законопроекты о реформах местного самоуправления, так и не был реализован вплоть до февраля 1917 г. Император согласился на проведение данного законопроекта в порядке ст. 87 только тогда, когда Столыпин пригрозил своей отставкой. А отставка премьера из-за отклонения одной из палат парламента правительственного законопроекта неизбежно создала бы парламентский прецедент, которого царь не хотел допускать. Закон о реорганизации местного суда (восстановлении института мировых судов) начал в некоторых губерниях осуществляться накануне первой мировой войны. Однако сохранение при этом сословных волостных судов по крестьянским делам практически отрицало идею, ради которой этот закон проектировался.

Таким образом царизм оказался полностью неспособным реформировать систему местного самоуправления, повысить ее эффективность и приспособить к меняющимся условиям. Одновременно с реформой земского самоуправления предполагалось реформировать местные судебные органы: упразднить сословные волостные крестьянские суды и вместо них восстановить мировые суды (замененные в 1889 г. земскими начальниками с административно-судебными полномочиями в отношении крестьян).

Эта реформа имела бы особое значение для сельской буржуазии, конфликты которой с общиной должны были рассматриваться впредь не в волостном суде, руководствовавшимся обычным правом, где обычай мог обернуться против частного землевладельца, а в мировом суде, где на страже священной частной собственности стоял закон. Восстановление мировых судов означало и упразднение одиозного института земских начальников.

Наряду с реформами местного самоуправления и суда, Столыпин предполагал существенно реорганизовать и местное административное управление, особенно на уровне уезда. Дело в том, что должностные лица уездной администрации (исправник, земские начальники, податной инспектор), представители ведомств (государственных имуществ, удельного и др.) подчинялись своему губернскому начальству и были независимы друг от друга. На различных коллегиальных совещаниях председательствовал уездный предводитель дворянства так же, как и в уездном земском собрании и попечительском совете учебных заведений. Единого должностного лица, ответственного за уезд в целом, практически не было.

Столыпин предложил учредить в уезде должность начальника уезда с подчинением ему как полиции, так и всех остальных служб уездного масштаба и их руководителей. Предполагалось установить для них систему двойного подчинения как начальнику уезда, так и своему губернскому начальству. На губернском уровне Столыпин также предлагал усилить власть губернаторов, подчинив им все силы полиции, действующей в губернии (в том числе жандармерию и охранные отделения), и создать для управления ею должность заместителя губернатора по полиции и управленческий орган при нем (об этих предложениях см. подробнее в параграфе о полиции). Одним из важнейших аспектов реформ, предложенных Столыпиным, явилось стремление усилить русское влияние на национальных окраинах. Пути достижения этой цели Столыпин видел, во-первых, в увеличении удельного веса русского населения в национальных регионах, что предполагалось достичь за счет активного переселения русских из центральных районов на окраины (о чем уже выше говорилось в связи аграрной реформой). Во-вторых, в усилении влияния русского населения в местном управлении. В этом направлении предусматривались определенные меры. В частности, в законе о введении земских учреждений в шести западных губерниях, принятым Думой в 1910 г., предусматривалось существенное понижение имущественного ценза по курии уездных землевладельцев. Это было сделано для того, чтобы “разбавить” помещиков (в основном поляков-католиков) сельской буржуазией (преимущественно православными — украинцами, белорусами, русскими) в земских собраниях. Аналогичная мера предусматривалась в проекте Городового положения для Польши, в котором в первую курию городских избирателей включались не только домовладельцы (поляки-католики), но и квартиросъемщики (русское чиновничество и интеллигенция). Нельзя в этой связи не упомянуть и о том, что из состава Царства Польского была выделена Холмская губерния, причисленная к русским губерниям. Но, учитывая, что там все же много было землевладельцев — польских дворян-католиков, то для выборов в земские и городские органы самоуправления учреждались национальные курии: польская и русская. Причем в русских куриях имущественный ценз был существенно ниже, чем в польской.

Третьим направлением национальной политики явилось сокращение представительства от национальных окраин Государственной Думе, что было осуществлено с принятием избирательного закона от 3 июня 1907 г., анализ которого уже дан выше. Нельзя не сказать и об ограничении автономии Финляндии, осуществленном в 1909-1910 гг. В частности, ограничивались права сейма (парламента) — началось введение русского языка в делопроизводство, суживались полномочия таможни на российско-финляндской границе, финская марка заменялась рублем, финляндские стрелковые батальоны' включались в состав российской армии.

Наконец, говоря о проектах столыпинских реформ, нужно упомянуть и о проекте школьной реформы. Суть ее сводилась к попытке введения всеобщего бесплатного начального образования. Однако эта попытка встретила такой жесткий отпор правых кругов (в частности Совета объединенного дворянства), а также церкви, что во внесенном весной 1909 г. в Думу проекте Правил о начальных училищах Столыпин отказался от провозглашенного им ранее принципа единства школы, оставив в руках Синода руководство церковно-приходскими школами. Согласился Столыпин оставить за предводителями дворянства и председательствование в уездных училищных советах. Несмотря на эти уступки, законопроект надолго застрял в Государственном Совете, а когда перед самым началом мировой войны он все же принимается, школьная реформа наталкивается на отсутствие у казны средств.

§6. Карательные органы

Изменение социальной структуры общества в результате начавшегося еще с 80-х гг. XIX в. промышленного переворота (рост численности городского населения, формирование обширного слоя индустриальных рабочих) обусловило необходимость реорганизации полиции. В феврале 1899 г. был принят закон “Об усилении полиции в районе промышленных заведений”, предусматривавший создание специализированной фабрично-заводской полиции. В ее обязанности входила не только охрана промышленных предприятий и обеспечение порядка в их помещениях, но и борьба с забастовками и волнениями рабочих. В финансировании полиции участвовали владельцы предприятий.

В связи с ростом уголовной преступности, как следствия урбанизации и кризиса, в ряде крупных городов учреждались сыскные отделения (уголовный розыск). Формы и методы их работы длительное время не были урегулированы в законодательном порядке. Только в июле 1908 г. появляется закон “Об организации сыскной части”. В его развитие в 1910 г. утверждена Инструкция чинам сыскных отделений, определившая порядок деятельности, права и обязанности сотрудников этих отделений. Если общая (и тем более политическая) полиция была милитаризованна и ее сотрудникам присваивались воинские звания, то служащие сыскных отделений, как правило, офицерских званий не имели. Только руководителям отделений присваивались гражданские классные чины, а рядовые сыщики являлись вольнонаемными.

В связи с обострением,социальной напряженности в деревне и крестьянскими выступлениями в 1903 г., была проведена частичная реорганизация сельской полиции. Дело в том, что по старой традиции вспомогательные полицейские функции осуществлялись в порядке повинности выборными от крестьян десятскими и сотскими под руководством урядников. В связи с политической ненадежностью сотских и десятских, которые нередко сами участвовали в крестьянских волнениях, правительство ввело вместо сотских от крестьян штатные должности сельских стражников— государственных служащих, получавших зарплату из казны. Для крестьян натуральная повинность вспомогательной полицейской службы заменялась специальным денежным сбором.

Участившиеся массовые антиправительственные выступления, в том числе вооруженные, вынудили правительство в помощь полиции привлекать войска, преимущественно казачьи части, как более надежные. Это потребовало уточнения в законодательстве; порядка привлечения войск в помощь гражданским властям.

Особенно широко использовались войска вовремя Кровавого воскресенья 9 января 1905 г. Крупные части армии и даже флота подавляли вооруженные восстания на броненосце “Потемкин”, крейсере “0чаков” и других военных кораблях, в крепостях Кронштадт и Свеаборг.

Лейб-гвардейский Семеновский полк потопил в крови декабрьское вооруженное восстание в Москве. На всю страну прогремел приказ товарища (заместителя) министра внутренних дел, ведавшего полицией и корпусом жандармов, генерала Д.Ф. Трепова, получившего приказ царя: “патронов не жалеть

и холостых залпов не давать”. На территории 82 губерний Российской империи было объявлено чрезвычайное и даже военное положение. Соответственно расширились полномочия местных губернаторов и полицейских властей, а в местностях, объявленных на военном положении, власть переходила в руки военного командования. В ряде местностей учреждались генерал-губернаторства с передачей генерал-губернаторам полномочий командующих войсками военных округов. В дополнение к уже существовавшим генерал-губернаторам Киевскому, Туркестанскому, Степному, Иркутскому, Варшавскому, Кавказскому наместничеству 9 ноября 1905 г. было учреждено генерал-губернаторство Прибалтийское с включением в него Лифляндской, Курляндской, Эстонской губерний. Поскольку генерал-губернаторства объявлялись на военном положении, то на основании Закона о военном положении 1892 г. военные власти получали право передавать дела гражданских лиц на рассмотрение военно-окружных судов, которые решали их по законам военного времени. Был организован ряд карательных экспедиций под командованием генералов А.Н. Меллер-Закомельского, П.К. Рененкампфа и др.

В местностях, объявленных на военном и чрезвычайном положении, а также в районе действия карательных экспедиций только что назначенным премьер-министром П.А. Столыпиным были введены военно-полевые суды. Эти суды составлялись приказом командира воинской части в составе 5 офицеров данной части. Они должны были рассматривать дела гражданских лиц, обвиненных в участии в мятеже и иных преступлениях против существующего строя. Дела рассматривались в упрощенном порядке без участия прокурора и адвоката, как правило, в течение суток. Обжалования приговора и ходатайства о помиловании не допускались и приговор к смертной казни через расстрел или повешение приводился в исполнение немедленно. Не случайно Столыпин получил в народе прозвище “вешателя”, а виселицу стали называть “столыпинским галстуком”. По подсчетам известного историка К.Ф. Шацилло, в 1905 г. для подавления революции правительство командировало 213 пехотных рот и 66 эскадронов кавалерии и казачьих сотен и 83355 солдат в составе отдельных команд. В 1907 г. против крестьянских волнений войска привлекались 9771 раз. При этом в войне против собственного народа использовались пулеметы и даже артиллерия.

В годы первой революции и после ее подавления активизировалась деятельность политического сыска — охранных отделений. Теперь их сеть покрывает практически всю территорию страны. Они вели борьбу с революционным подпольем как путем наружного наблюдения, т.е. слежки за членами революционных организаций, так и при помощи секретной агентуры, внедрявшейся в подпольные сообщества для так называемого “внутреннего освещения”. Нередко такие секретные агенты играли роль провокаторов, подстрекая, а то и лично участвуя даже в террористических актах. Одним из таких провокаторов был Евно Азеф—руководитель партии эсеров, лично организовавший ряд террористических актов. Агент-провокатор киевского жандармского управления Мордух Богров 1 сентября 1911 г. застрелил Столыпина. А секретный агент Роман Малиновский стал даже депутатом Государственной Думы и лидером ее большевистской фракции. В целях координации деятельности низовых (губернских) охранных отделений образуются так называемые “районные охранные отделения”, каждое из которых должно было руководить работой таких отделений нескольких губерний. Иными словами, возникли своеобразные “охранные округа”. Общее руководство деятельностью охранных отделений осуществлял Особый отдел Департамента полиции. Он же руководил и оперативной работой жандармских управлений.

Для борьбы с революционными центрами за рубежом Департамент полиции активизирует свою заграничную агентуру. В российское посольство в Париже, где находился заведующий заграничной агентурой, стекалась вся информация о деятельности революционной эмиграции. Царская охранка оперативно сотрудничала с органами политического сыска Франции, Англии, Германии и других государств.

Деятельность жандармских органов и охранки была ориентирована исключительно на борьбу с революционным движением. Революция 1905-1907 гг. серьезно напугала правительство. Сразу же после ее подавления начинается поиск путей совершенствования и усиления полиции.

При существовавшей системе все полицмейстеры уездных городов и исправники уездных управлений подчинялись губернатору напрямую, а губернские жандармские управления и охранные отделения были независимы от него и подчинялись непосредственно МВД. Это вело к разобщенности аппарата.

Проект полицейской реформы в 1907 г. выдвинул премьер-министр (он же министр внутренних дел) Столыпин. Ее содержание Столыпин изложил в своей речи на заседании II Государственной Думы в марте 1907 г. Столыпинский проект содержал ряд положений об усилении взаимодействия различных полицейских служб как на министерском, так и особенно на губернском уровне. Столыпин предлагал учредить губернские полицейские управления, объединявшие деятельность всех видов полиции (уголовного розыска, жандармерии, охранки) и подчинить их губернатору, увеличить зарплату, издать единый Устав сыскной полиции.

Многочисленные проекты, направленные на совершенствование полицейского ведомства, привели к тому, что 23 октября 1916 г. было принято постановление Совета министров “Об усилении полиции в 50 губерниях Империи и об улучшении служебного и материального положения губернских чинов”. Это постановление так и не успели провести в жизнь. История показала, что сохранить правящий режим только лишь силовыми, полицейскими мерами невозможно. Следует отметить, что полиция оказалась верна свергнутому режиму. Петроградское жандармское управление и ряд полицейских участков во время Февральской революции (27 февраля 1917 г.) были разгромлены и сожжены, многие полицейские арестованы. Временное правительство издало постановление об упразднении Департамента полиции, а 19 марта 1917 г. был распущен отдельный корпус жандармов, его дела были переданы военному ведомству.

Таким образом, российская полиция не только фактически, но и юридически прекратила свое существование.

§7. Организация государственных финансов

Финансовая система царизма к началу XX в. сохраняла серьезнейшие пережитки феодализма. В налоговом отношении население страны все еще разделялось на две основные категории: привилегированное (неподатное) и податное население. Подушная подать, которую платили лишь крестьяне и мещане (т.е. низы городского населения), была в основном отменена в 80-е гг., но вместо нее были введены всесословный поземельный налог и промысловый сбор. В ряде местностей подушная подать сохранялась до 1907 г. К тому жена землях, принадлежавших царской семье (так называемых кабинетских и удельных) на Алтае, в Забайкалье, Сибири, Польше и т.д., крестьяне по-прежнему платили феодальную ренту. С коренного населения Крайнего Севера в Сибири, Архангельской и Пермской губерний собирались ясак и оброчная подать (в основном меховыми шкурками).

Кроме всесословных налогов (поземельного и промыслового) крестьяне платили мирские сборы и повинности, сборы на обязательное страхование строений, починку проселочных дорог и мостов, содержание сельских школ, призрение инвалидов и сирот, содержание должностных лиц по крестьянскому самоуправлению - сельских старост, волостных правлений и т.д. Наконец, тяжким бременем на крестьян ложились выкупные платежи за землю до их отмены в 1907 г.

Однако прямые, налоги составляли не более 20% в доходной части бюджета. Значительно большую долю (более 30%) составлял доход от водочной монополии, а вместе с косвенными налогами на сахар, керосин, спички и т.д. это давало более половины доходов, всей своей тяжестью ложившихся прежде всего на низшие слои населения и особенно крестьянство. Большой доход приносили таможенные пошлины от вывоза за рубеж хлеба и иных сельскохозяйственных продуктов.

Правительство ввело в стране золотое денежное обращение. По указу от 29 августа 1897 г. кредитные рубли: (бумажные ассигнации) стали свободно обмениваться на золотые монеты (червонцы 10-рублевого достоинства) по курсу 1 кредитный рубль на 66 1/3 копейки золотом. Государственный банк мог выпускать необеспеченные золотом кредитные рубли на сумму не свыше 300 млн. рублей. Все остальные кредитные билеты (ассигнации) должны были обеспечиваться золотом “рубль за рубль”. Таким образом, русские рубли стали конвертируемой валютой и охотно принимались к оплате в любой стране мира.

Крупнейшей статьей расходной части бюджета были военные расходы. Русско-японская война обошлась государственному казначейству более чем в 2,6 млрд. рублей золотом (только прямых расходов), а все потери народного хозяйства составили 4-5 млрд. золотых рублей. На войну были почти полностью израсходованы неприкосновенные запасы военного и морского ведомств. Колоссальные военные расходы, а также траты на подавление революции поколебали всю финансовую систему Российской империи, создали угрозу прекращения обмена кредитных билетов на золото. А это означало бы финансовое банкротство государства и возможное падение царского режима. Выручил царский режим только предоставленный Францией в 1906 г. огромный внешний заем (почти в 800 млн. золотых рублей). Так республиканская Франция спасла самодержавие в России.

Строительство нового флота взамен погибшего в войне, перевооружение армии поглощали огромные средства. Строительство нового флота (без расходов на армию) было исчислено Морским министерством в 5 млрд. рублей золотом (годовой бюджет России в 1908 г. составлял 2,6 млрд. золотых рублей).

Крупной статьей расходов было содержание бюрократического управленческого аппарата, полиции, жандармерии и тюрем.Огромных средств требовало содержание императорского двора, хотя императору лично и его семье и без того принадлежали огромные богатства. Так, только земельные владения царской семьи оценивались в 100 млн. рублей, в 160 млн. рублей - драгоценности семьи Романовых, собранные ими за 300 лет царствования. Царь получал также проценты с капиталов, находившихся в ряде английских и немецких банков. Только в Лондонском банке хранилось свыше 200 млн. рублей царских денег. Ежегодный личный доход царя превышал 20 млн. рублей золотом. И при таких личных доходах царя из госбюджета на содержание императорской семьи ежегодно выделялось еще 11 млн. рублей, причем Дума не имела права даже обсуждать данную статью расходов. Каждому новорожденному императорской крови полагался капитал в 1 млн. рублей, такая же сумма выдавалась каждой великой княжне при выходе замуж, а каждый великий князь, достигший совершеннолетия, ежегодно получал ренту в 200 тыс. рублей.

У императора и его семьи было множество резиденций -роскошных дворцов: Зимний, Аничков, Мраморный в Санкт-Петербурге; Александровский и Екатерининский в Царском селе, дворцы в Петергофе, Ораниенбауме, Гатчине, в Ливадии (Крым), на Кавказе и т.д. К тому же личные доходы императора и имущество императорской семьи были освобождены от всех налогов и сборов. Недешево обходилась России семейка Романовых. Для сравнения можно сказать, что на содержание всех высших учебных заведений по бюджету 1907 г. было выделено 6,9, а 1912 г.—7,6 млн. рублей.

Крупными статьями расходов были также дотации православной церкви (она финансировалась государством), расходы на проведение аграрной реформы и на обслуживание государственного долга (выплаты процентов и т.д.). А этот долг в 1908 г. достигал астрономической суммы— 8,5 млрд. золотых рублей, из которых 5,5 млрд. были внешние долги.

В результате двух удачных сельскохозяйственных сезонов, когда были собраны рекордные для России урожаи, и начавшемуся с 1910 г. промышленному подъему доходы по государственному бюджету несколько увеличились. Но это увеличение почти целиком уходило на финансирование перевооружения армии, флота и строительство стратегических дорог к западной границе.

§8. Реорганизация вооруженных сил

В результате поражения в русско-японской войне и революционных волнений в армии и на флоте вооруженные силы Российской империи стали практически небоеспособными. Армия потеряла большую часть своего вооружения. От флота осталась только Черноморская эскадра, но она была заперта в Черном море, т.к. проливы Босфор и Дарданеллы были закрыты Турцией для прохода русских военных кораблей. Практически не осталось запасов вооружения, боеприпасов и снаряжения.

