Электронные книги по юридическим наукам бесплатно.

Присоединяйтесь к нашей группе ВКонтакте.

 


 

 

 

Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации (Отв. ред. В.В.Лазарев)- Система ГАРАНТ, 2003 г.

 

Электронная версия для справочной правовой системы "Гарант" по состоянию на 1 мая 2003 г.

 

Ответственный редактор - Заслуженный деятель науки РФ, док. юр. наук, проф. В.В.Лазарев

 

Авторы:

 

Афанасьев В.С., д.ю.н., проф., Заслуженный юрист Российской Федерации (Академия управления МВД РФ) - ст. 58, 59, 74, 129.

Бабаев В.К., д.ю.н., проф., Заслуженный деятель науки Российской Федерации (Нижегородский юридический институт МВД РФ) - ст. 1, 8, 9, 17, 57, 75.

Божьев В.П., д.ю.н., проф., Заслуженный деятель науки Российской Федерации (Академия управления МВД РФ) - ст. 22, 25, 47-53, 118-123, 128.

Витрук Н.В., д.ю.н., проф. Заслуженный деятель науки Российской Федерации (Конституционный Суд РФ) - ст. 2, 6, 18, 19, 45, 46, 55, 56, 60-64, 68, 69.

Герасимов А.П., д.ю.н., проф. (Российская академия правосудия) - ст. 33, 41, 43, 44, 102, 106.

Глушко Е.К., к.ю.н. (Администрация Президента РФ) - ст. 83, 86, 87.

Исаков В.Б., д.ю.н., проф. (Торгово-промышленная палата РФ) - ст. 94-101, 103-105, 109, 134-137, раздел второй.

Кабышев В.Т., д.ю.н., проф., Заслуженный деятель науки Российской Федерации (Саратовская государственная академия права) - ст. 3, 5, 11, 16, 32, 80.

Каллистратова Р.Ф., д.ю.н., проф., Заслуженный юрист Российской Федерации (Российская академия правосудия) - ст. 124, 126, 127.

Козлов А.Е. (1939-1997), д.ю.н., проф. (Институт государства и права РАН) - ст. 26, 28-31, 65-67, 79 (статьи 26, 28-30 - в соавторстве с Б.С.Эбзеевым)

Краснов М.А., д.ю.н., проф. (Фонд "Индем") - ст. 81, 82, 84, 89-93.

Лаврова Н.М., к.ю.н. (Аппарат Совета Федерации Федерального Собрания РФ) - ст. 34-37, 39, 40, 42.

Лазарев В.В., д.ю.н., проф., Заслуженный деятель науки РФ (Постоянный представитель Государственной Думы Федерального Собрания РФ в Конституционном Суде РФ) - предисловие ко второму изданию, вступительная статья, 12, 70, 76, 77, 125, 130-133.

Миньковский Г.М. (1923-1998), д.ю.н., проф., Заслуженный деятель науки РФ (Академия управления МВД РФ) - ст. 14, 20, 24, 27, 38, 54.

Москалькова Т.Н., д.ю.н., проф., Заслуженный юрист Российской Федерации (МВД РФ) - ст. 21, 23.

Салищева Н.Г., к.ю.н., доцент, Заслуженный юрист Российской Федерации (Институт государства и права РАН) - ст. 78, 110-117.

Слива А.Я., к.ю.н. Заслуженный юрист Российской Федерации (Конституционный Суд РФ) - ст. 71, 72, 73.

(Конституционный Суд РФ) - преамбула, ст. 4, 7, 10, 13, 15, 85, 88, 107, 108 (в соавторстве с А.Е. Козловым - статьи 26, 28-30).

Руководитель авторского коллектива - Лазарев В.В.

 

Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации подготовлен высококвалифицированными учеными, занимающими (занимавшими) ответственные должности в федеральных органах государственной власти или принимающими непосредственное участие в консультировании правотворческой и правоприменительной практики. Это своего рода руководство по использованию конституционных норм в работе государственных служащих. Гражданам комментарий послужит в деле защиты своих конституционный прав; научным работникам - в развитии идей конституционного права, а студентам - в их освоении

 

В комментарии учтены действующее законодательство и новейшая юридическая практика

 

Комментарий рассчитан на широкий круг читателей, и прежде всего на государственных служащих, депутатов, юристов предпринимательских структур, научных работников и студентов

 

Принятые сокращения

 

АПК, АПК РФ - Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации.

БВС - Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации.

БНА - Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств Российской Федерации; Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации

Бюллетень ЦИК - Бюллетень Центральной избирательной комиссии Российской Федерации.

Ведомости РФ, РСФСР, СССР - Ведомости Верховного Совета РСФСР, СССР, Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ, РСФСР, СССР.

Вестник ВАС РФ - Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

ВКС - Вестник Конституционного Суда Российской Федерации.

Закон об арбитражных судах - Федеральный конституционный закон "Об арбитражных судах Российской Федерации".

Закон об адвокатской деятельности - Федеральный закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации.

Закон о Конституционном Суде - Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации".

Закон о мировых судах - Федеральный закон "О мировых судьях в Российской Федерации".

Закон об органах судейского сообщества - Федеральный закон "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации".

Закон о статусе судей - Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации".

Закон о судебной системе - Федеральный конституционный закон "О судебной системе Российской Федерации".

ГК, ГК РФ - Гражданский кодекс Российской Федерации.

ГПК - Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации.

ТК, ТК РФ - Трудовой кодекс Российской Федерации.

КоАП - Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

Конституция - Конституция Российской Федерации, принятая всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.

РВ - Российские вести.

РГ - Российская газета.

РФ - Российская Федерации

САПП - Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации.

СЗ РФ - Собрание законодательства Российской Федерации.

СК РФ - Семейный кодекс.

УК, УК РФ - Уголовный кодекс Российской Федерации.

УПК - Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.

Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам - Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М.: Спарк, 1999.

 

 

Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации

 

 Преамбула                                                              

 Раздел первый                                                           

 Глава 1. Основы конституционного строя               (ст.ст.   1 -  16)

 Глава 2. Права и свободы человека и гражданина       (ст.ст.  17 -  64)

 Глава 3. Федеративное устройство                     (ст.ст.  65 -  79)

   Глава 4. Президент Российской Федерации            (ст.ст.  80 -  93)

   Глава 5. Федеральное Собрание                      (ст.ст.  94 - 109)

   Глава 6. Правительство Российской Федерации        (ст.ст. 110 - 117)

   Глава 7. Судебная власть                           (ст.ст. 118 - 129)

   Глава 8. Местное самоуправление                    (ст.ст. 130 - 133)

   Глава 9. Конституционные    поправки  и  пересмотр (ст.ст. 134 - 137)

            Конституции                                                  

 Раздел второй. Заключительные и переходные положения                   

 

Конституция Российской Федерации

 

1. Термин "конституция" (от латинского "сonstitutio" - устанавливаю, учреждаю) в действующем основном законе в различных словосочетаниях встречается не менее 70 раз. Анализ интерпретаций данного термина позволяет выявить ряд аспектов его смысловой нагрузки, которые вкладывались в этот термин создателями Конституции и должны учитываться в процессе практического применения основного закона и его норм.

Во-первых, Конституция есть основной закон, обладающий особыми гарантиями стабильности. Он может быть пересмотрен в особом, предусмотренном самой Конституцией порядке. Следовательно, любая попытка пересмотра или новации Конституции в нарушение или в обход установленного действующей Конституцией порядка есть узурпация власти, долженствующая влечь установленные законом правовые последствия.

Во-вторых, Конституция есть закон, который учреждает государство, систему его органов и порядок их формирования, их компетенцию, определяет характер взаимоотношений органов государственной власти с местным самоуправлением.

В-третьих, Конституция есть закон, формирующий и обеспечивающий политическое единство народа. Согласно Конституции Российской Федерации народ является единой в политическом отношении государственно-правовой и международно-правовой личностью. Конституция, однако, содержит одновременно гарантии от гипертрофии этого единства путем признания идеологического и политического многообразия и закрепления федеративной природы государства.

В-четвертых, Конституция Российской Федерации выступает способом формализации государственного строя России путем закрепления его фундаментальных основ. Она определяет основные ценности государства и общества и порядок их государственной защиты.

В-пятых, Конституция есть закон, устанавливающий пределы государственной власти посредством закрепления прав человека и гражданина и возложения коррелирующих с этими правами обязанностей на государство, а также пределы индивидуальной автономии личности, характер взаимоотношений личности и государства и меру их взаимной лояльности и ответственности.

В-шестых, Конституция есть способ закрепления и выражения высших правовых норм и в этом смысле сама является так называемой абсолютной нормой, которой не могут противоречить любые правовые акты, действующие в государстве. В связи с этим Конституция выступает в качестве закона, обладающего верховенством на всей территории государства, высшей юридической силой и гарантирующего политическое единство народа и единство экономического и правового пространства государства.

Конституция может также рассматриваться как юридическая форма фиксации познанных обществом объективных закономерностей социально-исторического развития, которые в силу их конституционного закрепления трансформируются в поведение граждан и становятся нормой деятельности государства, его органов и должностных лиц, общественных объединений и т.д.

Очевидно, что понятие Конституции Российской Федерации чрезвычайно сложно выразить в краткой дефиниции, необходим учет ее различных аспектов, причем в зависимости от конкретных обстоятельств тот или иной аспект может оказаться превалирующим. Например, при разрешении споров о компетенции между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации Конституция выступает как гарантия политического единства народа и одновременно как гарантия прав и интересов субъектов Российской Федерации, вытекающих из федеративного устройства государства. В то же время в случае конфликта интересов личности и государства доминирующее значение приобретает гарантийная функция Конституции, выступающей в качестве юридической формы урегулирования взаимоотношений человека и государства как "равноправных партнеров" в общественном договоре и способа ограничения пределов государственной власти, а также обеспечения индивидуальной автономии личности.

При этом следует также обратить внимание на следующие обстоятельства, имеющие существенное значение для определения природы как самой Конституции, так и оформляемой ею государственности: во-первых, из наименования Конституции изъято словосочетание "Основной Закон", которое неизменно присутствовало в прежних конституциях. Из такого изъятия, однако, не следует, что меняется место Конституции Российской Федерации в иерархии правовых актов, оно лишь свидетельствует об отождествлении составителями проекта содержания понятий "Конституция" и "Основной Закон" и желании избегнуть в силу их совпадения повторения; во-вторых, в самом наименовании "Конституция Российской Федерации" присутствует указание на федеративную природу государства, которая в рамках действующего Основного Закона правовым образом не может быть преодолена; в-третьих, федеративное устройство Российской Федерации сопрягается с единством государства. Российское государство именно единое федеративное, а не союзное государство, основанное на сочленстве объединившихся в него субъектов. Следовательно, общефедеральные конституционные стандарты организации власти, суверенитета и свободы личности имеют универсальный характер и обязательны для всех субъектов Российской Федерации. Это означает также, что федеральная Конституция не нуждается в ратификации или подтверждении в иной форме субъектами Российской Федерации, она связывает всех ее субъектов на всей территории Российской Федерации и действует прямо и непосредственно.

2. Принятие Конституции Российской Федерации на всенародном референдуме 12 декабря 1993 г. прервало развитие советского типа организации государственной власти и юридически закрепило восприятие Россией общедемократических ценностей и ориентиров социально-политического и экономического развития, которые доминируют в обществах с более давними традициями демократического развития. Предпосланная основному тексту Конституции вступительная часть - преамбула, обычная в мировой конституционной практике, в широком социальном плане декларирует становление в России конституционализма, превращение государства в рациональную организацию публичной власти для осуществления общественных задач в рамках права.

Преамбула Конституции имеет существенное значение в социальном, политическом, идеологическом и юридическом отношениях. Она является составной частью Конституции и имеет для законодательной и исполнительной власти не только моральную, но и юридическую силу, а судами должна восприниматься в качестве оселка, на котором выверяется адекватность истолкования конституционных норм, содержащихся в разделах, главах и статьях Конституции.

На это, в частности, было обращено внимание в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1995 г. N 17-П (СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 54). Суд, отметив, что "Конституция Российской Федерации закрепляет суверенную государственность России, целостность и неприкосновенность ее территории в качестве одной из основ конституционного строя", для обоснования своей позиции сослался на преамбулу и чч. 1 и 3 ст. 4 Конституции Российской Федерации. Многократно ссылался Конституционный Суд на преамбулу в ее нормативном единстве и сопряжении с рядом иных положений Конституции Российской Федерации в постановлении от 7 июня 2000 года N 10-П (СЗ Российской Федерации. 2000. N 25. Ст. 2728), в частности, для обоснования того, что Конституция, принятая всенародным голосованием, является актом высшего непосредственного выражения власти многонационального народа Российской Федерации в целом, следовательно, именно ее положения имеют приоритет в правовой системе Российской Федерации, включая федеральное законодательство и нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Тем самым Суд подтвердил, что во-первых, преамбула есть неотъемлемая составная часть Конституции Российской Федерации; во-вторых, она является не просто сводом политико-правовых деклараций или исторической справкой, но и имеет юридическую силу и составляет своеобразный договор между народом, волей которого освящена Конституция, и государством, выступающим от имени народа; в-третьих, органы публичной власти и иные субъекты конституционно-правовых отношений связаны преамбулой в не меньшей мере, чем иными положениями Конституции Российской Федерации; в-четвертых, последующие положения Конституции, особенно принципы конституционного строя, должны интерпретироваться и применяться с учетом преамбулы Конституции, ибо именно в ней содержится универсальный социально-политический, нравственный и юридический критерий адекватности правоприменения в Российской Федерации.

Конституция - единый политико-юридический документ, каждая часть которого органически связана со всеми остальными и в рамках единой системы выполняет свои функции. Это - продуманная модель организации жизни общества, охватывающая все его сферы и наиболее важные проявления. Конституция является целостным актом, нормы и институты которого взаимосвязаны и взаимодействуют в процессе регулирования общественных отношений. В частности, нормативное значение преамбулы заключается в том, что она обычно определяет стратегию как правотворчества, так и правоприменения, налагает на государство, государственные и общественные органы, должностных лиц юридическую обязанность действовать в соответствии со сформулированными в ней основополагающими принципами.

3. Представляется, что не следует преуменьшать значение преамбулы Конституции и для адекватного понимания и истолкования ее содержания. В ней излагаются некоторые исходные положения, на которых основываются Конституция и те цели, которые она преследует. Преамбула Конституции Российской Федерации констатирует существование многонационального народа Российской Федерации, соединенного общей судьбой на своей земле. Начинается она словами: "Мы, многонациональный народ Российской Федерации: принимаем настоящую Конституцию Российской Федерации". Тем самым волей народа легитимируется та модель организации власти, суверенитета, свободы и прав человека, которая получила закрепление в Основном Законе. Народ выступает первичным субъектом конституционных правоотношений, в которых обязанной стороной выступают государство, его органы и должностные лица. Именно народ обладает всей полнотой учредительной власти, которая не может передаваться кому бы то ни было. Государственная же власть - законодательная, исполнительная или судебная - это власть, учреждаемая народом и действующая от его имени и им уполномоченная. Пределы государственной власти и ее "свободного" усмотрения определяются народом и не могут быть нарушены государством без риска утраты своей легитимности.

Многонациональный характер страны и осознание ею себя как части мирового сообщества обусловили также признание общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов. В преамбуле выражена преемственность российской государственности, а также уважение к историческому прошлому народа, предыдущие поколения которого передали гражданам России любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость. В ней нашли отражение решающая роль самого народа в настоящем и будущем Родины, его доминирующее место во всей системе субъектов конституционно-правовых отношений.

В преамбуле Конституции одновременно определяются те ценности, которые занимают ведущее положение во всей иерархии общественных ценностей, и цели, которые преследует Конституция. В системе этих ценностей и целей Конституции - утверждение прав и свобод человека, гражданского мира и согласия, сохранение исторически сложившегося государственного единства страны, возрождение суверенной государственности России и незыблемость ее демократической основы.

Важное юридическое значение преамбулы заключается и в том, что в ней определена стратегия конституционного и в целом правового регулирования в Российской Федерации. Закрепленные в Основном Законе цели имеют определяющее значение в процессе реализации Конституции и ее норм в сфере законодательства, исполнения законов и правосудия. Они образуют не только социально-политический и нравственный, но и юридический ориентир, в соответствии с которым должна осуществляться деятельность органов законодательной, исполнительной и судебной власти. По существу, это изложение некоторых важнейших обязанностей государства и его агентов, в числе которых - обеспечение свободы и прав граждан, социального и межнационального мира и согласия, противостояние сепаратизму и сохранение целостности Российской Федерации.

В преамбуле Конституции выражены также некоторые социальные обязательства государства по отношению к народу и гражданам, по обеспечению демократического развития страны и др. Восемьдесят четыре слова преамбулы дают исходные начала для толкования Конституции в соответствии с действительной волей народа. Парламент не может принимать законы, а исполнительная власть акты, нарушающие права и свободы человека или способные привести к разрушению гражданского мира и согласия, подрыву демократических основ Российской государственности. Границы судебного истолкования принципа равноправия и самоопределения народов ограничены интересами сохранения целостности и государственного единства Российской Федерации и т.п.

Преамбула содержит запрет на самоизоляцию страны, ориентирует деятельность государства, его органов и должностных лиц, всех субъектов конституционных правоотношений на обеспечение благополучия и процветания России. В качестве конституционного веления она закрепляет уважение к историческому прошлому страны. В ней нашли выражение идея патриотизма, вера в добро и справедливость в отношениях между людьми и в самой организации социума.

Существенную роль преамбула может сыграть при отыскании права, а также в ее последующей трансформации или актуализации применительно к потребностям общественного прогресса или нуждам правового регулирования. Такая трансформация или актуализация осуществляется правоприменителями, прежде всего Конституционным Судом Российской Федерации и иными судами, толкующими Конституцию. Речь идет, во-первых, об общих принципах права, которые оказывают непосредственно регулирующее воздействие на взаимоотношения государства и личности как в сфере частноправовых, так и публично-правовых отношений и не могут учитываться в процессе правоприменения, во-вторых, об изменении Конституции без изменения ее текста, то есть ее адаптации к изменившимся социальным условиям. Последнее требует особой осторожности и мудрости правоприменителя, ибо такое "превращение" Конституции без адекватных ему и носящих объективный характер изменений социальных, экономических, политических и духовных форм общественного бытия способно превратить Конституцию из основного закона государства и общества, "связывающего" государство и гарантирующего гражданское общество и личность от их поглощения государством, в инструмент произвольного вмешательства публичной власти в сферы, обладающие достаточно широкой автономией по отношению к государству.

 

Раздел первый

 

Глава 1. Основы конституционного строя

 

Статья 1

 

1. Содержание этой основополагающей статьи Конституции может быть раскрыто, если исходить из понятия государства как особого социально-политического образования, его природы и форм.

К настоящему времени российская политическая и правовая наука преодолела односторонний (классовый) подход в понимании государства. Оно уже не рассматривается только как орудие политической власти экономически господствующего класса, как его диктатура, как машина для подавления одного класса другим. В определении государства теперь преобладает общечеловеческий подход, в соответствии с которым оно трактуется как средство решения задач, стоящих перед всем обществом, как организация социальной жизнедеятельности.

С этих позиций государство можно определить как политико-территориальную суверенную организацию публичной власти населения, призванную обеспечить социальный компромисс (а в определенных случаях - классовое или групповое господство) и управление обществом.

Главное, определяющее в государстве - его сущность. Это то основополагающее начало, которое характеризует природу государства, его назначение и функции. Сущность государства двуедина по своей природе. С момента возникновения и на протяжении довольно длительного исторического времени государства (рабовладельческие, феодальные, раннебуржуазные) в основе своей деятельности имели насилие. Сущность современных государств - общесоциальный компромисс, управление обществом в целях его гармонии и всестороннего развития.

Сущность государства определяет и его форму, которая показывает, как организована и осуществляется государственная власть, какие методы она использует в своей деятельности, каково национально-территориальное устройство государства. Форма государства включает в себя: форму правления, форму государственного устройства, политический режим.

Форма правления - порядок образования и организация высших органов государственной власти, их взаимоотношения с нижестоящими государственными органами и населением. По форме правления государства делятся на монархии, где верховная, как правило пожизненная, власть принадлежит единоличному главе государства - монарху, и республики, в которых высшие органы государственной власти являются выборными. В зависимости от полноты власти главы государства, роли представительных органов и порядка формирования высших органов государственной власти различают президентские и парламентарные республики.

Форма государственного устройства - это внутреннее строение государства, его национально-территориальное устройство. Различают унитарную, федеративную и конфедеративную формы государственного устройства.

Унитарное государство - это цельное, единое государство, состоящее из административно-территориальных единиц, не обладающих признаками суверенитета. В таких государствах установлены единая система высших органов государственной власти, единая правовая и законодательная системы. Примером таких государств являются Франция, Англия, Бельгия, Украина и др.).

Федеративное государство - это сложное государство, составные части которого обладают суверенитетом или являются государственноподобными образованиями, т.е. обладают тем или иным набором признаков суверенитета. Наряду с общефедеративными органами власти, общефедеративной правовой системой, в таком государстве существуют высшие органы и законодательство субъектов Федерации. Примером современной Федерации являются Россия, США, Бразилия и др. Федерациями в настоящее время являются 21 государство, в которых проживает почти одна треть населения земного шара.

Под конфедерацией понимается объединение государств, создаваемое для достижения определенных (как правило временных) целей.

Политический режим как элемент формы государства представляет собой совокупность методов (способов) осуществления государственной власти. Различают демократический и антидемократический политические режимы. В политических режимах, как и в форме правления, наиболее ярко проявляются сущность государства, его социальное назначение, природа существующей в обществе государственной власти.

2. Российская Федерация - Россия есть демократическое государство. Это проявляется в том, что в современном российской государстве закрепляется народовластие, поскольку единственным источником власти Конституция признает российский многонациональный народ. Свою власть он реализует в двух формах демократии - представительной и непосредственной. Суть представительной демократии в том, что народ управляет государственными делами через выбранных им Президента, депутатов Государственной Думы, депутатов представительных органов субъектов Федерации и глав администрации, через органы местного самоуправления. Непосредственная демократия проявляется в непосредственном решении каждым гражданином государственных, общественных, производственных, организационных и иных вопросов путем референдумов, обсуждения законопроектов, собраний учредителей и др.

Необходимыми условиями демократии в нашей стране являются народовластие, разделение властей, плюрализм мнений и многопартийность, нормативное закрепление прав и свобод граждан.

3. Россия является федеративным государством. В основе федеративного государственного строя России лежат глубокие исторические, социально-экономические, геополитические и этнические корни.

Сущность российского федерализма составляют государственная целостность, единство системы государственной власти, разграничение предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами власти субъектов Российской Федерации, равноправие и самоопределение народов.

Российская Федерация включает три типа субъектов: национально-государственные (республики), административно-территориальные (края, области, города федерального подчинения), национально-территориальные (автономная область, автономные округа). В составе Российской Федерации 89 субъектов: 21 республика, 6 краев, 49 областей, два города федерального значения (Москва, Санкт-Петербург), одна автономная область, 10 автономных округов.

Россия как федеративное государство построена по смешанному национально-территориальному принципу. Республики, автономные области, автономные округа в основе своей имеют национальный принцип, края и области - территориальный. Однако и в некоторых национальных образованиях коренное национальное население не составляет большинства (республики Алтай, Коми, Саха (Якутия) и др.).

Россия является асимметричной федерацией: правовое положение и полномочия ее субъектов не унифицированы и во многом не равнозначны. Республики находятся в более "привилегированном" положении, чем края и области. В частности, конституции республик и их договоры с Российской Федерации о разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий устанавливают, например, их суверенитет, гражданство, предусматривают создание своего Конституционного суда и даже фиксируют особое положение в составе Федерации (ассоциированное членство Татарстана в составе Российской Федерации).

Несмотря на эти различия, всем субъектам Российской Федерации присущи общие черты:

- наличие конституций, уставов, где фиксируется их правовое положение и закрепляется компетенция;

- официальное представительство в федеральных органах государственной власти (по два представтеля в Совете Федерации: по одному от представительного и исполнительного органов государственной власти);

- самостоятельное установление системы органов государственной власти в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти;

собственное законодательство, бюджет;

частичная международная правосубъектность;

собственная символика;

право заключения двусторонних договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъекта Федерации (см. комментарий к ст. 11).

Основные условия и процедуру принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации устанавливает Федеральный конституционный закон от 17 декабря 2001 года N 6-ФКЗ "О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации" (см. комментарий к ст. 65).

Определенное влияние на государственное устройство России может оказать Указ Президента России от 13 мая 2000 г. N 849 "О полномочном представителе Президента Российской Федерации в федеральном округе". Этим же Указом утверждено Положение о полномочном представителе в округе и перечень федеральных округов. Таких округов семь. Все субъекты Российской Федерации объединены в эти округа с единым центром - столицей округа. Создание федеральных округов вряд ли поколебет федеративное устройство российского государства, но вполне может устранить федеративную асимметрию, установив равноправие всех субъектов федерации.

4. Россия есть правовое государство. В основе правового государства лежат следующие принципы: 1) верховенство закона, примат права над государством; 2) разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную; 3) ответственность государства перед своими гражданами; 4) равенство граждан перед законом, их правовая защищенность. Россия стала на путь формирования правового государства, но таковым еще не стала. Правовое государство для нашей страны - цель, но пока еще не реальность.

5. Российское государство по форме правления представляет собой республику. Это значит, что высшие органы власти (Президент, Федеральное Собрание) избираются населением страны и ответственны перед ним.

Современные республики, как уже отмечалось выше, делятся на парламентарные и президентские. Различаются они главным образом порядком формирования правительства и его правовым положением, а также полномочиями главы государства (президента). В парламентарных республиках правительство формируется парламентским большинством, т.е. из членов партии (или коалиции партий), победившей на выборах в парламент. Здесь правительство целиком зависит от парламента: подотчетно ему и в случае выражения ему парламентом недоверия уходит в отставку. Президент в такой республике, если он есть (Италия, Германия), не обладает большими полномочиями и выполняет в основном представительские функции. В президентской республике президент формирует правительство и зачастую возглавляет его. Правительство ответственно перед президентом и парламент не может отправить его в отставку. Президент в такой республике наделен значительными законодательными функциями и является верховным главнокомандующим вооруженными силами.

Изложенное дает основание считать Россию президентской республикой с элементами парламентаризма (своего рода смешанная форма правления). Правительство в нашей стране формируется Президентом, но не возглавляется им (есть Председатель Правительства). Государственная Дума может выразить правительству недоверие или отказать в доверии, но решение об отставке правительства принимает в конечном счете президент. Если он не согласится с решением Государственной Думы, а та повторно в течение трех месяцев выразит недоверие Правительству, Президент имеет право распустить Государственную Думу. Он в течение семи дней может принять решение о роспуске Государственной Думы, если она откажет в доверии Правительству, после постановки такого вопроса Председателем Правительства перед Государственной Думой (см. комментарий к ст. 117). Президент Российской Федерации является Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами, наделен значительными законодательными функциями. Его указы по своей юридической силе значительно выше иных подзаконных актов российского государства и весьма близки к закону.

6. Наименования Российская Федерация и Россия равнозначны. Это значит, что они в равной степени могут употребляться в государственных, международных, правовых и иных документах, а также в обыденном словоупотреблении для обозначения Российского государства.

 

Статья 2

 

1. В ряду других основ конституционного строя и конституционных принципов положение о человеке, его правах и свободах как высшей ценности обладает приоритетом, верховенством. На первое место в современном демократическом обществе ставятся интересы человека, его права и свободы, которые должны находиться в гармонии с общественными, публичными (государственными) интересами, с коллективными правами общностей (национальных и иных меньшинств, общественных и иных объединений, групп, слоев населения и т.д.). Возникающие между ними противоречия должны разрешаться в пользу интересов человека в целях осуществления его прав и свобод.

Принцип приоритетности ценности человека, его прав и свобод пронизывает буквально все содержание Конституции Российской Федерации. Это конституционная реальность, которая должна определять практику законотворчества и применения законодательства. Все остальные конституционные принципы - равноправия и самоопределения народов, государственного суверенитета и безопасности, государственной целостности и территориального единства и другие - могут рассматриваться как однопорядковые, но подчиненные конституционному принципу признания человека, его прав и свобод в качестве высшей ценности.

Из конституционного принципа признания человека в качестве высшей ценности вытекает ряд обязанностей государства: признания прав и свобод человека и гражданина, их соблюдения и защиты.

2. Признание прав и свобод человека и гражданина находит выражение в их официальном - конституционном, законодательном и ином нормативном - закреплении.

Права и свободы человека - это общепризнанные социальные возможности личности, обеспечение которых реально в условиях достигнутого человечеством прогресса. Как правило, они в современном виде находят провозглашение и закрепление в международно-правовых документах - Всеобщей декларации прав человека 1948 г., Международном пакте о гражданских и политических правах, Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и др.

Различие прав человека и прав гражданина, обусловленное различием права и закона, - прогрессивная демократическая идея, которая имеет длительную историю. Конституция юридически закрепила эту идею в качестве конституционного принципа, основы конституционного строя. Конституционно-правовая доктрина и общечеловеческая практика выработала различие понятий прав и свобод человека. Иногда в литературе отмечается, что свобода - это тоже право на определенный вид свободного поведения. В действительности в различии права и свободы человека заложен глубокий смысл. Свобода - это самостоятельное поведение носителя свободы, которое должно иметь адекватную форму пользования ею. Свобода человека обеспечивается и защищается государством, но не регламентируется им. В пользовании свободой человек не должен лишь злоупотреблять ею, т.е. наносить вред другим лицам. Право - это четко очерченная государством возможность свободного поведения в тех рамках, которые определены законом. Человек, реализуя право, не должен выходить за рамки границ этого права. В реализации права человеком роль государства более активна, чем при пользовании человеком свободой.

Права и свободы человека - развивающееся явление. Различают несколько поколений прав и свобод человека.

Права и свободы первого поколения - это право частной собственности, право неприкосновенности личности, свободы совести, политические права - избирать и быть избранным в представительные (законодательные) органы государственной власти, в органы местного самоуправления и др. Указанные права и свободы человека нашли закрепление в Декларации прав человека и гражданина 1789 г. во Франции, в Конституции США и др.

Права и свободы второго поколения возникли после второй мировой войны в условиях подъема демократии, когда с расширением личных и политических прав формулируются и находят признание в мировой практике социально-экономические и культурные права: право на труд и отдых, право социального обеспечения, право на образование, право на пользование достижениями культуры и др. Указанные права закрепляются, например, в конституциях Франции, Италии и других стран.

В последние десятилетия все большее признание находят права и свободы третьего поколения, обусловленные достижениями и одновременно неблагоприятными последствиями научно-технического прогресса: право на здоровую окружающую среду, право на объективную информацию, право на безопасность в различных сферах и др.

Позитивную роль в закреплении экономических, социальных и культурных прав человека и гражданина в международно-правовых актах сыграла позиция бывших социалистических государств в ООН и в других международных организациях.

Перечисленные виды прав и свобод человека трех поколений находят признание Российским государством на конституционном либо на ином нормативно-правовом уровне.

3. Соблюдение официально признанных государством прав и свобод - следующая обязанность государства. Для этого государство развивает и создает соответствующие гарантии (условия и средства) и устанавливает юридические механизмы их осуществления (реализации). Наряду с юридическими гарантиями (механизмами) осуществления (реализации) прав и свобод человека большую роль играют общие гарантии - экономические, социальные, политические, духовные, социально-психологические. В отношении ряда прав, например экономических, социальных, культурных, такого рода гарантии имеют определяющее значение.

4. Защита прав и свобод человека - третья обязанность государства. На практике нет автоматической реализации прав и свобод человека. Зачастую необходима борьба за права и свободы ("борьба за право"), когда возникают препятствия к их осуществлению и прямые их нарушения со стороны как других лиц, так и должностных лиц государства. Нарушения прав и свобод человека должны быть ликвидированы, а виновные в таких нарушениях - наказаны. В этих целях государство предусматривает соответствующие юридические средства и юридические механизмы защиты нарушенных прав и свобод человека. Особая роль в их юридической защите отводится суду, правосудию. Создаются и другие специализированные органы и учреждения, призванные осуществлять защиту, прежде всего восстановление нарушенных прав и свобод человека.

Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека осуществляются государством через определение правового положения и статуса личности, прежде всего в качестве отечественного гражданина. Однако права и свободы любого человека, не являющегося отечественным гражданином, признаются, соблюдаются и защищаются в виде прав и свобод иностранного гражданина либо лица без гражданства. Это также является обязанностью Российского государства, ибо оно взяло на себя обязательство признавать, соблюдать и защищать права и свободы любого человека.

 

Статья 3

 

1. Одним из основополагающих устоев конституционного строя России является народовластие. В комментируемой статье раскрываются сущностные признаки такого понятия, как "власть народа", закрепляется конституционный механизм ее реализации, названы наиболее важные по своей социальной значимости и роли институты прямого властвования народа, сформулированы конституционные гарантии легитимности власти народа.

Конституционно воедино связаны понятия "народный суверенитет" и "источник власти". Эти понятия и явления находятся в органической связи, их конституционное закрепление есть выражение демократической сущности Российского государства.

Понятия "суверенитет" и "власть" органически взаимосвязаны. Термин "суверенитет" (souverein) происходит от среднелатинского "superanus", что значит буквально "более высокий". Само учение о суверенитете явилось результатом общественного развития государств Западной Европы и развивалось как теоретико-юридическое обоснование абсолютизма суверенной власти монарха. В науке конституционного права выделяют три вида суверенитета: народный, национальный и государственный. В последнее время философы, политологи, социологи, а иногда, к сожалению, и юристы стали говорить о суверенитете личности, связывая такую интерпретацию прежде всего с тем, что Конституция в ст. 2 признает человека, его права и свободы высшей ценностью. Это недопустимо расширительное толкование. Понятие суверенитета есть качественная характеристика прежде всего государственной власти. Суверенитет - это верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти. Перечисленные признаки суверенитета есть тот критерий, который позволяет выделить и отграничить государственную власть от иных, других видов социальной власти: семейной, церковной, партийной и т.д. (см. также комментарий к ст. 4).

Народный суверенитет, возникнув как идея, как конституционный принцип в XVII-XVIII вв., явился обоснованием и закреплением в конституционных актах тех времен роли и места народа как социальной общности во всех сферах жизни государства и общества. Среди трех видов суверенитета центральное место принадлежит народному суверенитету, который определяется как верховенство и полновластие народа. Суверенитет народа - это конституционный принцип организации и функционирования власти народа. Народ, выступая сувереном во всех областях жизни, сам определяет, как ему организовать свою власть. Это он и делает при помощи конституции.

В основе власти народа лежит его воля, реализуемая через различные формы - государственные и негосударственные. Поэтому не случайно конституционное выражение: ":единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ". Именно воля народа придает качество легитимности государственной власти, всем ее формам. Указание конституционной нормы на источник власти подчеркивает ее первооснову.

Понятие "многонациональный народ" употребляется не только в ч. 1 комментируемой статьи, но и в преамбуле Конституции Российской Федерации (см. комментарий к преамбуле). Данная конституционная формула исходит из того, что только весь многонациональный народ в целом есть носитель суверенитета и единственный источник власти в Российской Федерации. Суверенитет многонационального народа России - это не арифметическая сумма воли населения каждого ее субъекта, а сущностная характеристика, означающая, что воля народа универсальна, постоянна, она охватывает все без исключения сферы жизни общества. Суверенитет народа нельзя ни сузить, ни расширить. Естественно, что любое волеизъявление только части многонационального народа Российской Федерации не есть выражение воли всего народа России. На это специально было обращено внимание в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июня 2000 г., что помимо многонационального народа России Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо носителя суверенитета и источника власти" (СЗ РФ, 2000, N 25, ст. 2728).

2. Определены следующие формы осуществления власти народа: 1) непосредственное волеизъявление, 2) через органы государственной власти и органы местного самоуправления. Это принципиально новая конституционная система власти народа в Российской Федерации. Во-первых, в советский период в Конституции говорилось о том, что народ осуществляет государственную власть "через Советы народных депутатов, составляющие политическую основу Российской Федерации:" (ст. 2 Конституции РСФСР 1978 г.). Только в ходе конституционных реформ 1990-1993 гг. в действующую тогда Конституцию России было внесено положение о том, что народ осуществляет государственную власть непосредственно. Во-вторых, принципиальная особенность нынешней конституционной системы власти народа состоит и в том, что выделяется такой канал ее осуществления, как органы местного самоуправления, которые не входят в систему органов государственной власти (см. комментарий к ст. 12). Таким образом, новая Конституция Российской Федерации четко обозначила, что необходимо различать конституционную систему власти народа (ч. 2 ст. 3) и конституционную систему государственной власти (ст. 11), что не одно и тоже. Такое различие важно для уяснения природы власти народа, ее конституционных основ и правового механизма осуществления.

Свою власть народ осуществляет в двух формах демократии: прямой (непосредственной) и представительной. Последняя реализуется прежде всего через представительные учреждения и другие выборные органы. Долгие годы в литературе утверждалось и советская конституционная практика это подтверждала, что главной формой осуществления власти народа является представительная форма демократии. Ныне утверждать так - неверно по существу и некорректно по форме. Сведение прямой формы осуществления власти народа к положению второстепенной, вспомогательной, объективно принижает ее роль и значение. Это противоречит и конституционному принципу суверенитета народа. Путем прямой демократии представительная форма получает юридические полномочия от народа на осуществление государственной власти, т.е. она конституируется.

Эффективное осуществление власти народа возможно только при сочетании прямой и представительной форм демократии.

3. В ч. 3 комментируемой статьи названы два института непосредственного выражения власти народа: референдум и свободные выборы.

Российский конституционализм (теория и конституционная практика) выделяют следующие институты непосредственного выражения власти народа: выборы, референдум, сходы и собрания граждан, петиции граждан, митинги и демонстрации, всенародные обсуждения. Одни из них носят императивный характер и не нуждаются в санкции органов государственной власти, другие имеют консультативный характер. Но независимо от юридической природы различных институтов прямого волеизъявления, их влияние на механизм принятия государственных решений всегда велико, ибо в них находит выражение воля народа.

Конституционно-правовая регламентация институтов прямого волеизъявления народа различна. В комментируемой статье референдум и выборы определены как высшее непосредственное выражение власти народа. Конституционно устанавливается более высокая юридическая значимость решений, принятых на референдуме и в результате свободных выборов.

Референдум - всенародное голосование граждан Российской Федерации по законопроектам, действующим законам и другим вопросам государственного значения. Конституция Российской Федерации упоминает о референдуме в ст. 3, 32, п. "в" ст. 84, ч. 3 ст. 92, ч. 2 ст. 130. Часть 3 ст. 135 и п. 1 раздела второго содержат понятие "всенародное голосование", что, по сути, также означает референдум.

Порядок назначения и проведения референдума регулируется ст. 84 Конституции и Федеральным конституционным законом Российской Федерации от 7 июля 1995 г. (10 октября 1995 г.) N 2-ФКЗ "О референдуме Российской Федерации" (СЗ РФ. 1995. N 42. Ст. 3921). Федеральный конституционный закон определяет как вопросы назначения и проведения референдума, так и обстоятельства, исключающие его проведение. Так, на референдум Российской Федерации в обязательном порядке выносится вопрос о принятии новой Конституции Российской Федерации, если Конституционное Собрание принимает решение о вынесении на всенародное голосование проекта новой Конституции Российской Федерации. Не могут выноситься на референдум вопросы: изменения статуса субъектов Российской Федерации; досрочного прекращения или продления срока полномочий Президента Российской Федерации, Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, а равно о проведении досрочных выборов Президента Российской Федерации, Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации или досрочного формирования Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации либо об отсрочке таких выборов (формирования); принятия и изменения федерального бюджета, исполнения и изменения внутренних финансовых обязательств государства; введения, изменения и отмены федеральных налогов и сборов, а также освобождения от их уплаты; принятия чрезвычайных и срочных мер по обеспечению здоровья и безопасности населения; амнистии и помилования. Вопросы, выносимые на референдум, не должны ограничивать или отменять общепризнанные права и свободы человека и гражданина и конституционные гарантии их реализации. Закон определяет обстоятельства, исключающие проведение референдума: во время введения военного или чрезвычайного положения на всей территории России, а также в течение трех месяцев после отмены военного или чрезвычайного положения. Повторный референдум также не проводится в течение года после дня официального опубликования (обнародования) результатов референдума Российской Федерации с такой же по содержанию или по смыслу формулировкой вопроса. Федеральный конституционный закон "О внесении изменения и дополнения в Федеральный конституционный закон "О референдуме Российской Федерации" от 27 сентября 2002 г. N 5-ФКЗ ("Российская газета" от 28 сентября 2002 г., N 184) устанавливает запрет на проведение референдума в период избирательной кампании, проводимой одновременно на всей территории Российской Федерации на основании решения уполномоченного федерального органа, или если проведение референдума Российской Федерации приходится на последний год полномочий Президента Российской Федерации, иных федеральных органов государственной власти. Данный ФКЗ находится на рассмотрении в Конституционном Суде Российской Федерации.

Высшим непосредственным осуществлением власти народа являются свободные выборы. Ныне они признаются одним из основополагающих принципов конституционного строя России. Свободные выборы отражают глубинную сущность российского конституционализма. Свободные выборы - обязательный атрибут реального народовластия, они обеспечивают фактическое, активное и постоянное политическое и юридическое участие граждан в решении всех важнейших вопросов жизни государства. Институт выборов в зависимости от конкретного соотношения политических и социально-классовых сил в государстве, политического режима, уровня политико-правовой культуры и состояния демократических традиций в обществе выполняет и роль орудия в борьбе за власть (господствующего класса или блока политических сил). Но в любом случае или в большинстве случаев выборы есть выражение демократизма в государстве и обществе. Путем выборов формируются представительные органы государственной власти и местного самоуправления, избираются высшие должностные лица в государстве и его регионах.

Политико-правовая роль выборов в Российской Федерации в современный период состоит в следующем: во-первых, выборы - основополагающий принцип конституционного стоя России; во-вторых, выборы - институт прямой демократии, высшее непосредственное выражение народом своей власти; в-третьих, в юридическом смысле акт выборов есть акт вручения народом (в лице избирательного корпуса) своим представителям - Президенту, депутатам, другим должностным лицам - права на осуществление своей власти; в-четвертых, это демократический способ формирования представительных органов власти и местного самоуправления, а также избрания различных должностных лиц в государстве; в-пятых, это легитимный способ реформирования системы власти, ее конституирования; в-шестых, выборы - это форма управления делами государства; в-седьмых, это механизм отбора и воспитания политической элиты и политических деятелей; в-восьмых, это процесс воспитания гражданского политического и правового сознания.

Выборы как институт власти могут оказывать различное влияние как на общество, так и на дальнейшее развитие государства. Российское общество находится сейчас на переходном этапе своего развития. Подлинно гражданского общества Россия никогда не знала. Отсутствие многопартийности, демократических традиций, развитого парламентаризма, частной собственности не могло не сказаться на общественном мнении советского общества. Его менталитет формировался и был направлен на безоговорочное доверие официальному курсу, на поддержку и сохранение советской конституционной системы власти. Это и сыграло впоследствии свою роль. Введение принципа состязательности кандидатов на выборах способствовало нарастанию демократических процессов. послужило импульсом рождения элементов российского парламентаризма. Можно констатировать, что принцип состязательности кандидатов на выборах прочно вошел в российскую избирательную практику. Состязательность кандидатов на выборах есть свидетельство зарождения действительно гражданского общества в России. В нынешних российских условиях выборы выполняют и роль структурирования гражданского общества. ибо введение принципа состязательности в избирательную практику позволяет более адекватно воплощаться общественному мнению различных социально-политических сил в результатах выборов.

4. Часть 4 комментируемой статьи по сути устанавливает правовые гарантии власти, признавая, что конституционной является только власть, предусмотренная настоящей Конституцией, в основу формирования и функционирования которой положены конституционные требования. Конституционными являются только те властные полномочия, которые основаны на Конституции и законе и получены в строгом соответствии с установленной законом процедурой.

Захват власти, присвоение властных полномочий влекут за собой преследование по федеральному закону. Конкретные формы ответственности за такие преступления определены Уголовным Кодексом Российской Федерации, вступившим в действие с 1 января 1997 г. В разделе Х "Преступления против государственной власти" содержатся статьи, устанавливающие уголовную ответственность за действия, направленные на насильственный захват власти или насильственное удержание власти в нарушение Конституции Российской Федерации, а равно на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации (ст. 278 УК РФ). Установлена также ответственность за публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации (ст. 280 УК РФ).

 

Статья 4

 

1. Суверенитет Российской Федерации как демократического федеративного правового государства, распространяющийся на всю ее территорию, закреплен Конституцией Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя. В постановлении Конституционного Суда России от 7 июня 2000 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" дано нормативное определение данного конституционного понятия: суверенитет, предполагающий, по смыслу ст. 3, 4, 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации, верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной власти государства на его территории и независимость в международном общении, представляет собой необходимый качественный признак Российской Федерации как государства, характеризующий ее конституционно-правовой статус.

Демократизация общества, государственных и общественных институтов привнесла существенные новации в представление о суверенитете. С демократическим видением организации социума несовместима доктрина так называемого абсолютного суверенитета, по которой суверен не ответствен и не несет никаких обязанностей. Фундаментальный принцип конституционного статуса законодательной, исполнительной и судебной власти заключается в признании и конституционном закреплении доминирующего положения в обществе и государстве народа, выступающего в качестве особой юридической личности, которая стоит над всеми властями и обладает первоначальным и неотчуждаемым верховенством, является носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации (см. комментарий к ст. 3). В силу этого источником государственного суверенитета является суверенитет многонационального народа Российской Федерации, который, принимая Конституцию и сохраняя за собой учредительную власть, определяет пределы учреждаемой ею государственной власти, возлагаемые на государство обязанности перед народом, различными социальными структурами, личностью и пр.

