Электронные книги по юридическим наукам бесплатно.

Присоединяйтесь к нашей группе ВКонтакте.

 


 

 

ИНСТИТУТ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА РАН АКАДЕМИЧЕСКИЙ ПРАВОВОЙ УНИВЕРСИТЕТ

М.М. БОГУСЛАВСКИЙ

МЕЖДУНАРОДНОЕ

ЧАСТНОЕ ПРАВО

Издание третье, переработанное и дополненное

Рекомендовано Министерством общего и профессионального

образования Российской Федерации

в качестве учебника для студентов

высших и средних учебных заведений, обучающихся

по направлению и специальности «Юриспруденция»

МОСКВА ЮРИСТЪ

1999


УДК 341.9(075.8) ББК 67.412.2 Б 74

Рецензенты:

Л. С. Комаров, д-р юрид. наук, профессор;

В.А. Мусин, д-р юрид. наук, профессор;

кафедра международного частного и гражданского права МГИМО МИД РФ

Богуславский М.М.

Б 74    Международное частное право: Учебник.— 3-е изд., переоаб и доп.—М.: Юристъ, 1999.—408 с. ISBN 5-7975-0102-3 (в пер.)

В учебнике в соответствии с программой курса излагаются все основные во­просы международного частного права, представляющие наибольший практиче­ский интерес. Дается обзор законодательства, литературы, международных до­говоров, судебных и арбитражных решений в этой области. Рассматривается пра­вовое положение иностранных граждан в РФ, участников внешнеэкономических связей, граждан и организаций за рубежом.

Анализируются возникающие в международных отношениях вопросы права собственности, обязательственного права, прежде всего договоров международной купли-продажи товаров, возмещения ущерба, авторского и патентного права, се­мейного и наследственного права, трудового права, порядок рассмотрения споров в суде и в арбитраже.

Для студентов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов. Учебник будет также полезен для студентов, обучающихся по специальностям и направлениям «Международные экономические отношения», «Коммерция», а также для практикующих юристов.

УЖ 341.9(075.8) ББК67.412.2


ISBN 5-7975-0102-3


© «Юристъ», 1998 © Богуславский М.М.. 1998


Предисловие к 3-му изданию

При подготовке нового издания учебника, да еще в конце XX века не­вольно обращаешься к прошлому отечественной науки. В предисловии к своей книге, датированном декабрем 1899 года. Третий драгоман Импера­торского Российского Посольства в Константинополе Андрей Мандельш­там вопрошал: «Неужели Россия, идущая во главе всех народов в области публичного международного права, отстанет от них в области частного? Неужели признание прав иностранных граждан менее священно, чем при­знание прав иностранных государств?» О международном частном праве «ныне наши суды, к сожалению, отмечал он, имеют весьма смутное понятие. Оно и не удивительно. Тогда как на Западе существуют особые кафедры и особая наука международного частного права, отличные от ка­федр и науки jus gentium, у нас частное международное право всецело по­глощено публичным и в литературе и в преподавании»'.

Конечно, за прошедшие почти сто лет научная разработка проблем международного частного права не оставалась неизменной. Но в области преподавания перед нами стоят почти те же проблемы, что и тогда. Если в последние годы у Нас появилось много монографий по отдельным вопро­сам международного частного права, много хороших сборников докумен­тов по этой проблематике, и прежде всего обстоятельный сборник, подго­товленный в 1997 году К.А. Бекяшевым и А.Г. Ходаковым, то учебников и учебных пособий явно не хватает.

Настоящее издание призвано в какой-то степени восполнить этот про­бел. Первое издание учебника вышло в издательстве «Международные от­ношения» в 1989 году, второе в том же издательстве в 1994 году. Пред­лагаемое вниманию читателей третье издание существенно отличается от предшествующих. В нем использованы новые нормативные акты, приня­тые в России, а также в других государствах, новые международные дого­воры как многосторонние, так и двусторонние, судебная и арбитражная практика в области международного частного права последних лет. Особое внимание уделяется регулированию отношений в рамках СНГ. Законода-

' Мандельштам А.Н. Гаагские конференции международнага частнага права. Т. !• Ко­дификация межлународнага частнага права. СПб., 1900. С. VII.


Предисловие к 3-му изданию

тельство и международные договоры России приводятся по состоянию на 1 января 1998 года.

Как и в предшествующем издании, литература по темам приводится в начале каждой главы.

При подготовке настоящей книги были использованы материалы к циклам лекций по курсу международного частного права, которые чита­лись автором в 1994 — 1997 годах в Дипломатической академии МИД РФ, в Академическом правовом университете при Институте государства и права РАН, в Международном университете (Москва) и в Университете Христиана Альбрехта в г. Киле (ФРГ).

В заключение хотелось бы выразить благодарность Н.К. Воеводенко за помощь в подготовке этого издания. Ее советы и рекомендации автору вы­ходят далеко за рамки традиционной работы редактора.

Профессор ММ. Богуславский Москва, июнь 1998 года


Список сокращений

АПК РФ Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации 1995 г.

ВАС Высший Арбитражный Суя Российской Федерации

Венская конвенция 1980 года Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров

ВТАК Внешнеторговая арбитражная комиссия

ВТО Всемирная торговая организация

ВОИС Всемирная организация интеллектуальной собственности

ГАТТ Генеральное соглашение по тарифам и торговле

ГГУ Германское гражданское уложение

ГК РФ Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая 1994 г.;

часть вторая 1996 г.

ГК РСФСР Гражданский кодекс РСФСР 1964 г.

ГПК РСФСР Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации 1964 г.

ЕАСТ Европейская ассоциация свободной торговли

ЕС Европейский Союз

ЕЭС Европейское экономическое сообщество

КГМ СССР Кодекс торгового мореплавания СССР 1968 г.

КоБС РСФСР Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 г.

МАК Морская арбитражная комиссия при Торгово-промышленной палате Российской Федерации

МКАС Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-про­мышленной палате Российской Федерации

ММК Международный морской комитет

Основы гражданского законодательства 1991 года Основы гражданского зако­нодательства Союза ССР и республик 1991 года

рф российская Федерация

СК Семейный кодекс Российской Федерации 1995 г.

СП совместное предприятие

СЭВ Совет Экономической Взаимопомощи

ТПП РФ Торгово-промышленная палата Российской Федерации

УНЦДРУА Международный институт по унификации частного права

ЮНЕСКО Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры

ЮНКТДД Конференция ООН по торговле и развитию

ЮНСИТРАЛ Комиссия ООН по праву международной торговли


Методические рекомендации по изучению учебного курса международного частного права

Расширение преподавания в высших учебных заведениях международ­ного частного права или же отдельных разделов этого курса непосредст­венно связано с процессом перестройки нашего общества, и прежде всего с реформой внешнеэкономической деятельности, переходом к большей от­крытости, Углублением и расширением отношений отечественных граж­дан, организаций и предприятий с гражданами, предприятиями и фирмами других стран в самых различных сферах общественной жизни, экономики, культуры и науки.

Ранее международное частное право преподавалось в основном в спе­циализированных высших учебных заведениях, готовящих кадры для ра­боты в системе Министерства иностранных дел, внешнеэкономических ве­домств, а также в учебных заведениях, в которых обучались значительные контингента иностранных студентов.

В дальнейшем ситуация изменилась коренным образом. Не может быть полноценным юристом работающий в народном хозяйстве, правоохрани­тельных органах, особенно в суде, адвокатуре, нотариате, человек, не вла­деющий знаниями основ международного частного права. Данный предмет имеет как общее теоретическое значение, так и прикладное, практическое значение. Отсюда следует, что студент должен обратить особое внимание на приводимые в учебнике положения внутреннего законодательства и международных договоров, участницей которых является наша страна, а также на наиболее типичные примеры применения этих норм, взятые из практики.

Изучение международного частного права представляет определенные трудности. Они связаны прежде всего с тем, что в этом курсе приходится сталкиваться с понятиями общей теории права, и прежде всего с такими, как действие норм права в пространстве, пределы территориального дей­ствия законодательства, с основными принципами международного права и, конечно, с институтами гражданского, семейного, трудового и граждан­ского процессуального права. Поэтому наибольший эффект, как показы­вает опыт, дает преподавание международного частного права после изу-


Методические рекомендации по изучению учебного курса

чения слушателями этих правовых дисциплин. При преподавании между­народного частного права в учебных заведениях, где указанные правовые дисциплины не изучаются, необходимы по крайней мере пояснения препо­давателя по терминам, понятиям, используемым в настоящем курсе.

Другая трудность состоит в том, что предмет и даже само его название наименее общепризнанны по сравнению с другими юридическими наука­ми. Такое положение объясняется в основном тем, что международное частное право, сложившееся в качестве отдельной юридической дисцип­лины только во второй половине прошлого века, представляет собой одну из самых молодых отраслей правоведения. По многим вопросам, относя­щимся к проблематике международного частного права^в нашей, да и в зарубежной литературе высказываются различные точки зрения. В насто­ящем учебнике студент ознакомится с наиболее устоявшимися взглядами отечественной доктрины. Что же касается спорных, дискуссионных вопро­сов, то более полное представление о них студент сможет получить из фун­даментальных курсов по международному частному праву и специальных исследований в этой области, сведения о которых приводятся в каждой главе книги. Для студентов и слушателей будет полезен сборник норма­тивных актов, составлений проф. Г.К. Дмитриевой и доц. М.В. Филимоно­вой «Международное частное право» (М., 1997).

Изложение материала дается в учебнике в соответствии с примерной программой курса Академического правового университета.

Для самоконтроля и проверки того, как усвоен материал, в конце каж­дой главы приводятся контрольные вопросы по теме.

Представляется желательным проведение семинарских занятий по международному частному праву. Студенты и слушатели могут рассматри­вать на семинаре конкретные дела, связанные с применением правил на­шего законодательства и международных договоров России, которые воз­никали в практике работы предприятий и организаций, судов, нотариата, МКАС и МАК при ТПП РФ, других арбитражных судов.. Слушатели ре­шают эти дела, предложенные преподавателями, пользуясь нормативными материалами, с которыми ознакомились, готовясь к семинарским заняти­ям. На семинаре могут быть рассмотрены дела по защите прав российских граждан и организаций за рубежом.


Глава 1

ПОНЯТИЕ, ПРЕДМЕТ И СИСТЕМА МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ 1. Понятие международного частного права. § 2. Содержание международного частного права. § 3. Природа норм международного частного права и его место в системе права.

§ 4. Исходные начала российской доктрины международного частного права. § 5. Система международного частного права.

§ 6. Обзор литературы по международному частному праву

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.О., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 5— 19; Луни Л.А. Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С. 11—60; Луни Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 3—17; Галенская Л.Н. Международное частное право. Л., 1983; Международное частное право/Под ред. К.Г. Матвеева. Киев, 1985. С. 5— 36; Корецкий В.М. Избранные труды. Киев, 1989. Кн. 1. С. 224—225; Кн. 2. С. 4—125; Перетерский И.О. Система международного частного права // Сов государство и право. 1946. № 8—9. С. 17—30; Садиков О.Н. Развитие советской науки международного частного права // Ученые записки ВНИИСЗ. 1971. Вып. 23. С. 78—90; Лебедев С.Н. О природе международного частного права // Сов. ежегодник международного права. 1979. М., 1980. С. 61—80; Брагин­ский М.И. О природе международного частного права // Проблемы совершенст­вования советского законодательства. Труды ВНИИСЗ. М., 1982. Вып. 24. С. 146—160; Маковский АЛ. Проблема природы международного частного права в советской науке // Труды ВНИИСЗ. М., 1984. Вып. 29. С. 206—224-Международное частное право: Современные проблемы. Кн. 1—2/ Отв. ред. М.М. Богуславский. М., 1993; Международное частное право: Современные про­блемы / Отв. ред. М.М.Богуславский. М., 1994; Правовое положение иностран­ных граждан в России: Сб. норм. актов / Вступ. ст. А.Л. Маковского. М., 1996-Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. М., 1996; Он же. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997; Зевков В.П.


§ 1. Понятие международного частного права                 11

Часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации и некоторые вопросы международного частного права // Сборник памяти С.А. Хохлова. Гражданский кодекс России. Проблемы, теория, практика. М., 1998. С. 154—163; Иссад М. Международное частное право / Пер. с фр. М., 1989. С. 24; Чешир Дж„ Норт П. Международное частное право. М,, 1982. С. 17—30; Международное частное право: Сб. документов / Сост. К.А. Бекяшев и А.Г. Ходаков. М., 1997. С. 1 —188.

§ 1. Понятие международного частного права

1. Международное частное право неразрывно связано с расширением международного торгово-экономического, научно-технического и куль­турного сотрудничества. Важную роль в правовом регулировании этого со­трудничества призваны играть нормы международного частного права, значение которого возрастает по мере углубления международных хозяй­ственных связей, развития новых организационных форм в различных об­ластях международного делового сотрудничества.

На развитие международного частного права оказывают влияние ос­новные факторы современной действительности.

Во-первых, это интернационализация хозяйственной жизни. Объек­тивный процесс интернационализации современного мирового хозяйства требует и нового уровня многосторонних экономических отношений. Ха­рактерный пример в этом плане дает развитие европейского континента. Непосредственным проявлением интернационализации хозяйственной жизни является широкое развитие разностороннего экономического и на­учно-технического сотрудничества. Если на рубеже XIX и XX веков оно ограничивалось исключительно торговлей, то на рубеже XX и XXI веков это не только обмен товарами и услугами, но и промышленное сотрудничество, включающее в себя совместные предприятия, совмест­ное производство, специализацию и лицензирование, широкая гамма на­учно-технического сотрудничества, проведение совместных исследований и разработок.

Во-вторых, это резкое усиление миграции населения вследствие войн, всякого рода конфликтов, политических и национальных причин, а также с целью трудоустройства, получения образования.

В-третьих, научно-технический прогресс, с одной стороны, благодаря достижениям в области коммуникаций, транспорта и связи сблизил кон­тиненты и страны и тем самым облегчил общечеловеческое общение; раз­витие радио, телевидения, видеотехники, использование спутников для ве­щания сделали возможным транснациональное использование информа­ционных данных, достижений науки, техники и культуры, а успехи в освое­нии космоса коммерциализацию космоса; с другой стороны, отрица­тельные последствия научно-технического прогресса, как показали траге-


12           Глава 1. Понятие, предмет и система меадународного частного права

дни в Чернобыле и Бхопале, загрязнение окружающей среды не могут быть ограничены пределами территории какого-либо одного государства.

Для международного частного права большую роль играет гуманизация международных отношений. В центре внимания всех государств участ­ников международного общения должны быть человек, его заботы, права и свободы.

Взаимозависимость государств находит свое выражение в расширении сотрудничества в самых различных сферах, в резко увеличившемся объеме общения и контактов между людьми независимо от их гражданства и места проживания.

В решении задач развития сотрудничества с различными странами важ­ная роль принадлежит праву, правовым методам и средствам.

Специфика международного частного права состоит в том, что при со­хранении различия в правовых системах государств именно международ­ное частное право с помощью так называемых коллизионных норм (см. ниже) призвано определить, право какого государства подлежит примене­нию в соответствующих случаях.

2. В конце 80-х начале 90-х годов в СССР, а затем в России про­изошли глубокие изменения в правовом регулировании внешнеэкономи­ческой деятельности. Предоставление прав внешнеэкономической дея­тельности промышленным предприятиям, производственным кооперати­вам, развитие кооперационных отношений с организациями и фирмами других стран, создание совместных предприятий все это открыло новые перспективы для активного взаимодействия и дальнейшего развития меж­дународного сотрудничества на уровне предприятий. В ходе экономической реформы и наши предприятия за рубежом, и иностранные фирмы в РФ получили более широкие возможности для осуществления инвестицион­ной и коммерческой деятельности, для использования различных форм предпринимательства.

Все это имело принципиальное значение для дальнейшего развития международного частного права, для повышения его роли в деле правового обеспечения экономического, научно-технического сотрудничества между субъектами права различных государств.

Распад Советского Союза, создание и становление независимых госу­дарств создали новую ситуацию в нашей стране. Проявление тенденции к сохранению единого экономического пространства, необходимость сохра­нения хозяйственных связей, обеспечение взаимной защиты в странах СНГ прав граждан государств, бывших субъектов Союза ССР, привели к необходимости решения ряда проблем, относящихся к области междуна­родного частного права.

3. В ходе сотрудничества России с другими странами в области эконо­мики, науки и культуры складываются отношения как между государства­ми, так и между организациями, фирмами и гражданами различных стран.


§ 1. Понятие международного частного права                 13

В обоих случаях речь идет об отношениях, возникающих при осуществле­нии экономического, научно-технического и культурного сотрудничества. Но к сфере международного частного права относятся правовые вопросы отношений между организациями или гражданами, возникающие в меж­дународной жизни, в то время как в международном публичном праве речь идет об отношениях между государствами.

В рассматриваемой в настоящем учебнике отрасли права регулируются две основные группы отношений. Первая это экономические, хозяйст­венные, научно-технические и культурные связи в той части, которая ка­сается международного частного права. Вторая это имущественные, трудовые, семейные и иные отношения с участием иностранных граждан. Что касается первой группы отношений, то следует отметить, что эконо­мические связи России и других стран СНГ успешно развиваются со мно­гими государствами мира.

Задачей международного частного права является правовое регулиро­вание деловых связей организаций и фирм различных стран.

Вторая группа отношений это отношения с участием иностранных граждан. И в области международного права, и в области международного частного права необходим более полный учет общечеловеческих интере­сов и интересов личности как таковой.

В международном частном праве речь идет об имущественных и личных правах иностранцев, о правах иностранцев в области трудовых, семейных отношений и в ряде других областей. Необходимо создание гарантий в обеспечении указанных прав; особенно это касается смешанных браков, проблем воссоединения семей, в том числе состоящих из граждан разных стран. Нормы международного частного права определяют правовое по­ложение иностранных граждан в России и положение наших граждан за границей. Вторая группа вопросов тесно связана с первой, поскольку раз­витие сотрудничества в различных областях непосредственно влияет и на регулирование прав иностранцев.

Предметом регулирования в международном частном праве являются отношения гражданско-правового характера, возникающие в междуна­родной жизни (или, как их иногда называют, международные гражданские отношения). Эта исходная позиция была сформулирована еще на заре со­ветской науки международного частного права И.С. Перетерским.

4. Международное частное право тесно связано с международным пуб­личным правом. Международное публичное право (или общее междуна­родное право) самостоятельная правовая система. Международное частное право, согласно господствующей концепции, это составная часть внутренней правовой системы каждого государства. Нормы международ­ного публичного и международного частного права служат одной и той же цели созданию правовых условий развития международного сотрудни­чества в различных областях. Общее состоит в том, что в обоих случаях


14           Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права

речь идет о международных отношениях в широком смысле этого слова, т.е. отношениях, выходящих за пределы одного государства, связанных с двумя или несколькими государствами. Но нормы международного част­ного права регулируют не публично-правовые, а частноправовые отноше­ния. Международное оно лишь в том смысле, что регулирует отношения, осложненные иностранным элементом (И.И. Лукашук).

Первое отличие международного частного права от международного публичного права касается самого содержания регулируемых отношений. В международном публичном праве главное место занимают политические взаимоотношения государств вопросы обеспечения мира и междуна­родной безопасности, суверенитета государств, невмешательства, пробле­мы разоружения. Удельный вес правовых вопросов международной тор­говли, вопросов урегулирования экономического сотрудничества в между­народном публичном праве все время возрастает, что позволяет говорить о формировании международного экономического права. Но регламенти­руемые им отношения носят не гражданско-правовой, а межгосударствен­ный характер. Что же касается международного частого права, то им ре­гулируется именно особая группа частноправовых отношений, которые имеют международный характер. Это прежде всего имущественные отно­шения. Наряду с имущественными отношениями в международном оборо­те возникают и связанные с ними неимущественные отношения (напри­мер, в области авторского и патентного права), которые также относятся к сфере регулирования международного частного права.

С отличием по предмету регулирования международного публичного и частного права тесно связано второе отличие по субъектам отношений. Основными субъектами международного публичного права являются го­сударства. Признается также правосубъектность межгосударственных ор­ганизаций и наций, борющихся за свое освобождение. В международном же частном праве основным субъектом является не государство, хотя го­сударство и может выступать в этом качестве, а отдельные лица физи­ческие и юридические. Физические лица это граждане, а юридические лица это государственные организации, частные фирмы, предприятия, научно-исследовательские и иные организации.

Отношения между государствами сфера международного публично­го права, в то время как отношения между юридическими лицами и граж­данами государств сфера международного частного права. Когда госу­дарства заключают договоры о торговле и мореплавании, то между ними устанавливаются отношения международного публичного права, а когда наши внешнеторговые организации и иные промышленные предприятия заключают внешнеторговые сделки с фирмами, то возникают уже отноше­ния международного частного права. Говоря об этом, следует вспомнить известное решение Международной палаты правосудия (предшественни­цы Международного суда ООН) 1929 года по делу о сербских и бразиль-


§ 1. Понятие международного частного права                 15

ских займах, в котором, в частности, говорилось, что «всякий договор, если только он не является договором между государствами субъекта­ми международного права, должен подчиняться какому-либо националь­ному праву».

Приведем пример, касающийся граждан. Иностранный студент, обуча­ющийся в России, вступает в брак с российской гражданкой. Вступление в брак иностранца с российской гражданкой регулируется международным частным правом.

Таким образом, в международном частном праве сторонами в отноше­ниях могут быть как граждане, так и юридические лица. Бывают случаи, когда и государство как таковое становится субъектом соответствующих отношений, но эти случаи не являются для международного частного права типичными. Если государством выпускается заем или предоставляется концессия, государство непосредственно участвует в этих отношениях. Го­сударство может также явиться наследником имущества, которое осталось за границей. Но в подавляющем большинстве случаев в качестве субъекта международного частного права выступают граждане или юридические лица различных государств.

Можно с определенными оговорками говорить и о третьем отличии международного частного права от международного публичного права. В международном публичном праве роль основного источника регулирова­ния отношений играет международный договор. В международном частном праве международные договоры также имеют большое значение, но их правила в одних государствах входят в состав правовой системы данной страны, они должны применяться непосредственно, хотя и не растворяют­ся в этой системе, а занимают в ней особое положение, а в других они могут применяться лишь после того, как это будет в определенной форме санкционировано государством.

Кроме таких норм договорного происхождения существенное значе­ние и это типично именно для международного частного права -"-имеют источники чисто внутреннего характера законодательство, су­дебная и арбитражная практика.

Международное частное право имеет и другие отличия от международ­ного публичного права, обусловленные в конечном счете неодинаковым характером предмета регулирования (разный порядок рассмотрения спо­ров, применения санкций в случае нарушения прав и т.д.).

Однако эти две правовые системы не отделены друг от друга резкой разграничительной линией. Существует тесная связь между нормами и ин­ститутами международного публичного права и международного частного

права.

Связь Международного публичного права и международного частного права проявляется прежде всего тогда, когда в качестве источника между­народного частного права применяются нормы, сформулированные перво-


16


Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права


 


начально в качестве правил международного договора, а затем трансфор­мированные в нормы внутреннего законодательства. Возьмем в качестве примера международные договоры, содержащие унифицированные мате­риально-правовые нормы, роль и значение которых в области междуна­родного частного права все время возрастают. Государства участники такого договора обязались ввести эти нормы в свое внутреннее законода­тельство. Поэтому данные нормы следует рассматривать как составную часть содержания международно-правовых обязательств государств. В то же время эти нормы нельзя не признать и нормами гражданско-правовы­ми, поскольку их назначение регулировать отношения гражданско-пра­вового характера. И в конечном счете указанные нормы станут регулиро­вать такие отношения субъектов из различных государств участников международного договора. Таким образом, в двойственной природе по­добных унифицированных норм международных договоров, предназна­ченных для единообразного регулирования имущественных отношений с иностранным (международным) элементом, также проявляется пра­вовая связь между международным публичным и международным част­ным правом.

В современной доктрине общепризнанным является положение о том, что роль международных договоров как источников международного част­ного права повышается. Во второй половине XX века число международ­ных договоров, как многосторонних, так и двусторонних, содержащих нормы по вопросам международного частного права, резко возросло. Осо­бенно это проявляется в области международного торгового, права. Более того, появилась новая проблема, получившая отражение в литературе,проблема устранения коллизий, возникающих между этими договорами.

Связь между международным публичным и международным частным правом проявляется и в том, что в международном частном праве исполь­зуется ряд общих начал международного публичного права. Определяю­щее значение здесь имеют прежде всего принципы суверенитета госу­дарств, невмешательства во внутренние дела, недопущения дискримина­ции (принцип недискриминации). В области международного частного права, нормы которого в значительной степени формируются каждым го­сударством самостоятельно, большое значение имеет принцип соблюде­ния каждым государством как своих договорных обязательств, так и об­щеобязательных для всех государств норм и принципов международного права. В нашей литературе на это справедливо обращал внимание С.Н. Лебедев.

Исходные начала международного частного и международного публич­ного права едины. Целеустремленность обоих, писал И.С. Перетерский, является однородной. Устанавливая нормы по вопросам международного частного права, наше государство исходит из стремления к миру и сотруд­


§ 1. Понятие международного частного права                 17

ничеству. Эта же политика отражается и в международных договорах, за­ключаемых Россией.

Применяемые нашим государством нормы как международного част­ного права, так и международного публичного права направлены на пра­вовое оформление экономических, научно-технических и культурных свя­зей РФ с другими странами, служат развитию широкого международного сотрудничества. В практике международных отношений эти нормы, а также соответствующие методы регулирования часто взаимодействуют, сохраняя при этом свою специфику и самостоятельное значение.

В ряде случаев и международное частное право, и международное публичное право регулируют общий комплекс одних и тех же отноше­ний, но с использованием своих специфических для каждой из этих сис­тем методов.

В учебнике международного права Г.В. Игнатенко обращает внимание на то, что современное соотношение международного публичного права и международного частного права характеризуется их сближением, взаимо­проникновением, поскольку, с одной стороны, международные отношения с участием физических и юридических лиц вышли за гражданско-правовые рамки, охватив административно-правовую, уголовно-правовую и иные сферы, а с другой стороны, международные договоры стали играть более существенную роль в регулировании такого рода отношений, непосредст­венно устанавливая правила поведения физических и юридических лиц, находящихся под юрисдикцией различных государств.

В литературе конца XIX века нередко содержались утверждения, со­гласно которым в коллизионных принципах lex loci actus (закон места со­вершения акта) и lex rei sitae (закон местонахождения вещи) или же в принципе автономии воли сторон усматривались нормы международного обычного права.

Выдвинутые крупными юристами-межлународниками Э. Цительма-ном и Ф. Каном в конце прошлого века теории такого рода так и остались теоретическими построениями, не получившими подтверждения в между­народно-правовой практике, поскольку каждое государство устанавлива­ло в своем законодательстве, по каким вопросам должны быть введены коллизионные нормы и каково должно быть содержание таких норм. Швейцарские юристы К. Келлер и К. Сир исходят из того, что такие якобы обычные международно-правовые нормы могут в одностороннем порядке изменяться автономным правом отдельного государства или же вообще не применяться.

Таким образом, нельзя утверждать, что в общем международном праве имеются обязательные императивные нормы (jus cogens}, предписываю­щие, какое право подлежит применению к правоотношению с иностран­ным элементом.

2-872


18           Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права

Следует остановиться и на другом вопросе соотношения общего меж­дународного права с международным частным правом, который стал весь­ма актуальным в последние годы. Речь идет о проблеме экстерриториаль­ного применения национального права. В определенных, строго ограни­ченных случаях с согласия одного государства на его территории могут осу­ществляться действия органов другого государства, применяться ино­странные правовые нормы (например, при исполнении иностранных су­дебных решений).

Новая ситуация возникла в связи с тем, что экстерриториальное при­менение картельного, валютного, внешнеэкономического законодательст­ва, в частности законодательства об экспортном контроле одной страны в другой, вступает в конфликт с законодательством этой другой страны. В результате такой ситуации, как совершенно справедливо отмечали К. Кел­лер и К. Сир, отечественное государство может перестать стать хозяином в собственном доме, в то время как иностранное государство прямым или косвенным образом будет направлять внутреннюю хозяйственную полити­ку. В этих случаях возникает вопрос о нарушении принципа государствен­ного суверенитета и принципа невмешательства во внутренние дела других государств.

§ 2. Содержание международного частного права

1. Наша отечественная доктрина исходит из того, что нормы междуна­родного частного права регулируют гражданско-правовые, семейные и трудовые отношения с иностранным, или международным, элементом. Таким образом, речь идет о гражданско-правовых отношениях, понимае­мых в широком смысле и выходящих за пределы одного государства. Го­воря об имущественных и иных связанных с ними отношениях, необходимо подчеркнуть, что регулирование гражданско-правовых отношений между лицами каких-либо двух государств тесно связано с общим состоянием внешнеполитических отношений между этими государствами.

Прежде всего следует остановиться на том, что понимается под таким иностранным (международным) элементом в имущественных отношениях. Можно привести три основные группы имущественных отношений, для которых характерно наличие такого элемента:

а) имущественные отношения, субъектом которых выступает сторона. по своему характеру являющаяся иностранной. Это может быть гражданин иностранного государства, иностранная организация или даже иностран­ное государство. Например, российское предприятие заключает договор с английской фирмой о продаже партии товаров. Иностранным элементом в данном случае будет то, что стороной в таком договоре выступает анг­лийская фирма;


§ 2 Содержание международного частного права               19

б) имущественные отношения, когда все их участники принадлежат к одному государству, но объект (например, наследственное имущество), в связи с которым возникают соответствующие отношения, находится за границей;

в) имущественные отношения, возникновение, изменение или прекра­щение которых связано с юридическим фактом, имеющим место за грани­цей (причинение вреда, заключение договора, смерть и т.д.).

Можно привести следующий пример Группа наших туристов в Париже после прогулки на катере по Сене переходила, для того чтобы высадиться на берег, через баржу Настил на барже не был закреплен, и 14 человек провалились в трюм с трех­метровой высоты и получили серьезные увечья Возникло обязательство по возме­щению вреда

Отечественная доктрина относит к международному частному праву во­просы так называемого международного гражданского процесса. Она ис­ходит из того, что иностранный элемент в гражданском деле (а к граждан­ским делам в РФ относятся и семейные, и трудовые дела) порождает оп­ределенные процессуальные последствия.

2. Исторически основу международного частного права всегда состав­ляли так называемые коллизионные нормы. Существенная особенность регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным элемен­том состоит в том, что в ряде случаев нормы международного частного права не содержат прямого ответа, прямого предписания, как нужно ре­шить тот или иной вопрос Эти нормы указывают лишь, какое законода­тельство подлежит применению Нормы такого рода называются коллизи­онными (см.гл.3).

Типичным примером применения коллизионных норм в нашей практике являет­ся следующее дело Всесоюзное объединение «Совэкспортфильм» заключило дого­вор с английской фирмой «Ромулус филмслтд.» о прокате в Великобритании совет-; ского кинофильма «Спящая красавица». В связи с утратой одной части фильма анг­лийская фирма в 1967 голу предъявила иск к объединению о возмещении убытков. Вопросы возмещения убытков в контракте определены не были. Возникает, в част­ности. вопрос о том, должны ли возмещаться положительнцй ущерб и так называе­мая упущенная выгода в случае фактической невозможности исполнения, если такая невозможность возникла по вине одной из сторон Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать, какое право подлежит применению по данному контракту. По­скольку договор был заключен в Лондоне, к нему были применены нормы англий­ского права

Коллизионные нормы с юридико-технической точки зрения представ­ляют собой наиболее сложные нормы, входящие в область международ­ного частного права. Совокупность таких норм, применяемых каждым го­сударством, составляет коллизионное право. Наша доктрина исходит из того, что международное частное право не может быть сведено только к коллизионному праву Коллизионное право составляет часть международ­ного частного права, часть наиболее сложную и весьма существенную, но

2*


20          Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права

коллизионными вопросами содержание международного частного права отнюдь не исчерпывается.

3. В сферу международного частного права необходимо включить все нормы, регулирующие гражданско-правовые отношения с иностранным элементом. Так следует сделать потому, что определяющее значение имеет сам характер отношений, предмет регулирования, а не метод регулирова­ния. Может применяться несколько методов, при этом один из них не ис­ключает применения другого. Материально-правовой метод и коллизион­ный метод это два способа регулирования отношений с иностранным элементом, причем наиболее совершенным является первый способ (см. гл. 3), при котором происходит непосредственное применение материаль­ной нормы без обращения к коллизионной норме. Исходя из такого под­хода, к международному частному праву должны быть отнесены матери­ально-правовые нормы, унифицированные путем заключения междуна­родных соглашений.

В объяснительной записке представителя Венгрии, направленной в 1965 году Генеральной Ассамблее ООН, по вопросу о мерах, которые должны быть приняты для прогрессивного развития в области междуна­родного частного права, отмечалось, что «для целей, имеющихся в виду в настоящее время, под «развитием международного частного права» пони­мается не столько какое-либо международное соглашение о нормах кол­лизионного права, применяемых национальными и арбитражными судами, сколько унификация частного права, главным образом в области между­народной торговли (как, например, унификация правовых норм, касаю­щихся международной продажи товаров или составления контрактов)». Это положение применимо в полной мере и к регулированию отношений в областях научно-технического и культурного сотрудничества, морских, железнодорожных и воздушных перевозок.

На значении унификации норм с помощью международных отношений следует остановиться более подробно. Процесс интернационализации хо­зяйственной жизни ускорил процесс унификации материально-правовых норм в областях торговли, транспорта и др. Советский Союз, а затем Рос­сия участвовали в последние годы в разработке ряда проектов конвенций, содержащих материально-правовые нормы.

Тем самым была осуществлена унификация в многочисленных между­народных универсальных и региональных конвенциях не только матери­ально-правовых норм, но и норм коллизионных. В одних областях (постав­ки товаров, отношения по специализации и кооперированию, по перевоз­ке) такие коллизионные нормы дополняли унифицированные материаль­но-правовые нормы, в других имели самостоятельное значение (в семей­ных, наследственных правоотношениях). Последнее объясняется тем, что в некоторых областях отношений существенную роль играют историчес­кие, национальные и иные особенности. Поэтому унификация материаль-


§ 2. Содержание международного частного права               21

но-правовых норм была бы здесь преждевременной, а унификация колли­зионных норм путем заключения двусторонних соглашений (договоров о правовой помощи) оказалась бы эффективной.

Практика показала, что наиболее целесообразным является заключе­ние таких соглашений, направленных на унификацию правового регулиро­вания отношений между хозяйственными организациями различных стран, в которых установление единообразных материально-правовых норм до­полняется унифицированными коллизионными нормами, отсылающими к национальному законодательству, подлежащему применению по вопро­сам, не урегулированным такими нормами. Применительно к сфере тор­гового мореплавания в нашей литературе отмечалось, что материально-правовая унификация должна касаться основных вопросов регулирования в сочетании с другими методами регулирования, в том числе с решением в тех же международных соглашениях относительно менее важных вопросов путем установления унифицированных коллизионных норм.

Возникает вопрос, относятся ли к области международного частного права внутренние материальные нормы, т.е. нормы внутреннего законода­тельства, которые непосредственно, без применения коллизионной нормы, регулируют отношения с иностранным элементом. Одни советские авторы (И.С. Перетерский) относили эти нормы к международному част­ному праву, другие (Л.А. Лунц) нет. Согласно точке зрения Л.А. Лунца, включение в состав международного частного права материально-право­вых норм, непосредственно регулирующих отношения с иностранным эле­ментом, может привести к тому, что граница международного частного права с гражданским правом была бы вовсе стерта. По нашему мнению, исходя из характера регулируемых правом отношений, эти нормы также следует включить в состав международного частного права. Речь при этом идет не об общих нормах нашего гражданского законодательства, подле­жащих применению к правоотношениям с иностранным элементом в силу отсылки к ним коллизионных норм, а о специальных нормах, непосредст­венно установленных государством для регулирования внешнеэкономи­ческих отношений или отношений по научно-техническому, культурному сотрудничеству.

Специфика правового регулирования в области международного част­ного права определяется тем, что государство принимает специальное за­конодательство по вопросам внешних экономических связей, нормы кото­рого не сливаются с другими нормами внутренней системы права, а носят обособленный характер. Эти нормы приняты исключительно для-регули­рования отношений с иностранным элементом.

Специфика этих правил состоит в том, что они решают тот или иной вопрос по существу, содержат прямые материально-правовые нормы и не используют коллизионный метод.


22           Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права

Таким образом, в состав международного частного права входят как коллизионные, так и материально-правовые нормы, регулирующие граж­данско-правовые отношения с иностранным элементом, которые возника­ют в областях международного экономического, научно-технического и культурного сотрудничества, а также нормы, определяющие гражданские, семейные, трудовые и процессуальные права иностранцев. Тем самым, включая унифицированные нормы в состав международного частного права, подлежащего применению в силу коллизионных норм, мы с учетом специфических особенностей права придерживаемся широкой концепции международного частного права.

4. В доктрине международного частного права различных государств вопрос о предмете этой отрасли права решается неодинаково,         .i

В работах английских (А. Дайси, Дж. Чешир, П. Норт) и американских (Д. Биль, Г. Гудрич) авторов рассматриваются как коллизионные вопросы, вопросы выбора права (choice of law), так и вопросы подсудности (juridic-tion), т.е. правила о том, какие споры по правоотношениям с иностранным элементом должны рассматриваться местными судами, а какие судами других государств. Такой процессуальный подход к проблемам междуна­родного частного права приводит в ряде случаев к ограничению примене­ния иностранных законов и соответственно к расширению сферы действия внутреннего права.

Во Франции доктрина (А. Батиффоль, П. Саватье) относит к междуна­родному частному праву прежде всего нормы о гражданстве, имея в виду правила о французском гражданстве (nationalite). В курсах и учебниках традиционно рассматривается правовое положение во Франции иностран­цев (condition des etrangers), т.е. правила .внутреннего материального права по широкому кругу вопросов (въезд, пребывание иностранцев, их имущественные и иные права), и только после рассмотрения этих двух комплексов изучаются вопросы коллизии законов (conflit des tot's) и меж­дународной подсудности (conflit de juridicion).

Более широкий подход характерен для работ И. «Лусуарна и П. Бореля (Франция), П. Лалива (Швейцария) и др.

Германские юристы Л. Раапе, Г. Кегель сводят международное частное право к коллизионному праву. Правда, Г. Кегель включил в свой учебник (хотя и в виде приложения) вопросы международного гражданского про­цесса, международного «права экспроприации», международного валют­ного права и права картелей, оговорив публично-правовой характер этой проблематики.

По мнению М. Иссада (Алжир), в современных условиях международ­ное частное право не может быть ограничено коллизионным правом. В более широком смысле, считает он, «международное частное право это право, регулирующее международные отношения независимо от применя-


§ 2. Содержание международного частного права               23

емых методов. Методов может быть множество, и один не должен исклю­чать другой».

Чешский юрист П. Каленский относит к этой области и коллизионные, и материально-правовые нормы. Такой же подход характерен для юристов Болгарии: В. Кутикова автора учебника, И. Алтынова, написавшего книгу о системе международного частного права. Прямо противополож­ную позицию занимает другой болгарский юрист Ж. Сталев, отстаи­вающий в своей работе концепцию международного частного права как права исключительно коллизионного.

Китайская доктрина (Ияо Хуанг, Рен Лишенг, Лью Динг), как правило, исходит из широкого подхода к международному частному праву, относя к нему все случаи регулирования гражданско-правовых отношений с ино­странным элементом (китайская теория «большого международного част­ного права»), однако Ли Хоа Пей рассматривает международное частное право как исключительно коллизионное Право (теория «маленького меж­дународного частного права»).

Польские авторы К. Пшибыловский, М. Сосьняк, В. Валашек обычно сводят международное частное право к коллизионному праву с добавлени­ем вопросов так называемого международного гражданского процесса. Аналогичным образом поступают венгерские теоретики (в учебнике Л. Рецеи, в многочисленных работах И. Саси).

5. С вопросом о предмете международного частного права непосредст­венно связан и вопрос о наименовании этой отрасли права и отрасли пра­воведения (правовой науки). Нынешнее название (private international law} было впервые предложено американским автором Дж. Стори в 1834 году. В англо-американской доктрине это название применяется в XX веке наряду с ранее употреблявшимся термином «конфликтное право» (conflict of law). В государствах Европы указанное название стало повсеместно применяться начиная с 40-х годов XIX века (droit international prive. In­ternationales Privatrecht, diritto internazionale private, derecho interna­tional privado).

Одним и тем же термином «международное частное право» обознача­ются и система норм (отрасль права), и отрасль правоведения. По срав­нению с наименованиями всех других отраслей права это наименование на­именее признано.

Все три элемента данного названия часто оспариваются. Одни авторы утверждают, что это не международное право, а внутреннее право (см. § 3), другие указывают, что это не частное право, и, наконец, находятся даже такие, которые считают, что это вообще не право, а какие-то чисто технические правила о выборе законодательства. Последнее утверждение, в отличие от первых двух, не имеет какой-либо серьезной основы (см. гл.3).