Возникла проблема восстановления боеспособности вооруженных сил как важнейшего силового института государства, но решать ее оказалось чрезвычайно затруднительно из-за крайне сложного финансового положения страны. На заседании Совета государственной обороны в апреле 1907 г. было решено начать с восстановления флота. Такое решение объяснялось тем, что в связи с гибелью Балтийского флота в Цусимском сражении балтийское побережье России оказалось практически незащищенным, как и столица— Санкт-Петербург. Построенный в Англии (1907 г.) принципиально новый линейный корабль типа “дредноут” заставил все морские державы ускоренными темпами обновлять флот. В мире развернулась ожесточенная гонка морских вооружений. Дредноуты стали строить не только европейские державы, США и Япония, но даже Турция, Чили и Бразилия. На заседании Совета государственной обороны министр иностранных дел А.П. Извольский заявил, что “линейный флот нужен России вне всякой зависимости от обороны наших берегов, а для участия в разрешении предстоящих мировых вопросов, в которых Россия отсутствовать не может”. Иными словами, без флота Россия не могла считаться великой державой. В 1909 г. были заложены для Балтийского флота четыре линейных корабля (“Петропавловск”, “Севастополь”, “Гангут” и “Полтава”), а также несколько эсминцев, подводных лодок, тральщиков и т.д. Что касается армии, то из-за нехватки средств она получила немного денег на частичное восстановление израсходованных мобилизационных запасов. Тогда сухопутные генералы на заседании Совета государственной обороны устроили “бунт на коленях”, а военный министр генерал А.Ф. Редигер врезкой форме заявил о небоеспособности армии (что ему стоило отставки), армия получила еще немного денег на совершенствование артиллерии.

Однако без реогранизации армии не обошлось. Был упразднен Совет государственной обороны во главе с его председателем великим князем Николаем Николаевичем, назначен новый военный министр В.А. Сухомлинов. Изменилось комплектование войск: вводилась территориальная система, когда каждый корпус и каждая дивизия имели свои районы комплектования. Это при слабой развитости железных дорог позволяло существенно сократить воинские перевозки. Однако, помня уроки волнений в армии в 1905-1906 гг.. власти считали, что в частях должно быть неболее 30% местных уроженцев, а фабрично-заводские рабочие направляться в воинские части подальше от места жительства, призывники нерусских национальностей в частях не должны превышать 10-15%. Эти меры усиливали надежность армии.

В соответствии с утвержденными царем в 1910 г. Указаниями командующим войсками на случай войны с державами Тройственного союза фронт развертывания русских армий переносился на линию Гродно-Белосток-Брест-Проскуров. Отвод значительной части войск от границы и упразднение первой линии вызвал протесты союзницы России — Франции. Правительство и генеральный штаб Франции требовали выдвижения русских войск на границу с Германией и увеличения их численности, восстановления русских крепостей в Польше. Франция даже предложила дополнительные кредиты для перевооружения армии и строительства стратегических железнодорожных и шоссейных путей к западной границе.

Реальная реорганизация вооруженных сил России началась с 1912 г. В связи с балканскими войнами 1912—1913гг.и усилившейся активностью германской и австрийской дипломатии на Балканах и в Турции, стремившейся подорвать там традиционные позиции России, резко увеличилась опасность возникновения большой войны.

В 1913 г. была утверждена Большая программа усиления армии. Она предусматривала рост численности войск как в мирное, так и особенно в военное время, насыщение их артиллерией, инженерными частями, авиацией, а также перевооружение армии новой техникой. Завершить программу реорганизации и перевооружения армии предполагалось в 1917 г. В 1912 г. был принят новый Устав о воинской повинности, который существенно сокращал льготы по призыву на военную службу по образованию, роду занятий и званию, численность призывников резко возросла. В силу того, что значительная часть младших офицеров запаса готовилась из людей, имевших образование, офицерский корпус пополнился представителями буржуазии. Отменены были сословные ограничения при приеме во все военные училища (ранее в некоторые из них принимали только дворян), что также увеличивало приток в училища образованной молодежи.

По мере укрепления армии, восстановления ее боеспособности и улучшения финансирования вновь изменена была дислокация войск. По новому мобилизационному плану войска были придвинуты к границам Германии и восстановлена линия крепостей на территории русской части Польши.

Русские ученые и специалисты добились значительных успехов в военном деле. Винтовка образца 1891 г. и легкая полевая пушка считались лучшими в мире, также как морские мины и приборы управления артиллерийским огнем (дальномеры). К сожалению, царь как главнокомандующий не мог оценить эти достижения. Его больше занимал цвет сукна для мундиров какого-либо гусарского полка, чем применение радиостанций и нового вооружения. Невежество последнего царя и его окружения привело к тому, что в русской армии так и не нашли применений автоматы В.Г. Федорова, зенитные пушки В.В. Тарновского, первый в мире ранцевый парашют Г.Е. Котель-никова и многое другое. Русские самолеты на конкурсе 1913 г. показывали более высокие технические данные, и тем не менее на вооружение были приняты иностранные самолеты фирм “Фармана” и “Ньюпора”.

К 1913 г. армия имела достаточное количество стрелкового оружия, были накоплены мобилизационные запасы боеприпасов, снаряжения и обмундирования. Недоставало только пулеметов и артиллерии, особенно тяжелой, инженерного имущества, и, конечно, средств связи (полевых телефонов и радиостанций). Крайне мало было автотранспорта и самолетов: в стране отсутствовала автомобильная и авиационная промышленность.

Поэтому вряд ли можно согласиться с бытовавшими в нашей литературе утверждениями о том, что в русской армии была одна винтовка на пять человек и т.д. Конечно, программа реорганизации и перевооружения рассчитывалась до 1917г.и армия вступила в войну не завершив эту программу, но это вовсе на означало отсутствия ее боеспособности.

Одновременно с программой реорганизации армии в 1912 г. принимается и новая морская программа. Так, в связи с обострением военной опасности на Юге (о чем уже говорилось выше) было принято решение о спешном усилении Черноморского флота. В связи с этим закладываются два линейных корабля (“Императрица Мария” и “Императрица Екатерина”), вошедшие в строй в 1916 г., и несколько крейсеров и эсминцев. Их ввод должен был изменить баланс сил на Черном море в пользу России. Началось строительство ряда боевых кораблей и для Балтийского флота.

§ 9. Развитие права

Источники права. Основным источником права в первые годы XX в. по-прежнему являлся Свод законов Российской империи. Но в связи с тем, что Свод во многом отражал принципы феодального права и устарел, в него были введены многочисленные изменения и дополнения. Помимо общероссийского законодательства во многих регионах продолжало действовать законодательство, существовавшее до их присоединения к России. Так, в. Финляндии применялось Шведское уложение 1734 г., в Привислинском и Западном краях (бывшем Царстве Польском)— Французский гражданский кодекс 1804 г., в Прибалтийских губерниях — Свод законов губерний Остзейских. У кочевых и полукочевых народов Средней Азии, исповедовавших ислам, местные суды руководствовались нормами шариата и адата. Обычаями руководствовались племена Крайнего Севера. Обычное право использовалось и в Европейской части страны (сословные волостные суды для крестьян), а также судами мировой и даже общей юстиции при рассмотрении некоторых гражданских и торговых дел и при неполноте законов.

В конце XIX - начале XX в. велись крупные кодификационные работы с целью обновления устаревшего законодательства. В частности, разрабатывались проекты Гражданского уложения, которые так и не были завершены. Что касается проекта Уголовного уложения, то он был подготовлен и в 1903 г. утвержден императором, но в действие были введены только главы о преступлениях государственных и против православной веры.

С принятием Основных законов Российской империи 1906 г. изменилось понятие закона. Если прежде законом считалось любое повеление императора, оформленное в надлежащем порядке Сенатом, то в соответствии со ст. 86 Основных законов 1906 г. законом признавался законодательный акт, принятый Государственной Думой, одобренный Государственным Советом и подписанный императором. Акты, принятые императором без Думы в порядке ст. 87 Основных законов или в порядке управления именовались “Указами”. Издавались также “Учреждения” (основывавшие какой-либо новый государственный орган и определявшие его правовой статус) и “Положения” (определявшие порядок деятельности государственных или иных учреждений). К ним примыкали “Уставы”. Имели место и такие источники, как “Временные правила”, обычно утверждавшиеся тоже императором, постановления Совета министров. Иногда применялась такая форма нормативного акта как “мнение Государственного Совета” или “разъяснение Сената”. Формально эти акты рассматривались как толкование или разъяснение действующего законодательства, но нередко они содержали принципиально новые нормы, которые власти по различным причинам не хотели обсуждать в Думе и поэтому маскировали их такой формой.

Уголовное право. Выше уже говорилось, что в 1903 г. император утвердил новое Уголовное уложение, которое должно было заменить Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. в редакции 1885 г., а также Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г. Замена этих актов новым Уложением была крайне важной. Во-первых, действовавшие акты были очень объемны, а, во-вторых (и это главное) оба эти акта основывались на прямо противоположных принципах. Уложение 1845 г. базировалось на сословном подходе к уголовным наказаниям, типичном для феодального общества, а Устав 1864 г. провозглашал бессословность судов. Принципиальные противоречия в законодательстве, чрезмерное обилие статей в нормативных актах — все это негативно отражалось на судебной практике.

В новом Уложении, бессословном по своему характеру, говорилось о равенстве субъектов права перед законом и судом, независимо от их сословной принадлежности. Преступление определялось как “деяние, воспрещенное во время его учинения законом под страхом наказания”. Таким образом закреплялся один из основополагающих принципов законности: “нет преступления, нет наказания без указания о том в законе”. Уложение исключило применение аналогии в уголовном праве (которая применялась в Уложении 1845 г.). Был повышен до 10 лет возраст, с которого возникала уголовная ответственность, хотя Уложение говорит об уменьшенной вменяемости в возрасте с 10 до 17 лет, а в возрасте с 17 лет до 21 года - об уменьшении наказания. Более четко разработаны понятия вины, умысла, обстоятельств, отягчающих и смягчающих вину. Составителям Уложения удалось преодолеть сугубо казуальный характер изложения правового материала, характерный для прежнего Уложения 1845 г., что позволило существенно сократить число статей (до 654 против 1700 в Уложении 1845 г. в редакции 1885 г.).

Упрощена была и система наказаний: исключены телесные наказания, в том числе розги для бродяг, плети для ссыльных, розги по приговорам военных судов и волостных судов для крестьян. О наказании розгами (до 100 ударов) говорилось лишь в Уставе о ссыльных и Уставе о содержании под стражей применительно к ссыльно-каторжным и ссыльно-поселенцам. Смертная казнь сохранилась, но только за посягательство на жизнь царя, членов императорской фамилии, государственную измену. Наказания подразделялись на основные, заменяющие и дополнительные. Так, смертная казнь могла заменяться бессрочной каторгой, а последняя— срочной каторгой (т.е. на определенный срок). В качестве дополнительного наказания могло применяться лишение особенных прав, т.е. лишение дворянства, офицерского звания или классного чина по гражданской службе, служебных прав и т.д. Применялось и денежное взыскание, хотя конфискацию имущества как направленную фактически против семьи осужденного Уложение отвергло. Но в Уложении 1903 г. сохранились различные наказания в зависимости от сословной принадлежности наказуемого, также как и неопределенность наказания, что не устраняло возможности судебного произвола в определении меры наказания.

Что касается Особенной части Уложения и конкретных составов преступления, то наиболее детально были разработаны главы “О нарушении ограждающих веру постановлений>>, “О бунте против верховной власти и преступлениях против священной особы Императора и Членов Императорского Дома”, “О неповиновении власти”, “О службе”. По-прежнему православная вера являлась государственной религией: совращения в другую религию, религиозные “умствования” и тем более атеизм рассматривались как диссидентство, посягательство на государственную идеологию и подрыв основ государственности.

Характерно, что посягательство на особу императора и членов его семьи рассматривались как более тяжкие преступления, чем государственная измена и шпионаж. Суровые наказания полагались нетолько за составление и распространение, но и за хранение письменных или печатных сочинений или изображений “с целью возбудить неуважение” к особе императора или членам его семьи, а также содержащих порицание установленного образа правления или его критику. Характерно, что наказывалось даже недоносительство по всем видам государственных преступлений. Практически почти любое критическое замечание по адресу власти можно было подвести под уголовно-наказуемое деяние. Суровые наказания ждали и тех, кто участвовал “в публичном скопище”, собравшемся, чтобы “выразить неуважение к верховной власти или порицание установленного законами Основного образа правления”. Под понятие “скопища” подпадали демонстрации, митинги, забастовки (хотя о запрещении забастовок говорилось в ряде статей Уложения, специально посвященных этому вопросу).

Уложение, хотя и было утверждено в 1903 г., однако в действие его было решено вводить постепенно по мере созревания для этого условий. В результате такой политики царизма практически, наряду с введенными в действие главами Уложения 1903 г., продолжали действовать нормы Уложения 1845 г. в редакции 1885 г. и Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г. Кроме того, действовал еще Воинский устав о наказаниях. Устав о ссыльных и Устав о содержании под стражей, в которых были и статьи, касавшиеся уголовных наказаний в отношении указанных в них категорий лиц, а также Собрание церковных законов, где также содержались нормы о наказаниях за определенные деяния для лиц духовного звания. Все это порождало путаницу, судебный произвол и существенно затрудняло судебную практику.

Что касается судебно-процессуального права, то здесь продолжал действовать Устав уголовного судопроизводства 1864 г. с теми изменениями и дополнениями (о военно-полевых судах и т.д.), о которых уже говорилось в параграфе о карательной политике и карательных органах.

Гражданское право. В области гражданского права в качестве основного источника права по-прежнему действовал т. Х Свода законов Российской империи. В начале XX в., как и ранее, в гражданском праве еще сохранялись феодально-сословные пережитки, что проявлялось в ограничении правоспособности и дееспособности физических лиц по сословному, национально-религиозным признакам, а также по признаку пола. Потребности развития экономики требовали отмены этих ограничений.

Существенные ограничения сохранялись для католиков (они по-прежнему не могли покупать землю в пределах бывшего

Царства Польского), а также для лиц иудейского вероисповедания. Они могли владеть недвижимостью только в пределах черты оседлости где им было разрешено проживание. Ограничивалось участие евреев в акционерных обществах и руководстве промышленными предприятиями. Но все эти ограничения легко обходились, т.к. недвижимость регистрировалась на подставных лиц, а подставные лица вводились в состав правлений акционерных обществ. Правительство пыталось использовать разрешительный порядок учреждения акционерных обществ с санкции Совета министров, но под давлением промышленников, в том числе еврейского капитала, в 1910 г. в Государственную Думу был внесен законопроект о замене разрешительной системы явочной. Правительство согласилось с такой заменой, но установило, чтобы среди членов правлений акционерных обществ лиц иудейского вероисповедания было меньшинство, и чтобы они не допускались к постам директоров. Кроме того, акционерным обществам запрещалась скупка земель свыше 200 десятин (в том числе в лесных и горных разработках). 18 апреля 1914 г. царь Николай II подписал соответствующий закон, который вызвал бурный протест буржуазии. Известный капиталист П.П. Рябушинский заявил, что закон — это удар по всей буржуазии независимо от религии и предприниматели должны будут ездить в Петербург “на поклон, как при Батые в ханскую ставку”, за разрешением на каждый свой шаг. Бурная реакция промышленников и давление из Парижа с угрозой перекрыть очередные поступления денег по внешнему займу заставили Николая II отменить указанный закон.

Развивается промышленное право, т.е. право на товарный знак, фирму, изобретение. Изобретение оформлялось патентом, который давал изобретателю исключительное право на использование своего изобретения в течение 15 лет. Однако изобретение могло быть отчуждено государством и ранее, но с выплатой компенсации. Авторское право предоставляло автору исключительное право на использование продукта его интеллектуального творчества (книги, музыка, картины и т.д.), после смерти автора это право переходило к наследникам на 50 лет.

Сложность принятия нового законодательства в области гражданского права заключалась в том, что большинство в Государственном Совете принадлежало дворянской аристократии, и он нередко блокировал законопроекты, предлагаемые в интересах предпринимателей или задевающие интересы крупных землевладельцев. Многие нормы гражданского права “модернизировались” Сенатом, приспосабливались к интересам товарно-денежного оборота путем сенатских толкований и разъяснений. Причем эти “разъяснения” нередко (по форме) практически формулировали новые нормы. Суды признавали решения Сената наряду с законами.

Изменения коснулись и других отраслей права, в частности семейного. По закону от 14 марта 1914 г. замужние женщины обрели право на получение от полиции постоянного вида на жительство для раздельного от мужа проживания без его согласия, если будет установлена невозможность совместного проживания.

Изменения коснулись даже канонического права. Так, если ранее при разводе по мотивам нарушения супружеской верности виновной стороне запрещалось повторное вступление в брак, то теперь это запрещение устанавливалось не пожизненно, а на срок не более 7 лет. Церковными судами по таким делам больше не накладывались на виновную сторону “епитимьи” (т.е. церковное взыскание, которое для чиновников и офицеров влекло обязательную отставку со службы).

Внебрачные дети получили право участвовать в наследовании имущества матери (наряду с другими детьми) и требовать от отца алименты. Разрешено было и усыновление внебрачных детей (ранее это было возможно только по особому каждый раз именному указу верховной власти).

Фабричное (социальное и трудовое) законодательство. В 1905-1906 гг., в момент подъема революционного движения, только что учрежденное Министерство торговли и промышленности разработало программу социального и трудового (или как тогда называли фабрично-заводского) законодательства. Основная идея этой программы состояла в том, чтобы отменить мелочную регламентацию в таких вопросах, как установление продолжительности рабочего времени, размера заработной платы, внутреннего распорядка на предприятиях, предоставив решение этих вопросов соглашению сторон. Подготавливались также проекты законов о страховании от болезней, несчастных случаев, о врачебной помощи, рабочем времени и найме. Первый министр торговли и промышленности В.И. Тимирязев — умный и опытный бюрократ считал, что “лучше уступить теперь, чем быть вынужденным уступить в будущем, и уступить, конечно, больше”. Однако в Совете министров законопроект о профсоюзах был включен в состав Временных правил об обществах и союзах, утвержденных царем 4 марта 1906 г. Вместо явочного устанавливался разреши тельный порядок организации профсоюзов, а их деятельность ставилась под контроль полиции и губернаторов.

По мере спада революционного движения либерально-реформаторский курс Министерства торговли и промышленности, имевший своей целью снизить накал социальных конфликтов в промышленности (с учетом западноевропейского опыта), натолкнулся на противодействие правящей дворянско-помещичьей верхушки и самой торгово-промышленной буржуазии.

Из всех упомянутых выше законопроектов реально в 1911 г. был принят лишь Закон о страховании от болезней и несчастных случаев. В соответствии с законом на предприятиях учреждались больничные кассы, капитал которых составлялся из взносов рабочих и предпринимателей. Управляться кассы должны были выборными представителями от рабочих и администрации и под надзором фабричных инспекторов. Больничные кассы объединялись в 12 страховых товариществ. Общее руководство страховым делом возлагалось на Главный страховой совет, включавший в свой состав также представителей рабочих.

Больничные кассы должны были оплачивать медицинскую помощь при несчастных случаях, выдавать пособия (25% от заработка) по болезни и несчастному случаю.

Безусловно, страховое законодательство 1912 г. не могло оправдать надежды правительства на достижение социального мира в промышленности. Таким образом, царизм оказался, по существу, не способен решить ни одну из насущных проблем, стоявших перед страной.

§10. Российское государство и право в годы Первой мировой войны

Первая мировая война началась с событий на Балканах. В Сараево, столице аннексированной Австро-Венгрией Боснии и Герцоговины, местным студентом Гаврилой Принципом, сербом по национальности, был убит эрц-герцог Франц Фердинанд — наследник австрийского престола. Он прибыл для проведения маневров австрийской армии на сербской границе, носивших, по существу, провокационный характер. Воспользовавшись этим убийством как предлогом, Австро-Венгрия (за спиной которой стояла Германия) предъявила Сербии ультиматум, в который намеренно был включен ряд неприемлемых требований (вплоть до ввода австрийских войск на ее территорию). Эти требования были нацелены на аннексию Сербии и вытеснение влияния России на Балканах. Подлинные причины Первой мировой войны были, разумеется, гораздо более глубокими. Противоречия между великими державами за раздел и передел мира назревали уже давно и сопровождались усиленной гонкой вооружений. Сложились два противостоявших друг другу военно-политических блока. Один из них включал Германию, Австро-Венгрию, Турцию и несколько позже — Болгарию, в которой царский престол занимала младшая ветвь германской династии Гогенцоллернов. Другой блок (“Антанта”)— Франция, Англия, Россия. Сербия, Черногория и Бельгия. Уже в ходе войны в него вступили Италия и Румыния, а в 1917г.—США.