Распространение суверенитета Российской Федерации на всю ее территорию означает, что государственная территория является пространственным пределом распространения государственной власти Российской Федерации. Территориальное верховенство государственной власти выражается в том, что в пределах территории Российской Федерации не допускается иной власти, которая могла бы существовать наряду с нею или вне ее контроля.

Данное положение означает также неделимость суверенитета Российской Федерации. Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации. Суверенитет Российской Федерации, в силу Конституции Российской Федерации, исключает существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью, т.е. не допускает суверенитета ни республик, ни иных субъектов Российской Федерации. Именно Российская Федерация выступает в качестве единого и единственного суверена, обладающего неотчуждаемым верховенством на всей территории Российской Федерации, включающей в себя территории ее субъектов, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними. Российская Федерация также обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне Российской Федерации (см. комментарий к ст. 67).

Таким образом, государственный суверенитет не делится между Российской Федерацией и ее субъектами, в том числе претендующими на суверенный статус. Конституция Российской Федерации связывает суверенитет Российской Федерации, ее конституционно-правовой статус и полномочия, а также конституционно-правовой статус и полномочия республик не с их волеизъявлением в порядке договора, а с волеизъявлением многонационального российского народа - носителя и единственного источника власти в Российской Федерации, который, реализуя принцип равноправия и самоопределения народов, конституировал возрожденную суверенную государственность России как исторически сложившееся государственное единство в ее настоящем федеративном устройстве.

Содержащееся в Конституции Российской Федерации решение вопроса о суверенитете предопределяет характер федеративного устройства, исторически обусловленного тем, что субъекты Российской Федерации не обладают суверенитетом, который изначально принадлежит Российской Федерации. Федеративное устройство России, с одной стороны, служит сохранению многообразия различных регионов, включая национальную государственность различных этносов, при безусловном характере общефедерального единства, с другой - выступает способом рационального распределения компетенции и полномочий по вертикали - между федерацией и ее субъектами. Следует отметить, что согласно названию и преамбуле Договора о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации от 31 марта 1992 г. (с протоколом к нему) республики являются суверенными государствами. Здесь налицо противоречие, заложенное в самом названии (суверенные государства в составе другого государства), поскольку, видимо, суверенность государственной власти связывалась не с территориальным верховенством, а с компетенцией, предметами ведений и полномочий. Это был, скорее, рефлекс на характерную для предшествующего этапа развития российской государственности жесткую централизацию властных полномочий, чем констатация политико-юридического состояния взаимоотношений федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации. В связи с этим Конституционыый Суд Российской Федерации в постановлении от 7 июня 200 года N 10-П (СЗ Российской Федерации. N 25. Ст. 27228) особо указал, что использование в статье 5 (часть 2) Конституции Российской Федерации применительно к установленному ею федеративному устройству понятия "республика (государство)" не означает - в отличие от Федеративного договора от 31 марта 1992 года - признание государственного суверенитета этих субъектов Российской Федерации, а лишь отражает определенные особенности их конституционно-правового статуса, связанные с факторами исторического, национального и иного характера. Не случайно действующая Конституция Российской Федерации, разграничив предметы ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти ее субъектов, а также допустив возможность их перераспределения на основе внутригосударственных договоров о разграничении предметов ведения и полномочий (см. комментарий к ст. 11), признает суверенный характер исключительно за Российской Федерацией. Отсюда также следует, что все такие договоры должны соответствовать федеральной конституции, следовательно, любое допускавшееся ими ограничение либо разделение суверенитета Российской Федерации юридически ничтожно и должно быть исключено. Положения федеративного и иных договоров, предусматривавшие суверенитет республик и связанные с этим ограничения суверенитета Российской Федерации, ее конституционно-правового статуса, в том числе нашедшие отражение в конституциях республик, не могут действовать и не подлежат применению как противоречащие федеральной Конституции.

Таким образом, суверенитет, предполагающий, по смыслу статей 3, 4, 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации, верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти государства на его территории и независимость в международном общении, представляет собой необходимый качественный признак Российской Федерации как государства, характеризующий ее конституционно-правовой статус.

Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации. Суверенитет Российской Федерации, в силу Конституции Российской Федерации, исключает существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью, то есть не допускает суверенитета ни республик, ни иных субъектов Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации связывает суверенитет Российской Федерации, ее конституционно-правовой статус и полномочия, а также конституционно-правовой статус и полномочия республик, находящихся в составе Российской Федерации, не с их волеизъявлением в порядке договора, а с волеизъявлением многонационального российского народа - носителя и единственного источника власти в Российской Федерации, который, реализуя принцип равноправия и самоопределения народов, конституировал возрожденную российскую государственность России как исторически сложившееся государственное единство в ее настоящем федеративном устройстве.

Содержащееся в Конституции Российской Федерации решение вопроса о суверенитете предопределяет характер федеративного устройства, исторически обусловленного тем, что субъекты Российской Федерации не обладают суверенитетом, который изначально принадлежит Российской Федерации в целом. По смыслу преамбулы, статей 3, 4, 5, 15 (часть 1), 65 (часть 1), 66 и 71 (пункт "б") Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи, республики (как и иные субъекты) не имеют статуса суверенного государства и решить этот вопрос иначе как в своих учредительных актах не могут, а потому не вправе наделить себя свойствами суверенного государства - даже при условии, что их суверенитет признавался бы ограниченным. Отсюда следует, что и Российская Федерация в лице ее органов государственной власти не вправе наделить субъекты Российской Федерации свойствами суверенных государств; Конституция не предусматривает самоограничения суверенитета Российской Федерации в ее отношениях с состоящими в ней субъектами.

Следует оговориться, что Конституция не предусматривает возможность деления суверенитета Российской Федерации и с международным сообществом. Согласно ст. 79 Конституции Российской Федерации Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами, если это не влечет ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации (см. комментарий к ст. 79). Передача Российской Федерацией части своих полномочий межгосударственным объединениям не равнозначна передаче части своего суверенитета. Суверенитет Российской Федерации не есть простая совокупность ее полномочий, это неотъемлемое качество, присущее Российскому государству. Оно действительно "материализуется" в полномочиях Российской Федерации, но не тождественно им. Поэтому межгосударственному объединению может быть передана именно часть полномочий Российской Федерации, если это, в частности, не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации, в том числе суверенитету Российской Федерации. Количество, то есть сумма и номенклатура передаваемых полномочий, не должно переходить в качество, то есть влечь утрату суверенитета государства.

Территориальное верховенство Российской Федерации распространяется на всех физических лиц - граждан, иностранных граждан, лиц без гражданства, а также юридических лиц, находящихся на ее территории. В силу этого они подчиняются государственной власти России, ее законам, органам исполнительной и судебной власти (за некоторыми изъятиями, установленными для иностранных дипломатических и консульских представительств и их сотрудников).

Из суверенитета Российской Федерации вытекает и верховенство, простирающееся за пределы ее территории, в отношении граждан Российской Федерации, которые и за пределами России обладают предусмотренными Конституцией правами, несут обязанности и пользуются защитой и покровительством Российской Федерации в установленных в международном общении формах.

Распространение суверенитета Российской Федерации на всю ее территорию является основой независимости России в международных отношениях. Территориальное верховенство государства проявляется по отношению к остальным государствам и иным субъектам международно-правовых отношений в пределах принадлежащей каждому суверенному государству сферы свободной деятельности. Международно-правовые акты, раскрывая содержание принципа "суверенного равенства, уважения прав, присущих суверенитету", к числу присущих суверенитету и охватываемым им правам относят право каждого государства на юридическое равенство, на территориальную целостность, на свободу и политическую независимость. На государствах лежит обязанность уважать право друг друга свободно выбирать и развивать свои политические, социальные, экономические и культурные системы, равно как и право устанавливать свои законы и административные правила.

Суверенитет государств выражается также в том, что в рамках международного права все государства имеют равные права и обязанности. В связи с этим на государства накладывается обязанность уважать право друг друга определять и осуществлять по своему усмотрению их отношения с другими государствами согласно международному праву и другим общепризнанным принципам и нормам. Важной качественной характеристикой государственного суверенитета является то, что границы государств могут изменяться в соответствии с международным правом мирным путем и по договоренности. Государственный суверенитет характеризуется также правом государств по своему усмотрению принадлежать или не принадлежать к международным организациям, быть или не быть участниками союзных договоров (см.: Декларация о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета//Резолюции, принятые Генеральной Ассамблеей ООН на двадцатой сессии 21 сентября - 22 декабря 1965 г. ООН. Нью-Йорк, 1966. С. 16-17; Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций//Организация Объединенных Наций: Сборник документов. М., 1981; С. 460-469). В Заключительном акте 1975 г. особо оговаривается право государств на нейтралитет (Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе//Во имя мира, безопасности и сотрудничества. К итогам Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, состоявшегося в Хельсинки 30 июля - 1 августа 1975 г. М., 1975. С. 17).

2. Юридическим выражением суверенитета Российской Федерации является верховенство Конституции и федеральных законов на всей территории Российской Федерации.

Нормативное содержание комментируемого положения многогранно. Во-первых, оно закрепляет политическое единство многонационального народа Российской Федерации: Российская Федерация в политическом отношении является единой государственно-правовой и международно-правовой системой. Гарантией от гипертрофии такого единства является признание в ряде положений Конституции идеологического и политического многообразия и многопартийности, а также федеративного устройства государства (см. комментарий к преамбуле, ст. 1, 5, 11, 13, 65).

Во-вторых, комментируемое положение фиксирует двойственную социально-юридическую природу Конституции, которая: 1) является основным законом государства, регламентирующим поведение субъектов права; 2) выступает в качестве основного закона общества, установленного народом и регламентирующего деятельность государства, определяющего формы институализации государственной власти и способы ее осуществления и гарантирующего общество, различные социальные структуры и личность от произвола государства.

В-третьих, в этом положении выражен один из основных признаков конституционного государства, заключающийся в том, что государственная власть в нем ограничена. Речь идет не об объективной ограниченности любого государства экономическими, социальными или геополитическими факторами, а об установлении Конституцией и федеральными законами пределов государственной власти, которые последней не могут быть преодолены правовым образом. При этом границы проявления суверенитета государства обусловлены следующим: государство связано Конституцией и законом; органы государства, учреждения и должностные лица выступают агентами всего общества и ответственны перед человеком и гражданином; общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации составляют часть правовой системы Российской Федерации; федеральные власти не могут вторгаться в сферу исключительных полномочий субъектов Федерации.

В-четвертых, названное положение связано с федеративной природой государства и означает, что федеральная Конституция и законы в силу их верховенства на всей территории Российской Федерации не нуждаются в подтверждении в какой-либо форме субъектами Федерации; на всей территории государства они действуют прямо и непосредственно. Следовательно, в случае противоречия учредительных актов (конституций, уставов), законов и иных правовых актов субъектов Российской Федерации Конституции Российской Федерации и федеральным законам суды и иные правоприменители обязаны применять федеральную Конституцию и федеральные законы.

В последнем случае необходимы, однако, некоторые оговорки: речь идет о верховенстве Конституции Российской Федерации и соответствующих ей федеральных законов; федеральные законы обладают верховенством на всей территории Российской Федерации, если они приняты по предметам ведения Российской Федерации или по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. В случае противоречия между федеральным законом и нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, если закон издан вне пределов ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, действует нормативный правовой акт субъекта Российской Федерации. Следовательно, как подтвердил Конституционный Суд Российской Федерации в упоминавшемся постановлении от 7 июня 2000 г. и принятом вскоре после него и существенно его развивающем определении о проверке соответствия Конституции Российской Федерации отдельных положений конституций ряда республик, субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти на своей территории, но вне пределов ведения Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов.

3. Положение о целостности и неприкосновенности территории России органично вытекает из территориального верховенства Российской Федерации. Вопреки распространенному мнению, норма об обеспечении Российской Федерацией целостности и неприкосновенности своей территории посвящена не только внешнеполитическому, межгосударственному, но и внутригосударственному аспекту суверенитета Российской Федерации.

С точки зрения внутригосударственной характеристики суверенитета, это положение означает: во-первых, юридическую невозможность уступки Российской Федерацией, ее органами и должностными лицами части территории России иностранному государству, в том числе на основании международного договора; во-вторых, запрет на создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на нарушение целостности Российской Федерации (см. комментарий к ст. 13); в-третьих, налагает на органы государственной власти, прежде всего Президента Российской Федерации и Правительство Российской Федерации, обязанности по принятию необходимых и достаточных мер по охране суверенитета Российской Федерации, ее независимости и государственной целостности, обороны страны, государственной безопасности (см. комментарий к ст. 80, 82, 87, 114); в-четвертых, невозможность выхода субъекта Российской Федерации из ее состава; в-пятых, в случае угрозы территориальной целостности и неприкосновенности Российской Федерации, исходящей от субъекта Федерации, возможность "федеральной интервенции" для преодоления этой угрозы.

Из Конституции Российской Федерации не следует, что обеспечение государственной целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации может быть осуществлено исключительно путем введения чрезвычайного или военного положения. Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 31 июля 1995 г. N 10-П, однако указал, что использование иных мер, следовательно, и "федеральная интервенция", возможно в "экстраординарных ситуациях" (ВКС. 1995. N 5). Несмотря на то, что эти ситуации и не указаны в действующих правовых актах, такое полномочие федеральных органов государственной власти вытекает из цели и принципа единства государства и сохранения его целостности. Комментируемое положение Конституции, однако, не препятствует принятию в Российскую Федерацию или образованию в ее составе нового субъекта (см. комментарий к ст. 137) или приращению ее территории с соблюдением предусмотренных международным правом требований материально-правового и процедурного характера.

Внешнегосударственный аспект территориальной целостности и неприкосновенности территории государства получил выражение и закрепление в ряде универсальных и региональных международно-правовых актов, а также двусторонних договорах Российской Федерации с сопредельными государствами, в том числе в Уставе ООН, Уставе Совета Европы, Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, принятых в рамках этого Совещания документах, и пр.

При этом самый сложный вопрос заключается в соотношении территориальной целостности государства и равноправия и самоопределения народов. Для многонациональной страны это имеет особенно важное значение, ибо от ответа на названный вопрос во многом зависят меры по блокированию возможных дезинтеграционных тенденций. Существенный интерес в данном контексте представляет постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 марта 1992 г. по делу о проверке конституционности ряда законодательных актов Республики Татарстан.

Конституционный Суд пришел к выводу, что в современной международно-правовой системе право на самоопределение включено в круг норм, регулирующих права и свободы человека (ст. 1 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и ст. 1 Международного пакта о гражданских и политических правах). В соответствии с этими международными документами право на самоопределение имеют все народы, и в силу этого права народы "свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и политическое развитие". Все государства обязаны "поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право". Согласно Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 г., право на самоопределение является одним из основных принципов международного права. Способами осуществления права на самоопределение могут быть: создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение с ним, установление любого другого политического статуса.

Наряду с этим ст. 29 Всеобщей декларации прав человека устанавливает, что при осуществлении прав и свобод необходимо обеспечивать должное признание и уважение прав и свобод других, а согласно резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 41/117 от 4 декабря 1986 г. "развитие и защита одной категории прав никогда не могут служить предлогом или оправданием для освобождения государств от развития и защиты других прав". В противном случае при реализации любого права, в том числе и права на самоопределение, будет иметь место не осуществление права, а злоупотребление правом. Международные документы подчеркивают недопустимость использования ссылок на принцип самоопределения для подрыва единства государства и национального единства.

Не отрицая права на самоопределение как выражения суверенитета нации и народа, следует исходить из того, что международное право ограничивает его соблюдение требованиями принципов территориальной целостности и соблюдения прав человека. В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 июля 1995 г. N 10-П особо подчеркнуто, что конституционная цель сохранения целостности Российского государства согласуется с общепризнанными международными нормами о праве народа на самоопределение. Суд, аргументируя свою позицию, сослался на Декларацию принципов международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, 1970 г., из которой следует, что осуществление права на самоопределение "не должно толковаться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, действующих с соблюдением принципа равноправия и самоопределения народов".

Конституция не содержит права республик в составе Российской Федерации на выход из Федерации. Не может, не должно предусматриваться подобное право и конституциями республик в составе Российской Федерации. Установление такого права означало бы признание правомерности полного или частичного нарушения территориального единства суверенного государства и единства населяющих его народов. Любые действия, имеющие целью нарушение этого единства, наносят ущерб конституционному строю Российской Федерации и несовместимы с международными нормами. Подобные действия означают также игнорирование принципа нерушимости границ, признанного в современном международном праве одной из основополагающих норм, соблюдение которых необходимо для сохранения международного мира и обеспечения всеобщей безопасности.

Международное сообщество видит решение проблемы межнациональных отношений, особенно когда это касается национальных меньшинств, не в формировании независимых и самостоятельных государственных образований, а в принятии необходимых законодательных, административных и других мер для обеспечения защиты прав человека и основных свобод лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, на их территории. Государства несут по международному праву обязанность воздерживаться от любой дискриминации в отношении таких лиц и способствовать осуществлению их законных интересов в области прав и основных свобод человека.

В частности, государства - участники Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе обязались защищать и создавать условия для поощрения этнической, культурной, языковой и религиозной самобытности национальных меньшинств на своей территории. Они заявили, что будут уважать свободное осуществление прав лицами, принадлежащими к таким меньшинствам, и обеспечивать их полное равенство с другими.

Такое видение решения проблемы межнациональных отношений получило отражение и в законодательстве Российской Федерации. Федеральная Конституция отвергает существование каких бы то ни было правовых норм, допускающих неравноправие граждан в зависимости от их национальной принадлежности, провозглашает свободу выбора в индивидуальном национальном самоопределении. При этом в федеративном государстве именно на федеральные органы законодательной, исполнительной и судебной власти возложены функции гаранта федерального стандарта прав и свобод человека и гражданина на всей территории Российской Федерации.

 

Статья 5

 

1. Федерализм закреплен как одна из основ конституционного строя России. Конституционный смысл понятия "федерализм" отражен в преамбуле Конституции Российской Федерации, в ст. 1, 4, 5, 11, 65, 68 и др. Конституционный строй, отражая сущностные признаки государственности, есть тот юридический каркас, без которого не может существовать правовое государство. Принцип федерализма - это не просто один из принципов государственно-территориального устройства. Федерализм - это конституционная основа исторически сложившегося государственного единства народов Российской Федерации, на что специально указывает преамбула Конституции, в которой выражено добровольное желание всех наций, народов, субъектов Российской Федерации, т.е. всего многонационального народа России, сохранить "исторически сложившееся государственное единство" (см. комментарий к преамбуле). Он выступает как юридическая гарантия целостности территории России, составляющих ее республик и территорий.

Конституция, закрепляя федерализм, одновременно устанавливает, как, на каких принципах устроена Российская Федерация. Российская Федерация учреждена Конституцией, а не договором, и потому носит конституционный характер. Известно, что договора об образовании Российской Федерации никогда не существовало. В основу ее учреждения был положен не договор ее субъектов (как, например, в 1922 г. при образовании СССР его конституционной основой явился Договор об образовании Союза ССР), а акт высших органов государственной власти Российской Республики - Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа, принятая III Всероссийским съездом Советов 25 января 1918 г.

Следует отметить, что такой договор отсутствует и ныне. Высказываемые мнения о том, что Федеративный договор от 31 марта 1992 г. явился правовой основой для характеристики Российской Федерации как федерации конституционно-договорной, не имеют под собой ни конституционной, ни исторической, ни объективной основы. Прежде всего сам Федеративный договор есть совокупность трех договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти трех типов ее субъектов (Договор о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации - за исключением Республики Татарстан и Чеченской Республики; Договор о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга Российской Федерации; Договор о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти автономной области, автономных округов в составе Российской Федерации, а также два протокола к первому и второму из перечисленных договоров, один из которых (ко второму договору) рассматривается как неотъемлемая часть Федеративного договора. В этих документах констатируется, что все субъекты признают свою ответственность за сохранение исторически сложившегося государственного единства народов Российской Федерации и целостности ее территории. Ни республики, ни территории не являлись учредителями и не образовывали Федерацию.

Главная цель Федеративного договора - это децентрализация власти и управления в масштабах России, стремление ее субъектов к качественному обновлению федеративных отношений на основе добровольного и рационального распределения полномочий и эффективного их осуществления. Конституционную природу Федерации подчеркивает и ч. 3 ст. 11 Конституции (см. комментарий к ст. 11).

Современная конституционная модель российского федерализма объединяет национальные и территориальные начала - в этом ее своеобразие. Конституция исходит из многообразия субъектов Российской Федерации. К ним относятся республика, край, область, город федерального значения, автономная область и автономный округ, перечень которых дан в ст. 65 Конституции (см. комментарий к ст. 65). Конституция употребляет термин "субъект Российской Федерации", ранее не применявшийся в советских конституциях. Его появлению предшествовало применение данного термина в некоторых актах текущего законодательства, принятых в 1991 г., а затем - в Протоколе к Договору о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти краев, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга Российской Федерации.

2. Конституция, отражая реалии нынешнего этапа развития федеративных отношений в России, закрепила принцип равноправия субъектов, причем независимо от их вида, территории, численности населения, уровня экономического и социального развития. Естественно, что по объективным показателям субъекты Российской Федерации отличаются большим разнообразием и фактически неравны. Асимметрия федерации - это результат ее исторического развития. Поэтому закрепление равноправия субъектов Российской Федерации независимо от их фактического неравенства приобретает универсальный характер. В комментируемой статье равноправие как принцип российского федерализма закреплено в трех значениях: равноправие субъектов Федерации, равноправие во взаимоотношениях субъектов с органами государственной власти Федерации, равноправие народов Российской Федерации. Речь идет о равенстве права субъектов независимо от их государственно-правовой формы (республика, край, область или вид автономии и т.д.) и обладании всеми ими одинаковым конституционным статусом субъекта Федерации, а также идентичности компетенции.

Фактически субъекты Федерации не могут в полной мере воспользоваться своими конституционными полномочиями. Можно сказать, что де-факто их правовое положение оказывается неодинаковым в силу разных социальных и экономических условий, размеров территории, численности населения и т.д. Поэтому в Концепции государственной национальной политики Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации 15 июня 1996 г. N 909, одной из неотложных задач национальной политики Российского государства названо "выравнивание уровней социально-экономического развития субъектов Российской Федерации" (СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 3010).

3. В ч. 2 комментируемой статьи за словом "Республика" следует в скобках слово "государство". Такая конституционная характеристика была зафиксирована еще в начале 90-х гг. В период разработки действующей Конституции в вариантах, предлагаемых Конституционным Совещанием, республика определялась как суверенное государство в составе Российской Федерации, а край, область, город федерального значения, автономная область и автономный округ определялись как государственно-территориальное образование в составе Российской Федерации. Однако на референдуме 12 декабря 1993 г. была предложена иная формулировка ч. 2 ст. 5, в результате чего термины "суверенное" и "государственно-территориальное образование" в тексте статьи были опущены. В ряде же республиканских конституций сохранилась правовая констатация их государственного суверенитета. Подобный конституционный метод определения статуса республик, входящих в состав Федерации, неоднозначно воспринимается как в практике конституционного строительства, так и в конституционной теории.

В условиях конституционной федерации, каковой является Россия, любой суверенитет, в том числе и ограниченный, неприменим к ее субъектам. К тому же Конституция Российской Федерации не предусматривает юридических механизмов для реализации республиками "своего государственного суверенитета": у членов федерации отсутствует право выхода из ее состава, не предусматривается возможность обсуждения вопросов о рецепции федеральных законов, не установлено право их непризнания (нуллификации) со стороны субъектов Федерации. На это специально обратил внимание Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении от 7 июня 2000, что признание за республиками суверенитета, при том что все другие субъекты Российской Федерации им не обладают, нарушило бы конституционное равноправие субъектов Российской Федерации, сделало бы невозможным его осуществление в принципе, поскольку субъект Российской Федерации, не обладающий суверенитетом, по своему статусу не может быть равноправным с суверенным государством. Следовательно, использование в статье 5 (часть 2) Конституции Российской Федерации применительно к установленному ею федеративному устройству понятия "республика (государство)" не означает признание государственного суверенитета этих субъектов Российской Федерации, а лишь отражает определенные особенности их конституционно-правового статуса, связанные с факторами исторического, национального и иного характера" (СЗ РФ, 2000, N 25, ст. 2728).

Конституция указывает, что республика имеет свою конституцию и законодательство, которое регулирует широкий круг общественных отношений, возникающих при решении вопросов, как отнесенных к предметам совместного ведения в Российской Федерацией (см. комментарий к ст. 72), так и исключительного республиканского ведения (см. комментарий к ст. 76).

Принципиальной особенностью российского федерализма является качественно иная конституционная характеристика края, области, города федерального значения. Придание последним статуса субъекта Федерации привело к тому, что они утратили статус обычных административно-территориальных единиц и приобрели определенные элементы государственности. Вышеназванные субъекты Федерации, а также автономная область и автономный округ принимают свои уставы и издают законы; складывается собственное законодательство территориальных субъектов Федерации. В уставах регулируется широкий круг общественных отношений: установление системы органов власти субъекта Федерации, принципов их образования и формирования, собственности, бюджета, социально-экономические и другие вопросы жизнедеятельности региона.

В тоже время следует заметить, что в некоторых уставах и законах субъектов Федерации содержатся нормы, не соответствующие федеральной Конституции, что констатировано, в частности, в ряде постановлений Конституционного Суда Российской Федерации (см., например: постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 1996 г. по делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края//ВКС. 1996. N 1; постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 февраля 1996 г. по делу о проверке конституционности ряда положений Устава Основного Закона Читинской области//ВКС. 1996. N 1; постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30 ноября 1995 г. по делу о проверке конституционности статей 23 и 24 Временного положения об обеспечении деятельности депутатов Калининградской областной Думы, утвержденного постановлением Калининградской областной Думы от 8 июля 1994 г.//СЗ РФ. 1995. N 50. Ст. 4969). В целом же система регионального законодательства субъектов Федерации находится на этапе становления и соответствует конституционным ориентирам федеральной Конституции.

4. В ч. 3 комментируемой статьи сформулированы принципы федеративного устройства России, конкретизируемые в главе третьей Конституции.

На первом месте среди принципов федеративного устройства Российской Федерации конституционно признается государственная целостность Федерации. Этот принцип отражает историческую преемственность геополитического развития Российского государства, вытекает из суверенитета Российской Федерации, целостности и неприкосновенности ее территории (см. комментарий к ст. 4).

Государственная целостность Российской Федерации тесно связана с другим принципом ее федеративного устройства - единством системы государственной власти. Это означает, что власть Федерации распространяется на всю ее территорию, обеспечивает тесное функционирование всего государственного механизма разных уровней. Источником государственной власти является многонациональный народ России (см. комментарий к ст. 3), а в масштабе субъекта - совокупность его населения. Каждый субъект Федерации обладает полнотой государственной власти за исключением пределов ведения самой Федерации, а также сферы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов (см. комментарий к ст. 73). Субъектам Федерации предоставлено право самостоятельно устанавливать свою систему органов государственной власти. Единственный критерий при этом - соответствие основам конституционного строя Российской Федерации.

Федеративное устройство Российской Федерации основано на разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации. Это разграничение основано на Конституции, Федеральном и иных договорах о разграничении предметов ведения и полномочий (см. комментарий к ст. 11, 71, 72, 73, 76, 78).

Равноправие народов - один из важнейших принципов федеративного устройства Российской Федерации. На территории России ныне проживает более 140 народов. Независимо от их численности, уровня социально-экономического, культурного развития, все народы в равной мере обладают правовыми возможностями участвовать в осуществлении власти всего многонационального народа России, имеют право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития. Конституция обеспечивает возможность каждому независимо от его национальности пользоваться всеми правами и свободами. Особо гарантируются права различных национальных меньшинств, этнических групп, коренных малочисленных народов (см. комментарий к ст. 69, п. "в" ст. 71, п. б" ст. 72). Российское отраслевое законодательство в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации учитывает основополагающие международно-правовые нормы, содержащие гарантии защиты прав национальных меньшинств (см.: Конвенция МОТ N 169 "О коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни, в независимых странах" от 26 июня 1989 г.; Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам, принятая Комиссией по правам человека ООН в 1992 г.; Рамочная Конвенция о защите национальных меньшинств, принятая Советом Европы 1 февраля 1995 г.), оговаривая льготные условия этих народов при пользовании природными ресурсами, землепользовании и т.д. (см.: Федеральный закон от 22 марта 1995 г. (24 апреля 1995 г.) N 52-ФЗ "О животном мире"//СЗ РФ. 1995. N 17. Ст. 1462; Закон РФ от 21 февраля 1992 г. N 2395-I "О недрах" с последующими изменениями и дополнениями//СЗ РФ. 1995. N 10. Ст. 823).

Равноправие народов органически связано с самоопределением народов как конституционным принципом федеративного устройства Российской Федерации. Данный принцип, зафиксированный также в преамбуле Конституции, является общепризнанным принципом и международного права. Какой смысл вкладывает действующая Конституция Российской Федерации в понятие "самоопределение народов"? Могут ли все нации и народы, населяющие Россию и не имеющие своей национальной государственности, реализовать это свое право - самоопределение народов? Необходимо отметить, что новая Конституция России употребляет термин "самоопределение народов", а не "самоопределение наций", что широко применялось в советский период. Безусловно, в условиях многонационального Российского государства игнорировать национальные моменты нельзя. Уникальность и своеобразие Российской Федерации и состоят в том, что она сочетает в себе национальные и территориальные начала. На территории любого субъекта Российской Федерации проживает ныне много национальностей. Поэтому конституционный принцип "самоопределение народов" с позиций Конституции Российской Федерации означает, что он может быть реализован только в пределах России. У субъектов Федерации отсутствует право выхода из ее состава.

Принцип "самоопределения народов" не нужно противопоставлять вышеназванным конституционным принципам государственного устройства Российской Федерации, его нельзя отрицать и не нужно абсолютизировать. Это согласуется с Декларацией о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 г. В ней указано, что при реализации права равноправия и самоопределения народов ничто не должно толковаться как "санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или частичному или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, соблюдающих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов: и, вследствие этого, имеющих правительства, представляющие без различия расы, вероисповедания или цвета кожи весь народ, проживающий на данной территории".

4. Все субъекты Федерации без каких-либо изъятий во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти между собой равноправны. Это конкретизируется в договорах о разграничении предметов ведения и полномочий, заключаемых органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ряда субъектов Федерации.

 

Статья 6

 

1. Существование гражданства обусловлено государственной организацией общества и неразрывно связано с государством. Государственная власть и население связаны единством территории. В государственно-организованном обществе существует потребность юридического закрепления того факта, что в политическом отношении большинство населения государства живет на его территории. Постоянное проживание на территории государства - наиболее типичный и прочный вид фактической связи лица с государством. Наличие такой связи и закрепляется юридически - институтом гражданства.

Социальную основу гражданства, таким образом, составляет фактическая принадлежность лица к государственно-организованному обществу, в рамках которого осуществляется государственная власть, или, другими словами, принадлежность к государству. Эта принадлежность индивида к государству выступает в юридической форме, получает политико-правовое выражение в институте гражданства, нормы которого определяют основания и порядок приобретения, прекращения гражданства и т.д.

Трактовка гражданства как членства лица в государстве логична с позиций понимания государства в качестве публично-правового союза населения в рамках определенной территории, политически организованной общности людей. Принадлежность лица к государству следует понимать не буквально, а как членство в государстве, как принадлежность к государственно-организованному обществу, которая юридически закрепляется и оформляется гражданством личности.

С юридической точки зрения гражданство выступает как явление, с одной стороны, "объективного права", а с другой - "субъективного права". В первом случае гражданство представляет собой институт конституционного права. Во втором случае речь идет о гражданстве как о признанной (закрепленной) законом принадлежности лица к конкретному государству. В этом качестве гражданство опосредуется правами личности по поводу гражданства (его приобретения, прекращения и т.д.).

Весьма распространенным в юридической литературе является рассмотрение гражданства в качестве правоотношения, субъектами которого выступают государство и гражданин. Различие во мнениях определяется лишь расхождениями в наборе их взаимных прав и обязанностей. Однако следует учитывать, что с признанием принадлежности лица к государству последнее берет на себя одновременно обязанность защиты этой правовой связи. Здесь просматривается внутренняя прямая связь двух сторон в деятельности одного субъекта (государства): признание принадлежности и охрана этого признания, через которую и проявляется в данном случае его социальная сущность и назначение. Это отношение не может быть подменено связью разных субъектов, как это делается при рассмотрении гражданства в качестве правоотношения. Признание за лицом гражданства со стороны государства не может быть поставлено в один ряд с установлением юридических прав и обязанностей лица, выступающего гражданином данного государства. Возникающие при этом связи разноплановы и не могут быть отождествлены. Иными словами, нужно четко различать связи разных порядков.

Положения международно-правовых документов о гражданстве (см., например: ст. 15 Всеобщей декларации прав человека 1948 г.; п. 3 ст. 24 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г.) свидетельствуют о том, что нормальная и наиболее полная реализация прав человека связана с наличием у индивидов определенного гражданства. Признание же безусловного права лица на гражданство означало бы возведение индивида в ранг субъекта международного права в одном ряду с государством, что привело бы на практике к вмешательству во внутренние дела государств. Право на гражданство не должно противоречить суверенитету государств и другим общепризнанным принципам и нормам международного права. Что касается оснований признания этого права за конкретными лицами, условий и порядка его осуществления, то это полностью относится к внутренней компетенции государств.

Часть 1 ст. 6 Конституции устанавливает, что гражданство Российской Федерации приобретается и прекращается в соответствии с федеральным законом. В соответствии с этим положением согласно п. в" ст. 71 Конституции гражданство в Российской Федерации относится к ведению Российской Федерации. Эти положения федеральная власть не может передать субъектам Российской Федерации. В настоящее время отношения, связанные с гражданством Российской Федерации, регулируются Федеральным законом "О гражданстве Российской Федерации" от 31 мая 2002 г. Согласно п. а" ст. 89 Конституции Президент Российской Федерации решает вопросы гражданства Российской Федерации. Механизм реализации указанного закона конкретизирован в подзаконном акте.

Положения о гражданстве в Российской Федерации содержатся также в ряде других нормативных актов - субъектов Российской Федерации, в Семейном кодексе Российской Федерации, в международных договорах России. Иными словами, реализация положений международно-правовых актов о гражданстве зависит от комплекса тех прав личности, которые возникают у нее в соответствии с национальным законодательством о гражданстве. При этом, естественно, государства должны уважать те положения о правах лица, касающиеся гражданства, которые выработаны международным правом.

В законодательстве государств существует естественная тенденция максимально приблизить количество граждан к численности населения страны. Идеальный вариант - совпадение фактического населения на территории государства с общей массой его граждан - в современных условиях невозможен. Поэтому данный критерий, являясь определяющим, не выступает в качестве единственного.

Кроме юридической детерминации законодательства о гражданстве, определяемой общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами, в которых данное государство участвует, существует более глубокая обусловленность его различными факторами социально-экономического, политического, национального, демографического, культурно-исторического порядка. Учитываются также особенности исторического развития государства, уровень его безопасности, иммиграционная политика и многие другие обстоятельства.

2. Гражданство служит тем юридическим основанием, в силу которого лицо обладает в полном объеме всеми правами и свободами, выполняет обязанности, установленные конституцией и другими законами, отвечает за их нарушение, а также пользуется защитой государства, где бы это лицо ни находилось, в том числе и за пределами государства, гражданином которого оно является.

Часть 2 ст. 6 Конституции Российской Федерации справедливо устанавливает указанный выше принцип: каждый гражданин Российской Федерации обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией. В этой связи принципиальным является положение ч. 1 ст. 6 Конституции о том, что гражданство является единым и равным независимо от оснований приобретения, что имеет непосредственное значение для последствий приобретения лицом российского гражданства. Эти последствия (права, свободы, обязанности, ответственность, защита и покровительство) в равной мере относятся ко всем лицам, независимо от того, по каким основаниям они приобрели гражданство Российской Федерации.

При оценке правового характера законов о гражданстве данного государства должно быть учтено обязательное требование о недопущении ухудшения правового статуса людей, постоянно проживающих в этом государстве, о предоставлении им гражданства в условиях правопреемства государств. С этих позиций справедливым, отвечающим принципам права, международно-правовым нормам, было бы признание нулевого варианта в определении круга граждан государств, возникших в результате распада СССР. Человек с незапятнанной репутацией, длительно (постоянно) проживающий на территории государства, должен иметь такое же право на гражданство, как и другие жители этого государства, независимо от своего этнического происхождения (такой была рекомендация Европейской комиссии за демократию через право - Венецианской комиссии Совета Европы - по результатам проведенного ею сравнительно-правового исследования по вопросам гражданства при правопреемстве государств).

Именно такой пример показала Российская Федерация. Корректировка законодательной политики России по вопросам гражданства продиктована новыми обстоятельствами, связанными с распадом СССР. За рубежами России оказались сотни тысяч лиц, которые, являясь гражданами бывшего СССР, считали и считают себя россиянами. В Россию хлынул поток беженцев. Возникла проблема оформления российского гражданства всех тех лиц, которые пожелали его иметь, независимо от того, остаются они жить за пределами России или желают переехать в Россию. Россия не может быть безучастной и к тем лицам, которые, являясь гражданами бывшего СССР ("русскоязычными"), не получают гражданство государств, в которых они постоянно проживали и проживают. В результате их права существенно ограничиваются в сравнении со статусом этнических граждан и в сравнении с теми правами, которыми они обладали до распада СССР, что связано прежде всего с собственностью, с участием в выборах, с государственной службой и т.д.

3. В ч. 3 ст. 6 Конституции впервые закреплено положение, согласно которому гражданин Российской Федерации не может быть лишен своего гражданства или права изменить его, что было характерно для режима тоталитаризма. Это положение соответствует ст. 15 Всеобщей декларации прав человека. Указанный принцип конституционного института гражданства гарантирует гражданам право на инакомыслие, исключает боязнь потерять отечественное гражданство по другим причинам.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 16 мая 1996 г. по делу о проверке конституционности п. "г" ст. 18 Закона Российской Федерации "О гражданстве Российской Федерации" по жалобе А.Б.Смирнова признал, что указанная норма закона, согласно которой лица, которые: родились на территории, входившей на момент их рождения в Россию; являлись гражданами бывшего СССР; не изъявили свободно своего желания прекратить принадлежность к российскому гражданству; выехали ранее на постоянное жительство за пределы России, но в пределах бывшего СССР; не являются гражданами других государств, входивших в состав бывшего СССР, и впоследствии вернулись на постоянное жительство в Россию после 6 февраля 1992 г., т.е. после вступления в силу Закона "О гражданстве Российской Федерации", - должны были приобретать российское гражданство в порядке регистрации, не соответствует ч. 3 ст. 6 Конституции Российской Федерации, так как указанные категории лиц по существу лишались своего российского гражданства, что недопустимо согласно вышеприведенному конституционному положению. Гражданин А.Б.Смирнов, имевший российское гражданство по рождению, не мог быть лишен его даже по закону без его собственного волеизъявления, и к нему не может быть предъявлено требование регистрации как способа признания российского гражданства. Этот вывод Конституционного Суда Российской Федерации согласуется с ч. 2 ст. 15 Всеобщей декларации права человека, устанавливающей, что "никто не может быть произвольно лишен своего гражданства". "Произвольное, без учета волеизъявления гражданина лишение или даже временное прекращение законно приобретенного гражданства, - говорится в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, - нарушая ст. 6 Конституции Российской Федерации, умаляет достоинство личности, что в соответствии со ст. 18, 21 (ч. 1) и 55 (ч. 2) Конституции Российской Федерации является недопустимым как при издании, так и при применении законов". Однако это не освобождает лицо, имеющее российское гражданство по рождению, при прибытии в Россию на постоянное жительство и оформлении такого гражданства от обязанности удостоверения им того факта, что он прибыл в Россию для постоянного проживания и не принадлежит к гражданству другого государства, входившего в состав бывшего СССР (ВКС. 1996. N 3. С. 29-36).

Конституция Российской Федерации обеспечивает полную свободу лица в решении вопросов собственного гражданства, в том числе закрепления права лица изменить отечественное гражданство. При этом лицо может приобрести гражданство другого государства либо оставаться без какого-либо гражданства, т.е. стать лицом без гражданства. В этом заключена свобода выбора человека и гражданина.

Однако это право не является абсолютным. Оно связано с выполнением тех обязанностей и обязательств перед государством (например, отбытие уголовного наказания по приговору суда) либо перед другими лицами, о которых прямо говорит Конституция (ч. 3 ст. 55) и Федеральный закон от 31 мая 2002 г. N 62-ФЗ "О гражданстве Российской Федерации".

 

Статья 7

 

1. Строй правового государства (см. комментарий к ст. 1) является строем социального правового государства. Если правовое государство характеризует государственную власть с точки зрения ее организации, взаимоотношений и взаимодействия органов законодательной, исполнительной и судебной власти, пределов вторжения законодателя, исполнительных органов и суда в различные сферы общественной и индивидуальной жизни и т.п., то социальное государство характеризует одно из основных направлений государственной деятельности и означает возложение на государство некоторых социальных задач, обусловленных экономическим и социальным развитием общества, является юридическим выражением ответственности и обязанностей государства перед обществом и личностью по осуществлению социальной программы, заложенной в экономических, социальных и культурных правах. Иначе говоря, принцип правового государства, означающий формальное равенство и господство права в так называемом материальном смысле, в Конституции Российской Федерации сопрягается с принципом социального государства, заключающемся в перераспределении национального дохода в пользу социально слабых, не способных своим трудом или иным законным способом обеспечить себе достойную жизнь и свободное развитие.

Провозглашение Российской Федерации социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, не означает закрепления государственного патернализма с присущим ему тотальным регулированием экономики и неприятием экономической свободы и активности личности, предпринимательства и иной хозяйственной деятельности. Социальное государство не упраздняет личную ответственность человека за собственное материальное благополучие при условии, что он своим трудом или иным законным способом в состоянии обеспечить материальный достаток для себя и своей семьи.

Конституционное закрепление социального государства означает возложение на государство общесоциальной функции. Государство - не "ночной сторож", а фактор общественного благополучия, основывающегося на принципах социального равенства, солидарности и взаимной ответственности членов общества. Взвешенная социальная политика государства, преследуя цель равномерного содействия благу всех граждан и распределения материальных тягот пропорционально их экономическому потенциалу, одновременно выступает условием социальной стабильности и в конечном счете прочности конституционного строя, ибо создает социальную базу его поддержки, формирует атмосферу общественного доверия к политическим и экономическим институтам государства.

Политика социального государства направлена на создание условий (юридических, организационных, экономических), обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Под достойной жизнью обычно понимают достойный человека прожиточный минимум, материальную обеспеченность на уровне стандартов развитого общества, возможность обладать и пользоваться материальными и социальными благами современной цивилизации, включая жилище и медицинское обслуживание, личную безопасность и социальное обеспечение, доступ к ценностям культуры и т.п. Достойная жизнь предполагает и свободное развитие человека, его физическое, умственное и нравственное совершенствование.

Для составления адекватного представления о строе социального правового государства в Российской Федерации важное значение имеет анализ гарантий конституционных прав и свобод, которые содержатся в главе 2 Конституции Российской Федерации. Гарантирующая роль государства существенно различается в зависимости от того, о каких правах и свободах идет речь - гражданских и политических или экономических, социальных и культурных. Это обусловлено тем, что социально-экономические права и свободы в отличие от гражданских и политических содержат в себе достаточно обширную социальную программу, требующую для своей реализации положительных усилий государства в социально-экономической и культурной жизни общества в целом и отдельного индивида, тогда как гарантии гражданских и политических прав человека и гражданина очерчивают сферу индивидуальной автономии личности и содержат запреты на вмешательство в области, предоставленные свободному усмотрению индивида.

Иначе говоря, государство должно воздерживаться от вмешательства в известные области, предоставляя свободный простор личной деятельности, но индивид больше ничего не может требовать от него в этой сфере. Государство, регулируя гражданские и политические права, не несет иных юридических обязанностей, кроме обязанности предусмотреть правовые механизмы защиты эти прав от покушений со стороны государственных органов и их должностных лиц, общественных объединений, других граждан. Это не означает, что государство свободно от необходимости обеспечить условия для осуществления этих прав (финансирование выборов, содержание правоохранительных органов и т.п.), но сами эти условия не входят в нормативное содержание указанных прав. Весьма определенно характер государственных гарантий данного вида выражен в конституционном нормировании права на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст. 23), неприкосновенность жилища (ст. 25), других гражданских и политических прав и свобод (ст. 29, 30, 31 и др. Конституции).

Иную структуру имеют гарантии социальных, экономических и культурных прав, закрепленных в Конституции Российской Федерации. Право на труд и отдых, защита семьи, материнства и детства, право на социальное обеспечение, на жилище, на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на благоприятную окружающую среду или на образование, закрепленные в Конституции, содержат в себе обширную социальную программу и требуют от государства не только признания, соблюдения и защиты как гражданские и политические права, но и положительной деятельности по реализации этой программы, основные направления которой отражены в общей конституционной формуле социального государства. Речь при этом идет не о привилегиях, подрывающих саму идею правового и социального государства, а о льготах социально слабым; поэтому принцип социального государства есть способ и форма конституционно-правового воплощения самой идеи справедливости.

2. Определяемые ч. 2 ст. 7 Конституции основные направления государственной деятельности в социальной сфере - это, по существу, конституционные обязанности государства по социальной защите граждан. Они носят не разовый, а постоянный характер и требуют высокой степени активности государства в обеспечении материального производства и распределения, государственного программирования развития экономики и в установленных законом формах - управления ею для обеспечения индивидуальной и социальной жизни.