24           Глава 1 Понятие, предмет и система ме>каународного частного права

В этом названии, на что обращалось внимание в нашей современной литературе, слово «частное» является определяющим (А.Л. Маковский). Именно этим словом определяется сущность этой особой отрасли права и законодательства. Так же как и гражданское, семейное и трудовое право, международное частное право регулирует имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на началах равен­ства.

Приведем в качестве примера высказывание по поводу этого наимено­вания из учебника Г. Кегеля: название «международное частное право» явно неточно. Речь идет не о международном, а о национальном (внутри­государственном) праве, и не о материальном частном праве, а о праве коллизионном. Однако сущность это название выражает достаточным об­разом. В западной литературе было предложено более 20 других названий, но все они не привились (например, межгосударственное частное право, внешнее частное право, пограничное право).

В прошлом в советской юридической литературе также были высказа­ны возражения против термина «международное частное право» со ссыл­кой на отсутствие деления всего права на публичное и частное.

Однако, несмотря на несоответствие названия «международное част­ное право» тем отношениям, которые оно регулировало в СССР, этот тер­мин неизменно сохранялся и применялся и в учебной, и в научной литера­туре. В настоящее время это название общепринято в России и других го­сударствах участниках СНГ.

§ 3. Природа норм между^РОД"01"0 частного права и его место в системе права

В нашей литературе И.С. Перетерский обратил внимание на то, что в слово «международное» применительно к международному публичному и частному праву вкладывается различный смысл. «Международное публич­ное право, утверждал он, является международным в том смысле, что оно устанавливает правоотношения между государствами (inter natio-nes, inter gentes), а международное частное право в том смысле, что оно устанавливает правоотношения между лицами, принадлежащими к различным государствам, правоотношения, выходящие за рамки отдель­ной правовой системы и требующие выяснения, какой закон к ним приме­няется». (Перетерский И.С. Система международного частного права С. 23). Таким образом, термин «международное» в первом случае пони­мается в смысле «межгосударственное», а во втором в смысле регули­рования отношений с иностранным элементом.

По вопросу о том, входит ли международное частное право в состав международного права или же относится к внутреннему праву, в советской


§ 3 Природа норм международного частного права и его место в системе права   25

юридической литературе были высказаны различные токи зрения. По мне­нию ряда авторов (С.Б. Крылов, М.А. Плоткин, С.А. Голунский, М.С. Строгович, В.Э. Грабарь, А.М. Ладыженский, Ф.И. Кожевников, С.А. Малинин, В.И. Менжинский, И.П. Блищенко, Л.Н. Галенская), нормы международного частного права входят в состав международного права в широком смысле слова. В обоснование этой точки зрения указы­валось не только на глубокую связь, которая существует между междуна­родным публичным и международным частным правом, на близкое внут­реннее родство между ними, но и на единство источников, которому при­давалось решающее значение. «В международном договорном праве,писал С.Б. Крылов в своем учебнике, изданном в 1930 году, должно быть усмотрено основное содержание международного частного права... Лишь изучение международных договоров дает содержание подлинного международного частного права» (с. 21).

Эта точка зрения основывается на том, что в международном частном праве речь идет о межгосударственных отношениях, затрагивающих во­просы гражданского права. При этом обращалось внимание на то, что вся­кий спор, конфликт в гражданско-правовой области между отдельными фирмами, даже спор о разводе между гражданами разных государств может в конечном счете перерасти в конфликт между государствами.

Была высказана и иная точка зрения, исходящая из того, что вопрос о природе норм международного частного права решается прежде всего с учетом характера регулируемых им отношений. Из того факта, что пред­метом регулирования в международном частном праве являются отноше­ния гражданско-правового характера, заключали, что международное частное право входит в состав гражданского, внутреннего, права, а наука международного частного права является одной из гражданско-правовых наук. Этот вывод был сделан И.С. Перетерским, а затем подробно обосно­ван в многочисленных трудах Л.А. Лунца, и прежде всего в его трехтомном курсе международного частного права.

Из данной точки зрения исходят в своих работах по международному частному праву такие авторы, как А.Б. Альтшулер, М.И. Брагинский, И.А. Грингольц, С.А. Гуреев, К.Ф. Егоров, В.П. Звеков, С.Н. Лебедев, А.Л. Маковский, Г.К. Матвеев, Н В. Орлова, B.C. Поздняков, М.Г. Ро-зенберг, А.А. Рубанов, О.Н. Садиков и др.

Отнесение международного частного права к внутреннему праву было поддержано в работах И.И. Лукашука, Е.Т. Усенко и в некоторых других трудах по международному публичному праву. В современном мире, отме­чает А.П. Мовчан в вышедшей в 1980 году работе «Международное воз­душное право» (Кн. 1), существуют только два вида систем права меж­дународное право и национальные системы права, а международное част­ное право является частью национальных систем права различных госу­дарств.


26            Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права

В литературе получила развитие и третья точка зрения, которая перво­начально в 20-е годы была высказана А.Н. Макаровым, а затем разрабо­тана Р.А. Мюллерсоном. Согласно ей, нормы международного частного права, регулируя международные отношения невластного характера, со­стоят из двух частей, а именно из определенных частей национально-пра­вовых систем и определенной части международного публичного права. Однако, считает Р.А. Мюллерсон, эти части, образующие в результате та­кого взаимодействия полисистемный комплекс, не исключаются из соот­ветствующих национально-правовых систем или из международного пуб­личного права.

Таким образом, особенность международного частного права как права согласно этой точке зрения заключается в том, что оно регулирует особую группу общественных отношений, обладающих двойственным характером и не имеющих своей «собственной» системы права. Эта точка зрения была воспринята в учебнике международного права 1982 года, а также поддер­жана в определенной степени и в других работах.

Еще И.С. Перетерский обращал внимание на то, что отношения, кото­рые входят в область международного частного права, хотя и являются от­ношениями гражданско-правовыми, имеют свою специфику. Не будь ее, самостоятельное существование международного частого права не имело бы вообще никакого основания. «Правоотношения, входящие в область международного частного права, писал он, хотя и являются граж­данскими, представляют собой известное своеобразие, совмещение граж­данско-правовых и международно-правовых начал, действующих совмест­но и неразрывно».

Интернационализация хозяйственной жизни, развитие интеграцион­ных процессов, влияние технического прогресса на правовое регулирова­ние все это предопределяет тенденцию повышения роли международ­ного договора как источника международного частного права.

Международные договоры становятся в соответствии с Конституцией России составной частью ее правовой системы.

В отношении международных договоров следует иметь в виду, что они делятся на самоисполняемые и несамоисполняемые. Первые применяют­ся к отношениям, регулируемым гражданским, семейным, трудовым зако­нодательством непосредственно, что же касается договоров второй кате­гории, то для их применения требуется издание внутригосударственного акта. Это деление учтено в ст. 7 ГК РФ, поскольку в ней говорится о том, что международные договоры РФ применяются к отношениям, регулиру­емым гражданским законодательством, непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требу­ется издание внутригосударственного акта.

Нормы международного частного права, содержащиеся в международ­ных договорах, становятся частью правовой системы России. Но эти


§ 3. Природа норм меяуународного частного права и его место в системе права   27

нормы сохраняют автономное положение во внутренней правовой системе каждого государства участника международного договора. Автономный характер этих норм обусловлен прежде всего тем, что они выражают волю не одного государства, а всех государств участников договора и что, как правило, цель создания этих норм регулировать специфические иму­щественные и иные отношения с международным (иностранным) элемен­том, а не вообще гражданско-правовые отношения.

Из данного свойства норм, из факта их обособления следует, что, во-пер­вых, нормы нельзя произвольно, без согласия других государств-участников, менять и, во-вторых, толкование их должно осуществляться также единооб­разно. На это обращается внимание в некоторых международных согла­шениях. Так, в Конвенции ООН о договорах международной купли-прода­жи товаров 1980 года указывается, что «при толковании настоящей Кон­венции надлежит учитывать ее международный характер и необходимость содействовать достижению единообразия в ее применении» (п. 1 ст. 7).

Толкование норм международных договоров осуществляется по иным критериям, чем толкование внутренних законов. Это вытекает из ст. 31— 33 Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 г. Применяемые в договоре понятия могут не совпадать с понятиями, терми­нами внутреннего законодательства. В этих случаях рекомендуется учиты­вать практику и цели договора (ст. 31). Наряду с текстом, включающим преамбулу и приложения, в процессе толкования возможно обращение к дополнительным средствам толкования, в том числе к подготовительным материалам.

Несмотря на тенденцию повышения роли международного договора в данной области, внутреннее законодательство продолжает оставаться су­щественным источником правового регулирования. Это обстоятельство признается в доктрине многих стран. Так, французский юрист А. Батиф-фоль отмечает, что при отсутствии международных договоров соответст­вующие нормы формулируются законами различных государств и приме­няются их судами, а законодательство одной страны значительно отлича­ется от законодательства другой. Поэтому существуют французское, гер­манское, итальянское законодательства и судебная практика по междуна­родному частному праву.

Из аналогичного положения исходят, как правило, в подавляющем большинстве случаев курсы и учебники по международному частному праву в различных странах мира. «Не существует единого международного частного права, утверждает германский профессор Хр. фон Бар в своем курсе 1987 года, а имеется их столько, сколько существует на земном шаре (на этой Земле) правопорядков». Свое международное частное право есть в ФРГ, Франции, Великобритании, Италии и т.д. Содержание каждого из них, во всяком случае частично, существенно отличается от другого.


28


Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права


 


Таким образом, каждое государство (за исключением случаев исполь­зования унифицированных норм международных договоров и общих начал международного права) применяет в области регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным элементом не одни и те же нормы международного частного права, общие для всех государств, а различные нормы.

Приведенные выше соображения дают основание рассматривать меж­дународное частное право как особую отрасль права и относить его (во­преки, казалось бы, названию) к сфере внутригосударственного права. Что касается международного частного права как отрасли правоведения, то эта быстро развивающаяся правовая наука исходит как из институтов и поня­тий международного права, так и из институтов гражданского права раз­личных государств, что делает неизбежным применение в ней методов сравнительного правоведения. Как правило, и это отмечал в свое время еще С. Б. Крылов, «международное частное право разрабатывается преж­де всего цивилистами специалистами в области гражданского права». Таким образом, предметом регулирования в международном частном праве являются гражданско-правовые отношения, чем и оправдывается отнесение международного частного права к внутренней правовой системе каждого государства. В то же время приведенные выше обстоятельства позволяют говорить, по нашему мнению, о комплексном характере меж­дународного частного права как отрасли правоведения. Без связи с изуче­нием проблем общего международного права не может плодотворно осу­ществляться разработка вопросов международного частного права.

§ 4. Исходные начала российской доктрины международного частного права

1. Цель норм международного частного права, применяемых россий­ским государством, правовое обеспечение многообразных междуна­родных экономических, научно-технических и культурных связей, а также установление правового положения иностранцев в РФ, соответствующего правам человека, определенным международными пактами. Международ­ное частное право играет активную роль в организации сотрудничества России с другими странами в области экономики и торговли, транспорта и связи, науки, техники и культуры. В нормах международного частного права отражается мирная внешняя политика нашего государства.'

В России провозглашено право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не за­прещенной законом экономической деятельности (ст. 34 Конституции РФ 1993 г.). Это положение Конституции отражает тенденцию перехода к рыночной экономике, открывает новые возможности для предпринима-


§ 4 Исходные начала российской доктрины международного частного права    29

тельской деятельности иностранных фирм в России. В РФ гарантируется свобода экономической деятельности, признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы соб­ственности.

Важное место в международном частном праве занимают нормы, на­правленные на обеспечение прав и интересов граждан субъектов соот­ветствующих отношений в области гражданского, трудового, семейного, процессуального права.

Россия последовательно исходит из положений Заключительного акта и принятых в его развитие других документов Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Эти документы направлены на обеспечение каждым государством в пределах его территории прав человека и основных свобод лицам, подлежащим его юрисдикции, на обеспечение эффективной юридической помощи гражданам других государств-участников, временно находящимся на их территории, а также на обеспечение возможности за­ключения браков между гражданами различных государств.

По мере того как наше общество становится все более и более откры­тым, по мере того как будут облегчаться и учащаться поездки граждан раз­личных государств за границу, по мере того как будут расширяться процес­сы миграции населения, в том числе и миграции рабочей силы, значение со­ответствующих норм международного частного права будет возрастать.

Действия российского государства и его органов в области междуна­родного частного права исходят из закрепленных в Конституции РФ прин­ципов.

Согласно Конституции РФ 1993 года, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России явля­ются составной частью ее правовой системы. Общепризнанные принци­пы и нормы международного права содержатся в Уставе ООН, в декла­рациях и резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, в решениях Между­народного суда.

Для того чтобы такой подход к общепризнанным нормам международ­ного права был полностью реализован в практике судов и других органов в любом государстве (в том числе и в России), потребуется определенный период времени.

Отношения России с другими государствами строятся на основе соблю­дения, признания и уважения суверенитета и суверенного равенства всех стран, отказа от применения силы или угрозы силой; нерушимости границ, территориальной целостности государств; мирного урегулирования спо­ров; невмешательства во внутренние дела; уважения прав и свобод чело­века, включая права национальных меньшинств; добросовестного выпол­нения обязательств и других общепризнанных принципов и норм между­народного права.


30


Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права


 


2. Из принципа суверенного равенства государств вытекает принцип недискриминации. В силу этого принципа не должна допускаться дискри­минация как в области торгово-экономических отношений между различ­ными странами, так и в отношении правового положения иностранных юридических лиц и граждан по причине принадлежности данного государ­ства к той или иной общественно-политической системе или на основании иного отличительного признака.

Нормы нашего внутреннего законодательства, относящиеся к области международного частного права, в том числе и коллизионные нормы, в принципе носят общий характер, не делая каких-либо различий примени­тельно к разным зарубежным правовым системам. Если, например, в за­коне установлено, что права и обязанности сторон по обязательствам, воз^ никающим вследствие причинения вреда, определяются по праву страны, где имело место причинение вреда (ст. 167 Основ гражданского законода/ тельства 1991 г.), то это положение относится в равной мере к правам, возникшим под действием любой соответствующей правовой системы, по­скольку иное не вытекает из международного договора РФ с каким-либо государством.

В современных условиях углубления сотрудничества со всеми страна­ми, осуществления перестройки механизма внешнеэкономической дея­тельности, решения задачи создания благоприятного инвестиционного климата перед нашей наукой международного частного права встали новые задачи, связанные с разработкой различных правовых аспектов совмест­ной деятельности как в форме совместных предприятий, учрежденных на территории РФ и за рубежом, так и в форме реализации совместных про­ектов регионального характера.

На современном этапе международных отношений и развития нашего общества можно сформулировать основные задачи, стоящие в нашей стране в области международного частного права:

во-первых, дальнейшее совершенствование правового обеспечения интеграционных процессов, в том числе и проведение работы по унифика­ции и сближению правовых норм стран членов СНГ, которые призваны регулировать отношения между предприятиями этих стран;

во-вторых, содействие применению новых, более глубоких форм со­трудничества, и прежде всего различных форм совместной предпринима­тельской деятельности;

в-третьих, защита прав и интересов иностранных инвесторов в РФ и российских инвесторов за рубежом, обеспечение гарантий в этой сфере отношений;

в-четвертых, расширение гарантий прав иностранцев в РФ в самых различных областях (трудового, семейного права, судебной защиты);

в-пятых, обеспечение защиты имущественных прав и законных инте­ресов граждан, организаций и фирм РФ за рубежом.


§ 5 Система международного частного права                 31

В век технического прогресса, в условиях дальнейшей интернациона­лизации хозяйственных и культурных отношений, когда действия, совер­шенные в пределах одного государства, могут повлечь за собой последст­вия в других странах, когда все большее число наших организаций и граж­дан вступают в различные по своему характеру отношения с организация­ми и гражданами других стран, знание вопросов международного частного права должно помочь нашим консульским учреждениям, различным орга­низациям в обеспечении надлежащей правовой защиты государственного имущества, прав и интересов наших граждан, российских организаций и самого государства за рубежом.

При применении этих норм на практике, при регулировании отношений с иностранцами и иностранными организациями и фирмами, при опреде­лении в каждом конкретном случае прав и обязанностей сторон необходи­ма особая четкость.

Велико практическое значение изучения вопросов международного частного права, знание которых необходимо не только работникам органов внешних сношений российского государства, но и юристам, работающим в различных областях хозяйства, и прежде всего на предприятиях и фирмах различных форм собственности, в организациях и учреждениях культуры, работникам суда, прокуратуры, нотариата, загсов и других государствен­ных органов.

§ 5. Система международного частного права

В настоящем параграфе рассматривается система международного частного права какучебного курса и как отрасли правовой науки. Ранее уже указывалось, что предметом международного частного права является ре­гулирование гражданско-правовых отношений с иностранным элементом. Этим предопределяются последовательность изложения материала, систе­ма деления курса на соответствующие разделы. Она близка к системе по­строения учебников и курсов гражданского права, хотя и не совпадает с ней.

Учебный курс международного частного права делится на две части:

Общую и Особенную. В Общей части рассматриваются вопросы, которые имеют общее значение для международного частного права в целом, во­просы, которые могут быть, так сказать, вынесены за скобки при анализе .норм и институтов, составляющих содержание отдельных тем Особенной части. Общую часть составляет рассмотрение источников международного частного права, ряда общих понятий и принципов, прежде всего методов регулирования, учения о коллизионных нормах, национального режима и режима наибольшего благоприятствования, принципа взаимности и дру­гих принципов международного частного права. К Общей части следует от­нести и рассмотрение правового положения субъектов гражданско-право -


32     Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права

вых отношений с иностранным элементом, государства как особого субъ­екта таких отношений, иностранных юридических лиц и иностранных граждан.

Особенная часть обычно состоит из следующих разделов: 1) право соб­ственности; 2) обязательственное право, и прежде всего договор купли-продажи товаров и договор перевозки; 3) кредитные и расчетные отноше­ния; 4) обязательства из правонарушений; 5) авторское и патентное право;

6) семейное право; 7) наследственное право; 8) трудовые отношения;

9) международный гражданский процесс.

Развитие международно-правового регулирования имущественных от­ношений в области торгового мореплавания дало основание говорить о со­здании особой подотрасли международного частного права. В настоящей работе гражданско-правовые институты торгового мореплавания, соот­ветствующие вопросы, возникающие при железнодорожных, воздушных и автомобильных перевозках, обладающие большой спецификой, рассмта-риваются в краткой форме.

§ 6. Обзор литературы по международному частному праву

1. В дореволюционной русской литературе в .области международного частного права в XIX веке и в начале XX века наибольшей известностью пользовались труды Н.П. Иванова, К. Малышева, Ф.Ф. Мартенса, А. Пи-ленко, П.Е. Казанского, А. Нольде и М.И. Бруна. Разработка этих про­блем, в бтличие от международного публичного и гражданского права, на­чалась в России сравнительно поздно. В 1859 году известный русский ци­вилист Д.И. Мейер в своих чтениях по русскому гражданскому праву из­ложил основные положения учения Савиньи о коллизиях законов.

Первой оригинальной работой в России, специально посвященной международному частному праву, была работа Н.П. Иванова «Основания частной международной юрисдикции», изданная в 1865 году в Казани. Бес­спорно, писал Н.П. Иванов, что законодательная власть государства может и даже обязана признавать в известных случаях, внутри своих тер­риториальных пределов, силу иностранных законов этого требует ин­терес взаимного общения наций. Однако, по его мнению, в отличие от точки зрения Савиньи, вопрос о применении права в случае коллизий между законами должен решаться законодательной властью государства, а не судебной. Что же касается суда, то «в случае коллизии между закона­ми отдельных государств судья обязан поступать на основании своего оте­чественного закона», а именно на основании тех постановлений отечест­венного законодательства, которые прямо предписывают применение ино­странных законов. Автор не исключал применения иностранного права и путем толкования.


33


§ 6 Обзор литературы по международному частному праву


 


Другому русскому цивилисту К.И. Малышеву (1841—1907) при­надлежит заслуга в разработке учения о так называемых межобластных коллизиях, которое было весьма актуальным в дореволюционной России, потому что на ее территории действовали законодательные акты различ­ных правовых систем (Свод законов России, Гражданский кодекс Напо­леона и др.).

Систематическую разработку вопросов международного частного права осуществил Ф.Ф. Мартене в томе II своего курса «Современное междуна­родное право цивилизованных народов» (СПб , 1896. С. 285—377).Вэтом фундаментальном труде, переведенном на ряд языков, Ф.Ф. Мартене, вы­дающийся русский юрист и дипломат, исходил из идеи связанности суверен­ного государства некоторыми основными началами международного част- ' ного права, выработанными в процессе международного общения. Под международным частным правом Мартене понимал совокупность юриди­ческих норм, определяющих применение к данному правовому отношению заинтересованного лица в области международного оборота «права или за­кона отечественного или иностранного государства»

Курс Мартенса был наиболее известным в дореволюционной России. Мартене последовательно исходил из идеи международного общения Он считал, что международное общение есть единственное верное и положи­тельное основание, на котором может развиваться международное частное право, и исходя из него только и могут быть решены запутанные и сложные вопросы, вопросы о применении законов различных государств. Профес­сор Ф.Ф. Мартене прежде всего исходил из международно-правовой кон­цепции международного частного права.

Следует отметить большую практическую деятельность Ф.Ф. Мартенса в области кодификации международного частного права. Он был «первым делегатом» России на Гаагских конференциях по международному частно­му праву и избирался ее вице-президентом. Под председательством Ф.Ф. Мартенса при Министерстве иностранных дел России в 1898 году было создано Совещание из представителей разных ведомств, в задачу ко­торого входили рассмотрение программы работы Гаагских конференций и подготовка соответствующих предложений.

Широким подходом к международному частному праву отличались ра­боты П.Е. Казанского, который относил к международному частному праву («международному гражданскому праву») не только коллизионные нормы, как это делал Ф.Ф. Мартене, но и нормы материального права. П.Е. Казанский говорил о двух задачах «международного гражданского права»: во-первых, создать всемирный гражданский оборот и обеспечить каждому лицу определенную совокупность прав и, во-вторых, определить, «законы каких государств должны применяться к тем или другим отноше­ниям между людьми»

3-872


34


Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права


 


Международному гражданскому праву он посвятил Особенную часть своего учебника международного права (Одесса, 1904 г.), где определил «общие начала: понятие и юридическая природа всемирного гражданского права» (§ 96), говорил о договорах и кодификации этого права (§ 97), столкновении (т.е. коллизии) законов (§ 98), а также дал анализ отдельных норм.

Таким образом, несомненная заслуга П.Е. Казанского состоит в том, что он не ограничивал международное частное право (или, как он его на­зывал, международное гражданское право) рамками коллизионного права» хотя и не всегда последовательно проводил в этом отношении свою точку зрения.

Теоретические проблемы Общей части международного частного права (понятие comitas, публичного порядка, отсылки и др.) были разра­ботаны А. Пиленко в работе «Очерки по систематике международного частного права» 1911 г. (второе издание этой работы вышло в 1915 г. в Петрограде). Он же написал полный очерк международного частного права для первого издания курса международного права Листа (Юрьев, 1902. С. 371—404) в переводе и с дополнениями В.Э. Грабаря.

В 1911 —1916 годах вышел ряд работ профессора Коммерческого ин­ститута в Москве М.И. Бруна, в которых отстаивалась точка зрения о ци-вилистическом и национальном, а не международном характере коллизи­онного права (см., напр., Брун М.И. Введение в международное частное право. Пг., 1915).

А. Нольде известен своим «Очерком международного частного права» (1912), помещенным во втором (1909 г.) и в третьем (1912 г.) издании курса международного права Листа Грабаря, по которому училось не­сколько поколений русских юристов. Достоинством этого очерка является попытка автора дать свод «русских коллизионных норм». Автор, говоря о неточности самого термина «международное частное право», обращал внимание на то, что, для того чтобы этот термин был оправдан, требова­лось бы, во-первых, чтобы конфликты гражданских законодательств но­сили всегда международный характер, и, во-вторых, чтобы решения кол­лизий давались международным правом в собственном смысле слова, т.е. международными договорами или обычаями, но никак не внутренним пра­вом отдельных государств. На самом деле это не так. Нольде признавал, в частности, что «по большей части решения коллизий даются не междуна­родным правом, а внутренним правом отдельных государств» (Лист Ф. Международное право. СПб., 1909. С. 465).

2. В советский период первые работы в области международного част­ного права были опубликованы ленинградским проф. А.Н. Макаровым, который сыграл в определенной степени роль связующего звена между до­революционной и зарождающейся советской наукой в области междуна­родного частного права. В СССР им были опубликованы две работы: «Ос-


35


§ 6 Обзор литературы по международному частному праву


 


новные начала международного частного права» (М., 1924) и «Правовое положение иностранцев в СССР» (М., 1925).

В первой работе он в большей степени опирался на дореволюционную и западную литературу и в меньшей на советскую литературу и практику, что представляется вполне естественным, поскольку последние в то время только зарождались. «Под международным частным правом, по мне­нию А.Н. Макарова, надлежит... понимать совокупность правовых норм, определяющих пространственные пределы действия разномастных гражданских законов» (с. 7).

В отношении спора о том, «признавать ли международное частное право правом международным или правом внутренним, государствен­ным», А.Н. Макаров исходил из того, что ни у кого не может быть сомне­ний относительно принадлежности к международному праву Гаагской кон­венции о браке 1902 года или норм любого иного договора по вопросам коллизионного права. В то же время он считал, что «приходится признать безоговорочно национальные коллизионные нормы нормами внутреннего государственного права» (с. 25).

Основной вывод, который делал А.Н. Макаров по этому вопросу, сле­дующий: «Для меня лично, писал он, теорией, отвечающей совре­менному уровню международного права, является теория раздельности двух правопорядков международного и государственного. Логически неизбежным выводом этой основной теоретической предпосылки является признание раздельности и коллизионного международного и государствен­ного права» (с. 26).

3. Первая попытка осветить вопросы международного частного права с позиций нового законодательства была предпринята И.С. Перетерским. Речь идет об изданной в 1925 году книге «Очерки международного част­ного права РСФСР». Позднее (1930 г.) была издана такая значительная работа, как учебник «Международное частное право» С.Б. Крылова.

В результате совместной работы И.С. Перетерского и С.Б. Крылова в 1940 году вышел в свет учебник международного частного права (в 1959 г. его переиздали). Этот учебник сохраняет свое значение и до настоящего времени, потому что в нем были впервые сформулированы основные тео­ретические положения, заложены основы современной доктрины между­народного частного права. Из других пособий по международному частно­му праву, написанныхдо Великой Отечественной войны, следует отметить работу А.Г. Гойхбарга «Международное право» (1928 г.) и особенно С.И. Раевича «Международное частное право» (1934 г.), которая отлича­лась как новой постановкой вопроса об объеме международного частного права, так и оригинальной разработкой проблем.

В последующий период был издан учебник Л.А. Лунца «Международ­ное частное право» (1949 г.). Основные проблемы международного част­ного права были затем детально разработаны Л.А. Лунцем в его фунда-

з*


36           Г л а в а 1 Понятие, предмет и система международного частного права

ментальном трехтомном труде «Курс международного частного права». В 1959 году вышел в свет первый том «Международное частное право. Общая часть»; в 1963-м второй: «Международное частное право. Осо­бенная часть», а в 1966 году третий: «Международный гражданский процесс». Общая часть была переиздана в 1973 году, Особенная частьв 1975 году, в 1976 году появился «Международный гражданский про­цесс», подготовленный Л.А. Лунцем и Н.И. Марышевой. В 1984 году был издан учебник по международному частному праву, написанный Л.А. Лун­цем, Н.И. Марышевой и О.Н. Садиковым под общей редакцией послед­него. Следует отметить учебные пособия по этому предмету: Л.Н. Гален-ской, изданное в 1983 году в Ленинграде; под редакцией Г.К. Матвеева, изданное в 1985 году в Киеве; М.Н. Кузнецова, изданное в 1991 году в Москве; Т.Н. Нешатаевой, изданное в 1991 году в Перми; под редакцией Г.К. Дмитриевой (авторы Г.К. Дмитриева, А.С. Довгерт, В.П. Панов, Н.А. Шебанова и др.), изданное в 1993 году в Москве.

Значительный вклад в развитие советской доктрины международного частного права был внесен В.М. Корецким. Еще в 20-х годах им был раз­работан ряд вопросов, связанных с проблемой признания экстерритори­ального действия советских законов о национализации. В работах «Уни-формизм в праве», «Очерки международного хозяйственного права», «Международное радио-право», опубликованных во второй половине 20-х годов, В М. Корецкий первый среди наших юристов выдвинул идею меж­дународного хозяйственного права как комплексной межотраслевой дис­циплины, включающей в себя вопросы регулирования международных публично-правовых и гражданско-правовых отношений, обратил внима­ние на значение унификации норм международного частного права. Ито­гом многолетней работы ученого явилось крупное монографическое ис­следование «Очерки англо-американской доктрины и практики междуна­родного частного права» (1948 г.). В 1989 году в Киеве были изданы из­бранные труды В.М. Корецкого в двух книгах.

Для нашей науки характерно большое число работ по различным про­блемам теории и практики международного частного права, причем в послевоенное время основное внимание уделялось специальным вопро­сам вопросам Особенной части международного частного права.

Обратим внимание лишь на некоторые основные монографические ис­следования. По вопросам общего характера к ним следует отнести книги Н.В. Миронова «Советское законодательство и международное право» (1968 г.), А.А. Тилле «Время, пространство, закон» (1965 г.), А.А. Руба­нова «Теоретические основы международного взаимодействия националь­ных правовых систем» (1984 г.); «Международное частное право: совре­менные проблемы» под редакцией М.М. Богуславского (1-е изд — 1993 г., 2-е изд. 1994г.).


§ 6 Обзор литературы по меяедународному частному праву           37

По проблемам права собственности были изданы книги Г.Е. Вилкова «Национализация и международное право» (1962 г.), М.М. Богуславско­го «Иммунитет государства» (1962 г.).

Из многочисленных работ, посвященных проблемам внешней торгов­ли, отметим две книги B.C. Позднякова: «Государственная монополия внешней торговли в СССР» (1962 г.), «Советское государство и внешняя торговля (правовые вопросы)» (1976 г.).

В советской доктрине большое внимание уделялось правовым пробле­мам, связанным с сотрудничеством социалистических стран и их экономи­ческой интеграцией. Среди работ на данные темы следует прежде всего назвать исследование Е.Т. Усенко «Формы регулирования социалистичес­кого международного разделения труда» (1965 г.) и коллективную моно­графию «Правовые формы организации совместных производств странчленов СЭВ» под общей редакцией Е.Т. Усенко (1985 г.). Этой же про­блематике была посвящена книга М.М. Богуславского «Правовое регу­лирование международных хозяйственных отношений» (1970 г.).

Детальный анализ Общих условий поставок СЭВ осуществлен М.Г. Розенбергом в его книге «Международное регулирование поставок в рамках СЭВ» (1989 г.). Вопросы ответственности хозяйственных орга­низаций стран членов СЭВ по внешнеторговым сделкам исследуются в работе М.П. Бардиной (1981 г.).

Общее представление о правовом регулировании в области внешней торговли дают книги: «Экспортно-импортные операции (правовое регули­рование)» под редакцией B.C. Позднякова (1970 г.); «Правовое регули­рование отношений по внешней торговле СССР», ч. I (авторов B.C. Позд­някова, О.Н. Садикова) (1985 г.), ч. II (под редакцией B.C. Позднякова) (1986 г.); «Право и внешняя торговля» под редакцией B.C. Позднякова (1987г.).

Из работ, посвященных правовым вопросам внешних экономических связей, отметим книги коллективов авторов: «Правовые формы научно-технического и промышленно-экономического сотрудничества СССР с ка­питалистическими странами» под общей редакцией М.М. Богуславского (1980 г.); «Международная научно-техническая и производственная ко­операция» под общей редакцией М.М. Богуславского (1982 г.); «Право­вые проблемы совершенствования хозяйственного механизма в СССР:

внешнеэкономические аспекты» (ответственный редактор М.М. Несте­ров, 1990 г.).

Международные торговые контракты анализируются в книге В.А. Му­сина, вышедшей в Ленинграде в 1986 году.

В последующие годы в России было издано большое число правовых работ, посвященных внешнеторговой тематике. К их числу относятся мо­нографии М.Г. Розенберга «Международная купля-продажа товаров» (1995 г.) и «Контракт международной купли-продажи» (1-е изд.


38      Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права

1996 г., 2-е изд. — 1997 г., 3-е изд. — 1998 г.), подготовленный коллек­тивом авторов (под редакцией А.С. Комарова); Комментарий к Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров (1994 г.);

«Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА» / Перевод и предисловие А.С. Комарова (1996 г.); монографии И.С. Зыки­на: «Договор во внешнеэкономической деятельности» (1990 г.), «Внеш­неэкономические операции: право и практика» (1994 г.) и А.С. Комарова «Ответственность в коммерческом обороте» (1991 г.).

Правовое регулирование инвестиционных отношений рассматривается в монографии А.Г. Богатырева «Инвестиционное право» (1992 г.).

Правовое положение совместных предприятий освещается в работе Н.Н. Вознесенской «Смешанные предприятия как форма международного экономического сотрудничества» (1986 г.), второе издание вышло в 1989 году. Этой же проблематике посвящены: сборник «Правовое положение совместных предприятий на территории СССР» (1988 г.), книга М.М. Бо­гуславского «Иностранные инвестиции: правовое регулирование» (1996 г.), сборник статей «Правовое регулирование иностранных инвес­тиций в России» (1995 г.). А.С. Сосна опубликовал «Комментарий к За­кону о соглашениях о разделе продукции» (1997 г.).

Денежным обязательствам и кредитным отношениям посвящены книга Л.А. Лунца «Денежное обязательство в гражданском и коллизионном праве капиталистических стран» (1948 г.), коллективная монография о валютных отношениях во внешней торговле (под редакцией А.Б. Альтшу-лера, 1948 г.). В 1997 году вышла книга И.О. Хлестовой «Валютные опе­рации и российское законодательство».

О правовых вопросах технической помощи развивающимся странам и лицензионных договорах писал М.М. Богуславский в книге «Правовые вопросы технической помощи СССР иностранным государствам и лицен­зионные договоры» (1963 г.). Лицензионным договорам посвящена моно­графия М.Л. Городисского «Лицензия во внешней торговле СССР» (1972 г.). М.М. Богуславский, О.В. Воробьева и А.Г. Светланов написали монографию «Международная передача технологии: правовое регулиро­вание» (1985 г.).

Анализ основных правовых вопросов договора международной пере­возки дан в работе О.Н. Садикова «Правовое регулирование международ­ных перевозок» (1981 г.).

По морскому международному частному праву был издан ряд работ, среди которых книги А.Л. Маковского «Международное частное морское право» (1974 г.); С.А. Гуреева «Коллизионные проблемы морского права» (1972 г.) и «Международное торговое судоходство» (1979 г.);

Г.Г. Иванова и А.Л. Маковского «Международное частное морское право» (1984 г.).


§ 6 Обзор литературы по международному частному праву           39

Несколько монографий посвящено проблемам авторского права, инте­рес к разработке которых повысился в связи с присоединением СССР к Всемирной конвенции об авторском праве 1952 года: М.М. Богуславского «Вопросы авторского права в международных отношениях» (1973 г.), Ю.Г. Матвеева «Международные конвенции авторского права» (1976 и 1978 г.) и «Международная охрана авторских прав» (1987 г.).

Вопросам патентного права были посвящены монография М.М. Богу­славского «Патентные вопросы в международных отношениях» (1962 г.), книга Ю.И. Свядосца «Правовая охрана научно-технических достижений и советский экспорт» (1986 г.).

Ряд работ в области международной охраны интеллектуальной собст­венности был опубликован М.Н. Кузнецовым (в частности, «Охрана ре­зультатов творческой деятельности в международном частном праве», 1988 г.).

Этим проблемам уделено большое внимание в учебнике А.Н. Сергеева «Право интеллектуальной собственности», вышедшем в 1997 году.

Правовое положение иностранцев в СССР рассматривается в работах Л.А. Галенской (1982 г.), В.И. Кисиля и В.П. Пастухова (1987 г.), а также в книгах: «Статус иностранцев в СССР» (под общей редакцией М.М. Бо­гуславского, 1984 г.); М.М. Богуславского, Л.В. Лазарева, Н.И. Мары-шевой «Иностранцы в СССР: правовое положение» (1984 г., на француз­ском, испанском и арабском языках) и в значительной степени основанной на этой работе книге Л.В. Лазарева, Н.И. Марышевой, И.В. Пантелеевой «Иностранные граждане (правовое положение)» (1992 г.). В области тру­дового права была издана работа А.С. Довгерта «Правовое регулирование международных трудовых отношений» (1992 г.).

В области семейного права две монографии были опубликованы Н.В. Орловой: «Вопросы брака и развода в международном частном праве» (1960 г.), «Брак и семья в международном частном праве» (1966 г.). Из других исследований отметим книгу И.К. Городецкой «Меж­дународная защита прав и интересов детей» (1973 г.).

В советской доктрине А.А. Рубановым была осуществлена фундамен­тальная разработка проблем наследственного права. Укажем его работы:

«Наследование в международном частном праве (отношения СССР с ка­питалистическими странами)» (1966 г.), «Наследование в международном частном праве (отношения между социалистическими странами)» (1972 г.), «Заграничные наследства (отношения между социалистически­ми и капиталистическими странами)» (1975 г.).

Большое число работ по этой проблематике было опубликовано после образования СНГ. К ним, в частности, относится работа В.В. Глазырина «Труд иностранцев в России» (1997 г.). Следует также обратить внимание на сборник нормативных актов «Правовое положение иностранных граж­дан в России», с вступительной статьей А.Л. Маковского (1996 г.).


40


Глава 1 Понятие, предмет и система международного частного права


 


Вопросы международного гражданского процесса разрабатывались в книгах Д.Д. Аверина «Положение иностранцев в советском гражданском процессе» (1966 г.) и Н.И. Марышевой «Рассмотрение судами граждан­ских дел с участием иностранцев» (1970 г.), а также в специально посвя­щенных проблемам арбитража работах С.Н. Лебедева, С.Н. Братуся, Д.Ф. Рамзайцева и других авторов. Назовем несколько книг: С.Н. Лебедев «Международный торговый арбитраж» (1965 г.); «Международное со­трудничество в области коммерческого арбитража» (1979 г.); «Междуна­родный коммерческий арбитраж: компетенция арбитров и соглашение сторон» (1988 г.); Д.Ф. Рамзайцев «Внешнеторговый арбитраж в СССР» (1952 и 1957 гг.); И.О. Хлестова «Арбитраж во внешнеэкономических от­ношениях стран членов СЭВ» (1980 г.); А.И. Минаков «Арбитражные соглашения и практика рассмотрения внешнеэкономических споров» (1985г.).

В 1997 году вышел в свет составленный М.Г. Розенбергом обстоятель­ный «Научно-практический комментарий к практике Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате в Москве». В том же году было издано учебно-практическое пособие Г.К. Дмитриевой «Международный коммерческий арбитраж».

Резкое повышение интереса к практическим проблемам международно­го частного права привело в 90-х годах к изданию многочисленных сборни­ков нормативных актов, причем не только в России, но и в ряде госу­дарств участников СНГ. Обратим внимание лишь на некоторые из них. Это сборники «Международное право в документах» (т. 1 —3) и «Между­народное частное право в документах» (т. I. Финансы. Валюта. Налоги) под редакций К.А. Бекяшева иА.Г. Ходакова, «Международно-правовые осно­вы иностранных инвестиций в России» (1995 г.), «Правовое регулирова­ние иностранных инвестиций в Российской Федерации» (1995 г.), «Сбор­ник международных договоров по устранению двойного налогообложения» (1995 г.), «Внешнеэкономическая деятельность: международное частное право и российское законодательство» (составитель и автор вступительной статьи Н.Ю. Ерпылева, 1997 г.), «Сборникмеждународныхдоговоров Рос­сийской Федерации по оказанию правовой помощи» (1996 г.), «Арбитраж­ная практика за 1996—1997 гг.» (составитель А.Г. Быков, 1997 г.), «Международное частное право (действующие нормативные акты)» (со­ставители Г.К.Дмитриева и М. В. Филимонова, 1997 г.).

Представляет интерес и составленный Е.А. Виноградовой сборник «Третейский суд. Законодательство, практика, комментарий» (1997 г.). В Казахстане в 1996 г. были изданы на русском языке четыре выпуска со­ставленного М.К. Сулейменовым сборника «Международное частное право: Нормативные акты и международные договоры». Среди опублико­ванных в этом издании документов особый интерес представляют материа-


§ 6 Обзор литературы по международному частному праву           41

лы в вып. 4 об иностранных инвестициях в сфере недропользования и энергетики (гл. 1) и Договор к Энергетической Хартии (гл. 2).