Летом 1914 г, Германия сочла, что она получила военное преимущество и готова вступить в борьбу за передел мира. 1 августа Германия объявила войну России. 6 августа войну России объявила Австро-Венгрия, а 2 ноября— Турция.

С началом войны в России была объявлена всеобщая мобилизация, в армию и на флот призывались резервисты. К концу 1914 г. численность вооруженных сил России достигла 6,5 млн. человек.

В соответствии с утвержденным накануне войны Положением о полевом управлении войсками в военное время с началом войны императорским-указом была организована Ставка верховного главнокомандующего во главе с дядей царя великим князем Николаем Николаевичем, при Ставке был образован полевой штаб. На базе приграничных военных округов сформированы Северный, Западный и Юго-Западный фронты, несколько позже создан Кавказский фронт против Турции.

Действующая армия и командование фронтов, а также Балтийский и Черноморский флоты были подчинены Ставке. Тыловые военные округа по-прежнему подчинялись Военному министерству. На Военное министерство возлагалась подготовка и отправка в действующую армию по заявкам Ставки людских пополнений, управление казенными военными заводами, размещение заказов на вооружение, боеприпасы, снаряжение и снабжение ими, а также всеми видами довольствия действующей армии. На Морское министерство возлагалась подготовка людских пополнений для действующих флотов и снабжение их вооружением, боеприпасами и довольствием, а также ремонт и строительство новых боевых кораблей.

Губернии, прежде входившие в прифронтовую полосу, а также составлявшие тыловые районы фронта, были объявлены на военном положении. В соответствии с Законом о военном положении 1892 г. власть в этих местностях переходила в руки военного командования. Это означало, что губернаторы и губернская администрация должны были выполнять все требования и указания военных властей. Военные власти получали право закрывать по своему усмотрению государственные учреждения, органы местного самоуправления, смещать должностных лиц и предавать их суду; запрещать выпуск тех или иных печатных изданий, устанавливать порядок въезда и выезда в местностях, объявленных на военном положении, вводить комендантский час и осуществлять иные меры, направленные на поддержание порядка.

В числе этих мер было и предоставление властям права высылки из местностей, объявленных на военном положении, любых лиц, которые будут сочтены нежелательными элементами.

Именно в порядке реализации этого права в 1915 г. по приказу Верховного главнокомандующего из Прибалтики было депортировано на Алтай около 100 тысяч латышей и частично эстонцев (лиц пронемецкой ориентации). Они возвратились обратно только в 1923 г.

Тогда же, в 1915 г., после взятия Львова войсками генерала А.А. Брусилова военной контрразведкой был арестован, а затем выслан глава униатской церкви в Галиции митрополит Андрей Шептицкий, бывший австрийский офицер и польский граф, тесно связанный с австрийской разведкой.*1*

В соответствии с дополнениями, внесенными в 1914 г. в Военно-судебный устав, в местностях, объявленных на военном положении, дела гражданских лиц тоже перешли в юрисдикцию военно-окружных судов и Главного военного суда. Кроме того, военные власти по своему усмотрению могли учреждать военно-полевые суды и передавать на их рассмотрение дела гражданских лиц.

С начала войны был расширен перечень сведений, за разглашение которых следовала уголовная ответственность, а также вводилась военная цензура. На время войны запрещалось производство и продажа водки (сухой закон). Однако правительство и здесь осталось верным себе, не желая затрагивать интересы помещиков: им разрешалось “выкуривать” в своих имениях определенное количество ведер водки, но только для личного употребления, без права продажи.

*1* В этой связи следует отметить, что в годы Второй мировой войны униатский митрополит Андрей Шептицкий благословил в 1943 г. формирование гитлеровцами дивизии СС “Галичина”. Более того, он назначил в эту дивизию капелланом своего доверенного сотрудника архиепископа Иосифа Слипого.

Российская армия вступила в войну, не завершив реорганизацию и перевооружение, однако она была вполне боеспособна и имела мобилизационные запасы вооружения и боеприпасов. Но вскоре война, перешла в фазу изнурительной позиционной борьбы на истощение. За первые 4 месяца войны мобилизационные запасы были израсходованы, и армии всех воюющих сторон, в том числе и русская, стали испытывать острейший дефицит вооружений и особенно боеприпасов, а также снаряжения и разных видов довольствия. Российское руководство долго не могло осознать даже самой необходимости мобилизации экономики. Военное министерство по-прежнему делало ставку на снабжение армии за счет производства на казенных заводах, но они с этой задачей не справлялись. Так, с декабря 1914 г. по март 1915 г. в действующую армию была отправлена лишь '/з требуемого количества винтовок, патронов и снарядов. Не лучше было и с обозно-вещевым снабжением, совсем плохо—с организацией санитарной части.

Поэтому уже в конце 1914 г. на состоявшихся съездах председателей земств и городов были образованы Союз земств и Союз городов, которые позже, объединившись, учредили Всероссийский союз земств и городов (Земгор). Земгор взял на себя организацию санитарной части, вещевого снабжения, а также помощь беженцам. Он стал наиболее влиятельной организацией либерально-буржуазных кругов. Достаточно сказать, что председатель Земгора князь Г.Е.Львов после февраля 1917 г. стал первым председателем Временного правительства. По требованию Ставки, недовольной Военным министерством и особенно Главным артиллерийским управлением и его главой великим князем Сергеем Михайловичем, правительство в начале 1915 г. учредило Особую распорядительную комиссию по снабжению армии вооружением. Но во главе ее был поставлен все тот же великий князь Сергей Михайлович. Кроме того, полномочия комиссии были весьма ограничены. Иными словами, правительство пошло по пути обычных бюрократических игр, призванных имитировать деятельность для успокоения общественности, которые никак не сказывались на увеличении поставок вооружения и боеприпасов.

Председатель военной комиссии IV Государственной Думы А.И. Гучков, побывавший на фронте зимой 1914/1915 гг., писал, что “войска плохо кормлены, плохо одеты, завшивлены вконец, в каких-то гнилых лохмотьях вместо белья”. Весной 1915 г. русская армия потерпела поражение и понесла тяжелые потери (свыше 1,5 млн. человек убитыми, ранеными и пленными) а также потеряла огромное количество вооружения, которое нечем было восполнить. Армия отступила из Галиции и Польши и частично— из Прибалтики. Когда выявился истинный масштаб военного поражения, IX съезд представителей промышленности и торговли в мае 1915 г. учредил Центральный военно-промышленный комитет (ЦВПК) и военно-промышленные комитеты на местах. Они должны были организовать перевод частных предприятий на военные рельсы, кооперировать эти предприятия и распределять военные заказы между ними. Учитывая, что весной 1915 г. вновь стало расти число забастовок, что сказывалось на военном производстве, при ЦВПК и его местных органах были образованы так называемые рабочие группы, членов которых делегировали профсоюзы. В их задачу входило улаживание конфликтов между рабочими и хозяевами предприятий и предотвращение забастовок.

Создав ЦВПК и его органы на местах, руководители промышленно-торговых кругов вынудили правительство к сотрудничеству. 27 августа 1915 г. царь был вынужден даже утвердить Положение о военно-промышленных комитетах. Вместе с тем, следует отметить, что именно по инициативе военно-промышленных комитетов и при поддержке их рабочими группами правительство ввело ряд мер по переводу предприятий, выполнявших военные заказы, в том числе и частных, на военное положение. Так, были запрещены под страхом уголовной ответственности забастовки, отменены ограничения рабочего времени, разрешено в принудительном порядке привлекать к сверхурочным работам (в том числе и в ночные часы и на подземных работах) женщин и детей младше 15 лет.

В своем стремлении добиться замены наиболее одиозных министров фигурами, приемлемыми для Думы, буржуазно-либеральная оппозиция нашла поддержку в Ставке, считавшей Военное министерство и лично министра В.А. Сухомлинова, а также и правительство в целом, виновниками поражения русской армии на фронте. Царь был вынужден отправить в отставку Сухомлинова, заменив его на популярного в думских кругах генерала А.А. Поливанова. В отставку был уволен ряд других министров, включая и престарелого премьера И.Л. Горемыкина. Однако главной своей цели (создания правительства, способного сотрудничать с буржуазно-либеральными кругами) думская оппозиция не добилась. 17 августа 1915 г. создается Особое совещание по обороне государства. Его председателем стал военный министр, а в состав входили 9 членов от Государственного Совета и Государственной Думы во главе с их председателями, представители от Земгора, от ЦВПК и от министерств военного, морского, финансов, путей сообщения, торговли и промышленности и государственного контроля.

Чуть позже были учреждены столь же представительные Особые совещания по обеспечению топливом, продовольствием и по перевозкам. Все они работали под председательством соответствующих министров. В соответствии с положениями об этих Особых совещаниях, они наделялись широкими полномочиями по контролю за соответствующими отраслями экономики и распределением военных заказов. На местах интересы Особых совещаний представляли уполномоченные, а также совещания в губерниях. Царская бюрократия практически “подмяла” под себя эти чрезвычайные представительные органы, хотя определенную роль в организации военного производства и привлечении к работе по военным заказам частной промышленности они сыграли.

Несмотря на создание чрезвычайных органов, хаос в тылу нарастал. Остро не хватало топлива, металла, продовольствия. Дело в том, что Северо-Западный регион, включая Петроград, до войны получал уголь из Германии и Англии. С началом войны его поставки прекратились и нужно было организовать их из Донбасса. А это оказалось не под силу чиновничьему аппарату из-за нераспорядительности и из-за нехватки вагонов.

Более трети всей железнодорожной сети страны было передано в ведение Ставки, которая, в свою очередь, передала ее в ведение фронтов и отдельных армий. Децентрализация управления железнодорожной сетью резко снизила эффективность использования подвижного состава. Особенно ярко это проявилось во время отступления армии из Галиции и Польши. Поток эшелонов с беженцами столкнулся с воинскими эшелонами, шедшими на фронт, на станциях возникли огромные “пробки”. Армейские чиновники, чтобы “расшить” пробки и расчистить дорогу воинским эшелонам, в массовом порядке сбрасывали вагоны и паровозы с путей под откос, что привело к огромным потерям подвижного состава.

С весны 1916 г. стало недоставать продовольствия, особенно в больших городах. Сократились посевные площади из-за нехватки рабочих рук: к 1916 г. в армию было мобилизовано свыше 15 миллионов мужчин самого работоспособного возраста. Для нужд армии из народного хозяйства было изъято и большое число лошадей. Однако хлеб в стране все-таки был. Но владельцы товарного хлеба стремились его “придержать”, ожидая дальнейшего повышения цен на рынке. Власти учредили Продовольственный комитет и его органы на местах, чтобы учесть наличие продовольствия в стране. В ноябре 1916 г. царским указом вводится для крестьян принудительная продажа хлеба по твердым ценам. При отказе от такой продажи хлеб должен был изыматься по цене на 15% ниже твердой цены. Собранный хлеб шел на довольствие армии, а в городах вводилась карточная система. Но это все касалось главным образом социальных низов. Против крупных дворянских имений, которые как раз и являлись держателями значительной массы товарного хлеба, правительство не решилось применить принудительную продажу, поскольку это была главная социальная опора царской власти. Не затронула социальные “верхи” и карточная система. У них было достаточно средств для того, чтобы приобретать продовольствие на черном рынке, который при неэффективности и коррумпированности госаппарата процветал. Таким образом, попытка ввести в 1916 г. некое подобие продразверстки по существу провалилась, и продовольственный кризис усугублялся. Он еще более обострился из-за паралича транспорта и неспособности властей организовать доставку хлеба в крупные города.

Экономический кризис перерастал в общеполитический. Царь, усмотрев в сближении великого князя Николая Николаевича с буржуазно-либеральной оппозицией угрозу своей власти, сместил его с поста Верховного главнокомандующего и сам занял этот пост. Появление во главе Ставки некомпетентного в военных вопросах, нерешительного и слабовольного Николая II губительно сказалось на армии. Кроме того, теперь на него ложилась прямая ответственность за все неудачи на фронте, что окончательно подрывало и без того низкий авторитет царя в армии и в стране.

С самого начала войны Николай II, пользуясь введением военного положения, пытался избавиться от Думы и восстановить в полном объеме самодержавие. Текущее законодательство принималось большей частью без Думы в порядке ст. 87 Основных законов. Дума собиралась за всю войну всего несколько раз на краткосрочные заседания. Показателем ненависти царя к Думе может служить хотя бы тот факт, что за все время ее существования (с 1906 г.) царь всего лишь один раз в феврале 1916 г. посетил Думу, когда нужно было ускорить принятие законодательства о новых налогах. При открытии каждого нового заседания Думы (после перевыборов) депутатов приглашали в Зимний дворец, где они стоя выслушивали краткую речь царя.

Государственная Дума, видя неспособность царской власти организовать тыл и снабжение армии, противостоять нарастающему кризису и угрозе революции, требовала создания правительства “народного доверия”, т.е. правительства, ответственного перед Думой.

Еще в августе 1915 г. большинство фракций Государственной Думы (за исключением крайне правых) объединилось в “Прогрессивный блок”, поддержавший требование о создании правительства “народного доверия”. Депутаты-большевики не вошли в этот блок, поскольку еще в 1914 г. они были выведены из состава Думы и сосланы на каторгу. Между царем, его правительством и Думой нарастало открытое противостояние, которое завершилось приостановкой заседаний Думы в декабре 1916 г. В связи с отъездом царя в Ставку усиливалось влияние на государственные дела царицы Александры Федоровны — ограниченной, мистически настроенной истерички, и царского фаворита Григория Распутина — бывшего конокрада, прославившегося своими пьяными дебошами, распутством и огромными взятками, которые брал за “покровительство” при назначении на выгодные должности, получение поставок в армию и т.д. Царь пытался бороться с обострившимся политическим кризисом и разложением госаппарата, особенно его верхних эшелонов, заменяя министров и других высших должностных лиц. За время войны сменилось 4 премьер-министра, 6 министров внутренних дел, 3 министра иностранных дел, 4 министра земледелия, 3 военных министра, 3 министра путей сообщения и т.д. Однако “министерская чехарда” только усиливала неразбериху и хаос в государственном управлении.

В этой ситуации буржуазно-либеральная оппозиция начинает задумываться над возможностью устранения царя и особенно царицы и провозглашения регентом младшего брата царя великого князя Михаила Александровича, формирования правительства, ответственного перед Думой. Крайне правая придворная камарилья вынашивает планы сепаратного мира с Германией, не останавливаясь даже перед мыслью о наведении “порядка” в стране с помощью германских войск. С этой целью был проведен зондаж в Стокгольме, где с немецкими представителями встречался депутат Думы А.Д. Протопопов, назначенный после этого министром внутренних дел. Все это имело своей целью прежде всего сохранить царский режим и предотвратить революцию. Характерно, что эти планы предусматривали прежде всего устранение Распутина, который дискредитировал режим и лично императорскую чету в глазах народа. В декабре 1916 г. Распутин был убит крайними монархистами при непосредственном участии членов императорской фамилии.

В феврале 1917 г. в Петрограде и ряде Других крупных городов начались массовые забастовки и голодные бунты. Узнав об этом, царь повелел командующему Петроградским военным округом силой прекратить беспорядки. В этом распоряжении императора, по существу спровоцировавшим дальнейшие события Февральской революции, проявилось полное непонимание им и его ближайшими советниками реальной ситуации в стране. Вообще политическая слепота носителей абсолютной власти и их окружения — есть выражение определенной исторической закономерности, проявляющейся в условиях кризиса самодержавно-авторитарных режимов.

27 февраля 1917 г. солдаты отказались стрелять в манифестацию голодных женщин, и армия перешла на сторону народа. К вечеру этого дня весь Петроградский гарнизон восстал, министры и другие сановники разбежались и попрятались, а российская монархия с ее огромным бюрократическим аппаратом и 12-миллионной армией рухнула в один день. Характерно, что, когда к императору Николаю II явилась делегация Временного комитета Государственной Думы с требованием отречься от престола, и он запросил у командующих фронтами надежных войск для подавления революции силой оружия, то все командующие и начальник полевого штаба Ставки заявили ему, что надежных войск для этой цели в армии нети рекомендовали Николаю II отречься от престола.

Это свидетельствовало о полном отсутствии авторитета царя и доверия к нему даже у высшего военного командования. И, действительно, на его счету была кровавая Ходынка (1896 г.), где вовремя коронационных торжеств погибло несколько тысяч человек. Уже тогда Николай II удивил русское общество своим поразительным бездушием. Вместо того, чтобы объявить траур и отменить увеселения, он отправился танцевать и веселиться во Французское посольство, а затем объявил московскому генерал-губернатору, своему дяде, великому князю Сергею Александровичу благодарность за “образцовый порядок” в Москве. На счету Николая II была позорно проигранная русско-японская война, гибель русского флота в Цусимском проливе, расстрел мирной манифестации 9 января 1905 г., массовый террор карательных экспедиций и военно-полевых судов 1905— 1907 гг., бессмысленная гибель миллионов солдат и офицеров в Первой мировой войне. Поистине он заслужил в народе свое прозвище “Николай-кровавый”.

 

Глава 10

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО ПОСЛЕ ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 г.

 

§1. Крах Российской империи как кризис легитимности

Февральская революция 1917 г. завершила долгий процесс разрушения легитимности Российской империи.

Легитимность - это уверенность подданных в том, что государь имеет право на власть, что установленный в государстве порядок непреложен как выражение высших ценностей, что он обеспечивает благо и спасение страны и людей. При наличии этой уверенности власть одновременно является авторитетом, и государство прочно стоит на силе и согласии. Утрата любой из этих опор - начало краха государства.

И обретение легитимности, и ее утрата - процессы, происходящие в общественном сознании, на которые влияют и экономика, и социальные, и национальные отношения, и успехи или неудачи во внешней политике. Поэтому для понимания хода крушения государственности Российской империи и становления новых институтов государства и права мы должны представлять обе реалии: объективной действительности и той, которая складывалась в общественном сознании. Восстановим вехи того пути, по которому пришла к своему краху российская государственность в форме империи с монархической властью.

В этом процессе большую роль сыграли взаимоотношения России с Западом. Запад - обобщенное понятие той цивилизации, которая сложилась в Новое время (начиная с XVI-XVII вв.) в Западной Европе и США. Здесь в результате череды неразрывно связанных революций (религиозной, научной, промышленной и политической) возник новый тип общества. Он обозначается условным названием современное общество (еще говорят гражданское или открытое общество). Господствующим типом хозяйства в этом обществе является рыночная экономика, а в основе государства лежат разные варианты представительной демократии. В противовес этому в “незападных” цивилизациях сохранилось в разных формах так называемое традиционное общество.

“Прорубив окно в Европу”, Россия перенимала у Запада многие его институты и установления (систему образования, науки, элементы образа жизни и производства, некоторые стороны государства и права). Этот процесс - модернизация - всегда сопровождался более или менее тяжелыми травмами и потрясениями национального бытия. Недаром Петр 1 - “первый большевик”, проводивший модернизацию России революционными (“варварскими”) методами, значительной частью русского населения воспринимался как антихрист.

В XIX в. Россия переживала новую волну модернизации -усовершенствование промышленности по образцам западного капиталистического хозяйства. Но это развитие происходило в совершенно иных культурных и социальных условиях, нежели на Западе, так что накопившиеся противоречия подвели к революции с иными, нежели на Западе, “действующими лицами”.