Конституционные обязанности в социальной сфере отличаются меньшей степенью формальной определенности, чем обязанности по обеспечению гражданских и политических прав и свобод. Здесь значительно более широк диапазон самостоятельного усмотрения законодателя и органов исполнительной власти, границы которого обусловлены состоянием экономики, уровнем безработицы, состоянием материальной базы медицинского обслуживания и прочих условий. Но эта самостоятельность также имеет юридические пределы, может и должна осуществляться в правовых формах, предусмотренных законом и с соблюдением установленных им границ. Иными словами, ст. 7 Конституции содержит в себе императивное требование, обращенное к законодателю. Но способы и направления реализации этого общего конституционного предписания не определены, а соответствующая задача возложена на законодателя и в значительной мере - на органы исполнительной власти.

При этом имеет место опасность излишне широкого истолкования формулы социального государства. Попытка вложить в это понятие все желаемое и выдать его за конституционное требование не соответствует реальному содержанию названной формулы. В конституционной доктрине правильно подчеркивается, что принцип социального государства ограничивается рамками материальной правовой государственности: широкое социальное обеспечение, осуществляемое государством, стремящееся превратить общество в государство всеобщего благоденствия и социального обеспечения и упраздняющее тем самым ответственность индивида за собственную свободу, не соответствует принципам социального правового государства. В комментируемой части ст. 7 речь идет не о правах граждан в их взаимоотношениях с государством, а об общих социальных обязательствах государства, конкретизируемых в экономических, социальных и культурных правах человека.

Указанная опасность велика для нашей страны с учетом ее ранее существовавшей и конституционно закрепленной патерналистской практики по обеспечению социально-экономических прав граждан. Нельзя игнорировать и опасность сужения социальной функции государства, попыток свести роль государства в социальной сфере к роли "ночного сторожа". В связи с этим существенно возрастает роль Конституционного Суда, от которого во многом зависит адекватное Конституции истолкование формулы социального государства, которым должны руководствоваться и законодатель при формировании социальных программ, и исполнительная власть в процессе реализации этих программ, и, разумеется, сам Суд в процессе защиты конституционного строя Российской Федерации, являющегося строем социального правового государства. В данной связи существенный интерес представляет постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 апреля 1996 г. N 9-П (ВКС. 1996. N 2), в котором обязанность платить законно установленные налоги и сборы (ст. 57 Конституции Российской Федерации) Судом была рассмотрена сквозь призму равенства как одной из характеристик правового государства и принципа социального государства. В мотивировочной части постановления Суд указал, что принцип равенства в социальном государстве в отношении обязанности платить законно установленные налоги и сборы (ч. 2 ст. 6 и ст. 57 Конституции Российской Федерации) предполагает, что равенство должно достигаться посредством справедливого перераспределения доходов и дифференциации налогов и сборов.

Казалось бы, положения ст. 6, 19, 57 (см. комментарии), на которые ссылался Конституционный Суд в обоснование своей позиции, не имеют отношения к принципу социального государства. Суд, однако, исходил из того, что российская государственность есть не только правовая, но и социальная государственность, и именно синтезом этих начал, их диалектическим единством и обусловлены качественные характеристики Российской Федерации как социального правового государства.

Принцип социального государства, развиваемый в экономических, социальных и культурных правах человека и гражданина, закрепленных в Конституции, конкретизируется в федеральном законодательстве, например о бюджете, труде и его охране, социальном обеспечении, указах Президента и актах Правительства Российской Федерации, актах субъектов Российской Федерации и защищается в установленных этим законодательством пределах и формах, основанных на началах справедливости и исключающих уравниловку.

 

Статья 8

 

1. Единство экономического пространства предполагает в совокупности: единство рынка, свободу экономической деятельности, использование единой денежной единицы (рубля). Единство рынка состоит в свободном перемещении по территории страны товаров и услуг, финансовых средств (капитала), рабочей силы, в соблюдении прав граждан и юридических лиц на свободную реализацию или потребление товаров, работ и услуг, на совершение операций с финансовыми средствами.

Создание и поддержание единства экономического пространства во всех его проявлениях гарантируется конституционными обязанностями государства, его органов и их должностных лиц, установлением правовых основ единого рынка. Так, Указ Президента от 12 декабря 1991 г. N 269 "О едином экономическом пространстве РСФСР" (действует в редакции на 21 декабря 2002 г.) признает недействительными нормативные акты органов власти и управления и решения должностных лиц, ограничивающие движение товаров, работ и услуг на внутреннем рынке России (Ведомости РСФСР. 1991. N 51. Ст. 1830).

Единство экономического пространства обеспечивается единством законодательного регулирования экономики. Законодательство в сфере экономики должно предусматривать общеобязательные правила функционирования рынка, признание их на всей территории России, защиту и охрану всех форм и субъектов экономической деятельности, единое финансовое, валютное, кредитное и таможенное регулирование. Правовое обеспечение единства экономического пространства в России в значительной мере осуществляется новым Гражданским кодексом Российской Федерации.

Поддержка конкуренции состоит в определении организационных и правовых основ предупреждения, ограничения и пресечения монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, в обеспечении условий для создания и эффективного функционирования товарных и других рынков.

Законодательную базу поддержки конкуренции составляют законы о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках, о защите прав потребителей, о рынке ценных бумаг, о банках и банковской деятельности и другие законодательные акты Российской Федерации.

Под конкуренцией понимается состязательность хозяйствующих субъектов, когда их самостоятельные действия эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке. В целях поддержки конкуренции антимонопольным законодательством хозяйствующим субъектам запрещено занимать на рынке доминирующее положение и осуществлять монополистическую деятельность. В качестве доминирующего признае тся исключительное положение хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов на рынке товара, не имеющего заменителя, либо взаимозаменяемых товаров, дающее ему (им) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке или затруднять доступ на рынок другим хозяйствующим субъектам. Монополистическая деятельность понимается как противоречащие антимонопольному законодательству действия (бездействие) хозяйствующих субъектов, направленные на недопущение, ограничение или устранение конкуренции причиняющие тем самым ущерб поребителям.

Для поддержки конкуренции, обеспечения гарантий и защиты свободы экономической деятельности предусмотрен целый ряд мер экономического, административного и уголовного воздействия (в том числе и в УК РФ).

2. Свобода экономической деятельности гарантируется, но она не может быть абсолютной. Поэтому предусматривается ряд ограничений свободы всех субъектов экономической деятельности. Эти ограничения вытекают прежде всего из содержания прав и свобод человека и гражданина, а также из конституционных обязанностей государства их соблюдать и защищать.

Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (ч. 2 ст. 34 Конституции). Свобода экономической деятельности не должна противоречить политике государства, направленной на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, на охрану труда и здоровья людей, гарантий их социальной защиты (ст. 7). Недопустима такая экономическая деятельность, которая наносит вред окружающей среде, допускает хищническое использование природных ресурсов, нарушает права и законные интересы других лиц (ч. 2 ст. 36). Ограничение экономической свободы и даже прав собственности возможно в случаях принудительного отчуждения имущества (ч. 3 ст. 35), в условиях чрезвычайного положения (ст. 56) исходя из определенных обязанностей и обязательств субъекта хозяйствования и т.п.

Права и свободы человека и гражданина, в том числе и в сфере экономической деятельности, могут быть ограничены федеральным законодательством только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции).

3. Среди экономических основ конституционного строя России определяющее значение имеет собственность.

Конституция провозглашает признание и защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. Тем самым устанавливается равенство всех форм собственности, а их перечень не является исчерпывающим.

В собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных его видов, которые определены законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности и никто не может быть лишен его иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. Не ограничиваются ни количество, ни стоимость находящегося в собственности граждан и юридических лиц имущества за исключением случаев, установленных законом.

Государственной собственностью является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации (федеральная собственность), и имущество, принадлежащее субъектам Российской Федерации на праве собственности. К государственной собственности относятся также земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований (ст. 214 ГК РФ).

Находящееся в государственной собственности имущество закрепляется за государственными предприятиями и учреждениям. Средства соответствующего бюджета и иное государственное имущество, не закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями, составляют соответственно государственную казну Российской Федерации, казну субъекта Российской Федерации.

Муниципальной собственностью является имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям. Данное имущество закрепляется за муниципальными предприятиями и учреждениями. Средства местного бюджета и иное муниципальное имущество, не закрепленное за муниципальными предприятиями и учреждениями, составляют казну муниципального образования (ст. 215 ГК РФ).

На базе частной собственности и муниципальной собственности могут возникать и другие формы собственности. Так, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности с определением доли каждого из собственников (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность на имущество является долевой за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество (ст. 244 ГК РФ).

Содержание собственности как юридической категории раскрывается через правомочия собственника. Следует отметить, что в последние годы традиционная концепция права собственности значительно обогатилась многими социальными, экономическими, природоохранными и другими правомочиями и обязательствами. Отсюда вытекают изменения в юридическом содержании собственности, находящие отражение в современном законодательстве.

Достаточно широко распространена концепция о реализации собственности через одиннадцать прав: право владения, т.е. право исключительного физического контроля над благом; право пользования, т.е. право применения полезных свойств блага для себя; право управления, т.е. право решать, кто и как будет обеспечивать использование благ; право на доход, т.е. право обладать результатом от использования благ; право суверена, т.е. право на отчуждение, потребление, изменение или уничтожение блага; право на безопасность, т.е. право на защиту от экспроприации благ и от вреда со стороны внешней среды; право на передачу благ в наследство; право на бессрочность обладания благом; запрет на использование способом, наносящим вред внешней среде; право на ответственность в виде взыскания, т.е. возможность взыскания блага в уплату долга; право на остаточный характер, т.е. право на осуществление процедур и институтов, обеспечивающих восстановление нарушенных правомочий.

Каждый собственник вправе потребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Он может потребовать устранения всяких нарушений его права собственности.

Глава 21 "Преступления против собственности" УК РФ обеспечивает равную уголовно-правовую охрану всех форм собственности, существующих в Российской Федерации.

 

Статья 9

 

1. Действующее законодательство содержит нормативное определение понятия "окружающая среда". Так, в статье 1 Федерального закона РФ от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" окружающая среда рассматривается как совокупность компонентов природной среды, природных и природно-антропогенных объектов, а также антропогенных объектов. Окружающая среда состоит из природных объектов, то есть ее неотъемлемых составных частей, компонентов, которые находятся в естественной природной взаимосвязи и взаимозависимости. Природный объект представляет собой условную правовую категорию, использование которой дает возможность, с точки зрения права, индивидуализировать часть природной среды с тем, чтобы признать ее в качестве предмета правового регулирования, объекта правовой охраны. Поэтому право признает объектами охраны окружающей среды земли, недра, почвы; поверхностные и подземные воды, леса и иную растительность; животных и другие организмы и их генетический фонд, атмосферный воздух, озоновый слой атмосферы и околоземное космическое пространство; природные ландшафты и природные комплексы (Ст. 4 ФЗ "Об охране окружающей среды").

Правовую категорию "природный объект" следует отличать от понятия "природный ресурс". Природный ресурс представляет собой определенную совокупность запасов природных веществ, природной энергии, которые используются обществом для удовлетворения своих потребностей или признаются в качестве таковых. Поэтому, например, запасы древесины на корню (то есть в лесу) следует рассматривать как природный ресурс, а лес, участок леса - как природный объект; природные энергетические запасы вод являются природным ресурсом, а воды, реки, озера и т.п. - природные объекты.

Законодательство не содержит юридического понятия "земля". Однако, при анализе действующего земельного законодательства можно сделать вывод, что в содержание понятия "земля" входят определенная часть земной поверхности, рассматриваемая в качестве природного объекта и природного ресурса, и ее почвенный слой. Такое понятие традиционно используется в науке земельного права. На этой земле могут возводиться здания, строения и сооружения. Земля может также использоваться как средство производства для растениеводства, выращивания плодовых деревьев, кустарников, леса и т.п.

Непосредственным объектом земельных отношений является земельный участок либо его часть. Для того, чтобы земельный участок был признан объектом земельных отношений, он должен быть индивидуализирован, то есть определены его размер, границы и местоположение.

В преамбуле Закона РФ "О недрах" (с изменениями от 14 мая 2001 г.)*(2). Юридическое понятие "недра" представляет собой часть земной коры, расположенной ниже почвенного слоя, а при его отсутствии - ниже земной поверхности и дна водоемов и водостоков, простирающаяся до глубин, доступных для геологического изучения и освоения.

Недра в границах территории России, включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные ископаемые, энергетические и иные ресурсы, являются государственной собственностью. Вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в совместном ведении России и субъектов Федерации. Участки недр не могут быть предметом купли-продажи, дарения, наследования, вклада, залога или отчуждаться в иной форме. Права пользования недрами могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому в той мере, в какой их оборот допускается федеральными законами.

Добытые из недр полезные ископаемые и иные ресурсы по условиям лицензии могут находиться в федеральной государственной собственности, собственности субъектов Федерации, муниципальной, частной и в иных формах собственности.

Водный кодекс РФ, принятый 16 ноября 1995 г.*(3), определяет ряд понятий, входящих в состав природных ресурсов. Вода - это химическое соединение водорода и кислорода, существующая в жидком, твердом и газообразном состояниях. Воды - это вся вода, находящаяся в водных объектах. Понятие "водный объект" дано в статье 1 Водного кодекса РФ, под которым понимается сосредоточение вод на поверхности суши в формах ее рельефа либо в недрах, имеющее границы, объем и черты водного режима.

Поверхностные воды - воды, постоянно или временно находящиеся в поверхностных водных объектах. К поверхностным водоемам относятся озера, водохранилища, болота и пруды (ст. 11 ВК РФ). Подземные воды - воды, в том числе минеральные находящиеся в подземных водных объектах.

В Лесном законодательстве отсутствует четкое определение правового понятия "лес". В преамбуле Лесного кодекса РФ, принятого 29 января 1997 г.*(4), записано, что регулирование лесных отношений осуществляется с учетом представления о лесе как о совокупности лесной растительности, земли, животного мира и других компонентов окружающей природной среды, имеющей важное экологическое, экономическое и социальное значение. Согласно ст. 7 ЛК РФ, лесной фонд образуют все леса за исключением лесов, расположенных на землях обороны и землях населенных пунктов (поселений), а также земли лесного фонда, не покрытые лесной растительностью (лесные и нелесные земли). Кроме того, согласно ст. 11 ЛК РФ в лесной фонд и в леса, не входящие в лесной фонд, не включается древесно-кустарниковая растительность, расположенная на землях сельскохозяйственного назначения, в том числе предоставленных для садоводства и личного подсобного хозяйства; землях транспорта (на полосах отводов железнодорожных магистралей и автомобильных дорог); землях населенных пунктов (поселений), в том числе предоставленных для дачного, жилищного и иного строительства (за исключением городских лесов); землях водного фонда (на полосах отвода каналов); землях иных категорий.

В ст. 1 Федерального закона от 24 апреля 1995 г. N 52-ФЗ "О животном мире" приведено определение "животного мира" как совокупности живых организмов всех видов диких животных, постоянно или временно населяющих территорию Российской Федерации и находящихся в состоянии естественной свободы, а также относящиеся к природным ресурсам континентального шельфа и исключительной экономической зоны РФ.

Федеральный закон от 4 мая 1999 г. N 96-ФЗ "Об охране атмосферного воздуха"*(5) определяет атмосферный воздух как жизненно важный компонент окружающей среды, представляющей собой естественную смесь газовой атмосферы, находящуюся за пределами жилых, производственных и иных помещений.

Определение понятия "озоновый слой Земли" дает Венская конвенция об охране озонового слоя, которая была подписана 22 марта 1985. В соответствии со ст. 1 Конвенции озоновый слой представляет собой слой атмосферного озона над пограничным слоем планеты.

Природный ландшафт - территория, которая не подвергалась изменению в результате хозяйственной и иной деятельности, и характеризуется сочетанием определенных типов рельефа местности, почв, растительности, сформированных в единых климатических условиях (ст. 1 ФЗ "Об охране окружающей среды").

Право собственности на природные ресурсы в объективном смысле - это совокупность правовых норм, регулирующих отношения собственности на природные ресурсы; в субъективном - совокупность правомочий собственника по владению, пользованию и распоряжению землей, водами, лесными ресурсами и другими объектами собственности. Отношения собственности на природные ресурсы регулируются Конституцией РФ, ГК РФ, природоресурсовым и природоохранительным законодательством России и субъектов Федерации, Указом Президента РФ от 16 декабря 1993 г. N 2144 "О федеральных природных ресурсах", ФЗ от 17 июля 2001 г. "О разграничении государственной собственности на землю".

Субъектами права собственности являются: физические и юридические лица, в том числе иностранные; Россия, ее субъекты и муниципальные образования.

2. Земля и другие природные ресурсы могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности.

В соответствии со ст. 129 ГК РФ виды объектов гражданских прав, находящихся в свободном обороте (свободно отчуждаются и переходят от одного лица к другому), изъятых из оборота (нахождение в обороте не допускается) или ограниченно оборотоспособных (ограничен круг участников оборота либо оборот допускается по специальному разрешению), должны быть прямо указаны в законе. В ст. 209 ГК РФ воспроизведено конституционное положение о том, что владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом, осуществляется их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц.

Общие ограничения оборота земельных участков содержатся в Земельном кодексе РФ от 28 сентября 2001 г. (ст. 27). Что касается земель сельскохозяйственного назначения, то в Федеральный закон "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" введена новелла, заимствованная из зарубежного законодательства, касающаяся размера общей площади земельных участков сельскохозяйственных угодий, которые расположены на территории одного административного территориального образования субъекта РФ и могут находиться одновременно в собственности гражданина и его близких родственников.

Федеральным законом от 17 июля 2001 г. "О разграничении государственной собственности на землю" определены правовые основы разграничения государственной собственности на землю на федеральную собственность, собственность субъектов Российской Федерации и муниципальную собственность.

Статья 15 ЗК РФ закрепляет основы правового регулирования отношений частной собственности на землю. Частной собственностью на землю являются те земельные участки, которые приобретены гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством, то есть законно, причем все граждане и юридические лица имеют право на равный доступ к приобретению земельных участков в собственность.

Новый ЗК РФ устранил практически все ограничения прав на приобретение в частную собственность земельных участков иностранными гражданами, иностранными юридическими лицами и лицами без гражданства. Эти лица не могут иметь в собственности земельные участки лишь в приграничных территориях, перечень которых устанавливается Президентом РФ, и в иных особых территориях, а также земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, на которые они могут приобретать лишь право долгосрочной аренды.

Собственник земельного участка вправе использовать в установленном порядке для собственных нужд имеющиеся на земельном участке общераспространенные полезные ископаемые, пресные подземные воды, а также закрытые водоемы в соответствии с законодательством РФ (ст. 40 ЗК РФ). Данное положение определяет правовой характер отношений между гражданами, юридическими лицами с одной стороны и государством как основным собственном природных ресурсов - с другой.

 

Статья 10

 

1. Принцип разделения властей был воспринят конституционным правом России в 1992 г. в связи с внесением изменений и дополнений в Конституцию 1978 г. С учетом практики жесткого противостояния законодательной и исполнительной власти, приведшего к событиям 3-4 октября 1993 г. и роспуску Съезда народных депутатов и Верховного Совета, Конституционное совещание иначе, чем это традиционно истолковывалось конституционно-правовой доктриной или закреплялось в ранее действовавшей Конституции России, сформулировало содержание этого принципа. В этом плане речь идет не о параллельно существующих и абсолютно независимо друг от друга развивающихся властях, а об их сотрудничестве и даже единстве, в рамках которых сохраняется и конституционно обеспечивается различие и самостоятельность органов, осуществляющих законодательство, управление и правосудие.

Иными словами, в отечественной конституционной практике понятие разделения властей равнозначно понятию организационного обособления властей. Законодательную власть в Российской Федерации осуществляет Федеральное Собрание - парламент Российской Федерации, исполнительную - Правительство Российской Федерации, судебную - суды Российской Федерации. При этом согласно комментируемой статье государственная власть едина, но функции ее - законодательство, управление и правосудие - осуществляются различными органами, каждый из которых может выполнять, и в практике российского конституционализма и конституционной практике иных государств действительно выполняет, отдельные полномочия, с точки зрения классических представлений о разделении властей входящие в компетенцию других органов.

В связи с этим следует учитывать трансформацию содержания разделения властей в процессе исторического развития этой доктрины и практики ее конституционного воплощения, а также особенности ее отражения в конституционном законодательстве различных государств. В частности, Президент Российской Федерации, являясь главой государства, не входит непосредственно ни в одну из ветвей власти. Напротив, именно он согласно Конституции (см. комментарий к ст. 80) олицетворяет единство государственной власти и выполняет в силу занимаемого им в иерархии государственной власти места координационную и интеграционную функции, обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти.

Одновременно, и в этом диалектика конституционно-правового статуса Президента Российской Федерации, он фактически и юридически "присутствует" во всех властях. Глава государства издает нормативные указы (см. комментарий к ст. 90), которые в отдельных случаях выполняют роль первичных правовых регуляторов, контролирует Правительство Российской Федерации (см. комментарии к статьям 83, 111, 113, 115, 116, 117), выполняет отдельные квазисудебные функции (см. комментарий к ст. 85). Принцип разделения властей, как он закреплен в Конституции Российской Федерации, не препятствует существованию так называемой "избирательной власти", осуществляемой Центральной избирательной комиссией Прокуратуры Российской Федерации (см. комментарий к ст. 129) наделенной достаточно широкими полномочиями.

Таким образом, принцип разделения властей нельзя абсолютизировать. Нигде в мире эта теория в том виде, в каком она была сформулирована Монтескье, не нашла абсолютно последовательного закрепления в действовавших в прошлом или действующих в настоящее время конституциях. Абстрактная формула разделения властей немедленно подвергалась ревизии всякий раз, как только она соприкасалась со стратегическими интересами различных социальных и политических сил, уровнем правовой культуры народа и его политическим менталитетом, традициями общества и его готовностью противостоять авторитаризму, мерой демократизма политиков и другими обстоятельствами, т.е. с реальной действительностью, далеко не всегда укладывающейся в теоретические построения, даже если они соответствуют самой строгой логике.

Ведущее место в системе разделения властей принадлежит народному представительству. Статусы исполнительной и судебной властей отличаются тем, что они юридически подчинены власти законодательной. Доминирующее положение законодательной власти обусловливается тем, что органы исполнительной и судебной власти, будучи самостоятельными в осуществлении своей компетенции, могут функционировать лишь в пределах действующего права, их деятельность является подзаконной.

Сказанное не означает, что законодатель сам свободен от соблюдения собственных законов. Его деятельность также подчинена конституции и законам, однако он вправе с соблюдением установленных в конституции правил и процедур вносить в них изменения, по-новому урегулировать те или иные общественные отношения, расширить или, напротив, сузить сферу правового регулирования, направив тем самым деятельность исполнительной и судебной власти в новое русло.

Таким образом, закон обязателен не только для подвластных, но и для самого государства в лице его органов законодательной, исполнительной и судебной власти и их должностных лиц. Односторонние обязательства абсолютного государства, возлагаемые на подвластных, в условиях конституционного государства и разделения властей трансформируется в нормы, содержащие не только взаимные обязательства, но и права. Индивид является не только обязанной стороной, но и обладает правами, которым соответствуют обязанности государства в лице его органов и должностных лиц. Иными словами, разделение властей означает в политических и правовых условиях Российской Федерации разграничение государственных функций, реализация которых не сливается в одном лице или органе, но, напротив, эти функции осуществляются вполне самостоятельными органами, действующими в соответствии с предписаниями закона, а не личного усмотрения или произвола, и связанными юридическими обязательствами по отношению к индивидам в виде неотъемлемых прав человека и гражданина и сопровождаемые определенными сдержками и взаимными ограничениями.

В различных государствах конституционное регулирование принципа разделения властей отличается существенным своеобразием. Например, законодательные органы Российской Федерации осуществляют не только функцию законодательства, но и в соответствии с Конституцией выполняют некоторые задачи управления и даже правосудия. В частности, речь идет о ратификации и денонсации международных договоров, принятии решений по вопросам национально-государственного устройства, об отрешении от должности Президента Российской Федерации. Располагая некоторыми полномочиями по проверке результатов выборов, законодательная власть и в целом вся представительная система затрагивает сферу правосудия.

Исполнительная власть, в свою очередь, осуществляет некоторые функции законодательства в виде полномочий по изданию актов, имеющих нормативное значение, а также по заключению международных договоров, вступающих, однако, в силу после их ратификации парламентом. Охрана и защита прав граждан, осуществляемая исполнительными органами при разрешении поступающих в эти органы жалоб на нарушение конституционных и иных прав граждан, близка к правосудию.

Наконец, судебная власть также в состоянии оказывать влияние на законодательство, в частности, в процессе осуществления Конституционным Судом, Верховным Судом и Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации принадлежащей им законодательной инициативы. Конституционный Суд, признавая законодательные акты или их отдельные положения неконституционными, что влечет утрату ими юридической силы (см. комментарий к ст. 125), тем самым выступает в качестве негативного законодателя. Его решения, однако, являются и источниками права и им присуща материально-правовая сила закона. Сама Конституция, с какой-то точки зрения, есть то, что о ней скажет Конституционный Суд. Судебные органы осуществляют также некоторые исполнительные функции, в частности при осуществлении надзора за деятельностью нижестоящих судов, в организации учета и пр.

Иными словами, конституционный принцип разделения властей в том виде, в каком он закреплен в Конституции, не препятствует распределению некоторых прав, в силу их юридической природы присущих одной из властей, между органами другой власти. Подобное распределение служит гарантией от разрыва между властями, способствует формированию действительного равновесия, баланса властей, является частью механизма их взаимодействия.

2. Данный принцип имеет определяющее значение при установлении компетенции органов законодательной, исполнительной и судебной власти Российской Федерации. Он препятствует такому истолкованию полномочий того или иного органа государственной власти, которое может привести к утверждению самодовлеющего характера одной из частей единой государственной власти.

Нормативное содержание закрепленного в комментируемой статье положения многозначно: по внутреннему смыслу Конституция исходит из единства государственной власти в Российской Федерации (см. комментарий к ст. 3); рассматриваемая норма фиксирует разграничение властных полномочий между различными органами власти, устанавливает самостоятельность этих органов в осуществлении возложенных на них полномочий и недопустимость их вторжения в сферу ведения и компетенцию друг друга.

Таким образом, ст. 10 Конституции закрепляет функциональный ("государственная власть осуществляется:") и организационный ("государственная власть осуществляется на основе:", "органы законодательной исполнительной и судебной власти самостоятельны") аспекты разделения государственной власти. Кроме того, в комментируемой статье установлено, что данный принцип распространяется на всю систему государственной власти в Российской Федерации как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации, а также иных территориальных образований (см., например: постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 1996 г. по делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Алтайского края//ВКС. 1996. N 1). Данный принцип определяет организацию и функционирование государственной власти во всех субъектах Российской Федерации, которые нередко модифицируют его с учетом исторических, национальных и иных особенностей.

Вместе с тем сопряжение закрепленного в комментируемой статье принципа конституционного строя Российской Федерации с организацией и функционированием именно государственной власти, рассматриваемое сквозь призму ст. 12 Конституции (см. комментарий к ст. 12), означает, что он не распространяется на местное самоуправление, органы которого не входят в систему органов государственной власти.

3. Принцип разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную конкретизируется в последующих главах и статьях Конституции, определяющих полномочия и характер взаимодействия Президента, Федерального Собрания и его палат, Правительства и судов Российской Федерации, а также разграничение предметов ведения и полномочий Российской Федерации и ее субъектов, в федеральных конституционных и федеральных законах, законах субъектов Российской Федерации.

В связи с этим правоприменители должны исходить не из абстрактной формулы разделения властей, выработанной конституционно-правовой доктриной, а основывать свои решения на том видении этого принципа, которое выражено в действующей Конституции Российской Федерации. Иными словами, закрепленный в ст. 10 Конституции принцип не может быть истолкован в отрыве от положений, содержащихся в последующих главах и статьях Конституции; в свою очередь последующие положения Конституции не могут быть истолкованы и применены в отрыве от принципа разделения государственной власти и иных принципов конституционного строя, закрепленных в главе 1 Конституции Российской Федерации.

Нарушение принципа разделения государственной власти, вторжение органов государственной власти в компетенцию друг друга является основой конституционных споров, разрешаемых Конституционным Судом Российской Федерации. Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" обязывает этот орган рассматривать споры между органами государственной власти (см. комментарий к ст. 125 и 85) о компетенции исключительно с точки зрения установленного Конституцией разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную и разграничения компетенции между федеральными органами государственной власти, а также с точки зрения разграничения предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

Кроме того, Конституционный Суд, рассматривая дела о соответствии Конституции нормативных актов органов государственной власти и договоров между ними, не вступивших в силу международных договоров, всегда устанавливает соответствие этих актов Конституции с точки зрения установленного Конституцией разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную, а также разграничения компетенции между органами государственной власти.

Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу, международные договоры, не соответствующие Конституции, не подлежат введению в действие и применению. Если при рассмотрении спора о компетенции Конституционный Суд признает издание акта не входящим в компетенцию издавшего его органа государственной власти, акт также утрачивает силу со дня, указанного в решении.

Принцип разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную предполагает взаимодействие двух уровней единой федеративной системы - Федерации и ее субъектов в лице соответствующих органов - и организацию государственной власти в субъектах Российской Федерации. Речь идет не только о разграничении предметов ведения и полномочий Федерации и ее субъектов ( см. комментарии к ст.ст. 71, 72, 73) и обязанности субъектов Российской Федерации при определении организации государственной власти и ее функционирования исходить из указанного принципа, но и системном единстве государственной власти Российской Федерации, из которого вытекает признание единства системы народного представительства, единства исполнительной власти и единой судебной системы в Российской Федерации.

 

Статья 11

 

1. Конституция Российской Федерации четко обозначила конституционную систему власти народа (см. комментарий к ст. 3) и конституционную систему государственной власти (ст. 11). Подобное разграничение имеет огромное значение как для формирования гражданского общества, так и для становления правовой государственности в России. Статья 11 органически связана со ст. 2, 10 и 12 Конституции по своему содержанию.

Перечень федеральных органов государственной власти, осуществляющих государственную власть в пределах Российской Федерации, является исчерпывающим. Его расширение без изменения главы 1 невозможно. Введение новых федеральных институтов государственной власти возможно только с соблюдением требований ст. 16 и 136 Конституции (см. комментарий к ст. 16 и 136).

Перечисление органов государственной власти в комментируемой статье отражает принципиально иную, чем это было до принятия Конституции Российской Федерации 1993 г., конституционную систему государственной власти. На ее вершине находится Президент Российской Федерации как глава государства, который не входит прямо ни в одну из ветвей государственной власти согласно принципу разделения властей (см. комментарий к ст. 80).

Следует отметить такую технико-юридическую особенность: наименование парламента не содержит в себе наименования государства. Этого нет также и в названии главы 5 Конституции, в отличие, например, от таких федеральных институтов власти, как Президент и Правительство. Названия палат российского парламента отражают их определенную самостоятельность, что и находит конкретизацию в разграничении их компетенции (см. комментарий к ст. 102 и 103).

Ни ч. 1 ст. 11, ни ч. 3 ст. 118 не конкретизируют понятие "суды Российской Федерации". Это сделано в ст. 4 Федерального конституционного закона от 23 октября 1996 г. (31 декабря 1996 г.) N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" (СЗ РФ. 1997. N 1. Ст. 1). В ч. 2 ст. 4 данного закона говорится: "В Российской Федерации действуют федеральные суды, конституционные (уставные) суды и мировые судьи субъектов Российской Федерации, составляющие судебную систему Российской Федерации".

Часть 3 ст. 4 указанного Закона определяет и систему федеральных судов. "К федеральным судам относятся: Конституционный Суд Российской Федерации; Верховный Суд Российской Федерации, верховные суды республик, краевые и областные суды, суды городов федерального значения, суды автономной области и автономных округов, районные суды, военные и специализированные суды, составляющие систему федеральных судов общей юрисдикции; Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, федеральные арбитражные суды округов, арбитражные суды субъектов Российской Федерации, составляющие систему федеральных арбитражных судов".

2. Субъекты Российской Федерации самостоятельно, в соответствии с основами конституционного строя Российской Федерации и общими принципами организации представительных и исполнительных органов государственной власти определяют систему органов государственной власти, их структуру, полномочия, порядок формирования и их наименование.

Cамостоятельность субъектов Федерации в установлении собственной системы органов государственной власти соответствует конституционному принципу федеративного устройства России - единству системы государственной власти (см. комментарий к ст. 5 и 77). Практика конституционного строительства в субъектах Федерации выявила разнообразие системы организации государственной власти: в одних субъектах имеются президенты, в других - нет; названия представительных органов государственной власти также различаются, есть специфика и в их полномочиях, структуре.

Единство системы государственной власти должно соответствовать и другим основам конституционного строя: республиканской форме правления, социальному и светскому характеру Российского государства.

3. Правовыми способами разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации являются конституционный и договорный. Это необходимо, ибо разграничение предметов ведения и полномочий в Федерации выполняет двоякую роль. С одной стороны, разграничение предметов ведения и полномочий выполняет роль конституционного принципа федеративного устройства Российской Федерации, а с другой стороны, применительно к системе государственной власти в масштабе всей Федерации - конституционного принципа построения самой этой системы.

В правовом механизме разграничения предметов ведения и полномочий приоритет принадлежит федеральной конституции. Исключительные полномочия самой Федерации определены в ст. 71, сфера совместного ведения Федерации и ее субъектов закрепляется ст. 72, вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов последние обладают всей полнотой государственной власти (см. комментарий к ст. 71, 72, 73).

Договорный способ разграничения предметов ведения и полномочий реализуется Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведений и полномочий. Федеративный договор частично инкорпорирован в Конституции, отдельные его положения продолжают действовать постольку, поскольку они не противоречат Конституции. В случае же несоответствия договора (всех трех видов, включая Протокол) положениям Конституции Российской Федерации действуют нормы последней. Это вытекает из ч. 1 ст. 15 и п. 1 раздела второго "Заключительные и переходные положения" Конституции. В настоящее время разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов регулируется Федеральным законом "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации" от 24 июля 1999 г. (СЗ РФ, 1999, N 26, ст. 3176). В данном ФЗ установлены пределы разграничения предметов ведения и полномочий, принципы заключения договоров и их порядок заключения, стороны и предмет договора и согласительные процедуры и разрешение споров.

Данный процесс оценивается неоднозначно. С одной стороны, к сожалению, в силу ряда причин политического, экономического и юридического характера, ряд этих внутрифедеральных договоров предоставил отдельным субъектам Российской Федерации льготы и преимущества, ставящие их в более благоприятные по сравнению с другими субъектами Российской Федерации условия. В отдельных договорах немало политических уступок, "неконституционно" перераспределенных полномочий, экономических, бюджетных льгот и преимуществ. В целом внутрифедеральные договоры увеличили количество привилегированных субъектов Российской Федерации. В статье 32 ФЗ "О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации содержится положение о том, что договоры и соглашения, действующие на территории Российской Федерации до вступления в силу настоящего Федерального закона подлежат приведению в соответствие с настоящим Федеральным законом в течение трех лет со дня его вступления в силу. Следует констатировать, что в настоящее время договорный процесс замедлился. Ряд субъектов Российской Федерации заключили соглашения с Центром о прекращении действия ранее заключенных договоров и соглашений.

С другой стороны, продолжающийся договорный процесс Центра и субъектов Федерации - это реальность, в том числе и правовая. Следует отметить, что в возрастании в свое время договорного права вместо принципа равноправия торжествовал принцип "все равны, но некоторые более равны, чем другие". Договорный процесс взаимоотношений субъектов с Федерацией в целом необходимо ввести исключительно в конституционные рамки. Ибо "вторжение" субъектов Федерации в исключительные полномочия самой Федерации есть не что иное, как прямое нарушение Конституции Российской Федерации. Договорный процесс нельзя направлять на разрушение конституционного строя Российской Федерации. Федеральная Конституция должна быть единственным критерием легитимности всех внутрифедеральных договоров. Необходимо также создание конституционных механизмов, обеспечивающих непререкаемость федеральной Конституции.

 

Статья 12

 

1. Местное самоуправление - разновидность местного управления и одновременно как бы антипод всякому управлению извне, поскольку это самоуправление. В той или иной местности могут иметь место управление гражданами "сверху", через представителей каких-то структур публичной власти более высокой иерархии, и самоуправление граждан, входящих в местное сообщество. Местное самоуправление - самоорганизация местного сообщества и управление его внутренними делами.

Общие правовые, территориальные, организационные и экономические принципы организации местного самоуправления в Российской Федерации, а также государственные гарантии его осуществления устанавливаются Федеральным законом "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". При этом местное самоуправление в Российской Федерации определяется как форма осуществления народом своей власти, обеспечивающая в пределах, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами, самостоятельное и под свою ответственность решение населением непосредственно и (или) через органы местного самоуправления вопросов местного значения, исходя из интересов населения, с учетом исторических и иных местных традиций. Местное самоуправление составляет одну из основ конституционного строя Российской Федерации и осуществляется на всей ее территории.

2. Положение "в Российской Федерации признается и гарантируется местное самоуправление" позволяет констатировать его признание, во-первых, государством как субъектом российского конституционного права в взаимоотношениях с российским народом, который вправе осуществлять свою власть в том числе и через органы местного самоуправления (см. комментарий к ст. 2); это внутреннее сущностное свойство государства, поскольку оно демократическое и правовое (см. комментарий к ст. 1). Во вторых, местное самоуправление признается российским государством как субъектом международно-правового общения, поскольку Россия является членом Совета Европы и в силу распоряжения Президента Российской Федерации от 3 февраля 1996 г. "О первоочередных мероприятиях, связанных с вступлением Российской Федерации в Совет Европы" (СЗ РФ. 1996. N 8. Ст. 743) обязана присоединиться и выполнять Европейскую Хартию местного самоуправления, принятую Советом Европы 15 декабря 1985 г. и ратифицированную Федеральным законом от 11 апреля 1998 г. N 55-ФЗ. В третьих, местное самоуправление должно признаваться всеми другими субъектами политической системы, всеми участниками политических и правовых отношений. Оно должно признаваться и международным сообществом, хотя уже и на другой правовой основе.

3. Местное самоуправление является правом местного сообщества. Граждане же имеют право на участие в местном самоуправлении. В том и другом случае - это не обязанность. Как всякое другое право, право организовать местное самоуправление и право участвовать в нем обеспечиваются заинтересованностью и активностью самих носителей права.

В Конституции нашли отражение правовые, организационные, политические и экономические гарантии местного самоуправления (см. комментарий к ст. 8, 9, 130-133). Государство связано данными нормами. Но нельзя требовать от государства создавать материально-финансовые условия деятельности органов местного самоуправления, обеспечивать их ресурсами. В этом отношении общий принцип взаимоотношений государства с органами местного самоуправления такой же, как и во взаимоотношениях с общественными и иными объединениями граждан. Такой вывод вытекает также из организационной обособленности местного самоуправления, что само по себе является важнейшей гарантией автономного развития местных сообществ.

Государственные гарантии местного самоуправления состоят в охране его прав и законных интересов (включая судебную защиту), в компенсационных выплатах в случае определенного рода расходов, установлении правовых запретов на ограничение прав местного самоуправления (см. комментарий к ст. 133).

Государство гарантирует местное самоуправление комплексом правовых актов, призванных обеспечить эффективное функционирование всей его системы. В настоящее время идет активное обновление всего законодательства, затрагивающего организацию местного самоуправления. В особенности это касается разграничения полномочий органов государственной власти и органов местного самоуправления, финансовых основ функционирования местного самоуправления, установления типов (видов) муниципальных образований. Реформы предполагают внесение изменений в законодательство субъектов Российской Федерации, а также обновление уставов муниципальных образований. Для понимания направлений в реализации конституционных норм о местном самоуправлении имеет значение Указ Президента Российской Федерации "Об утверждении основных положений государственной политики в области развития местного самоуправления в Российской Федерации" от 15 октября 1999 г. N 1370.

В этом Указе местное самоуправление объявляется одной из основ конституционного строя Российской Федерации и в качестве публичной власти, наиболее приближенной к населению, - одной из фундаментальных основ российской системы народовластия. Особую роль играет местное самоуправление в становлении гражданского общества в России, являясь одновременно и механизмом формирования такого общества, и его неотъемлемой составной частью.

Принципиально важно, что за муниципальными образованиями признается право принимать к рассмотрению вопросы, не исключенные из их ведения и не отнесенные к ведению других муниципальных образований и органов государственной власти. В свете принципа самостоятельности в решении местных вопросов имеет значение и ориентация всех должностных лиц, в том числе государственных органов, на выполнение норм муниципального права. Разумеется, следует иметь в виду, что речь может идти только о нормах, отвечающих требованиям законности.

Указом закрепляются механизмы реализации государственной политики в области развития местного самоуправления в Российской Федерации. В числе других к таким механизмам Указ относит: правовое регулирование организационной, финансовой и хозяйственной самостоятельности местного самоуправления при решении вопросов местного значения; формирование системы государственных органов, занимающихся вопросами местного самоуправления. Представляется, что в такой редакции данные положения могут вызвать сомнение, поскольку они находятся в противоречии с содержанием комментируемой статьи.

4. Статья 12 Конституции ориентирует государство на то, чтобы не препятствовать местному самоуправлению и защищать его интересы. В то же время конституционные нормы профилактируют чрезмерное правовое регулирование организации и деятельности органов местного самоуправления, фактически исключают вмешательство в эту сферу исполнительных органов государства.

Местное самоуправление самостоятельно. Это означает, что оно независимо, функционирует под свою ответственность. Всякое постороннее влияние, даже с согласия органа самоуправления, уже подрывает его основы, обесценивает содержательные свойства данного института. Однако самостоятельность эта существует в строго определенных границах. Никакими качествами государственного суверенитета местное самоуправление не обладает.

Во-первых, самостоятельность местного самоуправления осуществляется в пределах полномочий, которые предоставляются ему государством: представительными органами государства, издающими соответствующие законы, и исполнительными органами, которые вправе передавать какие-то полномочия по договору.

Во-вторых, государственные органы не просто вправе, а обязаны вмешиваться, если органы местного самоуправления вступают на путь нарушения законности. Исполнительные органы государства, на которых лежит обязанность проведения законов в жизнь, должны реагировать на случаи неисполнения законов. Судебные органы не только защищают местное самоуправление, но и применяют в отношении его санкции в случае нарушения законодательства. Наиболее решительными в этом отношении являются меры, предусмотренные Федеральным законом от 4 августа 2000 г. N 107-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". Издание органом местного самоуправления, главой местного самоуправления или иным выборным должностным лицом местного самоуправления актов, идущих вразрез с требованиями законности, влечет для них серьезные последствия, вплоть до роспуска представительного органа местного самоуправления и прекращения полномочий соответствующего лица, осуществляемые компетентными органами в рамках установленной законом строгой процедуры.

В-третьих, государственные органы осуществляют прямой контроль, в том числе и с точки зрения целесообразности принимаемых местным самоуправлением решений, если речь идет об осуществлении переданных им государственными органами полномочий, если решается вопрос об использовании государственных средств, предоставленных под решение конкретной задачи. Только в таком контексте следует оценивать Положение о полномочном представителе Президента Российской Федерации в федеральном округе (Указ Президента Российской Федерации от 13 мая 2000 г. N 849), согласно которому в его функции входит участие в работе органов местного самоуправления (при этом он имеет право направлять туда своих заместителей и сотрудников своего аппарата).

5. Самостоятельность местного самоуправления организационно обеспечивается тем, что его органы не входят в систему органов государственной власти. Местное самоуправление как бы "отделено" от государства. И если, например, при Президенте создан Совет по местному самоуправлению, то его нельзя считать входящим в местное самоуправление. По той же причине не является органом местного самоуправления Союз российских городов. Кстати, никакое общественное общероссийское объединение не вправе вмешиваться в деятельность муниципальных образований, объединений муниципальных образований (советов, союзов, ассоциаций) субъектов Российской Федерации, иных объединений муниципальных образований, как либо ограничивать их деятельность. При этом следует учитывать, что система органов государственной власти субъектов Федерации создается субъектами Российской Федерации (см. комментарий к ст. 77), которые образуют органы, осуществляющие в субъектах Федерации государственную власть (ст. 11). Поэтому именно к субъектам Федерации обращено требование не включать органы местного самоуправления в систему органов государственной власти. Конституционный Суд своим решением от 24 января 1997 г. по делу о проверке Закона Удмуртской Республики от 17 апреля 1996 г. "О системе органов государственной власти в Удмуртской Республике" признал положения главы IV "Заключительные и переходные положения" названного Закона Удмуртской Республики "не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 12, в той мере, в какой органы самоуправления района, города фактически включаются в систему органов государственной власти, а именно поскольку данные положения предусматривают: создание объединенных Советов депутатов на переходный период (п. 2, абзац 1); превращение глав администраций муниципальных образований в государственных должностных лиц, а также их назначение и освобождение от должности органами государственной власти Удмуртской Республики (п. 2, абзац 2)" (ВКС. 1996. N 2).

Следует учитывать, что существуют системы, при которых одни и те же органы являются одновременно и государственными, и самоуправленческими. Однако ст. 12 Конституции исходит из другой позиции. Поэтому представляется правильной та доктринальная позиция, согласно которой субъекты местного самоуправления являются корпорациями публичного права, обладающими властными полномочиями по отношению к гражданам, учреждениям, предприятиям и организациям. Они входят в систему государственно-властных отношений, поскольку связаны с государственной властью функционально.

В практике формирования системы местного самоуправления возникает много вопросов. Например, требуется разъяснить, вправе ли выборные должностные лица местного самоуправления входить в состав законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Можно, в частности, утверждать, что исходя из смысла ст. 12 в ее взаимосвязи со ст. 3, 10, 130-133 Конституции Российской Федерации, не допускается вхождение в состав законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации выборного должностного лица местного самоуправления. В противном случае нарушаются конституционные принципы разделения властей, самостоятельности местного самоуправления, государственного контроля за выполнением органами местного самоуправления законов, ответственности должностных лиц местного самоуправления перед государством. Однако вряд ли будет правильным переносить на местное самоуправление принципы организации государственной власти и, в частности, принцип разделения властей. Более того, вряд ли целесообразно порождать конфликты властей на уровне местного самоуправления. С правовой точки зрения ясно одно: Конституция этот вопрос не решает. Не решает его и закон, устанавливающий принципы местного самоуправления. Следовательно, решение вопроса можно отнеси к реализации местным самоуправлением принципа самостоятельности и решения вопроса под свою ответственность.