Наиболее полная подборка документов опубликована К.А. Бекяшевым и А.Г. Ходаковым в фундаментальном сборнике «Международное частное право» (1997 г.).

Материалы практики судебных арбитражных органов по спорам с учас­тием иностранных лиц систематически публикуются в «Вестнике Высшего арбитражного суда Российской Федерации». Статьи, справки, различную информацию по вопросам международного частного права читатель найдет в издаваемых в России журналах «Государство и право», «Российское право», «Хозяйство и право», «Право и экономика».

4. Необходимое представление о состоянии науки международного частного права в других государствах могут дать следующие курсы и учеб­ники.

Австрия. Schwimann М. Internationales Privatrecht. Wien, 1993;

Schwmd. F. Handbuch des Osterreichischen Internationalen Privatrechts. Wien, 1975; Schwind F. Internationales Privatrecht: Lehr und Handbuch fur Theorie und Praxis. Wien, 1990.

Алжир, /ssad М. Droit international prive. 2 ed. Alger, 1983. Т. 1,2;

Иссад М. Международное частное право / Пер. с фр. М., 1989.

Аргентина. Bogglano A. Derecho international privado. Buenos-Aires, 1991. Т. 1—3; Goldschmldt W. Derecho international privado. 4 ed. Buenos-Aires, 1982.

Бельгия. Rigaux F. Droit international prive. Bruselles, 1977. Т. I.; Ri-gaux F., Fallon R. T. I; T. II. Bruxelles, 1993; Van der Elst, Weser. Droit international prive beige. Bruselles, 1983. T. I; T. II. Bruselles, 1985; Erauw J. Bronnen van. International privaatrech. Antwerpen, 1997.

Болгария. Обстоятельный учебник международного частного права В. Кутикова выдержал несколько изданий (Кутиков В. Международное частное право на Нр. България. София, 1976).

Бразилия. ValladdoN. Direito international privado. Rio de Janeiro, 1980. Великобритания. Collins Dicey and Morris. On the Conflict of Laws. 12 ed. L., 1993. T. 1, 2 (приложения изданы в 1982, 1983, 1984 г.); Вольф М. Международное частное право / Пер. с англ. М., 1948; Чешир Дж., Норт П. Международное частное право / Пер. с англ. М., 1981;

North P.M. Cheshire and North's Private Intrnational Law. 1992; Morris L. The Conflict of Laws. 3 ed. L., 1984; Scott A.W. Private International Law:

Conflict of Laws. 2 ed. Plymout, 1979; Stone P. The conflict of Laws. L., 1995.

Венгрия. Учебник Л. Рецеи издан на немецком языке (Reczei L. Inter­nationales Privatrecht. Budapest, 1960), монографии на английском языке академика Иштвана Сами о международном гражданском процессе (Szaszy I. Interrnational Civil Procedure. Budapest, 1976), о международном трудовом праве (Szaszy I. International Labor Law. Budapest, 1968).


42      Глава 1 Понятое, предмет и система международного частного права

Ряд интересных теоретических работ был опубликован Ф. Мадл: о сравнительном международном частном праве праве международных хозяйственных связей (1978 г.) и о коллизионном праве и внешней тор­говле (совместно с Л. Векаш, Будапешт, 1987 г.).

Индия. Saharay. An Introduction to the Conflict of Laws. Calcutta, 1969.

Италия. Monacco R. L'efficacia della Legge nello Spazio (Diritto interna-tionale privato). 2 ed. Torini, 1964; Ballarino T. Diritto internationale privato. 2 ed. Padua, 1996; Vitta. Corso di diritto internationale privato e processuale. 2 ed. Torino, 1983; Pocar F. Ilinuovo diritto privato italiano. Milano, 1997.

Испания. Carlllo Salcedo. Derecho Internacional Privado. Madrid, 1983;

Perez V. Derecho Internacional Privado. Madrid, 1980.

Канада. CastrelJ.G. Canadian Connflict of Laws. Toronto, 1986. T. 1,2.

Китай. В 1981 году в Пекине вышли «Основы международного част­ного права» (авторы Ияо Хуанг и Рен Лишенг). В 1983 году изданы два учебника международного частного права (более полный — 430 с., автор Хан Депеи, и более краткий — 79 с., авторы Рен Лишенг и Лью Динг). В 1986 году был выпущен «Словарь по международному частному праву».

Мексика. Arellano Garein. Dercho International Privado. 1986; Arce. Derecho International Privado. 6 ed. 1971;

Нидерланды. Sauverplanne J.G. Elementair international Privatrecht. Deventer, 1989; Van Rooij R., Polak M.V. Private International Law in the Netherlads. Deventer, 1995; Strikwerda L. Inleidingfot het Nederlandse in­ternational privatrecht. Groningen, 1995.

Польша. Учебники по международному частному праву (Walaszek W., Sosniak М. Zarys prawa miedzynarodowego prywatnego. Wurszawa, 1968, 1973; Sosniak М. Precis de droit international prive. Wroclaw, 1976; Paz-dan M. Prawo prywatne miedzynarodowe. Warszawa, 1993). Есть ряд учеб­ников и других авторов. Из большого числа монографических исследова­ний следует обратить внимание на книги E. Якубовского о предприятиях в международной торговле (1970 г.), единообразном праве в международ­ном хозяйственном обороте (1972 г.) и другие работы по правовым вопро­сам экономических связей, арбитража, а также на книги М. Сосьняка и В. Валашека по различным вопросам семейного и наследственного права, E. Райского в области международного гражданского процесса и по другим вопросам.

Румыния. Учебник Т. Попеску, а также ряд работ по различным про­блемам международного частного права И. Эминеску, И. Нестора, О. Ка-патина, Н. Филинеску, М. Шакита и других авторов.

США. Beale J. A Treatise on the Conflict of Laws. N.Y., 1935. V. I—III;

EhrenzweigA., Jayme E. Private International Law. 3v. Leyden N.Y., 1972. V. I; 1973. V. II; 1977. V. Ill; Rabel E. The Conflict of Laws, A Comparative Stady. Chicago, 1945. Vol. 1; Restatement of Law Second, Conflict of Laws. 2ed.N.Y., 1971.Vol. 1; St. Paul, Minn., l980.V.4;ReeseW„ RosenbergM.


§ 6 Обзор литературы по международному частному праву           43

Cases and Materials on Conflict of Laws. 10 ed. N.Y., 1996; 5co/es E., Hay P. Conflict of Laws. 2 ed., St. Paul, Minn., 1992.

ФРГ. РаапеЛ. Международное частное право / Пер. с нем. М., 1960;

Fend М. Internationales Privatrecht. Munchen, 1986; Kegel G. Internatio­nales Privatrecht. Munchen. 8 aufl. 1992; Von Bar Ch. Internationales Pri­vatrecht. Allgemeine Lehren. Munchen, 1987. Bd. 1; Bd. 2: Besonderer Teil. Munchen, 1991; Luderitz A. Internationales Privatrecht. В., 1992;

Frisching К., von Hoffmann B. Internationales Privatrecht. 5 aufl. Munchen, 1997; Raape/Sturm. Internationales Privatrecht. Bd. I: Allgemeine Lehren, 6 Aufl. 1977.

Франция. BatiffolH. Aspects philosophiques du driot international prive. P., 1961; Niboyetl. Traite de droit international prive francais. T. 1. 2 ed. P., 1947; T. 2. 2 ed. P., 1951; T. 3. P., 1944; T. 4. P., 1947; T. 5. P., 1948; T. 6. P., 1949—1950; Simon -Depitre M. Droit international prive. P., 1964;

Francescakis Ph. Yurisprudence de droit international prive. P., 1961; Lous-souarn Y. et Bourel P. Droit international prive. 5 ed. P., 1996; Batiffol H., LagardeP. Droit international prive. 8 ed. T. 1. P., 1993; 7 ed. T. 2. P., 1983;

Majoros F. Le droit international prive. 2 ed. P., 1981; MayerP. Droit inter­national prive. 5 ed. P., 1994; Grands arrets de la jurisprudence francaise de droit international prive, parAncel В., Lequette Y. 2 ed. P., 1992.

Чехословакия. Учебник по международному частному праву Зд. Куче-ры (Кисега Z. Mezinarodni pravo soukrome. Praha, 1980). Из монографи­ческих исследований большое теоретическое значение имеют работы П. Каленского об обязательственном статусе международной купли-про­дажи, различных тенденциях в доктрине международного частного права (Kalensky P. Trends of Private International Law. Prague, 1971).

Швейцария. Vischer F., Planta A. Internationales Privatrecht. 2 aufl. Basel, 1982; Keller M., Siehr K. Allgemeine Lehren des internationalen Pri-vatrechts. Zurich, 1986.

Швеция. Eeck H. The Sweidish Conflict of Laws. Haag, 1965.

Югославия. Учебники и учебные пособия по международному частно­му праву Ц. Матича и К. Сайко (Загреб, 1981), Т. Варади (Нови-Сад, 1983), фундаментальный курс М. Пака (Белград, 1988).

Япония. Учебники международного частного права: Ямала Рьони (Токио, 1982), МицураМасато (Токио, 1984).

Статьи по международному частному праву, а также обзоры судебной практики, библиографические и иные сведения в этой области регулярно публикуются в таких изданиях, как курсы лекций Академии международ­ного права в Гааге («Recueil des cours de 1'Academie de Droit Interna­tional»); журналах «Clunet» («Journal du droit International»), «Revue Cri­tique de droit international prive» (Франция), «Rabels Zeitschrift ffirauslan-


44      Глава 1. Понятие, предмет и система международного частного права

disches und internationales Privatrecht, Praxis des intei-nationalen Privat und Verfahrensrechts» (IPRAX), «Recht der Internationalen Wirtschaft» (RIW) (ФРГ), «International and Comparative Law Quarterly» (Великобритания), «American Journal of International Law» (США).

Контрольные вопросы

1. Какое место занимает международное частное право в системе права?

2. Какие имущественные отношения регулируются нормами международного част­ного права\

3. Кто может выступать в качестве субъектов в области международного частного права?

4. В чем проявляется связь международного частного права и международного пуб­личного права?


Глава 2

ИСТОЧНИКИ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ I. Виды источников международного частного права. § 2. Международные договоры. § 3. Внутреннее законодательство. § 4. Судебная и арбитражная практика. § 6. Обычаи

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.О., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 30—39; Луни Л.А. Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С. 61—124; Луни Л.А., Марышева Н.И„ Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 17—50. Международное частное право: современные проблемы / Отв. ред. М.М. Богуславский. М., 1994. С. 311—385; Международ­ное частное право: Сб. документов / Сост. К.А. Бекяшев, А.Г. Ходаков. М., 1997;

Внешнеэкономическая деятельность: международное частное право и российское законодательство / Сост. Н.Ю. Ерпылева. М., 1997; Сборник международных до­говоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М., 1996; Арбит­ражная практика за 1986—1991 г. М., 1997; Сборник международных договоров СССР. 1982—1991. М., 1982—1993. Вып. XXXVI—XLVII; Арбитражная прак­тика (Торгово-промышленная палата СССР. Решения Внешнеторговой арбит­ражной комиссии). Ч. I—IV. М., 1972; Ч. V. М., 1975; Ч. VI. М., 1976; Ч. VII. М., 1979; Ч. VIII. М., 1983; Ч. IX. М., 1984; Ч. X. М., 1985. Ч. XI. М., 1989; Арбит­ражная практика за 1986—1991 гг. (аналитический обзор). М., 1997.

§ 1. Виды источников международного частного права

1. В юридической науке, когда говорят об источниках права, имеют в виду формы, в которых выражена та или иная правовая норма. Источники международного частного права имеют определенную специфику. В облас-


46                        Глава 2 Источники международного частного права

ти международного частного права очень большое значение придается тем правовым нормам и правилам, которые предусмотрены в различных меж­дународных договорах и соглашениях.

Основных видов источников в международном частном праве четыре:

1) международные договоры; 2) внутреннее законодательство; 3) судебная и арбитражная практика; 4) обычаи.

2. Удельный вес видов источников международного частного права в разных государствах неодинаков. Кроме того, в одной и той же стране в зависимости от того, о каких правоотношениях идет речь, применяются нормы, содержащиеся в различных источниках.

В доктрине неоднократно указывалось, что основная особенность ис­точников международного частного права состоит в их двойственном ха­рактере. С одной стороны, источниками являются международные догово­ры и международные обычаи, а с другой нормы законодательства и су­дебная практика отдельных государств и применяемые в них обычаи в об­ласти торговли и мореплавания. В первом случае, как отмечал И.С. Пере­терский, имеется в виду международное регулирование (в том смысле, что одни и те же нормы действуют в двух или нескольких государствах), а во втором регулирование внутригосударственное. Двойственность источ­ников не означает возможности разделения международного частного права на две части; предметом регулирования в обоих случаях являются одни и те же отношения, а именно гражданско-правовые отношения меж­дународного характера.

Как решается в РФ вопрос о соотношении международного договора и внутреннего закона?

Согласно Конституции России 1993 года, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры являются со­ставной частью ее правовой системы. Если международным договором ус­тановлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Такое же правило содержится и в ряде других законодательных актов, имеющих отношение к области международного частного права. Это по­ложение подчеркивает значение международного договора для регулиро­вания соответствующих отношений. В соответствии с распространенной точкой зрения данное положение понимается как норма, которая разре­шает коллизию между двумя внутригосударственными нормами. Одна из них какое-либо правило общего характера, содержащееся во внутрен­нем законодательстве, а вторая специальное изъятие из нее, вытекаю­щее из заключенного государством международного договора. Именно этой второй норме отдается предпочтение.

Согласно п. 2 ст. 7 ГК РФ, к отношениям, регулируемым гражданским законодательством, международные договоры применяются непосредст­венно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для


§ 1 Виды источников международного частного права             47

его применения требуется издание внутригосударственного акта. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем те, кото­рые предусмотрены гражданским законодательством, применяются пра­вила международного договора. Предписания международных договоров имеют приоритет не только перед нормами гражданского законодательст­ва (под которыми ст. 3 ГК понимает Гражданский кодекс и принятые в со­ответствии с ним иные федеральные законы), но и перед правилами других правовых актов и всеми другими нормами гражданского права РФ. Анало­гичное правило о приоритете положений международных договоров пред­усмотрено ст. 6 СК РФ.

Вступившие в силу для РФ международные договоры, если только ре­шение о согласии на их обязательность принято в форме федерального за­кона, подлежат официальному опубликованию в Собрании законодатель­ства РФ. Официальное опубликование международных договоров (кроме договоров межведомственного характера) должно осуществляться также в «Бюллетене международных договоров». Международные договоры межведомственного характера публикуются по решению федеральных ор­ганов исполнительной власти, от имени которых заключены договоры, в официальных изданиях этих органов (ст. 30 Закона о международных до­говорах Российской Федерации).

Пункт 3 ст. 5 Закона о международных договорах Российской Федера­ции допускает непосредственное применение официально опубликован­ных международных договоров РФ при условии, если для этого не требу­ется издания специального государственного акта. При этом «непосредст­венно» означает в данном случае действие международного договора в ка­честве составной части системы российского законодательства.

С учетом приведенных положений Пленум Верховного Суда РФ в поста­новлении от31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» разъяснил, что суд при рассмотрении дела не вправе применять нормы за­кона, то есть российского национального акта, в случаях, когда вступившим в силу для Российской Федерации международным договором, решение об обязательности которого для РФ было принято в форме федерального за­кона, установлены иные правила, чем предусмотрено в законе. В указанном случае применению подлежат правила международного договора.

Особое значение в качестве источника международного частного права имеют многосторонние конвенции, содержащие унифицированные правовые нормы. Унификация может осуществляться и путем принятия на международном уровне так называемых модельных законов (кодексов) или на региональном уровне как законов, так и директив по тем или иным вопросам.

Для стран, входящих в ЕС (а ранее в ЕЭС), наряду с влиянием раз­личных европейских конвенций в области международного частного права


48                        Глава 2 Источники международного частного права

существенную роль в осуществляемой унификации в этой области играют и так называемые директивы ЕС.

Следует отметить и другую тенденцию в рассматриваемой области, характерную для конца XX века. В практике международной торговли стали разрабатываться правила, которые, с одной стороны, не являются нормами международных конвенций или нормами внутреннего законо­дательства, а с другой не могут рассматриваться в качестве обычаев. Типичный пример Принципы международных коммерческих договоров, которые разрабатывались в течение 20 лет международной организацией (УНИДРУА) и были приняты в 1995 году. Принципы носят факультатив­ный характер, они будут применяться сторонами в сделке лишь в случае прямой ссылки на них в контракте. Однако применение документа такого рода снимает проблему применения коллизионных норм и тем самым су­жает поле действия внутреннего законодательства.

И еще одно предварительное замечание. Доктрина не рассматривается у нас в качестве источника международного частного права, что не должно умалять ее значение для разработки и уяснения норм международного частного права.

§ 2. Международные договоры

В отношениях России с другими странами значение международного договора как источника международного частного права возрастает. Нормы, сформулированные первоначально в международном договоре, применяются в этих отношениях чаще, чем нормы внутреннего законода­тельства. Для России как правопреемника Союза ССР сохранили свое действие международные договоры, заключенные ранее СССР, если не было объявлено о прекращении действия таких договоров.

Это относится как к многосторонним, так и к двусторонним договорам. Так, заключенные СССР договоры об оказании правовой помощи по граж­данским, семейным и уголовным делам являются двусторонними догово­рами. СССР заключил договоры о правовой помощи с Албанией (1958 г.), Болгарией (1957 и 1975 г.), Венгрией (1958 г. и протокол 1971 г.), Вьет­намом (1981 г.), ГДР (1957 и 1979 г.), КНДР (1957 г.), Кубой (1984 г.), МНР (1958 г.), Польшей (1957 г. и протокол 1980 г.), Румынией (1958 г.), Чехословакией (1957 и 1982 г.) и Югославией (1962 г.).

Договоры систематически обновлялись. Обновление осуществлялось по двум направлениям. В одних случаях старые договоры СССР с этими странами (с Болгарией, ГДР, Чехословакией) заменялись новыми, в дру­гих старые договоры (с Венгрией и Польшей) были существенным об­разом дополнены специальными протоколами.


§ 2. Международные договоры                       49

Договоры о правовой помощи были подписаны с Ираком (1973 г.), Ал­жиром (1982 г.), Сирией (1982 г.), Тунисом (1984 г.), Народной Демокра­тической Республикой Йемен (1985 г.), Финляндией (1978 г.), Италией (1979 г.), Грецией (1981 г.), Кипром (1984 г.), Испанией (1990 г.).

Последний договор (с Испанией) был ратифицирован РФ в 1996 г.

Конвенция между СССР и Италией о правовой помощи по граждан­ским делам была заключена 25 января 1979 г. В ней содержатся правила о правовой защите, об оказании правовой помощи, о взаимном признании вступивших в силу судебных решений по гражданским (в том числе семей­ным) делам, а также решений, касающихся признания отцовства, установ­ления опеки, попечительства и усыновления.

Россия заключила договоры о правовой помощи с КНР (1992 г.), Польшей (1996 г.), Ираном (1996 г.), Албанией (1997 г.), а также Азер­байджаном (1992 г.), Литвой (1992 г.), Латвией (1993 г.), Грузией (1995 г.), Киргизией (1992 г.), Молдавией (1993 г.), Эстонией (1993 г.).

Государства члены СНГ заключили 22 января 1993 г. Конвенцию о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.

Цель договоров, заключенных СССР с бывшими социалистическими странами, и договоров России со странами СНГ состоит в том, чтобы обес­печить взаимное признание и соблюдение имущественных и личных прав граждан одного государства на территории другого. Договоры строго ис­ходят из принципов равенства и уважения суверенитета каждой страны. В них регулируются отношения по вопросам сотрудничества между органами юстиции, правовой защиты, определения и разграничения компетенции судов и применения права, процессуальных прав иностранцев, исполнения поручений о правовой помощи, признания и исполнения решений по граж­данским и семейным делам, признания и пересылки документов, выдачи преступников и другим видам помощи по уголовным делам. Таким обра­зом, действует система договоров о правовой помощи, в которых решается целый комплекс вопросов, касающихся сотрудничества органов юстиции и охраны прав граждан.

Советским Союзом были заключены сохранившие свою силу двусто­ронние соглашения по вопросам гражданского процесса. Это соглашение 1970 года с Австрией (о свободном доступе в суды, порядке исполнения судебных поручений и др.), а также соглашения об исполнении судебных поручений с США (1935 г.), Францией (1936 г.), Бельгией (1945— 1946 гг.), ФРГ (1956—1957 гг.).

Стремление углублять сотрудничество в области оказания правовой помощи не только по уголовным делам, но и по гражданским было выра­жено в российско-швейцарской декларации о намерениях, в договоре о воссоединении Германии 1990 года и в других актах.

4-872


50


Глава 2. Источники международного частного права


 


С отдельными социалистическими странами (Болгарией, Венгрией, ГДР, Монголией, Чехословакией и Румынией) Советским Союзом были заключены соглашения о социальном обеспечении, содержащие правила о трудовых правах граждан, пенсионном обеспечении. Далее следует на­звать консульские конвенции. СССР были заключены консульские кон­венции с Болгарией (1971 г.), Венгрией (1971 г.), ГДР (1971 г.), Вьетна­мом (1978 г.), КНДР (1957 г.), КНР (1986 г.), Кубой (1972 г.), Монго­лией (1972 г), Польшей (1971 г.), Румынией (1972 г.), Чехословакией (1972 г.), Югославией (1960 г.).

Консульские конвенции были заключены с Индией (1973 г.), Ираком (1975 г.), Гвинеей-Бисау (1976 г.), Анголой (1976 г.), Сирией (1976 г.), Мозамбиком (1977 г.), Эфиопией (1977 г.), Мексикой (1978 г.) и другими странами.

СССР заключил консульские конвенции с ФРГ (1958 г.), Австрией (1959 г.), США (1964 г.), Великобританией (1966 г.), Францией (1966 г.), Финляндией (1966 г.), Японией (1966 г.), Италией (1967 г.), Швецией (1967 г.), Бельгией (1972 г.), Грецией (1981 г.) и другими запад­ными странами.

Россия заключила консульские конвенции с Польшей, Болгарией, Ал­банией, а также с Азербайджаном, Казахстаном, Туркменией. Белорус­сией.

С рядом государств участников СНГ Россией были заключены со­глашения о правовом статусе граждан одного государства на территории другого (с Туркменией, Казахстаном, Киргизией).

Многочисленные соглашения в области транспорта, в частности согла­шения о международном автомобильном сообщении, были заключены СССР с Болгарией, Венгрией, ГДР, Польшей, Румынией, Чехословакией.

Советским Союзом были заключены соглашения о взаимной охране авторских прав с Болгарией, Венгрией, ГДР, Кубой, Малагасийской Рес­публикой, Польшей и Чехословакией.

С Францией (1970 г.) и Австрией (1981 г.) были заключены соглаше­ния о правовой охране промышленной собственности. С Австрией (1981 г.) и Швецией (1986 г.) имеются соглашения о взаимной охране ав­торских прав.

Важным источником международного частного права являются торго­вые договоры (о торговле, торговле и мореплавании). Эти договоры уста­навливают общий режим, применяемый в торговле РФ с соответствую­щим иностранным государством (см. гл. 3). В указанных договорах опре­деляется правовое положение юридических лиц и граждан, содержатся правила по вопросам торгового арбитража. Отметим, в частности. Согла­шение о торговых отношениях между СССР и США от 1 июня 1990 г., которое было ратифицировано Россией и США. Аналогичные соглашения были заключены США с Украиной, Казахстаном, Киргизией, Туркменией.


§ 2. Международные договоры                      51

Россия заключила соглашение об экономическом сотрудничестве с Вели­кобританией (9 ноября 1992 г.), соглашения о торговле и экономическом сотрудничестве с Финляндией (20 января 1992 г.), с Канадой (19 июня 1992 г.), с Китаем (5 марта 1992 г.) и другими странами. В соглашении с Великобританией предусматриваются, в частности, создание в обеих стра­нах «предпосылок для инвестиций, которые были бы привлекательны для инвесторов из другой страны», меры по поощрению «создания и поддерж­ки систем защиты интеллектуальной собственности, соответствующих об­щепринятым в Европе стандартам».

24 июня 1994 г. было подписано Соглашение о партнерстве и сотруд­ничестве, учреждающее партнерство между РФ, с одной стороны, и Евро­пейскими сообществами и их государствами-членами с другой.

С рядом стран были заключены специальные соглашения о торговом судоходстве (например, с Великобританией соглашение 1968 г. с прото­колом 1974 г.).

Со многими странами (США, Великобританией, Финляндией, Шве­цией, Норвегией, Австрией, ФРГ и др.) были подписаны соглашения об избежании двойного налогообложения. На 1 января 1998 г. были ратифи­цированы или представлены на ратификацию заключенные Россией с дру­гими странами соглашения об избежании двойного налогообложения и предотвращении уклонения от налогового законодательства и другие со­глашения по налоговым вопросам (с Албанией, Словенией, СРЮ, Филип­пинами, Чехией, Данией, Великобританией, ФРГ (новое соглашение 1996 г.), Швейцарией, Канадой, Венгрией, Монголией, Люксембургом, Хорватией, Бельгией, КНР, Францией, Мали, Индией и др.).

Государства участники СНГ заключили большое число междуна­родных договоров, соглашений и конвенций, содержащих правила в облас­ти международного частного права. Для СНГ характерно принятие также модельных актов и, прежде всего, Модельного гражданского кодекса. Со­гласно Конвенции о Межпарламентской Ассамблее государств участ­ников СНГ от 26 мая 1995 г., этот орган принимает типовые (модельные) законодательные акты и с соответствующими рекомендациями направляет их парламентам государств участников СНГ. Модельные акты носят рекомендательный характер. Часть третья Модельного гражданского ко­декса, содержащая нормы международного частного права, была принята 17 февраля 1996 г.

Принятие части третьей Модельного гражданского кодекса СНГ спо­собствует формированию нового законодательства стран СНГ в области международного частного права. В качестве примера можно привести при­нятие ГК Узбекистана. Гражданский кодекс Узбекистана, вступивший в силу с 1 марта 1997 г., содержит разд. 6. «Применение норм международ­ного частного права к гражданско-правовым отношениям» (ст. 1158—

4*


52


Глава 2. Источники международного частного права


 


1199). В основу этого раздела положены нормы соответствующего разде­ла модельного гражданского кодекса СНГ.

С Великобританией, ФРГ, Финляндией, Францией, Бельгией, Нидер­ландами, Канадой, Китаем, Испанией, Италией, Австрией, Турцией, Ко­реей, Швейцарией и другими странами СССР были заключены соглаше­ния о взаимной защите капиталовложений.

Соглашения о взаимной защите капиталовложений были заключены Россией с Швецией, Чехией, Албанией, Кувейтом, Индией, Вьетнамом, Венгрией, Румынией, Словакией, Югославией, Данией, Норвегией и дру­гими государствами.

С государствами СНГ были подписаны конвенции об устранении двой­ного налогообложения и предотвращении уклонения от уплаты налогов на доход и капитал (например, с Казахстаном в 1996 г.).

Отметим тенденцию расширения участия России в многосторонних со­глашениях универсального характера.

Прежде чем остановиться на основных многосторонних соглашениях, отметим, что в современных условиях повысилась роль межправительст­венных организаций в кодификации правил международного частного права, подготовке проектов различных международных соглашений.

Генеральная Ассамблея ООН по инициативе Венгрии рассмотрела «меры, которые должны быть приняты для прогрессивного развития в об­ласти международного частного права, в особенности с целью содействия развитию международной торговли». В результате в 1966 году был создан специальный орган ЮНСИТРАЛ. В состав комиссии входят 36 госу­дарств. В ее работе активное участие принимают представители России.

Как отмечалось в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 17 де­кабря 1966 г., задача комиссии состоит в том, чтобы содействовать «про­грессивному согласованию и унификации правил международной торгов­ли». На комиссию, в частности, возложены подготовка новых междуна­родных конвенций, типовых и единообразных законов в области права международной торговли, содействие кодификации международных торго­вых обычаев, сбор и распространение информации в этой области.

В качестве первоочередных комиссия определила следующие темы из своей программы работы: международная купля-продажа товаров, между­народные платежи, коммерческий арбитраж. На основе подготовленных проектов был принят ряд конвенций. К их числу относятся Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров, Конвенция об исковой давности в международной купле-продаже товаров, Конвен­ция ООН о морской перевозке грузов, а также Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ и Примирительный регламент ЮНСИТРАЛ. В 1985 году был принят Типовой закон о международном торговом арбитраже, в 1988 году Конвенция о международном переводном и международном про­стом векселе.


§ 2. Мея<дународные договоры                      53

Разработкой проектов конвенций в области международного частного права занимается также Гаагская конференция по международному част­ному праву. Первая ее сессия была созвана правительством Нидерландов в Гааге в 1893 году по инициативе известного голландского юриста Ассера. В ней участвовали 13 европейских государств, включая Россию. Всего со­стоялось 18 обычных сессий Гаагской конференции (в 1893, 1894, 1900, 1904, 1925, 1928, 1951, 1956, 1960, 1964, 1968, 1972, 1976, 1980, 1984, 1988, 1992, 1996 г.) и две внеочередные, на которых был принят ряд про­ектов еоглашений в области международного частного права.

В 1951 году был принят постоянный Статут Гаагской конференции по международному частному праву (вступил в силу в 1955 г.). Статут дейст­вует для 45 государств. Для Латвии он вступил в силу с 11 августа 1992 г. В соответствии с ним задачей конференции является прогрессивная уни­фикация правил международного частного права (ст. 1). Сессии конфе­ренции собираются, как правило, раз в четыре года (ст. 3). Подготовку их осуществляют Специальная государственная комиссия, созданная Нидер­ландами, и Постоянное бюро конференции.

Наиболее значительными из документов", принятых на сессиях конфе­ренции начиная с 50-х годов,'являются конвенции в области гражданского процесса. К ним относятся: Конвенция по вопросам гражданского процес­са 1954 года (СССР присоединился в 1966 г); Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам 1965 года; Конвенция о сборе за границей доказательств по граж­данским и торговым делам 1970 года; Конвенция об облегчении доступа к правосудию за границей 1980 года и др.

С конвенциями по процессуальным вопросам тесно связана Конвен­ция, отменяющая требование легализации иностранных официальных до­кументов 1961 года. В ней участвуют 42 государства. Для России и Бело­руссии она действует с 31 мая 1992 г., для Армении с 14 августа 1994г., для Латвии с 30 января 1996 г., для Литвы с 19 июля 1997 г.

К области семейного права относятся 10 из 29 Гаагских конвенций. Это Конвенция о заключении брака и признании его недействительным 1978 года; Конвенция о праве, применимом к имуществу супругов, 1978 года; Конвенция о признании развода и судебного разлучения супругов 1970 года; Конвенция о праве, применимом к алиментным обязательствам в отношении детей, 1956 года; Конвенция о признании и исполнении ре­шений по делам об алиментных обязательствах в отношении детей 1958 года; Конвенция о компетенции и применимом праве в отношении защиты несовершеннолетних 1961 года и ряд других конвенций о правовом поло­жении детей. Из конвенций в других областях следует обратить внимание на Конвенцию о коллизиях законов относительно формы завещательных распоряжений 1961 года. Конвенцию о праве, применимом к ответствен­ности изготовителя, 1973 года и некоторые другие.


54


Глава 2. Источники международного частного права


 


Значительную работу в этой области проводит также такая межправи­тельственная организация, как УНИДРУА в Риме. Ею были подготовлены проекты конвенций по ряду вопросов (международной купле-продаже то­варов, представительству, перевозкам грузов и пассажиров и др.). Эта межправительственная организация была создана в 1926 году. Ее членами являются 58 стран, в том числе Болгария, Венгрия, Куба, Польша, Россия, Румыния. Издает ежегодник. В 1995 году Правительство РФ приняло спе­циальное постановление по вопросам участия России в деятельности этой важной международной организации. В 1996 году Россия подписала Кон­венцию УНИДРУА о похищенных или незаконно вывезенных культурных ценностях 1995 года.

Международные конвенции, в которых регулируются отношения в об­ласти международного частного права, разрабатываются также в рамках ЮНКТАД, ВОИС и других организаций.

Рассмотрим отдельные группы многосторонних соглашений в зависи­мости от их содержания.

Прежде всего следует остановиться на конвенциях по вопросам меж­дународной торговли. К их числу относятся Гаагская конвенция о праве, применимом к международной купле-продаже движимых материальных вещей, 1955 года. Гаагская конвенция о праве, применимом к переходу права собственности в международной торговле товарами, 1958 года и Конвенция о праве, применимом к международной купле-продаже, 1986 года. Конвенция о праве, применяемом к договорам с посредниками и представителями (агентским договорам), 1978 года.

В отличие от этих конвенций, содержащих единообразные нормы кол­лизионного характера, в 1964 году в Гааге была заключена Конвенция об единообразном законе о международной купле-продаже товаров, призван­ная ввести в странах ее участницах унифицированные материальные нормы в области внешнеторговой купли-продажи.

Эти конвенции, так же как и подписанная в Гааге Конвенция о заклю­чении договоров международной купли-продажи 1964 года, не получили широкого применения.

В 1980 году на конференции в Вене была подписана Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (см. гл. 8). В 1997 году в Венской конвенции 1980 года участвовало 48 государств, в том числе многие торговые партнеры России (в частности, ФРГ, КНР, Фран­ция, США, Италия, Финляндия, Испания и др., из стран СНГ (кроме Рос­сии) Украина, Белоруссия, Грузия, Молдавия). Конвенция призвана заме­нить собой указанные выше Гаагские конвенции 1964 года. Она вступила в силу с 1 января 1988 г.

В 1974 году в Нью-Йорке была заключена Конвенция об исковой дав­ности в международной купле-продаже товаров, а в 1980 году Допол­нительный протокол к ней, который привел некоторые положения этой


§ 2. Мемоународные договоры                     55

конвенции в соответствие с Конвенцией ООН о договорах международной купли-продажи товаров. В 1983 году на конференции в Женеве была за­ключена Конвенция о представительстве при международной купле-про­даже товаров, а в 1988 году на конференции в Оттаве Конвенция о международном финансовом лизинге и Конвенция о международном дого­воре факторинга.

В области международных расчетов основными соглашениями являют­ся конвенции ЮНСИТРАЛ о международном переводном векселе и о международном простом векселе от 9 декабря 1988 г.

Большое число государств участвует в важных многосторонних кон­венциях по вопросам иностранных инвестиций: в Конвенции об урегули­ровании инвестиционных споров между государствами и членами других государств 1965 года, заключенной в Вашингтоне (в конвенции участвует более 85 государств, Россия подписала ее, но не ратифицировала), в Кон­венции об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвести­ций 1991 года, заключенной в Сеуле (конвенцию подписало 131 государ­ство, Россия ратифицировала ее).

Многочисленные многосторонние соглашения были заключены по раз­личным вопросам торгового мореплавания. К их числу относятся две кон­венции 1910 года: Конвенция для объединения некоторых правил относи­тельно столкновения судов и Конвенция для объединения некоторых пра­вил относительно оказания помощи и спасания на море. Заключение этих конвенций положило начало целой серии Брюссельских конвенций по морскому праву, подготовленных ММК и принятых на дипломатических конференциях в Брюсселе. Важнейшие из них Конвенция об унифика­ции некоторых правил о коносаменте 1924 года и протокол к ней 1968 года; Конвенция об ограничении ответственности собственников морских судов 1957 года; Конвенция об унификации некоторых правил относитель­но ответственности, вытекающей из столкновения судов внутреннего пла­вания, 1960 года. На конференции в Гамбурге была подписана Конвенция ООН о морской перевозке грузов 1978 года (Гамбургские правила). В ре­зультате деятельности ЮНКТАД в Женеве в 1974 году была подписана Конвенция о Кодексе поведения линейных конференций. Унификация ряда норм, регулирующих воздушную перевозку, осуществлена путем заключе­ния Варшавской конвенции 1929 года, дополненной Гаагским протоколом 1955 года и Гватемальским протоколом 1971 года. Россия является участ­ницей этой конвенции.

В области регулирования вопросов железнодорожного транспорта имеются Бернские международные конвенции о железнодорожных пере­возках грузов и о железнодорожных перевозках пассажиров и багажа, ко­торые в 1980 году были объединены и приняты в новой редакции как еди­ное соглашение (вступило в силу с 1 мая 1985 г.).


56


Глава 2 Источники меяцународного частного права


 


Основным соглашением по вопросам перевозок грузов в международ-ном автомобильном сообщении является Женевская конвенция о догово­ре международной перевозки грузов автомобильным транспортом 1956 года (РФ ее участница). В 1980 году была принята Конвенция ООН о международных смешанных перевозках грузов.

По вопросам торгового арбитража имеется ряд соглашений. Важней­шие из них Нью-Йоркская конвенция о признании и приведении в ис­полнение иностранных арбитражных решений 1958 года и Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 года (см. гл. 18). РФучастница этих соглашений. В 1975 году была заключена Межамерикан­ская конвенция о 'международном коммерческом арбитраже.

В самостоятельную группу входят многочисленные международные со­глашения по вопросам интеллектуальной собственности. К их числу отно­сится Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 года (см. гл. 13). Советский Союз присоединился к конвенции в 1965 году. 23 декабря 1977 г. СССР ратифицировал Договор о патентной ко­операции 1970 года. Эти соглашения действуют для России, Украины, Бе­лоруссии и других государств СНГ.

В отношениях между государствами участниками СНГ с 1 января 1996 г. действует Евразийская патентная конвенция.

Соглашением в области авторского права является Бернская конвен­ция об охране литературных и художественных произведений 1886 года, пересмотренная, в частности, на дипломатических конференциях в Сток­гольме в 1967 году и Париже в 1971 году. Россия участвует в этой кон­венции с 1995 года (см. гл. 12).

Другим многосторонним соглашением в этой области является Все­мирная конвенция об авторском праве 1952 года (заключена в Женеве, дополнена на конференции в Париже в 1971 г.). Советский Союз присо­единился к ней в 1973году(см. гл. 12). РФ участвует в редакции 1971 года.

Кроме того, СССР присоединился к Мадридской конвенции о между­народной регистрации товарных знаков 1891 года (в 1976 г.), ратифици­ровал (в 1980 г.) Будапештский договор о международном признании де­понирования микроорганизмов для целей патентной процедуры 1977 года, участвовал в ряде других соглашений в области охраны интеллектуальной собственности. Участниками всех этих соглашений являются Россия, а также другие государства СНГ.

Хотя Россия и не участвует в ряде конвенций в области международного частного права, и прежде всего в разработанных Гаагскими конференциями по международному частному праву, для последних лет несомненна тенден­ция повышения роли СССР, а затем и России в разработке важнейших международных соглашений в этой области. РФ активно участвует в работе ЮНСИТРАЛ, Европейской экономической комиссии, ЮНКТДД, ЮНЕСКО, ВОИС и других организаций по подготовке проектов такого рода.


§ 2. Международные договоры                     57

Специально следует остановиться на таком многостороннем докумен­те, как Общие условия поставок между внешнеторговыми организациями стран членов СЭВ(ОУП СЭВ). ОУП СЭВ 1968/1988 годов по своему содержанию являются унифицированными материальными нормами, ре­гулирующими все основные вопросы внешнеторговых сделок. Наряду с материальными нормами внешнеторговой купли-продажи в ОУП СЭВ со­держится и коллизионная норма, отсылающая к материальному праву страны продавца (§122 ОУП СЭВ 1968/1988 гг.). ОУП СЭВ вступили в силу в соответствии с порядком, предусмотренным Уставом СЭВ. После того как каждая из стран членов СЭВ одобрила ОУП СЭВ и сделала их внутренними актми, они приобрели обязательную силу в отношениях между, этими государствами в качестве многостороннего соглашения. После ликвидации СЭВ, как и другие разработанные СЭВ документы, ОУП СЭВ, как правило, уже не имеют обязательной силы, но продолжают применяться по усмотрению сторон {подробнее см. гл. 8).

Конвенция о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества, от 26 мая 1972 г., так называемая Московская арбитраж­ная конвенция 1972 года, сохранила свое действие лишь для нескольких стран (см. гл. 18).

Из многочисленных конвенций регионального характера в области международного частного права следует отметить прежде всего Кодекс Бустаманте, названный по имени его составителя известного кубинско­го юриста. Кодекс, состоящий из 437 статей, представляет собой наиболее детально разработанный международный договор по вопросам междуна­родного частного права. Он был принят в 1928 году на VI Панамерикан­ской конференции и ратифицирован 15 странами Центральной и Южной Америки.