В России не произошло длительного “раскрестьянивания”, сгона крестьян с земли и превращения их в городской пролетариат. Напротив, к началу XX в. крестьянская община почти “переварила” помещика. Попытка быстро создать на селе институт фермеров и сельскохозяйственных рабочих (“реформа Столыпина”) не удалась. Накануне революции около 80% населения России составляло огромное сословие крестьян, сохранивших особую культуру и мировоззрение. Главные ценности буржуазного общества в среде крестьян не находили отклика, а значит для подавляющего большинства народа институты буржуазного государства и нормы его права привлекательными не были. Даже в самом конце XIX в. русская деревня (не говоря о национальных окраинах) жила по нормам традиционного права с очень большим влиянием общинного права.

Крестьянство (в том числе “в серых шинелях”) подошло к 1917 г. с яркой исторической памятью революции 1905-1907 гг., которая была не только “репетицией” (как назвал ее В.И. Ленин), но и “университетом”. Это была первая из целой мировой цепи крестьянских войн XX в., в которых община противостояла наступлению капитализма, означавшего “раскрестьянивание”.

Буржуазия, скованная сословными рамками, также задержалась с развитием своего классового сознания. Она не получила в России того религиозно освященного положения, которое дали западной буржуазии протестантизм и тесно связанное с ним Просвещение. В результате российская буржуазия к началу XX в. пришла как экономически сильный, но “культурно больной” класс. Назревающая революция, объективно призванная расчистить путь для буржуазно-демократических преобразований, изначально несла сильный антибуржуазный заряд.

Это особенно проявилось в движении народников, видевших основу будущего свободного общества в крестьянской общине, а затем - и социал-демократии, принявшей постулат марксизма об освободительной миссии рабочего класса. Таким образом, буржуазия в России не стала лидирующей революционной силой, как это было на Западе. Ведущая буржуазная партия (партия “Народной свободы”, “конституционные демократы”) была реформистской и стремилась предотвратить революцию. Часть буржуазии, переживавшей духовный кризис, поддерживала социал-демократов (даже порой финансируя их боевые дружины), не претендуя на роль лидера.

Модернизация в России породила и особый, неизвестный на Западе периода буржуазных революций культурный слой -разночинную интеллигенцию. Восприняв западные либеральные и демократические идеи, эта интеллигенция в то же время не стала буржуазной, которая взяла бы на себя легитимацию государства буржуазного.

Что же касается рабочего класса, то он проявил мощную солидарность и способность к самоорганизации, которая не возникает из одного только классового сознания.

Важным идеологическим (и шире - духовным) условием развития революции и последующего советского периода было огромное влияние на культурный слой народов России марксизма- выдающегося по масштабам и глубине социального, философского и экономического учения, рожденного общественной мыслью Запада в период завершения первой фазы индустриальной революции.

Будучи тесно связанным с наукой, марксизм обладал более широкими объяснительными возможностями. Исходя из мессианской идеи преодоления отчуждения между людьми и между человеком и природой, какое породила частная собственность, марксизм нес огромный заряд оптимизма - в отличие от пессимизма буржуазной идеологии, выраженного в социал-дарвинизме (мальтузианстве и других его вариантах).

Именно эти качества, созвучные традиционным идеалам русской культуры, объясняли огромную тягу к марксизму в России. Влияние марксизма испытали не только принявшие его как основу своей идеологии социал-демократы, но и несогласные со многими постулатами марксизма народники и даже анархисты: вся культурная Россия и значительная часть рабочих находились под его влиянием. В свое время марксистами были даже такие религиозные мыслители, как Н.А. Бердяев; С.Н. Булгаков, С.Л. Франк, крайне отрицательно относившие-ся к большевикам в1917г.

Все более широкими становились контакты русской интеллигенции с Западом, где с конца первой трети XIX в. в общественном мнении стала господствовать русофобия - представление о российской империи как деспотической тирании, душительнице всякой мысли и свободы. В этой установке удивительным образом были едины идеологические противники - и консерваторы, и либералы, а потом и марксисты Запада. С большим трудом добились европейские правительства участия России, в соответствии с ее обязательствами по Священному союзу (1815 г.), в подавлении революции 1848 г. в Австро-Венгрии: и тут же всеми западными газетами Россия была названа “жандармом Европы”. Такое представление о России “импортировалось” на Родину, где, в частности, благожелательно перепечатывали и комментировали модную на Западе книгу французского маркиза де Кюстина, в которой он дал примитивную карикатуру на государственное устройство России.

С конца прошлого века быстрая утрата легитимности власти в России стала все более очевидной. Революционеры разных направлений (кроме социал-демократов) стали широко использовать террор, и красноречивым симптомом болезни. государства был тот факт, что реакция общества на терроризм. была чуть ли не благожелательной. По делу Веры Засулич (1878 г.), совершившей покушение на петербургского градоначальника Ф.Ф. Трепова, суд присяжных вынес вердикт: “невиновна”.

В условиях кризиса легитимности не смогла стать арбитром в нарастающем расколе общества и власти Русская православная церковь. Характер ее участия в политической жизни общества лишь уменьшил авторитет Церкви, что нанесло еще больший ущерб самодержавию. В свою очередь, правительство также выбирало не лучшие решения: на крестьянские волнения 1902-1903 гг. оно ответило репрессиями и введением телесных наказаний для крестьян. Тайная полиция построила небывалую в истории систему провокаций, санкционируя широкий террор против государственных чиновников даже очень высокого ранга. Агент Охранного отделения Азеф был руководителем партии эсеров и непосредственным организатором террора против должностных лиц государства. Разоблачение таких фактов подрывало сами основы государства и права. Расстрел мирной демонстрации 9 января 1905 г. (“Кровавое воскресенье”) сломал хрупкое равновесие в обществе - возник кризис, завершившийся Первой русской революцией с массовым насилием государства над крестьянами и рабочими.

Согласившись на допущение ограниченных гражданских свобод, связанных с выборами первого сословного парламента (1 Государственной Думы), даже при очень урезанных избирательных правах, правительство не смогло вести с Думой диалог и распустило ее всего через 72 дня работы. Выборы были неравными и многоступенчатыми (для крестьян - четырехступенчатыми), и их бойкотировали большевики, эсеры и многие крестьянские и национальные партии. Тем не менее около 30% депутатов были крестьянами и рабочими - намного больше, чем в парламентах других европейских стран. На выборы оказала влияние культурная среда России, и уже первая Дума несла в себе не только парламентское, но и советское, соборное начало. В 1907 г., после разгона II Думы, новый избирательный закон сильно урезал представительство крестьян и рабочих.

Но плотина самодержавия уже размывалась. И разгон Думы, и выпущенное ею “Выборгское воззвание” (1906 г.), и суд над подписавшими его 167 депутатами (из которых 100 были кадетами, сторонниками самых умеренных либеральных реформ), и заключение в крепость депутатов во главе с председателем Думы С.А. Муромцевым - все это углубляло раскол и восстанавливало против государства даже тех, кто был его опорой. Ведь среди осужденных был “цвет нации” - представители старинных дворянских и даже княжеских родов.

Роспуск Думы, на которую крестьяне возлагали большие надежды в решении земельного вопроса, сильно подорвал монархические чувства самого многочисленного сословия. Возросло пассивное сопротивление (например, бойкот винной монополии). На сходах принимались решения такого рода: “Мы полагаем, что в настоящее время глупо было бы платить подати, поставлять рекрутов и признавать какое-либо начальство ведь это все лишь к нашему вреду ведется”.

В целом государство не владело ходом событий. Была начата очень рискованная Столыпинская реформа по разрушению крестьянской общины через приватизацию земли, которая не затрагивала помещичье землевладение. Расчет на то, что конкуренция разорит “слабых” и создаст слой сельской буржуазии как оплот государства, не оправдался. Реформа лишь ухудшила и экономическую, и политическую ситуацию (сразу после февраля 1917 г. она была прекращена как не состоявшаяся). П.А. Столыпин был убит, причем утвердилось общее мнение, что этому способствовала царская охранка.

Начавшаяся в 1914 г. война углубила кризис и общее разочарование: неудачи на фронте легко порождали слухи об измене - верный признак утраты легитимности власти. Вопрос: “Что это - глупость или измена?” - стал лейтмотивом выступлений в Думе. Духовный и нравственный распад в кругах высшей власти (“распутинщина”), решение государственных вопросов под воздействием гадалок и дворцовых заговоров, явное влияние теневых сил на назначение высших должностных лиц - все это вызывало возмущение в широких кругах общества. Это отвращение было губительно для монархии, легитимность которой предполагала наличие благодати.

В конце 1916 г. распад государственного аппарата на его высших уровнях резко ускорился. Почти перестал собираться Государственный Совет, многие из его членов вошли вместе с думским большинством в “Прогрессивный блок”, и 1 января 1917 г. пришлось реформировать Госсовет, заменив оппозиционеров крайне правыми. В Совете министров шли непрерывные ссоры и интриги, замены министров (“министерская чехарда”). Начались тайные совещания противостоящих групп министров, а решение всех важных вопросов принадлежало придворной камарилье.

В высших сферах власти сложилось два заговора: придворная камарилья искала выход в ужесточении репрессивных мер, чтобы подавить не только революционное движение, но и оппозицию буржуазии. Были значительно увеличены штаты полиции (по 1 городовому на 400 жителей), она в городах была вооружена пулеметами. Другой заговор соединил часть думской оппозиции и генералитета: здесь искались варианты дворцового переворота. Этому заговору сочувствовали некоторые сановники и даже родственники царя. 17 декабря 1916 г. они организовали убийство Распутина. Налицо был полный крах власти.

В начале 1917 г. возникли перебои в снабжении хлебом Петрограда и ряда крупных городов (возможно, они были созданы искусственно, ибо запасы хлеба в России были даже избыточными). На заводах случались самоубийства на почве голода. Подвоз продуктов в Петроград в январе составил половину от минимальной потребности: продразверстка, введенная правительством осенью 1916 г., провалилась.

Хлебная проблема приобрела политический характер, и сыграла существенную роль в том, что государственная система рухнула, как карточный домик. Произошла относительно мирная Февральская революция. К ней присоединился даже полк личной охраны царя, состоявший только из георгиевских кавалеров. Утрата согласия подданных на продолжение власти лишила ее и силы.

§2. Государственный аппарат после Февральской революции

25 февраля 1917 г. массовые демонстрации под лозунгами “Хлеба!” и “Долой самодержавие!” переросли во всеобщую политическую стачку. На другой день к ней стали присоединяться войска. 27 февраля Совет министров послал царю в Ставку (Могилев) телеграмму с просьбой о коллективной отставке и самораспустился. 28 февраля многие министры, включая Председателя Совета министров, были арестованы.

27 февраля Дума, подчинившись указу о ее роспуске, собралась на “неофициальное” заседание и образовала Временный комитет Государственной Думы для водворения порядка в Петрограде и для сношения с учреждениями и лицами из 12 человек (председатель - октябрист М.В. Родзянко, члены “Прогрессивного блока”, один меньшевик и трудовик А.Ф. Керенский). Временный комитет Думы продолжал действовать до начала октября как орган “общественности”.

28 февраля Временный комитет назначил генерала Л.Г. Корнилова на пост командующего войсками Петроградского округа и послал своих комиссаров в Сенат и министерства. Он стал выполнять функции правительства и направил в Ставку А.И. Гучкова и В.В. Шульгина для переговоров с царем об отречении, которое состоялось 2 марта.

Органы власти. 2 марта в результате переговоров Временного комитета Думы с исполкомом Петроградского Совета

было создано Временное правительство. Великий князь Михаил, к которому должна была перейти корона, отрекся от престола. С английским правительством велись переговоры о переезде семьи Романовых в Англию, но оно сочло это невозможным “до окончания войны”.

Правительство России формируется из представителей правой буржуазии и крупных помещиков, важные посты были отданы кадетам. Оно было тесно связано с буржуазными общественными организациями, которые возникли в годы войны (Всероссийский земский союз. Городской союз. Центральный военно-промышленный комитет). В своей Декларации правительство объявило амнистию политическим заключенным, гражданские свободы, замену полиции “народной милицией”, реформу местного самоуправления.

Временное правительство считало себя преемником монархического государства и стремилось сохранить старый государственный аппарат. Однако на волне демократизации в состав ведомств и учреждений включались представители Советов, профсоюзов и других общественных организаций.

Овладеть ситуацией Временное правительство не смогло и переживало все более тяжелые и длительные правительственные кризисы. В результате этих кризисов менялся его состав, уже 5 мая правительство впервые стало коалиционным, но все три коалиции были непрочными.

25 мая образовано Особое совещание по подготовке закона о выборах в Учредительное собрание. Выборы были назначены на 17 сентября, а затем перенесены на 12 ноября. До этого собирались разного рода форумы, которые должны были оказать поддержку правительству: Государственное совещание (12-15 августа в Москве), Демократическое совещание (14-22 сентября в Петрограде). Последнее избрало постоянно действующий Временный совет республики - Предпарламент (сначала из 313, а позже - из 555 членов). Предполагалось, что ему станет подотчетно правительство, но на деле Предпарламент сам стал лишь совещательным органом при Временном правительстве и заметной роли в укреплении государственной системы не сыграл.

3 июля было нарушено неустойчивое равновесие сил между Временным правительством и Петроградским Советом (“двоевластие”), была расстреляна демонстрация под советскими лозунгами. Сформированное 24 июля правительство стало сдвигаться вправо, его председатель А.Ф. Керенский (перешедший в партию эсеров) занял посты и военного, и морского министра; в третьем правительстве он был председателем и Верховным главнокомандующим.

25 августа произошел неудачный мятеж генерала Корнилова, который вместе с рядом других генералов пытался свергнуть Временное правительство. После этого из правительства были удалены министры-кадеты и 1 сентября сформирована Директория из пяти человек во главе с Керенским. В тот день Россия была объявлена Республикой. Директория существовала до 24 сентября, когда было сформировано очередное правительство.

В особых случаях Временное правительство создавало специальные органы: после событий 3-5 июля вместе с меньшевиками и эсерами из ВЦИК была учреждена Комиссия по водворению порядка в Петрограде, 25 июля был создан Комитет обороны, в который вошли ведущие министры. В конце сентября на секретном совещании в Ставке с деятелями буржуазных партий был утвержден план военного переворота. С фронта снимались войска и располагались вблизи крупных городов. Была создана возглавляемая министром внутренних дел Комиссия по разгрузке Петрограда, которая готовила переезд в Москву правительства и высших учреждений власти.

Органы управления. Временное правительство сохранило структуру царского Совета министров, упразднив лишь Министерство императорского двора и уделов. В МВД были сразу упразднены Штаб отдельного корпуса жандармов и Департамент полиции, а в марте - и Главное управление по делам печати. Взамен учреждается Главное управление по делам милиции и Всероссийская книжная палата. Хотя было объявлено о ликвидации политического сыска, продолжался сбор материалов о рабочем и крестьянском движении, деятельности партий (с июня этим занялся Осведомительный отдел Главного управления по делам милиции). В марте в МВД было образовано Особое совещание по местной реформе.

При Министерстве юстиции 4 марта была учреждена получившая большую известность Чрезвычайная следственная комиссия для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и других высших должностных лиц. Она вела допросы высших царских чиновников и сановников и готовила “стенографические отчеты”, главным редактором которых был поэт А.А. Блок.

В мае образуется Министерство труда, главными отделами которого были отдел взаимоотношений труда и капитала, отдел конфликтов, отдел рынка труда. Из отделов прежних министерств выделились Министерство продовольствия, Министерство государственного призрения и Министерство почт и телеграфов.

Для выработки экономической политики в июне при Временном правительстве были учреждены Экономический совет и Главный экономический комитет. В них, наряду с промышленниками и министрами, входили и представители профсоюзов.

В целях укрепления связи государства с церковью в августе было образовано Министерство исповеданий. 15 августа в Москве открылся Поместный собор, который должен был обсудить вопросы взаимодействия Православной церкви с государством. 5 ноября Собор избрал Патриархом всея Руси Московского митрополита Тихона (В.И. Белавина).

Местные органы власти и самоуправления. В государственном аппарате на местах произошли более крупные изменения, чем в центре. Здесь происходило два процесса - децентрализация (вследствие ослабления государственного аппарата и местнических устремлений буржуазии) и демократизация - под сильным давлением снизу. Были ликвидированы посты генерал-губернаторов, губернаторов и градоначальников, полицейские и жандармские должности и управления. Упраздненные должности заменялись комиссарами Временного правительства. В первые дни революции на местах в противовес Советам буржуазия создавала комитеты общественных организаций, которые сотрудничали с комиссарами.

Значительно расширились полномочия земских и городских органов самоуправления. Были учреждены волостные земские собрания (с управами как исполнительными органами). Волостные и уездные земские учреждения стали избираться на всеобщих прямых и равных выборах при тайном голосовании. Прежние волостные крестьянские учреждения (сход, суд, правление) упразднялись. Руководил всей системой земских учреждений Всероссийский земский союз.

В городах с населением свыше 150 тыс. человек были учреждены районные думы (и их управы) как органы самоуправления.

21 апреля учреждаются Главный земельный комитет, а также губернские, уездные и волостные земельные комитеты. Состав Главного земельного комитета был чисто кадетским, члены местных комитетов частично избирались земскими собраниями и думами, а другие - командировались ведомствами. Основная задача этих комитетов состояла в том, чтобы предотвратить стихийное решение земельного вопроса крестьянами, затянуть этот процесс всякими проволочками и согласованиями.

На местах стихийно создавались продовольственные комитеты, которые 2 апреля были узаконены как местные органы Министерства земледелия. Первоначально их задачей была борьба со спекуляцией и оказание помощи голодающим, а в сентябре они втянулись в политическую борьбу (срывали политику твердых цен).

Новым институтом местной власти стали учрежденные в июне комиссары труда, при которых действовали фабрично-заводские инспекторы. В ведении комиссаров находились создаваемые на предприятиях примирительные камеры из представителей рабочих и администрации. Если трудовой конфликт не решался в примирительной камере, он передавался в третейский суд, составленный поровну из рабочих и предпринимателей.

Армия. Карательные органы. Февральская революция нанесла сокрушительный удар по армии - важнейшему институту государства. 2 марта секретарь ЦИК Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов адвокат Н.Д. Соколов (бывший, как и Керенский, одним из руководителей российского масонства тех лет) подготовил и внес в только что созданное Временное правительство известный “приказ № 1”. Приказ предусматривал выборы в войсках комитетов из нижних чинов, изъятие оружия у офицеров и передачу его под контроль комитетов, установление неограниченной “ни в чем” свободы солдата. Этот приказ стал началом разрушения армии. Как военный министр Керенский издал аналогичный приказ, так называемую “Декларацию прав солдата”. В июле генерал А.И. Деникин заявил: “Развалило армию военное законодательство последних месяцев”.

В армии была проведена чистка командного состава (по данным Деникина, за первые недели было уволено около половины действующих генералов). На главные посты назначаются близкие к думским оппозиционным кругам выдвиженцы - А.И. Деникин, Л.Г. Корнилов, А.В. Колчак.*1*

Взяв курс на продолжение войны “до победного конца”, Временное правительство столкнулось с созданными им самим трудностями - армия стала неуправляемой, началось массовое

*1* Колчака активно поддерживала партия эсеров, которая мобилизовала сотни своих членов для агитации за него на кораблях.

дезертирство. В июле на фронте были восстановлены упразднённые во время революции военно-полевые суды, но это не поправило дела. Учрежденное Политическое управление Военного министерства безуспешно пыталось наладить в войсках пропаганду в пользу продолжения войны. В городах вооруженные солдаты втянулись в политическую жизнь и входили во все более непримиримый конфликт с Временным правительством. В деревнях вернувшиеся солдаты призывали крестьян к переделу земли.

Система карательных органов Российского государства, которая складывалась в течение столетия, была разрушена революцией, а ее кадры деморализованы. Милиция находилась в ведении земского и городского самоуправления (которые и избирали начальников милиции), была разношерстной и не обладала квалификацией. Подбирать офицерский состав милиции было поручено комиссарам Временного правительства, но справиться с этим они не могли ввиду противодействия Советов и местных буржуазных организаций. Более сильная и организованная рабочая Красная гвардия охраняла порядок в рабочих кварталах, но Временному правительству не подчинялась и опорой его стать не могла. Создать свой эффективный карательный аппарат Временное правительство не сумело.