Положения о самостоятельности органов местного самоуправления нельзя рассматривать в отрыве от других конституционных установлений. На это обстоятельство указал, в частности, Конституционный Суд в постановлении от 16 октября 1997 г. N 14-п. В соответствии со ст. 12 Конституции Российской Федерации местное самоуправление самостоятельно в пределах своих полномочий. По смыслу ст. 130, 131, 132 и 133, Конституцией Российской Федерации и законом устанавливаются права и обязанности местного самоуправления. Согласно ст. 15 (ч. 2) Конституции Российской Федерации органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. Из этого конституционного принципа в его взаимосвязи с другими предписаниями Конституции Российской Федерации, в том числе закрепленными в ст. 1 (ч. 1), 3 (ч. 2), 5 (ч. 2), 12, 15 (ч. 1), 66 (чч. 1, 2), 76, 130, 131, 132, 133, вытекает, что деятельность органов местного самоуправления и выборных должностных лиц местного самоуправления должна соответствовать Конституции Российской Федерации и основанным на ней нормативным правовым актам.

Муниципальные правовые акты, если они противоречат закону, могут быть отменены или их действие может быть приостановлено органами местного самоуправления и должностными лицами местного самоуправления, принявшими соответствующий муниципальный правовой акт, а также судом; в части, регулирующей осуществление органами местного самоуправления отдельных государственных полномочий, переданных им федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, - уполномоченным органом государственной власти Российской Федерации (уполномоченным органом государственной власти субъекта Российской Федерации).

Для того чтобы обеспечить реализацию указанных конституционных положений, а также защитить права граждан (в том числе право на осуществление местного самоуправления) от возможных злоупотреблений своими полномочиями со стороны органов местного самоуправления и выборных должностных лиц местного самоуправления и вместе с тем гарантировать муниципальным образованиям защиту от необоснованного вмешательства в их деятельность, Российская Федерация, как суверенное государство, вправе предусмотреть адекватные меры ответственности органов местного самоуправления и выборных должностных лиц местного самоуправления, в том числе досрочное прекращение полномочий соответствующего органа местного самоуправления, выборного должностного лица местного самоуправления. Досрочное прекращение полномочий - при условии, что оно сопровождается одновременным назначением новых выборов и как разновидность ответственности соразмерно степени совершенного нарушения и значимости защищаемых интересов, - само по себе не может рассматриваться как неправомерное вмешательство органов государственной власти в деятельность местного самоуправления.

Возможность досрочного прекращения полномочий - один из основных принципов, определяющих статус органов и выборных должностных лиц местного самоуправления.

Вообще виды ответственности органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления, основания наступления этой ответственности и порядок решения соответствующих вопросов, в том числе основания и порядок отзыва населением выборных должностных лиц местного самоуправления, досрочного прекращения полномочий выборных органов местного самоуправления и выборных должностных лиц местного самоуправления должны разрешаться уставом муниципального образования. Однако возникающие здесь вопросы общесоциальны и поэтому оправдано включение принципиальных положений об ответственности органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления перед населением муниципального образования, государством, физическими и юридическими лицами в Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации"

Таким образом, участие органов государственной власти в реализации мер ответственности органов и должностных лиц местного самоуправления допустимо. Но поскольку, органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти, поскольку местное самоуправление самостоятельно, ни при каких условиях не допускается участие органов государственной власти и их должностных лиц в формировании органов местного самоуправления, назначении на должность и освобождении от должности должностных лиц местного самоуправления.

 

Статья 13

 

1. Общество неоднородно, поскольку в силу различных обстоятельств экономического, социального, политического характера, в зависимости от пола, возраста, направленности личных интересов и других факторов делится на различные классы, слои и группы населения, объединенные единством интересов их членов и осознанно или неосознанно преследующие общие цели. Именно множественность составных элементов, заключенных в обществе, образует основу идеологического и политического плюрализма. Монистическое видение общества и реализация этого видения в форме установления той или иной идеологии в качестве государственной или обязательной или в его политической системе изначально несут в себе семена отрицания и будущего разрушения, поскольку требуют наличия внешнего по отношению к самому обществу регулятора, способного работать без ошибок и сбоев. Многообразной действительности больше соответствует плюрализм, составляющий часть внутреннего механизма саморегуляции и саморазвития общества.

Признание идеологического многообразия (наряду с признанием политического многообразия и многопартийности) в качестве одной из основ конституционного строя Российской Федерации есть рефлекс на насаждавшийся десятилетиями идеологический монизм, закреплявшийся в советских конституциях и поддерживавшийся всеми институтами государственной власти. Оно означает существенное сужение пределов государственной власти, поскольку из-под контроля государства выводится сфера идеологии, под которой обычно понимается система политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических и философских взглядов и идей, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности.

Признание идеологического многообразия означает также запрет для государства, его органов и должностных лиц в своей официальной деятельности по осуществлению государственно-властных функций и полномочий руководствоваться не Конституцией, законом, иными нормативными актами, а той или иной идеологией, включая идеологию либерализма, социал-демократизма, марксизма-ленинизма и пр. В этом отношении государство "выше идеологии".

Кроме того, из такого признания вытекают некоторые индивидуальные и коллективные права граждан и их объединений на разработку и развитие воззрений и теорий идеологического характера, их распространение в непротиворечащих закону формах и в установленном им порядке, практическое осуществление способами, соответствующими конституционному строю Российской Федерации, и т.п.

2. Из признания в Российской Федерации идеологического многообразия органично вытекает положение, согласно которому никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. По существу, это означает запрет, адресованный органам государственной власти, включая главу государства, законодателя и исполнительную власть, иные органы государства и их должностных лиц, на установление той или иной идеологии в качестве государственной. Тем самым устанавливаются определенные пределы деятельности государства и его органов.

Одновременно этот запрет адресован иным субъектам права, включая, например, общественные объединения, церковь и означает признание антиконституционности провозглашения той или иной идеологии в качестве обязательной в сфере образования, художественном творчестве и иных сферах коллективной жизнедеятельности людей.

3. Признание идеологического многообразия сопровождается признанием политического многообразия и многопартийности, которая является структурированным выражением идеологического многообразия, его оформлением в виде различных политических партий, объединяющих граждан в зависимости от их социальной и политической ориентации. Федеральный закон от 11 июля 2001 года "О политических партиях" предусматривает принципы образования, регистрации и деятельности политических партий и их региональных отделений, государственную поддержку и государственное финансирование политических партий (в зависимости от полученных на выборах голосов), формы их участия в выборах, гарантии их деятельности и контрольные механизмы за соблюдением ими Конституции Российской Федерации и законодательства (СЗ Российской Федерации. 2001. N 29. Ст. 2950).

Для Конституции безразлично количество политических партий, их численный и социальный состав, идеология и пр. Она ограничивается установлением организационных и функциональных параметров существования общественных объединений. Речь идет, с одной стороны, о том, что принципы организации общественного объединения не должны противоречить требованиям демократии и прав человека в том виде, в каком они выражены в Конституции, и, с другой стороны, цели и деятельность общественных объединений должны быть тождественны конституционному строю.

Принцип многопартийности означает также законность политической оппозиции. Конституция легализует мирное, ненасильственное соперничество политических партий за участие в осуществлении государственной власти в установленных Конституцией парламентских и иных формах.

4. Равенство общественных объединений перед законом выражается, во-первых, в равенстве их прав и обязанностей в общественной и хозяйственной деятельности, закрепленных в Конституции и Федеральном законе от 14 апреля 1995 г. (19 мая 1995 г.) N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" с изменениями и дополнениями, внесенными федеральными законами от 18 апреля 1997 г. (17 мая 1997 г.) N 78-ФЗ, от 2 июля 1998 г. (19 июля 1998 г.) N 112-ФЗ (СЗ РФ. 1995. N 21. Ст. 1930; 1997. N 20. Ст. 2231; 1998. N 30. Ст. 3608) и других нормативных правовых актах; во-вторых, в равенстве общественных объединений в их отношениях с государством и его органами.

Конституционное закрепление равенства общественных объединений перед законом выступает в качестве гарантии политического плюрализма и недопущения утверждения в обществе однопартийной системы, подчиняющей себе государство, иные политические и социальные институты. Одновременно это положение означает запрет, адресованный государству, его органам и должностным лицам, создавать более благоприятные условия для существования и деятельности одних объединений и, напротив, препятствовать существованию и деятельности других объединений, если их цели и действия не противоречат Конституции и федеральным законам.

5. Политический плюрализм не безграничен, он опирается на определенные юридические основы, которые определяют внешние рамки деятельности общественных объединений. Главное - в сопряжении их целей с конституционным строем. Именно для охраны Конституции основной закон предусматривает возможность запрета (недопущения создания и деятельности) общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, национальной и религиозной розни.

Содержащаяся в ст. 13 Конституции формула о цели объединения, наличие которой делает его неконституционным, свидетельствует о предупредительном характере института недопущения создания и деятельности общественного объединения в Российской Федерации. Запрет возможен, если имеется реальная угроза конституционному строю государства. Основанием для запрета являются не отдельные нарушения конституционных норм. Таковые, если для этого есть основания, влекут установленную уголовным, гражданским, административным законодательством ответственность физических лиц. Словом, речь идет о наличии таких целей объединения, осуществление которых лишало бы его "идентичности" с конституционным строем государства. Причем упомянутую "идентичность" нельзя истолковывать как ограничение плюралистической демократии, свободы политической деятельности, в том числе по реформированию самого конституционного строя в соответствии с установленными Конституцией процедурами и в предусмотренных ею формах.

Одновременно представляется, что проблема конституционности может и должна рассматриваться не только с точки зрения взаимоотношений объединения с другими участниками политического процесса, но и с точки зрения его внутренней организации, основных принципов организационного построения и функционирования. Однако в этом последнем случае для запрета объединения нарушение демократических принципов организации и деятельности должно носить характер принципиально антидемократической позиции, выражающейся в отказе или грубом нарушении в широких масштабах прав человека, воспрепятствовании функционированию в установленном Конституцией порядке государственных институтов, суверенности государственной власти и пр. Соответствующие оценки, влекущие за собой обязательные юридические последствия, может давать только суд. Причем антидемократическая позиция объединения должна быть подтверждена в суде совокупностью фактов, свидетельствующих о реальной угрозе существования и деятельности такого объединения конституционному строю, безопасности личности, общества и государства.

6. Объектами конституционной охраны, а при необходимости и защиты уполномоченными на то органами являются конституционный строй России, ее целостность и безопасность, а также социальное, национальное и религиозное согласие.

Соответствующие цели в документах объединения могут не провозглашаться вообще, но именно к этим результатам в конечном счете может привести деятельность партии, общественной организации или массового движения, если она не будет пресечена в порядке, установленном Конституцией и Федеральным законом "Об общественных объединениях". Достаточно наличия хотя бы одного из указанных в Конституции критериев, чтобы соответствующее объединение могло быть признано неконституционным.

Из Конституции следует, что неконституционны любая партия, организация и движение, имеющие целью насильственное изменение конституционного строя. Речь идет именно о насильственном изменении. Следовательно, любые призывы или требования изменения конституционного строя России в соответствии с установленными Конституцией и законами процедурами не могут признаваться неконституционными; таковыми являются только такие действия (или пропаганда таких действий), которые носят антиконституционный характер и несовместимы с Конституцией.

Нельзя излишне широко толковать и понятие насилия. Как представляется, речь должна идти не о психологическом воздействии или экономическом и политическом давлении (забастовки, стачки и пр.), а о насильственном лишении конституционных органов законодательной, исполнительной и судебной власти возможности осуществлять свои функции и полномочия. Формы такого воспрепятствования могут быть различными, но для признания их антиконституционными необходимо реальное использование насилия для изменения конституционного строя Российской Федерации.

В комментируемой части ст. 13 Конституции говорится, что "запрещается создание и деятельность:", т.е. речь идет не только об организационном (создание), но и функциональном (деятельность) аспектах общественного объединения. Следовательно, объектом оценки должны быть не только устав и программа (такая оценка осуществляется и на этапе регистрации объединения Министерством юстиции Российской Федерации и его органами) (см. комментарий к ст. 30), но и его деятельность, то, в какой мере выраженные в учредительных актах цели проявляются в практической деятельности объединения. При этом достаточно провозглашения в учредительных актах указанных целей, особенно если такое объединение достаточно многочисленно, сплоченно и нацелено на антиконституционное действие, а обстоятельства и факты свидетельствуют, что такое действие произойдет. При этом, однако, в качестве доказательств не могут приниматься доктринальные посылки о революции, сломе или отмирании государства и пр.

В качестве критерия неконституционности общественного объединения Конституция называет также наличие у соответствующего объединения цели насильственного нарушения "целостности Российской Федерации". Под целостностью государства следует понимать его территориальную целостность. Стало быть, для признания объединения неконституционным необходимо провозглашение в ее учредительных актах цели насильственного отторжения территории государства либо установление направленности ее практической, политической или иной деятельности именно на насильственное отторжение территории государства или инициирование действий по насильственному отторжению государственной территории. С объективной стороны эта деятельность может также выражаться в сепаратистских устремлениях с использованием насилия или в деятельности, направленной на поощрение или оказание помощи иностранному государству или международной организации в насильственном отторжении части территории России.

Подрыв безопасности государства - один из главных критериев неконституционности любого общественного объединения. Конституция не раскрывает содержание и юридическую природу такого понятия; это сделано в текущем законодательстве, прежде всего в Законе Российской Федерации от 5 марта 1992 г. N 2446-I "О безопасности" с изменениями и дополнениями, внесенными Законом РФ от 25 декабря 1992 г. N 4235-I, Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г. N 2288 (Ведомости РФ. 1992. N 15. Ст. 769; 1993. N 2. Ст. 77; САПП. 1993. N 52. Ст. 5086). Безопасность государства - это состояние защищенности его жизненно важных интересов от внутренних и внешних угроз. В свою очередь под жизненно важными интересами понимается совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития государства. Таким образом, понятие "подрыв безопасности государства" носит обобщающий характер и включает насильственное изменение конституционного строя и территориальной целостности государства. В понятие безопасности государства указанный закон включает его суверенитет. Общественное объединение, коль скоро оно развивается в конституционном пространстве, не должно ставить под угрозу безопасность государства - его конституционный строй, суверенитет и территориальную целостность. Само существование объединения и его деятельность не должны подрывать состояние защищенности жизненно важных интересов государства, ставить их под угрозу внутри государства или извне.

Самостоятельное место в ряду критериев неконституционности политической партии, общественной организации и массового движения занимает "разжигание социальной, национальной и религиозной розни". В связи с этим следует прежде всего предостеречь от смешения конституционного и уголовно-правового аспектов этой проблемы. Уголовное право касается ее лишь в контексте уголовной ответственности физических лиц за конкретные действия, которые признаются преступными и влекут установленное УК РФ наказание.

Конституционное право рассматривает эту проблему в значительно более широком социальном плане - в смысле государственно-правовой организации взаимоотношений между различными классами и социальными слоями, нациями и этническими группами, конфессиями и религиозными объединениями. И в этом смысле Конституция закрепляет в качестве основы социальных отношений - социальную солидарность; межнациональных отношений - национальное равноправие, сотрудничество между нациями и народами, национальный суверенитет; отношения к религии - веротерпимость, отделение церкви от государства (светское государство), свободу культов и равное участие граждан в осуществлении государственной власти и управления независимо от своего отношения к религии и церкви.

Термин "разжигание", если исходить из этимологии этого слова, предполагает активную деятельность объединения или его членов, действующих в соответствии с учредительными актами объединения или по его поручению, направленную на достижение соответствующих целей. Эта деятельность может выражаться в форме агитации или пропаганды, массовых мероприятий, включая митинги, собрания, демонстрации и пр. Цель этой деятельности заключается в возбуждении классовой ненависти или нетерпимости, подрыве доверия и уважения к той или иной национальности, доказательстве превосходства одной нации над другой, воспитании неприязни к национальным обычаям, быту и образу жизни, а также в возбуждении недоверия и неприязни к той или иной религии и ее сторонникам, ущемлении законных интересов и прав определенных конфессий и групп верующих.

Речь при этом идет не об отдельных фактах, сколько бы значимыми они ни были (эти деяния могут повлечь уголовную, административную, гражданскую ответственность), а о политике объединения, его деятельности, направленной на достижение противостояния и внеправовых форм и методов борьбы между классами и социальными слоями общества, нациями и этническими группами, различными конфессиями. Иными словами, в качестве разжигания социальной розни не могут квалифицироваться констатация наличия в обществе классовой борьбы или утверждение о необходимости так называемого классового подхода к оценке и объяснению явлений социальной действительности. Речь идет не об абстрактных принципах социальной и национальной организации общества и взаимоотношений государства и церкви, церквей между собой, а о пропаганде насилия как принципа и способа действия, направленного на разжигание социальной, национальной и религиозной розни, на насильственное разрешение существующих социальных, национальных или религиозных противоречий.

Особо оговаривается недопустимость создания общественными объединениями вооруженных формирований. Речь идет о запрете таких объединений, которые хотя бы косвенно преследуют политические и иные цели посредством организаций военизированного характера, причем данный запрет имеет общее значение и распространяется на все общественные объединения.

7. При решении вопроса о критериях конституционности общественных объединений нельзя абстрагироваться и от международных обязательств Российской Федерации, в частности, предусмотренных Международной конвенцией о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 7 марта 1966 г. Ее ст. 4 устанавливает, что государства - участники осуждают всякую пропаганду и все организации, основанные на идеях или теориях превосходства одной расы или группы лиц определенного цвета кожи или этнического происхождения, или пытающиеся оправдать либо поощряющие расовую ненависть и дискриминацию в какой бы то ни было форме, и обязываются принять немедленные и позитивные меры, направленные на искоренение всякого подстрекательства к такой дискриминации или актов дискриминации, и с этой целью "объявляют противозаконными и запрещают организации, а также организованную и всякую другую пропагандистскую деятельность, которые поощряют расовую дискриминацию и подстрекают к ней, и признают участие в таких организациях или в такой деятельности преступлением, караемым законом".

Выражение "расовая дискриминация", используемое в указанной конвенции, означает "любое различие, исключение, ограничение или предпочтение, основанное на признаках расы, цвета кожи, родового, национального или этнического происхождения, имеющие целью или следствием уничтожение или умаление признания, использования или осуществления на равных началах прав человека и основных свобод в политической, экономической, социальной, культурной или любых других областях общественной жизни".

Из приведенных положений Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации вытекают по меньшей мере три основных вывода, имеющих существенное значение для правильного понимания существа вопроса: во-первых, подлежат объявлению противозаконными и запрещению как ведущие соответствующую пропаганду организации, так и организации, хотя и не ведущие такую пропаганду или деятельность, но основанные на идеях или теориях превосходства одной расы либо группы лиц определенного цвета кожи или этнического происхождения; во-вторых, участие в таких организациях признается преступлением, караемым законом; в-третьих, критерием законности организации является ее отношение к правам человека без различия расы, цвета кожи, национальности или этнического происхождения (см. также комментарий к ст. 19).

8. Согласно Федеральному закону "Об общественных объединениях" общественные объединения, в том числе не зарегистрированные в органах юстиции, в случае нарушения законодательства Российской Федерации несут ответственность в соответствии с указанным Федеральным законом и другими законами. В случае нарушения законодательства Российской Федерации общественными объединениями, не зарегистрированными в органах юстиции, ответственность за данные нарушения несут лица, входящие в состав руководящих органов этих объединений. При совершении общественными объединениями, в том числе не зарегистрированными в органах юстиции, деяний, наказуемых в уголовном порядке, лица, входящие в руководящие органы этих объединений, при доказательстве их вины за организацию указанных деяний могут по решению суда нести ответственность как руководители преступных сообществ. Другие члены и участники таких объединений несут ответственность за те преступные деяния, в подготовке или совершении которых они участвовали.

Федеральный закон "Об общественных объединениях" устанавливает, что деятельность общественных объединений может быть приостановлена в случае нарушения Конституции Российской Федерации, конституций (уставов) субъектов Российской Федерации, законодательства Российской Федерации по решению суда в порядке, предусмотренном этим Федеральным законом и другими федеральными законами.

При наличии соответствующих оснований Генеральный прокурор Российской Федерации вносит в руководящие органы общероссийских и международных общественных объединений представление об указанных нарушениях и устанавливает срок для их устранения. Если в установленный срок эти нарушения не устраняются, деятельность общественных объединений приостанавливается на срок до шести месяцев решением Верховного Суда Российской Федерации на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации. Приостановление деятельности межрегиональных, региональных и местных общественных объединений осуществляется судом соответствующего субъекта Российской Федерации по заявлению прокурора данного субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном Законом "О прокуратуре Российской Федерации".

Орган, регистрирующий общественные объединения, также вправе подать заявление в суд о приостановлении деятельности общественных объединений после двух письменных предупреждений, если эти предупреждения не были обжалованы в суд в установленном законом порядке.

Порядок приостановления деятельности общественных объединений в случае введения чрезвычайного положения на территории Российской Федерации определяется федеральным конституционным законом.

Приостановление деятельности общественных объединений влечет за собой ряд правовых последствий. В случае приостановления деятельности общественного объединения на срок, установленный решением суда, приостанавливаются его права как учредителя средств массовой информации, ему запрещается организовывать собрания, митинги, демонстрации и другие публичные мероприятия, принимать участие в выборах, использовать банковские вклады, за исключением расчетов по хозяйственной деятельности и трудовым договорам, возмещению убытков, причиненных его действиями, и уплате штрафов.

Если в течение установленного судом срока приостановления деятельности общественного объединения оно устраняет нарушение, послужившее основанием для приостановления его деятельности, то после окончания указанного срока общественное объединение возобновляет свою деятельность. В случае же неустранения указанного нарушения орган, внесший в суд заявление о приостановлении деятельности данного объединения, вносит в суд заявление о его ликвидации. В частности, общественное объединение может быть ликвидировано по решению суда в случаях: нарушения требований ст. 16 Федерального закона "Об общественных объединениях"; виновного нарушения своими действиями прав и свобод граждан; неоднократных или грубых нарушений закона или иных правовых актов; систематического осуществления общественным объединением деятельности, противоречащей его уставным целям.

Заявление в суд о ликвидации общероссийского или международного общественного объединения по указанным в данной статье основаниям вносится Генеральным прокурором Российской Федерации. Заявление в суд о ликвидации межрегионального, регионального и местного общественных объединений по указанным в данной статье основаниям вносится прокурором соответствующего субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном Законом "О прокуратуре Российской Федерации".

Ликвидация общественного объединения по решению суда означает запрет на его деятельность независимо от факта его государственной регистрации.

 

Статья 14

 

1. В филологии понятие "светское" определяется как мирское, нецерковное. Правовая характеристика светского государства не противоречит такой трактовке. Речь идет о государстве, в котором: 1) религиозные объединения и их иерархи не включены в системы органов государственной власти и местного самоуправления; им не делегированы какие-либо государственно (муниципально)-властные правомочия; никакие действия или решения органов государственной власти и местного самоуправления, реализующие их функции, не согласовываются с религиозными объединениями и не утверждаются ими; 2) члены общества обладают равным объемом прав и свобод независимо от отношения к религии и принадлежности или непринадлежности к какой-либо религии; ни одно религиозное объединение (церковь, конфессия) не может быть объявлено носителем государственного вероучения или финансироваться из государственного (местного) бюджета; 3) государство (местное самоуправление) не участвует в регулировании внутреннего устройства религиозных объединений; государственные (муниципальные) служащие не вправе использовать свое служебное положение в интересах религиозных объединений для пропаганды отношения к ним; в государственных органах не могут образовываться структуры религиозных объединений; 4) решения руководящих органов религиозных объединений не имеют силы публично-правовых или частноправовых норм и актов; государство не участвует в их реализации для верующих; 5) иерархи религиозных объединений не привлекаются к участию в государственных церемониях и других официальных мероприятиях в ином качестве, нежели представители верующих; в свою очередь государственные (муниципальные) служащие не вправе участвовать в религиозных церемониях в своем официальном качестве, а не в качестве обычных верующих, и в служебных помещениях не должны размещаться предметы религиозной символики; 6) система образования не включает обязательное преподавание каких-либо религиозных вероучений, не организуется и не контролируется религиозными объединениями.

2. Светский характер государства (местного самоуправления) предполагает вместе с тем, как вытекает, в частности, из ст. 28 Конституции, уважение к убеждениям, мыслям, чувствам, действиям верующих, выражающих их веру, к исповедуемым ими религиозным учениям, обрядности и символике; недопустимость ограничений религиозной деятельности кроме как по основаниям, прямо предусмотренным законом. Речь в последнем случае идет о ситуациях, когда создание и деятельность религиозного объединения либо деятельность отдельных религиозных фанатиков сопряжена с разжиганием религиозной ненависти или вражды, с насилием над людьми или иным причинением вреда здоровью, с побуждением к отказу от исполнения гражданских обязанностей или к совершению иных противоправных деяний. Таким образом, государство ограничивает деятельность религиозных объединений или религиозную деятельность отдельных лиц лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ст. 55 Конституции). Здесь нет противоречия с положениями ст. 14 (как и ст. 28, 29), так как дело не во вмешательстве в религиозную жизнь как таковую, а в предупреждении и пресечении общественно опасных и иных противоправных деяний, связанных с мотивацией религиозного фанатизма или с прикрытием криминальных и других антиобщественных целей ссылками на религию.

3. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России полностью согласуются с положениями ст. 14 и вытекающими из них подходами во взаимоотношениях светского государства и религиозных объединений, а также отдельных верующих. Так, ст. 9 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод устанавливает, с одной стороны, свободу мысли, совести и религии (в том числе свободу менять религию или убеждения и свободу, исповедовать свою религию или убеждения единолично или сообща, публично или частным порядком), а с другой стороны - возможность таких ограничений, которые установлены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах его спокойствия, охраны порядка, здоровья и нравственности или для защиты прав и свобод других лиц. Статьи 1 и 18 Международного пакта о гражданских и политических правах, устанавливая право каждого свободно исповедовать религию или иные убеждения и запрещая принуждение, умаляющее эту свободу, в то же время допускают установление законом ограничений в данной сфере, необходимых для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья и морали, основных прав и свобод других лиц.

4. Уголовный кодекс РФ 1996 г. содержит ст. 239, устанавливающую ответственность за организацию религиозного объединения, посягающего на личность и права граждан (в том числе в форме принуждения к отказу от исполнения гражданских обязанностей), а также за участие в деятельности указанного объединения или пропаганду деяний, для осуществления которых оно создано. Статья 282 УК устанавливает ответственность за действия, направленные на возбуждение религиозной вражды, а равно пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии. На предупреждение и пресечение общественно опасных проявлений религиозного фанатизма в значительной мере направлены также ст. 214 УК об ответственности за вандализм (осквернение зданий и иных сооружений); ст. 243 УК - об ответственности за уничтожение или повреждение памятников истории и культуры; ст. 244 УК - об ответственности за надругательство над телами умерших и местами их захоронения.

5. Уважение к религиям и исповедующим их лицам светское государство выражает исходя из равного отношения ко всем вероисповеданиям и такого же отношения к убеждениям лиц, не исповедующих никакой религии.

Нарушение законодательства о свободе совести и вероисповедания, в том числе прав религиозных объединений на различную некоммерческую деятельность, благотворительство, влечет, в зависимости от характера и последствий, гражданско-правовую, дисциплинарную, административную или уголовную ответственность. Статья 50 ГК РФ специально устанавливает, что юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в форме религиозных объединений, на которые распространяются понятие правоспособности и гарантии законной деятельности юридического лица. КоАП устанавливает ответственность за нарушение законодательства о свободе совести и вероисповедания, в том числе за воспрепятствование принятию религиозных (как и иных) убеждений или отказу от них, вступлению в религиозные объединения или выходу из них, совершению религиозных обрядов, если такое воспрепятствование не содержит состава преступления. Административная ответственность установлена и за оскорбление религиозных убеждений граждан, почитаемых ими предметов и прочего, если эти деяния не содержат состава преступления против личности, общественной безопасности и общественного порядка, интересов службы и т.д.

6. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом. Данная выше характеристика светского государства определяет вместе с тем и содержание отделения от него религиозных объединений. Суть состоит в невмешательстве государства во внутренние дела религиозных объединений (за исключением случаев предупреждения и пресечения общественно опасных и иных противоправных деяний, совершаемых под прикрытием религиозных вероучений); такое же невмешательство требуется от религиозных объединений по отношению к делам государства и местного самоуправления. Взаимное невмешательство предполагает, в частности, что государственные или муниципальные органы не вправе делегировать какие-либо из своих функций религиозным организациям, как и не могут принимать на себя какие-либо функции, принадлежащие религиозным объединениям.

Сказанное не означает, однако, изоляции религиозных объединений от жизни общества, не говоря уже о равноправии членов религиозных объединений с другими членами общества в участии в управлении делами государства (см. комментарий к ст. 32, 33).

Действующее законодательство, и прежде всего Федеральный закон от 7 июля 1995 г. (11 августа 1995 г.) N 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и благотворительных организациях", Федеральный закон от 8 декабря 1995 г. (12 января 1996 г.) N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях", предусматривает и конкретные области организационно-правового взаимодействия религиозных объединений с государственными органами или органами местного самоуправления. Например, некоммерческие организации, созданные в форме религиозных объединений, могут осуществлять благотворительную, нравственно-воспитательную, культурную деятельность, содействовать разрешению различных споров и конфликтов и т.д. В этой связи они могут получить от органов государственной власти или оперативного управления те или иные льготы, социальные заказы и т.д. Значительное развитие получила благотворительная деятельность религиозных объединений по оказанию социальной помощи и поддержке пострадавшим в результате бедствий и конфликтов, семьям и детям, находящимся в трудных жизненных ситуациях; по содействию охране семьи, материнства, отцовства, детства; по содействию деятельности в сфере образования, культуры, духовного развития личности и улучшения морально-психологического состояния членов общества; по обеспечению должного содержания объектов и территорий, имеющих историческое, культурное, культовое значение. По соглашению с соответствующими ведомствами религиозные объединения участвуют в профилактике правонарушений и в социальной адаптации лиц с правонарушающим поведением, в том числе осужденных за совершение преступлений к лишению свободы. Вся эта деятельность связана с регистрацией или лицензированием.

Не противоречит закону деятельность религиозных объединений по оказанию правовой и иной помощи единоверцам в различных конфликтных ситуациях, связанных, например, с отказом от несения военной службы по мотиву религиозных убеждений (вероисповедания) и необходимостью ее замены обязательной альтернативной гражданской службой (ст. 59 Конституции), с отказом от дачи показаний священнослужителем по обстоятельствам, известным ему из исповеди, и т.п.

Организационно-правовой аспект взаимодействия органов государственной власти и местного самоуправления с религиозными объединениями существует и в сфере имущественных правоотношений. Дальнейшая реализация этой проблемы связана, в частности, с обязательством России, данным при вступлении в Совет Европы, "в кратчайшие сроки возвратить собственность религиозных организаций".

7. Конституция не упоминает об отделении от церкви образовательных учреждений. Однако нет оснований полагать, что речь идет о принципиальных изменениях в политике государства. Законодательство об образовании предполагает его светский характер, общесоциальную, а не конфессиональную направленность. Вместе с тем церковь вправе иметь свои учебные заведения для подготовки священнослужителей; организовывать занятия по основам вероучения.

8. До революции православная церковь обладала по законам Российской Империи рядом исключительных правомочий и привилегий по сравнению с другими конфессиями, находившимися, кстати, в ведении соответствующего департамента МВД. Структура православной церкви, создание новых епархий, назначение высших иерархов осуществлялось при решающем участии высших органов власти; законами в значительной степени регулировалась и внутренняя деятельность этой церкви. Обширной компетенцией обладала духовная цензура; значительная часть расходов (на содержание учреждений, храмов, миссионерскую деятельность и т.д.) покрывалась из государственного бюджета. Только православная церковь имела право проповедовать свое вероучение. Эти привилегии, конечно, ставили ее в неравное положение по отношению к старообрядцам (в конце XIX в. - 12-13 млн. человек), католикам (10 млн.), лютеранам (5 млн.), магометанам (12 млн.), иудеям (4 млн.), язычникам (около 1 млн. человек). Очевидно, что полное или хотя бы частичное воспроизведение описанной ситуации невозможно, несмотря на место православной церкви в отечественной истории и ее заслуги. Неравенство отделенных от государства религиозных объединений перед законом, ограничение деятельности каких-либо из них в пользу других несовместимо с Конституцией.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 23 ноября 1999 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности абзацев третьего и четвертого пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 26 сентября 1997 года "О свободе совести и о религиозных объединениях" в связи с жалобами религиозного общества свидетелей Иеговы в городе Ярославле и религиозного объединения "Христианская церковь прославления"" (ВКС. 1999. N 6) зафиксировал ряд правовых позиций, касающихся и равенства религиозных объединений, и их свободы, и их возможностей, в частности, установил: из ст. 28 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. 13 (ч. 4), 14, 19 (чч. 1 и 2) и 30 (ч. 1) следует, что свобода вероисповедания предполагает свободу создания религиозных объединений и свободу их деятельности на основе принципа юридического равенства, в силу чего федеральный законодатель, реализуя полномочия, вытекающие из ст. 71 (пп. "в" и "о") и 76 Конституции Российской Федерации, вправе урегулировать гражданско-правовое положение религиозных объединений, в том числе условия признания религиозного объединения в качестве юридического лица, порядок его учреждения, создания, государственной регистрации, определить содержание правоспособности религиозных объединений.

При этом законодатель, учитывая исторически сложившийся в России многоконфессиональный уклад, обязан соблюдать положение ст. 17 (ч. 1) Конституции Российской Федерации о том, что в Российской Федерации гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Вводимые им меры, относящиеся к учреждению, созданию и регистрации религиозных организаций, не должны искажать само существо свободы вероисповедания, права на объединение и свободы деятельности общественных объединений, а возможные ограничения, затрагивающие эти и иные конституционные права, должны быть оправданными и соразмерными конституционно значимым целям.

В демократическом обществе с присущим ему религиозным плюрализмом, как следует из ст. 17 (ч. 3) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им положений ст. 18 (пп. 2 и 3) Международного пакта о гражданских и политических правах, а также ст. 9 (п. 2) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подобного рода ограничения могут быть предусмотрены законом, если это необходимо в интересах общественного спокойствия, охраны общественного порядка, здоровья и нравственности или для защиты прав и свобод других лиц. Государство вправе предусмотреть определенные преграды, с тем чтобы не предоставлять статус религиозной организации автоматически, не допускать легализации сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния, а также воспрепятствовать миссионерской деятельности (в том числе в связи с проблемой прозелитизма), если она несовместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам, а именно сопровождается предложением материальных или социальных выгод с целью вербовки новых членов в церковь, неправомерным воздействием на людей, находящихся в нужде или в бедственном положении, психологическим давлением или угрозой применения насилия и т.п. На это, в частности, обращается внимание в постановлении Европейского парламента от 12 февраля 1996 г. "О сектах в Европе" и в рекомендации Совета Европы N 1178 (1992) "О сектах и новых религиозных движениях", а также в постановлениях Европейского суда по правам человека от 25 мая 1993 г. (Series А no. 260-А) и от 26 сентября 1996 г. (Reports of Judgments and Decisions, 1996-IV), разъяснивших характер и масштаб обязательств государства, вытекающих из ст. 9 названной Конвенции.

 

Статья 15

 

1. Применительно к комментируемой статье Конституция есть способ закрепления и выражения высших правовых норм, и в этом смысле она сама выступает в качестве так называемой абсолютной нормы, которой не могут противоречить любые правовые акты, действующие в Российской Федерации.

Отсюда вытекают по крайней мере два взаимосвязанных положения: во-первых, Конституция юридически закрепляет и гарантирует политическое, государственное единство народа независимо от федеративного устройства государства; во-вторых, речь идет о единстве правовой системы Российской Федерации и ее субъектов, а сама Конституция служит гармонизации единого правового пространства России.

Закрепление высшей юридической силы Конституции охватывает два аспекта: во-первых, территориальный - в России нет анклавов, свободных от действия федеральной Конституции, и она не нуждается в ратификации или иной форме утверждения субъектами Российской Федерации и, во-вторых - верховенство в иерархии законов и иных правовых актов, принимаемых всеми органами и должностными лицами, которые при издании нормативных актов или актов правоприменения связаны требованиями Конституции.

Провозглашение Конституции законом прямого действия означает трансформацию Конституции из средства и способа узурпации права относительно небольшим по численности слоем общества в средство и способ легализации права всем обществом и во имя интересов общества и его членов. При этом интеграция конституционной модели организации общественных отношений в социальную практику в тексте Конституции выражается и обозначается различными терминами - "вступление в силу", "введение в действие", "действие", "прямое действие", "непосредственное действие", "осуществление", "применение" и другими, которые несут различную смысловую нагрузки и обозначают нетождественные понятия.

Прямое действие Конституции есть условие и момент ее осуществления, интеграции конституционных установлений в социальную практику, реализации гражданами принадлежащих им от рождения и закрепленных в Конституции прав и свобод. Часть 1 комментируемой статьи содержит указание на содержательную характеристику прямого действия в смысле ее регулирующего воздействия на общественные отношения; в этом смысле оно упоминается в одном ряду с высшей юридической силой и обязательностью применения всеми правоприменителями. Прямое действие Конституции и ее норм присуще всем способам правореализационного процесса, в том числе соблюдению, исполнению, использованию и применению. При этом, однако, возможно и необходимо различать непосредственное и опосредованное действие Конституции, которые выступают формами прямого действия. В основе такого разграничения - различные уровни регулирования конституционных отношений, субъектами которых выступают многонациональный народ Российской Федерации, Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, государственные и общественные органы и организации, органы местного самоуправления, должностные лица и граждане и т.д. И если на более высоком уровне конституционного регулирования нередко достаточно конституционных норм, то на другом уровне - в конституционных правоотношениях с участием граждан - часто необходима большая степень формальной определенности при установлении их прав и обязанностей, что обеспечивается посредством отраслевых норм. В последнем случае конституционные нормы, конкретизируясь в нормах соответствующих отраслей права, действуют опосредованно.

Непосредственное действие конституционных норм характерно для всех форм государственной деятельности - законодательной, исполнительной, судебной, а также для процесса осуществления гражданами принадлежащих им прав, свобод и обязанностей. Когда самих конституционных норм бывает недостаточно для реализации постановлений Конституции, они действуют совместно с нормами различных отраслей права - конституционного, административного, гражданского и др. Такой перевод общих конституционных предписаний на язык отраслевого законодательства должен сопровождаться конкретизаций установлений Конституции, детализацией конституционных правомочий носителей конституционных прав и обязанностей, а также выработкой процессуальных форм осуществления ее норм. В процессе такой конкретизации, осуществляемой законодателем, недопустимы отступление от буквы и духа Конституции, заложенных в ней ценностных ориентиров, ограничение круга предусмотренных конституционной нормой правомочий или носителей соответствующих прав и обязанностей. Законодатель в конкретизирующем нормативном акте с необходимой степенью формальной определенности устанавливает и содержание конституционной нормы, и процедуру ее осуществления.

Из прямого действия Конституции вытекает, что конкретизация конституционных норм осуществляется не только законодателем, но и правоприменительными органами, в том числе судами. По существу, речь идет о толковании конституционных норм в процессе их применения.

Применение конституционных норм - императивное веление Конституции, обращенное ко всем без исключения правоприменителям, включая государство, его органы и должностных лиц, а также общественные объединения и их органы - по делегированию государства. Конституционные нормы применяются на всей территории Российской Федерации, а также к отечественным юридическим и физическим лицам, пребывающим за пределами ее территории. При этом применение конституционных норм означает индивидуализацию этих норм в связи с конкретной жизненной ситуацией, требующей разрешения, применительно к конкретному субъекту правоотношений.

Правоприменительные органы организуют осуществление конституционных норм в том случае, если необходима персонификация соответствующей нормы или норм применительно к конкретному субъекту, и с этой целью издают индивидуально-правовые акты - правоконстатирующие или правоприменительные.

В частности, в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 8 от 31 октября 1995 года "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" (БВС Российской Федерации, 1996, N 1 разъяснено:

"Суд, разрешая дело, применяет непосредственно Конституцию, в частности:

а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из ее смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность ее применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) когда суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей;

в) когда суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции;

г) когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует.

В случаях, когда статья Конституции Российской Федерации является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения."

Отсюда, однако, не следует, что суды общей юрисдикции вправе сами устанавливать противоречие федерального закона ил иного нормативного акта Конституции Российской Федерации и на этом основании не применять такой акт. Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 16 июня 1998 года N 19-П по делу о толковании отдельных положений ст. 125, 126 и 127 Конституции (ВКС Российской Федерации, 1998, N 5) указал:

"1. Предусмотренное статьей 125 Конституции Российской Федерации полномочие по разрешению дел о соответствии Конституции Российской Федерации федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, относится к компетенции только Конституционного Суда Российской Федерации. По смыслу статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации, суды общей юрисдикции и арбитражные суды не могут признавать названные в ее статье 125 (пункты "а" и "б" части 2 и часть 4) акты не соответствующими Конституции Российской Федерации и потому утрачивающими юридическую силу.

2. Суд общей юрисдикции или арбитражный суд, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации федерального закона или закона субъекта Российской Федерации, не вправе применить его в конкретном деле и обязан обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности этого закона. Обязанность обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с таким запросом, по смыслу частей 2 и 4 статьи 125 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 2, 15, 18, 19, 47, 118 и 120, существует независимо от того, было ли разрешено дело, рассматриваемое судом, отказавшимся от применения неконституционного, по его мнению, закона на основе непосредственно действующих норм Конституции Российской Федерации.

3. Статьи 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации не исключают возможности осуществления судами общей юрисдикции и арбитражными судами вне связи с рассмотрением конкретного дела проверки соответствия перечисленных в статье 125 (пункты "а" и "б" части 2) Конституции Российской Федерации нормативных актов ниже уровня федерального закона иному, имеющему большую юридическую силу акту, кроме Конституции Российской Федерации."

Из высшей юридической силы Конституции, ее прямого действия и применения на всей территории Российской Федерации естественно вытекает положение о том, что законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Данное положение охватывает как федеральные законы, так и законы субъектов Российской Федерации, включая и их учредительные акты (конституции и уставы), а также иные правовые акты - как нормативные, так и правоприменительные. В силу этого указанное веление нормы распространяется на законодателя, органы исполнительной власти и суды, органы местного самоуправления, которые связаны верховенством Конституции как в процессе нормотворчества, так и в процессе правоприменения.

В комментируемом положении Конституции используется термин "непротиворечие Конституции Российской Федерации". Между тем в ст. 125 Конституции применен иной термин - "соответствие Конституции Российской Федерации" (см. комментарий к ст. 125). Фактическое и юридическое содержание понятий, обозначаемых этими терминами, не вполне совпадает. Императивные нормы Конституции однозначно определяют вариант поведения их адресатов, и в этом случае Конституция пользуется термином "соответствие" ("несоответствие"). Диспозитивные нормы допускают различные варианты поведения адресатов, и выбор любого из этих вариантов при соблюдении указанных в них условий и обстоятельств не противоречит Конституции.

2. Применительно к ч. 2 ст. 15 Конституции следует отметить четыре обстоятельства. Во-первых, закрепляется универсальная для всех субъектов права обязанность соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. Она возлагается также на иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории России (см. комментарий к ст. 62), и на Российское государство как особое учреждение и особую международную личность (см. комментарий к ст. 2, 46, 55, 71).

Во-вторых, требование соблюдения конституционных норм касается не только нормотворческой деятельности государства и его органов, но и всех иных видов их деятельности, в том числе исполнительно-распорядительной и судебной, а также поведения граждан.

В-третьих, понятие "соблюдение", используемое в настоящей статье, шире сложившегося в юриспруденции понимания соблюдения, которое выражается в том, что субъекты права сообразуют свое поведение с юридическими запретами. Соблюдение в конституционном смысле характеризуется не только пассивным поведением субъекта, несовершением им запрещаемых Конституцией действий. Оно включает также активное поведение субъектов, требуемое конституционной нормой и направленное на достижение ее целей, и в этом смысле совпадает с понятием выполнения конституционных норм.

В-четвертых, в действующей Конституции удельный вес запретов как способов регулирования поведения граждан незначителен. Однако запреты широко используются Конституцией для нормирования деятельности государства (включая его органы и должностных лиц) как субъекта конституционно-правовых отношений. В этом случае запреты обращены не только к законодателю в смысле запрета издавать те или иные законы и иные нормативные правовые акты, противоречащие Конституции, но и к органам исполнительной и судебной власти, любому правоприменителю, обязанному применять закон с соблюдением предусмотренных Конституцией условий и с учетом установленной ею иерархии ценностей.

3. Государство в лице его органов обязано официально публиковать принимаемые законы. Официальное опубликование является непременной предпосылкой применения любого принимаемого в Российской Федерации закона - федерального или субъекта Федерации, ибо неопубликованные законы не должны применяться. Таким образом, в ч. 3 ст. 15 Конституции содержится, с одной стороны, веление, обращенное к участникам законодательного процесса, официально опубликовать принятый закон, с другой - запрет, обращенный к любому правоприменителю, - не применять неопубликованный закон. Правоприменители, включая органы государства и их должностных лиц, органы местного самоуправления, суды в силу прямого запрета Конституции не должны применять не опубликованные официально законы (см.: постановление Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности части первой статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об акцизах""//ВКС. 1996. N 5).

Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 25 мая 1994 г. (14 июня 1994 г.) N 5-ФЗ "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 23 апреля 1999 г. (22 октября 1999 г.) N 185-ФЗ (СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801; 1999. N 43. Ст. 5124) федеральные законы подлежат официальному опубликованию в течение 7 дней после дня их подписания Президентом Российской Федерации. Статья 4 этого закона устанавливает, что официальным опубликованием федеральных законов считается первая публикация их полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете" или "Собрании законодательства Российской Федерации". При этом применительно к "Собранию законодательства Российской Федерации" правоприменителям необходимо иметь в виду не дату подписания издания в печать, обычно указываемую в выходных сведениях, а дату фактического опубликования, в результате которого реально обеспечивается получение информации о содержании закона его адресатами.

Законы и акты палат Федерального Собрания могут быть опубликованы и в иных печатных изданиях, а также доведены до всеобщего сведения (обнародованы) по телевидению и радио, разосланы государственным органам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям, переданы по каналам связи, распространены в машиночитаемой форме.

Федеральные конституционные законы и федеральные законы направляются для официального опубликования Президентом Российской Федерации. Конституция и Федеральный закон от 14 июня 1994 г. не устанавливают срок, в течение которого глава государства направляет подписанный им закон для официального опубликования. Представляется, что такое направление должно осуществляться незамедлительно после его подписания, ибо иное было бы воспрепятствованием законодательной деятельности Федерального Собрания Российской Федерации.

С учетом распространенной в прошлом практики издания секретных нормативных правовых актов, которыми ограничивались или нарушались в иной форме права и свободы граждан, специально оговаривается, что любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения. Данный запрет, таким образом, распространяется не на любые правовые акты, а на нормативные правовые акты как федеральных органов государственной власти, так и органов государственной власти субъектов Российской Федерации. В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1995 г. N 17-П Суд пришел к выводу, что в силу ч. 3 ст. 15 Конституции Российской Федерации "уголовная ответственность за выдачу государственной тайны иностранному государству правомерна лишь при условии, что перечень сведений, составляющих государственную тайну, содержится в официально опубликованном для всеобщего сведения федеральном законе. Правоприменительное решение, включая приговор суда, не может основываться на неопубликованном нормативном правовом акте, что вытекает из ч. 3 ст. 15 Конституции Российской Федерации".

Содержащаяся в комментируемом положении гарантия распространяется не только на конституционные, но и на иные права, свободы и обязанности граждан и иных физических лиц, постоянно или временно пребывающих на территории Российской Федерации, на которых в силу ч. 3 ст. 62 Конституции распространяется национальный режим и которые пользуются правами и несут обязанности наравне с гражданам Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. При этом не имеет значения, осуществляются права, свободы и обязанности человека и гражданина индивидуально или коллективно.

Правоприменителю, к которому обращен данный конституционный запрет, необходимо иметь в виду, что к нормативным правовым актам, затрагивающим права, свободы и обязанности можно, например, отнести акты, нарушающие права и свободы человека и гражданина, препятствующие осуществлению индивидом своих прав и свобод, возлагающие на гражданина дополнительные обязанности или устанавливающие ответственность за деяния, считавшиеся до этого правомерными, и т.п. Определенные критерии на этот счет содержатся в Законе Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. N 4866-I "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 15 ноября 1995 г. (14 декабря 1995 г.) N 197-ФЗ (Ведомости РФ. 1993. N 19. Ст. 685; СЗ РФ. 1995. N 51. Ст. 4970).

Указы и распоряжения Президента Российской Федерации, постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации, решения Конституционного Суда Российской Федерации также публикуются в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Ведомственные акты публикуются в порядке, установленном Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. N 763 с изменениями и дополнениями, внесенными указами Президента РФ от 16 мая 1997 г. N 490, от 13 августа 1998 г. N 963 (СЗ РФ. 1996. N 22. Ст. 2663; 1997. N 20. Ст. 2242; 1998. N 33. Ст. 3967). В частности, нормативные акты министерств и ведомств, затрагивающие права, свободы и законные интересы граждан, подлежат государственной регистрации в Министерстве юстиции Российской Федерации, а затем официально публикуются в "Российской газете". Официальное опубликование ведомственных нормативных актов осуществляется не позднее десяти дней после их государственной регистрации.

4. Конституция иначе, чем это было в ранее действовавшем законодательстве, решает проблему соотношения правовой системы Российской Федерации и общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации: они являются составной частью правовой системы России.

В широком социально-правовом плане это означает, что в основе правовой государственности в Российской Федерации лежат не только принципы, закрепленные отечественным законодательством, но и общепризнанные стандарты, принятые в международном сообществе. Конституционный строй России служит преодолению во многом искусственной изоляции страны, обеспечивает взаимодействие сообщества правовых государств на основе универсальных принципов и норм международного общения, обязательных для всех государств и иных субъектов международного права.

В более конкретном юридическом плане из комментируемого положения вытекают следующие выводы: во-первых, констатируется, что общепризнанные принципы и нормы международного права в принципе не противоречат Конституции и нормативным правовым актам, составляющим правовую систему Российской Федерации; во-вторых, Конституция идет значительно дальше в признании приоритета международных договоров Российской Федерации перед нормами национального законодательства, поскольку в случае коллизии между ними предпочтение отдается международному договору; в-третьих, правоприменители в пределах своей компетенции не только вправе, но и обязаны применять правила международных договоров для разрешения конкретных дел, а физические и юридические лица, другие субъекты вправе прибегать к нормам международного права, обязательным для Российской Федерации, в целях защиты своих прав.

В комментируемой статье Конституции, однако, не содержится определения общепризнанных принципов и норм международного права. В связи с этим следует иметь в виду, что эти принципы и нормы должны быть признаны таковыми Российской Федерацией; без подобного признания они не могут считаться частью ее правовой системы, порождающей для государства в целом, его органов и должностных лиц юридические обязательства.

Согласно ст. 38 Статута Международного Суда ООН источниками общепризнанных принципов и норм международного права (между ними обычно не проводится различий) являются: международные конвенции - как общие, так и специальные; международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы; общие принципы права, признанные цивилизованными народами. Последнее имеет существенное значение и в процессе правоприменения. Научный спор о соотношении закона и права, "общих принципов права, признаваемых цивилизованными народами", перенесенный в практику деятельности правоприменительных органов, способен стать источником многих потрясений, если не учитывать, что "общие принципы права" действительно занимают доминирующее положение и должны учитываться при разрешении конституционных и иных юридических споров, в том числе споров между индивидом и государством в той мере, в какой они получили признание и закрепление в Конституции. Конституция является способом и юридической формой такого признания. Недопустимо, ссылаясь на общие принципы права, обходить Конституцию и закон, поскольку это привело бы к размыванию конституционных функций и лишало бы Конституцию рационализирующего и стабилизирующего воздействия на организацию и функционирование государственно-организованного общества. Отсюда также следует, что признание общепризнанных принципов и норм международного права частью правовой системы Российской Федерации не превращает их в масштаб оценки законов и иных правовых актов, принимаемых в Российской Федерации. Таким масштабом всегда остается Конституция.

К правовой системе Российской Федерации отнесены и международные договоры, а именно те договоры, в отношении которых она выразила согласие на их обязательность и которые вступили для нее в силу, договоры, к которым она присоединилась, а также договоры, в отношении которых она стала продолжателем или правопреемником Союза ССР. При этом международные договоры имеют преимущество перед законами: если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Представляется, что термин "закон" в данном случае требует расширительного истолкования: если международный договор обладает преимуществом перед законом, то тем более - перед иными нормативными правовыми актами. Речь далее идет о законах как федеральных, так и субъектов Российской Федерации. При этом, однако, федеральные органы государственной власти не должны заключать договоры по вопросам, которые находятся в исключительном ведении субъектов Российской Федерации.

Существенный практический интерес имеет вопрос о том, как должна разрешаться коллизия между международным договором Российской Федерации и Конституцией, если таковая возникает. Представляется, что в этом случае действует правило о высшей юридической силе Конституции, ибо международные договоры являются составной частью правовой системы государства, а в рамках этой системы нет актов, которые по своей юридической силе стояли бы выше Конституции. В связи с этим в ст. 22 Федерального закона от 16 июня 1995 г. (15 июля 1995 г.) N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" предусмотрено, что в случае, если международный договор содержит правила, требующие изменения отдельных положений Конституции, решение о согласии на его обязательность для Российской Федерации возможно в форме федерального закона только после внесения соответствующих поправок в Конституцию или пересмотра ее положений в установленном порядке. А согласно ст. 15 этого закона к числу договоров, подлежащих обязательной ратификации, отнесены международные договоры Российской Федерации, исполнение которых требует изменения действующих или принятия новых федеральных законов, а также устанавливающих иные правила, чем предусмотренные законом (СЗ РФ. 1995. N 29. Ст. 2757).

В связи с этим последним положением возможны следующие выводы: органы государства и должностные лица не вправе заключать договоры, противоречащие Конституции (если такой договор тем не менее заключен, то действуют конституционные нормы, ибо иное противоречило бы принципам народовластия и государственного суверенитета); в случае противоречия международного договора федеральному закону, такой договор вступает в силу только после его ратификации федеральным парламентом в форме закона; противоречие между международным договором и внутренним законодательным актом не влечет автоматического признания ничтожности последнего. Этот акт лишь не применяется в целом или в части, противоречащей договору, хотя и продолжает действовать. Следовательно, для юридической дисквалификации этого акта или его части необходимо соблюдение обычной конституционной процедуры: нужно отменить этот акт управомоченным на то органом или признать его неконституционным решением Конституционного Суда, что влечет утрату этим актом юридической силы.

 

Статья 16

 

1. Конституция Российской Федерации ввела новое для отечественного законодательства понятие "основы конституционного строя". Конституционный строй - это не только совокупность закрепленных Конституцией принципов, основных положений, в соответствии с которыми должны находиться все другие конституционные положения, а также текущее законодательство. Конституционный строй - это прежде всего система конституционных отношений как предмета конституционного регулирования, а также и конституционные нормы, регулирующие и закрепляющие существующий социальный строй. Конституционный строй - это совокупность социальных отношений, а его основы - система принципов, их регламентирующих.

Основы конституционного строя - это своего рода "конституция для Конституции", они включают в себя наиболее устойчивые принципы, на которых построено регулирование общего характера, являются, образно говоря, мерилом самого текста основного закона.

Конституционные нормы и принципы, образуя основы конституционного строя, определяют все существо Конституции, а поэтому (наряду с нормами, содержащимися в главах 2 и 9) обладают более высокой юридической силой), чем все остальные. Социальная роль норм и принципов, составляющих основы конституционного строя, состоит в том, чтобы придать незыблемость, стабильность самому конституционному строю государства. Поэтому законодатель в ст. 135 Конституции и предусмотрел сверхжесткий порядок изменения основ конституционного строя (см. комментарий к ст. 135).

Федеральный конституционный закон от 24 июня 1994 г. (21 июля 1994 г.) N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", определяя полномочия Конституционного Суда, устанавливает, что свои полномочия он осуществляет "в целях защиты основ конституционного строя" (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447).

Положения ч. 1 комментируемой статьи есть конституционная гарантия легитимности конституционного строя. Из ее смысла вытекает обязанность законодателя следовать указанным принципам при изменении или дополнении остальных норм Конституции.

2. Основы конституционного строя занимают первенствующую роль среди всех остальных конституционных норм. Это означает, что нормы, содержащиеся в других главах Конституции, не могут противоречить основам конституционного строя. Конституционные нормы главы 1 - это своего рода стандарт для остальных конституционных норм, всей системы действующего законодательства и любых нормативных правовых актов Российской Федерации. Положения ч. 2 ст. 16 Конституции адресованы Федеральному Собранию, которое может принимать законы об изменении и дополнении Конституции, за исключением пересмотра положений глав 1, 2 и 9 (см. комментарий к ст. 135).

В случае принятия законодательным органом любого вида закона или издания кем бы то ни было любого другого нормативно-правового акта, противоречащих основам конституционного строя, вопрос решается Конституционным Судом в порядке, предусмотренном ст. 125 Конституции Российской Федерации.

 

Глава 2. Права и свободы человека и гражданина

 

Статья 17

 

1. В ч. 1 комментируемой статьи закреплено принципиально новое для отечественного законодательства положение о необходимости его соответствия общепризнанным принципам и нормам международного права в области прав и свобод человека и гражданина. Это положение в известной степени дополняет ч. 4 ст. 15 Конституции, которая фиксирует примат международного права над правом российским (внутригосударственным) (см. комментарий к ст. 15).

Общепризнанные принципы и нормы международного права, наряду с другими источниками и международно-правовыми документами, формируют международные стандарты в области прав человека и гражданина, к которым стремится любое цивилизованное государство как член мирового сообщества.

Международные стандарты в области прав и свобод человека и гражданина формулируются в ряде документов. Во-первых, это Устав ООН 1945 г. - первый международно-правовой акт, цели которого основаны на всеобщем уважении прав человека. В ст. 1 (п. 3) и 55 он обязывает Организацию Объединенных Наций содействовать "уважению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии" и объявляет их уважение основой для достижения ее целей.

Во-вторых, Всеобщая декларация прав человека 1948 г., устанавливающая в ст. 2, что каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными этой декларацией, без каких-либо различий и ограничений, и в последующих статьях провозглашающая эти права и свободы. Всеобщая декларация прав человека является первым разделом Международного Билля о правах человека, который включает также в себя два международных пакта: один - об экономических, социальных и культурных правах, другой - о гражданских и политических правах. Эти пакты были приняты в 1996 г. и вступили в силу в 1976 г.

Названные выше документы дополняются конвенциями, протоколами, декларациями и в совокупности своей содержат международные стандарты в области прав и свобод человека и гражданина.

Международное сообщество образует и органы, которые призваны следить за соблюдением прав и свобод человека и гражданина и реагировать на их нарушение. Важнейшими из них являются Комиссия по правам человека и Европейский Суд по правам человека.

В Российской Федерации, начиная с 1991 г., когда была принята Декларация прав человека и гражданина, много сделано для закрепления в отечественном праве общепризнанных принципов и норм международного права. Например, 25 июня 1993 г. был принят Закон РФ "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбора места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", в котором вместо разрешительного порядка (прописки) предусматривается заявительный порядок регистрации граждан по месту пребывания и по месту жительства. Конституция закрепила такие права, которые ранее конституционного закрепления не имели: право на жизнь, право на частную собственность, право на определение и указание национальной принадлежности и др. Ныне действующий Гражданский кодекс Российской Федерации, часть вторая которого вступила в действие с 1 марта 1996 г., закрепил множество новых для России прав личности в сфере гражданско-правовых отношений, известных современным цивилизованным государствам.

Появился в России и реальный механизм защиты конституционных прав и свобод граждан. Действенным средством такой защиты стал Конституционный Суд, принимающий и рассматривающий жалобы граждан по поводу нарушения их конституционных прав и свобод. Большие надежды российское общество возлагает и на Комиссию по правам человека при Президенте Российской Федерации, а также на институт Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, введенным Федеральным конституционным законом 1997 г.

Новым шагом в приближении норм отечественного законодательства к общепризнанным международным стандартам в области прав человека и гражданина явилось вступление России в Совет Европы 15 января 1996 г. В конце февраля 1996 г. был принят Государственной Думой, одобрен Советом Федерации и подписан Президентом Федеральный закон N 19-ФЗ "О присоединении Российской Федерации к Уставу Совета Европы". Среди условий-рекомендаций присоединения России к Совету Европы значатся: ратификация в течение года Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также протоколов к ней, включая протокол N 6, касающийся отмены смертной казни в мирное время. Среди первоочередных мер, касающихся защиты прав и свобод, названы такие, как запрещение пыток и бесчеловечного или уничижающего обращения, защита национальных и языковых меньшинств. Граждане России получают право на обращение в Европейский Суд по правам человека.

Ряд условий-рекомендаций Россия может выполнить уже сегодня, внеся соответствующие изменения в свое законодательство. Другие рекомендации будут выполняться постепенно - по мере созревания социально-экономических, политических, государственно-правовых условий. Так, новый Уголовный кодекс РФ значительно сократил количество составов преступлений, за совершение которых следует смертная казнь (их теперь 5 вместо 29).

2. Неотчуждаемость и прирожденность основных прав и свобод человека провозглашены ч. 2 комментируемой статьи. В отличие от чч. 1 и 3 этой нормы здесь речь идет, во-первых, именно об основных правах и свободах; во-вторых, об основных правах и свободах человека (а не человека и гражданина).

Уяснить эти нюансы можно лишь соотнеся далеко не во всем совпадающие понятия "человек" и "гражданин".

Человек - это природное, биосоциальное, т.е. одновременно и биологическое, и социальное, существо с определенной конституцией (строение тела), наделенное разумом и речью. Человека сформировало общество в процессе длительной эволюции его биологических признаков. Категория человека соотносится с категорией общества. Человек, взятый в соотношении с государством, приобретает качество гражданина. Гражданство - это принадлежность человека к государству, его устойчивая правовая связь с государством. Гражданин в обществе появляется тогда, когда возникает государство.

У каждого человека в обществе с момента его рождения появляются права и свободы, обусловленные природой человека, его проживанием в обществе. Это право на жизнь, на свободу, на собственность, на общение с себе подобными, на продолжение рода, на нормальные условия человеческого существования и др. Совокупность этих прав называют естественным правом. Эти права и называют основными. Они неотчуждаемы, принадлежат каждому от рождения и являются необходимым условием человеческого существования и жизнедеятельности. "Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства", - говорится в ст. 1 Всеобщей декларации прав человека 1948 г.

С появлением государства человек, становясь гражданином, приобретает новые права и обязанности, а может (если государство тоталитарное) лишиться и своих естественных прав. Объем прав и свобод, предоставляемых государством гражданину, значительно шире его естественных прав и далеко не все из них предоставляются с момента рождения. Многие из них появляются по мере достижения определенного возраста, получения образования и т.д. Права и свободы гражданина государство закрепляет в юридических нормах, а совокупность этих прав и свобод называется правовым статусом гражданина. Устанавливая права и свободы гражданина и закрепляя их в правовых нормах, государство должно исходить из естественных прав человека, не нарушать их, а дополнять и конкретизировать.

Таким образом, когда речь идет о правах человека и гражданина, то имеются в виду естественные, природные права человеческого индивида и права гражданина, которыми наделяет его государство.

Ни одно из провозглашенных Конституцией Российской Федерации прав человека и гражданина не может быть изъято государством или ограничено без указания оснований ограничения. Российская Конституция предусматривает возможность ограничения прав и свобод в государственных и общественных интересах, но только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного сторя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности гомударства (см. комментарий к ст. 55). Отдельные ограничения прав и свобод могут устанавливаться в условиях чрезвычайного положения (см. комментарий к ст. 56).

3. Человек и гражданин живет в обществе и государстве, сосуществуя и общаясь с себе подобными. Осуществляемые им права и свободы в той или иной мере затрагивают интересы других людей или общества в целом. Именно поэтому при реализации собственных прав и свобод не должны нарушаться права и свободы других лиц. Субъективное право гражданина четко определено границами, строго "дозировано" законом (определен срок прохождения воинской службы, размер пенсии и т.д.). Это сделано для того, чтобы гражданин знал рамки дозволенного поведения и не вторгался в пределы законных интересов других лиц, государства, общества. Только при этом условии все граждане и люди могут беспрепятственно осуществлять свои права и свободы. Одним из средств установления и поддержания такого порядка в обществе являются ограничения прав и свобод. "При осуществлении своих прав и свобод, - говорится в ст. 29 Всеобщей декларации прав человека, - каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно и с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требования морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе".

Речь идет о законных ограничениях прав и свобод человека и гражданина. Основаниями таких ограничений могут быть: а) правонарушения, в особенности преступления, которые всегда вредны для других лиц, государства и общества. В качестве средств ограничения прав и свобод правонарушителей здесь выступают меры наказания; б) поведение, хотя и не признаваемое правонарушением, но задевающее интересы других лиц, общества и государства. В этом случае ограничения сводятся к сужению объема или даже нейтрализации прав и свобод лиц с таким поведением. Например, лишение родительских прав (ст. 69 СК РФ), невозможность расторжения брака во время беременности жены и в течение года после рождения ребенка (ст. 17 СК РФ), ограничение дееспособности лица, признанного судом недееспособным, или дееспособности лиц, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами (ст. 29, 30 ГК РФ); в) соглашения самих лиц (ограничение сделок по договорам или учредительным документам - ст. 174 ГК РФ, ограничение прав и обязанностей сроком или условиями в брачном контракте - ст. 42 СК РФ и др.).

Ограничение прав и свобод граждан возможно не только при защите интересов отдельной личности, но и в случаях, когда речь идет о безопасности граждан и защите конституционного строя при введении чрезвычайного положения (ст. 56 Конституции). Однако при этом не должны приостанавливаться или ограничиваться в соответствии с нормами международного права право на жизнь, свобода от пыток, свобода от рабства или подневольного состояния; защита от заключения в тюрьму за неуплату долга, от уголовных законов, имеющих обратную силу; признание правосубъектности перед законом; свобода мысли, совести и религии. Все случаи ограничения прав и свобод должны быть зафиксированы в законе.

 

Статья 18

 

Из положений, содержащихся в ст. 17 Конституции (см. комментарий к ст. 17), логично вытекает положение о том, что права и свободы человека и гражданина, неотчуждаемые от человека, общепризнанные мировым сообществом, являются непосредственно действующими, т.е. их осуществление не зависит напрямую от того, признает их государство или нет. Права и свободы человека - явление объективной социальной реальности. Государство не дарует человеку права и свободы, оно лишь познает и закрепляет их в своем законодательстве. Именно права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. При этом следует иметь в виду, что в деятельности всех ветвей государственной власти - законодательной, исполнительной и судебной, органов и должностных лиц местного самоуправления признание, обеспечение и защита прав и свобод человека и гражданина имеют приоритетное значение. Из этого вытекает требование, согласно которому все органы государственной власти и местного самоуправления должны сверять свою деятельность с непосредственно действующими правами и свободами граждан.

Сформулированные в ст. 18 принципы находят свое обеспечение в ряде конституционных положений, например, о прямом действии Конституции, о судебной защите прав и свобод, о проверке конституционности законов в случаях нарушения конституционных прав и свобод граждан. Прямое действие конституционных норм относительно прав и свобод человека и гражданина защищают Конституционный Суд РФ, конституционные (уставные) суды субъектов РФ, суды общей юрисдикции и арбитражные суды. На это, в частности, ориентирует постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" при рассмотрении дел, связанных с обжалованием решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц и государственных служащих, посягающих на права и свободы человека и гражданина.

 

Статья 19

 

1. Положение о равенстве перед законом и судом отвечает ст. 7 Всеобщей декларации прав человека, провозгласившей, что все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту законом. Это положение устанавливает юридическое (формальное) равенство всех перед законом независимо от многих обстоятельств - от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и др. Установление юридического равенства независимо от указанных факторов есть результат социального прогресса, преодоление человеческой цивилизацией прямого признания неравенства людей (как по закону, так и фактически) по признакам социального происхождения, принадлежности к той или иной религии, в зависимости от цвета кожи, по полу и т.д.

Исключения из правила о равенстве всех перед законом и судом предусмотрены самой Конституцией относительно неприкосновенности и ответственности Президента Российской Федерации, членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, судей (ст. 91, 98, 122). Такого рода исключения имеют публично-правовой характер и служат публичным интересам, являются гарантиями осуществления этими лицами общественно полезных государственных функций, профессиональной деятельности в интересах всех членов общества.

Юридическое (формальное) равенство всех перед законом по своему содержанию означает, во-первых, равенство прав и свобод человека и гражданина (равноправие); во-вторых, равенство юридических обязанностей граждан и других лиц; в-третьих, равные основания юридической ответственности за нарушение закона; в-четвертых, равенство перед судом (равное правосудие для всех).

Юридическое равенство становится более реальным, действенным, если оно подкрепляется социальным равенством, т.е. равенством социальных возможностей. Поэтому мало провозгласить юридическое равенство, важно постоянно заботиться о возможности всех осуществить формальное равенство реально, на практике, путем выравнивания социального статуса людей, их возможностей. Это прямая цель и обязанность правового социального государства, политика которого направлена на создание и пользование равных возможностей, условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Равенство всех перед судом означает, что все граждане могут обращаться в суд для осуществления правосудия, в отношении всех действует принцип равных оснований и других принципов юридической ответственности. Равенство перед судом обеспечивается, в частности, тем, что каждое дело рассматривается единым судом, в одном процессуальном порядке, соответствующем данному виду судопроизводства, на основе одинаковых процессуальных правил в конституционном, гражданском, арбитражном, административном и уголовном судопроизводстве с предоставлением равного объема гарантий всем сторонам, участвующим в деле.

Конституционный Суд Российской Федерации последовательно отстаивает право всех граждан на судебную защиту прав и свобод, признавая несоответствующими положениям ст. 19 Конституции Российской Федерации установления законов, ущемляющие права и свободы. Так, Конституционный Суд Российской Федерации в связи с индивидуальной жалобой гражданина признал противоречащей ст. 19 Конституции ограничение права на судебное обжалование, установленное в ст. 220.1 и 220.2 УПК РСФСР для тех лиц, которые уже подвергнуты предварительному заключению, по поводу законности постановления об аресте в качестве меры пресечения.

2. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Данное положение означает, что не должно быть каких-либо ограничений прав и свобод граждан, дискриминации граждан по указанным выше и другим основаниям. В связи с этим запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Равноправие граждан несовместимо с наличием привилегий какой-либо группы граждан.

Однако конституционный принцип равенства прав и свобод человека и гражданина не исключает наличия специальных прав, льгот и преимуществ для отдельных категорий лиц. Цели существования и реализации льгот и преимуществ конкретны: преодоление существующего фактического неравенства людей; обеспечение нормальных, достойных условий жизни групп граждан, имеющих возрастные, физиологические и другие особенности (женщин, детей, престарелых, инвалидов, больных и др.). В данном случае налицо сочетание принципов равенства и справедливости на основе учета в законодательстве естественных и социальных различий в положении отдельных категорий лиц. Льготы и преимущества в какой-то мере уравнивают возможности людей, делают их более реальными, доступными для женщин, молодежи, ветеранов войны и труда, пострадавших от катастроф и бедствий, пенсионеров, больных и др.

Происхождение, основания и время приобретения гражданства, принадлежность к той или иной социальной группе, имущественное, должностное положение, проживание на территории того или иного субъекта Российской Федерации не влияют на объем прав и свобод российских граждан, не дают права на особые привилегии. Существующие различия в образовании также не влекут за собой ни умаления прав и свобод граждан, ни приобретения ими каких-либо привилегий.

Гарантирование равенства прав и свобод граждан означает целую систему мер со стороны государства, направленную на реальное использование их гражданами, на эффективную охрану и защиту прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом, в том числе путем их судебной защиты. Целям охраны конституционного принципа равенства всех перед законом и судом служат нормы отраслевого законодательства (уголовного и административного), устанавливающие составы преступлений и административных правонарушений (проступков).

Проверку федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, а также конституций республик, уставов, законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам исключительного ведения Российской Федерации и совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, на соответствие конституционному принципу равенства всех перед законом и судом осуществляет Конституционный Суд Российской Федерации. Так, Конституционный Суд своими решениями признал дискриминацией в трудовых правах граждан те положения трудового и административного законодательства, согласно которым возможно было по инициативе администрации предприятия (организации) увольнение с работы граждан, достигших пенсионного возраста и получивших право на получение соответствующей пенсии, равно как и тех сотрудников органов внутренних дел, которые получили право на пенсию по выслуге лет, без их согласия и желания.

Конституционный Суд со ссылкой на положения ст. 19 Конституции защитил право на сохранение жилой площади, право на получение пенсии гражданами, отбывающими наказание в виде лишения свободы, права детей граждан, репрессированных в годы тоталитаризма, на льготы, которыми обладают их родители после реабилитации, и др.

Из конституционного принципа равенства всех перед законом исходят суды общей юрисдикции, другие государственные органы, стоящие на защите прав и свобод российских граждан.

3. Статья 2 Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин обязывает государства "включить принцип равноправия мужчин и женщин в свои национальные Конституции". Статья 3 Международного пакта о политических правах не допускает дискриминацию в отношении женщин, т.е. любое различие, исключение или ограничение по признаку пола, которое направлено на ослабление или сводит на нет признание, пользование женщинами, независимо от их семейного положения, прав и основных свобод в политической, экономической, социальной, культурной, гражданской или любой другой области.

Примечательно, что наряду с провозглашением формального (юридического) принципа равных прав и свобод мужчин и женщин в ч. 3 ст. 19 Конституции говорится о равных возможностях их реализации, а это неизбежно связано с допустимостью и необходимостью установления льгот и преимуществ для женщин в трудовых отношениях, в сфере здравоохранения и т.д. С учетом этого в отраслевом законодательстве содержатся нормы о материальной и моральной поддержке материнства и детства, специальных мерах по охране труда и здоровья женщин, об их пенсионном обеспечении и т.д.

К сожалению, в Российской Федерации в современных условиях не ослабевают негативные тенденции относительно положения женщин в обществе: это невостребованность в политике, дискриминация в труде, ухудшение здоровья, рост насилия в отношении женщин. Поэтому своевременным является принятие Правительством России Концепции улучшения положения женщин в Российской Федерации от 8 января 1996 г., предусматривающей ряд государственных мер на федеральном и региональном уровнях по улучшению положения женщин в российском обществе, по реальному обеспечению действия принципа равноправия мужчин и женщин.

 

Статья 20

 

1. Жизнь является основополагающим и самым ценным благом человека, лишение которого является необратимым и означает прекращение существования индивида, личности, члена общества. Именно поэтому право на жизнь находится под максимальной правовой защитой, базирующейся на Конституции.

Конституционное положение о праве на жизнь соответствует ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 6 Международного пакта о гражданских и политических правах. Последняя устанавливает, что право на жизнь представляет собой "неотъемлемое право каждого человека. Это право охраняется законом. Никто не может быть произвольно лишен жизни". Связь права на жизнь и запрета произвольного ее лишения подчеркивается и в Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 2). Вместе с тем Конвенция не относит к числу произвольных случаи лишения жизни нападающего в состоянии необходимой обороны, при подавлении бунта или мятежа, при осуществлении законного ареста или пресечения побега законно задержанного (арестованного) лица. Разумеется, говоря об этих случаях, Конвенция имеет ввиду обязательное условие: соответствие примененных представителями закона средств, приведших к лишению жизни, характеру и общественной опасности действий соответствующего лица.

Говоря о праве на жизнь, Конституция опирается на философские и биологические характеристики этого понятия. В этой связи обычно указывается на наличие у каждого права на жизнь от рождения до смерти. Это общее указание требует определенной детализации. Применительно к рождению имеется в виду момент начала родов; в случаях смерти матери до начала родов или при попытке прервать беременность за один-два месяца до истечения ее срока жизнеспособный плод должен рассматриваться как обладающий правом на жизнь. Момент, который с медицинских и юридических позиций должен считаться моментом наступления смерти, определен в законе - исходя из констатации необратимой гибели всего головного мозга (ст. 9 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. N 4180-I "О трансплантации органов и (или) тканей человека"//Ведомости РФ. 1993. N 2. Ст. 62). Только с этого момента разрешается изъятие органов и тканей для пересадки, отключение от медицинской аппаратуры и т.д. Рассмотренные выше границы понятия жизни во времени имеют базовое значение не только для законодательства о здравоохранении, но и для семейного и гражданского (в связи с возникновением и прекращением прав и обязанностей), а также уголовного законодательства (в связи с разработкой и применением правовых характеристик преступлений против личности) и т.д.

Наряду и во взаимодействии с конституционными и основанными на них социально-правовыми гарантиями права на жизнь положения ст. 20 Конституции подкрепляются и мерами государства, направленными на противодействие смерти не от естественных причин (то есть не от старости). В этих целях развивается система обеспечения безопасной эксплуатации источников повышенной опасности, организуются борьба с немедицинским потреблением наркотических и других одурманивающих средств и веществ, контроль за оборотом оружия, радиоактивных веществ и т.д.

Охрана права на жизнь представляет одну из "сквозных" задач уголовного законодательства. Именно нормы об ответственности за убийство открывают Особенную часть Уголовного кодекса, чем подчеркивается приоритетность этой задачи. Как особо тяжкие преступления рассматриваются и преступления против мира и безопасности человечества, связанные с производством или распространением запрещенного оружия массового поражения, использованием запрещенных средств и методов ведения войны, геноцидом, которые рассчитаны на полное или частичное уничтожение населения или какой-либо его группы.

Несмотря на настойчивые высказывания ряда научных и общественных деятелей в пользу эвтаназии, если речь идет об избавлении человека по его просьбе от невыносимых и неизлечимых страданий, а также несмотря на попытки отдельных врачей и юристов провести эту идею на практике, она не воспринята отечественным законодательством. Оно не предусматривает возможность оказания содействия добровольному уходу из жизни, независимо от мотивации. Поэтому лица, виновные в соответствующих действиях, привлекаются к ответственности за преступления против жизни больных. Вместе с тем по прямому указанию уголовного закона сострадание является мотивом, существенно смягчающим ответственность виновного.

2. Содержание ч. 2 комментируемой статьи не противоречит действующим международно-правовым документам ООН, которые, ориентируя страны мирового сообщества на постепенное ограничение и отмену наказания в виде смертной казни, исходят из того, что решение этих вопросов находится в компетенции национального законодательства. Так, ст. 6 Международного пакта о гражданских и политических правах предусматривает, что в странах, в которых допускается применение смертной казни, она должна назначаться лишь за самые тяжкие преступления; в этой же связи указывается на гарантии против необоснованного применения смертной казни и на необходимость применения к осужденным амнистии, помилования, смягчения наказания, как и на недопустимость применения смертной казни к несовершеннолетним и женщинам в состоянии беременности. Документ Экономического и Социального совета ООН "Меры, гарантирующие защиту прав тех, кто приговорен к смертной казни" подчеркивает, что впредь до ее отмены смертная казнь может назначаться только за преступления с "чрезвычайно тяжкими последствиями" и что ее назначение требует наличия ясных и убедительных (бесспорных) доказательств, исследованных судом, а также последующего эффективного контроля за обоснованностью вынесенного приговора. В документах Экономического и Социального совета ООН сформулированы и требования по юридической защите лиц, которым грозит смертная казнь.

Все эти положения в полной мере учтены в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве России. Уголовный кодекс 1996 г. в соответствии с Конституцией допускает применение смертной казни только в пяти случаях совершения особо тяжких преступлений, связанных с убийством потерпевшего (потерпевших) при отягчающих обстоятельствах. Вместе с тем в соответствии со ст. 331 УК РФ законодательство военного времени может предусматривать и другие случаи применения смертной казни.

Приговоры о смертной казни, выносимые российскими судами, в 1991-1995 гг. составили в среднем 0,02% от общего числа обвинительных приговоров, причем, в 80-85% случаев они смягчаются вышестоящими судами или президентскими актами о помиловании.

При вступлении в Совет Европы Россия взяла обязательство в течение трех лет отменить смертную казнь, заменив ее пожизненным заключением, а до этого ввести мораторий на ее применение. Дело в том, что хотя основной текст Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод допускает возможность применения судами смертной казни в случаях, исчерпывающе предусмотренных законом (ст. 2), но дополнительный протокол N 6 к этой Конвенции предусматривает, что государства - члены Совета Европы отменяют смертную казнь, сохраняя возможность ее применения в законе только в военное время.

В комментариях норм ст. 20 исключительно важное значение приобретает постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 г. N 3-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О судоустройстве РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях" в связи с запросом Московского городского суда и жалобами ряда граждан" (ВКС. 1999. N 3), в соответствии с которым Федеральному Собранию надлежит незамедлительно внести в законодательство изменения, обеспечивающие на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, возможность реализации права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

С момента вступления в силу данного постановления и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей.

 

Статья 21

 

1. Защиту человеческого достоинства, как и жизни, не принято ставить в зависимость от общественной значимости личности, возраста, пола, убеждений и т.п. "Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве" - провозглашено в ст. 1 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. Употребление в статье термина "ничто" означает, что никакие обстоятельства, в том числе отрицательная оценка личности в общепризнанном понимании, психическая болезнь, чрезвычайное положение, война и т.п., не могут служить основанием для умаления достоинства.

Под умалением достоинства личности понимается такое действие, поведение кого-либо, которое позорит его, в неприличной форме представляет человека менее значимым, подрывает общественную оценку личности, причиняя ему, таким образом, нравственные страдания. Наиболее типичными примерами являются оскорбление, клевета, высокомерное отношение к человеку, распространение порочащих его сведений и т.п.

2. Нормы российского законодательства, направленные на охрану достоинства, корреспондируются с нормами международных договоров РФ: ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., ратифицированной РФ Федеральным законом от 30.03.1998 N 54-ФЗ и протоколов к нему (СЗ, 2001, N 2, ст. 163); ст. 7 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., ратифицированного Указом ПВС СССР от 18.09.1973 N 4812-УШ (ВВС СССР, 1976, N 17, ст. 291); Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г., ратифицированной Указом ПВС СССР от 21.01.1987 N 6416-XI (ВВС СССР, 1987, N 45, ст. 747); Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания 1987 г., ратифицированной Федеральным законом от 28.03.1998 N 44-ФЗ (СЗ РФ, 1998, N 36, ст. 4465) ст. 55 Римского Статута 1998 г., подписанного РФ расп. Президента РФ от 08.09.2000 N 394-рп (СЗ, 2000, N 37,ст. 3710.); и др.

3. Уважение чести и достоинства личности является принципом уголовного процесса (ст. 9 УПК), административного (ч. 2 ст. 3.1 КоАП) и трудового права (ст. 2 КЗоТ РФ).

В ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья, в том числе и в первую очередь насилие, пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение (ст. 9, 164, 181 УПК). Запрещается производство следственного действия в ночное время, за исключением случаев, не терпящих отлагательства (ч. 3 ст. 164 УПК), осуществлять освидетельствование и личный обыск лицом другого пола и в присутствии понятых другого пола (ч. 4 ст. 179, ч. 3 ст. 184 УПК) и т.п. Подозреваемых и обвиняемых, заключение под стражу, в соответствии с Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых обвиняемых в совершении преступлений" (СЗ РФ 1995; N 39; Ст. 2759; 1998, N 30, ст. 3613) имеют право на вежливое обращение со стороны сотрудников мест содержания под стражей (п. 17 ч. 1 ст. 17).

При применении мер административного принуждения также не допускаются решения и действия (бездействие), унижающие человеческое достоинство (ч. 3 ст. 1.6. КоАП).

Законом РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-1 "О милиции" с изм. и доп. (ВВС 1991, N 16, ст. 503) сотрудникам милиции запрещено прибегать к обращению, унижающему достоинство человека. Нарушение этого положения влечет дисциплинарную, а в определенных случаях - уголовную ответственность.

4. Умаление достоинства личности или страдания, причиненные человеку в связи с посягательствами на его достоинство, образуют моральный ущерб (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.94 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда). Порядок и условия возмещения морального ущерба в сфере гражданского права определяются ст. 150, 1099-1101 ГК, а в сфере уголовного процесса - ст. 136 УПК.

Гражданским и уголовным законами предусмотрена ответственность за посягательства на человеческое достоинство.

В соответствии со ст. 152 ГК гражданин вправе требовать по суду опровержение порочащих его честь и достоинство сведений, если распространивший их не докажет, что они соответствуют действительности. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 18 августа 1992 г. с изм. и доп. (Сборник постановлений Пленумов по гражданским делам. С. 249) разъяснил, что под распространением сведений, порочащих честь и достоинство гражданина, следует понимать не только опубликование их в печати, трансляцию по радио и телевидеопрограммам, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, но изложение таких сведений в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение их в иной форме. Закон наделяет гражданина правом не только на опровержение порочащих его сведений, но и на возмещение морального вреда и убытков, причиненных ему в результате умаления его чести и достоинства.

УК предусмотрено наказание за оскорбление (ст. 130); клевету (ст. 129); доведение до самоубийства путем жестокого обращения с потерпевшим или систематическое унижение его человеческого достоинства (ст. 110); унижение национального достоинства (ст. 282); оскорбление или клевету в отношении судьи, иного лица участвующего в отправлении правосудия, участников судебного разбирательства, представителя власти и других должностных лиц (ст. 297, 298, 39); нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, связанных с унижением чести и достоинства или издевательством (ст. 335 УК РФ) и др.

5. Запрещение пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания является общей международной нормой, которая содержится в большинстве международных актов о защите прав человека. Согласно определению, данному в Декларации ООН о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 9 декабря 1975 г. (ст. 1), а затем в аналогичной Конвенции ООН от 10 декабря 1984 г. (ст. 1), под пыткой понимается любое действие, посредством которого человеку намеренно причиняется сильная боль или страдание, физическое или умственная со стороны официального лица или по подстрекательству с целью получения от него или от третьего лица информации или признаний, наказания его за действия, которые он совершил или в совершении которых подозревается, либо запугивания его или других лиц. Вместе с тем в Декларации подчеркивается, что в толкование не включаются боли или страдания, возникающие только из-за лишения свободы.

В понятие "унижающие человеческое достоинство обращение или наказание", согласно разъяснениям Европейского Суда и Комиссии по правам человека, включается обращение и наказание такого рода, которое направлено на то, чтобы вызвать у жертвы чувство страха, подавленности и неполноценности, оскорбить, унизить их или сломить их физическое и моральное сопротивление.

В соответствии с УК принуждение к даче показаний, связанное с применением насилия, или угрозой его применения, влекут уголовную ответственность (ст. 286, 302)

Установленные российскими правовыми актами порядок и условия содержания под стражей, обвиняемых и осужденных исключающих возможность применения пытки жестокого и унижающего достоинство личности обращения (ст. 17-31 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений").

6. РФ вправе отказать иностранному государству в выдаче лица, совершившего преступление, "если имеются серьезные основания полагать, что лицо, в отношении которого поступил запрос о выдаче, было или будет подвергнуто в запрашивающем государстве пыткам или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания" (ФЗ от 25.10.1999 N 190-ФЗ//СЗ, 1999, N 43, ст. 5129)

7. Проведение в отношении человека без его согласия медицинских, научных и иных опытов запрещается Основами законодательства об охране здоровья граждан (ст. 29, 43), законом "О психиатрической помощи и гарантии прав граждан при ее оказании" (ч. 5 ст. 11) и другими актами. Медицинские, научные опыты, связанные с принуждением человека к изъятию органов или тканей человека для трансплантации с применением насилия или угрозой его применения, являются преступлением и влекут уголовную ответственность (ст. 120 УК РФ).

 

Статья 22

 

1. Провозглашение права каждого на свободу означает, что это благо распространяется на всех физических лиц. Представления о свободе каждого находят отражение, развитие и конкретизацию в ряде статей Конституции (см. комментарий к ст.ст. 17-21, 27-30, 34, 37 и др.), а также в отраслевом законодательства.

Конституционное положение о свободе каждого не следует абсолютизировать. Свободные действия (или воздержание от них) физического лица допустимы, поскольку ими не может быть причинен вред другим физическим лицам, организациям, обществу, государству. С этой целью в отраслевом законодательстве (уголовном, гражданском, семейном, административном, трудовом и т.д.) устанавливаются дозволения и запреты, в пределах которых каждый свободен в выборе вариантов поведения. Человек, в частности, может быть ограничен в выборе вариантов поведения в силу недееспособности или частичной дееспособности, нахождения на принудительном лечении (по решению суда), отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы. Ограничение личной свободы может иметь место с учетом характера его деятельности (службы в вооруженных силах, МВД, ФСБ, пограничных войсках; допуск по роду деятельности к государственной тайне).

2. Термин "свобода" многогранен и многозначен. В каждой из статей Конституции, гарантирующих человеку и гражданину свободу, имеются в виду ее определенные аспекты, грани, различные формы проявления (ст. 27-29). Ст. 22 не конкурирует с другими статьями Конституции: в ней речь идет не о свободе вообще. Она имеет в виду только личную свободу. Поэтому в тексте ч. 1 комментируемой статьи рядом с констатацией у каждого "права на свободу" помещены слова "и личную неприкосновенность". Таким образом, право каждого на свободу увязывается с личной неприкосновенностью (физической, психической, моральной).

3. Констатируя неотчуждаемость и принадлежность прав и свобод человека каждому от рождения (ст. 17), Конституция определяет границы, которые должны обязательно соблюдаться при принятии нормативных актов, так или иначе затрагивающих права и свободы человека и гражданина (см. комментарий к ст. 55). Во-первых, перечисляя основные права и свободы человека и гражданина, Конституция предупреждает о недопустимости отрицания или умаления (пренебрежения, недооценки) других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Во-вторых, Конституция запрещает издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина. В-третьих, Конституция формулирует цели и общие условия, при наличии которых могут быть ограничены права и свободы гражданина, причем это может быть сделано только федеральным законом. Вводимые ограничения должны быть соразмерны тем целям, для достижения которых они применяются. Согласно Конституции указанные ограничения возможны и допустимы в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Допускаемые Конституцией ограничения прав и свобод (в том числе предусмотренных ст. 22) в условиях чрезвычайного положения могут быть установлены в пределах и в течение срока, указанных в федеральном конституционном законе. При этом многие права и свободы, предусмотренные Конституцией, не могут быть ограничены даже в условиях чрезвычайного положения (см. комментарий к ст. 56).

4. Личная неприкосновенность человека, как важнейшая составная часть его свободы, обеспечивается нормами Конституции (см. комментарий к ст. 21); федерального уголовного закона (уголовная ответственность за покушение на жизнь, здоровье, честь и достоинство человека); федерального гражданского законодательства (об ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда; о порядке защиты нематериальных благ, чести и достоинства); законодательства об административной ответственности (за нарушение правил движения на транспорте, за нарушение прав и свобод граждан, за нарушение экологической безопасности и т.п.). Наконец, систему гарантий устанавливает уголовно-процессуальный закон.

5. Показателем уровня демократизации правового режима в государстве согласно международно-правовым нормам и принципам является степень обеспечения внутренним законодательством свободы и личной неприкосновенности человека и гражданина. В связи с этим важно иметь в виду, что сформулированная в полном соответствии с положениями ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правка ч. 2 ст. 22 Конституции Российской Федерации установила, что арест, заключение под стражу и содержание под стражей возможны только по судебному решению (суда или судьи).