Кодекс состоит из вступительного раздела и четырех книг (междуна­родное гражданское право, международное торговое право, международ­ное уголовное право, международное процессуальное право). Кодекс был одобрен в полном объеме Кубой, Гватемалой, Гондурасом, Панамой и Перу, четыре страны сделали оговорки в отношении конкретных статей (Бразилия, Гаити, Доминиканская Республика и Венесуэла), такие стра­ны, как Боливия, Коста-Рика, Чили, Эквадор и Сальвадор, при ратифика­ции сделали общую оговорку о том, что кодекс не применяется в случае его противоречия в настоящем или в будущем их внутреннему праву, что сделало их отношение к конвенции весьма символичным. Аргентина, Ко­лумбия, Мексика, Парагвай и США отказались подписать конвенцию, причем США сослались на то, что в компетенцию федерального прави­тельства не входит подписание соглашений по вопросам частного права, которые относятся исключительно к компетенции штатов.


58                        Глава 2 Источники международного частного права

Развитие интеграционных процессов привело к заключению соглаше­ний, действующих в отношениях ме>кду членами той или иной группировки государств. В частности, ряд соглашений был заключен между страна­ми членами ЕС (ранее ЕЭС). К числу таких соглашений относится прежде всего Римская конвенция 1980 года о применении права к дого­ворным обязательствам. Она вступила в силу для Бельгии, Великобрита­нии, Дании, Греции, Франции, ФРГ, Ирландии, Италии, Люксембурга, Нидерландов, Португалии.

В 1968 году страны члены ЕЭС заключили Брюссельскую конвен­цию о подсудности и исполнении судебных решений (новая редакция 1979 г.). Европейские государства, входящие в ЕАСТ, заключили в 1980 году в Лугано соглашение о подсудности и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам. С 1 января 1992 г. оно вступило в силу в отношениях между Францией, Нидерландами и Швейцарией. Тем самым положения Брюссельской конвенции ЕЭС 1968 года были распростране­ны на Швейцарию, входящую в ЕАСТ.

В 1968 году страны члены ЕЭС заключили Брюссельскую конвен­цию о взаимном признании компаний.

Европейская конвенция о государственном иммунитете 1972 года всту­пила в силу в 1976 году (в 1992 г. действовала для Австрии, Бельгии, Ве­ликобритании, Кипра, Люксембурга, Нидерландов, ФРГ, Швейцарии).

Начиная с 1975 года каждые три года проводятся конференции по меж­дународному частному праву стран американского континента. На первой конференции (1975 г.) в Панаме были приняты шесть конвенций, на вто­рой (1979 г.) в Монтевидео семь конвенций по различным вопросам международного частного права.

На конференции в Ла-Пасе в 1984 году были приняты четыре конвен­ции (межамериканские конвенции о право- и дееспособности юридических лиц в международном частном праве, о коллизионных нормах, касающихся усыновления несовершеннолетних, о юрисдикции и экстерриториальном действии иностранных судебных решений, дополнительный протокол к межамериканской конвенции о сборе доказательств за рубежом). На кон­ференции в Монтевидео в 1989 году были приняты три конвенции (об обя­занности содержания лиц, о возвращении из других стран несовершенно­летних, о международных перевозках грузов автотранспортом).

На пятой конференции в 1994 году в Мехико была принята межамери­канская конвенция о праве, применимом к международным контрактам. Конвенция состоит из 30 статей, для которых характерен подход, значи­тельно отличающийся от европейского, отраженного в Гаагских конвен­циях 1955, 1978 и 1986 годов.

Для развивающихся стран при отсутствии правового регулирования в ряде областей характерен интерес к проведению международной унифика­ции как регионального, так и универсального характера. Так, в 1962 году


§ 3. Внутреннее законодательство                       59

в Либревиле было подписано соглашение о создании Афро-Малагасий­ского ведомства промышленной собственности (ОАМПИ), предусматри­вающее единые нормы для охраны изобретений, регистрации товарных знаков и промышленных образцов. Это соглашение было пересмотрено и дополнено в 1977 году. В 1978 году аналогичное соглашение было заклю­чено группой других африканских государств, бывших английских коло­ний.

Афро-Азиатский правовой консультативный комитет принял Типовое соглашение для двусторонних соглашений о правовой помощи и доказа­тельствах.

Особое место занимают многочисленные многосторонние соглашения, заключенные по различным вопросам между государствами, входящими в СНГ. К их числу наряду с указанной выше Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года относится Соглашение о порядке разрешения споров, связан­ных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 20 марта 1992 г. Соглашение распространяется на вопросы разрешения дел, вытекающие из договорных и иных гражданско-правовых отношений между хозяйству­ющими субъектами, из их отношений с государственными и иными орга­нами. Соглашение регулирует также вопросы исполнения решений по таким делам. 9 октября 1992 г. было подписано соглашение о принципах сближения хозяйственного законодательства государств участников

Содружества.

В качестве примеров можно привести также Соглашение от 6 июля

1992 г., которым было утверждено Положение об Экономическом суде СНГ, Соглашение о порядке транзита от 8 февраля 1992 г., Соглашение о сотрудничестве в области инвестиционной деятельности от 24 декабря

1993 г., Конвенцию о защите прав инвесторов от 28 марта 1997 г.

Заключение международных конвенций, широкий охват регулируемых ими вопросов привели к тому, что в ряде областей основным источником международного частного права становится международный договор. Эта тенденция характерна для экономического и научно-технического сотруд­ничества, регулирования железнодорожных, воздушных, автомобильных перевозок, авторского и патентного права.

§ 3. Внутреннее законодательство

1. Внутреннее законодательство это один из основных источников международного частного права в России. Прежде чем перейти к обзору этого законодательства, необходимо обратить внимание на то, что Рос­сия это федеративное государство.


60                        Глава 2 Источники менздународного частного права

Согласно Конституции 1993 года, в ведении РФ находятся, в частности, валютное, кредитное, таможенное регулирование, внешняя политика, международные договоры РФ, внешнеэкономические отношения РФ, гражданское, гражданско-процессуальное и арбитражно-процессуальное законодательство; правовое регулирование интеллектуальной собствен­ности; федеральное коллизионное право.

В совместном ведении РФ и ее субъектов находятся координация меж­дународных и внешнеэкономических связей субъектов РФ, выполнение международных договоров.

Особое значение для международного частного права имеют положе­ния Конституции о том, что общепризнанные принципы и нормы между­народного права и международные договоры России являются составной частью ее правовой системы, о примате правил международного договора в случае их расхождения с правилами внутреннего законодательства (п. 4 ст. 15), о поддержке конкуренции и свободе экономической деятельности (п. 1 ст. 8), о праве на осуществление предпринимательской и иной не за­прещенной законом экономической деятельности (п. 1 ст 34), об охране законом частной собственности (ст. 35), о защите и покровительстве за границей российских граждан (ст. 61), о правах иностранных граждан и о возможности двойного гражданства (ст. 62) и др.

Давая характеристику внутреннего законодательства как источника международного частного права, необходимо обратить внимание на то, что в России и в других странах СНГ, в отличие, например, от Австрии, Вен­грии, Польши, Румынии, Турции, Чехословакии, Швейцарии, Югославии, не принимался специальный закон по вопросам международного частного права, а имеется ряд законодательных актов, содержащих нормы в этой области. Число таких норм в последние годы растет.

Закон о гражданстве РФ от 28 ноября 1991 г. (с изменениями 1993 г. и 1995 г.) содержит, в частности, правила о сохранении гражданства Рос­сии при заключении и расторжении брака (ст. 6), о возможности двойного гражданства (ст. 3), о гражданстве детей (ст. 13—17, 25—31) и другие положения, непосредственно связанные с вопросами международного частного права.

Важное значение для международного частного права сохраняет Закон СССР о правовом положении иностранных граждан, принятый 24 июня 1981 г. с изменениями, внесенными Федеральным законом РФ от 15 ав­густа 1996 г. В нем формулируются как общие принципы правового поло­жения иностранных граждан в стране, так и правила по вопросам трудовой деятельности, отдыха, охраны здоровья, социального обеспечения, предо­ставления жилища, имущественных и личных неимущественных прав, по­лучения образования, брачных и семейных отношений и др.

В России принят новый ГК, который призван закрепить экономические отношения, складывающиеся в условиях перехода к рыночной экономике.


§ 3 Внутреннее законодательство                       61

Принятый ГК состоит из двух частей. Часть первая вступила в силу с 1 января 1995 г., часть вторая с 1 марта 1996 г. Проект части третьей был подготовлен в 1997— 1998 годах. Положения нового ГК имеют суще­ственное значение для регулирования гражданско-правовых отношений с иностранным элементом. Согласно его ст. 2, «правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом». Естественно, что эти правила не будут применяться к отношениям с участием иностран­ных граждан и иностранных юридических лиц, если это будет установлено международным договором.

Существенное значение для регулирования внешнеторговых связей имеют положения общей части обязательственного права, содержащиеся в части первой ГК (ст. 307—453), и положения об отдельных видах обя­зательства части второй (ст. 454—1109). На формирование положе­ний части второй ГК определенное влияние оказали международные кон­венции, подготовленные ЮНСИТРАЛ, УНИДРУА и другими междуна­родными организациями и направленные на международную унификацию в соответствующей области (Венская конвенция о договорах международ­ной купли-продажи товаров и др.), а также правила о документальных ак­кредитивах.

В третьей части ГК имеется в виду поместить специальный раздел «Международное частное право», состоящий из двух глав «Общие по­ложения» и «Коллизионные нормы». В отличие от ранее действовавшего законодательства число предлагаемых правил, относящихся к области международного частного права, увеличивается. В ряде случаев меняется их содержание. Впервые предлагается включить положения по таким во­просам, как обратная отсылка и отсылка к праву третьей страны, послед­ствия обхода закона, регистрация актов гражданского состояния россий­ских граждан вне пределов РФ, признание документов, выданных органа­ми иностранного государства в удостоверение актов гражданского состо­яния, применение права в случаях опеки и попечительства, признание ино­странных граждан безвестно отсутствующими и объявлении их умершими, национальный режим деятельности иностранных юридических лиц в РФ, применение права при защите личных неимущественных прав, а также по вопросам применения права к отношениям с участием государства и к от­ношениям в области интеллектуальной собственности.

В РФ с 3 августа 1992 г. действуют Основы гражданского законода­тельства 1991 года. В Основах содержатся нормы международного част­ного права как по общим, так и по специальным вопросам: основания при­менения иностранного права (ст. 156); установление содержания ино­странного права (ст. 157); ограничения применения иностранного права (ст. 158); исковая давность (ст. 159); правоспособность и дееспособность


62                         Глава 2. Источники международного частного права

иностранных граждан и лиц без гражданства (ст. 160); правоспособность иностранных юридических лиц (ст. 161); ответные ограничения правоспо­собности (ст. 162); защита личных неимущественных прав (ст. 163); право собственности (ст. 164); сделки и доверенность (ст. 165); обязательства вследствие причинения вреда (ст. 167); неосновательное обогащение (ст. 168); наследственное право (ст. 169); международные договоры (ст. 170).

Правила в области международного частного права содержатся также в СК РФ. В его разд. VII «Применение семейного законодательства к се­мейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без граждан­ства» содержатся положения по вопросам заключения и признания браков (ст. 156—159), расторжения браков (ст. 160), применения права при оп­ределении личных неимущественных и имущественных прав и обязаннос­тей супругов (ст. 161), определения прав и обязанностей родителей и детей (ст. 163), установления и оспаривания отцовства (ст. 162), алимент­ных обязательств (ст. 164). В этом же разделе определяется порядок усы­новления иностранными гражданами ребенка, являющегося гражданином РФ, и гражданином РФ ребенка-иностранца, содержатся положения об установлении содержания норм иностранного семейного права (ст. 166) и об ограничении применения норм иностранного семейного права (ст. 167).

Следует отметить, что наряду с положениями СК РФ об усыновлении сам порядок усыновления определяется постановлением Правительства РФ от 15 сентября 1995 г., согласно которому усыновление иностранцами детей, являющихся российскими гражданами, допускается только в том случае, если не имеется возможности усыновления такого ребенка россий­скими гражданами.

Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных рес­публик 1961 года определяли гражданские процессуальные права ино­странных граждан, иностранных предприятий и организаций, а также лиц без гражданства (ст. 59, 60); устанавливали правила о предъявлении исков к иностранным государствам-и юрисдикции в отношении аккредито­ванных в стране дипломатических представителей иностранных государств (ст. 61); содержали правила об исполнении судебных поручений иностран­ных судов, о порядке обращения советских судов с поручениями к ино­странным судам (ст. 62) и об исполнении решений иностранных судов и арбитражей (ст. 63).

Указами Президиума Верховного Совета СССР от 16 мая 1977 г. и 9 октября 1979 г. в Основы гражданского судопроизводства были внесены дополнения и изменения. В Основы дополнительно включено правило об определении подсудности судам СССР гражданских дел по спорам, в ко­торых участвуют иностранные граждане, лица без гражданства, иностран­ные предприятия и организации, а также по которым хотя бы одна из сто­рон проживает за границей (ст. 60'). Были внесены некоторые изменения


§ 3. Внутреннее законодательство                       63

в ст. 4 (о рассмотрении в судах дел с участием иностранцев) и в ст. 60 (в отношении права обращения в суды и процессуальных прав лиц без гражданства).

21 июня 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР принял указ «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитра­жей» и постановление «О мерах по выполнению международных догово­ров СССР о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам».

Эти нормы воспроизводятся в ГПК РСФСР и в кодексах других стран СНГ. В ГПК РСФСР в октябре 1995 г. был внесен ряд изменений.

Существенное значение имеют положения Закона об арбитражных судах РФ 1995 года и АПК РФ. В последний акт впервые в России внесен раздел о производстве по делам с участием иностранных лиц. В этом раз­деле содержится положение о процессуальных правах иностранных лиц (ст. 210), о судопроизводстве по делам с участием иностранных лиц (ст. 211), о компетенции арбитражных судов в РФ по делам с участием иностранных лиц (ст. 212), о судебном иммунитете (ст. 213), о процессу­альных последствиях рассмотрения судом иностранного государства дела по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основа­ниям (ст. 214), о судебных поручениях (ст. 215). Кроме того, в этом кодек­се содержатся правила по вопросу установления существования и содер­жания норм иностранного права (ст. 12).

В Основах законодательства РФ о нотариате 1993 года определяются нотариальные действия, совершаемые консульскими учреждениями РФ, решаются вопросы применения иностранного права при совершении но­тариальных действий; регулируются вопросы принятия нотариусом доку­ментов, составленных за границей, обеспечения доказательств, требую­щихся для ведения дел в органах других государств.

Основным законодательным актом в области внешней торговли явля­ется Федеральный закон РФ от 13 декабря 1995 г. «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности». В нем определены основы государственного регулирования внешнеторговой деятельности, порядок ее осуществления российскими и иностранными лицами, права, обязан­ности и ответственность органов государственной власти в РФ и ее субъ­ектах в этой области. Для регулирования в области международного част­ного права существенное значение имеют положения этого закона, опре­деляющие понятие «внешнеторговой деятельности» (ст. 2), правовое по­ложение российских и иностранных лиц, как участников внешнеторговой деятельности (ст. 10), положения о регулировании этой деятельности (ст. 12 и др.), о представительствах иностранных юридических лиц (ст. 30), об ответных мерах по защите экономических интересов российского госу­дарства, субъектов РФ, муниципальных объединений и российских лиц (ст. 34). До принятия этого закона регулирование в данной области осу-


64                        Глав а 2 Источники международного частного права

ществлялось на основе многочисленных указов Президента РФ, постанов­лений Правительства и других актов.

Законы о регулировании внешнеэкономической деятельности были приняты также отдельными субъектами РФ. В качестве примера можно провести Закон от 11 июля 1996 г. «О внешнеторговой деятельности в Республике Татарстан». Особенностью этого закона является, в частнос­ти, определение полномочий Татарстана в области регулирования внеш­неторговой деятельности (ст. 2). Отметим также, что предусматривается возможность открытия представительств иностранных юридических лиц в Республике Татарстан (ст. 13).

В России были приняты законы, непосредственно относящиеся к об­ласти инвестиционной деятельности. Это Закон об иностранных инвести­циях в РСФСР 1991 года. Закон о валютном регулировании 1992 года, Таможенный кодекс 1993 года, Закон о соглашениях о разделе продукции от 30 декабря 1995 г.. Закон о Центральном банке РФ 1995 года. Закон о банках и банковской деятельности в редакции Закона от 3 февраля 1996 г., указы Президента и постановления Правительства по вопросам государ­ственного регулирования внешнеэкономической деятельности.

Отдельные положения международного частного права содержатся в Законе РФ о международном коммерческом арбитраже от 7 июля 1993 г. Законом регулируются вопросы, касающиеся арбитражных соглашений, определения состава третейского суда, его компетенции, порядка ведения разбирательства, признания и приведения в исполнение арбитражных ре­шений.

Нормы международного частного права содержатся и в ряде законов общего характера: Законе о залоге 1992 года. Законе о недрах от 21 фев­раля 1992 г. (в редакции от 8 февраля 1995 г.), Патентном законе от 23 сентября 1992 г., Законе о товарных знаках, знаках обслуживания и на­именованиях мест происхождения товаров от 23 сентября 1992 г.. Законе об авторском праве и смежных правах от 9 июля 1993 г. и других законо­дательных актах.

2. Необходимо остановиться особо на законодательстве в области меж­дународного частного права в отдельных государствах. Как уже говори­лось, в Австрии, Венгрии, Китае, Польше, Румынии, Турции, Чехослова­кии, Швейцарии, Югославии приняты специальные законы в этой облас­ти. В других странах соответствующие нормы содержатся в различных за­конодательных актах.

В Австрии в Законе о международном частном праве, принятом 15 июня 1978 г. (вступил в силу 1 января 1979 г.), содержатся детальные пра­вила по различным вопросам (личный закон, семейное право, право на­следования, вещное право, право на нематериальные блага, обязательст­венное право, в том числе трудовой договор, неосновательное обогащение, обязательства из причинения ущерба), а также положения общего харак-


§ 3. Внутреннее законодательство                       65

тера в отношении применения права, установившие коллизионную при­вязку к праву, с которым «фактические ситуации с иностранным элемен­том» наиболее тесно связаны.

В Венгерской Республике Закон о международном частном праве был принят в 1979 году. В главе I «Общие положения» этого закона регули­руются вопросы квалификации, обратной отсылки, установления содер­жания иностранного права, взаимности, публичного порядка. Глава II по­священа лицам (гражданам, государству как субъекту правоотношений, юридическим лицам); гл. Ill — праву интеллектуальной собственности;

гл. IV — праву собственности; гл. V — обязательствам; гл. VI — насле­дованию; гл. VII — семейному праву; гл. VIII — трудовому праву;

гл. IX — вопросам юрисдикции; гл. Х правилам процесса; гл. XI — признанию и исполнению решений иностранных судов и других органов. Этот закон вступил в силу 1 июня 1979 г.

В Китайской Народной Республике 21 марта 1985 г. был принят Закон о международных хозяйственных договорах. Он подлежит примене­нию ко всем внешнеторговым и иным внешнеэкономическим договорам, заключаемым китайскими организациями с иностранными контрагентами, то есть его можно отнести к актам «прямого действия», призванным не­посредственно регулировать гражданско-правовые отношения с ино­странным элементом. Ряд норм закона имеет диспозитивный характер.

В Законе 1985 года содержатся общие правила о заключении договора, об условиях договора, его форме (предусматривается письменная форма), об исполнении договора и ответственности за его неисполнение (дается, в частности, определение форс-мажора), о порядке рассмотрения споров, сроках исковой давности и другие положения. В законодательстве КНР есть ряд актов, определяющих правовой режим инвестиций и совместных предприятий с участием иностранного капитала, а также предприятий, полностью принадлежащих иностранному капиталу, правовой режим осо­бых экономических зон, передачи технологии.

12 апреля 1986 г. были приняты Общие положения гражданского права КНР. Они вступили в силу 1 января 1987 г. В них содержится ряд коллизионных норм: о применении права по вопросам гражданской дее­способности (ст. 143), права собственности на недвижимое имущество (ст. 144), деликтных обязательств (ст. 146), семейных отношений (ст. 147), наследования (ст. 149).

В Польской Республике основным источником международного част­ного права является Закон о международном частном праве 1965 года, со­держащий коллизионные нормы гражданского, трудового и семейного права. Наряду с этим законом в Польше в области международного част­ного права действуют отдельные нормы, содержащиеся в Законе о воздуш­ном праве 1962 года. Законе о морском праве 1961 года и в ряде других

5-872


66


Глава 2 Источники международного частного права


 


актов. Вопросы процессуального характера подробно регулируются Граж­данским процессуальным кодексом 1964 года.

22 сентября 1992 г. был принял Закон о международном частном праве Румынии (вступил в силу 1 декабря 1992 г.). В нем содержится 183 статьи.

В Турции Закон о международном частном праве и процессе был принят в 1982 году (вступил в силу 22 декабря 1982 г.). Он состоит из 48 статей.

В Чехословакии Закон о международном частном и процессуальном праве был принят в 1963 году. Этот закон подробно регламентирует обя­зательственные, трудовые, наследственные и семейные отношения с ино­странным элементом, а также вопросы процессуального характера. Он со­хранил свое действие в Чехии.

Наряду с этим международные вопросы, касающиеся собственности, регулируются параграфами 729—755 Торгового кодекса Чехии 1991 года. С 1 января 1995 г. в Чехии действует новый Закон от 1 ноября 1994 г. об арбитраже в международных торговых отношениях и об исполнении ар­битражных решений.

Ранее действовавшие в ЧССР кодекс международной торговли 1993 г. и закон об арбитраже 1993 г. были отменены. На Украине действует Закон о внешней торговле 1991 года и § 423—428 ГК 1996 года.

Наиболее подробным является Закон о международном частном праве Швейцарии (200 статей) от 18 декабря 1987 г. Особенность структуры этого закона состоит в том< что каждый из его подразделов содержит пара­графы, регулирующие три основополагающих вопроса: юрисдикция, при­менимое право и исполнение иностранных решений, что делает его четким и стройным. В ст. 15 этого закона, как и в австрийском законе, предусмот­рена коллизионная привязка к праву, с которым обстоятельства дела свя­заны наиболее тесным образом. Закон Швейцарии наряду с общими по­ложениями в области международного частного права содержит положе­ния о месте жительства и месте пребывания физических и юридических лиц, гражданстве, признании и исполнении решений судов и других орга­нов иностранных государств. Специальные его главы посвящены статусу физических лиц, семейному праву, правам детей, опеке, наследованию, вещному праву, правам на нематериальные блага (интеллектуальная соб­ственность), обязательственному праву, праву товариществ, конкурсному производству, международной арбитражной подсудности. Таким образом, в этом законе содержатся нормы, обычно не включаемые в законодатель­ные акты подобного рода.

В Югославии Закон о разрешении коллизий между законом и нормами иностранного права в определенных правоотношениях был принят 15 июля 1982 г (вступил в силу с 1 января 1983 г.). Закон состоит из шести глав и 309 статей.

В первой главе (ст. 1—13) даются общие положения, касающиеся сферы действия закона, применения иностранного права (оговорка о пуб-


§ 3 Внутреннее законодательство                       67

личном порядке, установление содержания иностранного права и т.п.), действительности сделок, исковой давности, определения применимого права в отношении лиц с множественным гражданством и лиц без граж­данства.

Вторая глава (ст. 14—45) содержит коллизионные нормы о право- и дееспособности, опеке, признании лица умершим, праве собственности и других вещных правах, договорах, внедоговорной ответственности за при­чинение вреда, наследовании, заключении и расторжении брака, призна­нии его недействительным, о личных и имущественных отношениях супру­гов и лиц, находящихся в фактических брачных отношениях, об отноше­ниях между родителями и детьми, установлении отцовства и алиментиро-вании, а также об усыновлении.

Третья глава (ст. 46—85) посвящена компетенции судов и других ор­ганов страны по делам с иностранным элементом и положению иностран­цев в процессе (процессуальная дееспособность, учет судом процесса по тому же делу, ведущегося за границей, обеспечение иностранцами уплаты судебных расходов).

Четвертая глава (ст. 86—101) посвящена признанию и исполнению иностранных судебных и арбитражных решений.

Главы пятая (ст. 102—106) и шестая (ст. 107, 108) содержат некото­рые дополнительные и переходные положения. Этот закон с небольшими изменениями был введен в действие в Хорватии Законом от 26 июня 1991 г. Он действует также в Словении, Сербии, Черногории.

Остановимся на состоянии законодательного регулирования в области международного частного права в ряде других государств.

В действовавшем до 1986 года в ФРГ Вводном законе к Германско­му гражданскому уложению (ГГУ) содержалась определенная система коллизионных норм (ст. 7—31), однако в ней отсутствовали нормы по многим существенным вопросам (прежде всего в области обязатель­ственного права). С 1 сентября 1986 г. в ФРГ вступил в силу Закон о новом регулировании в области международного частного права от 25 июля 1986 г. (Закон о международном частном праве), которым были за­менены соответствующие статьи Вводного закона к ГГУ. Там имеются также нормы о подсудности в области семейного права. Одновременно в этот закон были включены правила Римской конвенции 1980 года о при­менении права к договорным обязательствам и проведен ряд других из­менений. Тем самым была установлена система коллизионных норм, предусматривающих применение права в отношении формы сделок, за­ключения и расторжения брака, прав детей, опеки и попечительства, на­следственного права, обязательственного и трудового права, процессу­альных вопросов.

Закон как источник международного частного права обычно имеет меньшее значение, чем судебная практика. Этим объясняется то об-


68                        Глава 2 Источники мея^дународного частного права

стоятельство, что отдельные нормы международного частного права во многих государствах Запада содержатся в различных законода­тельных актах, однако эти положения малочисленны. Во Франции в Гражданском кодексе 1804 года (так называемом Кодексе Наполеона) имеется ряд статей, относящихся к правам иностранцев. Есть и другие нормативные акты в этой области. Во Франции еще в 1959 году был подготовлен первый проект закона по международному частному праву. В 1969 году на его основании появился новый проект такого закона. Проект исходит из принципов, выработанных судебной прак­тикой, и в то же время оставляет за судами достаточно широкую воз­можность для дальнейшего формулирования правил в области между­народного частного права.

В Италии 31 мая 1995 г. принят Закон о реформе итальянской систе­мы международного частного права (вступил в силу 2 сентября 1995 г.).

В княжестве Лихтенштейн с 1 января 1997 г. вступили в силу два закона: Закон о международном частном праве и Закон о лицах и товари­ществах, регулирующий международное право о хозяйственных обществах и товариществах.

В Литве в 1994 году была принята новая редакция раздела ГК о кол­лизионных нормах.

В Эстонии в 1994 году были приняты Общие принципы Гражданского кодекса, раздел пятый которых содержит положения, касающиеся между­народного частного права.

В последние десятилетия в Великобритании в области международ­ного частного права, где ранее безраздельно господствовали судебная практика, судебный прецедент, определенное место начинает занимать за­конодательство. Это объясняется рядом факторов, прежде всего усилени­ем вмешательства государства в хозяйственную жизнь, в том числе и во внешнеэкономической сфере. Существенное значение имело вступление Великобритании в ЕЭС, что сделало необходимым издание ряда законода­тельных актов с целью имплементации конвенций Европейского сообще­ства в английское право.

За сравнительно непродолжительный период времени в Великобрита­нии были приняты законы об арбитраже 1975 года и 1996 года, Закон о завещениях 1963 года. Закон об усыновлении 1968 года, Закон о при­знании судебных решений о разводе и раздельном жительстве супругов

1971 года, Закон о доказательствах при судопроизводстве и других юрис-дикциях 1975 года, а также ряд законов, регулирующих морские, желез­нодорожные и автомобильные перевозки, и др. Особый интерес представ­ляет Закон о государственном иммунитете 1978 года, принятый в со­ответствии с Европейской конвенцией о государственном иммунитете

1972 года.


§ 3 Внутреннее законодательство                       69

В США и Великобритании определенное значение имеют частные ко­дификации, составленные на основе обобщения судебных прецедентов. Наиболее известная кодификация такого рода в Англии содержится в курсе Дайси, а в США в составленном в 1934 году Американским ин­ститутом права «Своде законов о конфликте законов» на основе трехтом­ного курса Биля и во втором «Своде законов о конфликте законов», вы­шедшем в 1971 году.

В отдельных штатах США приняты законы в этой области. Так, в штате Луизиана в 1991 году был принят Закон о международном частном праве (вступил в силу со 2 января 1992 г.).

В провинции Квебек (Канада) с 1 января 1995 г. вступила в силу книга Х нового Гражданского кодекса, представляющая собой кодификацию по­ложений международного частного права (включая международный граж­данский процесс).

Не умаляя значения судебной и арбитражной практики как источника международного частного права, следует отметить тенденцию к созданию в этой области законодательных норм. Кодификационные работы в этой области ведутся наряду с Францией и в других государствах Запада (в Бельгии,Нидерландах).

Новые правила в области международного частного права были приняты в Японии в 1989 году (вступили в силу с 1 января 1990 г.), в Испании в 1974 году (ст. 8—12 Вводного закона к Гражданскому кодексу).

В ряде развивающихся стран (например, Сирии, Египте, Ираке, Ал­жире, Перу) коллизионные нормы содержатся в гражданских кодексах. Так, в Гражданском кодексе Алжира коллизионные нормы имеются в ст. 9—24 (применение права при определении вопросов личного статуса лица, в области права собственности и обязательств, применение закона страны гражданства мужа в случаях расторжения смешанных браков и др.). Коллизионные нормы включены в ст. 2046—2111 Гражданского ко­декса Перу 1984 года.

Наряду с коллизионными нормами в гражданских кодексах развиваю­щихся стран содержатся правила, направленные на освобождение эконо­мики этих стран от влияния иностранного капитала (правила о правовом положении иностранных компаний). В Индии значительное место в каче­стве источника международного частного права сохраняется за судебной практикой.

В большинстве африканских государств в целях правового регули­рования иностранных капиталовложений приняты специальные инвести­ционные законы и кодексы. В инвестиционных кодексах определяются правовое положение смешанных предприятий, правила национализации частной иностранной собственности, перевода прибылей, положения об арбитраже и т.д. Большое значение имеют принятые в ряде латиноаме-


70                        Глава 2. Источники международного частного права

риканских государств (Мексике, странах Андской группы) специальные законы о приобретении иностранной технологии.

§ 4. Судебная и арбитражная практика

В ряде стран Запада незначительное количество законодательных норм в области международного частного права связано с тем значением, какое имеет там третий вид источников международного частного права су­дебная и арбитражная практика. Под судебной практикой понимаются проводимые в решениях взгляды судей на какой-либо правовой вопрос, имеющие руководящее значение при решении судами аналогичных вопро­сов в дальнейшем. Этот источник права характерен для ряда государств, причем в некоторых из них он является основным. Такое положение суще­ствует в Великобритании и частично в США. В Великобритании действует система судебных прецедентов.

Сущность судебного прецедента состоит в придании нормативного ха­рактера решению суда по конкретному делу. Для признания судебной практики источником права, то есть, иными словами, для того, чтобы су­дебное решение приравнять с законом, необходимо наличие независимого суда и высокого профессионального уровня судей.

Система прецедентов в этих странах имеет, таким образом, решающее значение.

Под арбитражной практикой в области международного частного права понимаются не практика государственных арбитражных судебных органов, а практика третейских судов, практика так называемого международного коммерческого арбитража (см. гл. 18).

В России судебная практика обычно не рассматривается как источник права, хотя постановления Пленумов Верховного Суда РФ и ВАС РФ обя­зательны для соответствующих судов.

Судебная практика не является и источником международного частного права, но в то же время для толкования норм в процессе их применения значение судебной, а в области международного частного права особенно арбитражной практики несомненно.

§ 5. Обычаи

Международные обычаи, основанные на последовательном и длитель­ном применении одних и тех же правил, наша доктрина и практика рас­сматривают в качестве источников международного публичного, а также международного частного права.


§ 5 Обычаи                           71

Обычаи это правила, которые сложились давно, систематически применяются, хотя и нигде не зафиксированы. Этим обычай отличается от нормы закона.

Обычаи, в основе которых лежат принципы суверенитета и равенства государств, обязательны для всех стран; что же касается других обычаев, то они обязательны для того или иного государства в случае, если они им в какой-либо форме признаны.

Кроме международно-правовых обычаев имеются торговые обычаи, которые широко применяются странами в международной торговле и в об­ласти торгового мореплавания. То, что в нашей стране обычаи признаются в качестве источника международного частного права, проявилось, в част­ности, в следующем: постоянный арбитражный орган МКАС (ранее именовавшийся Внешнеторговой арбитражной комиссией ВТАК) при разрешении споров учитывает торговые обычаи. В Законе о международ­ном коммерческом арбитраже 1993 года предусмотрено, что третейский суд принимает решение с учетом того, что этот суд разрешает споры на основе торговых обычаев (п. 3 ст. 28).

Принятые в международной торговой практике обычаи применяются арбитражным судом в тех случаях, когда это обусловлено в договоре, из которого возник спор, и тогда, когда к обычаям отсылает норма права, под­лежащего применению к спорному правоотношению, а также если приме­нение обычая основывается на положениях международного договора, действующего в отношениях между государствами, к которым принадле­жат стороны в споре. Кроме того, в арбитражной практике допускается применение торговых обычаев и в случаях, когда в нормах права, подле­жащего применению к спорному вопросу, не содержится необходимых указаний, а обращение к торговому обычаю вытекает из характера усло­вия, относящегося к спору, например условия, обозначенного одним из распространенных в международной торговле терминов «франке», «фоб», «сиф» и т.п. Вследствие расхождения в содержании торговых обычаев, применяемых в отдельных странах, в практике МКАС принимается во вни­мание (при установлении содержания обычая) опыт внешнеторговых от­ношений между соответствующими странами и практика применения сто­ронами обычно принятых в торговых отношениях условий, связанных с обычаем, необходимость в обращении к которому возникла при разбира­тельстве спора.

От обычаев следует отличать обыкновения, складывающиеся в прак­тике торговых сделок и определяющие детали этих сделок. С торговыми обыкновениями приходится сталкиваться в области морских перевозок. Они складываются, например, в портах. Обыкновения могут регулировать взаимоотношения сторон только в тех случаях, когда стороны в той или иной форме признали необходимым применение обыкновений какого-либо морского порта.


72                        Глава 2 Источники международного частного права

Более широкий подход по вопросу о применении обычаев был проявлен в России при принятии нового ГК. Согласно его ст. 5 обычаи (в ГК при­менен термин «обычаи делового оборота») фактически признаны вспомо­гательным источником права.

Под обычаем делового оборота ГК понимает сложившееся (достаточно определенное в своем содержании) и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не пред­усмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе (опубликование в печати, изложение во всту­пившем в законную силу решении суда по конкретному делу, содержащему сходные обстоятельства, и т.д. см. п. 4 постановления Пленума Вер­ховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ № 6/8 от 1 июля 1996 г. «О неко­торых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского ко­декса Российской Федерации»).

Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового обо­рота, применимыми к отношениям сторон (ч. 5 ст. 421 ГК РФ). В инфор­мационном письме Президиума ВАС РФ от 25 декабря 1996 г. было об­ращено внимание арбитражных судебных органов на применение обычаев в сфере международной торговли, в частности, на использование форму­лировки ИНКОТЕРМС, если стороны договорились об этом. В конкрет­ном случае, рассмотренном арбитражным судом, стороны {российское ак­ционерное общество и английская фирма) договорились о том, что постав­ка продукции будет осуществляться на условиях «сиф» (морская перевоз­ка) в редакции «ИНКОТЕРМС — 90» (см. гл. 8).

МКАС в соответствии с Законом о международном коммерческом ар­битраже 1993 года (п. 3 ст. 28) и своим Регламентом (§ 13) учитывает тор­говые обычаи, применимые к конкретной сделке. При этом он применяет не только ИНКОТЕРМС, о которых говорилось выше и которые подлежат использованию при наличии ссылки на них в контракте, но и вообще обы­чаи, широко известные в международной торговле, о которых стороны знали или должны были знать, включая в контракт этот торговый термин.

В качестве примера приведем сформулированное М.Г. Розенбергом резюме к решению МКАС от 15 ноября 1995 г. по делу № 373/1994 «Поскольку в соответ­ствии с контрактом поставка должна была производиться на условиях СРТ (что оз­начает «перевозка оплачена до.. »), МКАС истолковал примененный сторонами международный торговый термин СРТ в соответствии с пониманием, принятым в международной коммерческой практике, и возложил на продавца неоплаченные им расходы по перевозке товаров по железной дороге до Москвы».

Таким образом, в России в качестве источников международного част­ного права признаются, во-первых, международные договоры и между­народные обычаи и, во-вторых, внутреннее законодательство и приме­няемые в РФ торговые обычаи. Ни судебная и арбитражная практика, ни


§ 5. Обычаи                            73

доктрина не рассматриваются у нас в качестве источника международного частного права.

Контрольные вопросы

1. В чем проявляется своеобразие источников международного частного права?

2. Какую роль играют в области международного частного права международные

договоры?

3. В отношениях с какими странами действуют договоры о правовой помощи?

4. В каких странах были приняты специальные законы о ме^вдународном частном праве?


Глава 3 ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

§ I. Коллизионный и материально-правовой методы регулирования. § 2. Место и роль материально-правовых норм в регулировании. § 3. Система коллизионных норм. § 4. Толкование и применение коллизионных норм. § 5. Оговорка о публичном порядке. § 6. Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим. § 7. Взаимность и реторсия

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.С., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 40—65; Лунц Л.А. Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С. 171—376; Лунц Л.А., Марышева Н.И„ Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 50—80; Лунц Л.А. Развитие советской доктрины по международному частному праву// Сов. государство и право. 1977. № 12. С. 48— 57; Он же. К вопросу о квалификации в международном частном праве // Сов. ежегодник международного права. 1979. М., 1980. С. 212—219; Корецкий В.М. Очерки англо-американской доктрины и практики международного частного права. М., 1948; Звеков В.П. К вопросу о соотношении материально-правового и коллизионного способов регулирования в международном частном праве // Сов. ежегодник международного права. 1973. М., 1975. С. 284—292; Лебедев С.Н. Унификация правового регулирования международных хозяйственных отношений:

некоторые обшле вопросы // Юридические аспекты внешнеэкономических свя­зей. М., 1979. С. 15—43; Маковский А.Л. Вопросы теории международно-дого­ворной унификации права и состав международного частного права // Материалы Торгово-промышленной палаты СССР. М., 1983. Вып. 34. С. 26—33; Сади­ков О.Н. Коллизионные нормы в современном международном частном праве // Сов. ежегодник международного права. 1982. М., 1983 С. 205—220; Он же. Им­перативные нормы в международном частном праве // Моск. журнал международ­ного права. 1992. № 2. С. 71—84; Международное частное право: Современные проблемы / Отв. ред. М.М. Богуславский. М., 1994. С. 145—196, 386—489;


§ 1. Коллизионный и материально-правовой методы регулирования        75

Ушаков НА. Режим наибольшего благоприятствования в международных отно­шениях. М., 1995; Доронина Н.Г. Унификация и гармонизация права в условиях экономической интатрации государств // Право и экономика. 1997. № 17—18. С.84—92.

§ 1. Коллизионный и материально-правовой методы регулирования

1. Отечественная доктрина исходит из того, что международному част-ному праву свойственны свои специфические приемы и средства регули­рования прав и обязанностей участников гражданских правоотношений международного характера. Речь идет о сочетании и взаимодействии двух методов: коллизионного и материально-правового. Известно, что именно первому методу международное частное право обязано своим возникнове­нием и дальнейшим развитием. В литературе по международному частному праву обычно отмечается, что при правоотношениях с иностранным эле­ментом всегда возникает так называемый коллизионный вопрос: необхо­димо решить, какой из двух коллидирующих (сталкивающихся) законов подлежит применению действующий на территории, где находится суд, рассматривающий дело, или иностранный закон, т.е. закон той страны, к которой относится иностранный элемент в рассматриваемом деле.

«Коллизия» латинское слово, означающее столкновение. Этот тер­мин носит условный характер. Образно говорят о коллизии законов и не­обходимости выбора межяу ними для объяснения хода рассуждении суда или иного лица, которые должны решить вопрос о применении права к правоотношению с иностранным элементом. Коллизионная проблемапроблема выбора права, подлежащего применению к тому или иному пра­воотношению, типична прежде всего для международного частного права. Если в других отраслях права вопросы коллизии законов имеют вто­ростепенное, подчиненное значение, то здесь именно коллизионная про­блема и ее устранение составляют основное содержание этой правовой от­расли, что отразилось, как известно, в том, что в ряде стран ее называют коллизионным правом.