Право. Судебные органы. Временное правительство стремилось сохранить основы старого права: Уголовное уложение 1903 г. и судебные уставы 1864 г., Свод законов Российской империи и Табель о рангах. В марте при правительстве было учреждено Юридическое совещание, в которое были назначены семь видных юристов (все - кадеты). Оно должно было давать “предварительные юридические заключения” на решения Временного правительства. Через него проходили законопроекты, предлагаемые министерствами (особенно большую роль сыграло Юридическое совещание в блокировании актов о земле). В целом Юридическое совещание последовательно отстаивало принципы либерально-буржуазного права, но воплотить их в жизнь социально-политическая реальность не позволяла.

Оставив определение общих принципов новой правовой системы Учредительному Собранию, Временное правительство ограничилось изданием большого числа временных законов и положений (о комиссарах правительства, о местных земельных комитетах, о волостном земстве и о введении земств в “неземских губерниях” и т.д.).

По мере ухудшения ситуации Временное правительство срочно дополняло старые законы, приспосабливая их к курсу на репрессии. Так, преступным объявлялось не только посягательство на свержение власти, но и создание помех в ее осуществлении, что позволяло привлечь к ответственности, например, любого демонстранта. Участников июльской демонстрации обвинили в государственной измене. Новшеством стало понятие “косвенный демонстрант”, т.е. тот, кто не участвовал, но одобрял. Их тоже стали привлекать к ответственности.

В октябре, уже полностью утрачивая контроль за ходом событий, правительство учреждает Особую комиссию Юридического совещания по составлению проекта основных государственных законов. С II по 24 октября эта комиссия разрабатывала проект конституции. По этому проекту Россия становилась президентской буржуазной республикой с двухпалатным парламентом. Исключительно широкие полномочия президента по своей структуре напоминали компетенцию царя, а две палаты парламента - старые Госсовет и Госдуму. Закончить работу комиссия не успела, и “Конституцию Российского государства” дописывали в 1919 г. уже в Париже.

В Министерстве юстиции были созданы две комиссии, готовившие изменения в судебной системе: “для восстановления основных начал судебных уставов 1864 г.” и “по пересмотру и введению в действие Уголовного уложения 1903 г.”. Сразу после революции были упразднены наиболее одиозные звенья монархической судебной системы: Верховный уголовный и Высший дисциплинарный суды Сената, особые присутствия Сената, судебных палат и окружных судов (5 марта), военно-полевые суды (13 марта).

Старая система местных судов продолжала действовать. Предложение о смене части судей, назначенных царским правительством, было с негодованием отвергнуто как нарушение принципа “несменяемости” судей. Сузились функции судебных палат и расширилась юрисдикция окружных судов. Намного шире стал применяться институт присяжных заседателей.

Самые большие изменения были внесены в систему мировых судов. Этот судебный орган, восстановленный законом 1912 г., был введен лишь в 20 губерниях (из 97). Постановлением Временного правительства от 5 мая мировые суды были созданы еще в 33 губерниях. Повысилась уголовная юрисдикция мирового суда (приговоры о заключении в тюрьму на срок до полутора лет), был определен порядок рассмотрения особо важных гражданских и уголовных дел.

30 мая был издан закон о создании суда по административным делам. В каждый уезд назначался административный судья со своим делопроизводством. В губернских городах учреждались административные отделения при окружных судах. Административные судьи рассматривали споры между государственными органами и органами самоуправления, а также общественными организациями. 7 сентября ведению этих судов были подчинены земельные и продовольственные комитеты.

С окончанием двоевластия Временное правительство обрушило репрессии на большевиков. За решетку мог угодить любой участник демонстрации, собрания, митинга. 7 июля прокуратуре было предписано арестовать всех руководителей партии большевиков.

Национально-государственное устройство. Революция 1905-1907 гг. сплотила буржуазию и землевладельцев национальных регионов вокруг царской власти как самой надежной своей защиты. Классовый страх был сильнее естественного национализма буржуазии. После краха монархического центра положение изменилось, стало преобладать стремление наций к самоопределению. Начался распад империи.

Прежде всего сепаратизм поразил армию. Еще до Февраля были созданы национальные части - латышские батальоны, кавказская туземная дивизия, сербский корпус. После Февраля был сформирован чехословацкий корпус, и вдруг “все языки” стали требовать формирования национальных войск. Командование и правительство не имели определенной установки и не были готовы к этому. Верховный главнокомандующий генерал А.А. Брусилов разрешил создание “Украинского полка имени гетмана Мазепы”. Началась “украинизация” армии (солдаты отказывались идти на фронт под хитрым предлогом: “Пiдем пiд украiнським прапором”). В конце лета 1917 г. разгорелась борьба за Черноморский флот, на кораблях поднимали украинские флаги, с них списывали матросов-неукраинцев.

Начался территориальный распад. После Февраля только Польша и Финляндия (две территории с развитым национальным господствующим классом) потребовали независимости. Польша к тому моменту была оккупирована Германией, и Временное правительство туманно пообещало признать ее независимость, а Финляндии отказало в самоопределении (разогнав в июне заседание сейма). Был взят курс на сохранение “единой и неделимой” России, хотя вся практика Временного правительства способствовала децентрализации и сепаратизму не только национальных окраин, но и русских областей.

Резко усилилось сибирское “областничество” - движение за автономию Сибири. Конференция в Томске (2-9 августа) приняла постановление “Об автономном устройстве Сибири” в рамках федерации с самоопределением областей и национальностей и даже утвердила бело-зеленый флаг Сибири. 8 октября открылся 1 Сибирский областной съезд. Он постановил, что Сибирь должна обладать всей полнотой законодательной, исполнительной и судебной власти, иметь Сибирскую областную думу и кабинет министров. Предусматривалась возможность преобразовать саму Сибирь в федерацию. Ожесточенными противниками областничества были большевики.

1 и II Всероссийские мусульманские съезды (1-11 мая и 21-31 июля) заявили, что не помышляют о выходе из России, но обнаружили две тенденции: на национально-культурную автономию при унитарном государстве и на территориально-федеративное устройство (с созданием автономных республик). Председатель Юридического совещания и Государственный контролер Временного правительства Ф.Ф. Кокошкин разрабатывал даже проект двух Дум - Государственной и Союзной. Временное национальное управление мусульман внутренней России и Сибири провело всеобщие, прямые и тайные выборы в национальный парламент (милле меджлис), который должен был собраться 17 ноября в Уфе.

Наиболее неудачно сложились отношения Временного правительства с Украиной. Уже 4 марта на собрании ряда социалистических партий в Киеве была образована Центральная рада, которая требовала территориально-национальной автономии Украины. Юридическое совещание дало на это отрицательное заключение. В ответ Рада 10 июня провозгласила автономию, что было объявлено “открытым мятежом”. Но в целом политика Временного правительства была непоследовательной, тактика все откладывать “на потом” (до созыва Учредительного собрания) привела к отделению Украины, хотя позиции сепаратистов там были исключительно слабы.

Вопрос национально-государственного устройства до последнего момента игнорировался Временным правительством, о нем не упоминается ни в декларациях, ни даже в постановлении о провозглашении России демократической республикой. Лишь в середине октября Особая комиссия (по разработке конституции) подготовила для будущего Учредительного собрания проект законодательного акта об автономии Финляндии и областной автономии.

Парадокс в том, что, заявляя о сохранении “единой и неделимой” России, либерально-буржуазное государство культивировало сепаратизм, а большевики, заявляя о праве наций на самоопределение, везде выступали непримиримыми противниками сепаратизма.

§3. Временное правительство между Февралем и Октябрем 1917 г.

Уникальность русской буржуазной революции 1917 г. в том, что с первых ее дней в стране стали формироваться два типа государственности - буржуазная республика и советская власть. История дала России редкую возможность: сравнить наглядно, в деле, два разных подхода к государственному устройству и строительству и сделать выбор. При этом выбор делался в два тура - на основании сравнительно мирного “соревнования” (февраль 1917 г. - октябрь 1917 г.), а затем - в ходе военного столкновения (1918-1921 гг.).

Эти два типа государственности были не просто различны по их идеологии, социальным и экономическим устремлениям: они находились на двух разных полюсах цивилизации, то есть их соединение, их “конвергенция” были невозможны.

В феврале 1917 г. власть царя как помазанника Бога, освященная Церковью, прекратилась. Большую роль на первых порах сыграла Государственная Дума (Временный комитет Думы, который на некоторое время и взял на себя роль правительства) - единственный сохранивший авторитет орган старой власти. Этот авторитет помог тому, чтобы сам революционный переворот прошел относительно мирно.

Главной причиной относительно мирного характера революции был огромный перевес сил на стороне массы революционно настроенных вооруженных крестьян (солдат), прошедших три с половиной года войны. Второй причиной стал огромный опыт революции 1905-1907 гг., когда крестьянство проявило поразительную организованность и культуру: в ходе уничтожения около 3 тыс. поместий (15% их общего числа в России) практически не было случаев хищения личных вещей и насилия в отношении владельцев и их слуг. Велика заслуга в “бескровной революции” и российского пролетариата, руководимого партией большевиков.

Однако независимо от легкости смены строя прочность новой, возникшей после революции государственности определяется тем, насколько быстро создаются институты власти и права и насколько быстро и полно они обретают легитимность. То либерально-буржуазное государство западного образца, которое могло бы быть результатом Февральской революции, складывалось столь медленно, что не поспевало за событиями.

Идеологи Временного правительства отстаивали принцип “непредрешенчества”, оставляя главные вопросы государственного строительства будущему Учредительному собранию, с созывом которого, однако, они не торопились. Даже объявить Россию республикой они сразу не решились, и страна формально до осени 1917 г. оставалась монархией без царя и без всяких предпосылок для коронации нового монарха (хотя съезд партии кадетов еще 25 марта 1917 г. единогласно высказался за “демократическую парламентскую республику”). В целом за отведенный ему историей срок буржуазное государство приобрести легитимности не смогло.

Главные причины этого коренятся в сути устремлений тех сил, которые после Февральской революции формировали Временное правительство, а также в духовной и организационной незрелости этих сил.

Вдохновители Февраля были западниками, их идеал -буржуазная республика с опорой на гражданское общество и рыночную экономику, т.е. на то, чего в России реально еще не существовало. Сам этот идеал был несовместим с устремлениями всех остальных, кроме буржуазии, классов и сословий. После короткого периода общего ликования на “празднике революции” Временное правительство стало испытывать нарастающее отчуждение, а потом- и сопротивление не только крестьян и рабочих, но и части имущих классов. М.М. Пришвин писал в дневнике перед революцией: “Никого не ругают в провинции больше кадетов, будто хуже нет ничего на свете кадета. Быть кадетом в провинции - это почти что быть евреем”.

Слабость власти сразу мобилизовала сепаратизм национальной буржуазии окраин и “рассыпала” империю. И в то же время правительство сохраняло державную риторику и провозгласило идею “единой и неделимой России”.

С вопросом о земле был тесно связан вопрос о мире. Империалистическая война все больше воспринималась как бессмысленная и безнравственная - потому-то солдаты поддержали рабочие демонстрации в ходе Февральской революции. Но после свержения монархии идея немедленного прекращения войны овладела массами солдат (“крестьянами в серых шинелях”) еще и потому, что на селе началось стихийное решение земельного вопроса. Те, кто в этот момент был на фронте, оказывались отстраненными от участия в переделе земли. Временное правительство осталось глухо к изменению ситуации и вело курс на “войну до победного конца”.

На этом пути Временное правительство утратило единственную привлекательную сторону своей политики - иллюзию свободы. Чтобы загнать солдат в окопы, летом пришлось снова ввести военно-полевые суды, начать репрессии. Это предельно озлобило солдат и ничего не дало для укрепления власти - было уже поздно. Временное правительство слишком далеко зашло в разрушении даже того минимума авторитарных отношений, который совершенно необходим любому государству. Уже с марта все общество охватила лихорадка выборов и голосований, доходящая до абсурда.

Не было в России и активной авторитетной политической силы, способной укрепить позиции Временного правительства. Массовой буржуазной партии, которая могла бы предложить привлекательную для достаточной части населения идеологию, не существовало. К моменту Февральской революции партия кадетов насчитывала 15-20 тыс. членов, не имела целостного социального и экономического учения, представления ее о целях были расплывчаты и внутренне противоречивы. Конкурировать с большевиками и эсерами в общественном диалоге буржуазные либералы не могли. Технических возможностей (подобных радио и телевидению), которые позволили бы даже небольшой группе идеологов Временного правительства манипулировать сознанием больших масс, в то время не было. Да и массовое сознание, сохранившее приоритеты традиционного мышления, было менее всего подвержено манипуляции.

А.М. Горький так выразил установку либеральной интеллигенции: “Главное - ничего не делать, чтобы не ошибиться, ибо всего больше и лучше на Руси делают ошибки”. Большую часть интеллигенции охватил страх перед будущим, поэтому выполнить задачу легитимации крупного социального проекта она не могла. Революция так дезориентировала интеллигенцию, что многие современники с удивлением говорили о ее политической незрелости и даже невежестве. Так, философ и экономист, тогда меньшевик В. Базаров заметил в те дни: “Словосочетание “несознательный интеллигент” звучит как логическое противоречие, а между тем оно совершенно точно выражает горькую истину”.

Земельный вопрос и судьба Временного правительства. В связи с земельным вопросом возник нараставший конфликт Временного правительства с крестьянством. В своей первой Декларации от 2 марта Временное правительство ни единым словом не упоминает о земельном вопросе. Лишь телеграммы с мест о начавшихся в деревне беспорядках заставляют его заявить 19 марта, что земельная реформа “несомненно станет на очередь в предстоящем Учредительном собрании”, предупредив: “земельный вопрос не может быть проведен в жизнь путем какого-либо захвата”. Первые действия крестьян не были радикальными: они захватывали лишь те поля помещиков, которые остались необработанными.

С самых первых дней революции крестьянство выдвинуло требование издать закон, запрещающий земельные сделки. Всероссийский съезд крестьянских депутатов потребовал немедленно запретить куплю-продажу земли. Причина была в том, что помещики начали спекуляцию землей, в том числе - дешевую распродажу иностранцам. Землю делили малыми участками между родственниками, закладывали по бросовой цене в банках; на хищническую вырубку продавали леса, из-за чего крестьяне нередко снимали стражу помещиков и ставили свою.

К концу апреля крестьянские волнения охватили 42 из 49 губерний Европейской части России. Декларация коалиционного правительства от 5 мая обещала начать преобразование землепользования “в интересах народного хозяйства и трудящегося населения”, не дожидаясь Учредительного собрания, но так и не было издано ни одного законодательного акта во исполнение этой Декларации.

В день вступления в должность 3 мая новый министр земледелия эсер В.М. Чернов обещал издать закон о запрете купли-продажи земли, а министр юстиции разослал инструкцию нотариусам о приостановлении сделок. Но закон так и не был издан, и министр юстиции 25 мая отменил свое распоряжение. Попытка запрета земельных сделок была главным источником конфликтов и в самом правительстве. На него давили и Совет объединенных дворянских обществ (“рассматриваемое мероприятие угрожает посягательством на гражданскую свободу”), и финансовый капитал в лице Комитета съездов представителей акционерных обществ.

Вновь возникли беспорядки на селе, крестьяне пресекали сделки стихийно, и 12 июля Временное правительство издает закон об ограничении сделок. Закон сделки не запрещал, а передал вопрос об их разрешении земельным комитетам. Конфликт был перенесен вниз так же, как и вопрос об арендной плате. В результате помещики организовались для борьбы с земельными комитетами, начались массовые аресты и предание их членов суду. “Если так будет продолжаться, - заявил Чернов, - то придется посадить на скамью подсудимых три четверти России”.

Новое коалиционное правительство в Декларации от 8 июля уже пообещало “полную ликвидацию разрушительной и дезорганизующей деревню прежней землеустроительной политики”, снова предупредив крестьян против земельных захватов. Но В. Чернову удалось утвердить лишь постановление “О приостановлении землеустроительных работ”, посредством которых проводилась столыпинская реформа. Это было вызвано тем, что крестьяне уже переключились с погрома помещичьих усадеб на погром “раскольников” - тех хуторян, которые выделились из общины в ходе реформы.

С августа, после окончания полевых работ, начались крестьянские восстания с требованием национализации земли. Восстания подогрел крупный обман. 6 августа Временное правительство официально объявило, что установленные 25 марта твердые цены на урожай 1917 г. “ни в коем случае повышены не будут”. Крестьяне, не ожидая подвоха, свезли хлеб. Помещики же знали, что в правительстве готовится повышение цен, которое и было проведено под шумок, в дни корниловского мятежа. Цены были удвоены, что резко ударило по крестьянству нехлебородных губерний и по рабочим.

Пойти на национализацию земли Временное правительство не могло, поскольку половина земель частных владельцев была заложена и национализация разорила бы банки. Выявилась полная беспомощность правительства в главном вопросе России. Лишь 24 октября Временное правительство постановило передать земли в ведение земельных комитетов - впредь до решения вопроса Учредительным собранием. Но было уже поздно. 25 октября это правительство было сметено.

§4. Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов

Совершенно иначе, нежели у буржуазного государства, пошел процесс легитимации у Советов. Наполнение содержанием зародившихся в виде Советов форм государственности и обретение ими легитимности происходило в основном снизу, стихийно. Если Временное правительство унаследовало аппарат монархической государственности и ничего практически в нем не меняло, то история обретения власти Советами остается как бы “белым пятном”. Очень известный деятель того времени художник А.Н. Бенуа писал в апреле 1917 г.: “У нас образовалось само собой, в один день, без всяких предварительных комиссий и заседаний нечто весьма близкое к народному парламенту в образе Совета рабочих и солдатских депутатов”.

Поначалу обретение Советами власти происходило даже вопреки намерениям их руководства (эсеров и меньшевиков). Никаких планов сделать Советы альтернативной формой государственной власти у создателей Петроградского Совета не было. В них видели средство поддержать новое правительство снизу и “добровольно передать власть буржуазии”. Та сила в форме Советов, которая стала складываться в противовес Временному правительству и которую впоследствии возглавили большевики, была выражением массового стихийного движения.

Эсеры и меньшевики, став во главе Петроградского Совета, и не предполагали, что через Советы поднимется, неведомая теориям, государственность крестьянской России, для которой монархия стала обузой, а правительство кадетов - недоразумением. Это движение надо было идеологически обосновать, что и сделал В.И. Ленин в своих знаменитых “Апрельских тезисах” (1917 г.).

Книга Ленина “Государство и революция”, которую в курсе исторического материализма представляли как главный его труд по вопросам государственности, на деле посвящена тактической проблеме слома государственного механизма (который, кстати, в России был уже практически сломан усилиями самого Временного правительства). “Апрельские тезисы” имели более существенное значение: в них ставился вопрос о выборе типа государственности.

“Апрельские тезисы” - это прозрение, смысл которого нам становится ясен только сегодня.*1*

*1* Начиная с 1905 г. В.И. Ленин сознательно принижал оригинальность своих выводов, потому что в то время обвинение в “ревизии” марксизма нанесло бы большой ущерб линии большевиков. Революция 1905-1907 гг. была особым, необъяснимым в рамках классического марксизма явлением. Видный исследователь русского крестьянства английский историк Т. Шанин считает, что глубоко поняли смысл этой революции лишь В.И. Ленин и П.А. Столыпин.

В них сказано, что Россия после Февраля пошла не по пути Запада - без явного влияния политиков и лидеров. “Не парламентская республика - возвращение к ней от Советов рабочих депутатов было бы шагом назад, а республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху”, - так оценивал положение В.И. Ленин.