Уголовное наказание в виде ареста (ст. 54 УК РФ), как и любое другое уголовное наказание, может быть применено только по приговору суда, причем лишь на срок до шести месяцев. При этом арест не может быть назначен лицам, не достигшим к моменту вынесения судом приговора шестнадцатилетнего возраста, а также беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет (ч. 2 ст. 54 УК РФ).

Однако следует учитывать, что уголовное наказание в виде ареста, как указано в законе, вводится в действие в России после вступления в силу Уголовно-исполнительного кодекса по мере создания условий для его исполнения, но не позднее 2001 г. (ст. 4 Федерального закона от 24 мая 1996 г. (13 июня 1996 г.) N 64-ФЗ "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации" СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2955). Так что с введением в действие 1 января 1997 г. Уголовного кодекса РФ нормы УК РФ, регулирующие применение такого уголовного наказания как арест, не приобрели автоматически юридическую силу и к настоящему времени применяются не в полной мере.

6. Наиболее строгой мерой пресечения согласно УПК РФ является заключение по стражу. Новым уголовно-процессуальным законом (УПК РФ 2001 г.) предусмотрена возможность применения этой меры пресечения только по решению суда и, как правило, лишь по делам о преступлениях, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, если невозможно применение другой, более мягкой меры пресечения. В исключительных случаях мера пресечения в виде заключения под стражей может быть избрана в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет. Но такая возможность может быть реализована при наличии одного из следующих обстоятельств: а) указанное лицо не имеет постоянного места жительства на территории РФ; б) его личность не установлена; в) им нарушена ранее избранная мера пресечения; г) он скрылся от органов предварительного расследования или суда.

К несовершеннолетнему указанная мера пресечения может быть применена, как правило, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. Лишь в исключительных случаях к этому лицу указанная мера пресечения может быть избрана в случае совершения преступления средней тяжести (ч. 2 ст. 108 УПК РФ).

Заметим, что в УПК РФ определены также основания для избрания меры пресечения (ст. 97 УПК); обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения (ст. 99 УПК); сроки содержания лица под стражей (ст. 109 УПК); порядок избрания этой меры пресечения (ст. 108 УПК). Знаменательно, что, придавая важное значение личному участию обвиняемого при рассмотрении вопроса о его аресте в судебном заседании, законодатель еще до начала действия УПК РФ счел возможным дополнить статью 108 УПК указанием на то, что принятие судебного решения в отсутствие обвиняемого допускается только в случае объявления его в международный розыск (см. пункт 25 федерального закона N 58-ФЗ от 26 апреля 2002 г. (29 мая 2992 г.); СЗ РФ. 2002. N 22. Ст. 2027).

7. Второе положение ч. 2 ст. 22 Конституции РФ в полной мере реализовано в УПК РФ 2001 года. Как и в Конституции РФ, в УПК РФ со всей категоричностью указано, что до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (ч. 1 ст. 10). При этом подчеркнуто, что: 1) осуществить задержание могут только орган дознания, следователь или прокурор; 2) допускается оно в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы; 3) задержание возможно при наличии оснований, указанных в законе (ст. 91 УПК РФ). Законом, однако, предусмотрено, что по истечении 48 часов с момента задержания подозреваемый подлежит освобождению, если в отношении его не была избрана меры пресечения в виде заключения под стражу либо суд не отложил окончательное принятие решения. В этих случаях судья по ходатайству сторон может продлить срок задержания не более чем на 72 часа (п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК).

8. Местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Минюста России; следственные изоляторы органов ФСБ; изоляторы временного содержания (ИВС) подозреваемых и обвиняемых ОВД; ИВС подозреваемых и обвиняемых пограничных войск РФ (ст. 7 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"). Правовые отношения должностных лиц мест содержания под стражей и граждан, находящихся в них, регулируются Положением о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ, утвержденное приказом министра юстиции РФ N 20 от 25 января 1999 г. (Бюллетень Министерства юстиции Российской Федерации. 1999. N 2).

9. В соответствии с ч. 2 ст. 22 Конституции РФ разработано и принято законодательство об административных правонарушениях. Согласно ст. 3.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КРФ об АП) административный арест установлен на срок до пятнадцати суток, а за нарушение требований режима чрезвычайного положения или режима в зоне проведения контртеррористической операции - до тридцати суток. Административный арест назначается судьей (см. Федеральный закон N 192-ФЗ от 20.12.2001 г. (29.12.2001 г.) (СЗ РФ. 2002. N 1 (часть 1). Ст. 1).

10. Вопросы задержания в условиях чрезвычайного положения урегулированы Федеральным конституционным законом от 26 апреля 2001 г. (30 мая 2001 г.) N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" (СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277). Согласно ст. 31 указанного закона граждане, нарушившие правила комендантского часа, задерживаются до окончания комендантского часа. Те же из них, которые не имеют при себе документов, удостоверяющих личность, по решению начальника ОВД или его заместителя, задерживаются до выяснения личности, но не более чем на 3 суток. Решением суда указанный срок может быть продлен не более чем на 10 суток.

 

Статья 23

 

1. "Частная жизнь", "личная семейная тайна", "честь", - важнейшие блага человека, персонифицирующие личность.

В понятие "частная жизнь включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер. Личная и семейная тайны являются обособленными зонами наиболее деликатных, интимных сторон личной жизни, когда разглашение определенных сведений является для человека нежелательным. Личная и семейная тайны при определенных обстоятельствах могут совпадать или быть обособленными друг от друга. Личную тайну, например, могут составлять сведения, деловых, дружеских и иных связях, пристрастиях, пороках, скрытых физических недостатках и т.п. Семейную тайну составляют такие обстоятельства, которые касаются семьи и по моральным соображениям правомерно скрываются ею от постороннего глаза. Под честью (добрым именем) понимается общественная оценка личности, объективный взгляд окружающих а социальные и духовные качества гражданина как члена общества, признаваемые за ним моральные заслуги.

2. Честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна относится к числу личных неимущественных прав, нематериальных благ, принадлежащих гражданину от рождения. Они неотчуждаемы и непередаваемы кому-либо.

3. Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну гарантируется нормами, обеспечивающими неприкосновенность жилища (см. комментарий к ст. 25), тайну усыновления (ст. 139 СК РФ, ст. 155 УК), врачебную тайну (п. 6 ч. 1 ст. 30), ст. 61 Основ законодательства об охране здоровья граждан при; ст. 9 Закона "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", ст. 52 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" (СЗ РФ, 1999, N 14, ст. 1650), ст. 12 Федерального закона от 18.06.2001 N 77-ФЗ "О предупреждении распространения туберкулеза в Российской Федерации" (СЗ РФ, 2001, N 26, ст. 2581), тайну исповеди (ч. 7 ст. 3 Федерального закона от 26.09.1997 N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" (СЗ РФ, 1997, N 39, ст. 4465); п. 4 ч. 3 ст. 56 УПК), тайну нотариальных документов, в частности завещания (ст. 1123 ГК), тайну денежных вкладов (ст. 857 ГК, ст. 26 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" в ред. Федерального закона от 07.08.2001 N 121-ФЗ (СЗ РФ, 1996, N 6, ст. 492,), недопустимость слежки за человеком, прослушивания личных разговоров, тайну на персональный данные о человеке (ст. 11 Федерального закона "Об информации, информатизации и защите информации") и др.

При осуществлении расследования по уголовному делу следственные действия, связанные с вторжением в частную жизнь человека, в его личные и семейные тайны - обыск, выемка, личный обыск и др. следственные действия, проводимые в жилище, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию и ее выемка, контроль и запись переговоров - осуществляется только на основании судебного решения (п. 4-9, 11 ст. 29, ч. 3 ст. 182, ч. 2 ст. 183, ч. 1 ст. 184, ч. 2 ст. 185, ч. 1, 2 ст. 186 УПК - вступает в силу с 1 января 2004 г., до этого времени осуществляется с санкции прокурора или по решению суда). Следователь обязан принять меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные при обыске и выемке обстоятельства интимной жизни лица, занимающего обыскиваемое помещения, или других лиц (ч. 7 ст. 182 УПК); участниками уголовного процесса запрещается разглашать данные предварительного следствия без разрешения следователя или прокурора (ст. 161 УПК). При отправлении правосудия в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц допускается проведение закрытого судебного разбирательства (п. 3 ч. 2 ст. 241 УПК).

Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни человека, составляющих его личную семейную тайну, является преступлением и влечет уголовную ответственность (ст. 137 УК).

Разбирательство по гражданским, административным и уголовным делам, содержащим сведения, составляющие тайну частной жизни граждан (в том числе, усыновления (удочерения) ребенка) или иные охраняемые законом тайны, осуществляется в закрытом судебном заседании (ч. 2 ст. 10 ГПК, ст. 24.3 КоАП, ч. 2-4 ст. 241 УПК)

4. За посягательство на честь гражданина предусмотрена гражданско-правовая (ст. 151, 152 ГК, ст. 43-46, 49, 51 Закона РФ "О средствах массовой информации") и уголовная (ст. 129, 130 УК) ответственность (см. комментарий к ст. 21). В случае, если честь гражданина пострадала в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, а также иных незаконно примененных мер процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу, он имеет право на восстановление его нарушенных прав и возмещение ущерба, в том числе - морального (гл. 18 УПК, 1070 ГК).

Возмещение морального вреда, причиненных административным правонарушением осуществляется в соответствии со ст. 4.7 КоАП.

5. Право граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых. телеграфных и иных сообщений обеспечивает неприкосновенность общения человека с другими людьми путем использования почтово-телеграфной связи и является гарантией права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Ограничение этого права, т.е. перлюстрация частной корреспонденции и прослушивание телефонных переговоров, допускается только на основании судебного решения. Данное конституционное установление гарантируется положением ст. 13, 185 УПК, ст. 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", ст. 11 Федерального закона "Об информации, информатизации и защите информации", ст. 32 Федерального закона "О связи" и др. В этом Федеральном законе "Об оперативно-розыскной деятельности" от 5 июля 1995 г. (12 августа 1995 г.) определено, что выдача разрешения на проведение оперативно-розыскных мероприятий возможна только при наличии информации: 1) о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно; 2) о лицах подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно; 3) о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности России.

Закон позволяет в трех случаях начать прослушивание телефонных переговоров без решения суда: 1) при наличии угрозы совершения тяжкого преступления; 2) при наличии данных об угрозе государственной, военной, экономической или экологической безопасности России; 3) при наличии угрозы жизни, здоровью или собственности лица по его просьбе или с его согласия о прослушивании телефонных переговоров, ведущихся с его телефона. Тогда постановление о прослушивании телефонных переговоров выносит орган, осуществляющий оперативно-розыскную деятельность, который уведомляет об этом суд не позднее: в первых двух случаях - 24 часов, а в последнем - 48 часов.

Некоторые вопросы процедуры вынесения судебных решений по данному вопросу разрешены Пленумом Верховного Суда от 24 декабря 1993 г. в постановлении "О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции Российской Федерации" (БВС 1994 N 3 С. 12).

Нарушение данного положения должностными и иными лицами влечет уголовную ответственность (ст. 138 УК)

В гражданском судопроизводстве оглашение в суде переписки и телеграфных сообщений допустимо лишь с согласия лиц, между которыми эта переписка и телеграфные сообщения происходили.

 

Статья 24

 

1. Запрет сбора информации о частной жизни и оперирования полученными сведениями охватывает как обширную сферу неофициального общения лица, так и его внутренний духовный мир. Этот запрет является составной частью характеристики качества жизни в обществе, показателем степени автономности и свободы индивида по отношению к обществу и государству. Речь идет о событиях прошлой и настоящей жизни человека, значимых для него фактах, действиях и решениях, наконец, о свойствах и переживаниях, присущих самой личности (в некоторых законодательных актах говорится об интимных сторонах жизни), отделенных от аспектов его бытия, непосредственно включенных в процессы государственной или общественной жизни.

В филологии понятие "частная жизнь" трактуется исходя из признака ее неодинаковости, отделенности, даже противопоставления сфере общественной и государственной жизни. Информация о ней отражает личностно выделенную деятельность, связанную с неофициальным, неформальным межличностным общением, включая общение с семьей, родственниками, друзьями, коллегами и т.д., а также значимые для лица действия и решения, в том числе опирающиеся на его правовой статус, но безразличные с точки зрения интересов общества и государства. Например, сведения о законном приобретении имущества, выборе учебного заведения для детей, места проведения отпуска, новой работы, внесении вклада в определенный банк и т.д. Имеется в виду и информация о взглядах, мнениях, других воззрениях, позициях лица по определенным вопросам. Требования права и морали задают необходимые ориентиры для частной жизни, определяя пределы дозволенного в ней. Формулы "не навреди" и "разрешено все, что не запрещено законом" выражают эти ориентиры в сфере частной жизни, которая является существенным элементом конституционного статуса личности.

Комментируемая статья имеет в виду охрану права на частную жизнь, ее неприкосновенность, личную, семейную тайну лишь применительно к физическим лицам. Но посягательство на это право не допускается со стороны как физических, так и юридических лиц, должностных лиц и служащих любых органов, учреждение, организаций, предприятий. Это необходимо специально отметить так как ч. 2 ст. 24 Конституции, говоря о корреспондирующем праве на возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими законные интересы лица, возлагает соответствующую обязанность только на органы государственной власти и органы местного самоуправления.

Информация определяется законом как "сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах, независимо от формы их представления" (ст. 2 Федерального закона от 25 января 1995 г. (20 февраля 1995 г.) N 24-ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации"). Названный закон выделяет также документированную информацию - сведения, зафиксированные на материальном носителе (именно она имеется в виду в ч. 2 комментируемой статьи); информацию о гражданах или персональные данные - сведения о фактах, событиях и обстоятельствах жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность.

Последнее понятие требует, однако, определенных уточнений: а) речь идет о гражданах в широком смысле слова, т.е. включая иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории России (эта трактовка прямо вытекает и из текста ст. 2 и 62 Конституции); б) указание на цель идентификации личности не вполне удачно, так как по буквальному смыслу соответствующего термина имеется ввиду лишь установление тождества, самоличности. Между тем комментируемая статья Конституции имеет ввиду не только данные, необходимые и достаточные, например, для установления времени и места рождения, семейного положения, права на пенсию, лечение и т.д., но любые сведения о частной жизни лица. Все они по определению Закона "Об информации:" должны быть отнесены к конфиденциальным, доступ к которым ограничен законодательством Российской Федерации.

Положения ст. 24 соответствуют общепризнанным принципам и нормам международного права, международным договорам России (ст. 12 Всеобщей декларации прав человека; ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах; ст. 16 Конвенции о правах ребенка; ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

Запрещая сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия, Конституция имеет в виду просьбу лица или органа, предполагающего работать с соответствующей информацией, обращенную к лицу, о частной жизни которого идет речь, и получение утвердительного ответа, в том числе в форме представления испрашиваемой информации. Ссылки на то, что не поступало возражений, здесь недостаточно: должно быть зафиксировано именно волеизъявление. При несовершеннолетии лица, о частной жизни которого идет речь, иных случаях недееспособности или неполной дееспособности требуется согласие законного представителя.

Права человека и гражданина, закрепленные в ст. 24, относятся к числу тех, которые не подлежат ограничению даже в условиях чрезвычайного положения, вводимого на всей территории Российской Федерации или в отдельных местностях.

При применении ст. 24 как нормы прямого действия или основания для развития отраслевого (межотраслевого) законодательства о правах и свободах человека и гражданина положения комментируемой статьи необходимо сопоставлять с положениями ст. 23, 25, 28, 29 Конституции, детализирующими само понятие неприкосновенности частной жизни и конституционные способы ее защиты. Надо отметить в этой связи, что ч. 4 ст. 29 о праве каждого свободно искать, получать, передавать, производить, распространять информацию любым законным способом должна, в свою очередь, применяться с учетом положений ст. 23 и 24, т.е. помимо ограничений, связанных со способами информационной деятельности и перечнем сведений, составляющих государственную тайну, должно быть учтено и требование неприкосновенности частной жизни, личной и служебной тайны.

2. На положениях ст. 23 и 24 Конституции основан комплекс федеральных законов и подзаконных актов, законодательных актов субъектов Федерации, устанавливающих конкретные запреты разглашать информацию, относящуюся к отдельным областям частной жизни (см., например, ст. 3 Закона "О банках и банковской деятельности"; ст. 9 Закона "О психиатрической помощи:", ст. 139 Семейного кодекса; ст. 5 Закона об основах социального обслуживания населения; ст. 9, 11, 161 УПК и др.).

Уголовно-правовую защиту неприкосновенности частной жизни от сбора или распространения сведений, нарушающих личную или семейную тайну, предусматривает ст. 137 УК РФ. Уголовный закон специально устанавливает также ответственность за нарушение тайны усыновления (удочерения), распространение с целью вымогательства позорящих сведений (соответствующих действительности), либо могущих причинить иной существенный вред, разглашение данных предварительного расследования без согласия ответственных лиц, а также сведений о мерах безопасности для судей и участников процесса. Уголовно-правовая защита неприкосновенности частной жизни от незаконного нарушения тайны переписки или иных сообщений либо неприкосновенности жилища осуществляется и ст. 138, 139 УК РФ.

Наряду с уголовно-правовой защитой неприкосновенность частной жизни защищена правом обжалования решений и действий органов и лиц, нарушивших эту неприкосновенность, в суд, а также в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека; дисциплинарным и административным законодательством об ответственности должностных лиц и других государственных и муниципальных служащих; гражданско-правовым законодательством о праве на иск из причинения вреда и т.д.

3. Запрет сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия не имеет абсолютного характера. В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции он может быть ограничен федеральным законом.

Сбор информации - это поиск и получение ее любым способом и в любой форме: истребование, непосредственное наблюдение, наведение справок, изучение документов, опрос, проникновение в информационные ресурсы и т.д. Способы сбора информации в случае их преступности или иной незаконности влекут соответствующую ответственность лиц, их применяющих. В частности, незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для несогласного получения информации о частной жизни, влечет ответственность по ст. 138 УК; неправомерный доступ к компьютерной информации - по ст. 272 УК и т.д.

Хранение информации - это накопление ее на материальных носителях (в том числе введение в память ЭВМ либо в банки машинной информации и информационные системы); обработка, систематизация, включение в информационные ресурсы (отдельные документы и массивы документов, информационные системы: библиотеки, архивы, фонды, банки данных и т.д.).

Использование информации - обоснование ею действий или решений лица или органа.

Распространение информации - это сообщение ее хотя бы одному лицу; использование для этих целей средств массовой информации, других способов обращения к неопределенному кругу лиц усугубляет ответственность виновных независимо от того, соответствуют ли действительности распространяемые сведения.

Для рассмотрения конфликтных ситуаций, связанных с оценкой законности действий лиц или органов, собирающих сведения о частной жизни, исходя из субъекта, объема, содержания, оснований соответствующих действий, целей предполагаемого использования и т.д., могут быть созданы временные и постоянные третейские суды (ст. 23 Закона "Об информации:").

4. Положения ч. 2 ст. 24 предусматривают как случаи, когда соответствующие данные собраны с согласия лица или даже представлены им, так и случаи, когда лицо хочет проверить, не собирались ли данные о частной жизни без его согласия. В последних случаях положения ч. 2 комментируемой статьи являются одной из гарантий запрета, сформулированного в ч. 1.

В комментируемой части говорится лишь об органах государственной власти, органах местного самоуправления и должностных лицах. Между тем соответствующие документы и материалы могут находиться и в составе информационных ресурсов негосударственных (немуниципальных) предприятий, учреждений, организаций в соответствии с профилем их деятельности, например, в частных образовательных и лечебных учреждениях, детективных и аудиторских службах, учреждениях социального обслуживания. Представляется, что обязанность, предусмотренная ст. 24, распространяется и на них и имеющийся перечень должен рассматриваться как примерный. Этот вывод вытекает и из формулировок ст. 23 и ч. 1 комментируемой статьи, поскольку неприкосновенность частной жизни и запрет незаконного оборота информации о ней предполагают защиту от любого нарушения, независимо от того, кто является его субъектом.

Нарушение обязанности, предусмотренной ч. 2 комментируемой статьи, может иметь форму прямого отказа либо создания условий, при которых фактически пресекается доступ к документам и материалам (отказ в приеме, ссылки на недоступность материалов и т.д.), а также предоставления документов и материалов в заведомо неполном объеме либо фальсифицированных. Правда, надо иметь ввиду, что частичное, а не полное предоставление документов и материалов может основываться на ограничениях, устанавливаемых законодательством о государственной тайне, об оперативно-розыскной деятельности, о средствах массовой информации, о статусе депутатов и т.д. Но об этих ограничениях заинтересованному лицу должно быть объявлено со ссылкой на закон и с указанием, какие именно документы и материалы (или их части) не будут выданы для ознакомления.

Понятие документов и материалов, "непосредственно затрагивающих права и свободы" лица, является оценочным. При возникновении конфликтных ситуаций здесь применимы способы разрешения и защиты законных интересов заинтересованных лиц от нарушений неприкосновенности частной жизни. Надо отметить и то, что в соответствии со ст. 24 Закона "Об информации:" лица, "которым отказано в доступе к информации, и лица, получившие недостоверную информацию, имеют право на возмещение понесенного ущерба".

Право на доступ к информации, непосредственно затрагивающей права и свободы лица, предполагает и право знать, кем и в каких целях используется информация, требовать внесения в нее уточнений, право на бесплатный доступ к информации, если иное не предусмотрено законом.

Если работники негосударственных (немуниципальных) учреждений, организаций или частные лица оперировали информацией о частной жизни, не пройдя обязательного лицензирования, они несут за это уголовную ответственность по ст. 171 или 173 УК. Отказ любого фактического владельца информации о частной жизни, имеющего статус должностного лица, от предоставления документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина (в широком смысле слова), либо предоставление неполной или заведомо ложной информации, если эти действия причинили вред, влекут ответственность по ст. 140 УК.

 

Статья 25

 

1. 1 Термин "жилище", используемый в комментируемой статье, в связи с констатацией его неприкосновенности давно известен российскому законодательству, однако его универсальное, полное и исчерпывающее правовое понятие в законе отсутствует. Жилищный кодекс России дает лишь понятия жилых помещений и жилых домов (ст.ст. 7-10). Гражданский кодекс дает понятие жилого помещения, которое может быть представлено в виде квартиры, жилого дома, части квартиры или жилого дома (ст. 673 ГК РФ). Из этого видно, что понятия "жилое помещение" и "жилище" - далеко не однозначны: последнее значительно шире первого.

2. В литературе понятие жилища интерпретируется нередко как всякое помещение, предназначенное или приспособленное для постоянного или временного проживания людей. При этом в понятие жилища включается не только то, что ГК РФ представляет в качестве жилого помещения. Кроме него, к жилищу относят также места общего пользования: холл, коридор, ванную, кухню, пристройку, балкон, лоджию, веранду; в отдельных домах и коттеджах - чердачные помещения, подвалы, погреба; в коммунальных квартирах старых образцов - кладовки; в квартирах старых домов, постепенно выселяемых, - освободившиеся комнаты, используемые для общих целей (сушки белья и пр.). Жилищем признают на практике комнаты в домах отдыха, пансионатах, базах отдыха, дачи, загородные дома, дома на садовых участках, приспособленные под жилье палатки и хозяйственные постройки (в особенности в разгар сезона отдыха), комнаты в гостинице и общежитии.

3. Ввиду отсутствия единообразного понимания термина "жилище" представляется обоснованным принятие законодателем (п. 10 ст. 5 УПК РФ) для сферы общественных отношений, регулируемых нормами уголовно-процессуального закона, понятие "жилища", представленного в примечании к ст. 139 УК РФ, посвященной установлению ответственности за нарушение неприкосновенности жилища. В нем, в частности, указано, что под жилищем в УК РФ понимаются "индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилой фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания".

4. Провозглашенный в первом предложении комментируемой статьи принцип неприкосновенности жилища раскрыт следующим предложением этой же статьи. В соответствии с ним требование соблюдения неприкосновенности жилища означает запрещение (по общему правилу) проникать в жилище, если на это нет согласия проживающих в нем лиц. Ими могут быть лица, имеющее право собственности на указанное жилье или пользующихся им на законном основании, т.е. при наличии документов, подтверждающих аренду, найм, поднаем жилого помещения и пр. Лица, занимающие жилое помещение противоправно (самовольное заселение построенного жилого дома без ордера, выданного местной администрацией; заселение без соответствующего разрешения освободившейся комнаты в коммунальной квартире, и т.п.), не вправе претендовать на действие в отношении иных гарантий, предусмотренных ст. 25 Конституции.

5. Рассматриваемые положения Конституции РФ оказали непосредственное влияние на формирование норм уголовно-процессуального права, регулирующих производство таких широко осуществляемых следственных действий, как осмотр жилища, производство в нем обыска и выемки. При этом, устанавливая правила производства осмотра жилища, законодатель последовательно действовал в рамках, очерченных ст. 25 Конституции РФ, предусмотрев, что осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения.

Применительно к производству обыска и выемки в жилище УПК установлены более жесткие общие правила, согласно которым указанные действия могут быть проведены на основании судебного решения, отвергнув тем самым возможность действовать на основе согласия проживающих в нем (жилище) лиц. Вместе с тем законом оговорено, что в исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска или выемки в нем не терпят отлагательства, они могут быть проведены на основании постановления следователя без получения судебного решения, а судью и прокурора об этом уведомляет следователь в течение 24 часов с момента начала производства следственного действия (ст. 12, ч. 5 ст. 165 УПК РФ).

Получив указанное уведомление, судья проверяет законность проведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае признания произведенного следственного действия незаконным полученные доказательства признается в соответствии со ст. 75 УПК РФ недопустимыми.

При возникновении в ходе предварительного расследования необходимости проведения других следственных действий, связанных с проникновением в жилище (допроса, проведения следственного эксперимента, наложения ареста на имущество и др.), необходимо действовать сообразно положениям ст. 25 Конституции РФ, т.е. с согласия проживающих в нем лиц либо при наличии судебного решения.

6. Комментируемая статья Конституции Российской Федерации не абсолютизирует действие принципа неприкосновенности жилища. Напротив, ею установлена допустимость проникновения в жилище вопреки воли проживающих в ней лиц в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения. Иными словами, Конституция не только установила общее правило, но и предусмотрела случаи отступления от него.

В соответствии со ст. 11 Закона о милиции сотрудники милиции вправе беспрепятственно входить в жилье и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участи, осматривать их при наличии данных полагать, что там совершено или совершается преступление, произошел несчастный случай, а также для обеспечения личной безопасности граждан и общественной безопасности при стихийных бедствиях, катастрофах, авариях, эпидемиях, эпизоотиях и массовых беспорядках. Аналогичные права предоставлены органам ФСБ Российской Федерации (п. "з" ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 22 февраля 1995 г. (3 апреля 1995 г.) N 40-ФЗ "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации"). Возможность проникновения в жилище предусмотрена также законами с налоговой полиции, об оперативно-розыскной деятельности. При этом во всех случаях вхождения в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения вопреки воли проживающих в нем лиц и без судебного решения уведомляются прокурор и суд (судья) в течение 24 часов (см.: федеральные законы о милиции (ч. 1 ст. 11), об оперативно-розыскной деятельности (ч. 2, 3 ст. 8), об органах ФСБ (ч. 1 ст. 13) и др.).

7. Оценивая различные ситуации, которые могут возникнуть в связи с решением проблемы проникновения в жилище, необходимо иметь в виду, что вызывает или может вызвать отступление от неприкосновенности жилища; уяснить, не затрагиваются ли тем самым другие права и свободы человека и гражданина; какие в связи с этим возникают дополнительные проблемы. Дело в том, что обеспечение неприкосновенности жилища нередко является гарантией соблюдения других прав и свобод. Возражая против вхождения в жилище, граждане нередко это делают потому, что не желают, чтобы об их честной жизни, личной тайне получили информацию другие лица. Кроме того, они опасаются использования против них данных о интимной стороне их жизни, а также распространения полученной информации по месту их работы и т.п. Вот почему при необходимости применения ст. 25 Конституции следователь или другие должностные лица должны уяснить, не стоит ли в действительности еще и вопрос о применении ст.ст. 23 и 24 Конституции. В первом случае потребуется получение судебного решения (см. комментарий к ст. 23), а во втором - согласие заинтересованного лица (см. комментарий к ст. 24).

8. Предписания, содержащиеся в комментируемой статье, направлены на защиту собственника и владельца жилища от посягательств любого лица - другого гражданина, представителя общественного объединения, должностного лица, органа власти, представителей государственных и частных организаций. При этом каждый, считая незаконными действия должностных лиц, нарушивших неприкосновенность жилища, вправе обжаловать их в суд (см. комментарий к ст. 46), а при определенных условиях - обратиться в суд с иском о компенсации причиненного морального вреда.

Нарушения неприкосновенности жилища могут повлечь привлечение виновных к уголовной ответственности (ч. 1, 2 и 3 ст. 139 УК РФ).

 

Статья 26

 

1. Национальная принадлежность - это принадлежность лица к конкретному этносу, характеризующемуся общностью языка, психического склада, культуры, самосознания и т.п.

Комментируемая статья признает право каждого самостоятельно и свободно определять и указывать свою национальную принадлежность. Это значит, что никто не обязан доказывать такую принадлежность на основе кровного родства и других признаков, которые могли бы свидетельствовать о его этническом происхождении. Конечно, в основе самоидентификации, осознания своей принадлежности к определенному этносу находится чаще всего национальная принадлежность родителей или одного из них. Но бывают и такие жизненные ситуации, когда человек родился в семье, принадлежащей к одному этносу, но с детства живет в другой, принадлежащей к иному этносу, и усвоил его язык, культуру, обычаи и т.п.

Именно поэтому по смыслу комментируемой статьи национальная принадлежность может быть указана вне зависимости от принадлежности к определенному этносу.

Важным нововведением в комментируемой статье стало право, а не обязанность, как это было прежде, указывать свою национальность. Иными словами, запрещено какое-либо принуждение к определению своей национальной принадлежности и указание ее в документах, например, в паспорте. Именно поэтому графа "национальность" изъята из различных учетных документов.

Поскольку, однако, национальная самоидентификация провозглашена в качестве основного права человека и гражданина, следовательно, обязанной стороной является государство, носитель права не может быть лишен возможности указать свою национальную принадлежность в основном идентификационном документе, каковым является паспорт гражданина Российской Федерации.

До достижения возраста 16 лет национальность ребенка может быть определена и указана, если в этом есть необходимость, только по воле родителей. Но по достижении этого возраста человек вправе сам определить и указать свою национальную принадлежность. При этом соответствующие органы не должны выяснять его кровное родство, поскольку это противоречило бы Конституции.

Отсутствие указания в документах национальной принадлежности не влечет никаких правовых последствий, поскольку Конституция гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от расы, национальности, языка, происхождения и других обстоятельств. За прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой или национальной принадлежности предусмотрена уголовная ответственность.

2. Язык является орудием общения людей, обмена мыслями и взаимного понимания в обществе, важнейшим элементом любой нации, ее культуры, основной формой национального самосознания.

Языки народов нашей страны, как отмечается в Законе РСФСР от 25 октября 1991 г. N 1807-I "О языках народов РСФСР" с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 126-ФЗ (Ведомости РСФСР. 1991. N 50 Ст. 1740; СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3804), - национальное достояние Российского государства. Они являются его историко-культурным наследием и находятся под его защитой. Языковая ситуация в нашей стране характеризуется многообразием форм функционирования языков разных народов в различных сферах общения. На территории Российской Федерации с ее многонациональным населением традиционно сложившейся нормой языкового сосуществования является двуязычие и многоязычие.

Конституционное право, закрепленное комментируемой ч. 2 ст. 26 Конституции, вытекает из принципов Всеобщей декларации прав человека, из Декларации о языках народов России от 25 октября 1991 г. Правовые гарантии реализации этого права закреплены законодательством Российской Федерации. Так, Закон "О языках народов РСФСР" направлен на создание условий для сохранения и равноправного самобытного развития языков народов России и призван стать основой для формирования системы правового регулирования деятельности юридических и физических лиц, разработки подзаконных нормативных актов в целях реализации его положений. Закон исходит из признания языкового суверенитета каждого народа и личности, независимо от происхождения человека, его социального и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности, пола, образования, отношения к религии и места проживания.

Это означает, что в стране недопустимы пропаганда вражды и пренебрежения к любому языку, создание противоречащих конституционно установленным принципам национальной политики препятствий, ограничений и привилегий в использовании языков. Никто не вправе навязывать человеку использование того или иного языка помимо его воли.

Важно отметить, что государство гарантирует гражданам Российской Федерации осуществление основных политических, экономических, социальных и культурных прав и свобод вне зависимости от их знания или незнания какого-либо языка. "Знание или незнание языка, - отмечается в ст. 5 Закона "О языках народов РСФСР", - не может служить основанием для ограничения языковых прав граждан Российской Федерации. Нарушение языковых прав народов и личности влечет за собой ответственность согласно закону".

Закрепленное Конституцией право дает возможность каждому человеку свободно пользоваться родным языком. Им является обычно язык нации, этнической группы, к которой принадлежит человек. Свободный выбор языка общения означает, что каждый вправе использовать в межличностных контактах - на бытовом или на официальном уровне - тот язык, который понятен собеседнику. Языком общения может быть не только родной, но и государственный или иной язык.

Гражданам нашей страны, не владеющим государственным языком и языком республики в составе Российской Федерации, предоставлено право выступать на заседаниях, собраниях в государственных органах, организациях, на предприятиях и в учреждениях на том языке, которым они владеют. В случае необходимости обеспечивается соответствующий перевод.

Гражданам Российской Федерации гарантировано также право обращаться в государственные органы, организации, на предприятия и в учреждения в предложениями, заявлениями, жалобами на государственном языке, родном языке или на любом другом языке народов России, которым они владеют.

При этом ответы даются на языке обращения, а при невозможности дать ответ на языке обращения - на государственном языке Российской Федерации.

Законодательством Российской Федерации установлены и другие гарантии общения на родном языке. Так, в местности компактного проживания населения, не имеющего своих национально-государственных и национально-территориальных образований или живущего за их пределами, наряду с русским языком и государственными языками республик в составе Российской Федерации в официальных сферах общения может использоваться язык населения данной местности.

Гарантии употребления родного языка в судопроизводстве имеются и в процессуальном законодательстве. В частности, тем, кто не владеет языком, на котором ведется судопроизводство или производство по делам в правоохранительных органах, гарантируется право выступать в суде на родном языке. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" в связи с этим отмечается, что суд по ходатайству участвующих в деле лиц обязан обеспечить им право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства и выступать на родном языке (Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам. С. 489).

3. Право выбора языка воспитания и обучения осуществляется прежде всего родителями или заменяющими их лицами. Оно обеспечивается созданием системы воспитательно-образовательных учреждений, иных форм воспитания и обучения на языках народов Российской Федерации. Тем, кто проживает за пределами своих национально-государственных и национально-территориальных образований либо не имеющим таковых, а также представителям малочисленных народов и этнических групп государство оказывает содействие в организации различных форм воспитания и обучения на родном языке независимо от их количества и в соответствии с их потребностями.

Закон Российской Федерации от 10 июля 1992 г. N 3266-I "Об образовании" с изменениями и дополнениями, внесенными федеральными законами от 12 июля 1995 г. (13 января 1996 г.) N 12-ФЗ и от 15 октября 1997 г. (16 ноября 1997 г.) N 144-ФЗ (СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 150; 1997. N 47. Ст. 5341) гарантирует гражданам Российской Федерации право на получение основного общего образования на родном языке, а также на выбор языка обучения в пределах возможностей, предоставляемых системой образования.

Язык (языки), на котором ведется обучение и воспитание в образовательном учреждении, определяется учредителем (учредителями) и (или) его уставом.

Значительное место в Федеральном законе "О национально-культурной автономии" (СЗ Российской Федерации. 1996. N 26. Ст. 2965) также занимают вопросы получения образования на национальном (родном) языке и выбора языка воспитания и обучения. В частности, установлено право граждан России, относящих себя к определенным этническим общностям, на получение основного общего образования национальном (родном) языке и на выбор языка воспитания и обучения в рамках возможностей, предоставляемых системой образования в соответствии с законодательством Российской Федерации и ее субъектов. Для обеспечения этого права национально-культурные автономии могут образовывать негосударственные (общественные) образовательные учреждения (общеобразовательные, начального, среднего и высшего профессионального образования); учреждать другие образовательные учреждения с обучением на национальном (родном) языке (ст. 10, 11 Закона).

Органы исполнительной власти Федерации и ее субъектов обеспечивают при необходимости создание групп в государственных, муниципальных, дошкольных учреждениях, классов или учебных групп в государственных, муниципальных образовательных учреждениях с обучением на национальном (родном) языке; с учетом предложений национальнокультурных автономий и конкретных условий региона создают государственные образовательные учреждения яс обучением на национальном (родном) языке, на русском языке с углубленным изучением национального (родного) языка, национальной истории и культуры, а также учреждения дошкольного образования (воскресные школы, факультативы, культурно-образовательные центры и другие образовательные учреждения) для изучения и пропаганды национальных (родных) языков) и национальных культур (ст. 12 того же Закона).

Актуальным остается призыв, содержащийся в Декларации о языках народов России, принятой 25 октября 1991 г., способствовать воспитанию уважительного и бережного отношения к языкам всех народов нашей Родины, всемерно развивать культуру языкового общения, оберегать чистоту родной речи.

 

Статья 27

 

1. Комментируемая статья, как и ряд других, реализует на конституционном уровне общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России, устанавливающие права и свободы человека и гражданина, определяющие неотъемлемую часть статуса человека и гражданина в демократическом обществе. На это прямо обращено внимание в заключении по заявке России на вступление в Совет Европы; согласие с заявкой обусловлено рядом условий, включая обеспечение реального осуществления прав, закрепленных в ст. 27 Конституции и законодательстве о свободе передвижения и выборе места жительства. Вместе с тем эти права являются гарантиями обеспечения ряда других прав и свобод человека и гражданина, предусмотренных Конституцией (ст. 8, 29-44).

Гарантийный аспект ст. 27 неоднократно отмечался в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, в частности, при проверке конституционности некоторых норм жилищного законодательства. В качестве примера здесь можно привести постановления Конституционного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. N 3-П по делу о проверке конституционности частей 1 и 2 статьи 54 Жилищного кодекса в связи с жалобой Н.Л.Ситаловой (ВКС. 1995. N 2-3); от 23 июня 1995 г. N 8-П по делу о проверке конституционности части 1 и пункта 8 части 2 статьи 60 Жилищного кодекса в связи с запросом Муромского городского народного суда Владимирской области (ВКС. 1995. N 2-3).

2. В соответствии с комментируемой статьей утратили силу нормативные акты о прописке. Этот принципиальный вывод сделан в упомянутом постановлении Конституционного Суда в связи с жалобой Н.Л.Ситаловой. Конституционный Суд сослался при этом на заключение Комитета конституционного надзора СССР от 11 октября 1991 г., которым еще тогда эти акты были признаны недействующими. Эта ссылка не умаляет, однако, значение позиции самого Конституционного Суда, заключающейся в том, что содержание ч. 1 ст. 27 Конституции РФ исключает необходимость при реализации права свободно выбирать место пребывания и жительства получать разрешение на прописку.

Закон "О праве граждан Российской Федерации на свободное передвижение, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" от 25 июня 1993 г. устанавливает регистрационный порядок и в целом соответствует положениям комментируемой статьи. Основанное на этом законе постановление Правительства РФ от 17 июля 1995 г. N 713 об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства детально излагает порядок учета места нахождения граждан, что необходимо для обеспечения условий реализации их прав и обязанностей. При этом в соответствии со ст. 62 Конституции иностранные граждане и лица без гражданства, законно находящиеся на территории России, имеют право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в том же порядке, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором (СЗ РФ. 1995. N 30. Ст. 2939).

Местом жительства считается жилое помещение (дом, квартира, общежитие и т.д.), в котором лицо проживает постоянно или преимущественно в качестве собственника, нанимателя, арендатора и т.п.

Местом пребывания является помещение (гостиница, больница, санаторий и т.п.), иное жилое помещение, например дача, не являющееся местом жительства, а служащее для временного проживания (см. комментарий к ст. 25).

Регистрация осуществляется как по месту пребывания, так и по месту жительства. Регистрация по месту пребывания необходима при размещении в соответствующем помещении на срок свыше 10 суток и производится без снятия лица с регистрации по месту жительства. При изменении места жительства осуществляется регистрация по новому месту жительства с предъявлением документов, являющихся основанием для вселения в жилое помещение; одновременно лицо снимается с регистрационного учета по старому месту жительства.

Относительно изменения места жительства Конституционный Суд в упомянутом постановлении в связи с жалобой Н.Л.Ситаловой указал, что регистрация, заменившая институт прописки, или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, в том числе права на жилище. Иначе говоря, факт отсутствия регистрации по данному месту жительства или пребывания лица, законно находящегося в данном месте, не может служить основанием, например, для отказа в трудоустройстве, принятии в образовательное учреждение, больницу и т.д.

КоАП в ст. 178-181 предусматривает ответственность за проживание без паспорта, незаконное изъятие паспорта. В этих же нормах предусмотрена ответственность за нарушение правил прописки. Представляется, что в связи с заменой прописки регистрацией требуется внесение в указанные нормы соответствующих изменений.

3. Передвижения на территории России, выбор и смена места пребывания и жительства, выезд за пределы страны и возвращение в нее в ряде случаев связаны с уплатой различных налогов, сборов, пошлин (как на федеральном, так и на других уровнях), в том числе имеющих компенсационный характер или обусловленных обслуживанием. Представляется, что при введении и изменении указанных выплат необходимо соотносить их характер и размеры с требованиями ст. 27 Конституции с тем, чтобы они не приобрели характер препятствий для свободы передвижения.

4. Комментируемая статья предусматривает свободу передвижения для тех, кто законно находится на территории Российской Федерации.

Требование законности пребывания распространяется также на беженцев и вынужденных переселенцев.

Права, вытекающие из ст. 27, могут быть ограничены только в порядке ст. 55 Конституции, т.е. федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В частности, действие ст. 27 может быть ограничено в условиях чрезвычайного положения в порядке, установленном федеральным конституционным законом (см. комментарий к ст. 56).

Надо отметить, что ст. 2 Протокола N 4 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод выделяет некоторые случаи ограничения права свободного передвижения, которые в принципе охватываются перечнем ст. 55 Конституции. Представляется, что в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции названные случаи должны рассматриваться как детализирующие названный выше перечень ст. 55.

В соответствии с российским законодательством право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства может быть ограничено для передвижения и пребывания: в закрытых административнотерриториальных образованиях; в местности, прилегающей к государственной границе; в закрытых военных объектах. Может быть ограничено также пребывание и проживание на территориях экологического бедствия (например, в связи с катастрофой на Чернобыльской АЭС), на территориях, на которых распространяются массовые инфекционные заболевания (эпидемии). Наряду с ограничениями, связанными с чрезвычайным положением, они могут быть введены и в связи с военным положением.

5. Существуют некоторые указы Президента и правовые акты субъектов Федерации о борьбе с бродяжничеством. Представляется, что поскольку это социальное явление относится к числу детерминант преступности и иных правонарушений, непосредственно посягает на общественный порядок, здоровье, права и законные интересы членов общества, в принципе меры борьбы с бродяжничеством не нарушают в силу ст. 55 Конституции прав и свобод, предусмотренных комментируемой статьей. Однако в силу той же ст. 55 соответствующие меры должны предусматриваться законом. В настоящее же время на этом уровне запрещено только вовлечение несовершеннолетних в бродяжничество (ст. 151 УК РФ).

В упомянутом постановлении Конституционного Суда в связи с запросом Муромского городского народного суда специально указано на то, что сохранение права на жилое помещение, являющееся местом жительства лица, не может быть ограничено каким-либо сроком его временного отсутствия (в том числе и в случае осуждения к лишению свободы на срок свыше 6 месяцев), поскольку это противоречит ст. 27 Конституции РФ, предусматривающей право на свободный выбор места жительства.

В УК РФ 1996 г. включен ряд норм, устанавливающих ответственность за посягательства на свободу передвижения. Это, в частности, ст. 126-128 о похищении человека, незаконном лишении свободы, незаконном помещении в психиатрический стационар; ст. 206 о захвате заложников; ст. 301 о незаконном задержании, заключении или содержании под стражей. В зависимости от конкретных обстоятельств посягательства на права, предусмотренные комментируемой статьей, могут влечь также ответственность по статьям УК о воспрепятствовании законной предпринимательской деятельности, о преступлениях против государственной службы и службы в органах местного самоуправления и т.д. В любом случае лицо, полагающее нарушенными свои права, предусмотренные ст. 27 Конституции, вправе принести жалобу в вышестоящий орган в порядке подчиненности либо в суд в соответствии с Законом "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" от 14 декабря 1995 г.

6. Часть 2 комментируемой статьи характеризует условия выезда за пределы России как "свободные", а условия возвращения как "беспрепятственные". Представляется, что эти термины использованы законодателем как равнозначные. Говоря о праве гражданина РФ на беспрепятственное возвращение в страну, ч. 2 ст. 27 имеет в виду и граждан с двойным гражданством (см. комментарий к ст. 62).

В соответствии с действующими правилами об оформлении и выдаче заграничных паспортов, паспорта общегражданского образца выдаются всем желающим, независимо от цели выездов за рубеж. Они действуют в течение предусмотренного в них срока без каких-либо дополнительных согласований с выдавшим органом. Служебные и дипломатические паспорта, паспорта моряка выдаются в соответствии со служебным статусом лица и запросом организации, в которой оно работает.