Коллизия может быть устранена путем использования так называемых коллизионных норм, указывающих, право какого государства подлежит применению в том или ином государстве, в том или ином случае. Напо­мним, что речь идет об отношениях с иностранным (или международным) элементом. Необходимость коллизионных норм вызывается тем, что пра­вовые системы государств отличаются друг от друга. Назначение таких норм разрешить коллизию конкурирующих двух или более правовых систем и подчинить отношение с иностранным элементом тому правопо­рядку, который наиболее соответствует существу такого отношения или наиболее тесно связан с ним. Приведем самый простой пример. Иностран-


76                    Глава 3. Общие понятия международного частного права

ный студент в Москве вступает в брак с гражданкой России. Какое право должно быть применено: России или иностранного государства? По зако­нодательству государства, гражданином которого он является, требуется разрешение правительственного органа его страны на вступление в брак с иностранцем. Может возникнуть и второй вопрос, если студент ранее в своей стране уже вступал в брак. Будет ли новый брак зарегистрирован в Москве^ Для того чтобы ответить на эти два вопроса, надо прежде всего установить, право какой страны будет применяться при регистрации брака. В СК РФ 1995 года говорится, что применяется законодательство страны гражданства, но при этом должны быть выполнены условия вступ­ления в брак, предусмотренные российским законодательством. Таким об­разом, коллизионная норма отсылает к праву сразу двух государств.

Поскольку по праву страны гражданства требуется разрешение госу­дарственного органа, а такое разрешение не было представлено, и по­скольку по российскому законодательству регистрация брака может быть осуществлена лишь при отсутствии другого брака, в данном случае новый брак не может быть зарегистрирован в России.

Сама коллизионная норма не решает еще по существу вопрос, она от­сылает к материальным нормам, предусматривающим соответствующие правила. И вопрос будет решен на основании этих правил.

Приведем пример. Всесоюзное объединение «Станкоимпорт» еще до начала Второй мировой войны заключило с швейцарской фирмой договор о поставке стан­ков. Однако вследствие начала военных действий постарка станков не состоялась, и возник вопрос о возврате авансов, которые были выданы советской организацией швейцарской фирме. Прошло много времени, и исковая давность истекла Можно ли и каким образом восстановить срок давности и предъявить иск о возврате аван­сов? В самом договоре ничего по этому вопросу не говорилось, и ответить на него можно лишь на основании норм законодательства какой-либо определенной страны. Спор рассматривался во Внешнеторговой арбитражной комиссии в Москве (реше­ние от 27 октября 1950 г.). Ответчик (швейцарская фирма «Свисстул») утверждал, что должно быть применено швейцарское право. Объединение «Станкоимпорт» на­стаивало на применении советского права. Нужно было прежде всего установить, какое законодательство подлежит применению, а затем уже на основе норм этого законодательства решить дело по существу. Из правил советского законодательства, действовавшего в то время (ст. 7 ГПК РСФСР), следовало, что к обязательствам по внешнеторговым сделкам должно применяться законодательство места заключения договора. Договор был заключен в Советском Союзе, потому в случае применения советской коллизионной нормы к делу должно быть применено советское право.

В швейцарском же праве соответствующая коллизионная норма предусматри­вала, что должно применяться законодательство места исполнения договора. По­скольку в данном случае договор подлежал исполнению в Швейцарии, с точки зрения швейцарской коллизионной нормы необходимо применить швейцарское право. Таким образом, коллизионные нормы советского и швейцарского законодательства не совпадали, и конкретное решение дела зависело прежде всего от того, коллизи­онные нормы какой страны будут применены судом или арбитражем При рассмот­рении дела Арбитражная комиссия в Москве исходила при решении этого вопроса из советского законодательства и применила к сделке советское право.


§ 1. Коллизионный и материально-правовой методы регулирования        77

Этот исторический пример свидетельствует, с одной стороны, о том, что нет единых для всего мира коллизионных норм и каждое государство само определяет принципы применения иностранного права (право какой страны и в каких случаях должно применяться), а с другой стороны, о том, что общая тенденция интернационализации ведет в ряде случаев к сбли­жению или даже к совпадению коллизионных норм, что, в свою очередь, определяется влиянием международных соглашений. В приведенном при­мере в 1950 году применялась коллизионная норма, отсылающая к праву места заключения договора; с 1997 года в России действует уже иная кол­лизионная норма: к обязательствам по внешнеторговой сделке должно применяться право страны продавца, а в праве Швейцарии действовал принцип закона места исполнения, теперь же по швейцарскому правугибкая коллизионная норма, ставящая во главу угла наиболее тесную связь правоотношения с правом какого-то определенного государства.

2. Поскольку коллизионная норма это норма, определяющая, право какого государства должно быть применено к соответствующему правоот­ношению, т.е. норма отсылочного характера, ею можно руководствоваться только вместе с какими-либо материально-правовыми нормами, к кото­рым она отсылает, нормами законодательства, решающими вопрос по существу. Хотя коллизионная норма указывает лишь, законы какой страны должны быть применены, ее нельзя рассматривать как имеющую те же функции, что выполняет справочное бюро на вокзале, сообщающее пас­сажирам, в каком окошечке они могут купить билет и с какого пути от­правляется их поезд. Вместе с материально-правовой нормой, к которой она отсылает, коллизионная норма выражает определенное правило пове­дения для участников гражданского оборота.

Наша доктрина не ограничивает содержание международного частного права только коллизионными нормами. Еще в 1940 году И.С. Перетер­ский и С.Б. Крылов в своем учебнике международного частного права пи­сали, что «рассматривать международное частное право лишь как «колли­зионное», т.е. посвященное лишь «разграничению» различных законода­тельств, это значить суживать... действительный характер международ­ного частного права».

Объединение в составе международного частного права коллизионных и материально-правовых норм основывается на необходимости двумя различными методами регулировать однородные по своему характеру от­ношения.

Помимо материально-правовых норм международных соглашений международное частное право включает и материально-правовые нормы внутреннего законодательства, специально предназначенные для регули­рования гражданских отношений с иностранным элементом. К таким нор­мам, в частности, относятся: а) нормы, регулирующие внешнеэкономичес­кую деятельность; б) нормы, определяющие правовое положение различ-


78                    Глава 3. Общие понятия международного частного права

ных предприятий с иностранными инвестициями, учрежденных на терри­тории России; в) нормы, касающиеся режима инвестиций, инвестицион­ной деятельности российских организаций; г) нормы, определяющие ста­тус граждан России за рубежом; д) нормы, определяющие права и обязан­ности иностранных граждан и организаций в России в сфере гражданского, семейного, трудового и процессуального права.

В этих и других аналогичных нормах содержится прямое предписание, непосредственно определяющее права и обязанности участников правоот­ношений с иностранным элементом.

Что же касается материально-правовых норм международных согла­шений, трансформированных в наше законодательство, то число таких норм растет. Иногда в литературе по международному частному праву при­меняются в этих случаях термины «прямые нормы», «прямой метод регу­лирования». Указанные термины употребляются исключительно для про­тивопоставления терминам «коллизионная норма», «коллизионный метод». Значение прямых норм особенно велико, поскольку благодаря им устанавливаются единые для государств их участников правила, едино­образно решающие те или иные конкретные вопросы.

Следовательно, к области международного частного права должны быть отнесены нормы, унифицированные путем заключения международ­ных соглашений.

Наряду с такими международными соглашениями в международной практике конца XX века все большее значение приобретают унифициро­ванные правила международного торгового права, которые, не будучи обя­зательными для применения сторонами в контракте, путем факультатив­ного их применения (при наличии согласия сторон) существенным образом сужают возможность и необходимость применения коллизионных норм. К числу документов универсального характера относятся Принципы между­народных торговых контрактов, разработанные и принятые в 1994 году УНИДРУА, участником которого является Россия. Текст Принципов УНИДРУА сопровождается комментарием, призванным способствовать их пониманию. Принципы действуют исключительно в отношении между­народных торговых договоров и представляют собой автономную, не свя­занную с каким-либо национальным правом систему. Наряду с другими аналогичными документами они призваны обеспечить переход к такому положению, когда в области регулирования торговых сделок националь­ное право вообще не будет применяться.

Можно привести и другой пример, подтверждающий наличие такой тенденции на европейском континенте. В 1995 году на региональном уров­не комиссией под председательством О. Ландо (Дания) была принята пер­вая часть Основных правил европейского договорного права, в 1996 году были завершены работы над второй их частью.


79


§ 2. Место и роль материально-правовых норм в регулировании


 


3. Особое значение для России имеет проблема унификации права го­сударств участников СНГ, проблема, выходящая далеко за пределы проблематики международного частного права. Ее решению способствует разработка модельных кодексов и модельных законов, осуществляемая в рамках Межпарламентской Ассамблеи государств участников СНГ, и прежде всего Модельного гражданского кодекса, который в качестве ре­комендательного законодательного акта для стран СНГ был принят этой ассамблеей 13 мая 1995 г. Принятие актов такого рода способствует со­зданию единого правового пространства, а тем самым может ослабить ост­роту проблемы выбора права.

§ 2. Место и роль материально-правовых норм в регулировании

1. Повышение роли материально-правовых норм международных со­глашений непосредственно связано с развитием процессов интернациона­лизации хозяйственной жизни. Создание единообразных материально-правовых норм, регулирующих торговые, производственные, научно-тех­нические, транспортные и иные связи между организациями и фирмами различных государств, вызывается не только потребностью в устранении различий во внутреннем праве государств различий, осложняющих это регулирование, но и тем обстоятельством, что внутреннее право нередко оказывается «неприспособленным» для регулирования этих отношений.

В советской литературе еще в 20-х годах В.М. Корецкий убедительно показал, что применительно к общим международным хозяйственным свя­зям главное место в регулировании занимают не коллизионные нормы, а другие приемы и методы.

Тенденция возрастания роли материально-правового метода регулиро­вания особое значение получила в отношениях между Советским Союзом и другими странами членами СЭВ. В период существования этой орга­низации вопросы международного частного права в области экономичес­ких и научно-технических связей между странами членами СЭВ реша­лись преимущественно на основе материально-правового метода регули­рования, играющего в этой области ведущую (по сравнению с коллизион­ным методом) роль.

Единообразные правовые нормы позволяли осуществлять специальное регулирование отношений в названной области. Практика разработки и применения Общих условий поставок СЭВ и других аналогичных общих условий показала преимущества этого метода регулирования. Цель дан­ных документов состояла в создании унифицированных материально-пра­вовых норм.


80                    Глава 3 Общие понятия мемедународного частного права

Коллизионный метод регулирования оказывается необходимым, во-первых, в качестве общего субсидиарного начала, позволяющего воспол­нить пробелы, образующиеся при унификации материально-правовых норм; во-вторых, в качестве основы для урегулирования отношений, воз­никающих в отдельных сферах сотрудничества с учетом конкретных усло­вий его реализации; в-третьих, в случаях, когда применение единообраз­ных материально-правовых предписаний по тем или иным причинам встре­чает затруднения.

В современных условиях многие страны идут по пути расширения сферы применения унифицированных материально-правовых норм, но унификация не может охватывать все вопросы, она не может быть беспре­дельной. Кроме того, в ряде случаев более эффективным и в этой области является применение коллизионного метода. При регулировании же отно­шений с участием граждан применяется, как правило, коллизионный метод. Однако при этом могут использоваться унифицированные коллизи­онные нормы, содержащиеся в договорах о правовой помощи по граждан­ским, семейным и уголовным делам, а также в других соглашениях.

2. Материально-правовые нормы внутреннего законодательства, о ко­торых идет речь, предназначены исключительно для регулирования отно­шений с «внешним элементом», «международного фактического соста­ва», для регулирования которых непригодны нормы общего характера. Речь идет, таким образом, о специальном регулировании, о нормах в рам­ках внутреннего законодательства, специально рассчитанных на регулиро­вание этих отношений. Законодатель вместо того, чтобы избрать метод косвенного регулирования, что характерно для международного частного права вообще, вместо того, чтобы предусмотреть коллизионные нормы, создает систему правовых норм, которые предназначены для регулирова­ния тех случаев, которые не относятся к «внутригосударственной» жизни.

По пути создания таких норм активно идут некоторые страны. Как уже отмечалось (гл. 2), в КНР был принят специальный закон о международ­ных хозяйственных договорах. Этот закон применяется ко всем договор­ным отношениям субъектов права этой страны с иностранными лицами.

В развивающихся странах были приняты инвестиционные кодексы и иное законодательство об иностранных инвестициях законодательство о передаче технологии, специально рассчитанное на отношения с между­народным, или иностранным, элементом. В соответствии с концепцией публичного порядка, принятой в этих странах, от положений этого зако­нодательства стороны не могут отступить, они не могут и исключить его применение путем выбора права в конкретном договоре между сторонами.

3. Преимущества материально-правового метода регулирования можно сформулировать следующим образом:

1) материально-правовые нормы, создаваемые при использовании' этого метода, по своему содержанию призваны непосредственно регули-


§ 2. Место и роль материально-правовых норм в регулировании         81

ровать гражданско-правовые отношения с иностранным элементом, тот «международный фактический состав», о котором говорилось выше. Тем самым создается большая адекватность регулирования, чем при исполь­зовании коллизионного метода, поскольку коллизионная норма отсылает общим образом к праву какого-то государства, а нормы этого права, как правило, за очень редким исключением, формировались как нормы общего характера, призванные регулировать все гражданско-правовые, семейные и иные отношения без учета специфики «международного фактического состава». Иными словами, при материально-правовом методе всегда при-' меняется специальное регулирование, а при коллизионном общее.

В доктрине не раз обращалось внимание на то, что при коллизионном регулировании не учитывается специфика отношений, о которых идет речь. Венгерский юрист И. Саси справедливо отмечал в этой связи, что «только то право может выполнить свою служебную роль, которое учиты­вает международный характер регулируемых отношений»;

2) использование метода прямого регулирования создает гораздо боль­шую определенность для участников соответствующих отношений, по­скольку им, а также соответствующим органам, которые будут их приме­нять, материально-правовые нормы всегда известны заранее;

3) применение метода прямого регулирования при создании материаль­но-правовых норм, содержащихся в международных договорах, дает еще одно дополнительное преимущество. Оно позволяет в большей степени, чем при использовании коллизионного метода, избегать односторонности при создании правового регулирования. Ранее уже неоднократно отмеча­лось наиболее характерное противоречие, возникающее в области между­народного частного права: отношения, выходящие за рамки одного государ­ства, в большинстве случаев фактически призвано регулировать в односто­роннем порядке какое-либо одно государство. При применении прямого метода это противоречие устраняется, поскольку государства сами на осно­ве согласования создают нормы, призванные регулировать отношения между субъектами права этих государств. Если же путем заключения меж­дународного договора создаются единые коллизионные нормы, это проти­воречие устраняется лишь частично, поскольку в конечном счете к отноше­ниям сторон будет применяться внутреннее право какого-либо одного госу­дарства, т.е. право, созданное в одностороннем порядке.

Приведенная выше практика применения метода прямого регулировал ния позволяет выявить те области отношений, где применение этого ме­тода получило наибольшее развитие. Основным критерием здесь является наличие экономической необходимости в создании единообразного и в то же время специального регулирования, а также развитие технического прогресса, неизбежно ведущего в ряде областей к созданию материально-правовых норм. По мере интернационализации механизмов экономичес­ких отношений значение таких норм будет возрастать.

6-872


82                    Глава 3. Общие понятия международного частного права

Таким образом, создание материально-правовых норм в области меж­дународного частного права, и прежде всего унифицированных материаль­но-правовых норм, как правильно подчеркивает С.Н. Лебедев, не должно вести к недооценке унификации коллизионных норм, которые играют и будут в дальнейшем играть важную роль в регулировании международных хозяйственных отношений. Как отмечает А.Л. Маковский, материально-правовая унификация должна касаться основных вопросов регулирования международных гражданских отношений (в частности, в сфере торгового мореплавания) в сочетании с другими методами регулирования, в том числе «с решением в тех же международных соглашениях относительно менее важных вопросов путем установления унифицированных коллизи­онных норм».

§ 3. Система коллизионных норм

1. Коллизионные нормы с юридико-технической стороны это наи­более сложные нормы, применяемые в международном частном праве, что делает необходимым рассмотреть определенные правила установления со­держания коллизионных норм. Эти правила помогают решению вопросов использования коллизионных норм на практике.

Каждая коллизионная норма в отличие от других, обычных правовых норм состоит из двух частей. Первая ее часть называется объемом колли­зионной нормы. В этой части коллизионной нормы говорится о соответст­вующем правоотношении, к которому она применима (например, право собственности, заключение брака, наследование). Вторая часть коллизи­онной нормы носит условное название коллизионной привязки. Привяз­ка это указание на закон (правовую систему), который подлежит при­менению к данному виду отношений.

Приведем пример коллизионной нормы, взятой из законодательства, действующего в России.

Согласно Закону о залоге 1992 года в отношении прав и обязанностей сторон применяется право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, являющаяся залогодателем, если иное не установлено соглашением сторон (ч. 6 ст. 10). Объем этой нормы договор залога, а если говорить более точно, то речь идет не во­обще о договоре залога, а о содержании такого договора, о том, какие имеют права и какие должны нести обязанности стороны по такому дого­вору. Привязка приведенной нормы место учреждения, место житель­ства или основное место деятельности одной из сторон (залогодателя).

Имеется целый ряд других привязок, которые встречаются в различных коллизионных нормах. Остановимся на наиболее распространенных кол­лизионных привязках.


§ 3. Система коллизионных норм                      83

При регулировании отношений с участием граждан часто встречаются ссылки на закон гражданства лица (lex patriae), закон места жительства лица (lex domicilii). Обе эти привязки применяются в нашем законода­тельстве. Так, гражданская дееспособность иностранного гражданина оп­ределяется, как правило, по праву страны, гражданином которой он явля­ется (ч. 2 ст. 160 Основ гражданского законодательства 1991 г.). Отноше­ния по наследованию определяются по праву той страны, где наследода-тель имел последнее постоянное место жительства (ч. 1 ст. 169 Основ гражданского законодательства 1991 г.). Естественно, что закон граждан­ства может не совпадать с законом места жительства, поскольку гражда­нин может находиться на территории одной страны, но сохранять граждан­ство другой.

В СК РФ в отношении применения права для определения условий за­ключения брака исходным началом является закон гражданства лица, вступающего в брак.

Гражданская правоспособность иностранного юридического лица оп­ределяется по праву страны, где учреждено такое юридическое лицо (ч. 1 ст. 161 Основ гражданского законодательства 1991 г.).

Следующий вид коллизионной привязки это закон места нахожде­ния вещи (lex rei sitae}. Он применяется в области права собственности, в наследственном праве (ст. 164, 169 Основ гражданского законодатель­ства 1991 г.). Большое распространение имеет закон места заключения сделки (lex loci contractus). Это право страны, где была заключена сделка. Такая коллизионная привязка содержится в ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 года в отношении сделок, которые не относятся к числу внешнеторговых.

Согласно ст. 165 Основ, право страны, где была выдана доверенность, применяется к форме и сроку действия доверенности. «Однако доверен­ность не может быть признана недействительной вследствие несоблюде­ния формы, если последняя удовлетворяет требованиям советского права».

В области внешней торговли применяются и другие коллизионные при­вязки, прежде всего закон места нахождения продавца. Такая привязка со­держится в отношении договора купли-продажи (ст. 166 Основ 1991 г.).

В законодательстве ряда государств применяется принцип закона места исполнения обязательства (lex loci solutions). Это значит, что к содержа­нию договора, к определению прав и обязанностей сторон применяется закон того государства, где договор подлежит исполнению.

В области торгового мореплавания в ряде случаев применяется закон флага (lexflagi). Из этого коллизионного принципа исходит ст. 14 КТМ СССР. Другим примером коллизионной привязки является закон места причинения вреда (деликта) (lex loci delicti commissi}. Так, при рассмот­рении вопроса о причинении вреда иностранным туристам в РФ права и

б»


84                    Глава 3 Общие понятия международного частного права

обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследстие такого причинения вреда, будут определяться по праву страны, где имело место действие, послужившее основанием для требования о возмещении вреда (ст. 167 Основ гражданского законодательства 1991 г.).

В семейном праве применяется закон места заключения брака (lex loci celebrations). Так, в частности, этот принцип применяется в отношении формы и порядка заключения брака в ст. 156 СК РФ. Ранее до принятия СК РФ он применялся в отношении условий заключения брака в Основах законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье, в ст. 161 КоБС России. В силу применения этого принципа создавалось такое положение, при котором брак, заключенный в РФ российской граж­данкой с иностранцем, будет действительным по нашим законам, но мог быть признан недействительным за границей. Такой брак, если при его за­ключении было нарушено законодательство страны, гражданином которой являлся один из вступающих в брак, станет «хромающим браком». Из этого примера видно, что путем применения коллизионных норм, содер­жащихся во внутреннем законодательстве одной страны, не всегда могут быть преодолены те коллизии, которые возникают вследствие расхожде­ния законов различных государств.

Говоря о коллизионных нормах, следует указать и на закон суда (lex fori}, т.е. закон той страны, где рассматривается спор (в суде, арбитраже или в ином органе). Согласно этому принципу, суд или иной орган госу­дарства должен руководствоваться законом своей страны, невзирая на иностранный элемент в составе данного отношения. Например, общепри­знанно, что в вопросах гражданского процесса суд и при рассмотрении дела с иностранным элементом в принципе применяет свое право. В Ос­новах законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. указывается, что нотариус в соответствии с законодательством РФ и международными договорами применяет нормы иностранного права (см. гл.17).

Выше рассматривались в основном коллизионные нормы, установлен­ные в законодательных актах, действующих в России. Расширение в пос­ледние годы числа таких коллизионных норм позволяет утверждать, что в нашем праве складывается определенная система коллизионных норм.

Коллизионные нормы содержатся и в международных договорах РФ, прежде всего в договорах о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, а также в консульских конвенциях.

Таким образом, коллизионные нормы могут содержаться как во внут­реннем законодательстве, так и в международных соглашениях.

Следует обратить внимание на то, что не всегда все вопросы по одному и тому же отношению с иностранным элементом разрешаются на основе применения одной и той же коллизионной привязки. Иногда существо дан­ного отношения (права и обязанности сторон) в силу коллизионной нормы


§ 3 Система коллизионных норм                      85

подчинено праву одного государства, а специальные вопросы (правоспо­собность и дееспособность сторон, форма сделки) праву другого госу­дарства.

Сошлемся на практику МКАС.

В некоторых случаях, когда МКАС применимым правом при рассмот­рении дела признавал российское право, тем не менее в силу его предпи­саний по конкретным вопросам при разрешении спора использовались нормы не российского, а зарубежного права. Так, гражданская правоспо­собность иностранных юридических лиц определялась по праву страны, где было учреждено юридическое лицо (в соответствии с п. 1 ст. 161 Основ гражданского законодательства 1991 г.), форма и срокдействия до­веренности по праву страны, где была выдана доверенность (п. 3 ст. 165 Основ), а в отношении приемки исполнения по договору право места проведения такой приемки (п. 6 ст. 166 Основ). Так, по делу № 264/1992 г. была признана действительной доверенность, выданная во Франции и соответствующая предписаниям французского законодательст­ва, хотя в соответствии с нормами российского права был поставлен во­прос о ее недействительности.

Некоторые коллизионные нормы содержат привязку к праву двух госу­дарств (альтернативная привязка), предоставляя право сделать выбор между ними заинтересованной стороне или суду. Встречаются случаи ус­тановления основной и дополнительной коллизионной привязки, причем последняя применяется, если использование основной коллизионной нормы оказывается невозможным. В таких случаях говорят о «расщепле­нии» коллизионной привязки, что в доктрине обычно признается нежела­тельным.

2. Основная часть коллизионных норм международного частного права в России традиционно включается в гражданское законодательство. В ГК РСФСР они содержатся в разд. VIII «Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства. Применение гражданских законов ино­странных государств и международных договоров» (13 статей). В Основах гражданского законодательства 1991 года разд. VII «Правоспособность иностранных граждан и юридических лиц. Применение гражданских зако­нов иностранных государств и международных договоров» состоит из 15 статей, одни из которых повторяют статьи ГК РСФСР, а другие содержат новые коллизионные нормы (в частности, ст. 157, 163, 166, 168).

Хотя коллизионные нормы, включенные в Основы, отличались боль­шей гибкостью и были в большей степени приближены к потребностям современного уровня международных-связей, чем прежнее регулирование, 15 статей ни в коей мере не могли претендовать на «всеохватность» регу­лирования, что неоднократно подчеркивалось в литературе.

Подготовленный Проект части третьей ГК РФ содержит разд. VII «Международное частное право», который существенно расширяет и мо-


86


Глава 3. Общие понятия международного частного права


 


дернизирует правовое регулирование в области международного частного права. Раздел содержит более 40 статей, разделенных на три главы:

«Общие положения», «Лица» и «Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям». Выделение общей части международного частного права и включение в нее таких статей, как «Квалификация юридических понятий», «Применение импе­ративных норм», «Обратная отсылка и отсылка к праву третьей страны», «Участие государства в гражданско-правовых отношениях с иностран­ным элементом» и др., выводит российское международное частное право на новый, гораздо более высокий уровень регулирования. Весь раздел свидетельствует о том, что в нем нашли отражение современ­ные концепции и доктрины в этой области, использован опыт других государств в подготовке национального законодательства. Как и в иных странах, в российском международном частном праве происходит даль­нейшее «смягчение» коллизионных норм путем включения альтерна­тивных привязок, расширения возможностей для реализации права вы­бора сторонами применимого права, еще больший отход от террито­риального принципа в регулировании гражданско-правовых отноше­ний с иностранным элементом.

Для России как федеративного государства существенное значение приобрела проблема решения так называемых межобластных коллизий, иными словами, определения применения законодательства различных субъектов РФ.

Федеральное коллизионное право Конституция РФ относит к ведению Федерации.

3. Особое место занимают коллизионные нормы, установленные меж­дународными договорами, заключенными государствами участниками СНГ. В качестве примера таких норм приведем положения ст. 11 Согла­шения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяй­ственной деятельности, от 20 марта 1992 г.

В соответствии с этой статьей гражданское законодательство одного государства участника СНГ применяется на территории другого госу­дарства участника СНГ согласно следующим правилам:

а) гражданская правоспособность и дееспособность юридических лиц и предпринимателей определяется по законодательству государстваучастника СНГ, на территории которого учреждено юридическое лицо, за­регистрирован предприниматель;

б) к отношениям, вытекающим из права собственности, применяется законодательство места нахождения имущества. Право собственности на транспортные средства, подлежащие внесению в государственные рее­стры, определяется по законодательству государства, где транспортное средство внесено в реестр;


§ 3 Система коллизионных норм                      87

в) возникновение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество определяется по законодательству госу­дарства, на территории которого имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием возникновения или прекращения такого права. Возникно­вение и прекращение права собственности или иного вещного права на имущество, являющееся предметом сделки, определяется по зако­нодательству места совершения сделки, если иное не предусмотрено соглашением сторон;

г) форма сделки определяется по законодательству места ее соверше­ния. Форма сделок по продаже строений, другого недвижимого имущества и прав на него определяется по законодательству места нахождения такого имущества;

д) форма и срок действия доверенности определяются по законодатель­ству государства, на территории которого выдана доверенность;

е) права и обязанности сторон по сделке определяются по законода­тельству места ее совершения, если иное не предусмотрено соглашением сторон;

ж) права и обязанности сторон по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, определяются по законодательству государ­ства, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее ос­нованием для требования о возмещении вреда.

Это законодательство не применяется, если действие или иное обсто­ятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда, по законодательству места рассмотрения спора не является противоправ­ным;

з) вопросы исковой давности разрешаются по законодательству госу­дарства, применяемому для регулирования соответствующего отношения.

Какое значение имеют приведенные положения? Содержание колли­зионных норм отдельных государств участников соглашения может не совпадать. Приведенные правила о праве, подлежащем применению к тем или иным отношениям, призваны обеспечить единый подход к таким отно­шениям независимо от того, в какой стране участнице соглашения рас­сматривается спор. Соглашение обеспечивает применение к правоотно­шению одного и того же законодательства, а именно того, к которому от­сылает приведенная выше статья.

В тех же случаях, когда в соглашении не предусмотрена единая колли­зионная норма (например, о праве, подлежащем применению к договору о создании предприятия с иностранными инвестициями), суды, в том числе и судебные органы каждой из стран-участниц, будут применять коллизи­онные нормы своего государства.


88                    Глава 3 Общие понятия международного частного права

§ 4. Толкование и применение коллизионных норм

1. Российскому законодательству известны как односторонние, так и двусторонние коллизионные нормы. Односторонняя коллизионная норма указывает лишь на применение отечественного закона. Например, в ч. 1 ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 года говорится:

«Форма сделок по поводу строений и другого недвижимого имущества, на­ходящегося в СССР, а также прав на это имущество определяется по со­ветскому праву».

Двусторонние коллизионные нормы указывают на пределы применения как отечественного, так и иностранного права. Примером двусторонней коллизионной нормы может служить другое правило Основ, которое уже приводилось: «Отношения по наследованию определяются по праву стра­ны, где наследодатель имел последнее постоянное место жительства» (ч. 1 ст.127).

В двусторонних нормах, которые иногда называют также «универсаль­ными» или «многосторонними», выражен общий принцип, устанавливаю­щий, право какого государства подлежит применению к данному виду от­ношений с иностранным элементом.

Как и всякие другие гражданско-правовые нормы, коллизионная норма может иметь императивный (обязательный) либо диспозитивный харак­тер. В последнем случае стороны могут договориться об ином принципе применения права к отношениям между ними. Например, коллизионная норма ст. 166 Основ представляет собой диспозитивную норму. В статье говорится, что при отсутствии соглашения сторон права и обязанности сторон по соответствующим сделкам определяются по законам места их совершения страны, где учреждено юридическое лицо или находится место жительства соответствующей стороны в сделке. Стороны могут, на­пример, договориться, что к сделке будет применяться право страны ее ис­полнения или же право страны места заключения.

Диспозитивный характер имеют все коллизионные нормы, установлен­ные ст. 166 Основ в отношении применения права к правам и обязаннос­тям сторон по таким внешнеэкономическим сделкам, как договоры купли-продажи, имущественного найма, лицензионный договор, договоры хране­ния, комиссии, поручения, перевозки, транспортной экспедиции, страхо­вания, кредитный договор, договор дарения, договор поручительства, до­говор залога.

Такой же характер имеют коллизионные нормы, подлежащие приме­нению к договорам о производственном сотрудничестве, специализации и кооперировании, выполнении строительных, монтажных и других работ по капитальному строительству. Следует обратить внимание на то, что этот перечень не является исчерпывающим. Однако в той же ст. 166 в отноше­нии двух категорий договоров не предусмотрена возможность выбора


§ 4 Толкование и применение коллизионных норм               89

права сторонами. В ч. 3 ст. 166 установлено следующее: «К договору о со­здании совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан применяется право страны, где учреждено совместное пред­приятие». В ч. 4 той же ст. 166 говорится, что к договору, заключенному на аукционе, в результате конкурса или на бирже, применяется право страны, где проводился аукцион, конкурс или находится биржа. Отсюда следует, что приведенные выше коллизионные нормы носят императивный (обязательный) характер.

2. В процессе применения коллизионной нормы возникает проблема квалификации юридических понятий, используемых в самой формулиров­ке коллизионной нормы (как объема, так и привязки). В праве различных государств эти понятия («домицилий», «форма сделки», «движимое и не­движимое имущество» и т.д.) не совпадают по своему содержанию. На­пример, исковая давность рассматривается во Франции, как и в подавля­ющем большинстве других государств, как понятие гражданского права, а в Великобритании, США и Финляндии как понятие процессуального права.

Правда, в самой Великобритании в 1984 году был принят Закон об иностранных сроках исковой давности, в котором было установлено, что правила об этих сроках считаются относящимися к материальному праву, применяемому к договору, а не к процессуальным нормам.

В США также постепенно происходит отход от характеристики этого института как процессуального с целью применения принятого в между­народном частном праве подхода.

Если французский суд квалифицирует давность не по собственному праву, а по английскому (в случае, когда к сделке подлежит применению английское право), то применить английские правила о сроке давности он не сможет, поскольку суд вообще не применяет иностранные процессуаль­ные законы. Господствующая доктрина западных государств исходит из того, что квалификация юридических понятий должна проводиться по за­кону суда до того, как решена проблема выбора закона, т.е. до того, как применена коллизионная норма. Но если на основе коллизионной нормы должен применяться иностранный закон, то всякая дальнейшая квалифи­кация возможна лишь на основе той правовой системы, к которой отсы­лает коллизионная норма. Следует подчеркнуть, что во всех случаях, когда коллизионная норма права иностранного государства отсылает к нашему закону, суд или иной орган этого государства должен применять россий­ский закон так, как он применяется в России.

Наша доктрина международного частного права исходит из значения общих правовых понятий при регулировании отношений с субъектами права иных правовых систем.

Всякая коллизионная норма направлена на признание действия неоп­ределенного круга иностранных правовых систем и возникших подихдей-


90


Глава 3. Общие понятия международного частного права


 


ствием субъективных прав. Поэтому эта норма, очевидно, может быть вы­ражена лишь посредством терминов и понятий, которые являются по свое­му содержанию общими для соответствующих правовых систем. Другими словами, понятия и термины в коллизионной норме по содержанию могут не совпадать с одноименными понятиями во внутреннем праве данной страны.

Когда в коллизионной норме нашего закона применяются такие поня­тия, как «собственность», «гражданская правоспособность», эти понятия по своему содержанию могут и не совпадать с одноименными понятиями нашего материального права. Поэтому сфера действия коллизионной нормы (ее объем) должна быть выражена посредством «обобщенных» юридических понятий общих для различных правовых систем. Что же касается квалификации коллизионных привязок, то здесь положение иное:

полная точность указаний о применении права может быть обеспечена лишь путем применения квалификации привязки по закону суда, т.е. путем использования тех же понятий, которые по соответствующим правовым институтам содержатся во внутреннем гражданском (семейном, трудовом) праве'данной страны. Таков общий подход нашей доктрины к квалифика­ции юридических понятий. Однако в отношении коллизионной привязки в отдельных, конкретных случаях сам закон дает определение понятий, при­меняемых в коллизионной норме.

В практике международной торговли большие трудности возникают из-за различного понимания того, что является местом заключения контрак­та. В английском праве это место определяется по месту отправки акцепта («теория почтового ящика»), а в большинстве других стран по месту получения акцепта.            ^

В нашем законодательстве эта трудность была устранена благодаря ч. 2 ст. 165 Основ гражданского законодательства 1991 года. Напомним, что в данной статье устанавливается отсылка к законам места совершения обычной сделки. В ч. 2 этой статьи говорится о том, что «место соверше­ния сделки определяется по советскому праву». Фактически здесь прямо применена квалификация привязки по закону суда. Можно привести и дру­гой пример. Согласно ст. 159 Основ, вопросы исковой давности решаются по праву страны, применяемому для регулирования соответствующего от­ношения. В то же время предусматривается, что «требования, на которые исковая давность не распространяется, определяются по советскому праву».

Если говорить о вторичной квалификации, т.е. о квалификации после того, как уже применена коллизионная норма, то такая дальнейшая ква­лификация должна осуществляться на основе той правовой системы, к ко­торой эта коллизионная норма отсылает Применительно к исковой дав­ности из такого принципа исходила долголетняя практика ВТАК.


§ 4. Толкование и применение коллизионных норм               91

В Модельном гражданском кодексе СНГ в отношении квалификации были рекомендованы следующие положения:

1. Правовая квалификация судом юридических понятий основывается на их толковании в соответствии с правом суда, если иное не предусмот­рено законом.

2. Если юридические понятия не известны праву страны суда или из­вестны под другим названием или с другим содержанием и не могут быть определены путем толкования по праву страны суда, то при их правовой квалификации может также применяться право иностранного государства.

3. Один из самых сложных вопросов применения коллизионных норм это вопрос об обратной отсылке. Возникла эта проблема в меж­дународных отношениях в связи с рядом судебных дел, рассматривавшихся еще в конце прошлого века. Остановимся на одном из них.

Английский подданный, проживавший постоянно в Бельгии, составил завеща­ние, по которому завешал довольно крупную сумму каким-то лицам. Завещание со­ставлялось им собственноручно и нигде не было заверено. Наследники умершего ос­порили его действительность Дело в том, что завещание было составлено по прави­лам английского закона, но нарушало правила законодательства Бельгии страны. где проживал этот английский подданный. В английском коллизионном праве гово­рится, что завещание должно составляться по законам страны места нахождения лица Таким образом, английское право отсылает к бельгийскому. Если применить бельгийское право, то нужно признать, что завещание недействительно.

Однако в бельгийском праве имеются не только материально-правовые нормы. но и коллизионные нормы. Последние исходят из принципа закона гражданства. Таким образом, само бельгийское право как бы отказывается от решения этого во­проса, отсылая к английскому праву. Английское же право снова отсылает к бель­гийскому

Как понимать отсылку к иностранному закону? Если ее понимать как отсылку только к нормам материального права, то это означает неприме­нение доктрины обратной отсылки. Если же ее понимать как отсылку к праву иностранного государства в целом, то это означает принятие данной доктрины.

Законодательная практика и доктрина иностранных государств не дают однозначного ответа на вопрос о применимости обратной отсылки и от­сылки к праву третьей страны. Закон о международном частном праве Польши признает оба этих вида отсылок. Закон о международном частном праве Венгрии признает отсылку к своему праву. Закон ФРГ не признает отсылку в области договорного права, но признает в других случаях. При­знается обратная отсылка по законам о международном частном праве Ав­стрии и Швейцарии. Доктрина обратной отсылки не принята в Римской конвенции 1980 года о праве, применимом к договорным обязательствам. В ст. 15 этой конвенции, носящей название «Исключение обратной от­сылки и дальнейшей отсылки», предусматривается следующее: «Под пра­вом государства, подлежащим применению в соответствии с настоящим


92                    Глава 3. Общие понятия международного частного права

соглашением, понимаются действующие в этом государстве правовые нормы, за исключением норм международного частного права».

По этому вопросу в нашей юридической литературе были высказаны следующие соображения. Проблема обратной отсылки это одна из про­блем применения иностранного права, поскольку оно должно применяться в силу действия коллизионных норм. Иностранное право применяется в России во всех случаях, когда коллизионные нормы отсылают к иностран­ному праву. Если российский закон отсылает к иностранному закону, а иностранный закон сам отказывается от регулирования каких-либо отно­шений, нет оснований не применять в данном случае российский закон.

Это положение о возможности принятия обратной отсылки было сфор­мулировано в литературе по международному частному праву в самом общем виде. Вместе с тем в действующем законодательстве вопрос об об­ратной отсылке решен не полностью.

Что же касается применения права к внешнеторговым сделкам, то на практике было выражено отрицательное отношение к применению обрат­ной отсылки.

При рассмотрении Внешнеторговой арбитражной комиссией иска английской фирмы «Ромулус филмс лтд.» к В/О «Совэкспортфильм» (см. гл. 1) возник следую­щий вопрос: договор о прокате советского фильма «Спящая красавица» был заклю­чен в Лондоне и, следовательно, в соответствии с коллизионной нормой ст. 126 Основ к нему должно было применяться английское право. Однако ответчик, ссы­лаясь на английские коллизионные нормы, доказывал, что они отсылают, в свою оче­редь, к советскому праву. Арбитраж отверг этот довод ответчика, указав в своем ре­шении, в частности, следующее: «Как бы ни решался этот вопрос по английскому коллизионному праву, принятие обратной отсылки во всяком случае зависит от со­ветского коллизионного права», а последнее в соответствии с господствующей док­триной и практикой не применяет «обратной отсылки при разрешении споров по внешнеторговым сделкам, за исключением случаев, предусмотренных в заключен­ных СССР международных договорах».

Вопрос об обратной отсылке был решен отрицательно и при регулиро­вании внешнеторговой поставки в отношениях между странами члена­ми СЭВ. Это выразилось в том, что в Общих условиях поставок СЭВ прямо предусматривалось, что в отношениях сторон по поставкам товаров по тем вопросам, которые не урегулированы контрактом или Общими ус­ловиями, применяется «материальное право страны продавца», иными словами, обратная отсылка исключалась.

Отрицательное отношение к применению обратной отсылки было в России законодательно закреплено в Законе о международном коммерчес­ком арбитраже 1993 года. По этому закону третейский суд должен разре­шать споры в соответствии с такими нормами права, которые стороны из­брали в качестве применимых к существу спора. «Любое указание на право или систему права какого-либо государства, говорится в его


§ 5. Оговорка о публичном порядке                     93

ст. 28, — должно толковаться как непрсредственно отсылающее к мате­риальному праву этого государства, а не к его коллизионным нормам».

В Проекте части третьей ГК РФ также предлагается отсылку к ино­странному закону толковать как отсылку к материальному праву, за ис­ключением ситуаций, связанных с личным статусом гражданина (такая же схема используется в Законе о международном частном праве Швейцарии 1987 г.).

§ 5. Оговорка о публичном порядке

1. Действие коллизионной нормы, иными словами, применение ино­странного права, может быть ограничено путем использования оговорки о публичном порядке. Согласно правилам, действующим в ряде стран, ино­странный закон, к которому отсылает коллизионная норма, может быть не применен и основанные на нем права могут быть не признаны судами или иными органами данного государства, если такое применение закона или признание права противоречило бы публичному порядку данного государ­ства.