Вернувшись в 1917 г. в Россию, он писал: “Советы рабочих, солдатских, крестьянских и пр. депутатов не поняты... еще и в том отношении, что они представляют из себя новую форму, вернее, новый тип государства”.

На уровне государства это был, конечно, Новый тип, но на уровне самоуправления это был именно традиционный тип, характерный для аграрной цивилизации - тип военной, ремесленной и крестьянской демократии доиндустриального общества. В России Советы вырастали из крестьянских представлений об идеальной власти.

Исследователь русского крестьянства А.В. Чаянов писал: “Развитие государственных форм идет не логическим, а историческим путем: наш режим есть режим советский, режим крестьянских советов. В крестьянской среде режим этот в своей основе уже существовал задолго до октября 1917 года в системе управления кооперативными организациями”.

Таким образом, в “Апрельских тезисах” содержался цивили-зационный выбор, прикрытый срочной политической задачей. Обращаясь к партии, Ленин в своем труде говорит на языке марксизма, но на деле это было углубление марксизма и явное начало его новой, русской ветви. Главная мысль была в том, что путь к социализму в России лежит не через полное развитие и исчерпание возможностей капитализма, а прямо из состояния того времени с опорой не на буржуазную демократию, а на новый тип государства - Советы. Сила их, по мнению Ленина, была в том, что они реально связаны с массами и действуют вне рамок старых норм и условностей (“как продукт самобытного народного творчества, как проявление самодеятельности народа”). А ведь в тот момент большевики не только не были влиятельной силой в Советах, но были в них представлены меньшинством.

“Апрельские тезисы” поразили социал-демократов. На собрании руководства большевиков В.И. Ленин был в полной изоляции. Потом выступил в Таврическом дворце перед всеми социал-демократами, членами Совета. А.А. Богданов прервал его, крикнув: “Ведь это бред, это бред сумасшедшего!”. Примерно так же выступил И.П. Гольденберг и редактор “Известий” Ю.М. Стеклов (Нахамкис). Отпор был такой, что В.И. Ленин покинул зал, даже не использовав свое право на ответ.

Тезисы были опубликованы 7 апреля. На другой день они обсуждались на заседании Петроградского комитета большевиков и были отклонены: против 13 голосов, за - 2, воздержался 1. Но уже через 10 дней Апрельская партконференция поддержала В.И. Ленина. Большевики “с мест” лучше поняли смысл, чем верхушка партии.

Потом в Советах стала расти роль большевиков (работали “будущие декреты”). История прекрасно показывает этот процесс: власть совершенно бескровно и почти незаметно “перетекла” в руки Петроградского Совета, который передал ее II Съезду Советов рабочих солдатских депутатов. Съезд сразу принял Декреты о мире и о земле - главные предусмотренные Лениным источники легитимности нового порядка в момент его возникновения.

Именно эти декреты нейтрализовали Учредительное собрание*1*. Оно отказалось признать их и вообще Советскую власть, проговорило впустую почти сутки и было закрыто (“караул устал”). Как вспоминает в эмиграции один нейтральный политик из правых, на улицах “Учредительное собрание бранили больше, чем большевиков, разогнавших его”.

То, что произошло с “учредиловцами” дальше, красноречиво. Учредиловцы отправились к белочехам, объявили себя правительством России (Директорией), потом эту “керенщину” переловил Колчак. Они сидели в тюрьме в Омске, их вместе с другими заключенными освободили восставшие рабочие. Колчак приказал бежавшим вернуться в тюрьму, и “контрреволюционные демократы” послушно вернулись. Ночью их “отправили в республику Иртыш” - вывели на берег реки и расстреляли. В тот момент антисоветский парламент в России никого не привлек на свою защиту.

Таким образом, стихийный процесс продолжения российской государственности от самодержавной монархии к советскому строю, минуя государство либерально-буржуазного типа, обрел организующую его партию (большевиков) и первое обоснование в политической философии (“Апрельские тезисы”).

*1* Выборы в Учредительное собрание состоялись в ноябре 1917 г. по старым партийным спискам. В октябре И.А. Бунин записал в дневнике: “Вот-вот выборы в Учредительное собрание. У нас ни единая душа не интересуется этим”. Открыто Учредительное собрание было 5 января 1918 г.

Прагматичные историки и в России, и за рубежом оценили стратегию Ленина, позволившую осуществить практически бескровный переход власти, как блестящую. Меньшевики же считали эту стратегию окончательным отходом от марксизма -прыжком в бездну социалистической революции без прочного фундамента в виде развитого капитализма. Суть Октября как цивилизационного выбора отметили многие левые идеологи России и Европы. Лидер эсеров В.М. Чернов считал это воплощением “фантазий народников-максималистов”, лидер Бунда М.И. Либер (Гольдман) видел корни стратегии Ленина в славянофильстве, на Западе сторонники К. Каутского определили большевизм как “азиатизацию Европы”. В дальнейшем эти идеи развил Л.Д. Троцкий.

В поединке Временного правительства и Петроградского Совета, за которым наблюдали все те, до кого доходила информация, Совет все время “набирал очки”. И здесь пробным камнем стал вопрос о земле. Уже 9 апреля Петроградский Совет признал “запашку всех пустующих земель делом государственной важности” и потребовал создания на местах земельных комитетов.

И не только по главным вопросам - мира и земли, а по множеству житейских дел, которые сильно влияли на обыденное сознание, выигрывали Советы в общественном мнении. Так, Петроградский Совет, имея авторитет в среде рабочих и солдат, оказался гораздо более дееспособным, чутким и гибким в создании условий жизни граждан. В первые же дни революции была ликвидирована полиция, из тюрьмы выпущены уголовники, и город жил под страхом массовых грабежей. Временное правительство создало милицию из студентов-добровольцев, а Совет - милицию из рабочих, обязав откомандировать в нее каждого десятого рабочего. Было очевидно, что основную работу по наведению порядка выполнила рабочая милиция.

Когда деятели культуры (“комиссия А.М. Горького”) обратились в Совет с просьбой отказаться от захоронения жертв революции на Дворцовой площади, Совет сразу пошел навстречу. Напротив, вопреки всем просьбам комиссии не занимать Зимний дворец под учреждения, там разместилось Временное правительство, причем премьер-министр занял под жилое помещение историческую комнату Александра III, он и его приближеннные пользовались музейными предметами как утварью, а караул из 1000 солдат был размещен в парадных залах. Такие мелочи не прибавляли авторитета Временному правительству в среде горожан.

Именно в Советы приходилось обращаться за разрешением социальных конфликтов, причем даже “буржуазной” стороне (например, при конфликте инженеров с рабочими в Петрограде и врачей с младшим персоналом в Москве). Таких вопросов, в решении которых Советы оказывались более действенными и близкими к жизни органами власти, было множество.

Во время двоевластия (несмотря на предательство верхушки Советов - эсеров и меньшевиков, неоднократно передававшей власть буржуазии) проходил процесс организационного становления Советов на производстве, в деревне, воинских частях. На Всероссийском совещании Советов (март-апрель) была определена структура советских органов: уездные, районные, губернские, областные Советы и их исполнительные комитеты.

В сентябре на выборах в Советы в большинстве районов России победили большевики. Все попытки большевиков мирным путем получить власть не увенчалась успехом, несмотря на то, что. Советы всех уровней оказались большевистскими. Меньшевики и эсеры противились этому мирному переходу.

Большевики вынуждены были при Советах организовывать революционные комитеты, которые начали формировать боевые отряды. VI съезд партии большевиков (июль 1917 г.), взял курс на вооруженное восстание.

 

 

Глава 11

СОЗДАНИЕ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА И ПРАВА (от Октября до окончания гражданской войны)

 

§1 Слом временного буржуазного и создание советского государственного аппарата

Первая задача любой революционной власти - предотвратить ее ликвидацию военным путем, пока она не оформилась и не получила минимума поддержки населения. Самый опасный период - первые часы и дни, когда даже информация о взятии власти еще не распространилась в обществе. Сразу же после 25 октября 1917 г. Советской власти пришлось отражать наступление на Петроград войск Керенского-Краснова, а в самом Петрограде - ликвидировать выступление юнкеров. Эти контрреволюционные выступления не были успешными, в них проявился упадок сил и духа Временного правительства, исчерпавшего свой потенциал.

Со всей остротой встала перед новым государством проблема выхода из мировой империалистической войны. Еще летом 1917 г. стало очевидно, что после разрушения государственности царской России продолжать войну было нельзя. Взяв власть под лозунгом “мира без аннексий и контрибуций”, Советы начали переговоры о мире, и 3 марта 1918 г. был подписан грабительский Брестский мирный договор с Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией (с аннексиями и контрибуциями).

На фоне непрерывного возникновения и решения критических, срочных проблем, угрожавших полным крахом, началось становление нового государства.

Аппарат государства царской России в основном был сломан Февралем. Новый порядок еще не сложился, его заменяли “временные конструкции”, т.к. вожди либерально-буржуазной революции заняли позицию “непредрешенчества”. Временному правительству пришлось, однако, нарушить этот принцип, объявив 1 сентября 1917 г. Россию республикой, то есть присвоить себе функции законодательного собрания.

Процессы слома буржуазного государственного аппарата и создания нового были взаимосвязаны.

Для самого первого периода (между Октябрем и гражданской войной) отметим следующие характерные моменты:

-невероятный по обычным (особенно по нынешним) меркам объем проведенной теоретической, аналитической и практической работы по конструированию и созданию форм и процедур государства и права;

-высокая динамичность концептуальной мысли, быстрота принятия решений и проведения их в жизнь, эффективные и быстродействующие обратные связи с социальной практикой.

Учитывая материальные и кадровые возможности Советского государства в первый период, историки оценивают проделанную им работу как не имеющую прецедентов. В качестве аналога для сравнения берется обычно государственное строительство во время Великой французской революции, однако условия несравнимы. Во Франции буржуазия, финансовая олигархия и интеллектуальная элита поддержали революцию, обеспечив ее деньгами и кадрами, а в России после Октября были ее противниками. Во Франции революция произошла при достаточно благополучном состоянии экономики, так что новая власть поначалу не стояла перед угрозой краха всей системы жизнеобеспечения страны; в России Советы приняли власть в условиях крайней разрухи и необходимости остановить катастрофу.

Достаточно полное описание источников той силы, которая двигала государственное строительство в тот период, выходит за рамки данного учебника. Кратко лишь назовем главные факторы:

-Россия не испытала раскрестьянивания,а рабочий класс не прошел полный курс пролетаризации (“утраты корней”). В ходе Октябрьской революции и после нее трудящиеся проявили себя как народ, обладающий целостной культурой и исторической памятью, включающей богатейший опыт государственного строительства и самоуправления (как общинного, так и городского). Советское государство устраивал народ, которому была близка сама идея Советов как типа соборной власти;

- за полвека до Октября русская культура создала уникальную гамму крупных социально-философских учений, в которых были продуманы (“испытаны”) целые цивилизационные проекты: народничество, анархизм, русский либерализм, монархический традиционализм, социал-демократизм. При всей несхожести этих течений все они участвовали в создании образов идеального, желаемого и возможного государства России. Русская культура провела огромный и длительный “мысленный эксперимент”. Литература донесла вопросы и ответы этого эксперимента до широких народных масс в художественных образах - лучше, чем это могла бы сделать научная философия. Лев Толстой был не только “зеркалом русской революции”, но и ее учителем;

- наука, выросшая на русской культурной почве, была свободна от ряда важных идеологических догм Запада. Наука России, восприимчивая к возникающей новой картине мира, дала основания для идеологии новых (постиндустриальных, нерыночных) отношений в обществе и между обществом и природой. Труд ученого-народника С. Подолинского, ученого-кадета В. Вернадского, экономиста-аграрника А. Чаянова и создателя первой теории систем (тектологии) большевика А. Богданова не явно, но мощно повлияли на становление Советского государства;

- строительство Советского государства возглавила партия большевиков - особое и не повторившееся в западной политической истории явление. Она имела новую и необычную социально-философскую основу: восприняв из марксизма исторический материализм и одновременно освоив диалектику, большевики в то же время, были “воспитаны” кризисом науки начала века. Марксизм исходил из принципов “философии бытия” (исторический процесс как состояние равновесия), а Ленин ввел в партийную мысль принципы “философии становления” (исторические изменения как неравновесные состояния). Это придало партии высокую способность к “обучению у реальности” и отказу от догм. На полвека опередив западную философскую мысль, Ленин ввел в политическое мышление представление общественного процесса как перехода “порядок-хаос-порядок” и как большой системы. Поэтому в период революционных преобразований и присущей им высокой неопределенности ключевые решения руководства партии большевиков были “прозорливыми” (делался хороший или лучший выбор альтернатив).

Развал СССР в конце 80-х годов удался во многом потому, что по ряду причин все указанные выше факторы сильно ослабли или перестали действовать - строй становился все менее советским.

Рассмотрим практику становления Советского государства после Октября.

Военно-революционный комитет. Петроградский ВРК был создан по инициативе ЦК большевистской партии 12 октября 1917 г. при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов и существовал до 5 декабря 1917 г. Созданный как легальный орган для противодействия контрреволюционным планам Временного правительства, он вскоре становится органом по подготовке и проведению восстания в Петрограде., По предложению Ленина ВРК был создан как внепартийный орган. В состав его в момент создания вошли представители ЦК и Петроградского комитета РСДРП(б), профсоюзов, армии и флота и т.д. Органами, руководившими работой ВРК, были его председатель, секретарь, президиум, бюро. Первым председателем ВРК был избран левый эсер, затем - большевик Н.И. Подвойский, секретарем - большевик В.А. Антонов-Овсеенко. При ВРК было бюро ЦК рабочей Красной гвардии.

ВРК был высшим органом власти в стране с 10 часов утра 25 октября 1917 г. и до принятия в 5 часов утра 26 октября 1917 г. II Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов обращения “Рабочим, солдатам и крестьянам”, где говорилось, что “...съезд берет власть в свои руки...”. Фактически же ВРК был им значительно дольше, постепенно утрачивая эти полномочия с открытием II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, с образованием ВЦИК и СНК. с созданием отделов ВЦИК и аппарата наркоматов.

ВРК обладал реальной силой, опираясь на отряды Красной гвардии, верные большевикам армейские части, матросов флота, на районные и Петроградский Советы рабочих и солдатских депутатов, на Советы и местные военно-революционные комитеты. Красная гвардия к моменту Октябрьской революции была уже ощутимой силой: накануне восстания она насчитывала по стране более 200 тысяч человек, ее отряды имелись в более чем 100 городах.

ВРК назначал своих комиссаров в воинские части, в отдельные учреждения, предприятия Петрограда и в провинцию. С момента своего создания и до 10 ноября 1917 г. он назначил 184 комиссара в гражданские учреждения, 85 - в войсковые части и 72-в провинцию. Комиссары ВРК наделялись полномочиями по реорганизации госаппарата, по увольнению персонала, правом ареста “явных контрреволюционеров”. Они должны были действовать в тесном контакте с общими собраниями и комитетами солдат и рабочих, с Советами.

После победы революции в ВРК создаются различные отделы и комиссии. По сообщению газеты “Известия ЦИК” от 14 октября 1917 г. о создании ВРК, он должен был подразделяться на отделы: 1) обороны, 2) снабжения. 3) связи, 4) информационное бюро, 5) рабочей милиции, 6) стол донесений, 7) комендатура. По мере необходимости возникали новые отделы. Так, 29 октября 1917 г. был создан продовольственный отдел, на плечи которого легло снабжение Петрограда и фронта продовольствием. Действовала следственная комиссия, проводившая не только расследование преступлений против революции, но и оперативную работу по задержанию противников революции и заключению их в тюрьму. Кроме того, были созданы отдел печати, реквизиций, агитационная комиссия. В первые дни ноября 1917 г. агитаторы ВРК (всего около 300) выехали в разные концы страны. Они провели большую работу на местах по установлению Советской власти и разъяснению ее политики.

21 ноября 1917 г. постановлением ВРК создается комиссия по борьбе с контрреволюцией в составе пяти человек. Это был первый в советском госаппарате специальный орган по борьбе с контрреволюцией.

ВРК создавал и свои вооруженные силы. Так, в ноябре 1917 г., им было организовано 10 летучих отрядов по 50 человек для охраны продовольственных грузов. В ВРК существовали также штаб, полевой штаб, бюро комиссаров авиации и воздухоплавания, особая разведка, врачебно-санитарный отдел.

Компетенция ВРК не была очерчена каким-либо нормативным актом и на протяжении его истории менялась. Весьма часто ВРК сам определял свою компетенцию. Он занимался многими проблемами: формированием органов советского государственного аппарата (отделов ВЦИК, аппарата наркоматов и т.д.), снабжением Петрограда и армии продовольствием, борьбой со спекуляцией, пьяными погромами, хулиганством, осуществлял Охрану общественного порядка и т.д. ВРК пресекал вооруженные выступления контрреволюции, раскрывал и ликвидировал многочисленные заговоры против власти, боролся с контрреволюционной печатью, саботажем чиновников и т.д.

Это был, по существу, единственный налаженный аппарат (наряду с Советами), через который новая власть осуществляла всю государственную деятельность. По своей компетенции это был всеобъемлющий чрезвычайный орган Советского государства.

После победы Октябрьского восстания Петроградский ВРК становится общероссийским органом. Его связи и отношения с другими органами власти (ВЦИК и СНК) определялись требованиями момента.

26 октября 1917 г. были созданы центральные органы власти и управления - ВЦИК и СНК. ВРК, руководствуясь в своей деятельности декретами II Всероссийского съезда Советов, актами ВЦИК, СНК, выполнял их поручения, но не являлся органом, подразделением ВЦИК или СНК. Они не могли сразу создать своего аппарата, и ВРК продолжал осуществлять полномочия центрального органа. Готовый аппарат был только у ВРК, его и использовали ВЦИК и СНК. По мере создания “нормального” аппарата ВЦИК, СНК и наркоматов деятельность ВРК свертывалась и завершилась его самоликвидацией 5 декабря 1917 г. Об особом положении ВРК в системе органов власти говорит и факт его самороспуска, а не ликвидации по решению ВЦИК, СНК или Петроградского Совета.

II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Высшие органы власти. Съезд, представленный делегатами 402 Советов страны, сразу приобрел характер законодательного органа. Он начал свою работу в 22 часа 40 минут 25 октября 1917 г. К началу съезда прибыло 560 делегатов (сумели зарегистрироваться 517), среди них - 250 большевиков, 159 эсеров, 60 меньшевиков, 26 делегатов от мелких партий и 22 беспартийных.

В это время в стране существовало две системы Советов: Советы рабочих и солдатских депутатов и Советы крестьянских депутатов. Крестьяне были представлены на съезде делегатами от 19 крестьянских Советов, 119 объединенных Советов, солдаты в Советах были в основном крестьянами. Почти все национальные окраины России прислали своих делегатов: Украина - 100, Прибалтика -26, Белоруссия - 15, Закавказье-12, Северный Кавказ -9, Средняя Азия -5, Бессарабия- 3. Во время съезда фракция эсеров раскололась на правых и левых (98 человек). Лидеры и часть рядовых членов партий правых эсеров, меньшевиков и Бунда ушли со съезда. Но прибывали новые делегаты, и к окончанию работы съезда их было 625 (390 - большевики, 179 - левые эсеры).

В первом же документе съезда - обращении “Рабочим, солдатам и крестьянам”- говорилось, что “...съезд берет власть в свои руки”, а Временное правительство низложено. Съезд постановил, что власть на местах переходит к Советам рабочих и крестьянских депутатов. Таким образом, съезд юридически оформил Республику Советов. Съезд принял два важных декрета: О мире и О земле. Всем воюющим народам и их правительствам предлагалось немедленно заключить перемирие и начать переговоры о справедливом, демократическом мире.