7. Не противоречат положениям комментируемой статьи и международноправовым обязательствам России (в частности, ст. 2 протокола N 4 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод) ограничения, существующие в соответствии со ст. 55 Конституции и заключающиеся во временном отказе в выдаче паспорта лицам: сообщившим о себе заведомо ложные сведения; принявшим на себя договорные (контрактные) обязательства, препятствующие выезду; являющимся ответчиками по гражданским делам или обязанным исполнять возложенные обязательства по судебному решению; привлеченным к уголовной ответственности (до разрешения дела) или осужденным (до отбытия наказания или освобождения от него); подлежащим призыву на действительную срочную военную службу (до ее прохождения либо прохождения альтернативной службы либо освобождения от них). В то же время при вступлении в Совет Европы Россия обязалась прекратить практику ограничений на зарубежные поездки лиц, имеющих доступ к государственным тайнам. Поэтому следует ожидать, что существующее ограничение в выездах граждан, осведомленных о сведениях, составляющих государственную тайну, будет отменно.

Комментируемая статья, как и международно-правовые обязательства России, не противоречат праву государства осуществлять в соответствии с законом через компетентные органы контроль за въездом в страну лиц, не являющихся ее гражданами, включая визовой порядок. Сопоставительный анализ норм Конституции и международно-правовых документов дает также основания для вывода о допустимости высылки иностранных граждан и лиц без гражданства, как законно, так и нелегально проникших в страну и находящихся в ней. Статья 4 протокола N 4 к Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод запрещает лишь коллективную высылку иностранцев, а ст. 1 протокола N 7 к этой Конвенции устанавливает механизм защиты прав высылаемых и исключения из него в интересах общественного порядка или государственной безопасности.

8. Международно-правовые обязательства России и ее внутреннее законодательство особо защищают права и законные интересы детей (несовершеннолетних) в рассматриваемой сфере. В частности, Конвенция о правах ребенка обязывает в случаях необходимости въезда или выезда ребенка и его родителей с целью воссоединения семьи рассматривать эти случаи самым "позитивным, гуманным и оперативным образом", не допуская неблагоприятных последствий для заявителей и членов их семьи.

Должны уважаться права ребенка, родители которого проживают в различных государствах, на поддержание с ними непосредственных контактов на регулярной основе (ст. 10). Конвенция предусматривает также принятие мер для борьбы с незаконным перемещением и невозвращением детей из-за границы, для предотвращения похищения детей, торговли детьми или их контрабанды в любых целях и в любой форме. Семейный кодекс специально предусматривает порядок усыновления детей, являющихся гражданами Российской Федерации, иностранными гражданами или лицами без гражданства, что влечет и передачу им законного представительства при решении вопросов передвижения, въезда, выезда ребенка, выбора его места жительства или пребывания (ст. 165 СК РФ).

9. Факт выезда за пределы России ее граждан - временно или на постоянное жительство, но с сохранением гражданства - не может являться основанием для ограничения их прав, обязанностей, законных интересов в России. В частности, им обеспечивается реализация права на участие в управлении делами государства как непосредственно, так и через представителей, гражданских, трудовых, жилищных прав, права собственности на движимое и недвижимое имущество. Им обеспечивается беспрепятственное возвращение в страну при предъявлении действующего заграничного паспорта. В случаях его утраты или просрочки, а также отсутствия беспрепятственное возвращение в страну предполагает удостоверительную процедуру относительно личности и гражданства.

Полному выявлению содержания комментируемой нормы будет способствовать ознакомление с Федеральным законом "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (СЗ РФ. 1996. N 34. Ст. 4029; 2998. N 30. Ст. 3606), а также с теми изменениями и дополнениями, которые внесены в него Федеральным законом от 24 июня 1999 г. N 118-ФЗ (СЗ РФ. 1999. N 26. Ст. 3175).

 

Статья 28

 

1. Совесть - категория этики. Она характеризует способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязанности, требовать от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков. В конституционном праве свобода совести понимается как отношение человека к религии, как его самоопределение по отношению к ней. Свобода совести означает свободу убеждений по отношению к богу. Однако свободу совести нельзя понимать примитивно, как свободу выбора между религией и атеизмом. Правовое, демократическое, светское государство, каким оно провозглашено в Конституции Российской Федерации, не может ставить своих граждан перед выбором о вере и неверии. В гражданском обществе не может не быть многообразия убеждений, правовых гарантий от проявлений нетерпимости и дискриминации на основе религиозных или других убеждений.

2. Свобода вероисповедания означает, что никто не может быть принуждаем в выборе религии, изменении вероисповедания. В Российской Федерации исторически сложилось религиозное многообразие: православие, католичество, протестантство, ислам, буддизм, иудаизм, различные секты, имеющие своих последователей. Каждый человек по своему усмотрению приобщается к тому или иному вероисповеданию и тем самым реализует свою свободу вероисповедания. Но каждый равным образом свободен не исповедовать никакой религии. При этом важно подчеркнуть, что одной из самых существенных гарантий свободы совести, свободы вероисповеданий является закрепленное Конституцией Российской Федерации равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от отношения к религии.

Реализация комментируемой статьи Конституции связана с действием Федерального закона от 19 сентября 1997 г. (26 сентября 1997 г.) N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" с изменениями, внесенными Федеральным законом от 23 февраля 2000 г. (26 марта 2000 г.) N 45-ФЗ (СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465; РГ. 2000. 30 марта, см. также постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 ноября 1999 г. N 16-П//ВКС. 1999. N 6).

Право на религиозные убеждения в соответствии со ст. 15 Закона раскрывается как право гражданина единолично или со своими единоверцами исповедовать любую религию, беспрепятственно совершать религиозные культы, добровольно вступать в религиозные объединения или выходить из них. Это право означает также, что гражданин может высказывать и распространять религиозные взгляды и убеждения в устной, печатной и любой другой форме при условии, что эта деятельность не противозаконна, не нарушает общественного порядка и не сопровождается посягательствами на личность и права граждан. Воспрепятствование принятию религиозных убеждений или отказу от них, вступлению в религиозное объединение или выходу из него, равно как и применение в этих целях мер принуждения, наказывается по закону.

Содержание вероисповедания включает в себя совершение культов, распространение своих убеждений в обществе непосредственно или через средства массовой информации, миссионерскую деятельность, дела милосердия и благотворительности, религиозное обучение и воспитание, подвижническую деятельность (монастыри, скиты и прочее), паломничество и иную деятельность, определяемую соответствующими вероучениями и предусмотренную уставом (положением) данного объединения.

3. Российская Федерация - светское государство. Религиозные объединения в стране отделены от государства. Государство, его органы и должностные лица не вмешиваются в вопросы определения гражданами своего отношения к религии, в законную деятельность религиозных объединений и не поручают им выполнение каких-либо государственных функций. Религиозные объединения также не могут вмешиваться в дела государства, не участвуют в выборах органов государственной власти и в деятельности политических партий; члены религиозных объединений имеют равные с остальными гражданами права на личное участие в политической жизни (см. комментарий к ст. 14).

Для уяснения комментируемой статьи имеет значение Постановление Конституционного Суда от 23 ноября 1999 г. N 16-П по делу о проверке конституционности абзацев третьего и четвертого пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 26 сентября 1997 года "О свободе совести и о религиозных объединениях" в связи с жалобами религиозного общества свидетелей иеговы в городе Ярославле и религиозного объединения "Христианская церковь прославления" Одна из содержащихся в нем позиций состоит в том, что в демократическом обществе с присущим ему религиозным плюрализмом, как следует из статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им положений статьи 18 (пункты 2 и 3) Международного пакта о гражданских и политических правах, а также статьи 9 (пункт 2) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подобного рода ограничения могут быть предусмотрены законом, если это необходимо в интересах общественного спокойствия, охраны общественного порядка, здоровья и нравственности или для защиты прав и свобод других лиц. Государство вправе предусмотреть определенные преграды, с тем чтобы не предоставлять статус религиозной организации автоматически, не допускать легализации сект, нарушающих права человека и совершающих незаконные и преступные деяния, а также воспрепятствовать миссионерской деятельности (в том числе в связи с проблемой прозелитизма), если она несовместима с уважением к свободе мысли, совести и религии других и к иным конституционным правам и свободам, а именно сопровождается предложением материальных или социальных выгод с целью вербовки новых членов в церковь, неправомерным воздействием на людей, находящихся в нужде или в бедственном положении, психологическим давлением или угрозой применения насилия и т.п. На это, в частности, обращается внимание в Постановлении Европейского парламента от 12 февраля 1996 года "О сектах в Европе" и в рекомендации Совета Европы N 1178 (1992) "О сектах и новых религиозных движениях", а также в Постановлениях Европейского суда по правам человека от 25 мая 1993 года (Series А no.260-А) и от 26 сентября 1996 года (Reports of Judgments and Decisions, 1996-IV), разъяснивших характер и масштаб обязательств государства, вытекающих из статьи 9 названной Конвенции.

В соответствии с пунктом 4 статьи 27 Федерального закона "О свободе совести и о религиозных объединениях" 31 декабря 2000 года была завершена перерегистрация религиозных объединений, проводившаяся Министерством юстиции Российской Федерации. Конституционный Суд в постановлении от 23 ноября 1999 года N 16-П подтвердил конституционность оспариваемых положений и констатировал, что в отношении религиозных организаций, входящих в структуру централизованной религиозной организации, такие организации пользуются правами юридического лица в полном объеме, без подтверждения 15-летнего срока существования на соответствующей территории, без ежегодной перерегистрации и без ограничений, предусмотренных в абз. 4 п. 3 ст. 27 названного ФЗ (СЗ Российской Федерации. 1999. N 51. Ст. 6363).

При этом даже ликвидация не прошедшего перерегистрацию религиозного объединения не влечет запрещение его деятельности, а только лишает его статуса юридического лица. К данной проблеме Конституционный Суд обращался и в определении от 13 апреля 2000 года N 46-О "по жалобе религиозного объединения "независимый российский регион Общества Иисуса" на нарушение конституционных прав и свобод пунктами 3, 4 и 5 статьи 8, статьями 9 и 13, пунктами 3 и 4 статьи 27 ФЗ "о свободе совести и религиозных объединениях Суд установил, что религиозные организации, действующие на правах юридического лица, могут подразделяться на различные виды (организационно-правовые формы) не только в зависимости от территориальной сферы своей деятельности, но и по иным основаниям. Следовательно, если религиозная организация, учрежденная до вступления названного Федерального закона в силу и действующая на правах юридического лица, вследствие особенностей своей организационно-правовой формы не может быть отнесена к местной или централизованной организации, то она вправе в своем уставе указать иной правомерный вид религиозной организации, что позволяет ее перерегистрироваться и осуществлять свои права в полном объеме. Необходимо также отметить, что права и свободы, гарантируемые комментируемой статьей, не могут быть ограничены даже в условиях чрезвычайного положения (ч. 3 ст. 56 Конституции).

 

Статья 29

 

1. Мышление и мысль, как его результат, продукт, - естественное и неотъемлемое свойство человека, связанное с процессом постановки и решения им практических и теоретических вопросов. Мысль не может быть несвободной. Конституционное же закрепление свободы мысли гарантирует каждому свободу формирования собственных мнений и убеждений без вмешательства государства, исключение любого идеологического насилия над личностью.

Если мысль может быть скрыта от других, не выражена устным или печатным способом и остаться лишь достоянием самого человека, то свобода слова, гарантированная Конституцией, дает возможность беспрепятственно выражать свои мысли, передавать их другим людям. Свобода слова может быть реализована только в условиях демократического режима, который заинтересован в проявлении многообразия мнений по различным вопросам жизнедеятельности общества и государства. Тоталитарные режимы различными способами, не исключая и массовых репрессий, пытаются достичь всеобщего единомыслия. Однако это недостижимая задача: можно лишь ограничить или запретить свободу слова, свободу выражения мнений.

Без свободы мысли и слова невозможна нормальная жизнь общества, ибо она лежит в основе других важнейших свобод, таких как свобода печати, свобода творчества, свобода выбирать и быть избранным и др. Однако свобода слова не может быть абсолютной. В Международном пакте о гражданских и политических правах говорится, что пользование свободой мнений налагает особые обязанности и особую ответственность, поэтому сопряжено с некоторыми ограничениями. Они касаются прав других лиц, их репутации, а также охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья и нравственности населения.

2. Конституция Российской Федерации, гарантируя свободу мысли и слова, устанавливает условия возможного ограничения этого права.

Запрещается пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. Аналогичные запреты имеются и в других статьях Конституции (см. комментарий к ст. 13).

Содержащиеся в этих конституционных положениях запреты сформулированы в общем виде. Но их нарушение влечет за собой ответственность, предусмотренную в уголовном, гражданском, административном законодательстве. Так, УК РФ предусматривает уголовную ответственность за публичные призывы к насильственному захвату власти, насильственному удержанию власти или насильственному изменению конституционного строя (ст. 280); за возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства (ст. 282); за публичные призывы к развязыванию агрессивной войны (ст. 354) и др. В соответствии с ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации (ч. 2 ст. 152 ГК). КоАП РФ предусматривает административную ответственность за оскорбление религиозных чувств граждан либо осквернение почитаемых ими предметов, знаков и эмблем мировоззренческой символики (ст. 5.26) и др.

Ответственность за злоупотребление свободой слова предусмотрена и другими законами и нормативными актами. Так, в Законе РСФСР от 25 октября 1991 г. "О языках народов Российской Федерации" говорится о недопустимости пропаганды вражды и пренебрежения к любому языку, создания противоречащих конституционно установленным принципам национальной политики препятствий, ограничений и привилегий в использовании языков, иных нарушений законодательства о языках народов России и республик в ее составе. Действия юридических и физических лиц, нарушающие законодательство о языках народов России, влекут за собой ответственность и обжалуются в установленном порядке в соответствии с законодательством (Ведомости РСФСР. 1991. N 50. Ст. 1740).

Закон Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2124-I "О средствах массовой информации" указывает на недопустимость злоупотребления свободой массовой информации. В частности, не допускается использование средств массовой информации в целях "разжигания национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни, для пропаганды войны, а также для распространения передач, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости" (Ведомости РФ. 1992. N 7. Ст. 300.). Злоупотребление свободой слова, выразившееся в нарушении этих требований, влечет уголовную, административную, дисциплинарную или иную ответственность.

На решительное пресечение злоупотреблений свободой слова направлен Указ Президента Российской Федерации от 23 марта 1995 г. N 310 "О мерах по обеспечению согласованных действий органов государственной власти в борьбе с проявлениями фашизма и иных форм политического экстремизма в Российской Федерации". Указом предусматриваются меры по усилению борьбы против фашистской угрозы и предписывается органам Министерства внутренних дел, Федеральной службы безопасности и других задерживать и привлекать к ответственности лиц, распространяющих печатную продукцию, кино-, фото-, аудио и видеоматериалы, направленные на пропаганду фашизма, возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни, принимать меры к изъятию такой печатной продукции и материалов (СЗ РФ. 1995. N 13. Ст. 1127). Эти и другие меры направлены на борьбу с проявлениями фашизма и иных форм политического экстремизма в Российской Федерации.

3. Мысли, мнения и убеждения человека составляют его внутренний мир, определяют его индивидуальность. Мнения и убеждения каждый вправе выражать беспрепятственно, и ни государство, ни должностные лица, ни общественные организации, ни члены общества, ни кто бы то ни было не могут принуждать человека к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.

4. Содержание ч. 4 статьи неразрывно связано с реализацией свободы мысли и слова. Гарантируемая свобода информации реализуется различными способами: устно, письменно, через средства массовой информации и иными законными способами.

Наиболее распространенным способом поиска, получения, передачи, производства и распространения информации являются средства массовой информации, под которыми в соответствии с Законом "О средствах массовой информации" понимаются периодические издания, радио-, теле-, видеопрограммы, кинохроникальные программы, иные формы периодического распространения массовой информации. Граждане имеют право на оперативное получение через средства массовой информации достоверных сведений о деятельности государственных органов и организаций, общественных объединений, их должностных лиц. Эти сведения должны предоставляться средствами массовой информации по запросам редакций, а также путем проведения пресс-конференций и в иных формах, что конкретизировано в Федеральном законе от 15 декабря 1994 г. (13 января 1995 г.) N 7-ФЗ "О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации" (СЗ РФ. 1995. N 3. Ст. 170).

Вопросы пользования информационными ресурсами и реализация права на доступ к информации в них регулируются Федеральным законом от 25 января 1995 г. (20 февраля 1995 г.) N 24-ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации" (СЗ РФ. 1995. N 8. Ст. 609).

Государственные информационные ресурсы Российской Федерации, как отмечается в Законе, являются открытыми и общедоступными. Исключение составляет документированная информация, отнесенная к категории ограниченного доступа. Документированная информация с ограниченным доступом по условиям ее правового режима подразделяется на информацию, отнесенную к государственной тайне, и конфиденциальную. При этом Закон устанавливает перечень информации, которую запрещено относить к информации с ограниченным доступом. Среди ее видов: законодательные и иные нормативные акты, устанавливающие правовой статус органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций, общественных объединений, а также права, свободы и обязанности граждан, порядок их реализации; документы, содержащие информацию о чрезвычайных ситуациях, экологическую, метеорологическую, демографическую, санитарно-эпидемиологическую и другую информацию, необходимую для обеспечения безопасного функционирования населенных пунктов, производственных объектов, безопасности граждан и населения в целом; документы, содержащие информацию о деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления, об использовании бюджетных средств и других государственных и местных ресурсов, о состоянии экономики и потребностях населения, за исключением сведений, отнесенных к государственной тайне; документы, накапливаемые в открытых фондах библиотек и архивов, информационных системах органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, организаций, представляющие общественный интерес или необходимые для реализации прав, свобод и обязанностей граждан.

Граждане наряду с другими пользователями (органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями и общественными объединениями) обладают равными правами на доступ к государственным информационным ресурсам и не обязаны обосновывать перед владельцем этих ресурсов необходимость получения запрашиваемой ими информации. Такое право на доступ к информации является основой осуществления общественного контроля за деятельностью органов государственной власти и местного самоуправления, общественных, политических и иных организаций, а также за состоянием экономики, экологии и других сфер общественной жизни.

Что же касается информации о самих гражданах, то не допускаются сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни, а равно информации, нарушающей личную тайну, семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений физического лица без его согласия, кроме как на основании судебного решения (см. комментарий к ст. 24). Персональные данные не могут быть использованы для причинения имущественного и морального вреда гражданам, затруднения реализации их прав и свобод. Ограничение прав граждан на основе использования информации об их социальном происхождении, о расовой, национальной, языковой, религиозной и партийной принадлежности запрещено и карается в соответствии с законодательством.

Отказ гражданам в доступе к информационным ресурсам по вопросам деятельности государственных органов и подведомственных им организаций может быть обжалован в суд.

5. Распространение информации законными способами предполагает соблюдение определенных ограничений к доступу информации, отнесенной к государственной тайне или к конфиденциальной. Закон Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5485-I "О государственной тайне" устанавливает сведения, относимые к государственной тайне, порядок засекречивания и рассекречивания сведений и их носителей, распоряжения этими сведениями, а также защиту государственной тайны (с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 19 сентября 1997 г. (6 октября 1997 г.) N 131-ФЗ) (СЗ РФ. 1997. N 41. Ст. 4673). Указом Президента Российской Федерации от 30 ноября 1995 г. N 1203 утвержден "Перечень сведений, отнесенных к государственной тайне" с изменениями и дополнениями, внесенными Указом Президента РФ от 24 января 1998 г. N 61 (СЗ РФ. 1995. N 49. Ст. 4775; 1998. N 5. Ст. 561). Должностные лица и граждане, виновные в нарушении законодательства о государственной тайне, несут уголовную, административную, гражданско-правовую или дисциплинарную ответственность в соответствии с действующим законодательством. При этом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 20 декабря 1995 года, в силу нормы ч. 4 ст. 29 Конституции уголовная ответственность за выдачу государственной тайны правомерна лишь при условии, что перечень сведений, составляющих государственную тайну, содержится в официально опубликованном для всеобщего сведения федеральном законе. Одновременно было подчеркнуто, что правоприменительное решение, включая приговор суда, не может основываться на неопубликованном нормативном правовом акте, что вытекает из ч. 3 ст. 15 Конституции. (см. также Приложение к Указу Президента Российской Федерации от 6 июня 2001 г. N 659 "Изменения и дополнения, вносимые в перечень сведений, отнесенных к государственной тайне").

Закон "О государственной тайне" одновременно устанавливает перечень сведений, не подлежащих засекречиванию: о чрезвычайных происшествиях и катастрофах, угрожающих безопасности и здоровью граждан и их последствиях, о стихийных бедствиях, их официальных прогнозах и последствиях; о состоянии экологии, здравоохранения, санитарии, демографии, образования, культуры, сельского хозяйства, а также о состоянии преступности; о фактах нарушения прав и свобод человека и гражданина и др.

Федеральными законами "О средствах массовой информации" и "Об информации, информатизации и защите информации" запрещается распространять конфиденциальную информацию, касающуюся частной жизни, нарушающую личную или семейную тайну, сведения, составляющие коммерческую или иную охраняемую законом тайну.

6. Провозглашенная Конституцией свобода мысли и слова гарантируется свободой массовой информации и запретом цензуры. В Законе "О средствах массовой информации" установлено, что поиск, получение, производство и распространение массовой информации, учреждение средств массовой информации, владение, пользование и распоряжение ими, изготовление, приобретение, хранение и эксплуатация технических устройств и оборудования, сырья и материалов, предназначенных для производства и распространения продукции средств массовой информации, не подлежит ограничениям. Исключение может быть предусмотрено только федеральным законом. Воспрепятствование в какой-либо форме законной деятельности средств массовой информации со стороны граждан, должностных лиц, государственных органов, общественных организаций посредством установления цензуры, вмешательства в деятельность и нарушения профессиональной самостоятельности редакции, незаконного прекращения либо приостановления деятельности средств массовой информации Закон определяет как нарушение свободы массовой информации, которое может повлечь ответственность - вплоть до уголовной.

Вместе с тем Закон констатирует недопустимость злоупотребления свободой массовой информации, что также может повлечь за собой уголовную, административную, дисциплинарную или иную ответственность.

Не допускается, в частности, использование средств массовой информации в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну, для призыва к захвату власти, насильственному изменению конституционного строя и целостности государства, разжигания национальной, классовой, социальной, религиозной нетерпимости или розни, для пропаганды войны, а также для распространения передач, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости. Запрещается использование в теле-, видео-, кинопрограммах, документальных и художественных фильмах, а также в информационных компьютерных файлах и программах обработки информационных текстов, относящихся к специальным средствам массовой информации, скрытых вставок, воздействующих на подсознание людей и (или) оказывающих вредное влияние на их здоровье.

Гарантией свободы средств массовой информации является запрет цензуры. Это сделано на конституционном уровне, а в ст. 3 Закона "О средствах массовой информации" цензура определяется как требование от редакции средства массовой информации со стороны должностных лиц, государственных органов, организаций, учреждений или общественных объединений предварительно согласовывать сообщения и материалы (кроме случаев, когда должностное лицо является автором или интервьюируемым), а равно наложение запрета на распространение сообщений и материалов, их отдельных частей. Закон не допускает создания и финансирования организаций, учреждений, органов или должностей, в задачи либо функции входит осуществление цензуры массовой информации.

Для рассмотрения споров, связанных с ущемлением свободы массовой информации или с недобросовестным использованием этой свободы, с обеспечением принципов равноправия и политического плюрализма в сфере массовой информации, других споров и дел в этой сфере, если они не отнесены к ведению судов общей юрисдикции, образована Судебная палата по информационным спорам при Президенте Российской Федерации (САПП РФ. 1994. N 6. Ст. 434).

Споры, связанные с ущемлением свободы массовой информации или с недобросовестным использованием этой свободы, с обеспечением принципов равноправия и политического плюрализма в сфере массовой информации, других споров и дел в этой сфере, вплоть до своего упразднения, рассматривала Судебная палата по информационным спорам при Президенте Российской Федерации (САПП РФ. 1994. N 6. Ст. 434). Теперь эту функцию исполняют суды общей юрисдикции.

 

Статья 30

 

1. Право на свободу ассоциаций, установленное Международным пактом о гражданских и политических правах и другими международно-правовыми документами и закрепленное в комментируемой статье Конституции, предоставляет каждому человеку возможность объединяться с другими лицами по своим политическим, профессиональным и другим интересам.

Пользование правом на свободу ассоциаций, как отмечается в ст. 2 Пакта, не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусматриваются законом и необходимы в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения, для защиты прав и свобод других лиц. Возможно лишь введение законных ограничений этим правом для лиц, входящих в состав вооруженных сил и полиции.

Закрепленное в комментируемой статье право на объединение является правовой основой образования и деятельности политических партий, профсоюзов, молодежных и детских общественных объединений, некоммерческих организаций, благотворительных организаций и др. Хотя в данной статье и не говорится о политических партиях, но из содержания ст. 13 Конституции Российской Федерации вытекает, что в Российской Федерации признается многопартийность и общественные объединения равны перед законом.

Право на объединение конкретизируется в Федеральном законе от 14 апреля 1995 г. (19 мая 1995 г.) N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" с изменениями и дополнениями, внесенными федеральными законами от 18 апреля 1997 г. (17 мая 1997 г.) N 78-ФЗ, от 2 июля 1998 г. (19 июля 1998 г.) N 112-ФЗ (СЗ РФ. 1995. N 21. Ст. 1930; 1997. N 20. Ст. 2231; 1998. N 30. Ст. 3608). Действие этого закона распространяется на все общественные объединения, созданные по инициативе граждан, за исключением религиозных организаций, а также коммерческих организаций и создаваемых ими некоммерческих союзов (ассоциаций). Его действие распространяется также на деятельность созданных на территории Российской Федерации структурных подразделений - организаций, отделений или филиалов и представительств - иностранных некоммерческих неправительственных объединений.

Поскольку имеются особенности, связанные с созданием, деятельностью, реорганизацией, ликвидацией отдельных видов общественных объединений - политических партий, профессиональных союзов, благотворительных и других видов общественных объединений, их деятельность регулируется специальными законами, принимаемыми в соответствии с Законом "Об общественных объединениях". Среди них - федеральные законы от 8 декабря 1995 г. (12 января 1996 г.) N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" (СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 148), от 26 мая 1995 г. (28 июня 1995 г.) N 98-ФЗ "О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений" (СЗ РФ. 1995. N 27. Ст. 2503), от 7 июля 1995 г. (11 августа 1995 г.) N 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и благотворительных организациях" (СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3340), от 8 декабря 1995 г. (12 января 1996 г.) N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" с изменениями и дополнениями, внесенными федеральными законами от 4 ноября 1998 г. (26 ноября 1998 г.) N 174-ФЗ, от 25 июня 1999 г. (8 июля 1999 г.) N 140-ФЗ (СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145; 1998. N 48. Ст. 5849; 1999. N 28. Ст. 3473). "О политических партиях" от 11 июля 2001 года N 95-ФЗ (в ред. Федеральных законов от 21.03.2002 N 31-ФЗ, от 25.07.2002 N 112-ФЗ)

Закон различает пять организационно-правовых форм общественных объединений: общественная организация, общественное движение, общественный фонд, общественное учреждение, орган общественной самодеятельности. Общественной организацией является основанное на членстве общественное объединение, созданное на основе совместной деятельности для защиты общих интересов и достижения уставных целей объединившихся граждан. Общественным движением является состоящее из участников и не имеющее членства массовое общественное объединение, преследующее социальные, политические и иные общественно полезные цели, поддерживаемые участниками общественного движения.

Общественный фонд является одним из видов некоммерческих фондов и представляет собой не имеющее членства общественное объединение, цель которого заключается в формировании имущества на основе добровольных взносов, иных не запрещенных законом поступлений и использовании данного имущества на общественно полезные цели. Общественным учреждением является не имеющее членства общественное объединение, ставящее своей целью оказание конкретного вида услуг, отвечающих интересам участников и соответствующих уставным целям указанного объединения. Органом общественной самодеятельности является не имеющее членства общественное объединение, целью которого является совместное решение различных социальных проблем, возникающих у граждан по месту жительства, работы или учебы, направленное на удовлетворение потребностей неограниченного круга лиц, чьи интересы связаны с достижением уставных целей и реализацией программ органа общественной самодеятельности по месту его создания.

По территориальной сфере деятельности все общественные объединения делятся на общероссийские, межрегиональные, региональные и местные.

Право каждого на объединение включает право создавать на добровольной основе общественное объединение, право вступать в существующие общественные объединения, право беспрепятственно выходить из общественных объединений, право воздерживаться от вступления в общественное объединение. По общему правилу, это право может быть осуществлено каждым по достижении 18 лет. Право на объединение в профессиональный союз и в молодежную организацию возникает с 18 лет, а членами детских общественных объединений могут быть граждане, достигшие 14 лет.

Иностранные граждане и лица без гражданства наравне с гражданами Российской Федерации могут быть учредителями, членами и участниками общественных объединений, за исключением случаев, установленных федеральными законами или международными договорами Российской Федерации. Определенные ограничения установлены и для некоторых категорий российских граждан. В частности, в соответствии с Федеральным законом от 6 марта 1998 г. (27 мая 1998 г.) N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (СЗ РФ. 1998. N 22. Ст. 2331) они могут состоять в общественных, в том числе религиозных, объединениях, которые не преследуют политических целей, и участвовать в их деятельности, не находясь при исполнении обязанностей военной службы. Не вправе принадлежать к политическим партиям и движениям судьи, прокурорские работники, служащие кадрового состава и военнослужащие органов внешней разведки. Пункт 12 ст. 11 Федерального закона от 5 июля 1995 г. (31 июля 1995 г.) N 119-ФЗ "Об основах государственной службы Российской Федерации" устанавливает: "В государственных органах не могут образовываться структуры политических партий, религиозных, общественных объединений за исключением профессиональных союзов" (СЗ РФ. 1995. N 31. Ст. 2990). Это положение действует также в отношении Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов.

2. Общественные объединения создаются без предварительного разрешения государственных органов. За исключением ограничений, предусмотренных ч. 5 ст. 13 Конституции Российской Федерации, государство не вправе ограничивать цели и задачи общественных объединений, вмешиваться в их внутреннюю деятельность. Вмешательство общественных объединений в деятельность органов государственной власти и их должностных лиц также не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Общественные объединения свободны в определении своей внутренней структуры, целей, форм и методов своей деятельности. Их уставы принимаются ими самостоятельно. Государственная регистрация общероссийских и международных общественных объединений производится Министерством юстиции Российской Федерации.

Общественное объединение вправе не регистрироваться, но в этом случае оно не приобретает прав юридического лица. По различным основаниям, установленным Законом, в регистрации устава может быть отказано. Но такой отказ не является препятствием для повторной подачи документов для государственной регистрации при условии устранения оснований, вызвавших отказ. Отказ в регистрации общественного объединения, а также уклонение от такой регистрации могут быть обжалованы в суд.

В Постановлении Конституционного Суда от 12 февраля 1993 года, касающемся Указа Президента от 28 октября 1992 года "О мерах по защите конституционного строя Российской Федерации", отмечалось, что ограничение права на объединение может быть установлено только решением суда на основании закона. Ликвидация или запрет общественного объединения как метод защиты конституционного строя, прав и свобод граждан не входит в число полномочий Президента Российской Федерации, поскольку ни Конституция, ни другие законы не уполномочивают Президента на подобные действия. Любая попытка со стороны исполнительной власти пресекать инициативную деятельность по созданию общественного объединения является нарушением конституционного права на объединение. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 31 октября 1995 года "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" указал на необходимость при рассмотрении судами жалоб на отказ в регистрации либо заявлений о ликвидации общественных объединений тщательно исследовать все представленные письменные и вещественные доказательства, показания свидетелей и другие доказательства, свидетельствующие о целях, задачах, фактической деятельности общественных объединений (БВС Российской Федерации. 1996. N 1. С. 5) Государственные органы, органы местного самоуправления, их должностные лица, причинившие вследствие нарушения законов ущерб общественным объединениям, несут ответственность, предусмотренную уголовным, гражданским и административным законодательством.

В постановлении от 23 декабря 1999 года, касающемся Федерального закона от 4 января 1999 года о тарифах страховых взносов в государственные социальные внебюджетные фонды, Конституционный Суд признал нарушающей конституционный принцип равенства, носящей дискриминационный характер норму данного закона, которая лишала общественные организации инвалидов, не входящие в состав общероссийских, такой государственной поддержки, как освобождение от уплаты страховых взносов в государственные социальные внебюджетные фонды, что ставило их в худшее положение по отношению к общероссийским общественным организациям инвалидов.

В то же время в определении от 21 декабря 2000 года N 266-О Конституционный Суд указал, что, исходя из положений ч. 4 ст. 13, ч. 1 ст. 30 Конституции, законодатель вправе регулировать условия, порядок создания и деятельности общественных (в том числе и политических) объединений, а также их государственной регистрации. При этом, согласно правовой позиции, выраженной в сохраняющем силу постановлении Конституционного Суда от 23 ноября 1999 года по делу о проверке конституционности положений ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях", законодатель обязан соблюдать положения ч. 1 ст. 17 Конституции о том, что в Российской Федерации гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. Вводимые им меры не должны искажать само существо свободы деятельности общественных объединений, а возможные ограничения должны быть оправданными и соразмерными конституционно значимым целям.

Требования, предъявляемые к созданию и деятельности общественных объединений, их государственной регистрации, не могут рассматриваться как нарушающие конституционное право, закрепленное в ч. 1 ст. 30 Конституции, если при этом не создаются необоснованные препятствия для реализации права каждого на объединение и для свободы деятельности общественных объединений.

3. Злоупотребление свободой объединения влечет за собой применение различных мер ответственности, что распространяется и на не зарегистрированные в органах юстиции общественные объединения. Так, деятельность общественных объединений может быть приостановлена в случае нарушения Конституции и законодательства Российской Федерации, конституции (устава) субъекта Федерации на срок до шести месяцев решением суда по представлению прокурора или органа юстиции, регистрирующего общественное объединение.

В случаях совершения действий, которые направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, национальной или религиозной розни, виновного нарушения своими действиями прав и свобод граждан, неоднократных или грубых нарушений закона или иных правовых актов либо при систематическом осуществлении общественным объединением деятельности, противоречащей его уставным целям, общественное объединение может быть ликвидировано по решению суда.

Ликвидация общественного объединения по решению суда означает, что его деятельность запрещена.

4. Запрет, содержащийся в ч. 2 комментируемой статьи, гарантирует добровольность вступления в объединение и пребывания в нем, добровольность выхода из объединения, а значит, исключает какое-либо принуждение. Он означает также, что членство в каком-либо общественном объединении, например в партии или профсоюзе, не может являться условием занятия какой-либо должности или основанием для ограничения права на труд или других прав и свобод человека. В ст. 19 Конституции прямо предусмотрено равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от принадлежности к общественным объединениям.

Гарантии реализации комментируемого положения Конституции содержатся в Законе "Об общественных объединениях". В нем, в частности, установлено, что общественные объединения создаются и действуют на принципах добровольности и равноправия (ст. 15). Требование об указании в официальных документах на членство или участие в тех или иных общественных объединениях не допускается. Принадлежность или непринадлежность граждан к общественным объединениям не может служить основанием для ограничения их прав и свобод, условием для предоставления им государством каких-либо льгот и преимуществ, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации (ст. 19). Аналогичное положение содержится в Федеральном законе "О профессиональных союзах, правах и гарантиях их деятельности".

Так, принадлежность или непринадлежность к профсоюзам не влечет за собой какого-либо ограничения социально-трудовых, политических и иных прав и свобод граждан, гарантируемых Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законами субъектов Федерации.

Запрещается обусловливать прием на работу, продвижение по работе, а также увольнение лица принадлежностью или непринадлежностью его к профсоюзу (ст. 9).

Необходимо также отметить, что любые действия, которые направлены на принуждение к вступлению в какое-либо объединение или препятствуют выходу из него, являются противоправными и могут быть обжалованы в суд.

 

Статья 31

 

1. Право граждан Российской Федерации на проведение публичных мероприятий - собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирования - является одной из гарантий свободы мысли и слова, выражения мнений и убеждений, права на создание общественных объединений и др. Реальное осуществление этого права - залог народовластия, непосредственной демократии, поскольку публичное выражение требований, мыслей, убеждений имеет цель воздействовать на органы государственной власти или институты гражданского общества для решения определенных проблем.

Право, закрепленное комментируемой статьей, принадлежит только гражданам Российской Федерации. Оно регламентируется Указом Президента Российской Федерации от 25 мая 1992 г. N 554 "О порядке организации и проведения митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования" (Ведомости РФ. 1992. N 22. Ст. 1216). Указом предусмотрено, что до урегулирования законом Российской Федерации порядка организации и проведения митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования необходимо исходить из положений Декларации прав и свобод человека и гражданина, принятой Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г.

В соответствии с Декларацией осуществление указанного права не должно нарушать права и свободы других лиц. Запрещается использование этого права для насильственного изменения конституционного строя, разжигания расовой, национальной, классовой, религиозной ненависти, для пропаганды насилия и войны.

Упомянутым Указом Президента Российской Федерации установлено, что до принятия соответствующего закона Российской Федерации на ее территории действует Указ Верховного Совета СССР от 28 июля 1988 г. N 9306-XI "О порядке организации и проведения собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций в СССР", который применяется в части, не противоречащей Декларации прав и свобод человека и гражданина от 22 ноября 1991 г. (Ведомости СССР. 1988. N 31. Ст. 504).

Указом предусмотрен уведомительный порядок, т.е. для проведения публичных мероприятий не требуется специального разрешения властей.

Уведомление (письменное заявление) подается в местную администрацию не позднее чем за 10 дней до даты проведения публичного мероприятия.

Инициаторами могут выступать только лица, достигшие 18-летнего возраста и уполномоченные соответствующей группой граждан или организацией. В уведомлении должны быть указаны цели, сроки и место проведения мероприятия. Местная администрация обязана рассмотреть уведомление и дать ответ о принятом решении не позднее чем за 5 дней до проведения публичного мероприятия. Она вправе предложить изменить время и место проведения мероприятия, но это решение может быть обжаловано в вышестоящий орган исполнительной власти. Такой порядок является, скорее, уведомительно-разрешительным, поскольку все же требуется разрешение на проведение публичного мероприятия. Однако он оправдан тем, что митинги, демонстрации, шествия требуют приостановки движения общественного транспорта, нередко приводят к нарушению общественного порядка. Такой порядок предусмотрен и в большинстве зарубежных стран.

2. В комментируемой статье содержится запрет для участников публичных мероприятий иметь при себе оружие. Мероприятие может быть запрещено, если оно угрожает безопасности людей, общественному порядку.

Нарушители порядка привлекаются к ответственности. Начавшееся мероприятие может быть прекращено, если его цель противоречит Конституции Российской Федерации, конституциям или уставам ее субъектов, если не было подано заявление о его проведении либо состоялось решение о его запрещении. Если же публичное мероприятие проводится с соблюдением общественного порядка, государственные органы, должностные лица, общественные организации, а также граждане не вправе ему препятствовать.

Законом Российской Федерации от 17 мая 1991 г. N 1253-I "О чрезвычайном положении" допускается запрещение проведения собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций, а также иных массовых мероприятий на период чрезвычайного положения (Ведомости РСФСР. 1991. N 22. Ст. 773).

Некоторые особенности проведения публичных мероприятий предусмотрены Временным положением о порядке уведомления органов исполнительной власти г. Москвы о проведении митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования на улицах, площадях и в иных открытых общественных местах города, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 24 мая 1993 г. N 765 с изменениями и дополнениями, внесенными Указом Президента РФ от 20 октября 1998 г. N 1272 (САПП РФ. 1993. N 22. Ст. 2023; СЗ РФ. 1998. N 43. Ст. 5335).

Указом Президента Российской Федерации от 25 мая 1992 г. предписано органам внутренних дел осуществлять необходимые мероприятия по охране общественного порядка при проведении митингов, уличных шествий и демонстраций, пикетирования, по предупреждению и пресечению противоправных действий и обеспечению привлечения виновных лиц к ответственности в соответствии с законодательством.

Лица, нарушившие установленный порядок организации и проведения публичных мероприятий, несут административную (ст. 20.2 КоАП) и уголовную (ст. 149 УК РФ) ответственность. Материальный ущерб, причиненный во время проведения публичных мероприятий их участниками государству, общественным объединениям, предприятиям, учреждениям, организациям или гражданам, подлежит возмещению в установленном законом порядке.

В свою очередь незаконное воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них со стороны должностных лиц может быть обжаловано в суд в соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. N 4866-I "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" с изменениями и дополнениями, внесенными Федеральным законом от 15 ноября 1995 г. (14 декабря 1995 г.) N 197-ФЗ (Ведомости РФ. 1993. N 19. Ст. 685; СЗ РФ. 1995. N 51. Ст. 4970).

 

Статья 32

 

1. Развитие демократии, становление плюрализма в российском обществе привели к конституционному закреплению права на управление делами государства. Право на управление делами общества ныне носит самостоятельный характер. Оно вытекает из ст. 30, 12, 130 Конституции.

Право на управление делами государства граждане могут реализовать как непосредственно, так и через своих представителей. Это право является юридическим выражением суверенитета народа и формой осуществления им своей учредительной власти (см. комментарий к ст. 3). Положения ч. 1 данной статьи вытекают из общепризнанных принципов и норм международного права. В частности, в ст. 21 Всеобщей декларации прав человека, ст. 25 Международного пакта о гражданских и политических правах содержится положение о том, что каждый гражданин без какой бы то ни было дискриминации и без необоснованных ограничений должен иметь право и принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через посредство свободно выбранных представителей. Данное право реализуется в конкретных формах, через отдельные конституционные права, которые закрепляются в чч. 2, 4, 5 комментируемой статьи. Конституционное право граждан на участие в управлении делами государства является непосредственно действующим и обеспечивается всем правовым механизмом защиты.

2. Реализация конституционного права на участие в управлении государством конкретизируется прежде всего в избирательном праве граждан. В ч. 2 ст. 32 это выражается в праве избирать, быть избранным в органы государственной власти и органы местного самоуправления, участвовать в референдуме. Общепринято различать избирательное право в объективном и субъективном смысле слова. Избирательное право в объективном смысле слова есть совокупность юридических норм, регулирующих фактические отношения по выборам представительных органов и должностных лиц. Эти нормы содержатся в Конституции Российской Федерации, конституциях и уставах субъектов Федерации, в различных избирательных законах. Субъективное избирательное право - это конституционное право граждан Российской Федерации избирать (активное) Президента Российской Федерации, депутатов представительных органов государственной власти и органов местного самоуправления и право (возможность) быть избранным (пассивное) на соответствующий пост или в органы государственной власти и местного самоуправления. Такое разграничение, давно принятое в науке конституционного права, сделано юридически в ст. 2 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" в ред. Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ. (СЗ Российской Федерации, 2002, N 24, ст. 2253). Новая редакция ФЗ N 67 детализировала избирательные правомочия гражданина, дополнив их правом участвовать в выдвижении кандидатов (список кандидатов избирательными объединениями, избирательными блоками). Причем выдвижение кандидатов, списков кандидатов политическими партиями осуществляется в соответствии с Федеральным законом "О политических партиях" от 11 июля 2001г. (СЗ РФ, 2001, N 29, ст. 2950). В целом новая редакция рамочного избирательного закона направлена на демократизацию практически всех стадий избирательного процесса: предвыборной агитации, контроля за проведением выборов, работы избирательных комиссий, установления итогов голосования, определения результатов выборов, ответственности за нарушение законодательства о выборах (СЗ РФ, 2002, N 24, ст. 2253; Российская газета, 2002, 28 сентября).

Избирательные права граждан осуществляются на основе универсальных всемирно признанных принципов: всеобщности, равноправия избирателей, непосредственности избрания и тайны голосования.

Демократизация российской избирательной системы привнесла существенный элемент - состязательность кандидатов на выборах. Этот принцип, получивший широкое мировое признание, прочно вошел и в российскую избирательную практику. Состязательность кандидатов есть свидетельство зарождения действительного гражданского общества в России.

Правовые нормы, закрепляющие вышеназванные принципы, образуют институты российского избирательного права: всеобщее, равное, прямое избирательное право при состязательности кандидатов и тайное голосование.

Действующая Конституция Российской Федерации не содержит специальной главы, как это было в прежних советских конституциях, содержащей нормы, регламентирующие основные принципы избирательного права. Но в ряде статей Конституции Российской Федерации (ст. 3, 32, 81, 84, 96, 97, 102, 109, 111, 117, 130), в пп. 3, 5, 7, 8 второго раздела Конституции содержатся конституционные основы российской избирательной системы.

Право избирать и быть избранным возникает у граждан согласно ст. 60 Конституции Российской Федерации с 18 лет. В этом возрасте у гражданина наступает полная правоспособность, т.е. способность самостоятельно в полном объеме осуществлять свои права и обязанности. Применительно к осуществлению избирательных прав граждан говорят об избирательной правоспособности, которую нельзя отождествлять с гражданской дееспособностью гражданина. В то же время необходимо иметь в виду, что для осуществления пассивного избирательного права - быть избранным - правовая возможность обрести определенный статус различна. Реализация всеобщего избирательного права в принципе не допускает какой-либо дискриминации и ограничений. Конституция (ст. 19) и федеральное законодательство (прежде всего Закон "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" - ст. 3, 4, 5, 6, 7) гарантируют активное избирательное право (право избирать) и пассивное избирательное право (право быть избранным) граждан независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям.

Однако для реализации пассивной избирательной правосубъектности гражданами Российской Федерации устанавливаются дополнительные условия: достижение определенного возраста, обязательный срок проживания на соответствующей территории, состояние здоровья, личная свобода, а также ограничения, связанные со статусом депутата.

Конституция и федеральное законодательство устанавливают, что право гражданина быть избранным депутатом Государственной Думы Федерального Собрания наступает по достижении 21 года (ч. 1 ст. 97 Конституции), Президентом Российской Федерации - 35 лет при условии постоянного проживания в Российской Федерации не менее 10 лет (ч. 2 ст. 81 Конституции).