Под противоречием публичному порядку обычно понимается противо­речие основам правопорядка. Возникновение этого понятия в междуна­родной практике объясняется теми различиями, которые проявились во Франции при толковании Гражданского кодекса 1804 года. В этом кодексе (ст. 6) говорилось, что «нельзя нарушать частными соглашениями обще­ственный порядок и добрые нравы». Это положение получило наименова­ние «внутреннего публичного порядка». Затем во Франции в порядке тол­кования ст. 6 ГК, а в других странах путем установления прямой нормы было введено правило о том, что оговорка о публичном порядке ограни­чивает применение в данной стране иностранного права, которое предпи­сывает применять коллизионная норма. Публичный порядок в этом случае стали называть «международным публичным порядком». В дальнейшем, уже в наше время вошли в обиход-более точные термины: «внешний пуб­личный порядок», «публичный порядок в смысле международного частно­го права».

В законодательстве чаще всего предусматривается, что норма ино­странного закона не применяется, если ее применение может привести к последствиям, не совместимым с основными началами правопорядка дан­ной страны (§ 5 австрийского Закона о международном частном праве 1978 г., ст. 6 Вводного закона к ГГУ в редакции Закона о международном частном праве 1986 г.).

В Нью-Йоркской конвенции 1958 года о признании и приведении в ис­полнение иностранных арбитражных решений говорится, что в таком при­знании или исполнении может быть отказано, если соответствующие ор-


94                    Глава 3. Общие понятия международного частного права

ганы страны, в которой испрашивается признание и приведение в испол­нение, найдут, что признание и приведение в исполнение этого решения противоречат публичному порядку этой страны.

Во многих судебных решениях, касающихся толкования и применения этого положения Нью-Иоркской конвенции, подчеркивалась необходи­мость разграничения «внутреннего публичного порядка», относящегося к сугубо внутренним отношениям, и «международного публичного поряд­ка», применимого к правоотношениям, возникающим в международном обороте, т.е. в частности, к отношениям между юридическими лицами раз­личных государств. Этот справедливый вывод был сделан С.Н. Лебедевым на основе анализа материалов ежегодников, издаваемых Международным советом коммерческого арбитража (см. гл. 18).

Понятие публичного порядка (ordre public, public policy) отличается в судебной практике и доктрине многих государств крайней неопределеннос­тью; более того, некоторые юристы на Западе утверждают, что неопреде­ленность основной характерный признак этого понятия. Суды исполь­зуют оговорку о публичном порядке с целью ограничения, а иногда и пол­ного отрицания применения иностранного права, и прежде всего права страны другой социально-экономической системы. Определение пределов применения этой оговорки во многих государствах полностью предостав­ляется судейскому усмотрению.

В ряде дел, рассмотренных в связи с признанием действия за рубежом советских декретов о национализации, суд вынужден был в силу своих кол­лизионных норм применять советское право (см. гл. 7). Суд рассуждал таким образом: мы должны применять советское право, и национализиро­ванное имущество должно быть возвращено советскому государству, но это нарушает принцип частной собственности, а поскольку это противо­речит основам нашего закона, нужно применять оговорку о публичном по­рядке и в силу данной оговорки не применять советское право. Такая по­зиция суда чрезмерно расширяла понятие публичного порядка, практичес­ки сводила на нет применение иностранного права.

Однако еще в 20-х годах в ряде своих решений (см. гл. 7) суды были вынуждены отвергнуть ссылки на противоречие публичному порядку со­ветских декретов о национализации (в Великобритании по делу Люте­ра Сегора, в США по делу о советском золоте).

Из практики судов Франции заслуживает внимания дело о картинах Пикассо, рассмотренное в 1954 году судом департамента Сена. Несколько картин этого ху­дожника были вывезены из СССР в Париж и выставлены в одном из французских музеев. До революции картины принадлежали С.И. Щукину, затем были национа­лизированы и стали достоянием советского государства. Иск был предъявлен доче­рью С.И. Щукина Екатериной Шукиной-Келлер, которая требовала признать ее право собственности на картины и просила наложить на них арест. Иск был откло­нен, причем французский суд в своем решении указал, что французский публичный порядок в данном деле не был задет в такой мере, чтобы требовалось принятие сроч­


§ 5. Оговорка о публичном порядке                     95

ных мер. ибо эти картины были приобретены уже много лет назад иностранным су­вереном от его собственных граждан, на его собственной территории и в соответст­вии с законами страны.

В аналогичном деле о картинах Матисса иск был предъявлен в 1993 году другой дочерью С.И. Щукина Ириной Щукиной (подробнее об этом см. гл. 6). Суд также отклонил ссылку истца на то. что проведение национализации без компенсации пред­ставляет собой нарушение французского публичного порядка, и поэтому акт нацио­нализации не может быть признан во Франции.

2. Наше законодательство исходит из того, что в некоторых случаях могут быть установлены ограничения применения иностранного закона. Такие ограничения содержит ст. 158 Основ гражданского законодательст­ва 1991 года. Эта статья предусматривает следующее: «Иностранное право не применяется в случаях, когда его применение противоречило бы основам советского строя».

Статья 167 СК РФ устанавливает, что «нормы иностранного семейного права не применяются в случае, если такое применение противоречило бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации. В этом случае применяется законодательство Российской Федерации».

Следует обратить внимание на то, что в приведенных статьях говорится не о случаях противоречия самого иностранного закона основам нашего строя, а о противоречии этим основам применения иностранного закона. Приведем пример: обычное право иностранного государства, допускаю­щее полигамию, противоречит основам российского семейного права, но из этого не вытекает, что полигамные браки, заключенные в стране, где они действительны, не могут порождать юридические последствия, кото­рые были бы признаны в России (требование об уплате алиментов на со­держание детей и т.п.).

Для нашей практики характерен крайне осторожный подход к вопросу об использовании оговорки о публичном порядке, хотя возможность не­применения иностранного права есть. Наличие принципиального различия между нашим законом и законом другого государства не может само по себе быть основанием для применения оговорки о публичном порядке, по­скольку такое применение этой оговорки могло бы привести к отрицанию применения в России права иностранного государства вообще.

Применение оговорки о публичном порядке рассматривается в нашей доктрине (Л.А. Лунц) лишь как исключение, нуждающееся в каждом от­дельном случае в серьезном обосновании. Применительно к Нью-йорк­ской конвенции сторона, не желающая исполнять решение арбитража, не­редко пытается использовать эту оговорку, когда у нее нет возможности опереться на другие основания. Однако международная практика приме­нения этой конвенции говорит о том, что суды отказывают в признании и приведении в исполнение решений по данному основанию лишь в исклю­чительных случаях. Таким образом, можно прийти к выводу о том, что, во-первых, не какая-то норма иностранного закона должна противоречить ос-


96                    Глава 3. Общие понятия международного частного прэва

новам нашего правопорядка, а возможный результат или последствия ее применения, а во-вторых, что ссылки на публичный порядок должны при­меняться крайне взвешенно и только в том случае, когда такие последст­вия признания и исполнения иностранного арбитражного или судебного решения затронут принципы нашего правопорядка.

Исходя из этого в Проекте части третьей ГК РФ было предложено сформулировать соответствующее правило следующим образом: «Норма иностранного права, подлежащая применению... в исключительных случа­ях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации».

Отказ в применении нормы иностранного права не может быть основан лишь на отличии правовой, политической или экономической системы со­ответствующего иностранного государства от правовой, политической или экономической системы России.

3. В современном международном частном праве широкое признание наряду со ссылкой на оговорку о публичном порядке получила возмож­ность неприменения иностранного права со ссылкой на строго императив­ные нормы национального права, которые должны пользоваться приори­тетом перед нормами иностранного права, подлежащего применению в силу коллизионных норм. Приведем в качестве примера ст. 18 Закона о международном частном праве Швейцарии, согласно которой императив­ные нормы швейцарского права в силу особого их назначения применяют­ся независимо от того, право какого государства подлежит применению в соответствии с настоящим законом. Аналогичное правило предусмотрено в германском Законе о международном частном праве 1986 года (ст. 34).

Такое же правило в более расширенном виде вошло в текст Римской конвенции 1980 года о праве, применимом к договорным обязательствам, согласно ст. 7 которой, «ничто в настоящей Конвенции не ограничивает применение норм права страны суда в случаях, когда они являются импе­ративными независимо от права, применимого к договору».

Из этих принципов исходит в России и практика МКАС. Так, в решении по делу № 180/1988 г. суд признал, что, согласовав применимое право, стороны должны учитывать наличие в нем императивных норм. Польское предприятие-истец и совет­ское внешнеторговое предприятие при заключении договора подряда согласовали, что по вопросам, не предусмотренным договором, подлежат применению соответст­вующие положения ОУП СЭВ, включая вопросы исковой давности, а по вопросам, не урегулированным этими положениями, общие положения советского матери­ального гражданского права В своем решении арбитражный судуказал, что стороны обязаны были учитывать наличие в советском праве императивных норм. которые являются обязательными и отступление от которых по соглашению сторон не допус­кается. К числу таких норм относилась, в частности, ст. 80 ГК РСФСР, согласно ко­торой изменение по соглашению сторон сроков исковой давности и порядка их ис­числения не допускалось Аналогичное решение было принято по делу № 139 1988 года


§ 6. Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим      97

В Модельном гражданском кодексе стран участниц СНГ, а также в Проекте части третьей ГК РФ соответствующие положения о применении императивных норм предусматривают, что правила о применении права не затрагивают действия тех императивных норм законодательства соответ­ствующей страны СНГ (РФ), которые вследствие указания в самой норме или ввиду их особого значения для обеспечения прав и охраняемых зако­ном интересов участников гражданского оборота регулируют соответст­вующие отношения независимо от подлежащего применению права.

Согласно правилам о применении права, суд при применении права какой-либо страны может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющего тесную связь с отношением, если по праву данной страны эти нормы должны регулировать такие отношения незави­симо от подлежащего применению права. Причем суд должен принимать во внимание назначение и характер норм, а также последствия их приме­нения.

§ 6. Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим

1. Режим взаимного предоставления наибольшего благоприятствова­ния одно из основных условий торговых договоров, заключаемых с ино­странными государствами. В силу этого режима иностранцы пользуются максимумом тех прав, которые предоставлены лицам другого государства, что объясняет само выражение «наибольшее благоприятствование». Со­гласно данному принципу, иностранным юридическим и физическим лицам в торговле, мореплавании или в иных областях предоставляется такой же режим, какой предоставляется или будет предоставляться юридическим и физическим лицам третьей страны. Режим в области торговли, мореплава­ния, правового положения иностранных организаций, применяемый к одному иностранному государству, с которым заключен торговый договор, будет применяться и к любому другому государству, с которым также за­ключен торговый договор на основе принципа набольшего благоприятство­вания. Таким образом, в силу этого режима создаются равные условия для всех иностранных государств, их организаций, фирм и граждан в отношении тех вопросов торговли, которые предусмотрены торговым договором.

Комиссией международного права ООН был разработан проект статей о клаузулах о наиболее благоприятствуемой нации. Согласно этому про­екту, юридическая сущность клаузулы о наиболее благоприятствуемой нации как договорного положения состоит в обязательстве государства предоставить другому государству режим о наиболее благоприятствуемой нации в определенной сфере отношений. В тексте проекта в конечном

7-872


98                    Глава 3 Общие понятия международного частного права

итоге комиссия применила термин «не менее благоприятный, чем режим, распространенный на третье государство» (Н.А. Ушаков).

Принцип наибольшего благоприятствования отличается от принципа недискриминации (см. гл. 1). Если в силу принципа недискриминации каж­дое государство имеет право требовать от других государств создания таких же условий, какими пользуются все государства, т.е. общих и одинаковых для всех, то в силу принципа наибольшего благоприятствования создаются наиболее благоприятные условия.

Принцип наибольшего благоприятствования всегда устанавливается в договорном порядке, а принцип недискриминации не нуждается в договор­ном оформлении. Это общее правило, вытекающее из равенства госу­дарств. В то же время введение в торговый договор клаузулы о наибольшем благоприятствовании препятствует проведению дискриминационных мер.

В прошлом на Западе предпринимались попытки обосновать отказ от применения принципа наибольшего благоприятствования в отношениях с социалистическими странами ссылками на то, что этот принцип неприме­ним в данном случае потому, что планирование и система государственной монополии внешней торговли в этих странах якобы приводят к ограниче­ниям в торговле со странами Запада. В действительности система внешней торговли и, в частности, планирование импорта и экспорта применялись социалистическими странами, включая СССР, без дискриминации ко всем странам, на одинаковой правовой основе. Программы импорта и экспорта товаров отражали при этом результаты двусторонних переговоров и согла­шений, и принцип наибольшего благоприятствования никоим образом не нарушался.

Значение принципа наибольшего благоприятствования можно показать на примере советско-американскихторгово-экономических отношений.

В период «холодной войны» в 1951 году правительство США односто­ронне расторгло торговое соглашение между СССР и США 1937 года, со­державшее этот принцип, ввело режим дискриминации и установило спи­сок товаров, закрещенных к вывозу в Советский Союз. Эти меры привели почти к полному прекращению торговли между этими странами.

18 октября 1972 г. между СССР и США было подписано соглашение о торговле, которое предусматривало предоставление сторонами друг другу режима наибольшего благоприятствования в вопросах таможенного обложения, сборов и иных формальностей при импорте и экспорте това­ров. Применение в торговле с СССР этого принципа могло бы способст­вовать значительному расширению торговых связей между СССР и США. Однако в результате противодействия не заинтересованных в торговле кругов соглашение не вступило в силу, что нанесло ущерб прежде всего интересам самих США.

В декабре 1974 года в США были приняты законы о торговле и о го­сударственном кредитовании экспорта. В этих законах предоставление Со­


§ 6, Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим      99

ветскому Союзу режима наибольшего благоприятствования было постав­лено в зависимость от политических уступок с его стороны, что по суще­ству означало вмешательство во внутренние дела СССР. Естественно, Со­ветский Союз не мог согласиться вести свои торгово-экономические от­ношения с США на такой основе.

Режим наибольшего благоприятствования и недискриминационный режим были установлены в дальнейшем в отношениях нашей страны с США благодаря заключению 1 июня 1990 г. Соглашения о торговых от­ношениях. В соответствии со ст. 1 этого соглашения, каждая сторона «без каких-либо условий предоставит товарам, происходящим или экспортиру­емым на территорию другой стороны, режим не менее благоприятный, чем тот, который предоставлен подобным товарам, происходящим из/или экс­портируемым на территорию любой третьей страны...».

Недискриминационный режим предоставляется в отношении примене­ния количественных ограничений и выдачи лицензий.

Применение режима наибольшего благоприятствования оказывает по­ложительное влияние на развитие международной торговли. Это было прямо"признано в Заключительном акте Совещания по безопасности и со­трудничеству в Европе.

Государства члены ЕЭС передали Сообществу осуществление своей компетенции в отношении проведения торговой политики. Вследст­вие этого вопросы, касающиеся предоставления этого режима в области торговли другим государствам, относятся к исключительной компетенции ЕЭС.

Следует отметить в этой связи, что со всеми странами членами ЕЭС Советский Союз обменялся письмами, подтверждавшими действие ранее заключенных торговых договоров и соглашений, предусматривавших предоставление режима наибольшего благоприятствования в торговле с СССР. Все это создало достаточную договорно-правовую базу для разви­тия двустороннего торгово-экономического сотрудничества СССР с ука­занными странами.

В Соглашении о партнерстве и сотрудничестве между Европейскими сообществами и их государствами-членами, с одной стороны, и Россий­ской Федерацией, с другой стороны, подписанном в Корфу 24 июня 1994 г. (ратифицировано РФ в 1996 г.), стороны предусмотрели взаимный доступ на рынки на основе режима наибольшего благоприятствования. Об этом режиме говорится также в разделах о таможенных вопросах, о поощрении иностранных инвестиций, режиме представительств обществ одной сторо­ны на территории другой и по другим вопросам.

В соглашении предусматривалось, что РФ может предоставлять стра­нам СНГ большие преимущества, чем другим странам, тем самым речь шла об изъятиях из режима наибольшего благоприятствования.


100                  Глава 3. Общие понятия международного частного права

Приведем в качестве примера положения Договора между Российской Федерацией и Республикой Польша о торговле и экономическом сотруд­ничестве от 25 августа 1993 г. (договор вступил в силу 13 февраля 1995 г.). Согласно 'ст. 4 «Договаривающиеся Стороны предоставляют друг другу в области торговли товарами режим наибольшего благоприят­ствования в отношении: таможенных пошлин и сборов, применяемых при импорте и экспорте, включая методы взимания таких пошлин и сборов;

положений, касающихся таможенной очистки, транзита, складирования и перегрузки; налогов и других внутренних сборов любого рода, взимаемых прямо или косвенно с импортируемых товаров; методов осуществления платежей по обслуживанию внешнеторговых операций и переводов таких платежей; правил, касающихся продажи, закупки, транспортировки, рас­пределения и использования товаров на внутреннем рынке.

Каждая из Договаривающихся Сторон предоставит товарам, происхо­дящим из/ или экспортируемым на территорию другой Договаривающейся Стороны, недискриминационный режим в отношении применения количе­ственных ограничений и выдачи лицензий».

Для современной договорной практики нашего государства характерны и некоторые изъятия, касающиеся развивающихся стран, а также связан­ные с установлением особых преимуществ в пределах определенных тамо­женных союзов. В качестве примера можно привести торговое соглашение с Индией от 10 декабря 1980 г. В соглашении, в частности, предусматри­валось, что режим наибольшего благоприятствования не будет касаться «преимуществ, которые были предоставлены или которые могут быть предоставлены в будущем одним из правительств соседним странам в целях облегчения приграничной торговли»; «преимуществ, которые Индия предоставила или может предоставить в будущем одной или не­скольким развивающимся странам в связи с ее участием в каком-либо со­глашении по развитию торгово-экономического сотрудничества развива­ющихся стран»; «льгот или преимуществ, вытекающих из таможенного союза и/или зоны свободной торговли, членом которых является или может стать каждая из стран».

В Договоре с Польшей 1993 года предусматривалось, что положения ст. 4, приведенные выше, не будут распространяться на: а) преимущества, предоставляемые с целью или в результате создания таможенного союза или зоны свободной торговли, как это определяется в ст. XXIV ГАТТ (с 1 января 1995 г. начала свою деятельность Всемирная торговая организа­ция (ВТО), которая заменила ГАТТ); б) преимущества, предоставляемые соседним странам в целях облегчения приграничной торговли; в) преиму­щества, предоставляемые развивающимся странам в соответствии с ГАТТ.

2. От режима наибольшего благоприятствования следует отличать на­циональный режим, в силу которого иностранным гражданам и юридичес­ким лицам предоставляется такой же режим, что и отечественным граж­


• § 6. Режим наибольшего благоприятствования и национальный режим     101

данам и юридическим лицам. Поскольку на иностранных физических и юридических лиц распространяются те права и преимущества, которыми в данной стране пользуются местные физические и юридические лица, все они ставятся в равное положение. Отличие национального режима от ре­жима наибольшего благоприятствования состоит в том, что в силу послед­него в равное положение ставятся иностранные организации и иностран­ные граждане между собой. Национальный же режим может применяться и в отношении хозяйственной деятельности иностранных лиц, и в отноше­нии товаров иностранного производства.

Как уже отмечалось выше, наша договорная практика в торговых от­ношениях с другими странами исходит из предоставления режима наиболь­шего благоприятствования и к применению национального режима в об­ласти торговли относится в общем отрицательно. Национальный режим применяется в торговых договорах в ограниченном числе случаев, напри­мер по некоторым вопросам торгового мореплавания. Кроме того, предо­ставление национального режима предусматривается в отношении сво­бодного доступа иностранных юридических лиц и граждан в суды. Нацио­нальный режим применяется в договорах о правовой помощи, социальном обеспечении (судебная защита, предоставление трудовых и иных прав на основе национального режима). По отдельным вопросам, например в от­ношении доступа в суды, национальный режим предусмотрен в договорах о торговом мореплавании.

Большое практическое значение приобрело предоставление в РФ на­ционального режима иностранцам на основе многосторонних соглашений в области авторского права и прав на изобретения и товарные знаки.

3. При определении общего правового статуса иностранных граждан в РФ наряду с реализацией принципов общего международного права о пра­вах человека определенное значение имеет принцип национального режи­ма. Согласно Конституции РФ «иностранные граждане и лица без граж­данства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации» (ч. 3 ст. 62). В соответст­вии со ст. 3 Закона о правовом положении иностранных граждан в СССР иностранцам предоставляется национальный режим, что означает предо­ставление им в России таких же прав, что и российским гражданам, за не­которыми изъятиями, установленными в законодательстве. Таким обра­зом, в силу национального режима иностранные граждане, и в первую оче­редь постоянно проживающие в РФ, ставятся в равное положение с рос­сийскими гражданами, они пользуются теми же правами и должны нести те же обязанности, что и российские граждане.

Принцип национального режима закреплен в ряде положений нашего законодательства (ст. 160 Основ гражданского законодательства 1991 г. в отношении гражданской правоспособности иностранцев; ст. 5 Закона


102                  Глава 3. Общие понятия мемздународного частного права

РФ об авторском праве и смежных правах в отношении авторских прав на произведения, впервые опубликованные в России, и т.д.).

Таким образом, в России национальный режим применяется в отноше­нии прав иностранцев согласно правилам внутреннего законодательства, хотя в отдельных случаях он может предусматриваться и в соответствии с международными договорами.

§ 7. Взаимность и реторсия

1. Проблема взаимности непосредственно связана с такой объектив­ностью современного мира, как взаимозависимость государств. Наше го­сударство неизменно выступает за укрепление экономических, научно-тех­нических, культурных и иных связей с другими странами, если и они стоят за укрепление деловых связей с Россией. Обе стороны должны стремиться к развитию таких связей на началах равноправия. Равноправие находит свое выражение и во взаимном признании государствами действия их за­конов независимо от принадлежности государства к той или иной общест­венной формации. Без этого сотрудничество между странами невозможно.

В России признаются те права, которые возникают на основе иностран­ного законодательства. Во всех этих случаях следует говорить о взаимнос­ти в широком смысле слова. Доктрина международного частного права по­нимает взаимность и в более узком смысле, а именно, как взаимное предо­ставление определенного режима (национального, наибольшего благо­приятствования) или каких-либо прав иностранным гражданам и ино­странным юридическим лицам.

Сущность взаимности состоит в предоставлении физическим и юриди­ческим лицам иностранного государства определенных прав при условии, что физические и юридические лица предоставляющего эти права государ­ства будут пользоваться аналогичными правами в данном иностранном го­сударстве. Вводя оговорку о взаимности в международный договор, госу­дарство преследует цель обеспечить своим организациям и гражданам за границей пользование определенными правами. Поскольку в законода­тельствах государств имеются значительные различия, в отношении вза­имности возникают определенные сложности. Они состоят в следующем. В международном частном праве обычно различают два вида взаимности:

«материальную» и «формальную». Термины эти чисто условные. Под «материальной» взаимностью понимается предоставление физическим и юридическим лицам иностранного государства той же суммы конкретных прав или полномочий, которыми пользуются отечественные граждане в данном иностранном государстве. При «формальной» взаимности ино­странным физическим и юридическим лицам предоставляются правомо­


§ 7. Взаимность и реторсия                      103

чия, которые вытекают из местного закона; они могут быть поставлены в одинаковое положение с местными гражданами и юридическими лицами.

С одной стороны, в силу принципа «формальной» взаимности ино­странным гражданам в РФ предоставляются права, которыми обладают российские граждане, в том числе и те права, которыми они не пользуются в своем государстве. С другой стороны, иностранцы не могут требовать предоставления им тех прав, которыми они обладают в своем государстве, если предоставление таких прав не предусмотрено российским законода­тельством.

В отношениях России с иностранными государствами во многих случа­ях взаимное предоставление физическим и юридическим лицам прав в оди­наковом объеме невозможно в силу различий в правовом регулировании.

Приведем конкретный пример. В большинстве государств существует право частной собственности на землю. В России право частной собствен­ности на землю хотя и было предусмотрено (в отношении ее граждан в 1990 г.), такое право не предоставляется иностранцам (см. подробнее гл. 4). Значит, «материальная» взаимность, т.е. предоставление иностран­ным гражданам, например гражданам Франции, права собственности в РФ на земельный участок, была бы нарушением правил нашего законодатель­ства. Поэтому французский гражданин может обладать в РФ только таки­ми правами, какие имеют в РФ другие иностранные граждане. Что же ка­сается российского гражданина во Франции, то он должен иметь те права, которые предоставляются во Франции иностранным гражданам. Объем этих прав в России и во Франции может и не совпадать. Речь может идти о предоставлении на началах взаимности либо национального режима, либо режима наибольшего благоприятствования.

Таким образом, взаимность в нашей практике в области международ­ного частного права понимается главным образом как «формальная», а не как «материальная». Таково общее правило. В отдельных случаях, напри­мер, в областях авторского права, налогообложения, возможно в соответ­ствии с международной практикой применение «материальной» взаимнос­ти, что предусматривается в соответствующих законодательных актах. Не следует исключать создание определенного правового режима для хозяй­ственной деятельности иностранных юридических и физических лиц в осо­бых экономических зонах. Но этот режим должен быть определен специ­альным законодательством (см. гл. 5).

2. В связи с взаимностью возникает вопрос о реторсии, т.е. о примене­нии ответных ограничений. Если одно государство принимает меры, нано­сящие неосновательный в порядке дискриминации ущерб интересам друго­го государства или его граждан, то это последнее государство может при­нять ответные ограничительные меры. Целью таких мер является обычно достижение отмены ограничений, установленных первым государством.


104                  Глава 3. Общие понятия международного частного права

Если по отношению к нашему государству, нашим организациям или нашим гражданам будет применяться какое-либо ограничение дискрими­национного порядка, то в РФ также может быть применена ответная мера ограничительного характера по отношению к гражданам и юридическим лицам данного государства. В наиболее общей форме этот принцип выра­жен в Законе о правовом положении иностранных граждан. Часть 3 ст. 3 этого закона предусматривает, что «в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограничения прав и свобод граждан СССР, Советом Министров СССР могут быть установлены ответные ог­раничения». Статья 162 Основ гражданского законодательства 1991 года предусматривает предоставление прав иностранцам в области граждан­ского права, признавая их гражданскую правоспособность без требования взаимности, но в то же время в ней говорится следующее: «Правительст­вом СССР могут быть установлены ответные ограничения в отношении граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специаль­ные ограничения гражданской правоспособности советских граждан и юридических лиц».

Применение ответных мер в области внешнеторговой деятельности предусмотрено Законом о государственном регулировании внешнеторго­вой деятельности от 13 октября 1995 г. В случае принятия иностранным государством мер, нарушающих экономические интересы РФ, субъектов РФ, а также российских лиц, Россия, согласно ст. 34, вправе вводить от­ветные меры в области внешнеторговой деятельности. Эти меры должны вводиться в соответствии с общепризнанными нормами международного права и в пределах, необходимых для эффективной защиты, в частности, экономических интересов российских лиц, под которыми следует понимать юридических лиц, созданных в соответствии с российским законодатель­ством и имеющих место нахождения на территории РФ, а также физичес­ких лиц, имеющих постоянное или преимущественное место жительства на территории РФ и зарегистрированных в качестве индивидуальных пред­принимателей. Законом предусмотрено, что специальный раздел ежегод­ной Федеральной программы развития внешнеторговой деятельности дол­жен содержать перечень случаев дискриминации и нарушения обяза­тельств в отношении российских лиц на рынках отдельных государств, а также перечень принятых или намечаемых ответных мер (ст. 24).

В соответствии с положениями международного права применение ог­раничительных мер в отношении определенного иностранного государст­ва (его органов, юридических лиц и граждан) в качестве реторсии (ответ­ной меры) не может рассматриваться как нарушение принципа недискри­минации.

Так, Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 года пред­усматривает, что не является дискриминацией, «если государство пребы­вания применяет какое-либо из положений настоящей Конвенции ограни­


§ 7. Взаимность и реторсия                        105

чительно ввиду ограничительного применения этого положения к его пред­ставительству в аккредитующем государстве» (ст. 47).


Контрольные вопросы

1. Что понимается под коллизионным

я?

вионным и материально-правовым методами регули­рования:'

2. Что понимается под унификацией материально-правовых норм и каково значе­ние унификации правовых норм в области международного частного права?

3. Какие имеются основные коллизионные привязки?

4. В чем состоит проблема обратной отсылки?

5. Что понимается под оговоркой о публичном порядке?

6. Чем отличается национальный режим от режима наибольшего благоприятство­вания?

7. Какие виды взаимности различаются в, международном частном праве?


Глава 4

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ

§ ]. Общие вопросы положения иностранцев. § 2. Гражданская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ. § 3. Гражданская правоспособность российских граждан за рубежом

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.С.. Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 66— 81; Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть. М,, 1975. С. 12—40; Лунц ЛА., Марышева Н.И.. Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 81—89; Галенская Л.Н. Правовое положение иностранцев в СССР. М., 1982; Статус иностранцев в СССР / Под общей ред. М.М. Богуслав­ского. М , 1984; Кисиль В.И., Пастухова В.П. Правовой статус иностранцев в СССР Киев, 1987, Лазарев Л.Н„ Марышева Н.И., Пантелеева И.В. Иностран­ные граждане (правовое положение). М., 1992; Марышева Н.И., Хлестова И.О. Правовое положение российских граждан за границей (вопросы и ответы). М., 1994; Брагинский М.И. Комментарий к Гражданскому кодексу // Хозяйство и право. 1998. № 1. С. 8—11; Правовое положение иностранных граждан в России:

Сб. нормат. актов / Вступ. ст. А.Л. Маковского. М., 1996.

§ 1. Общие вопросы положения иностранцев

Нормами международного частного права регулируются имуществен­ные, личные неимущественные, семейные, трудовые и процессуальные права иностранцев. Иностранец подчиняется как бы двум правопорядкам:

отечественному и государства, в котором он находится. В этой двойствен­ности своеобразие правового положения иностранца.


§ 1. Общие вопросы положения иностранцев                107

Для конца XX века характерно резкое увеличение числа иностранцев, временно ли постоянно находящихся в другой стране.

О масштабах миграции населения свидетельствуют следующие данные. В США, например, иммигранты из Советского Союза (и дореволюционной России) составляют 2,8 млн. чел., из Италии — 10 млн., из Польши — 8 млн., из Голландии — 8 млн. Одних только рабочих-мигрантов в послед­ней четверти XX века в ФРГ было 5—7 млн., а в Италии — 1 млн. Всего в Западной Европе число трудящихся-мигрантов достигло в 1990 г. 12 млн.человек.

Основополагающее значение для определения правового положения иностранцев в любой стране должны иметь общепризнанные принципы'и нормы общего международного права о правах и свободах человека.

Общепризнанные принципы и нормы международного права содержат­ся во Всеобщей декларации прав человека. Международном пакте о граж­данских и политических правах. Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах.

Проблемы определения правового положения иностранцев в России и российских граждан за пределами России приобрели в 90-х годах XX века особое значение. С одной стороны, это объясняется тем, что само число приезжающих в Россию и проживающих в ней иностранцев резко увели­чилось, что, в свою очередь, определяется открытостью российской эко­номики для зарубежных инвесторов, предпринимателей, отменой многих административных ограничений и запретов для въезда и передвижения иностранцев, изменением порядка внешнеторговой деятельности, долго­срочным пребыванием большого числа строителей, рабочих иных профес­сий, специалистов из других стран, а также бурным развитием туризма.

С другой стороны, после распада СССР миллионы людей, проживаю­щих в бывших союзных республиках, стали для России иностранцами. Кроме того, в силу возникновения межнациональных конфликтов в ряде мест на территории бывшего Союза многие граждане вынуждены были по­кинуть свои государства и стать беженцами. Приехав в Россию, они про­должают длительное время оставаться здесь иностранцами.

Резко возросла и иммиграция российских граждан за границу, прежде всего в США и в ряд европейских государств (Германию, Францию, Ни­дерланды и т.д.). В одних случаях они уезжают для временного пребывания за рубежом с целью учебы, занятия научной, артистической, спортивной или иной профессиональной деятельностью, в других они встали на путь изменения постоянного места жительства, при этом в течение опре­деленного периода такие лица сохраняли российское гражданство.

Иностранными гражданами признаются лица, не являющиеся гражда­нами РФ и имеющие доказательства своей принадлежности к гражданству иностранного государства. В настоящей работе термин «иностранец» при­меняется как адекватный термину «иностранный гражданин».


108                   Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев

Положение иностранцев в России определяется прежде всего Консти­туцией РФ.

Иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в РФ пра­вами и несут обязанности наравне с гражданами России, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором РФ (ч. 3 ст. 62 Конституции РФ 1993 г.).

Реализация и соблюдение прав человека, предусмотренных междуна­родным прав9м, таких, как право покидать свою страну и возвращаться в нее, признание прав и свобод за любым человеком, находящимся на тер­ритории России, независимо от того, является ли он ее гражданином, ино­странным гражданином или лицом без гражданства, приобретают в совре­менных условиях существенное значение. К числу лиц, в отношении кото­рых действуют нормы международа9го частного права, с учетом специфи­ки ну правового положения относятся не только иностранные граждане, но и лица без гражданства, беженцы» лица, которым предоставляется по­литическое убежище, перемещенные лица и др.

Во многих государствах применяется понятие «право иностранцев», которое сводится к определению особого режима для иностранцев в об­ласти публичного права. Обычно «право иностранцев» состоит из правил, касающихся поселения, поступления на работу и тд. Имеется и точка зре­ния, согласно которой под «правом иностранцев» следует вообще пони­мать сумму норм, ограничивающих права иностранцев. Ограничения ка­саются главным образом права передвижения,'права заниматься опреде­ленными профессиями, права приобретения недвижимости.

Так, в соответствии с внутренним законодательством право собственности ино­странных физических н юридических лиц на недвижимость, и прежде всего на зе­мельные участки, может быть ограничено. В раде стран для покупки земли иностран -цвм требуется получение разрешения местных или центральных органов власти (в Австралии, Австрии, Дании, Швейцарии с некоторыми изъятиями, в Швеции и №•)•

'     В Каиаяе в раде провинций ограничиваются права иностранцев на покупку земли (так, в Альберте иностранцы и компании под иностранным контролем не имеют права покупать и владеть землей, в Саскачеване ограничивается размер сельскохо­зяйственных земельных участков, которые могут быть проданы иностранцам). На Кипре иностранец может арендовать землю лишь с разрешения Совета Министров, однако приобрести земельный участок можно на 99 лет.

В Финляндии отделения иностранных компаний и компании, в которых ино­странным лицам принадяежнт более 20% (в отдельных случаях более 40%) акций не имеют права без разрешения Государственного Совета приобретать или прода­вать недвижимость на срок более двух лет.

В США покупка иностранцами недвижимости, особенно земли, ограничивается на основании законов большинства штатов.

Есть страны, в которых традиционно «положение иностранцев» (1а condition des etrangers) включается в международное частное право. Это Франция и страны, правовая система которых формировалась под влия-


§ 1. Общие вопросы положения иностранцев               109

нием французского права. В большинстве же современных государств, и в частности тех, где эта область детально регулируется (ФРГ, Австрия и др.), право иностранцев рассматривается как подотрасль административ­ного права.

Таким образом, «право иностранцев» это комплекс норм, опреде­ляющих специальный статус иностранцев, это не нормы коллизионного ха­рактера, а исключительно материально-правовые, регулирующие соответ­ствующие отношения по существу. Обычно «право иностранцев» опреде­ляет правовой статус иностранцев как в узком, так и в широком смысле. В узком смысле это нормы в основном административно-правового харак­тера; они касаются отличий правового статуса иностранца от правового статуса отечественных граждан. В широком смысле это комплекс всех норм, определяющих статус иностранйа в любом отношении: как устанав­ливающих отличия, так и признающих равный режим с отечественными гражданами, в том числе необходимых для осуществления деятельности иностранца как такового в пределах данного государства.

Во многих странах имеется подробно разработанное законодательство об иностранцах, в том числе и в тех, которые относятся к системе «общего права» (common law). Но есть также страны, как, например, ФРГ, в ко­торых традиционно право иностранцев отграничивается от международно­го частного права и в то же время регулируется отдельным законом (За­коном об иностранцах 1990 г.), содержащим нормы административно-правовые.

В России и в других государствах СНГ, в КНР, странах Восточной Ев­ропы «право иностранцев» не считается самостоятельной отраслью в сис­теме права. Это объясняется тем, что по предмету регулировання-соответ-ствующие нормы относятся к различным отраслям права: государственно­му, административному, гражданскому, трудовому, семейному, уголовно­му, процессуальному и тд. Однако это не означает отрицания практичес­кой целесообразности в специальном законодательном регулировании комплексного характера. В результате признания такой целесообразности в СССР в 1981 г. был принят Закон о правовом положении иностранных граждан в СССР. Подготовлен проект Закона РФ о правовом положении иностранных граждан в России. Законы о правовом положении иностран­ных граждан приняты в Белоруссии и Казахстане.

Лицо без гражданства это лицо, не принадлежащее к гражданству РФ и не имеющее доказательств принадлежности к гражданству другого государства.

Беженец это не имеющее гражданства РФ, прибывшее или желаю­щее прибыть на территорию России лицо, которое было вынуждено или имеет намерение покинуть место своего постоянного жительства на тер­ритории другого государства вследствие совершенного в отношении него насилия или преследования в иных формах либо реальной опасности под-


110                    Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев

вергнуться преследованию по признаку расовой или национальной при­надлежности, вероисповедания, языка, а также принадлежности к опреде­ленной социальной группе или по политическим убеждениям.

В соответствии с Конституцией в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным прин-.1ушам и нормам международного права (п. 1 ст. 17).

На необходимость применения судами международно-правовых доку­ментов о правах человека было обращено внимание постановлением Пле­нума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых во­просах применения судами Конституции Российской Федерации при осу­ществлении правосудия».

Таким образом, принцип национального режима сформулирован в Конституции РФ 1993 года более широко, чем в предшествующем зако­нодательстве. В отличие, например, от предусмотренного Законом СССР о правовом положении иностранных граждан 1981 года, этот принцип под­лежит применению не только к иностранным гражданам, но и к лицам без гражданства. Кроме того, исключения из него допускаются лишь на осно­вании федеральных законов, а не любых других законодательных актов. Из этого следует, что законодательство субъектов РФ не может вводить какие-либо ограничения прав иностранцев.

В полном соответствии с Конституцией общее правило о национальном режиме в сфере гражданского права было, как уже отмечалось выше, сформулировано в п. 1 ст. 2 ГК РФ, где, в частности, сказано следующее:

«Правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом».

К основным законодательным актам, определяющим правовое положе­ние иностранных граждан в России, относятся наряду с Конституцией и ГК РФ такие законы, как Закон о гражданстве РФ от 28 ноября 1991 г. с из­менениями и дополнениями, включая внесенные Федеральным законом от 6 февраля 1995 г., Закон РФ о беженцах от 19 февраля 1993 г., Положе­ние о порядке предоставления политического убежища в Российской Фе­дерации, утвержденное Указом Президента РФ от 26 июля 1995 г.

До принятия российского закона о правовом положении иностранных граждан в РФ сохранилось действие Закона СССР о правовом положении иностранных граждан в СССР от 24 июня 1981 г. с изменениями, внесен­ными Федеральным законом от 15 августа 1996 г.

Российское законодательство исходит из следующих основных принци­пов правового положения иностранных граждан:

во-первых, иностранные граждане пользуются теми же правами и сво­бодами и несут те же обязанности, что и отечественные граждане, таким образом, исходным является принцип национального режима;


§ 1. Общие вопросы положения иностранцев               111

во-вторых, иностранные граждане равны перед законом независимо от происхождения, социального и имущественного положения, расовой и на­циональной принадлежности, пола, образования, языка, отношения к ре­лигии, рода и характера занятий и других обстоятельств;

в-третьих, в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограничения прав и свобод отечественных граждан, могут быть установлены ответные ограничения;

в-четвертых, использование иностранными гражданами своих прав в РФ не должно наносить ущерба интересам общества и государства, пра­вам и законным интересам граждан РФ и других лиц. Как и остальные участники гражданского оборота, иностранцы обязаны соблюдать дейст­вующие в РФ законы, включая и те, которые определяют порядок осу­ществления субъектами своих гражданских прав.

При определении правового положения иностранцев наше законода­тельство исходит из принципа равенства всех рас и национальностей, поэ­тому, например, запреты для вступления в брак между белыми и неграми, действующие в некоторых странах, в РФ не имеют никакой силы.

Согласно п. 3 ст. 19 Конституции РФ, мужчины и женщины имеют в РФ равные права и свободы и равные возможности для их реализации. Действующий в нашей стране принцип равноправия женщины и мужчины полностью распространяется и на иностранцев. Женщине-иностранке предоставляются в РФ равные права с мужчиной-иностранцем,

Поэтому в РФ не могут быть признаны всякого рода ограничения прав замужних женщин. Правила законодательства Греции, Нидерландов, Бельгии, Бразилии и других государств, устанавливающие власть мужа над женой, перестают действовать для граждан этих государств во время их пребывания в РФ. Жена без согласия мужа может в РФ поступать на ра­боту, распоряжаться своим имуществом, обращаться в суд и т.д.