Съезд избрал Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет - высший орган власти в период между съездами, в составе 101 человека, среди которых было 62 большевика и 29 левых эсеров. Рабочим органом ВЦИК являлся его Президиум, который готовил материалы для заседаний ВЦИК. Пытаясь найти компромисс всех левых сил, съезд постановил, что ВЦИК может быть пополнен представителями групп, ушедших со съезда.

15 ноября 1917 г. произошло слияние ВЦИК, избранного II Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов, с Исполнительным комитетом (108 чел.), избранным на Чрезвычайном Всероссийском крестьянском съезде. Это значительно укрепило позиции новой власти. Объединенное заседание этих ЦИКов и Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов единогласно подтвердили законы О земле, О мире и Положение о рабочем контроле, принятое ВЦИК.

1 ноября 1917 г. ВЦИК принял резолюцию по вопросу об условиях соглашения с другими партиями: признание ими программы Советского государства, выраженной в названных декретах; признание необходимости борьбы с контрреволюцией (Керенский, Корнилов, Каледин); признание II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов единственным источником власти и ответственности правительства перед ВЦИК.

Важным документом конституционного характера была принятая ВЦИКом 3 января 1918 г. Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Она определила географические рамки компетенции Советского государства (Россия) и тип государства (Советская республика).

II Всероссийский съезд Советов постановил образовать для управления страной, впредь до созыва Учредительного собрания, временное рабочее и крестьянское правительство, именуемое Советом Народных Комиссаров (СНК). Левые эсеры отказались войти в состав СНК, но после объединения ЦИКов они вошли в состав СНК и получили ряд важных портфелей. После заключения Брестского мира в марте 1918 г. левые эсеры вышли из состава СНК, но остались в ВЧК.

Правительство возглавил В.И. Ленин, наркомом по иностранным делам стал Л.Д. Бронштейн (Троцкий), наркомом по внутренним делам - А.И.Рыков, наркомом по делам национальностей - И.В. Джугашвили (Сталин). Создание аппарата наркоматов сильно осложнялось массовым саботажем чиновников прежних министерств и отсутствием кадров. С декабря 1917 г. для решения мелких вопросов с целью разгрузить СНК созывалось совещание заместителей наркомов, которое впоследствии именовалось Малым Совнаркомом (его предшественником была так называемая “вермишельная комиссия”, которая занималась текучкой).

4 ноября 1917 г. ВЦИК принял резолюцию о праве СНК издавать неотложные декреты в рамках общей программы Всероссийского съезда Советов. Таким образом три органа были наделены законодательными полномочиями: Всероссийский съезд Советов, ВЦИК и СНК.

Местные органы власти и управления. Накануне Октябрьской революции на местах существовали городские и земские органы самоуправления. Советы рабочих и солдатских депутатов, Советы крестьянских депутатов, комиссары Временного правительства, органы сословного самоуправления.

II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов утвердил принцип полновластия и единовластия Советов на местах, а также объявил о ликвидации должностей комиссаров Временного правительства. Декретом ВЦИК и СНК от 10 ноября 1917 г. упразднялись все сословия и сословные деления граждан и сословные организации и учреждения.

Власть на местах переходила к Советам. Так, за время с 25 октября 1917 г. по II февраля 1918 г. Советская власть была установлена в 90 губернских и других крупных городах. Начался процесс слияния Советов рабочих и солдатских депутатов с Советами крестьянских депутатов. Декретом ВЦИК от 24 ноября 1917 г. было установлено право избирателей отзывать своих выборных, в том числе и из местных Советов. Местные Советы создавали свои вооруженные формирования (отряды рабочей милиции), что усиливало их власть.

Советское государство избирательно подошло к земским и городским органам самоуправления: активно выступавших против Советской власти упраздняли, лояльных временно сохраняли, пока местные Советы не создали своего аппарата. Этот процесс завершился к августу 1918 г.

Широкое местное правотворчество приводило к разнообразию структуры аппарата местных Советов, они порой копировали центральный аппарат (так, во многих губерниях и даже Уездах и волостях создавались свои Советы народных комиссаров, порой с наркоматом по иностранным делам). В целях унификации местных органов власти НКВД обратился 24 декабря 1917 г. ко всем Советам рабочих, солдатских, крестьянских и батрацких депутатов и разослал инструкцию “О правах и обязанностях Советов”. В ней отмечалось, что Советы самостоятельны в решении местных вопросов, но должны действовать в соответствии с нормативными актами центральных органов и вышестоящих Советов. Это был важный шаг к единой государственной системе с иерархией властных полномочий.

На Советы и их органы возлагались задачи управления и обслуживания административной, хозяйственной, финансовой, культурно-воспитательной сторон местной жизни. Они наделялись правом издавать постановления, т.е. местные норматийные акты. Советы избирали из своего состава исполнительный орган (исполком, президиум), на который они возлагали проведение в жизнь постановлений и всю текущую работу по управлению.

Местные Советы могли производить реквизиции и конфискации, налагать штрафы, закрывать контрреволюционные органы печати, производить аресты, распускать общественные организации, Призывавшие к активному противодействию или свержению Советской власти. Как временная мера допускалось назначение комиссаров в те губернии и уезды, где власть Советов недостаточно укрепилась. Советы находились на государственном финансировании.

Первой по числу депутатов партией в местных Советах были большевики. Так, в составе съездов губернских Советов в 19 губерниях в первой половине 1918 г. большевиков было около 47,5%, а представителей других партий, в основном левых эсеров - около 25%. 14 июня 1918 г. из состава ВЦИК были исключены представители эсеров (правых и центра) и РСДРП (меньшевиков) и предлагалось всем Советам “удалить представителей этих фракций из своей среды”.

Учредительное собрание. 27 октября 1917 г. ВЦИК на своем первом заседании постановил провести выборы в Учредительное собрание в назначенный еще Временным правительством срок- 12 ноября 1917 г. Выборы состоялись по спискам, составленным еще до революции. Например, разделившиеся на две партии с разным отношением к Советской власти левые и правые эсеры шли одним списком как эсеры. Историки, в том числе буржуазные, признают, что соотношение числа депутатов правых эсеров (370) и левых эсеров (40) было случайным и не отражало позиции крестьянства к этим уже двум разным партиям. Среди делегатов крестьянских съездов, на которые правые и левые эсеры избирались уже по отдельным спискам, преобладали левые эсеры, а на выборах в Советы в городах эсеры уступали даже кадетам.

Отношение к Учредительному собранию было вопросом принципиальным, поскольку оно было органом, который по типу своему соответствовал буржуазно-либеральному пути развития революции. 13 декабря 1917 г. были опубликованы “Тезисы об Учредительном собрании” - важнейшая после “Апрельских тезисов” работа В.И.Ленина о государственном строительстве в русской революции. В ней говорилось, что возможность сосуществования двух типов государственности исчерпана, поскольку крестьянство и армия определенно перешли на сторону Советской власти, а буржуазные силы начали с ней вооруженную борьбу (восстание Каледина, действия буржуазных режимов на Украине, в Белоруссии, в Финляндии и на Кавказе). Поэтому вопрос об отношении к Учредительному собранию не является юридическим. Оно может быть включено в государственное строительство лишь при условии признания им Советской власти. Являясь вершиной демократии в ходе буржуазной революции, Учредительное собрание “опоздало”.

В приводимых историками данных о количестве голосов, поданных на выборах за те или иные партии, есть расхождения. Видимо, в выборах участвовало около 44 млн. избирателей, было избрано 715 депутатов (по другим данным - 703). За эсеров, меньшевиков, различные национальные партии проголосовало около 60%, за большевиков - около 25%, за кадетов и другие правые партии-около 15%.

Таким образом, партии с принципиально буржуазной программой получили около 15% голосов тех, кто принял участие в выборах, партии с разными социалистическими программами - 85%. Конфликт, который возник в связи с Учредительным собранием, - это конфликт между социалистами, и прежде всего между двумя революционными партиями социалистов -большевиками и эсерами (меньшевики имели 16 мест, а эсеры -410). В.М. Чернов как председатель Собрания даже декларировал “волю к социализму”. Это важно подчеркнуть, т.к. в годы перестройки пресса внедрила в общественное сознание представление, будто речь шла о выборе между буржуазно-либеральным и социалистическим путем развития России. В ряде вопросов (например, в отношении к террору) большевики были более умеренной партией, нежели эсеры. Передача власти Учредительному собранию (рассмотренная как умозрительный вариант) означала бы не возникновение дееспособной буржуазной государственности, а продолжение “керенщины”.

Накануне созыва Учредительного собрания, 3 января 1918 г., ВЦИК принял постановление “О признании контрреволюционным действием всех попыток присвоить себе функции государственной власти”, где говорилось, что вся власть принадлежит Советам и советским учреждениям и поэтому всякая попытка присвоить функции государственной власти будет подавляться вплоть до применения вооруженной силы.

Учредительное собрание начало свою работу 5 января 1918 г. в Петрограде, в Таврическом дворце, присутствовало около 410 депутатов при кворуме 400. Председателем был избран правый эсер В.М. Чернов (бывший министр Временного правительства). Председатель ВЦИК Я.М.Свердлов зачитал Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа и предложил собранию принять ее, т.е. признать Советскую власть и ее важнейшие декреты: о мире, землей т.д. Левые эсеры также призвали собрание принять Декларацию и передать власть Советам.

Учредительное собрание Декларацию отвергло (237 голосов против 138), после этого большевики и левые эсеры его покинули. Собрание, уже не имея кворума, приняло постановление о том, что верховная власть в стране принадлежит ему. В пятом часу утра командовавший охраной анархист матрос А.Г. Железняков предложил В.М. Чернову прекратить работу Собрания, заявив: “Караул устал”. В 4 часа 40 минут Учредительное собрание прервало свою деятельность. 6 января 1918 г. ВЦИК принял декрет О роспуске Учредительного собрания. Расстреливать Таврический дворец не пришлось, его двери просто заперли. Отказ правых эсеров от сотрудничества с Советской властью направил развитие событий по худшему варианту. Компромисс, по мнению В.И.Ленина, предотвратил бы гражданскую войну.

Учредительное собрание как альтернатива Советам в тех исторических условиях было нежизнеспособно. Оно не имело социальной базы, которая могла бы оказать ему поддержку, хотя эсеры вели работу в войсках и на заводах. Судя по воспоминаниям очевидцев, роспуск Учредительного собрания в тот момент не привлек большого внимания (он стал важной темой в антисоветской идеологической кампании недавнего времени).

Красноречива дальнейшая судьба депутатов. Часть из них, создав нелегальный “Межфракционный совет Учредительного собрания”, летом 1918 г. образовала на Волге и Урале, где Советская власть была ликвидирована белочехами, антисоветские правительства (Комуч, Временное сибирское правительство, затем Директория, объявленная всероссийской властью). После прихода к власти Колчака часть депутатов-“учредиловцев” была выслана за границу, другая - арестована. 23 декабря они были расстреляны в Омске по приказу Колчака.

10 января 1918 г. собрался III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, который выглядел как преемник Учредительного собрания. 13 января начал работу III Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов. Эти съезды объединились, и таким образом в стране возник единый высший орган власти. Съезд одобрил роспуск Учредительного собрания, а также решил снять в наименовании Советского правительства слово “временное”.

На съезде с отчетными докладами выступили председатели ВЦИК и СНК. Была принята Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа, в которой впервые было дано название страны и объявлено ее федеративное устройство: “Советская Российская Республика учреждается на основе свободного союза свободных наций как федерация советских национальных республик”. В резолюции О федеральных учреждениях Российской Республики съезд поручил ВЦИК разработку основных положений Конституции для внесения их на следующий съезд Советов. На съезде был избран ВЦИК в количестве 306 членов, среди которых было 160 большевиков, 125 левых эсеров и представители других партий: меньшевиков (интернационалистов и оборонцев), правых эсеров, анархистов-коммунистов.

Прежде чем рассмотреть процесс строительства судебной системы, карательных органов, органов правопорядка и армии, надо коротко охарактеризовать гражданскую войну, в которой эти институты государства играли особую роль.

§2. Гражданская война и иностранная интервенция. 1918-1921 гг.

Война - самое крайнее, острое выражение политики, когда выявляется суть всех институтов государства и права. Война-эксперимент над государством, открывающий, в частности, историку важное знание. Советское государство прошло через две тотальные войны, когда столкновение было совершенно непримиримым. Первой была гражданская война 1918-1921 гг., сопряженная с иностранной военной интервенцией.

Гражданская война - катастрофа более страшная, чем война с внешним врагом. Она раскалывает народ, семьи и даже саму личность человека, она носит тотальный характер и наносит тяжелые душевные травмы, которые надолго предопределяют жизнь общества. Поскольку в гражданской войне нет тыла, она разрушает всю ткань хозяйства, все жизнеустройство в целом. По оценкам, в ходе гражданской войны в России погибло около 12 млн. человек, причем подавляющее большинство - не на поле боя и не от репрессий, а от голода, болезней и особенно эпидемий (тифа), а также от “молекулярных”, местных конфликтов, не связанных с целями воюющих сторон.

Официальная советская история героизировала гражданскую войну и создала ряд упрощающих ее мифов. Сегодня, в условиях общего культурного кризиса, легче эти мифы преодолеть: легче - не значит легко, но это надо сделать.

Во-первых, гражданская война была порождена не только классовым, но и цивилизационным конфликтом. Нация была расколота примерно пополам (значит, не по классовому признаку). Очень важным для понимания характера конфликта является раскол культурного слоя, представленного офицерством. В Красной Армии служили 70-75 тыс. офицеров, т.е. 30% всего офицерского корпуса России (из них 12 тыс. до этого были в Белой армии). В Белой армии служили около 100 тыс. (40%), остальные бывшие офицеры уклонились от участия в военном конфликте. В Красной Армии было 639 генералов и офицеров Генерального штаба, в Белой - 750: цвет российского офицерства разделился пополам. При этом офицеры, за редкими исключениями, не становились на “классовую позицию” большевиков и не вступали в партию. Они выбрали красных как выразителей определенного цивилизационного пути, что принципиально расходился с тем, по которому пошли белые.

Во-вторых, война против Советского государства не имела целью реставрировать Российскую империю в виде монархии. Это была “война Февраля и Октября” - столкновение двух революционных проектов. Монархически настроенные офицеры в Белой армии были оттеснены в тень, под надзор контрразведки (в армии Колчака действовала “тайная организация монархистов”, а в армии Деникина, согласно его собственным воспоминаниям, монархисты вели “подпольную работу”). Виднейший деятель Белой армии генерал Я.А. Слащов-Крымский (прообраз генерала Хлудова в пьесе М. Булгакова “Бег”) писал, что по своим политическим убеждениям эта армия была “мешаниной кадетствующих и октябристствующих верхов и меньшевистско-эсерствующих низов”. Во всех созданных белыми правительствах верховодили деятели политического масонства России, которые были непримиримыми врагами монархии и активными организаторами Февральской революции. Противником сильной царской империи был и Запад, который на деле и определял действия белых.

Приняв от Антанты не только материальную, но и военную помощь в форме иностранной интервенции, антисоветская контрреволюция быстро лишилась даже внешних черт патриотического движения и предстала как прозападная сила, ведущая к потере целостности и независимости России (Колчак называл себя “кондотьером”). Это во многом предопределило утрату широкой поддержки населения и поражение Белой армии. Напротив, Красная Армия все больше воспринималась как сила, восстанавливающая государственность и суверенитет России.

Бескровно получив власть в октябре 1917 г., Советское правительство, естественно, делало все возможное, чтобы избежать гражданской войны. Известный тезис о “превращении войны империалистической в войну гражданскую” имел чисто теоретический характер и никакого воздействия на общественную практику не оказал. После Февраля он был снят и заменен лозунгом справедливого демократического мира. После Октября, во время наступления немцев (1918 г.), был выдвинут лозунг “Социалистическое Отечество в опасности!”.

С целью предотвратить столкновение было сделано много примирительных шагов: отмена смертной казни, освобождение без наказаний участников первых антисоветских мятежей, в том числе их руководителей (генералов Корнилова, Краснова и Каледина); многократные предложения левым партиям образовать правительственную коалицию; отказ от репрессий по отношению к членам Временного правительства и перешедшим в подполье депутатам Учредительного собрания, даже отказ от репрессий против участников опасного мятежа левых эсеров в июле 1918 г. в Москве (были расстреляны 13 сотрудников ЧК, причастных к убийству посла Мирбаха) и амнистия в честь первой годовщины Октября.

В целях примирения Советская власть смотрела сквозь пальцы на нарушение официальных запретов: еще летом 1918 г. издавалась газета запрещенной партии кадетов, выходили газеты меньшевиков и анархистов. Даже после разгрома ВЧК “анархистских центров” в Москве Н.Махно летом 1918 г. приезжал в Москву и имел беседы с Лениными Свердловым.

Первые месяцы Советской власти породили надежды на мирный исход революции без крупномасштабной войны. О том, что эти надежды советского руководства были искренними, говорят планы хозяйственного и культурного строительства и особенно начавшаяся реализация крупных программ. Например, открытие в 1918 г. большого Числа (33) научных институтов, организация ряда геологических экспедиций, начало строительства сети электростанций или программа “Памятники республики”*1*. Никто не начинает таких дел, если считает неминуемой близкую войну.

В целом Советское государство создавало механизм, подавляющий тенденцию к гражданской войне, но сила его оказалась недостаточной. Даже для тех действий, которые сегодня многие относят к разряду ошибочных или преступных, в тот момент было трудно предсказать итоговый эффект с точки зрения разжигания или гашения войны. К таким действиям относится красный террор.

Советское государство объявило красный террор как ответ на обострившийся летом 1918 г. белый террор, после покушения на В.И.Ленина 30 августа (в организации белого террора, были, кстати, замешаны английские спецслужбы, что признает в своих мемуарах дипломат Локкарт). Государственным актом, вводившим эту меру, было воззвание ВЦИК (от 2 сентября), а исполнителем - ВЧК. Самой крупной акцией был расстрел в Петрограде 512 представителей высшей буржуазной элиты (бывших сановников и министров, даже профессоров). Списки расстрелянных вывешивались (по официальным данным, всего в Петрограде в ходе красного террора было расстреляно около 800 человек). Прекращен красный террор постановлением VI Всероссийского съезда Советов 6 ноября 1918 г., фактически в большинстве районов России он был закончен в сентябре - октябре.

*1* Эта программа была предписана Декретом СНК и утверждена 30 июля 1918 г. Только в Москве и Петрограде предполагалось установить 167 памятников великим революционерам и деятелям мировой и русской культуры (например, Андрею Рублеву, Тютчеву, Врубелю).

По-видимому, на всех фатальных “перекрестках”, на которых приходилось делать выбор из очень малого набора вариантов, Советское государство не сделало тяжелых, а тем более очевидных тогда ошибок. Причина национальной катастрофы России-в совокупности фундаментальных факторов.

Общие предпосылки войны. Вопрос о том, могло ли Советское правительство посредством более тонкой и точной политики предотвратить гражданскую войну, имеет чисто академический интерес. Скорее всего ресурсов для этого у новой власти было недостаточно. Реальную ценность сегодня имеет выявление тех факторов, которые вели процесс к войне.

В качестве главной причины часто выдвигается экспроприация частной собственности (земли, предприятий, финансов). Это-взгляд “от истмата”. На деле никто и никогда не идет на смерть ради собственности. Причины гражданских войн лежат в сфере ценностей (идеалов): изъятие собственности важно не тем, что наносит экономический ущерб, а тем, что воспринимается как нетерпимое посягательство на порядок, признаваемый законным и справедливым. То есть к войне побуждает не рациональный интерес, а ненависть - категория духовная.

Нарастание такой ненависти в среде имущих классов и значительной части культурного слоя России отмечалось многими наблюдателями, уже начиная с лета 1917 г. До конца 1918 г. протекал период “созревания” и оформления ее идеологии. Темная ненависть к “восставшему хаму” приобрела культурно приемлемые формы ненависти к политической власти большевиков как узурпаторов и губителей России.