Ограничения избирательной правосубъектности у граждан могут наступать в связи с состоянием здоровья и личной свободой (см. комментарий к ч. 3 ст. 32).

Для депутатов Государственной Думы установлено правило, согласно которому они, работая на профессиональной постоянной основе, не могут находиться на государственной службе, заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности (ч. 3 ст. 97 Конституции).

В референдуме Российской Федерации имеет право участвовать каждый гражданин Российской Федерации, достигший на день его проведения 18 лет (ст. 2 Федерального конституционного закона от 7 июля 1995 г. (10 октября 1995 г.) N 2-ФКЗ "О референдуме Российской Федерации"//СЗ РФ. 1995. N 42. Ст. 3921).

Реализация конституционного права граждан избирать и быть избранным предполагает определенные действия участников избирательного процесса: избирателей, избирательных объединений, избирательных комиссий, органов государственной власти и органов местного самоуправления. Избирательный процесс регламентируется специальными избирательными законами Федерации и ее субъектов. Среди них, как уже отмечалось, основополагающая роль принадлежит Федеральному закону от 12 июня 2002 г. (с изменен. и доп. от 27 сентября 2002 г. N 67-ФЗ и N 119-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации"). Процесс выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации регламентируется Федеральным законом от 20 декабря 2002 года N 175-ФЗ "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации" (Российская газета, 2002, 25 дек.). Выборы Президента Российской Федерации регламентируются Федеральным законом от 10 января 2003 года N 19-ФЗ "О выборах Президента Российской Федерации" (Российская газета, 2003 года, 16 января).

Участие граждан в выборах органов государственной власти субъектов Федерации и органов местного самоуправления регламентируется избирательными законами субъектов Федерации. Как правило, это акты, аналогичные по форме федеральным избирательным законам. Но есть и особенности. Так, в Воронежской области принят "Избирательный Кодекс Воронежской области", который определяет порядок проведения выборов депутатов областной Думы и представительных органов местного самоуправления, главы администрации области и местной администрации (местного самоуправления), областного и местных референдумов, отзыва депутатов и иных выборных лиц органов государственной власти и местного самоуправления (см. Собрание законодательства Воронежской области: Сборник нормативных актов. Т. 2. С. 5-80). Следует учитывать, что избирательное законодательство субъектов Федерации самое разное. Ряд их законов существенно ограничивают избирательные права российских граждан. Центральная Избирательная комиссия в своем постановлении (октябрь 1996 г.) отметила, что фактически проявляется тенденция формирования правонарушающего регионального избирательного законодательства. Так, типичным нарушением в законах о выборах республик Адыгея, Дагестан, Калмыкия, Карелия, Тува, Алтайского и Хабаровского краев, Брянской, Курской, Иркутской областей является требование постоянного проживания гражданина на определенной территории для приобретения активного избирательного права. В законах ряда других субъектов установлены дополнительные ограничения для военнослужащих срочной службы, нарушается равное избирательное право (РГ. 1996. 29 окт.). В результате правовосстановительной деятельности судебных органов, Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, ЦИК РФ в абсолютном большинстве субъектов Федерации многие цензовые ограничения практически исключены из законодательства.

Нарушение избирательных прав граждан влечет за собой уголовную или административную ответственность (см.: ст. 141, 142 УК РФ; СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1594).

3. Часть 3 комментируемой статьи определяет правовые основания ограничения избирательной правосубъектности граждан по состоянию здоровья и личной свободы. Конституция исключает из избирательного корпуса граждан, признанных судом недееспособными. Таковыми в соответствии со ст. 29 ГК РФ признаются граждане, которые вследствие психического расстройства не могут понимать значение своих действий или руководить ими. Признание недееспособным осуществляется судом в порядке ст. 258-263 ГПК РСФСР.

Граждане, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда, ограничиваются в избирательной правосубъектности в период нахождения их в местах лишения свободы. После отбытия наказания в местах лишения свободы гражданин имеет право полностью осуществлять свою избирательную правосубъектность. Граждане, находящиеся в местах лишения свободы под следствием или ожидающие приговора, голосуют наравне со всеми.

4. Право на равный доступ граждан Российской Федерации к государственной службе впервые было закреплено на конституционном уровне в 1992 г. Это демократическое право явилось реакцией на предотвращение бюрократических тенденций в бывшем советском государственном аппарате. Оно соответствует ст. 25 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которой граждане без каких-либо необоснованных ограничений и дискриминаций имеют право и возможность допускаться в своей стране на общих условиях равенства к государственной службе. Отношения государственной службы в настоящее время регулируются Федеральным законом от 5 июля 1995 г. (31 июля 1995 г.) N 119-ФЗ "Об основах государственной службы Российской Федерации" с изменениями, внесенными Федеральным законом от 27 января 1999 г. (18 февраля 1999 г.) N 35-ФЗ (СЗ РФ. 1995. N 31. Ст. 2990; 1999. N 8. Ст. 974).

Право поступления на службу имеют граждане, достигшие 18 лет, но не старше 60 лет. Закон предусматривает проведение конкурсов на замещение вакантных государственных должностей. В нем содержатся обоснованные и законные ограничения доступа к государственной службе, связанные с состоянием здоровья, наличием гражданства иностранного государства, родственных связей с государственными служащими, если их государственная служба связана с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому, и т.д.

5. Участие граждан в отправлении правосудия есть один из демократических принципов организации и деятельности судебной власти.

Часть 1 ст. 1 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" от 23 октября 1996 г. (31 декабря 1996 г.) гласит: "Судебная власть в Российской Федерации осуществляется только судами в лице судей и привлекаемых в установленном законом порядке к осуществлению правосудия присяжных, народных и арбитражных заседателей. Никакие другие органы и лица не вправе принимать на себя осуществление правосудия" (СЗ РФ. 1997. N 1. Ст. 1).

Народные заседатели пользуются равными правами с судьей, решают все вопросы, возникающие при рассмотрении дела и постановлении приговора (ст. 15 УПК).

В 1993 г. введен институт присяжных заседателей, существовавший ранее в России еще в XIX в. Последние назначаются путем жребия из явившихся в суд для участия в рассмотрении конкретного дела и вынесения решения по существу согласно ст. 454 УПК РСФСР: "да, виновен", "нет, не виновен", "да, виновен, но без намерения лишить жизни", "нет, не доказано", "да, заслуживает снисхождения" и т.п. (см. Ведомости РФ. 1993. N 33. Ст. 1313). Федеральным конституционным законом "О судебной системе Российской Федерации" введены мировые судьи и арбитражные заседатели. Мировой судья в пределах своей компетенции рассматривает гражданские, административные и уголовные дела в качестве суда первой инстанции. Должности мировых судей создаются законами субъектов Российской Федерации. Требования к профессиональным судьям устанавливаются Конституцией Российской Федерации (см. комментарий к ст. 119) и вышеназванным Федеральным конституционным законом.

 

Статья 33

 

1. Обращения граждан - важное средство осуществления и охраны прав личности, укрепления связи органов государственной власти и местного самоуправления с населением. Обращения граждан являются, с одной стороны, существенным источником информации, необходимой для решения вопросов государственного и общественного строительства, с другой - одной из важнейших форм и гарантий участия граждан в управлении делами общества и государства.

В соответствии с Конституцией граждане Российской Федерации имеют право обратиться лично либо через своего законного представителя, а также направить индивидуальное либо коллективное обращение в государственные органы, органы местного самоуправления и должностным лицам. Конституционное право граждан на обращение конкретизируется в ряде законодательных актов. Так, ст. 26 Федерального закона от 28 сентября 1995 г. N 154-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления" закрепляет обязанность органов местного самоуправления и их должностных лиц "дать ответ по существу обращений граждан в течение одного месяца".

Кроме закрепления общих прав граждан на обращения, федеральные законы могут регулировать такие права в отдельной сфере общественной жизнедеятельности. Федеральный закон от 11 ноября 1994 г. (21 декабря 1994 г.) N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" гарантирует гражданам "право обращаться лично, а также направлять в государственные органы и органы местного самоуправления индивидуальные и коллективные обращения по вопросам защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций" (ст. 18).

Федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации может быть установлена административная ответственность за нарушение сроков и порядка ответа на общения граждан.

Ряд межгосударственных соглашений гарантирует право граждан на обращения в их органы. Среди них Конвенция СНГ о правах и основных свободах человека, заключенная в Минске 26 мая 1995 г. (глава III).

Каждый гражданин (группа граждан) имеет право обратиться лично, а также через своего законного представителя на предприятия, в учреждения, организации независимо от форм собственности, общественные объединения, к их руководителям и должностным лицам, депутатам законодательных (представительных) органов и органов местного самоуправления, государственным и муниципальным служащим.

Иностранные граждане и лица без гражданства, находящиеся на территории Российской Федерации, пользуются правом на обращение наравне с российскими гражданами за исключением случаев, установленных федеральными законами или международными договорами Российской Федерации.

Термин "обращения" носит обобщающий характер, объединяя изложенные в письменной или устной форме предложения, заявления, ходатайства или жалобы гражданина.

Под предложением, как правило, понимается такое обращение гражданина, которое направлено на улучшение порядка организации и деятельности государственных и негосударственных органов и организаций, общественных объединений, на решение вопросов экономической, политической, социально-культурной и других сфер жизнедеятельности общества и государства.

Заявление представляет собой обращение гражданина по поводу реализации принадлежащих ему прав, свобод, закрепленных Конституцией Российской Федерации и российским законодательством.

В отличие от предложений и заявлений жалоба есть реакция гражданина на нарушенные решениями и действиями (или бездействием) органа или должностного лица либо юридического или физического лица права, свободы или законные интересы. В результате таких решений или действий (бездействия) оказываются нарушенными права, свободы или законные интересы гражданина, созданы препятствия осуществлению его прав, свобод или законных интересов, наконец, на гражданина незаконно возложена какая-либо обязанность или он незаконно привлечен к какой-либо ответственности.

Ходатайство - обращение гражданина, изложенное в письменной форме, с просьбой о признании за лицом определенного статуса, прав и свобод.

Наряду с индивидуальными обращения могут быть и коллективными, в том числе принятыми на митинге или собрании и подписанными организаторами этого митинга или собрания.

2. Обращения граждан рассматриваются органами и должностными лицами в соответствии со своей компетенцией. Органы и должностные лица, к ведению которых не относится решение вопросов, поставленных в обращениях граждан, направляют обращения (как правило, не позднее чем в пятидневный срок) по подведомственности, извещая об этом граждан, подавших заявления. При этом запрещается направлять на рассмотрение жалобы тем органам и должностным лицам, решения и действия (бездействия) которых обжалуются. Споры о подведомственности обращений граждан разрешаются в судебном порядке.

Адресатами предложений, заявлений, ходатайств граждан являются те органы и должностные лица, к непосредственному ведению которых данные обращения относятся. Жалобы подаются в те органы и тем должностным лицам, которым непосредственно подчинены органы и должностные лица, чьи действия обжалуются, а также в иные специально образуемые органы,

Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации.

В соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права гражданин имеет право обратиться с индивидуальной жалобой против государства в Европейский суд по правам человека и в иные международные контрольные органы, если исчерпаны все установленные законодательством Российской Федерации средства защиты.

Каждый руководитель государственной или негосударственной организации обязан обеспечить необходимые условия для быстрого и эффективного рассмотрения обращений, личного приема граждан должностными лицами, правомочными принимать решения от имени соответствующих организаций. В ряде случаев органы государственной власти и органы местного самоуправления осуществляют личный прием граждан через специально образуемые ими органы и структурные подразделения (приемные).

Процедура и сроки рассмотрения обращений зависят от их вида. Как правило, предложения рассматриваются в срок до одного месяца. В случае, если предложение требует более длительного изучения, срок его рассмотрения может быть продлен руководителем соответствующего органа, но не более чем на шесть месяцев с сообщением об этом гражданину, обратившемуся с предложением. При этом гражданин имеет право на обжалование отказа в принятии или рассмотрении предложения в вышестоящую инстанцию.

В отличие от предложений заявления рассматриваются органами и должностными лицами безотлагательно, но не позднее пятнадцатидневного срока с момента их поступления. В случаях, когда для рассмотрения заявления необходимы проведение специальной проверки и истребование дополнительных материалов, срок рассмотрения заявления может быть продлен руководителем соответствующего органа до одного месяца с сообщением об этом гражданину, подавшему заявление.

Граждане Российской Федерации вправе обжаловать любые решения и действия (или бездействие) органов и должностных лиц, а также официальную информацию, послужившую основанием для этих решений и действий, в вышестоящие в порядке подчиненности органы или в суд.

Жалоба может быть подана в течение трех лет со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его права. Как правило, жалобы рассматриваются безотлагательно, но не позднее одного месяца со дня ее регистрации. В особых случаях сроки рассмотрения жалобы могут быть продлены. О результатах рассмотрения жалобы гражданину должно быть официально сообщено в течение десяти дней с момента принятия решения. В случае, если жалоба признана подлежащей удовлетворению, орган или должностное лицо, вынесшее решение по жалобе, обязан принять необходимые меры по восстановлению нарушенного права гражданина, принести ему извинения в письменной форме, а также по просьбе гражданина проинформировать о принятом решении заинтересованных лиц. Если порочащие гражданина сведения были опубликованы в средствах массовой информации, орган или должностное лицо обязаны принять меры по опубликованию опровержения в порядке, установленном Законом "О средствах массовой информации".

Обращения в виде ходатайств оформляются в случаях и по вопросам, которые установлены законодательством Российской Федерации.

Особенностью ходатайств является то, что они принимаются к рассмотрению лишь при наличии всех необходимых документов, оформленных согласно специально установленной форме. При подаче ходатайств может взиматься государственная пошлина, размер которой устанавливается Федеральным законом "О государственной пошлине". Решение, принятое по ходатайству, а также отказ в регистрации ходатайства могут быть обжалованы в вышестоящую инстанцию или в суд.

Неправомерный отказ в приеме или рассмотрении обращений граждан, принятие заведомо необоснованного, незаконного решения, предоставление недостоверной информации либо разглашение сведений о частной жизни гражданина, а также другие нарушения влекут за собой ответственность виновных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и ее субъектов. Гражданин вправе обратиться в суд с заявлением о возмещении материального ущерба, а также о компенсации морального вреда, причиненных ему в результате нарушения органом или должностным лицом законодательства об обращениях граждан.

Наряду с судами общей юрисдикции, гражданин вправе подавать жалобы и защищать свои права в Конституционный Суд Российской Федерации (см. комментарий к ст. 125), и также в арбитражный суд в соответствии с законодательством об этих судах. Особый порядок обжалования закреплен также в законодательстве об административных правонарушениях, Кодексе законов о труде Российской Федерации, других законодательных актах.

 

Статья 34

 

1. Свобода экономической деятельности, гарантированная ст. 8 Конституции, обеспечивается правом каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной экономической деятельности. В основу нормы ч. 1 ст. 34 положен принцип диспозитивности, характеризующий самостоятельность, свободу субъектов в распоряжении своими правами. Они, исходя из своих способностей и интересов, по общему правилу, самостоятельно определяют направления и способы использования принадлежащих им материальных средств, устанавливают необходимые хозяйственные связи и приемлемые условия их осуществления.

Субъектами права, провозглашенного в комментируемой статье, являются граждане России, лица с двойным гражданством, иностранные граждане и лица без гражданства. Включение в круг субъектов этого права юридических лиц, на наш взгляд, необоснованно, поскольку положения ст. 34 в совокупности с другими статьями главы 2 о правах и свободах человека и гражданина составляют основы правового статуса личности в Российской Федерации, т.е. физического, а не юридического лица. Этот вывод ни в коей мере не отрицает права юридических лиц на свободу экономической деятельности, которое принадлежит им в соответствии со ст. 8 Конституции.

Однако в контексте комментируемой статьи юридические лица следует рассматривать не как субъекты права, а как одну из форм реализации физическими лицами права на свободное осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заниматься предпринимательской деятельностью могут граждане, достигшие 18 лет или вступившие в брак ранее этого возраста, а также эмансипированные несовершеннолетние с 16 лет, т.е. полностью дееспособные. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет, а также совершеннолетние граждане, ограниченные в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками и наркотическими средствами, могут заниматься предпринимательской деятельностью с согласия законных представителей-родителей, усыновителей или попечителей. По достижении 16 лет несовершеннолетние также вправе быть членами кооперативов в соответствии с законами о кооперативах.

По общему правилу, иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами наравне с российскими гражданами (см. комментарий к ст. 62). Им предоставляется национальный режим осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Например, правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц (п. 1 ст. 2 ГК). Вместе с тем возможны изъятия из этого правила, ограничивающие их правоспособность по сравнению с правоспособностью граждан России.

Такие ограничения могут устанавливаться только федеральным законом или международным договором Российской Федерации (ч. 3 ст. 62 Конституции).

Так, например, согласно ст. 3 Федерального закона от 7 мая 1998 г. N 74-ФЗ "Об особенностях распоряжения акциями Российского акционерного общества энергетики и электрификации "Единая энергетическая система России" и акциями других акционерных обществ электроэнергетики, находящимися в федеральной собственности" (СЗ РФ. 1998. N 19. Ст. 2070) установлено, в частности, что в собственности иностранных юридических лиц, иностранных физических лиц может находиться только до 25% всех видов акций Российского акционерного общества энергетики и электрификации "Единая энергетическая система России".

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства вводятся ограничения прав на занятие предпринимательской деятельностью для некоторых категорий российских граждан. Например, такой запрет установлен Федеральным законом от 31 июля 1995 г. N 119-ФЗ "Об основах государственной службы Российской Федерации" (СЗ РФ. 1995. N 31. Ст. 2990) для государственных служащих.

Лишение права, т.е. запрещение заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью может применяться в качестве основного или дополнительного наказания к лицу, признанному виновным в совершении преступления (ст. 47 УК). Это наказание применяется к лицам, совершившим, в частности, такие преступления, как: воспрепятствование законной предпринимательской деятельности; регистрация незаконных сделок с землей; уклонение от уплаты налогов с организаций; обман покупателей; злоупотребление полномочиями частными нотариусами и аудиторами; превышение полномочий служащими частных охранных или детективных служб; коммерческий подкуп (ст. 169, 170, 199, 200, 202-204 УК).

2. Занимаясь предпринимательской и иной экономической деятельностью, граждане становятся субъектами правоотношений, где имущество является объектом права. Поэтому для целей комментируемой статьи необходимо точно определить термин "имущество", тем более, что в гражданском праве этот термин используется неоднозначно - и для обозначения вещи или определенной совокупности вещей, и для объединения имеющих денежную оценку как вещей, так и имущественных прав.

В ч. 1 ст. 34 термин "имущество" употребляется как собирательное понятие, включающее в себя следующие виды объектов гражданских прав (ст. 128 ГК): вещи, в том числе деньги и ценные бумаги, иное имущество (т.е. материальные объекты внешнего мира), имущественные права; работы и услуги; информацию; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность). В целях осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности граждане могут использовать и некоторые принадлежащие им нематериальные блага, которые так или иначе связаны с их способностями, например, деловую репутацию, право авторства (ст. 150 ГК).

Свободно использовать можно лишь имущество, находящееся в частной собственности. Граждане вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего им имущества любые действия, направленные на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (см. комментарий к ст. 35).

3. Предпринимательство является разновидностью экономической деятельности. Определение предпринимательской деятельности дается в ст. 2 ГК, содержащей основные признаки предпринимательской деятельности: 1) направленность на извлечение прибыли в имущественных отношениях; 2) эта деятельность должна быть систематической; 3) такая деятельность может осуществляться только после ее регистрации в установленном порядке.

Основная цель предпринимательской деятельности - систематическое получение прибыли и ее распределение между участниками.

Целью "иной экономической деятельности", как правило, является решение социально-культурных задач. К ней относится, например, благотворительная деятельность.

Не относится к предпринимательской деятельность частнопрактикующих лиц (врачей, массажистов и др.), педагогов, лиц творческого труда (архитекторов, изобретателей и др.) и многих других, чей труд приносит лишь доход в форме соответствующего вознаграждения, но не прибыль. Как правило, физические лица, осуществляя не предпринимательскую деятельность, используют в основном свои способности и в меньшей степени - имущество.

Согласно ст. 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. (Ведомости РФ. 1993. N 10. Ст. 357) деятельность нотариуса не является предпринимательством и не преследует цели извлечения прибыли.

Имеются различия и в организационно-правовых формах экономической деятельности. Граждане могут осуществлять экономическую деятельность в качестве индивидуальных предпринимателей, учредителей (участников, членов) юридических лиц, а также без специального оформления своего организационно-правового статуса.

В числе субъектов предпринимательской деятельности, осуществляемой без образования юридического лица, ГК РФ называет гражданина, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя, и главу крестьянского (фермерского) хозяйства, который признается предпринимателем с момента государственной регистрации хозяйства.

Деятельность граждан-предпринимателей регламентируется теми же нормами, что и предпринимательская деятельность юридических лиц, если иное не вытекает из существа правоотношений. Особенности же правового регулирования устанавливаются законодательством.

Граждане могут создавать юридические лица в качестве их учредителей, быть участниками (членами) юридических лиц. В зависимости от целей деятельности гражданское законодательство определяет виды юридических лиц (см. ст. 50 ГК).

Некоторыми видами деятельности, не относящимися к предпринимательству, например, педагогической или благотворительной граждане могут заниматься и без специального оформления своего организационно-правового статуса (регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, подписания учредительного договора юридического лица, регистрации создаваемой организации).

4. Для осуществления определенных видов деятельности необходимо получение специального разрешения (лицензии). Виды этой деятельности, должны определяться только законом (ст. 49 ГК). В ст. 17 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (СЗ РФ. 2001. N 33. Ст. 3430) установлен перечень видов деятельности, на осуществление которых требуются лицензии.

Некоторыми видами деятельности можно заниматься только после прохождения аттестации и получения квалификационного аттестата. Так, для осуществления аудиторской деятельности требуется получение и аттестата, и лицензии. Определенными видами деятельности, например, изготовлением и реализацией наркотических, сильнодействующих и ядовитых веществ, граждане вообще не вправе заниматься.

Нарушение права на свободное использование способностей и имущества для предпринимательской и иной экономической деятельности влечет гражданско-правовую, административную и даже уголовную ответственность. Так, за воспрепятствование законной предпринимательской деятельности уголовная ответственность устанавливается в соответствии со ст. 169 УК РФ.

5. Государство, гарантируя поддержку конкуренции (ст. 8 Конституции), обеспечивает эту гарантию установлением запрета осуществлять экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию. Такой запрет согласуется с положением ч. 3 ст. 17 Конституции о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Определение публично-правовых начал в регулировании, в частности, вопросов конкуренции, является необходимым условием создания цивилизованного рынка.

В российской экономике на некоторых рынках товаров и услуг, связанных, например, с транспортировкой газа по трубопроводам, железнодорожными перевозками, услугами транспортных терминалов, портов, аэропортов, сложилось положение, при котором удовлетворение спроса на этих рынках эффективнее в отсутствие конкуренции в силу технологических особенностей производства. Товары же, производимые субъектами этой деятельности, не могут быть заменены в потреблении другими, в связи с чем спрос на них (на данных товарных рынках) в меньшей степени зависит от изменения цены, чем спрос на другие виды товаров. Такое состояние товарного рынка называется естественной монополией. Правовые основы федеральной политики в отношении естественных монополий определены Федеральным законом от 17 августа 1995 г. N 147-ФЗ "О естественных монополиях" (СЗ РФ. 1995. N 34. Ст. 3426). Естественные монополии являются исключением из общего правила о недопустимости экономической деятельности, направленной на монополизацию.

6. Часть 2 ст. 34 Конституции конкретизируется и развивается в нормах гражданского законодательства.

В п. 1 ст. 10 ГК содержится специальное указание на недопустимость использования гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребления доминирующим положением на рынке.

Основой антимонопольного законодательства является Закон Российской Федерации от 22 марта 1991 г. N 948-I "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (Ведомости РСФСР. 1991. N 16. Ст. 499). Он определяет монополистическую деятельность как противоречащие антимонопольному законодательству действия (бездействие) хозяйствующих субъектов или федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, направленные на недопущение, ограничение или устранение конкуренции (ст. 4). Этим Законом устанавливаются различия между конкуренцией и недобросовестной конкуренцией. Так, конкуренция определяется как состязательность хозяйствующих субъектов, когда их самостоятельные действия эффективно ограничивают возможность каждого из них односторонне воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (ст. 4). Такую конкуренцию следует считать добросовестной, хотя законодатель не использует этот термин для ее определения. Однако поскольку он проводит различия между конкуренцией вообще и недобросовестной конкуренцией в частности, этот вывод вполне обоснован.

В законодательствах зарубежных стран общее определение понятия недобросовестной конкуренции обычно проводится по тексту Парижской Конвенции по охране промышленной собственности 1883 г. В соответствии со ст. 10bis Конвенции актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах. Положения этой международно-правовой нормы нашли отражение и в российском антимонопольном законодательстве, которое относит к недобросовестной конкуренции любые направленные на приобретение преимуществ в предпринимательской деятельности действия хозяйствующих субъектов, которые противоречат положениям законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и могут причинить или причинили убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли ущерб их деловой репутации (ст. 4 Закона о конкуренции).

В практике, в том числе судебной, применения этой статьи могут возникнуть некоторые трудности при решении вопроса о "добропорядочности", "разумности" и "справедливости" действий хозяйствующих субъектов. В законодательстве пока нет критериев определения этих понятий. Их содержание требует конкретизации в процессе применения Закона соответствующими органами, чем создается большой простор для судебного усмотрения. В таких ситуациях, очевидно, следует руководствоваться п. 3 ст. 10 ГК. Он, в частности, предусматривает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права добросовестно, добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. Основное значение этой нормы в том, что она закрепляет презумпцию добросовестности действий. А правовые презумпции, как известно, имеют прежде всего процессуальное значение, так как определяют бремя доказывания. Следовательно, доказывать недобросовестность действий должен тот, кто с таким поведением связывает наступление определенных правовых последствий.

Закон о недобросовестной конкуренции определяет пять форм недобросовестной конкуренции. К ним относится: 1) распространение ложных, неточных или искаженных сведений, способных причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации; 2) введение потребителей в заблуждение относительно характера, способа и места изготовления, потребительских свойств, качества товара; 3) некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых и реализуемых им товаров с товарами других хозяйствующих субъектов; 4) продажа товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ, услуг; 5) получение, использование, разглашение научно-технической, производственной или торговой информации, в том числе коммерческой тайны, без согласия ее владельца (ст. 10). Положения этой статьи согласуются с нормой п. 1 ст. 10 ГК, в которой устанавливается запрет на действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также на злоупотребление правом в иных формах.

В России помимо основного акта, каким является Закон о конкуренции, также существует специальное законодательство, запрещающее недобросовестную конкуренцию при осуществлении отдельных видов деятельности. К нему можно отнести Патентный закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. N 3517-I (Ведомости РФ. 1992. N 42. Ст. 2319), Закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. N 3520-I "О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров" (Ведомости РФ. 1992. N 42. Ст. 2322), Федеральный закон от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ "О рекламе" (СЗ РФ. 1995. N 30. Ст. 2864).

За нарушения антимонопольного законодательства может устанавливаться гражданско-правовая, административная и уголовная ответственность, в частности, монополистические действия и ограничение конкуренции наказываются в соответствии со ст. 178 УК.

 

Статья 35

 

1. Положения ст. 35 производны от нормы ч. 2 ст. 8 Конституции.

Признавая и защищая частную собственность, государство берет на себя обязанность обеспечить ее охрану путем принятия соответствующих законов.

Статья 35 основывается на общепризнанных принципах международного права, содержащихся в ст. 17 Всеобщей декларации прав человека и ст. 1 Протокола N 1 от 20 марта 1952 г. к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 г.).

Субъектами права частной собственности могут быть граждане (физические лица) и юридические лица, созданные гражданами (или с их участием) в качестве коммерческих организаций. Все субъекты права частной собственности равны перед законом и судом (см. комментарий к ст. 19).

Под охраной права частной собственности следует понимать обеспечение нормального, беспрепятственного развития отношений частной собственности. Эти положения ч. 1 комментируемой статьи получают развитие в гражданском, природоресурсном, административном, уголовном и ином законодательстве. Основные нормы, направленные на охрану права частной собственности, содержаться в гражданском законодательстве и, главным образом, в ГК, специальные статьи которого посвящены вопросам защиты права собственности (ст. 301-304, 306 ГК). В зависимости от вида нарушений могут применяться различные способы защиты интересов собственников. Гражданско-правовые способы защиты определены в ст. 12 ГК. Уголовно-правовые меры защиты предусмотрены в ст. 158-168 УК.

2. В ч. 2 ст. 35 Конституции ясно выражена позиция государства, нацеленная на всемерное поощрение и развитие частной собственности. Как основа развивающегося гражданского общества и материальная база рыночного хозяйства, собственность граждан создается и приумножается за счет их доходов от участия в производстве и иного распоряжения своими способностями к труду, от предпринимательской деятельности, ведения собственного хозяйства и доходов от средств, вложенных в кредитные учреждения, акции и другие ценные бумаги, приобретения имущества по наследству и по иным основаниям, не противоречащим закону. В частной собственности может находиться любое имущество:

- земельные участки;

- жилые дома, квартиры, дачи, садовые дома, гаражи, предметы домашнего хозяйства и личного потребления;

- денежные средства, акции, облигации и другие ценные бумаги;

- средства массовой информации;

- предприятия как имущественные комплексы, используемые для осуществления предпринимательской деятельности, а также здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукция и пр.;

- любое другое имущество производственного, потребительского, социального, культурного и иного назначения, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам или юридическим лицам.

Количество и стоимость имущества, находящегося в частной собственности, не ограничиваются, за исключением случаев, когда такие ограничения установлены законом в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Например, согласно ст. 3 Федерального закона от 21 декабря 2001 г. N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества".

Приватизации не подлежит имущество, отнесенное федеральными законами к объектам гражданских прав, оборот которых не допускается (объектам, изъятым из оборота), а также имущество, которое в порядке, установленном федеральными законами, может находиться только в государственной или муниципальной собственности.

Традиционно в отечественном законодательстве право собственности определялось через так называемую триаду правомочий: право владения (т.е. фактического обладания вещью), право пользования (т.е. извлечения пользы, выгоды) и право распоряжения (т.е. совершения юридически значимых действий в отношении принадлежащего имущества). Закрепляя данные правомочия, Конституция не ограничивает их никакими пределами. Таким образом, в комментируемой статье устанавливается конституционное правило, согласно которому собственник вправе совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия с целью извлечения из него пользы, выгоды, в том числе определять его юридическую судьбу: продавать, дарить, сдавать с аренду, отдавать в залог и т.п.

Эти правомочия собственник может осуществлять как единолично, так и совместно с другими лицами. Под "другими лицами" следует понимать физических и юридических лиц. На базе своего имущества собственники вправе создавать коммерческие и некоммерческие организации (см. комментарий к ст. 34).

Право собственности может быть ограничено лишь с соблюдением ч. 3 ст. 55 Конституции. Правомочия владения, пользования и распоряжения имуществом регулируются нормами гражданского законодательства.

3. Лишение лица его имущества возможно только по решению суда. Под лишением следует понимать принудительное прекращение права собственности, т.е. лишение лица права владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом.

Термин "решение" в ч. 3 ст. 35 Конституции имеет собирательное значение. Им обозначаются акты судебного органа, изданные как в форме решения по гражданскому делу, так и в форме приговора по уголовному делу.

Исчерпывающий перечень оснований принудительного изъятия у собственника имущества содержится в п. 2 ст. 235 ГК.

Принудительное лишение имущества может проводиться вследствие ненадлежащего поведения собственника. К таким случаям относятся обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника; отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу; выкуп бесхозяйственно содержимых культурных ценностей; конфискация (ст. 237, 238, 240, 243 ГК).

Лишение собственника имущества возможно и в силу причин, не зависящих от его поведения. С такими причинами законодатель связывает государственные или муниципальные нужды. Последние не называются в ч. 3 ст. 35. Однако представляется, что в данном случае под государственными нуждами следует понимать государственный или общественный интерес, поэтому понятием "государственные нужды" в ч. 3 ст. 35 охватываются и нужды муниципальные. Принудительное отчуждение имущества для этих нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения. К таким случаям ГК относит: отчуждение недвижимого имущества в связи с изъятием участка, на котором оно находится (ст. 239 ГК); реквизицию (ст. 242 ГК); национализацию (п. 2 ст. 235 ГК). Изъятие имущества по этим основаниям производится возмездно с возмещением собственнику убытков в порядке, установленном ст. 239-243, 306 ГК.

Лицо, имущество которого реквизировано, вправе при прекращении действия обстоятельств, в связи с которыми произведена реквизиция, требовать по суду возврата ему сохранившегося имущества (п. 3 ст. 242 ГК).

Из смысла комментируемой статьи вытекает, что любое принудительное изъятие имущества, в том числе и для государственных нужд, может производиться только по решению суда. Это общее правило, на наш взгляд, не учитывает ситуации чрезвычайного характера, когда требуется оперативное принятие соответствующих мер, например, в случаях стихийных бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотий и при иных обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер. Не случайно в ст. 242 ГК предусмотрено, что в этих случаях принудительное изъятие у собственника имущества (реквизиция) производится по решению государственных органов.

4. Наследование теснейшим образом связано с институтом собственности, особенно частной собственности. Под наследованием понимается переход имущества умершего физического лица (наследодателя). Наследование осуществляется по закону и по завещанию. Это значит, что наследодатель вправе передать свое имущество по завещанию любым физическим или юридическим лицам, Российской Федерации, ее субъектам, муниципальным образованиям.

При отсутствии завещания наследование осуществляется по закону.

В целях охраны интересов малолетних и нетрудоспособных наследников умершего устанавливается обязательная доля наследственного имущества, ниже которой доля такого наследника не должна снижаться. Это условие должно соблюдаться независимо от содержания завещания.

С учетом сказанного можно сделать вывод о том, что в ч. 4 ст. 35 Конституции гарантируется:

- право наследодателя завещать любое принадлежащее ему на праве собственности имущество;

- право наследодателя свободно определять круг наследников;

- право наследников наследовать любое причитающееся им (по закону или по завещанию) наследственное имущество;

- право малолетних и нетрудоспособных наследников на обязательную долю наследственного имущества.

Законом могут устанавливаться некоторые ограничения в отношении наследования отдельных видов имущества, нахождение которых в обороте не допускается (объекты, изъятые из оборота) либо допускается по специальному разрешению (объекты, ограниченно оборотоспособные).

Например, в случае получения гражданином по наследству огнестрельного нарезного оружия, принадлежащего охотнику-промысловику, право собственности такого наследника может быть прекращено в силу ст. 238 ГК.

 

Статья 36

 

1. Субъектами права собственности на землю являются граждане и их объединения. Российским законодательством предусматривается, что частная собственность на землю может принадлежать и юридическим лицам

С проведением радикальной экономической реформы в стране, преобразованием земельных отношений и формированием многоукладной экономики в сельском хозяйстве связываются такие особенности земельной собственности на современном этапе, как доминирующее положение граждан и их объединений среди субъектов права собственности на землю, направленность земельной собственности в сферу сельскохозяйственного производства.

Право частной собственности на землю приобретается гражданами и их объединениями на основании передачи им земель, находящихся в государственной и муниципальной собственности, а также в результате совершения ими земельных сделок в установленном законом порядке.

В процессе земельной реформы проводится приватизация земель - передача земельных участков, находящихся в собственности государства, в частную собственность физических и юридических лиц. Законодательство предусматривает три различные процедуры приватизации земель: приватизация земель, предоставленных в пользование гражданам для ведения личного подсобного и дачного хозяйства, садоводства и индивидуального жилищного строительства; приватизация земель, предоставленных для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства и при реорганизации колхозов и совхозов; приватизация земель при приватизации государственных и муниципальных предприятий.

Частная собственность на землю может быть нескольких видов: индивидуальная собственность граждан; общая совместная; общая долевая собственность; собственность юридических лиц.

В индивидуальной частной собственности граждан могут находиться земельные участки для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, личного подсобного хозяйства, садоводства, огородничества, животноводства, индивидуального жилищного и дачного строительства, строительства индивидуальных гаражей, предпринимательской деятельности, иных, не запрещенных законом целей. Правовой режим земельных участков, находящихся в индивидуальной частной собственности, устанавливается, например, Законом РСФСР от 22 ноября 1990 г. N 348-I "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" (Ведомости РСФСР. 1990. N 26. Ст. 324).

Наряду с индивидуальной частной собственностью на землю граждан действующее законодательство предусматривает также общую совместную собственность без определения земельных долей собственников и общую долевую собственность на землю с определением в натуре (на местности) для каждого собственника принадлежащей ему конкретной земельной доли.

Общая собственность на землю граждан имеет место в случае, когда при реорганизации колхозов, совхозов, приватизации государственных сельскохозяйственных предприятий трудовые коллективы этих хозяйств принимают решение о переходе соответственно к общей совместной или общей долевой собственности на землю. Правовое регулирование отношений в области оборота земельных участков и долей в праве общей собственности на земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения осуществляется Федеральным законом от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" (СЗ Российской Федерации. 2002. N30. Ст.3018).

Общая собственность на земельные участки может возникать путем добровольного объединения собственниками принадлежащих им земельных участков. Например, граждане и юридические лица могут объединить находящиеся в их собственности земельные участки и использовать их на праве общей совместной или общей долевой собственности. Общая совместная собственность устанавливается и на земли общего пользования садоводческих товариществ, животноводческих, дачных, гаражных кооперативов.

Законодательством устанавливаются некоторые ограничения в отношении отдельных видов земель, которые не могут быть объектом частной собственности граждан и их объединений. Согласно п. 4 ст. 27 Земельного Кодекса Российской Федерации от 25 октября 2001 г. N 136-ФЗ.

Из оборота изъяты земельные участки, занятые находящимися в федеральной собственности следующими объектами:

1) государственными природными заповедниками и национальными парками (за исключением случаев, предусмотренных статьей 95 настоящего Кодекса);

2) зданиями, строениями и сооружениями, в которых размещены для постоянной деятельности Вооруженные Силы Российской Федерации, войска Пограничной службы Российской Федерации, другие войска, воинские формирования и органы;

3) зданиями, строениями и сооружениями, в которых размещены военные суды;

4) объектами организаций федеральной службы безопасности;

5) объектами организаций федеральных органов государственной охраны;

6) объектами использования атомной энергии, пунктами хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ;

7) объектами, в соответствии с видами деятельности которых созданы закрытые административно-территориальные образования;

8) исправительно-трудовыми учреждениями и лечебно-трудовыми профилакториями соответственно Министерства юстиции Российской Федерации и Министерства внутренних дел Российской Федерации;

9) воинскими и гражданскими захоронениями;

10) инженерно-техническими сооружениями, линиями связи и коммуникациями, возведенными в интересах защиты и охраны Государственной границы Российской Федерации.

Передача земли в собственность граждан и их объединений производится за плату или бесплатно. Конкретные размеры приобретаемых земельных участков определяются субъектами Российской Федерации.

2. Принадлежащие собственнику правомочия владения, пользования и распоряжения землей и другими природными ресурсами составляют содержание субъективного права на землю, осуществляемого собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц. Однако абсолютной свободы земельной собственности быть не может. Это обусловлено спецификой объекта этой собственности: земля и природные ресурсы ограничены в природе и незаменимы в процессе экономической деятельности. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Конституции земля и природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории. Поэтому в ст. 58 установлена обязанность каждого сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам. На реализацию этих норм Конституции и направлено, в частности, введение государством некоторых ограничений прав собственников земли. Они подразделяются на постоянные и временные.

К постоянным ограничениям правомочий собственника относятся предусмотренные законодательством обязанности: соблюдать требования рационального использования и охраны земель и сохранения экологической обстановки в процессе их использования; не нарушать своими действиями прав и законных интересов других собственников, пользователей, арендаторов земель; выполнять специальные условия использования особо охраняемых территорий, охранных зон, мест проживания и хозяйственной деятельности малочисленных народов и этнических групп; вести строительство в соответствии со строительными нормами и правилами, а на землях населенных пунктов - с соблюдением планировки и застройки.

Ограничением прав собственника является и возможность выкупа земельного участка для государственных и муниципальных нужд (ст. 279 ГК).

К числу временных ограничений правомочий собственника земли можно отнести такие, как строгое целевое использование земельного участка; возможность совершения сделки купли-продажи участка, занятого в сельскохозяйственном производстве, при условии сохранения его целевого назначения, а в противном случае - только при наличии на то решения органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. К временному ограничению прав собственника следует отнести и обременение земельного участка сервитутом (ст. 274, 275 ГК).

Владение землей является первоначальным правомочием собственника, оно создает юридическую основу для двух других - пользования и распоряжения.

Под правом пользования понимается право на хозяйственную эксплуатацию земли путем извлечения ее полезных свойств или получения дохода от нее. Право пользования землей предполагает систему конкретных действий, которые собственник может осуществлять по своему усмотрению по отношению к принадлежащему ему земельному участку. К таким действиям, в частности, относятся: самостоятельное хозяйствование на земле; использование в установленном порядке для нужд хозяйства имеющихся на земельном участке общераспространенных полезных ископаемых, торфа, лесных угодий, водных объектов, пресных подземных вод; возведение жилья, производственных, культурно-бытовых и иных строений и сооружений; производство посевов и посадок сельскохозяйственных культур и насаждений; проведение в установленном порядке оросительных, осушительных, агротехнических и других мелиоративных работ, строительство прудов и иных водоемов в соответствии с природоохранными требованиями и др.

Под правом распоряжения землей понимается возможность определения собственником юридической судьбы земельного участка. Применительно к гражданам и их объединениям это правомочие наполнилось новым содержанием с отменой исключительной государственной собственности на землю и включением ее в гражданский оборот. С введением частной собственности на землю и разрешением совершать с ней различные сделки граждане и их объединения получили право продавать, передавать по наследству, дарить, сдавать в аренду, залог, обменивать, передавать земельный участок или его часть в качестве взноса в уставные фонды акционерных обществ, товариществ, кооперативов, образовывать общую собственность путем добровольного объединения принадлежащих им земельных участков, земельных паев (долей).

Собственник земельной доли (пая) также, как и собственник земельного участка, может распоряжаться ею по своему усмотрению. Он имеет право на выдел земельного участка в натуре для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, сдачу в залог и аренду, обмен земельной доли (пая) на имущественный пай, передачу ее по наследству, продажу земельной доли (пая) другим членам коллектива, а также иным гражданам и юридическим лицам для производства сельскохозяйственной продукции.

Земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах (п. 3 ст. 129 ГК).

3. Условия и порядок пользования землей должны определяться на основе федерального закона. В настоящее время положения ст. 36 реализуются на основе Земельного кодекса Российской Федерации, ст. 17 ГК, Федерального закона "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" и иных нормативных правовых актов. Сформировалось собственное земельное законодательство и в ряде субъектов Российской Федерации, которое по общему правилу ст. 2 Земельного Кодекса Российской Федерации должно ему соответствовать.

 

Статья 37

 

1. В комментируемой статье получил закрепление провозглашенный в ст. 23 Всеобщей декларации прав человека (1948 г.) принцип свободы труда.

Свобода состоит в возможности делать все, что не наносит ущерба правам других физических или юридических лиц или общественной безопасности. Субъектом этого права является каждый человек. Свобода труда обеспечивается правом каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Эти положения базируются на общих нормах международно-правового регулирования, направленных на искоренение всякой дискриминации в отношении труда и занятости. Дискриминация определяется Конвенцией МОТ N 111 "О дискриминации в области труда и занятий" (1958 г.) как всякое различие, недопущение или предпочтение, проводимое по признаку расы, цвета кожи, пола, религии, политических убеждений, иностранного происхождения, социального происхождения (или по любой другой причине, оговоренной государством) и приводящее к уничтожению или нарушению равенства возможностей доступа к труду и к различным занятиям, а также к профессиональному обучению.

Провозглашением свободы труда устанавливается также запрещение в какой-либо форме отрицать или ограничивать эту свободу, обращенное к неопределенному кругу субъектов, обязанных уважать данную свободу, т.е. практически к любому возможному нарушителю свободы.

Каждый человек вправе требовать у государства защиты от любого субъекта, препятствующего ему свободно распоряжаться своими способностями к труду. Однако право свободного выбора конкретной профессии, деятельности не должно отождествляться с правом на занятие конкретной должности, связанной с этой деятельностью, поскольку в ч. 1 комментируемой статьи не закрепляется право на получение работы по избранной профессии, роду деятельности и не гарантируется право на занятие той или иной должности в конкретном населенном пункте в конкретной организации.

Ни в одном государстве право на свободный выбор деятельности не корреспондируется с его обязанностью предоставить выбранную деятельность. Обязанностью государства является создание такой системы профессиональной ориентации и содействия занятости населения, которая бы способствовала осуществлению гражданами их права на свободное распоряжение своими способностями к труду.

В демократическом обществе, основанном на рыночных отношениях, каждому человеку предоставляется возможность самостоятельного выбора способов и форм приложения сил и способностей. Это право может быть реализовано ими как путем занятия самостоятельной предпринимательской, творческой деятельностью без вступления в трудовые отношения, так и на основе трудового договора (контракта) с определенным физическим или юридическим лицом (работодателем). Поэтому занятыми считаются и граждане, самостоятельно обеспечивающие себя работой, в том числе предприниматели, члены производственных кооперативов, артелей, фермеры, лица, проходящие военную службу и т.д. Занятость определяется Законом Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. N 1032-I "О занятости населения в Российской Федерации" (СЗ РФ. 1996. N 17. Ст. 1915) как деятельность граждан, связанная с удовлетворением личных и общественных потребностей, не противоречащая законодательству Российской Федерации и приносящая, как правило, им заработок, трудовой доход.

Трудовое законодательство содержит нормы, направленные на обеспечение свободы труда (см. ст. 2