Безоговорочное признание принципа равенства женщины и мужчины приводит к тому, что в РФ не могут быть осуществлены вообще юридичес­кие действия, основанные на неравноправном положении женщины.

Закон о правовом положении иностранных граждан в СССР 1981 года предусматривает разделение всех иностранных граждан на две категории:

постоянно проживающих и временно находящихся в нашей стране. Отне­сение лица к той или иной категории зависит не от временного фактора (срока пребывания), а от критерия степени устойчивости правовой связи иностранца с нашим государством, цели и характера нахождения его на территории нашего государства.

Закон исходит из того, что факт постоянного проживания какого-либо лица в стране определяет существенным образом его правовое положение. Поэтому в таких вопросах, как трудовая деятельность, обеспечение жили­щем, предоставление медицинской помощи, образование, иностранные


112                   Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев

граждане, постоянно проживающие в РФ, полностью приравниваются к гражданам России.

Статус таких лиц отличается, таким образом, от статуса лиц, на время приезжающих в нашу страну.

§ 2. Гражданская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ

1. Согласно ст. 160 Основ гражданского законодательства 1991 года;

иностранные граждане пользуются в РФ гражданской правоспособностью наравне с нашими гражданами.

В Проекте части третьей ГК РФ дается определение личного закона физического лица. Им считается право страны, гражданство которой это лицо имеет. Если наряду с иностранным гражданством лицо имеет россий­ское гражданство, его личным законом является российское право. При наличии у лица нескольких иностранных гражданств личным законом счи­тается право страны, с которой лицо наиболее тесно связано. Личным за­коном лица без гражданства считается право страны, в которой это лицо постоянно проживает. Личным законом беженца считается право страны, предоставившей убежище,

Иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в России гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами.

Напомним, что согласно ГК РФ правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц.

Исключения из общих норм гражданского законодательства для отно­шений с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностран­ных юридических лиц могут быть установлены только на основе федераль­ного закона. Это вытекает из ст. 62 Конституции РФ 1993 года. В коммен­тариях к ГК РФ обращалось внимание на то, что такой подход, однако, не-^ исключает того, что положения, которые расширяют права иностранцев, предоставляют им особые льготы и преимущества, могут быть приняты органом власти и управления любого уровня, если, разумеется, решение соответствующего вопроса не выходит за рамки установленной для орга­нов компетенции (М.И. Брагинский).

Положение ст. 62 Конституции РФ закрепляет предоставление ино­странцам национального режима (см. гл. 3). В силу этого иностранцы пользуются в РФ, как правило, такой же гражданской правоспособностью, что и российские граждане. Это означает, что гражданская правоспособ­ность иностранца в РФ определяется в принципе российским законода­тельством, а не личным законом иностранца. Применение к иностранцу личного закона, в частности закона государства, гражданином которого он


§ 2. Гражданская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ 113

является, допускается лишь при наличии соответствующих правил между­народного договора, участницей которого является Россия.

Из предоставления иностранцам национального режима в то же время следует, что иностранец в РФ не может претендовать на какие-либо иные гражданские права, нежели те, которые предоставлены по нашему закону гражданам РФ; иностранец не может требовать предоставления ему при­вилегий или установления изъятий из российского закона.

Закрепленный в законодательстве национальный режим в отношении гражданской правоспособности иностранцев носит безусловный "харак­тер, т.е. он предоставляется иностранцу в каждом конкретном случае без требования взаимности. Из этого принципа исходят и другие законода­тельные акты, регулирующие права иностранцев в различных областях (ст. 25 ГПК и др.).

Сказанное не означает, что в отдельных случаях законодательством не могут быть установлены правила в отношении осуществления каких-либо прав на началах взаимности (например, такое правило было установлено Федеральным законом 1995 г. применительно к занятию племенным жи­вотноводством).

Национальный режим в отношении прав иностранцев на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, топологии интегральных мик­росхем, на селекционные достижения предоставляется в силу междуна­родных договоров или на основании принципа взаимности (подробнее см. гл. 13).

Предоставление иностранцу гражданской правоспособности наравне с гражданами России, как правило, не обусловлено тем, что иностранецдол-жен иметь место жительства в РФ. В отдельных прямо предусмотренных в законе случаях предоставление определенных прав связано с фактом по­стоянного проживания иностранца в РФ. Так, согласно ст. 12 Закона от 24 июня 1981 г., иностранные граждане могут иметь в нашей стране жилой дом и иное имущество в личной собственности, наследовать и завещать имущество, иметь права автора произведений науки, литературы и искус­ства, открытия, изобретения, рационализаторского предложения, про­мышленного образца, а также иные имущественные и личные неимущест­венные права. В соответствии со ст. 11 того же закона все иностранные граждане, постоянно проживающие в нашей стране, имеют право на ос­нованиях и в порядке, установленных для всех граждан, получить в поль­зование жилое помещение в домах государственного и общественного жи­лого фонда, жилищно-строительных кооперативов.

Иностранные граждане, как и отечественные, вправе заниматься в России предпринимательской деятельностью без образования юридичес­кого лица. На них распространяется действие Положения о порядке госу­дарственной регистрации субъектов предпринимательской деятельности, утвержденное Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г. Они могут зани-

8-872


114                   Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев

маться благотворительной деятельностью. Иностранные граждане, как субъекты предпринимательской деятельности, могут быть пользователями недр, если они будут наделены законодательством правом заниматься со­ответствующим видом деятельности (см. гл. 5). В этом и в ряде других слу­чаев определенными видами деятельности иностранные физические (и юридические) лица могут заниматься при наличии лицензии или лицензи­онного свидетельства (градостроительной деятельностью ст. 22 Закона об основах градостроительства в РФ 1992 г.), деятельностью по предо­ставлению услуг связи ст. 8 Федерального закона о связи), согласно ст. 10 Федерального закона об архитектурной деятельности в РФ 1995 года, они могут принимать участие в архитектурной деятельности на территории России только совместно с архитектором гражданином РФ, имеющим лицензию. Соответствующими законодательными актами пред­усмотрено, что иностранные граждане и лица без гражданства пользуются правом на страховую защиту наравне с российскими гражданами (ст. 34 Закона о страховании 1992 г.).

Иностранные граждане могут быть членами производственных коопе­ративов и сельскохозяйственных потребительских кооперативов, но лише­ны права участия в сельскохозяйственных производственных кооперати­вах (ст.. 13 Закона о сельскохозяйственной кооперации 1995 г.).

2. Статья 160 Основ гражданского законодательства 1991 года пред­усматривает также возможность установления законом отдельных изъятий в отношении предоставления иностранцам равных прав с отечественными гражданами.

Установленные изъятия немногочисленны и могут быть сведены к двум группам.

К первой группе относятся изъятия в отношении возможности для ино­странцев занимать определенные должности или заниматься той или иной профессией на равных началах с нашими гражданами (см. гл. 16).

Вторую группу изъятий составляют правила, устанавливающие особый режим прав иностранцев, определяемый характером охраняемых прав, особенностями их юридической природы. Так, в силу территориального ха­рактера авторских прав (согласно ст. 5 Закона об авторском праве и смеж­ных правах) национальный режим в отношении авторских прав иностран­цев установлен применительно к произведениям, обнародованным на тер­ритории РФ либо необнародованным, но находящимся на территории РФ в какой-либо объективной форме. В отношении других произведений ино­странцев авторские права признаются в соответствии с международными договорами РФ (см. гл. 12).

3. Законодательство содержит также специальные правила, касающие­ся дееспособности физических лиц, под которой понимается способность совершать определенные действия, принимать на себя определенные обя­зательства. Коллизионные вопросы дееспособности физического лица


§ 2 Гражданская правоспособность и дееспособность иностранных грамадан в РФ 115

возникают прежде всего вследствие того, что законы разных стран не всег­да одинаково определяют возраст, с наступлением которого человек дости­гает совершеннолетия и тем самым становится полностью дееспособным. Как и во многих странах континентальной Европы, наш закон исходит в вопросах дееспособности из принципа lex patriae.

Согласно Основам гражданского законодательства 1991 года, «граж­данская дееспособность иностранного гражданина определяется по праву страны, гражданином которой он является» (ч. 2 ст. 160). Таково общее правило в отношении дееспособности иностранцев. Наряду с этим закон предусматривает и некоторые специальные правила.

Гражданская дееспособность лица без гражданства определяется по праву страны, в которой он имеет постоянное место жительства (ч. 3 ст. 160). Граж­данская дееспособность иностранных граждан и лиц без гражданства в отно­шении сделок, совершаемых в РФ, и обязательств, возникающих вследст­вие причинения вреда в РФ, определяется по российскому праву (ч. 4 ст. 160). Таким образом, ч. 3 и 4 ст. 160 Основ содержат изъятия из дейст­вия принципа личного закона в пользу территориального принципа.

Постоянно проживающие в РФ иностранные граждане и лица без гражданства могут быть признаны в РФ недееспособными или ограничен­но дееспособными в порядке, установленном нашим законодательством.

Согласно Проекту части третьей ГК РФ, гражданская дееспособность иностранного гражданина определяется его личным законом, т.е. законом страны гражданства. Сторона, не обладающая дееспособностью по своему личному закону, не вправе ссылаться на отсутствие у нее дееспособности, будучи дееспособной по праву места совершения сделки, за исключением тех случаев, когда другая сторона знала или должна была знать об отсут­ствии дееспособности. Гражданская дееспособность иностранного граж­данина или лица без гражданства в отношении сделок, совершаемых в Рос­сии, и обязательств, возникающих вследствие причинения вреда в РФ, оп­ределяется по российскому праву. Ему подчиняется и признание в РФ ино­странного гражданина или лица без гражданства недееспособным,

4. Модельный гражданский кодекс стран СНГ дополнительно к приведен­ным положениям Проекта ГКРФ предусматривает, что способность физичес­кого лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, быть инди­видуальным предпринимателем и иметь связанные с этим права и обязанности определяется по праву страны, где физическое лицо зарегистрировано в ка­честве индивидуального предпринимателя. При отсутствии страны реги­страции должно применяться право страны основного места осуществле­ния индивидуальной предпринимательской деятельности (ст. 1205).

В договорах о правовой помощи, заключенныхсдругимистранами.дееспо-собность физического лица обычно определяется по закону его гражданства.

Согласно многосторонней Конвенции о правовой помощи стран СНГ от 22 января 1993 г., дееспособность физических лиц определяется зако-


116


Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев


 


нодательством договаривающейся стороны, гражданином которой являет­ся это лицо (ст. 23).

5. Постановления о правах иностранцев содержатся в различных меж­дународных договорах, заключенных РФ с другими странами (торговых до­говорах, консульских конвенциях, договорах о правовой помощи, по во­просам налогообложения и т.д.). В этих актах закрепляется уравнение ино­странцев в правах либо с отечественными гражданами (предоставление национального режима), либо с гражданами любого другого государства, с которым заключен договор на аналогичных условиях (предоставление ре­жима наибольшего благоприятствования). Приведем некоторые примеры из договорной практики.

Предоставление национального режима предусмотрено договором о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам между РФ и Эстонией от 26 января 1993 г. Граждане Эстонии в России, точно так же, как и граждане России на территории Эс­тонии, пользуются в отношении своих личных и имущественных прав такой же правовой защитой в судах и других учреждениях, как и собственные граждане каждого из государств.

6. Итак, иностранцы имеют в РФ такие же имущественные и личные неимущественные права, что и российские граждане. Эти права должны осуществляться ими таким же образом, как и российскими гражданами. Согласно Конституции России 1993 года, право частной собственности ох­раняется законом. Каждый вправе иметь в собственности имущество, вла­деть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Следует подчеркнуть, что новое законодательство России, в отличие от старого, исходит из того, что в РФ признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы соб­ственности.

Общий принцип признания прав частной собственности иностранцев конкретизирован в Законе о товариществах собственников жилья 1996 года(ст. 4).

Иностранцы, как и граждане РФ, могут владеть, пользоваться и распо­ряжаться принадлежащей им собственностью в пределах, установленных нашим законом. Характерные примеры дает в этом отношении судебная практика.

По иску Л Гриневой к французскому гражданину А. Реве, проживающему во Франции, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда 10 мая 1955 г. признала, что иностранец может владеть и распоряжаться принадле­жащим ему домом в Москве на тех же основаниях, что и советский гражцанин, и что такое право не обусловлено проживанием его в СССР.

Иностранец-собственник имеет право истребовать по суду вещи из не­законного владения лица, удерживающего их у себя.


§2 Гражданская правоспособность и дееспособность иностранных граждан в РФ 117

Таким образом, в отношении права собственности иностранцев дейст­вует принцип национального режима. На иностранцев распространяются все общие правила нашего законодательства о собственности граждан. Это касается круга предметов, которые вообще могут принадлежать ино­странцам, и пределов осуществления иностранцами их права собственнос­ти. Установленные в этом отношении правила законодательства должны соблюдаться на территории РФ всеми лицами, в том числе иностранцами. Так, если иностранец везет в РФ оружие, то ни законность приобретения оружия за рубежом, ни правомерность владения им, когда он жил в другой стране, не являются основанием для владения оружием в РФ. Иностранец может владеть оружием в РФ лишь при выполнении условий, установлен­ных законодательством России.

Предоставление национального режима иностранцам означает не толь­ко уравнение их с нашими гражданами в области гражданских прав, но и возложение на иностранцев как участников гражданских правоотношений обязанностей, вытекающих из правил нашего законодательства. Напри­мер, согласно ст. 1064 ГК РФ, из факта причинения вреда личности или имуществу гражданина или имуществу юридического лица возникает обя­зательство по возмещению вреда. Согласно ст. 1099—1101 ГК РФ уста­новлено возмещение морального вреда. Такие обязательства возникают и в случае причинения вреда иностранцами (см. гл. 11). Осуществление прав, предоставленных в РФ иностранным гражданам в соответствии с нашим законодательством, неотделимо от исполнения ими обязанностей. Общее правило в отношении обязанностей иностранцев сформулировано в п. 3 ст. 62 Конституции РФ.

Особые положения установлены в отношении допуска к медицинской и фармацевтической деятельности лиц, получивших соответствующую подготовку в иностранных государствах (эти положения не распространя­ются на лиц, получивших подготовку в бывшем СССР).

Иностранные граждане могут обучаться, а также повышать свою ква­лификацию в образовательных учреждениях РФ. Такое обучение осущест­вляется на основе прямых договоров с этими учреждениями, а также меж­правительственных и иных соглашений, заключаемых с государственными органами зарубежных стран.

Для работающих в РФ иностранцев, которые окончили высшие учеб­ные заведения за границей, имеет большое значение признание действия их дипломов в РФ. Правила по этим вопросам содержатся в соглашениях о признании эквивалентности дипломов. В соответствии с этими соглаше­ниями в РФ лица, окончившие высшие учебные заведения за границей, при наличии у них соответствующего документа в подлиннике считаются имеющими высшее образование наравне с лицами, окончившими высшие учебные заведения на территории РФ. Документы об окончании высших


118                   Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев

учебных заведений, полученные за границей, имеют юридическую силу в РФ и не подлежат обмену на дипломы установленного в РФ образца.

7. Новым для российского законодательства является введение колли­зионной нормы, касающейся права на имя. Согласно Проекту части третей ГК РФ, право иностранного гражданина или лица без гражданства на имя, его использование и защиту определяется его личным законом, поскольку иное не вытекает из правил, установленных ГК. В понятие «имя», соглас­но ГК, входит и фамилия лица. В соответствии со ст. 19 ГК РФ в случае перемены имени любой гражданин обязан принимать необходимые меры для уведомления об этом своих должников и кредиторов и несет риск пос­ледствий, вызванных отсутствием у этих лиц сведений о перемене его имени. Российский закон (п. 4 ст. 19) не допускает приобретения прав и обязанностей под именем другого лица.

Следует иметь в виду, что регулирование вопроса об имени лица не ог­раничивается только пределами гражданского законодательства. Измене­ние имени возможно лишь на основании акта государственного органа, а им может быть только орган страны гражданства. В случае вступления в брак или усыновления вопрос об имени, например, женщины, вступающей в брак, или усыновленного, будет определяться правом, которое должно применяться к отношениям такого рода.

Так. проблема применения права в отношении изменения имени возникла в 1997 г. у четырехкратной чемпионки мира русской спортсменки Оксаны Гришук (спортивные танцы на лъцу) в связи с тем, что на предшествующих зимних Олимпий­ских играх золотые медали завоевали две спортсменки с одинаковыми именамиОксана Баюл (Украина) и Оксана Гришук (Россия). После этого обе спортсменки проживали в США, где их часто путали. Чтобы избежать этого, Оксана Гришук объ­явила в коммюнике за два месяца до начала зимних Олимпийских игр в Нагано. что ее официальное имя не Оксана, а Паша. При этом она предъявила официальное под­тверждение об изменении имени от властей места своего проживания. Однако этот факт не был признан, поскольку решающее значение для Олимпийских игр имеет имя в паспорте спортсменки.

В отношении защиты права на имя должно применяться то же право, что и при защите личных неимущественных прав. Согласно Проекту части третьей ГК РФ, к защите личных неимущественных прав подлежит приме­нению право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о защите таких прав.

8. Признание иностранных граждан или лиц без гражданства безвестно отсутствующими подчиняется российскому праву (соглсно Проекту части третьей ГК РФ). Поскольку данная норма сформулирована как односто­ронняя, остался открытым вопрос о признании лица умершим, совершен­ном за рубежом. В международной практике возникали сложности при применении права в случае объявления лица умершим.

Так, бывшие германские супруги, А. и Б., лица еврейской национальности, в 1938 году бежали из нацистской Германии в Бельгию с намерением находиться там


§ 3. Гражданская правоспособность российских граждан за рубежом      119

временно. В 1942 году они были депортированы в лагерь Освенцим и никаких офи­циальных сведений о них больше не было. В 1950 году на основании бельгийского закона они были объявлены судом в Брюсселе умершими, а позднее, в 1952 году, были объявлены умершими и немецким судом. Даты объявления умершими и другие моменты в решениях по этим делам не совпадали, и потому было важно определить, в какой стране и на основе применения права какой страны должны были выноситься решения об объявлении этих лиц умершими.

§ 3. Гражданская правоспособность российских граждан за рубежом

Правовое положение российских граждан за рубежом определяется как российским законодательством, так и многочисленными актами зако­нодательства страны пребывания (конституциями, законами о правах ино­странцев и др.).

Большое значение в этом отношении имеют положения международ­ных договоров РФ с иностранными государствами. Предоставление в до­говорном порядке на основе взаимности определенного режима преследу­ет цель предотвращения какой бы то ни было дискриминации российских граждан, изменения их правового положения в одностороннем порядке.

Граждане РФ за границей пользуются защитой и покровительством России. Согласно п. 2 ст. 61 Конституции РФ «Российская Федерация га­рантирует своим гражданам защиту и покровительство за ее пределами». Российский консул обязан принимать меры к тому, чтобы граждане поль­зовались в полном объеме всеми правами, предоставленными им законо­дательством государства пребывания и международными договорами, участниками которых являются РФ и государство пребывания, а также международными обычаями. В случае если консулом будет установлено нарушение каких-либо прав российских граждан, он должен принять меры для восстановления нарушенных прав.

В советском государстве советский гражданин не мог осуществлять права собственника на земельный участок, поскольку там не было права личной собственности на землю. Земля находилась в исключительной соб­ственности государства. Что же касается имущественных прав советских граждан за границей, то они могли пользоваться там всеми имуществен­ными правами, предоставленными соответствующими иностранными за­конами, хотя эти права и были неизвестны советскому законодательству.

Еще в разъяснении Народного комиссариата юстиции РСФСР 1923 года отме­чалось: «Гражданин РСФСР может за границей владеть на праве собственности сельскими и городскими земельными участками, домами и дачами, промышленным и торговым предприятием» и вообще владеть любой собственностью без соблюдения ограничений, установленных ГК РСФСР.

В советской практике в первые годы после создания советского государства воз­ник вопрос: могут ли советское дипломатическое представительство и другие органы


120


Глава 4. Гражданско-правовое положение иностранцев


 


советского государства за границей защищать имущественные права советских граждан, принимать меры по защите таких прав, которые в советском государстве советский гражданин в силу советских законов осуществлять не может? Этот вопрос был решен радом циркуляров Народного комиссариата по иностранным делам, ко­торые сохранили свое значение до наших дней.

В циркуляре № 329 НКИД 1925 года говорилось следующее: «Советский граж­данин может за пределами Союза осуществлять права, основанные на иностранных законах». В циркуляре указывалось, что советский гражданин может осуществлять право собственности на землю, если такое право собственности в данном государст­ве признается. Это означало, что те права, которые возникают под действием ино­странных законов, должны осуществляться и советскими гражданами на равных ос­нованиях с местными гражданами или другими иностранцами^

В циркуляре № 42 НКВД от 12 апреля 1922 г. разъяснялось, что факт непри­знания того или иного права советским законодательством не препятствует совет­скому правительству защищать такое право за границей. Однако осуществление этого права не должно нарушать основы социалистической морали, противоречить господствующему в СССР социалистическому правосознанию: «Пределы, до каких может простираться зашита подобных прав, определяются вместе с тем и общими основами правосознания советского государства». Не могут быть взяты под защиту все права «это должно составлять предмет отдельной оценки в кажцом конкрет­ном случае».

Законодательство России о собственности существенным образом от­личается от ранее действовавшего законодательства СССР. Было введено право частной собственности. Уже Законом о собственности в РСФСР 1990 года было установлено, что гражданин вправе приобрести для веде­ния сельскохозяйственного производства, а также строительства жилого дома, садоводства и огородничества земельные участки в собственность или во владение (ст. 12). Однако, несмотря на это, приведенные выше цир­куляры имеют не просто историческое значение. Из них можно сделать следующие выводы: 1) поскольку объем прав собственника, по общему правилу, определяется законом места нахождения вещи, российский граж­данин может осуществлять в отношении своего имущества все правомо­чия, которые установлены иностранным законом, и пользоваться защитой со стороны местных органов; 2) всякая попытка ограничить имуществен­ные права российских граждан и лишить их законной защиты не может рассматриваться иначе, как дискриминация.

Контрольные вопросы

1. Какими законодательными актами определяется гражданская правоспособность иностранца в РФ?

2. Какое значение имеет факт постоянного проживания иностранца в РФ для предоставления ему определенных прав?

3. Как определяется гражданская правоспособность российских граждан за рубежом?


Глава 5

ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

§ I. Участие юридических лиц в международных хозяйственных отношениях и определение их государственной принадлежности. § 2. Иностранные юридические лица в Российской Федерации. § 3. Организационно-правовые формы предпринимательской деятельности иностранных юридических лиц в России. § 4. Правовое положение российских участников внешнеэкономической деятельности. § 5. Правовые формы совместной хозяйственной деятельности

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.С., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 82— 93; ЛунцЛ-А. Курс международного частного права. Особенная часть. М., 1975. С. 41—73; Лунц Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 90—110; Корецкий В.М. Очерки англо-американской доктри­ны и практики международного частного права. М., 1948. С. 197—395; Лялико-ва Л.А. Транснациональные корпорации и проблема определения их националь­ности // Сов. ежегодник международного права. 1981. М., 1982. С. 256—269;

Правовое положение совместных предприятий в СССР. М., 1988; Вознесен­ская Н.Н. Совместные предприятия как форма международного экономического сотрудничества. М., 1989; Богатырев А.Г. Инвестиционное право. М., 1992; 5о-гуславский М.М., Орлов Л.Н. Законодательство о совместных предприятиях. Ком­ментарий. М., 1993; Богуславский М.М. Иностранные инвестиции: правовое ре­гулирование. М., 1996; Правовое регулирование иностранных инвестиций в Рос­сийской Федерации: Сб. нормат. актов. М., 1995; Правовой режим российских ин­вестиций за рубежом: Сб. нормат. актов. М , 1997.


122


Гл а в а 5. Правовое положение юридических лиц


 


§ 1. Участие юридических лиц

в международных хозяйственных отношениях и определение их государственной принадлежности

1. В современных условиях хозяйственная деятельность юридических лиц не ограничена пределами одного государства, причем число таких юри­дических лиц все время возрастает. Экспорт капитала приводит к тому, что предприятия, созданные в одном государстве, принадлежат полностью или частично компаниям другого государства. Основная деятельность крупных монополий осуществляется вообще в нескольких странах.

В современной экономической литературе международные монополии, деятельность которых охватывает многие важные сферы мирового хозяй­ства, делятся обычно на несколько групп.

В первую из них входят национальные общества, тресты, компании, имеющие за рубежом многочисленные филиалы, а также дочерние обще­ства. Речь идет, таким образом, о монополиях, национальных по своему капиталу, но международных по сфере деятельности. К числу таких транс­национальных корпораций в США принадлежат «Дженерал моторз», «Форд моторз», «Интернэшнл бизнес мэшинз» и др. В странах Западной Европы крупнейшими международными монополистическими корпора­циями являются «Фольксваген» и «Сименс» (ФРГ), «Филипс» (Нидер­ланды), «Бритиш Петролеум», «Империал кэмикал ивдастриз» (Велико­британия), «Нестле» (Швейцария).

Ко второй группе транснациональных корпораций (ТНК) относятся тресты и концерны, которые являются международными не только по сфере деятельности, но и по капиталу. В отличие от монополий первой группы они принадлежат капиталу нескольких государств. Таковы, напри­мер, англо-голландские концерны нефтяной «Ройялдатч-Шелл» и хи­мико-пищевой «Юнилевер», англо-американо-канадский никелевый трест «Интернэшнл никл компани оф Кэнада», бельгийско-франко-люк-сембургский металлургический концерн «Арбед». германо-бельгийский трест фотохимических товаров «Агфа-Геверт», англо-итальянский кон­церт резинотехнических изделий «Данлоп-Пирелли».

Общим для этих двух групп является то, что и те и другие монополии созданы как юридические лица одного государства. В других странах и те и другие монополии имеют многочисленные филиалы, отделения, а также дочерние общества.

Наконец, к третьей группе международных монополий относятся многочисленные картели и синдикаты, объединения производственного и научно-технического характера, юридическими лицами не являющиеся.

С правовой точки зрения монополии (речь идет о первых двух группах) не являются международными юридическими лицами, хотя термин «меж­дународный» применяется и в официальном названии некоторых из них.


§ 1. Участие юридических лиц в международных хозяйственных отношениях   123

Тенденция развития ТНК в США такова, что от участия и контроля над западноевропейскими предприятиями они все чаще переходят к превра­щению их в свою собственность. Экономически и политически это ведет к более глубокому воздействию американского капитала на экономику За­падной Европы, а юридически к образованию в европейских странах юридических лиц, формально самостоятельных, но полностью принадле­жащих американской компании, часто с одноименным названием, напри­мер, «Дрессер Франс» (Франция), «ФордАГ Кёльн» (ФРГ).

Приведем пример сложных ситуаций, возникающих в результате использования ТНК такой юридической конструкции. Бывшая советская гражданка Э. Иванова, проживающая в Бельгии, была в 1942 голу угнана гитлеровцами из Ростова в Гер­манию. Она предъявила в федеральном окружном суде Нью-Йорка (США) иск к корпорации «Форд» о возмещении ущерба, причиненного ей в результате каторж­ного труда во время войны на заводе по производству военных грузовиков в Кельне. принадлежащего компании Форда.

В проведенном компанией в 50-х годах исследовании утверждалось, что компа­ния Форда в 1941 году потеряла связь со своим германским подразделением. Кон­троль над ним удалось восстановить лишь в 1948 голу. Однако в исковом заявлении утверждалось, что, в отличие от других подразделений американских компаний на территории Германии, нацисты не только не конфисковали предприятия Форда, но помещали часть прибыли кельнского предприятия в специальный фонд. который после окончания войны должен был поступить в распоряжение родительской корпо­рации

Монополии используют для полностью принадлежащих им компаний форму самостоятельного юридического лица страны места нахождения, для того чтобы распространить на них действие местного законодательст­ва, и в первую очередь налогового, если его требования являются более льготными для «отечественных» компаний, чем для иностранных.

В других случаях монополии, и прежде всего транснациональные, со­здают в иностранных государствах свои филиалы. Филиалы не наделяются правами самостоятельных юридических лиц. Таким образом, наиболее ха­рактерной особенностью ТНК является несоответствие между экономи­ческим содержанием, экономической сущностью и юридической формой;

экономическое единство оформляется юридической множественностью (юридические лица местного права, филиалы и т.д.), что служит интересам собственников ТНК. Хартия экономических прав и обязанностей госу­дарств 1974 года предусматривает, что каждое государство имеет право в пределах своей юрисдикции регулировать и контролировать деятельность ТНК. В этой хартии, принятой в виде резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, точно так же, как в проекте разработанного Кодекса поведения ТНК, отразилось стремление развивающихся стран оградить свою эконо­мику от пагубного влияния ТНК.

Еще одной распространенной формой экспорта капитала является ор­ганизация смешанных обществ (на паях с местным капиталом или с фир­мами различных государств). Под смешанными обществами в междуна-


124                          Глава 5. Правовое положение юридических лиц

родном частном праве обычно понимаются торговые общества или произ­водственные предприятия, капитал которых принадлежит юридическим лицам или гражданам различных государств.

Международными юридическими лицами современная западная док­трина признает те юридические лица, которые созданы либо непосредст­венно в силу международного договора (например. Международный банк реконструкции и развития МБРР, Европейское общество химической обработки облученных горючих материалов «Еврохемик»), либо на ос­новании внутреннего закона одного или двух государств, принятого в со­ответствии с международным договором (Европейское общество по фи­нансированию закупок железнодорожного оборудования «Еврофир-ма», Банк международных расчетов БМР).

В советской юридической литературе понятие международного юриди­ческого лица было применено к международным банкам стран членов СЭВ Международному банку экономического сотрудничества (МВЭС) и Международному инвестиционному банку (МИБ).

2. В целом ряде случаев важно установить, к какому государству при­надлежит то или иное юридическое лицо. Например, если в торговом до­говоре указывается, что юридическим лицам договаривающегося государ­ства предоставляется режим наибольшего благоприятствования или же национальный режим, то необходимо определить, какие юридические лица могут рассматриваться как юридические лица данного государства.

В международных отношениях часто возникает необходимость диплома­тической защиты иностранных граждан, причем такая защита имеет место в отношении не только граждан (физических лиц), но и юридических лиц.

Из этого положения исходило и советское законодательство. Консуль­ский устав СССР предусматривает, что консул обязан принимать меры к тому, чтобы советские юридические лица пользовались в полном объеме всеми правами, предоставленными им законодательством государства пребывания, соответствующими международными договорами и междуна­родными обычаями (ст. 23). Консул обязан принимать меры для восста­новления нарушенных прав юридических лиц.

В международных отношениях возникает множество правовых вопро­сов, касающихся юридического лица, которые нужно решить. Например, в одном государстве какое-то образование признается юридическим лицом, а в другой стране такое же образование рассматривается не как юридическое лицо, а как простая совокупность физических лиц. Так, анг­лийский «партнер шип» (полное товарищество) по английскому праву не является юридическим лицом, по французскому же праву аналогичное об­разование считается юридическим лицом.

Для того чтобы установить, является ли то или иное образование юри­дическим лицом, необходимо выяснить, к какому государству это образо­вание относится.


§ 1. Участие юридических лиц в международных хозяйственных отношениях   125

Классическая доктрина международного частного права определяла личный закон образования (объединения) в зависимости от его государст­венной принадлежности, «национальности».

Этот закон отвечает на вопрос, является ли то или иное образование юридическим лицом. Если личным законом товарищества, о котором го­ворилось выше, будет английский закон, тогда такое товарищество не при­знается юридическим лицом. В случае же когда установлено, что личным законом является французский закон, это образование будет рассматри­ваться как юридическое лицо.

Этим же законом определяются вопросы создания и прекращения юри­дического лица и вопросы реорганизации юридического лица, включая во­просы правопреемства.

Личным законом (статутом) юридического лица определяется также правоспособность.

Личный закон юридического лица определяется его национальностью. Термин «национальность» в международном частном праве применяется к юридическим лицам условно, в ином смысле, чем он применяется к гражданам. Под национальностью юридического лица понимается его принадлежность к определенному государству. В праве Великобритании и США господству­ющим критерием для определения национальности юридического лица яв­ляется место его учреждения, т.е. закон того государства, где юридическое лицо создано и где утвержден его устав. Английские авторы называюттакой закон законом инкорпорации. При этом если юридическое лицо учреждено в Великобритании и там зарегистрирован его устав, то считается, что это юридическое лицо английского права (принцип инкорпорации).

В континентальных государствах Западной Европы применяются дру­гие принципы определения национальности юридического лица. Господ­ствующая тенденция сводится к тому, что в качестве критерия для уста­новления национальности юридического лица применяют закон места его нахождения. Под местом нахождения юридического лица понимается то место, где находится его правление. Такой принцип принят, в частности, во Франции и ФРГ.

В литературе по международному частному праву был выдвинут и тре­тий критерий определения национальности юридического лица место деятельности (его восприняло законодательство Италии). Этот критерий получил применение в практике развивающихся стран.

В ряде случаев в законодательстве и судебной практике упомянутые критерии установления национальности юридического лица отбрасывают­ся со ссылкой на то, что эти критерии исходят из формальной точки зрения, а подлинную принадлежность капитала по таким формальным признакам определить нельзя. Когда нужно установить, кому в действительности при­надлежит юридическое лицо, кто его контролирует, используется «теория контроля». Эта теория была первоначально сформулирована во время


126                          Глава 5. Правовое положение юридических лиц

Первой мировой войны и применялась в судебной практике в борьбе с на­рушением законодательства о «враждебных иностранцах».

Этот вопрос впервые возник в английской судебной практике в извест­ном деле Даймлера (1916 г.). В Англии была учреждена акционерная ком­пания по продаже шин. Ее капитал состоял из 25 тыс. акций, из них только одна принадлежала англичанину, а остальные находились в руках герман­ских собственников. Компания была зарегистрирована по английским за­конам. С точки зрения английского права компания английское юри­дическое лицо. Однако суд признал, что в данном случае надо установить, кто контролирует юридическое лицо, и соответственно с этим решил во­прос о его фактической принадлежности.

В дальнейшем критерий контроля был воспринят законодательством ряда государств, предусматривающим, что под «враждебным юридическим лицом» понимается юридическое лицо, контролируемое лицами враждеб­ной национальности. Критерий контроля применялся после Второй миро­вой войны во всех случаях, когда особенно важно было установить дейст­вительную принадлежность юридического лица. Как и другие правовые ка­тегории, этот критерий используется различными государствами в зависи­мости от целей их экономической политики.

Для обеспечения дипломатической защиты инвестиций отечественных компаний и граждан в создаваемых ими в других странах юридических лицах (прежде всего в так называемых развивающихся странах) принцип контро­ля стал применяться в двусторонних договорах США и некоторыхдругих го­сударств о поощрении и защите капиталовложений. Однако европейские государства, и прежде всего ФРГ и Россия, не используют этот принцип в своихдвустороннихдоговорах подобного рода. Так, в договоре СССР и ФРГ о содействии осуществлению и взаимной защите инвестиций 1989 года (действует для РФ) было установлено, что термин «инвестор» означает юридическое лицо с местом пребывания в соответствующей сфере дейст­вия настоящего договора (то есть на территории соответствующего госу­дарства), правомочное осуществлять капиталовложения. В других двусто­ронних договорах СССР и России о защите инвестиций используется кри­терий места учреждения юридического лица, но не критерий контроля.

В современной международной практике принцип контроля применяет­ся с оговорками в Вашингтонской конвенции 1965 года о порядке разреше­ния инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами, а также в отдельных двусторонних соглашениях о защите инвестиций, за­ключенных с развивающимися странами. Договор 1994 года к Энергети­ческой Хартии, участниками которого являются РФ и другие государства СНГ, предусмотрел такую возможность для отказа в преимуществах в от­ношении юридических лиц, если такие юридические лица принадлежат к гражданам или подданным третьего государства или контролируются ими (ст. 17). В практике Международного суда ООН первоначально эта теория


§ 2. Иностранные юридические лица в Российской Федерации         127

отвергалась (в решении по делу Barcelona Traction, 1970 г.), однако затем в деле ELSI (решение 1989 г.) в определенных пределах она была приме­нена, однако в этом случае иск США к Италии основывался на договоре между этими государствами о дружбе, торговле и мореплавании 1948 года, в котором говорилось о контроле в отношении юридических лиц.

В последние годы в западной литературе по международному частному праву все чаще государственная принадлежность отделяется от личного статута юридического лица. Более того, предлагается вообще не приме­нять категорию личного статута для решения всех коллизионных вопросов, касающихся данного юридического лица. По этому пути идет в ряде стран и законодательная практика. В зависимости от конкретной цели выбира­ется определенный критерий. Так, для определения подсудности в США применяется принцип инкорпорации, а для целей налогообложенияпринцип места деятельности.

Как уже отмечалось, юридические лица создаются на территории оп­ределенного государства. Однако их деятельность не ограничивается тер­риторией этого государства и может осуществляться на территории других стран. При осуществлении такой деятельности возникают два вопроса: во-первых, о признании правосубъектности иностранного юридического лица и, во-вторых, о допуске его к осуществлению хозяйственной деятельности на территории данного государства и об условиях такой деятельности.

Правосубъектность иностранных юридических лиц обычно признается на основании двусторонних договоров.

- Вопрос о допуске иностранного юридического лица к хозяйственной де­ятельности на территории государства решается законодательством этого государства. В большинстве стран такая деятельность иностранного юри­дического лица возможна, но при выполнении определенных правил, ус­ловий, установленных национальным законодательством.

Правовое положение иностранных юридических лиц определяется и торговыми договорами, в которых устанавливается общий режим для юри­дических лиц. Этот режим может быть основан либо на принципе наиболь­шего благоприятствования, либо на принципе национального режима. В интересах крупнейших монополий странами членами ЕЭС подготовлен проект устава «компании европейского права». Учреждение «европей­ской компании» дает возможность юридическим лицам отдельной страны распространить хозяйственную деятельность на всю территорию ЕЭС.

§ 2. Иностранные юридические лица в Российской Федерации

1. Правовое положение иностранных юридических лиц в РФ определя­ется как правилами нашего законодательства, так и положениями между­народных договоров РФ с другими государствами.


128                         Глава 5. Правовое положение юридических лиц

Действующее законодательство исходит из того, что гражданская пра­воспособность иностранных юридических лиц определяется по праву стра­ны, где учреждены юридическое лицо или организация (ч. 1 ст. 161 Основ гражданского законодательства 1991 г.)

Согласно Проекту части третьей ГК РФ, личным законом юридическо­го лица считается право страны, где оно учреждено.

На основе личного закона юридического лица определяются, в частнос­ти: 1) является ли организация юридическим лицом; 2) организационно-правовая форма юридического лица; 3) требования к наименованию юри­дического лица; 4) вопросы создания и прекращения юридического лица;

5) вопросы реорганизации юридического лица, включая вопросы право­преемства; 6) содержание правоспособности юридического лица; 7) поря­док приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; 8) отношения внутри юридического лица, включая отношения юридического лица с его участниками; 9) ответствен­ность юридического лица.

Проект также предусматривает, что иностранное юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представите­ля на совершение сделки, не известное праву страны, в которой орган или представитель иностранного юридического лица совершил сделку, за ис­ключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанном ограничении. Анало­гичное правило, но в более сокращенной редакции содержится в ч. 2 ст. 161 Основ гражданского законодательства 1991 года.

Приведем пример применения личного закона юридического лица из практики ВТАК (дело № 69/1990). В решении по этому делу арбитраж признал, что право­способность американской корпорации при заключении арбитражного соглашения определяется по закону места ее учреждения, и потому было применено право США, конкретно штата Вашингтон, в то время как в отношении определения прав и обязанностей сторон подлежало применению действовавшее тогда советское право.

Согласно многосторонней Конвенции о правовой помощи стран СНГ от 22 января 1993 г., правоспособность юридического лица определяется законодательством государства, по законам которого оно было учреждено.

В международных договорах предусматривается взаимное предостав­ление определенного режима юридическим лицам договаривающихся го­сударств. В этих целях в договорах содержатся и критерии определения национальности юридических лиц. Однако во взаимоотношениях РФ с дру­гими странами определение национальности юридического лица не имеет того значения, которое оно имеет во взаимоотношениях других государств. Это объясняется тем, что под юридическими лицами всегда подразумева­ются юридические лица, учрежденные по нашим законам и имеющие место пребывания на территории РФ. Участие иностранного капитала в совмест-


§ 2. Иностранные юридические лица в Российской Федерации         129

ных предприятиях, учрежденных в РФ, не меняют дела, поскольку все они являются юридическими лицами права России.

Вопрос об определении национальности иностранных юридических лиц возникает главным образом при признании их правосубъектности, что яв­ляется необходимой предпосылкой для заключения с ними сделок.