Вот как И. Бунин в известной книге “Окаянные дни” описывает рядовую рабочую демонстрацию в Москве 25 февраля 1918 г., когда до реальной войны было еще Далеко: “Голоса утробные, первобытные. Лица у женщин чувашские, мордовские, у мужчин, все как на подбор, преступные, иные прямо сахалинские... И какие мерзкие даже и по цвету лица, желтые и мышиные волосы! У солдат и рабочих, то и дело грохочущих на грузовиках, морды торжествующие... А сколько лиц бледных, скуластых, с разительно асимметричными чертами среди этих красноармейцев и вообще среди русского простонародья, - сколько их, этих атавистических особей”. Здесь - представление всего “русского простонародья” как не ближнего.

В ответ на этот все более интенсивно демонстрируемый расизм “простонародье”, причем уже вооруженное и знающее свою силу, очень долго отвечало множеством разного рода примирительных жестов. Это отражено во многих документах эпохи (например, в очень скрупулезных дневниках писателя М.М. Пришвина, вовлеченного в гущу событий в деревне и в столицах). В целом примирительные шаги, “простонародья” были имущими классами явно и четко отвергнуты. Это вызвало ответный социальный расизм, быстро достигший уровня ненависти и даже ярости. По накалу страстей гражданская война в России на стадии столкновения добровольческих армий была сходна с войнами этническими и религиозными. В этих условиях логика и процедуры государственных органов, а также трактовка норм права приобретают особый характер, который бесполезно втискивать в рамки обычных представлений.

Следуя догмам европейского рационализма, идеологи Белого движения видели лишь социальный конфликт, игнорируя его национальный смысл. Сейчас кажется поразительным, как они могли не видеть несовместимости главных целей движения (либерально-буржуазный порядок - и “единая и неделимая Россия”). Но они действительно ее не видели.

Наконец, идеологи Белого движения питали необоснованные иллюзии относительно помощи Запада. Строго говоря, белые “втянулись” в полномасштабную гражданскую войну вслед за иностранной интервенцией как ее “второй эшелон”. Первым актом систематической войны была высадка английских войск на Севере и мятеж чехословацкого корпуса в Поволжье, на Урале и в Сибири. Были неверно оценены и мотивы, и возможности западной помощи. Не имея возможности развивать эту тему, отметим лишь факт: как только правящие круги Запада убедились, что белые овладеть ситуацией в России не смогут, они прекратили их поддержку. Более перспективными стали представляться те силы внутри компартии, которые были ориентированы на “мировую революцию”, то есть не на национальные интересы России, а на включение страны в глобальную систему (ее идеологическая окраска - вещь второстепенная).

Неверная оценка соотношения сил верхушкой белых толкнула их к войне. Война стала фактом, и в строительстве государства, в правовых нормах и процедурах на передний план выдвинулись чрезвычайные органы и действия.

§3. Органы правопорядка. Суд. Карательные органы. Армия

Рабочая милиция. 28 октября 1917 г. по телеграфу НКВД предписал всем Советам рабочих и солдатских депутатов учредить рабочую милицию. Она должна была находиться в ведении Советов рабочих и солдатских депутатов, власти обязаны были содействовать ей в снабжении оружием. В акте ничего не говорилось о сельской милиции, но вскоре ее стали создавать крестьянские Советы.

Декрета об упразднении милиции Временного правительства не было, этот вопрос решался на местах Советами. Центральный аппарат старой милиции ликвидируется в начале декабря 1917 г. приказом НКВД. Временно старая милиция сохранялась при признании личным составом Советской власти (Советы направляли в милицию комиссаров, проводилась чистка ее аппарата). В некоторых районах этот процесс растянулся до весны 1918 г. В первые месяцы Советской власти имелось дублирование - деятельность милиции и Красной гвардии мало чем различались, поэтому на местах иногда ликвидировали либо милицию, либо Красную гвардию. Рабочая милиция создавалась и действовала по принципу строгой децентрализации, подчиняясь местным Советам.

Рабочая милиция вначале не была штатной. Она строилась на основе привлечения, выборов и милицейской повинности. За несущими милицейскую службу сохранялась зарплата по месту работы. Милиция в первые месяцы выполняла задачи как охраны общественного порядка, так и военные.

Новая милиция, в отличие от царской полиции и милиции Временного правительства, вначале мыслилась как орган, в котором службу должны были нести поочередно все граждане независимо от классовой принадлежности. Но классовое противостояние обострялось, и создавалась рабочая милиция. В упоминавшейся Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа было декретировано вооружение трудящихся, образование Красной Армии рабочих и крестьян и полное разоружение имущих классов.

После создания в феврале 1918 г. регулярной Красной Армии милицию отделили от военных органов и освободили от военных функций, превратив ее в профессиональный, штатный орган по охране общественного порядка. Проект “Положения о народной рабоче-крестьянской охране” был опубликован 5 июня 1918 Г., и Советы сразу приступили к реорганизации милиции на новых основах. В октябре НКВД и Наркомюст утвердили инструкцию “Об организации советской рабоче-крестьянской милиции”.

Был сделан шаг к централизации: милиция на местах являлась теперь исполнительным органом центральной власти. Она состояла в непосредственном ведении местных Советов, но подчинялась общему руководству НКВД (Главному управлению милиции). Таким образом, милиция находилась в двойном подчинении - Совету и вышестоящему органу милиции. Милиционеры вооружались холодным оружием и револьверами, при исполнении служебных обязанностей они должны были носить установленную форму или отличительный знак. На милицию возлагалось также проведение розыска и дознания по уголовным преступлениям.

Судебные органы. После Октября в ряде мест страны население, не дожидаясь директив сверху, само приступило к ликвидации старых судов и созданию новых. Они поначалу носили разные названия народный суд, пролетарский суд, революционный суд, суд общественной совести и т.д. Обобщая опыт судебного строительства, 24 ноября 1917 г. СНК принимает декрет О суде (№1). Этим декретом упразднялись прежние суды и ликвидировались адвокатура, прокурорский надзор, институт судебных следователей.

Создавалась новая судебная система: местные суды в составе судьи и двух заседателей. Им были подсудны гражданские дела с ценою иска до 3000 руб. и уголовные - с наказанием не свыше 2 лет лишения свободы. Новые суды создавались на принципах выборности судов и участия населения в отправлении правосудия в качестве заседателей. Местные судьи должны были избираться на основании прямых выборов населением, а до назначения выборов - местными Советами. Советы составляли списки очередных заседателей и определяли очередь их явки на сессию. Декрет временно возложил предварительное следствие на местных судей. Это была чрезвычайная мера, поскольку она нарушала принцип разделения следствия и суда. Для следствия по делам, подсудным ревтрибуналам. Советы создавали следственные комиссии.

Для борьбы с контрреволюцией учреждались революционные трибуналы в составе председателя и 6 очередных заседателей. Ревтрибуналы избирались губернскими или городскими Советами.

В качестве обвинителей и защитников по уголовным делам, причем со стадии предварительного следствия, допускались “все неопороченные граждане обоего пола”. Местные суды руководствовались старыми законами в случаях” если они не отменены революцией и не противоречат “революционной совести”. Отмененными признавались все законы, противоречившие декретам ВЦИК и СНК, а также программам минимум партий РСДРП(б) и эсеров. Ревтрибуналы в своих приговорах на прежние законы не ссылались.

Советское государство особое внимание уделяло созданию ревтрибуналов как механизму защиты новой власти. За короткий срок были изданы нормативные акты, регулировавшие организацию, процессуальный порядок, подсудность трибуналов и следственных комиссий. Подобных актов в отношении общих судов за это время не было издано. Первым актом было Руководство для устройства революционных трибуналов Наркомюста (28 ноября 1917 г.), затем вышла Инструкция ревтрибуналам. В обоих актах смертная казнь в качестве меры наказаний отсутствовала.

С ноября 1917 г. по май 1918 г. вся территория РСФСР покрылась сетью трибуналов. Они были созданы почти во всех областных и губернских городах, уездах и даже в ряде волостей и поселков РСФСР. Поскольку трибуналы были созданы раньше местных судов, им пришлось рассматривать и все уголовные и подчас даже гражданские дела, нарушая нормы декрета О суде № 1 о подсудности трибуналов и местных судов.

В мае 1918 г. при ВЦИК был создан Ревтрибунал для разбирательства дел общегосударственного значения. В июне 1918 г. учреждается Кассационный отдел при ВЦИК, рассматривавший кассационные жалобы и протесты на приговоры ревтрибуналов. По мере стабилизации обстановки сеть трибуналов резко сокращается. Они сохранялись лишь в столицах, губернских городах, крупных узловых станциях и промышленных центрах.

В 1918-1920 гг. шел процесс приспособления ревтрибуналов к чрезвычайной обстановке гражданской войны. Они стали превращаться из специальных судебных органов в чрезвычайные специальные судебные органы. Был ликвидирован институт народных заседателей, резко сократился состав трибуналов: с семи человек до трех (один из ЧК), избираемых местными Советами и исполкомами. Это усиливало координацию двух органов, но, конечно, увеличило риск произвола при рассмотрении в трибуналах дел, переданных из ЧК.

Трибунал сам решал, допустить ли к участию в деле обвинение и защиту, но если допускался обвинитель, трибунал обязан был допустить или назначить защитника. Трибунал был вправе отменить прения сторон, если признавал дело выясненным. Все это были чрезвычайные права по ведению процесса*1*. Такие нормы повышали оперативность рассмотрения дел, но ущемляли интересы сторон и прежде всего подсудимого.

Положение о ревтрибуналах, принятое ВЦИК 12 апреля 1919 г., предоставило трибуналам право определения меры репрессии, что было правом нормотворчества*2*. Положение о ревтрибуналах от 18 марта 1920 г. подтвердило это право, но лишь в пределах действовавших декретов. В связи с переломом обстановки в борьбе с контрреволюцией в январе 1920 г. было отменено применение смертной казни органами ВЧК и ревтрибуналами, кроме военных. В мае 1920 г. в связи с наступлением белополяков смертная казнь вновь вводилась в 23 губерниях, объявленных на военном положении.

Кроме общих ревтрибуналов, в годы гражданской войны действовали революционные военные трибуналы (РВТ). Они стали создаваться в войсках по приказам Реввоенсоветов (РВС) с июля 1918 г. Против их введения выступал ряд работников СНК (имелся даже декрет СНК от 4 мая 1918 г., запрещавший создание армейских трибуналов)*3*. Вначале создавались трибуналы на уровне армии и фронта, с конца 1918 г. начали появляться их отделы при дивизиях и бригадах. Для руководства РВТ был создан Революционный военный трибунал Республики. С января 1920 г. стали создаваться РВТ в тылу, в войсках внутренней охраны, а с апреля - РВТ округов. В партизанских районах Сибири военные ревтрибуналы действовали на основе нормативных актов, принятых на съездах партизанских армий.

30 ноября 1918 г. было введено военное положение на всей сети железных дорог. В состав фронтового РВТ стал входить представитель железной дороги. 18 марта 1920 г. были учреждены революционные военные железнодорожные трибуналы (РВЖТ). С объявлением военного положения на водном транспорте аналогичные трибуналы были учреждены и там. Процесс в РВТ и РВЖТ проходил так же, как в общих трибуналах, но их приговоры не могли быть обжалованы в кассационном порядке (эта временная мера была отменена в 1922 г.).

*1* Это были права, но не обязанность трибунала. В обычных условиях процесс в трибуналах проходил на общих принципах судебного процесса.

*2* Тогда и появились приговоры трибуналов с такими мерами наказания, как “условный расстрел”, “лишение свободы до окончания гражданской войны” и т.д.

*3* Это противоречило также ст. 49 Конституции РСФСР 1918 г. Таким образом, создание военных трибуналов было нарушением законности, однако они стали реально действующими органами.

Декретом ВЦИК О народном суде (№ 3) от 30 ноября 1918 г. учреждался единый народный суд, действовавший либо в составе одного постоянного судьи либо в составе судьи и двух или шести заседателей. Нарсуд рассматривал все уголовные и гражданские дела за исключением дел, подсудных ревтрибуналу. Судьи избирались Советами и исполкомами. Приговоры по уголовным делам и решения по гражданским делам могли быть обжалованы в кассационном порядке в Совет народных судей.

В судах всех инстанций допускалось судоговорение на местных языках. Предварительное расследование по делам, превышающим подсудность местного суда, производили следственные комиссии из трех человек, избираемых Советами. При Советах создавались коллегии правозаступников, осуществлявших как общественное обвинение, так и защиту.

Особенностью процесса создания новых судебных органов в первый период было широкое местное правотворчество. Оно объяснялось высокой творческой активностью населения, вовлеченного в общественную жизнь революцией, отсутствием юридического опыта, а также медленным поступлением нормативных актов из центра. Лишь Конституция РСФСР 1918 г. отнесла вопросы судоустройства к ведению Всероссийского съезда Советов и ВЦИК.

Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК). Вскоре после Октября острота классовой борьбы заставила поднять вопрос о создании органа госбезопасности. 7 декабря 1917 г. СНК создал Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Она была задумана прежде всего как орган борьбы с саботажем в связи с готовившейся всеобщей забастовкой служащих правительственных учреждений. Впоследствии слова “и саботажем” в названии комиссии были заменены на “и преступлениями по должности”.

Учреждалась ВЧК при СНК, председателем был назначен Ф.Э. Дзержинский. В момент образования ВЧК на нее смотрели как на временный орган. Это отразилось в названии комиссии - чрезвычайная, хотя в момент создания она не наделялась чрезвычайными полномочиями (комиссия начинает их приобретать при возложении на нее борьбы с общеуголовным преступлением - спекуляцией). Первые шаги ВЧК были направлены против нарушений трех видов: саботажа чиновников, “пьяных погромов” (они происходили при разграблении винных складов в Петрограде) и бандитизма “под флагом анархизма”.

ВЦИК и СНК издали значительное количество нормативных актов, определявших задачи, структуру, компетенцию ВЧК, ее место в системе органов госвласти. ВЧК действовала как коллегиальный орган (при председателе состояла коллегия). Вначале в ней было три отдела: информационный, организационный и борьбы с контрреволюцией и саботажем, II декабря 1917 г. бил создан четвертый отдел -по борьбе со спекуляцией. Особую опасность представляла спекуляция в связи с заключением Брестского мира. Поскольку он предусматривал обязательство правительства России безоговорочно оплатить все ценные бумаги, предъявленные Германией, началась широкая спекуляция акциями промышленных предприятий (в том числе уже национализированных). Акции продавались немецким подданным, от них поступали в посольство Германии, которое предъявляло акции к оплате. На борьбу с этим были брошены большие силы ВЧК.

В марте 1918 г. создаются тюремный и хозяйственный отделы, справочное бюро, дававшее справки об арестованных и о делах, находившихся в производстве ВЧК; стол личного состава ВЧК, занимавшийся учетом работников ВЧК. В конце июля был создан железнодорожный отдел ВЧК.

В момент создания в ВЧК входили лишь большевики. 8 января 1918 г. СНК назначил членами ВЧК четырех левых эсеров, один из них стал заместителем председателя ВЧК. После заключения Брестского мира левые эсеры ушли почти из всех наркоматов, но в ВЧК остались. 6 июля 1918 г. они использовали аппарат ВЧК в организации убийства немецкого посла Мирбаха и вооруженного выступления против большевиков*1*. После ликвидации мятежа левые эсеры были отстранены от работы в органах ВЧК.

Для осуществления полномочий ВЧК имела свои вооруженные силы. Со второй половины декабря 1917 г. Советами стали создаваться местные ЧК. В волости и небольшие уезды назначались комиссары ЧК. К концу мая 1918 г. было Создано 40 губернских и 365 уездных ЧК (в январе 1919 г. в связи с определенной стабилизацией обстановки уездные ЧК были упразднены). Значительную роль в унификации форм и методов работы органов ЧК сыграла 1 Всероссийская конференция чрезвычайных комиссий (июнь 1918 г.). О масштабах деятельности ВЧК можно судить по числу ее сотрудников, который к 1921 г. достиг максимума -31 тыс. человек (в конце февраля 1918 г. это число не превышало 120 человек).

*1* Мятеж эсеров, который мог вызвать возобновление войны с Германией, имел поддержку Антанты. Эсер-террорист Савинков, руководивший мятежом в Ярославле, позднее заявил, что восстания финансировались через французского военного атташе в Москве.

С самого начала своей деятельности ВЧК наделялась правом ареста. 31 января 1918 г. СНК установил, что ВЧК занимается розыском, пресечением и предупреждением преступлений, передавая материалы для следствия в следственную комиссию трибунала, которая направляла делав суд. Таким образом, четко разграничивалась компетенция органов ВЧК и трибуналов, создавались нормальные взаимоотношения между этими органами. Такое положение было нарушено наступлением немецких войск, когда принятое в связи с этим постановление СНК 21 февраля 1918 г. наделило ВЧК правом внесудебного решения дел с применением высшей меры наказания -расстрела. ВЧК становится в полном смысле чрезвычайным органом. До этого времени органы ВЧК вели не только оперативную работу, но и проводили следствие и выносили приговор, подменяя следственные и судебные органы. Это привело к неизбежным при отсутствии процессуального контроля ошибкам и злоупотреблениям с гибелью невиновных.

В ноябре 1920 г. на ВЧК была возложена охрана границ государства (до этого охрана границ в какой-то степени обеспечивалась “завесами” - системой подвижных военных отрядов).

Революционные комитеты. 24 октября 1919 г. ВЦИК утвердил положение о революционных комитетах. Эти чрезвычайные органы власти могли создаваться в местностях, освобожденных от неприятеля, в прифронтовой полосе и в тылу для организации обороны и поддержания порядка. Их создавали РВС армии при участии местных органов властей в составе от 3 до 5 человек. При нормализации обстановки, создании местных органов власти ревкомы передавали им все свои полномочия, имущество и дела. В прифронтовой полосе (на расстоянии 25-50 km. от линии фронта) постановлением РВС армии исполкомы Советов могли быть временно распущены и заменены ревкомами. Ревкомы создавались ив тылу в составе 3-5 человек (председателя и одного из членов исполкома и местного военного комиссара). В этом случае обычные органы власти продолжали действовать, но передавали ревкому все дела, связанные с обороной и охраной порядка.

Армия. После Октябрьской революции вооруженные силы страны составляли отряды Красной гвардии, рабочей милиции, части старой армии, которые поддержали Советскую власть. Одной из причин падения Временного правительства было нежелание солдат продолжать войну. Ввиду явной опасности, что с фронта в глубь страны хлынет неорганизованный поток вооруженных дезертиров. Советское государство сразу приступило к демобилизации старой армии.

Одновременно был начат процесс создания новой постоянной и регулярной армии (обсуждалась и возможность реорганизации старой армии без ее демобилизации, но она была признана нереальной). 15 января 1918 г. СНК принимает декрет О рабоче-крестьянской Красной Армии, которая создавалась на классовой основе и на принципе добровольности (29 января 1918 г. вышел декрет о создании рабоче-крестьянского Красного флота на тех же основах, что и Красная Армия). Для вступления в ряды Красной Армии необходимы были рекомендации войсковых комитетов, парторганизаций и профсоюзов или, по крайней мере, двух членов этих организаций. При вступлении целыми частями требовалась круговая порука всех и поименное голосование.

Принцип добровольности был вызван тем, что война надоела народу и общественное сознание отвергало идею воинской повинности. Кроме того, старый аппарат военного управления был ликвидирован, и некому было проводить мобилизацию в армию. Непосредственное руководство и управление армией осуществлял Высший военный совет, а с августа 1918 г.- Наркомат по военным делам. Местными органами были военкоматы (от губернских до уездных). К концу 1918 г. в стране действовал 7431 военкомат. В армии вводился институт военных комиссаров.

На базе красногвардейских отрядов началось формирование национальных частей. Была создана мусульманская Красная Армия в Поволжье, национальные части на Северном Кавказе. Они сыграли большую роль в боях с националистами.

Весной 1918 г