Приведем рад примеров из договорной практики Согласно ст. 1 Договора между Россией и Эстонией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским. семейным и уголовным делам 1993 года правовая защита предоставляется в одном государстве наряду с гражданами другого государства также и юридическим лицам, которые созданы в соответствии с законодательством другого государства. Таким об­разом, в этом договоре, как и в ряде других, национальность юридического лица оп­ределяется по месту его учреждения.

Однако иногда используется и другой критерий. Так, в ст. 10 торгового договора между СССР и Австрией 1955 года указано, что соответствую­щие права предоставляются в одной стране юридическим лицам, имеющим свое место пребывания на территории другой страны.

Таким образом, в отечественной договорной практике применялись обычно два критерия для определения национальности юридических лиц:

место учреждения юридического лица и место его пребывания.

Итак, в торговых договорах, заключенных Советским Союзом с ино­странными государствами, во-первых, определяется, к какому государству относится соответствующее юридическое лицо, поскольку там устанавли­вается принцип определения национальности юридических лиц; во-вто­рых, предусматривается взаимное признание правосубъектности этих юридических лиц, то есть в СССР признается соответствующее юридичес­кое лицо, созданное, например, в Финляндии, а в Финляндии признаются юридические лица, созданные в СССР; и наконец, в-третьих, содержатся правила о режиме юридических лиц, о режиме наибольшего благоприят­ствования или национальном режиме. СССР, а затем РФ предоставляют по торговым договорам иностранным юридическим лицам режим наиболь­шего благоприятствования. Что же касается национального режима, то он предоставляется в определенных сферах (право на судебную защиту, в об­ласти торгового мореплавания). Если торговым договором предусматри­вается режим наибольшего благоприятствования, то это значит, что ко всем иностранным юридическим лицам должны применяться одинаковые положения. Никакой дискриминации в отношении иностранного юриди­ческого лица какого-либо государства, с которым заключен договор на ос­нове принципа наибольшего благоприятствования, не допускается.

2. Какими правами пользуются иностранные юридические лица в Рос­сии и других странах СНГ?

Напомним, что, согласно общему принципу, предусмотренному п. 1 ст. 2 ГК РФ, правила, установленные гражданским законодательством,

9-872


130                          Глава 5 Правовое положение юридических лиц

применяются к отношениям с участием иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с Проектом части третьей ГК РФ иностранным юриди­ческим лицам предоставляется национальный режим. Согласно ст. 1213 Модельного гражданского кодекса стран СНГ, иностранные юридические лица осуществляют в соответствующем государстве СНГ предпринима­тельскую и иную деятельность, регулируемую гражданским законодатель­ством, в соответствии с правилами, установленными этим законодатель­ством для такой деятельности отечественных юридических лиц, если для иностранных юридических лиц не предусмотрено иное.

Иностранные юридические лица имеют право на судебную защиту своих прав (см. гл. 17).

Каких-либо особых разрешений иностранным фирмам для заключения сделок или же для обеспечения охраны их прав не требуется. Иначе об­стояло дело с хозяйственной деятельностью иностранных юридических лиц на территории СССР. В условиях социалистической системы такая дея­тельность осуществлялась только в разрешительном порядке, что препят­ствовало проникновению иностранного капитала в советскую экономику на всех этапах развития советского государства. В то же время такой по­рядок не исключал привлечения в необходимых случаях иностранных фирм к осуществлению под контролем и с разрешения советского государства определенной хозяйственной деятельности на территории СССР.

Организационные формы участия иностранных фирм в хозяйственной деятельности в СССР не оставались неизменными. Они обусловливались задачами, стоящими перед народным хозяйством СССР на определенных этапах его развития.

С начала 20-х годов допускались концессии, которые не сыграли боль­шой роли в развитии экономики страны. Условия концессий определялись договором, заключаемым концессионером с государством.

В конце 20-х годов появилась другая форма допущения в СССР ино­странных фирм. В годы первой пятилетки стал осуществляться ввоз ино­странного оборудования для строительства и оснащения предприятий. С целью организации монтажа оборудования, образования складов запасных частей в СССР стали создаваться представительства некоторых иностран­ных фирм.

Увеличение объема внешнеторговых операций с СССР, а главное, за­ключение ряда долгосрочных контрактов, постоянное и длительное сотруд­ничество с нашей страной привели к расширению числа крупных ино­странных фирм, открывших свои представительства в СССР. В конце 60-х годов и начале 70-х годов в Москве были открыты представительства японских, итальянских, французских, западногерманских, а затем и аме­риканских фирм. Стали функционировать представительства банков.


§ 2 Иностранные юридические лица в Российской Федерации         131

Открытие представительств иностранных фирм в СССР осуществля­лось в соответствии с Положением о порядке открытия и деятельности в СССР представительств иностранных фирм, банков и организаций, ут­вержденным постановлением Совета Министров СССР от 30 ноября 1989 г. Предусмотренные этим постановлением Правила об открытии представительств иностранными юридическими лицами продолжают дей­ствовать в России. Согласно Положению, иностранные фирмы, банки и организации могут открывать представительства в РФ не иначе как с осо­бого разрешения, выдаваемого в зависимости от характера ихдеятельнос-ти соответствующими министерствами и ведомствами, а также ТПП РФ. В разрешении указываются: цель открытия представительства; условия, на которых фирме разрешается это сделать; срок, на который выдается разрешение; количество сотрудников представительства из числа ино­странных граждан служащих фирм. Представительство выступает в обороте от имени и по поручению представляемой им фирмы и осущест­вляет свою деятельность в соответствии с законодательством РФ. Пред­ставительства открываются, как правило, на срок не свыше трех лет, ко­торый может быть продлен.

Разрешение на открытие представительства РФ выдавалось иностран­ным фирмам, известным на мировом рынке; положительно зарекомендо­вавшим себя в качестве партнеров наших организаций по сотрудничеству в различных сферах; заключившим с нами крупномасштабные сделки; осу­ществляющим промышленную кооперацию с нашими предприятиями и организациями; заключившим с нашими организациями наиболее важные соглашения о научно-техническом сотрудничестве.

Деятельность представительства прекращается: с истечением срока разрешения; с прекращением деятельности фирмы; прекращением дейст­вия межправительственного соглашения, на основании которого было от­крыто представительство; по решению самой фирмы, а также по решению соответствующего министерства или ведомства, при котором было аккре­дитовано представительство (в случае нарушения представительством ус­ловий его деятельности).

В определенных вопросах иностранное юридическое лицо подчиняется законам страны своей национальности. Речь идет о вопросах, которые оп­ределяются личным статутом этого юридического лица, в частности отно­сительно его учреждения и ликвидации. Если соответствующее юридичес­кое лицо за границей будет ликвидировано, то и в РФ оно или его отделе­ние тоже будет считаться ликвидированным. По другим же вопросам дей­ствует российское законодательство.

При осуществлении деятельности в РФ юридическое лицо должно под­чиняться соответствующим нормам нашего права, а также положениям международного договора, заключенного РФ с соответствующим государ­ством.


132                          Глава 5. Правовое положение юридических лиц

Наряду с представительствами иностранные юридические лица могут создавать на территории РФ свои филиалы. В соответствии с Законом об иностранных инвестициях от 4 июля 1991 г. иностранные юридические лица могут создавать на территории России предприятия с долевым учас­тием российских и иностранных инвесторов (совместные предприятия) и предприятия, полностью принадлежащие иностранным инвесторам.

Таким образом, в соответствии с новыми условиями, сложившимися в России, иностранные юридические лица могут заниматься предпринима­тельской деятельностью непосредственно на территории России, включая и торговую деятельность^ не создавая для этого каких-либо организацион­но-правовых структур, если в федеральном законодательстве не предус­мотрены специальные изъятия. Однако наиболее характерным для этого периода явилось осуществление такой деятельности путем создания пред­приятий с иностранными инвестициями. В случае создания таких предпри­ятий или открытия представительств правовые формы предприятий, а также условия открытия представительств определяются российским за­конодательством .

§ 3. Организационно-правовые формы предпринимательской деятельности иностранных юридических лиц в России

1. Хозяйственная деятельность иностранных предприятий в России может осуществляться в следующих организационно-правовых формах:

участие в предприятиях, а также создание дочерних предприятий;

создание предприятий, полностью принадлежащих иностранным юри­дическим и физическим лицам, а также их дочерних предприятий и фи­лиалов;

приобретение предприятий и долей участия;

создание филиалов иностранных юридических лиц;

создание представительств иностранных юридических лиц. Основными законодательными актами, регулирующими положение предприятий с иностранными инвестициями в России, являются ГК РФ, Закон об иностранных инвестициях в РСФСР от 4 июля 1991 г., а также акты о приватизации. Как отмечалось выше, согласно российскому зако­нодательству, под предприятиями с иностранными инвестициями понима­ются предприятия с долевым участием иностранных инвесторов (совмест­ные предприятия СП) и предприятия, полностью принадлежащие ино­странным инвесторам. Все они могут создавать дочерние предприятия и филиалы. Кроме того, на территории России могут создаваться филиалы иностранных юридических лиц.


§ 3. Организационно-правовые формы предпринимательской деятельности    133

Юридические лица подразделяются в России, исходя из цели их основ­ной деятельности, на коммерческие и некоммерческие организации. В ГК РФ дается исчерпывающий перечень форм коммерческих организаций. Это хозяйственные общества и товарищества. Кодекс четко разделил то­варищества как объединения лиц, требующие непосредственного участия учредителей в их деятельности, и общества как объединения капиталов, не требующие такого участия, но предполагающие наличие специальных ор­ганов управления.

В ГК подробно определен статус хозяйственных товариществ, а для об­ществ установлены лишь общие правила, детализация которых осущест­вляется в специальных законах. В РФ действует Федеральный закон об акционерных обществах от 26 декабря 1995 г. и Федеральный закон об об­ществах с ограниченной ответственностью от 9 февраля 1998 г.

Хозяйственные общества, согласно ст. 66 ГК РФ, могут создаваться в форме акционерного общества, общества с ограниченной или с дополни­тельной ответственностью. Акционерные общества, в свою очередь, под­разделяются на открытые и закрытые. Акционерное общество, участники которого могут отчуждать принадлежащие им акции без согласия других акционеров, признается открытым, а общество, акции которого распреде­ляются только среди его учредителей или иного заранее определенного круга лиц, закрытым.

Обществом с ограниченной ответственностью признается учрежденное одним или несколькими лицами общество, уставный капитал которого раз­делен на доли определенных учредительными документами размеров. Участники такого общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов (ст. 87 ГК).

Иностранные инвесторы при создании предприятий с иностранными инвестициями обычно используют форму закрытого акционерного обще­ства или общества с ограниченной ответственностью, хотя в ходе прово­дившейся в 1992—1993 годах приватизации иностранные фирмы приоб­ретали акции и вновь образованных акционерных обществ.

2. При учреждении предприятия с иностранными инвестициями учре­дителями с иностранной стороны могут выступать иностранные юридичес­кие лица, правомочные осуществлять инвестиции в соответствии с зако­нодательством страны своего местонахождения, иностранные граждане и лица без гражданства при условии, что они зарегистрированы для ведения хозяйственной деятельности в стране их гражданства или постоянного местонахождения. Надлежащим доказательством правомочия иностран­ного юридического лица учреждать предприятия за границей является устав или выписка из торгового реестра страны происхождения или иного эквивалентного доказательства юридического статуса этого лица в соот­ветствии с законодательством страны регистрации; для физического лица,


134                          Глава 5. Правовое положение юридических лиц

занимающегося коммерческой (предпринимательской) деятельностью в стране своего постоянного местожительства, требуется выписка из торго­вого реестра или предоставление эквивалентного свидетельства о реги­страции.

В отличие от ранее действовавшего законодательства СССР, предус­матривавшего явно выраженный разрешительный порядок создания СП, в России установлен в целом явочно-нормативный порядок, при котором решение о создании предприятия принимают сами учредители, являющие­ся собственниками денежных и имущественных средств, вносимых в ус­тавный капитал создаваемого предприятия. При таком порядке от учреди­телей требуется только соблюдение положений нормативных актов, регу­лирующих создание предприятий/: иностранными инвестициями, включая государственную регистрацию.

Однако из явочно-нормативного порядка учреждения предприятий с иностранными инвестициями сделано несколько исключений:

1)для предприятий с большим объемом иностранных инвестиций тре­буется разрешение Правительства;

2) при создании предприятий, связанных с проведением крупномас­штабного строительства или реконструкцией, требуется проведение пред­варительной экспертизы, носящей характер разрешения;

3) в случае, когда производство определенных продуктов, создаваемых предприятием, может оказаться опасным для окружающей среды, предус­матривается необходимость получения соответствующего заключения са-нитарно-эпидемиологических служб и проведения экологической экспер­тизы. Все виды экспертиз и выдача разрешений для предприятий с ино­странными инвестициями, связанных с этими двумя исключениями, осу­ществляется в соответствии с действующим на территории России зако­нодательством в таком же порядке, как и для предприятий без иностран­ного участия;

4)для ведения страховой деятельности и посреднической деятельности, связанной с движением ценных бумаг, предприятие с иностранными ин­вестициями должно получить лицензию Министерства финансов РФ; для ведения банковской деятельности требуется лицензия Центрального банка России;

5)участие иностранных инвесторов в приватизации предприятий и объ­ектов торговли, общественного питания, автотранспорта, а также мелких предприятий промышленности и строительства допускается только на ус­ловиях инвестиционных коммерческих конкурсов.

Приведем пример из практики. Судебная коллегия по гражданским делам Вер­ховного Суда РФ рассмотрела в кассационном порядке дело по иску трудового кол­лектива кафе «Юность» и прокурора Мурманской области о признании недействи­тельными результатов конкурса приватизации этого кафе идоговора купли-продажи, заключенного Фондом имущества г. Мурманска с участвовавшим в этом конкурсе


§ 3. Организационно-правовые формы предпринимательской деятельности    135

гражданином Норвегии Б. Решением, принятым судебной коллегией по делу. предъ­явленный иск был удовлетворен, итоги конкурса приватизации кафе «Юность» и до­говор купли-продажи, заключенный с участвовавшим в нем иностранным инвесто­ром, признаны недействительными.

В обоснование принятого решения судебной коллегией были приведены следую­щие доводы.

Статьей 13 Закона РСФСР «Об иностранных инвестициях в РСФСР» предус­мотрено, что приобретение иностранным инвестором предприятия осуществляется в порядке, определенном законодательством, действующим на территории РФ. При­ватизация же иностранными инвесторами предприятий общественного питания, со­гласно п. 8.1 Государственной программы приватизации на 1992 год, допускается только по решению местных органов власти. Такого решения в отношении привати­зации гражданином Норвегии Б. конкретного объекта кафе «Юность» принято не было.

Действующее в г. Мурманске Положение о порядке приватизации государствен­ных и муниципальных предприятий, которым предусмотрена возможность участия в процессе приватизации иностранных физических и юридических лиц, не может от­менять требования республиканского законодательства о необходимости принятия органом местной власти решения о возможности допуска конкретного инвестора к участию в приватизации данного объекта муниципальной собственности.

В РФ установлены также ограничения для участия в конкурсах ино­странных инвесторов в отдельных отраслях хозяйства. Так, было предус­мотрено, что при участии в конкурсах должна сообщаться информация в федеральные органы безопасности, которые вправе предоставить заклю­чение о запрете приобретения предприятия определенным иностранным инвестором.

Приведем пример из практики. Согласно п. 10.1 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ, утвержденной Указом Президента РФ от 24 декабря 1993 г., решение о допуске иностранного ин­вестора к участию в приватизации предприятий, оборонный заказ которых составля­ет более 30% общего объема работ, принимается Правительством РФ.

Президиум ВАС РФ постановлением от 8 апреля 1997 г. признал недействитель­ным договор и протокол чекового аукциона в части приобретения акций АООТ «МНПИАвионика», на основании которых собственником акций этого предприятия стал иностранный инвестор фирма «Ник энд Си Корпорейшн», зарегистрирован­ная в штате Калифорния (США). В решении указывалось, что предприятие «Авио-ника» является предприятием, оборонный заказ которого на момент приватизации составлял более 30% общего объема работ. Решение о допуске иностранного ин­вестора к участию в приватизации этого предприятия Правительством не принима­лось. Кроме того, не были направлены в Правительство и в ФСБ сведения об ино­странных инвесторах победителях торгов, что также предусматривалось п. 10.1 Государственной программы приватизации. Поэтому данная сделка была признана недействительной в силу ст. 168 ГК.

3. Действующее в России законодательство не устанавливает для оте­чественных и иностранных участников предприятия с иностранными ин­вестициями какого-либо обязательного соотношения долей. Этот вопрос решается соглашением сторон (учредительным договором). Иные правила


136


Глава 5. Правовое положение юридических лиц


 


по данному вопросу установлены в отношении совместных страховых ор­ганизаций.

В отношении этих организаций в 1992 году было установлено, что доля участия иностранных инвесторов в уставном капитале страховой органи­зации в совокупности не должна превышать 49%.

Уставный капитал общества с ограниченной ответственностью состав­ляется из стоимости вкладов его участников, а акционерного обществаиз номинальной стоимости акций общества, приобретенных акционерами. Допускается увеличение уставного капитала акционерного общества. Эти и другие положения законов РФ об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью полностью применяются и в отношении обществ с участием иностранных лиц.

Вклады в иностранной валюте и имущество, оцененное в иностранной валюте, подлежат пересчету в рубли в соответствии с тем курсом, который действует для операций такого рода. При формировании уставного капи­тала путем внесения денежных средств, имущества, имущественных и не­имущественных прав на практике стали делаться специальные перечни вкладов российских и иностранных участников в виде отдельных приложе­ний к учредительному договору. Каждый перечень должен содержать на­именование вклада, его описание, согласованную оценку вклада и срок его взноса.

В качестве вклада могут вноситься: собственность, а также другие иму­щественные права (например, право пользования, право залога и т.д.);

права на долевое участие и другие формы участия в хозяйственных пред­приятиях и организациях; права требования по денежным средствам, вло­женным для создания экономических ценностей, или услугам, имеющим экономическую ценность; авторские права, права промышленной собст­венности, такие, как права на изобретения, включая права, вытекающие из патентов, товарные знаки, промышленные образцы, полезные модели, фирменные наименования, а также на технологию и «ноу-хау»; права на экономическую деятельность, включая права на разработку, добычу или эксплуатацию природных ресурсов.

4. Регистрация предприятий с иностранными инвестициями в России осуществлялась на основе постановлений Правительства России от 28 но­ября 1991 г. «О регистрации предприятий с иностранными инвестиция­ми» и от 28 мая 1992 г. «О некоторых вопросах ведения Государственного реестра предприятий», а также постановлений региональных и местных органов власти. Так, в Москве регистрация осуществляется в соответст­вии с постановлением правительства Москвы от 17 октября 1991 г. «О введении единого порядка регистрации предприятий и организаций в Мос­кве» и последующими актами по вопросам регистрации предприятий.

Постановлением правительства Москвы от 16 ноября 1993 г. было предусмотрено создание московского регистрационного реестра, в кото-


§ 3. Организационно-правовые формы предпринимательской деятельности    137

ром должны быть зарегистрированы все предприятия, организации, уч­реждения и их объединения независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, включая предприятия с иностранными инвес­тициями. В реестр, в частности, должны быть занесены филиалы и пред­ставительства предприятий и организаций иностранных государств.

Можно говорить о трех случаях регистрации предприятий в зависимос­ти от объема иностранных инвестиций и предмета деятельности.

Первый случай касается регистрации предприятий, объем иностранных инвестиций в которых значителен (размер суммы был определен ст. 16 За­кона об иностранных инвестициях и подлежит изменению). Она осущест­вляется Министерством экономики РФ.

Второй случай касается регистрации предприятий с иностранными ин­вестициями нефтегазодобывающей, нефтегазоперерабатывающей и угле­добывающей отраслей. Регистрация таких предприятий независимо от ве­личины их уставного капитала возложена на Министерство экономики РФ.

Третий случай касается остальных предприятий. Их регистрация осу­ществляется Советами Министров республик в составе РФ, администра­циями краев и областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга. В Москве и Санкт-Петербурге созданы регистрационные палаты.

Для регистрации общества с ограниченной ответственностью предус­мотрено предоставление устава и учредительного договора участников, а для акционерного общества устава и заявки на регистрацию.

Дочерним предприятием признается предприятие, созданное в качест­ве юридического лица другим предприятием.

Филиалы и представительства юридическими лицами не являются. В то же время филиалы иностранных юридических лиц регистрируются в России в качестве юридических лиц.

5. Практически наиболее существенные льготы предоставлены пред­приятиям с иностранными инвестициями в области налогообложения и уп­латы таможенных пошлин.

Имущество, ввозимое в РФ в качестве вклада иностранных инвесторов в уставный фонд предприятий с иностранными инвестициями в пределах сроков, установленных учредительными документами для его формирова­ния (но не более одного года с даты регистрации предприятия), не облага­ется пошлинами и налогом на добавленную стоимость, если относится к основным производственным фондам согласно российскому законодатель­ству и не является подакцизным (в редакции Закона от 17 марта 1997 г. «О внесении изменений в статью 5 Закона Российской Федерации «О на­логе на добавленную стоимость»).

Освобождается от взимания таможенной пошлины и не облагается на­логом на импорт имущество, ввозимое для собственных нужд.

Под имуществом, импортируемом предприятием с иностранными ин­вестициями для собственных нужд, понимается имущество предприятия,


138


Глава 5. Правовое положение юридических лиц


 


включая сырье, материалы, полуфабрикаты, комплектующие изделия, оборудование и т.п., непосредственно используемые предприятиями в тех­нологическом процессе материального производства собственной продук­ции или улучшения ее качества.

Законом об иностранных инвестициях было установлено, что предпри­ятия, полностью принадлежащие иностранным инвесторам, и СП, в устав­ном фонде которых иностранные инвестиции составляют более 30%, вправе без лицензий экспортировать продукцию для собственных нужд, за исключением случаев, предусмотренных действующими на территории РФ международными договорами.

6. Важную роль в решении существенных вопросов как учреждения предприятий, так и их деятельности призваны сыграть договоры о создании СП, заключаемые их участниками, и уставы предприятий.

Предприятия с иностранными инвестициями являются юридическими лицами по российскому законодательству. Они могут от своего имени за­ключать договоры, приобретать имущественные и личные неимуществен­ные права и нести обязанности, быть истцами и ответчиками в суде и тре­тейском суде. Предприятия имеют самостоятельный баланс и действуют на основе полного хозяйственного расчета, самоокупаемости и самофи­нансирования. В принципе на них как на юридические лица российского права распространяются общие положения российского законодательства о юридических лицах. Но в отношении таких предприятий действуют и не­которые специальные положения, прямо установленные законодательст­вом.

С учреждением предприятия с иностранными инвестициями в России рождается новое юридическое лицо, но независимо от того, находится ли в руках иностранного инвестора 100% капитала такого лица или только его часть, оно полностью подпадает под действие российского права. Это означает, что все правила, касающиеся лицензирования, применяются и к его деятельности (например, в секторе энергетики, здравоохранения, транспорта,строительства).

7. Из других юридических вопросов следует остановиться на вопросе о праве, подлежащем применению к взаимоотношениям участников СП. Поскольку договор об учреждении СП это всегда договор с иностран­ным участником (фирмой, компанией, корпорацией), во взаимоотношени­ях участников СП всегда присутствует «иностранный элемент». Это озна­чает необходимость решения так называемой коллизионной проблемы, то есть вопроса о том, правом какого государства эти отношения будут регу­лироваться. Решение этой проблемы российским судом или третейским судом (арбитражем) возможно лишь на основе норм и принципов колли­зионного права, входящего в состав международного частного права. Такая норма содержится в Основах гражданского законодательства 1991 года.


§ 4. Правовое положение российских участников внешнеэкономич. деятельности 139

В п. 3 ст. 166 Основ говорится следующее: «...К договору о создании совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан применяется право страны, где учреждено совместное предпри­ятие». Здесь под термином «совместное предприятие» понимается юри­дическое лицо, а не любая совместная деятельность. О применении права к такой совместной деятельности, как производственное сотрудничество, кооперирование, говорится в п. 2 той же статьи. В п. 3 -ст. 166 термин «договор» охватывает все учредительные документы (соглашение, устав, приложения к ним), но не договоры, заключаемые СП с другими субъек­тами, в том числе и с учредителями. К таким договорам право должно при­меняться в соответствии с другими коллизионными нормами российского законодательства.

Из приведенных положений Основ следует, что суд или арбитраж в слу­чае рассмотрения спора по договору о создании СП в России будет при­менять в силу п. 3 ст. 166 российское право как право страны, где оно было учреждено.

Возникает вопрос: может ли договор о создании СП содержать условие о применении иного права, чем право РФ, на территории которой учреж­дается предприятие? На этот вопрос следует ответить отрицательно: такое условие договора должно быть признано российским судом или арбитра­жем в России недействительным, поскольку оно противоречит законода­тельству (см.гл. 3).

Арбитраж, рассматривающий спор по такому соглашению (не в Рос­сии), решая этот вопрос, может также исходить из того, что личным ста­тутом СП как юридического лица, учрежденного по российскому праву, будет право России, а не право какой-либо иной страны.

§ 4. Правовое положение российских участников внешнеэкономической деятельности

Во внешнеэкономических отношениях с иностранными организациями и фирмами основными субъектами в области внешнеэкономической дея­тельности (1986—1989 гг.) с советской стороны были в основном внеш­неторговые объединения системы Министерства внешней торговли (МВТ) и Государственного комитета СССР по внешним экономическим связям (ГКЭС), то есть узкий круг специализированных внешнеторговых организаций.

Для преодоления разобщенности промышленности и внешней торгов­ли, изменения структуры экспорта, повышения заинтересованности про­изводственных предприятий, объединений и других организаций во внеш­неэкономической деятельности, осуществления более рационального и эффективного импорта по-новому был решен вопрос о хозяйственных ор-


140


Глава 5 Правовое положение юридических лиц


 


ганизациях, имеющих право непосредственного осуществления экспорт­но-импортных операций

Число юридических лиц, управомоченных совершать внешнеэкономи­ческие сделки, резко возросло, поскольку право самостоятельного выхода на внешний рынок предоставлялось любому предприятию и объединению, производящему продукцию (работу, услуги), или производственному ко­оперативу. Подавляющая часть указанных субъектов это научно-про­изводственные, производственные предприятия и объединения и другие организации промышленности. Иными словами, в рамках совершенство­вания внешнеэкономической деятельности в нашей стране право выхода на внешний рынок, то есть прежде всего право экспортировать и импор­тировать товары, услуги и результаты творческой деятельности, получил широкий круг предприятий.

Правом осуществления внешнеторговой деятельности обладают все российские лица, за исключением особых случаев, предусмотренных зако­нодательством.

Согласно действующему в России законодательству (ст. 17 Закона о госу­дарственном регулировании внешнеторговой деятельности 1995 г.), может быть установлена государственная монополия на экспорт (или) импорт от­дельных товаров. Деятельность по экспорту или импорту таких товаров осу­ществляется на основе лицензирования. Лицензии на осуществление такой деятельности выдаются только государственным унитарным предприятиям. Правовое положение такихучастников в экономической деятельности об­ладает определенной спецификой. Имущество такого предприятия нахо­дится в государственной собственности и принадлежит предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

По обязательствам унитарного предприятия, основанного на праве оперативного управления (федерального казенного предприятия), РФ как государство будет нести субсидиарную ответственность при недостаточ­ности имущества такого казенного предприятия. Хотя заниматься внешней торговлей могут все юридические лица, определенные операции в области внешнеэкономической деятельности продолжают осуществлять крупные государственные предприятия внешнеторговые объединения, принад­лежащие государству. Поэтому вопрос о правовом положении этих объ­единений представляет интерес не только с исторической точки зрения.

Внешнеэкономические объединения заключают сделки в РФ и за гра­ницей. Каждое объединение имеет свой устав. То, что объединение нахо­дится в административном подчинении органа государственного управле­ния, не означает, что оно может отождествляться с государством как та­ковым либо с министерством как органом государственного управления Объединение всегда выступает в обороте как самостоятельный субъект права Самостоятельность понимается именно в гражданско-правовом от­ношении. Объединение заключает сделку не от имени государства, но для


§4 Правовое положение российских участников внешнеэкономич деятельности 141

объединения обязательны акты государства, в частности о запрете экспор­та или импорта.

В решении Внешнеторговой арбитражной комиссии по иску израильской фирмы «Джордан инвестмент лтд » против В/О «Союзнефтеэкспорт» от 19 июня 1958 г. было признано, что запрещение со стороны Министерства внешней торговли СССР исполнения договора и отказ в выдаче лицензии на вывоз нефти из СССР. будучи обязательными для В/О «Союзнефтеэкспорт», являются обстоятельствами форс-мажора, освобождающими его от ответственности Истец в данном деле, в частнос­ти, утверждал, что эти действия не могут рассматриваться в качестве форс-мажора для ответчика, поскольку ответчик и Министерство внешней торговли являются ор­ганами одного и того же государства В решении ВТАК признана самостоятельная правосубъектность объединения и отмечено, что объединение не является органом государственной власти Поэтому попытка фирмы отождествить объединение с ми­нистерством лишена основания                         '

В этой связи нельзя согласиться с утверждениями, часто высказывае­мыми на Западе, что государственное юридическое лицо частного права (применительно к СССР и РФ советского и российского гражданского права) идентично стоящему за ним государству.

В уставе объединения закреплено общее положение гражданского права о раздельной ответственности юридических лиц: каждое юридичес­кое лицо пользуется имущественной самостоятельностью и несет обособ­ленную ответственность. Государство, его органы и организации не отве­чают по обязательствам объединения, а объединение не отвечает по обя­зательствам государства, его органов и организаций. Таким образом, принцип раздельной ответственности юридических лиц установлен внут­ренним правом и уставом объединения.

Применительно к внешнеэкономическим объединениям, являющимся го­сударственными унитарными предприятиями, приведем положения Устава В/О «Технопромэкспорт» 1997 года. Это объединение является юридическим лицом, основанным на праве хозяйственного ведения в соответствии с поло­жениями ГК РФ. Оно не отвечает по обязательствам государства, а «госу­дарство не отвечает по обязательствам объединения, за исключением слу­чаев, предусмотренных Гражданским кодексом и другим законодательст­вом Российской Федерации, а также настоящим Уставом» (ст. 2.1).

Как уже отмечалось выше, такое исключение было предусмотрено ГК РФ в отношении федеральных казенных предприятий.

Поскольку при решении вопроса об ответственности юридического лица действует его личный закон, а им является закон России, во всех слу­чаях ответственность объединения может наступать лишь в соответствии с этим принципом российского права. Правомочия объединения формули­руются в уставе. Вне зависимости от рода деятельности объединения оно имеет право заключать договоры, совершать сделки как в РФ, так и за гра­ницей. Каждое объединение может учреждать свои отделения, филиалы, конторы и агентства, представительства как в РФ, так и за границей. Объ-


142


Глава 5. Правовое положение юридических лиц


 


единение вправе участвовать во всякого рода других обществах, организа­циях, в том числе смешанных, деятельность которых соответствует зада­чам объединения. И наконец, объединение может приобретать, отчуждать, брать и сдавать в наем как в РФ, так и за границей любое имущество, дви­жимое и недвижимое.

Объединение имеет, таким образом, широкий круг прав, которые за­крепляются за ним для того, чтобы оно могло успешно осуществлять свою деятельность.

Заключая внешнеторговые сделки, объединение реализует соответст­вующие права. Сделки должны совершаться с соблюдением правил их подписания, установленных российским законодательством (см. гл. 8). Входящие в состав объединения фирмы имеют право заключать по пору­чению объединения и от его имени сделки по внешней торговле.

Объединение связывают лишь сделки, заключенные в соответствии с уставом объединения и законодательством. В ряде уставов, например в Ус­таве государственного унитарного предприятия В/О «Технопромэкс-порт», предусмотрено, что внешнеторговые сделки объединения подписы­ваются двумя лицами (ст. 6.1).

По общему правилу, коммерческие организации, согласно ГК РФ, на­делены общей, а не специальной (целевой) правоспособностью. Из этого правила сделано исключение для унитарных предприятий. В учредитель­ных документах этих предприятий, а также в предусмотренных законом случаях и в уставах других коммерческих организаций должны быть опре­делены предмет и цели деятельности юридического лица, но это может быть предусмотрено учредительными документами и в случаях, когда по закону это делать не обязательно.

Таким образом, общее для всех российских субъектов международного частного права в области внешнеэкономической деятельности состоит в том, что они являются юридическими лицами, несущими, как правило, самостоя­тельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

Все указанные организации являются российскими юридическими ли­цами, их личный статут определяется российским правом. Положения об ответственности должны применяться и за рубежом, то есть иметь экстер­риториальное значение.

Приведем пример. В 1972 году в США был предъявлен иск к пароходу «Сулей-ман Стальский», который эксплуатировался советской судоходной компанией. Иск был предъявлен в связи с претензией, касавшейся рыболовного промыла, осущест­вляющегося другой советской организацией. В ноте, направленной в связи с арестом парохода «Сулейман Стальский», со ссылкой на ст. 13 Основ гражданского законо­дательства 1961 года отмечалось, что пароходство является самостоятельным юри­дическим лицом, не имеющим отношения к рыболовству.

Если подходить к российскому объединению (предприятию) с точки зрения любых критериев, используемых в иностранных государствах при


§ 5. Правовые формы совместной хозяйственной деятельности         143

определении национальности юридических лиц (напомним, что обычно применяется критерий либо места учреждения юридического лица, либо места его нахождения), то личным законом объединения (предприятия) всегда будет российский закон. Личным законом будут определяться пра­воспособность юридического лица, его внутренняя структура, решение о его ликвидации. Другие же вопросы, касающиеся порядка осуществления деятельности на территории иностранного государства, допуска юридичес­кого лица к соответствующей деятельности, условий такой деятельности, решаются во внутреннем законодательстве той страны, где действует рос­сийское юридическое лицо, и в соответствии с положениями договора, за­ключенного Россией с данным государством.

Этот принцип международного частного права признается нашим зако­нодательством. Так, согласно ст. 5 Закона об обществах с ограниченной ответственностью создание обществом филиалов и представительств за пределами территории РФ осуществляется в соответствии с законодатель­ством иностранного государства, если иное не предусмотрено международ­ным договором.

§ 5. Правовые формы совместной хозяйственной деятельности

1. Интернационализация международной хозяйственной жизни приво­дит к использованию различных организационных форм совместной дея­тельности субъектов из разных государств. Это могут быть чисто договор­ные формы, при которых отношения сторон определяются договорами о производственной либо научно-технической кооперации, договорами о консорциумах, предусматривающими обычно совместное выступление сторон на том или ином рынке или в отношении определенного объекта деятельности. Но это могут быть и более глубокие организационные формы, приводящие к созданию юридических лиц (смешанные общества, занимающиеся, как правило, торговой деятельностью, совместные пред­приятия и др.).

Организационные формы совместной деятельности отличаются большим разнообразием. Однако общим для них, как правило, является то, что проис­ходит объединение капиталов, принадлежащих участникам из различных стран, осуществляется совместное управление с целью достижения опре­деленного результата, имеет место совместное несение рисков и убытков.

Одной из возможных организационно-правовых форм является консо­рциум. Обычно во внешнеэкономической сфере консорциумы создавались на договорной основе для реализации, как правило, крупномасштабных проектов, которые требуют объединения усилий нескольких организаций (на практике применялись, в частности, банковские консорциумы при по-


144


Глава 5. Правовое положение юридических лиц


 


лучении кредитов, консорциумы для участия в торгах при переговорах о строительстве объектов за рубежом). На практике применяются различ­ные виды консорциумов.

Консорциумы, создаваемые для отношений временного характе­ра с иностранными партнерами. В международной практике известны два вида таких консорциумов: закрытый и открытый. В первом случае кон­тракт с иностранным заказчиком подписывается одной внешнеторговой организацией, принявшей на себя обязанности руководителя и несущей перед ним ответственность за выполнение всего комплекса обязательств, предусмотренных в контракте. Во втором случае контракт с иностранными заказчиками подписывается всеми партнерами по консорциуму, и каждый из них несет свою долю имущественной ответственности непосредственно перед иностранным заказчиком.

Если раньше, до проведения реформ во внешнеэкономической облас­ти, могли создаваться только консорциумы закрытого типа, то после предоставления всем предприятиям права внешнеэкономической деятель­ности все они могут выступать в качестве стороны в отношениях с ино­странными заказчиками.

Такого рода консорциумы юридическими лицами не являются.

Консорциумы, создаваемые иностранными инвесторами. Такая организационно-правовая форма получила широкое распространение при заключении иностранными инвесторами соответствующих соглашений для реализации крупных инвестиционных проектов в области нефти и газа с Россией и рядом государств СНГ (Казахстан, Туркменистан и др.). Заклю­чая временное соглашение о совместной деятельности по реализации про­екта, участники консорциума сохраняют полную независимость в других, не охваченных их соглашением сферах деятельности. В новом российском законодательстве использование этой формы предусмотрено в Законе о соглашениях о разделе продукции 1995 года (ст. 3).

В этом законе под консорциумом как одной из сторон в соглашениях о разделе продукции понимаются «создаваемые на основе договора о со­вместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объеди­нения юридических лиц, осуществляющие вложение собственных или при­влеченных средств (имущества и (или) имущественных прав) в поиски, разведку и добычу минерального сырья и являющиеся пользователями недр на условиях соглашения».

2. Во внешнеэкономических связях СССР с другими странами наше го­сударство на различных этапах своего развития использовало разнообраз­ные формы создания смешанных обществ. В отдельных государствах со­ветскими организациями создавались различные общества, в том числе и полностью им принадлежавшие. Деятельность этих обществ сыграла оп­ределенную положительную роль в развитии экономических отношений с


§ 5. Правовые формы совместной хозяйственной деятельности         145

другими странами как в период борьбы СССР за дипломатическое призна­ние, так и в последующие годы.

Первым обществом за границей, полностью принадлежавшим советской орга­низации. был «Аркос» (Всероссийское кооперативное общество по торговле с Анг­лией). «Аркос» был учрежден в Лондоне как акционерное общество по английским законам. Поэтому это было английское юридическое лицо. Оно пользовалось всеми правами, которые английское законодательство предоставляет юридическим лицам, но по характеру своей деятельности «Аркос» выполнял исключительно поручения советских организаций. Фактическое положение этого акционерного общества нашло свое отражение в нотной переписке в мае 1927 года между Наркоминделом СССР и английским ведомством иностранных дел в связи с налетом английской по­лиции на «Аркос» и торговую делегацию (так именовалось тогда советское торгпред­ство). Наряду с решительным протестом по поводу нападения на торговую делегацию в советской ноте от 17 мая 1927 г. в отношении «Аркоса» говорилось следующее:

«Хотя «Аркос» является формально акционерным обществом, зарегистрированным по английским законам, британские власти не могли не знать, что он занимается главным образом, если не исключительно, выполнением торговых поручений совет­ских хозяйственных органов. Полицейское нападение на крупное английское торго­вое общество, хорошо зарекомендовавшее себя в английских деловых кругах... яв­ляется совершенно беспрецедентным в истории лондонского Сити. Налет мог иметь своей единственной целью лишь нанесение ущерба советским интересам, связанным с деятельностью «Аркоса»... С этой точки зрения советское правительство считает себя вправе протестовать и против нападения на «Аркос».

С участием «Аркоса» в США в 1924 году было образовано общество «АркосАмерика инкорпорейтед», которое в том же году слилось с компанией «Продаете икс-чейндж корпорейшн», также осуществлявшей торговые операции с США в условиях отсутствия дипломатического признания СССР. В результате слияния была образована новая компания «Амторгтрейдинг корпорейшн». Устав «Амторга» был зарегистри­рован в штате Нью-Йорк. Таким образом, это юридическое лицо права США. Кор­порация с момента своего образования представляла все советские организации, осуществлявшие внешнюю торговлю. «Амторг» сыграл большую роль в развитии советско-американской торговли в годы первой пятилетки (в 1931 г. общий оборот советско-американской торговли составил 116 млн. долл.). В период «холодной войны» операции «Амторга» были свернуты, впоследствии они несколько расшири­лись. Функции «Амторга» ведение торговых операций российских внешнеторго­вых организаций в США. Однако с точки зрения законодательства о юридических лицах на основе рассмотренного выше принципа инкорпорации это юридическое лицо штата Нью-Йорк, к которому подлежат применению правила как законодатель­ства штата, так и в соответствующих случаях федерального законодательства.

Смешанные общества с участием иностранного капитала создавались как на территории РФ, так и за границей.

В годы восстановления народного хозяйства и новой экономической политики в целях привлечения иностранного капитала для заготовок экспортных товаров внутри страны, сбыта их за границей и ввоза в страну товаров, необходимых для восстанов­ления народного хозяйства и удовлетворения других нужд, разрешалась организация специальных акционерных обществ с участием иностранного капитала и обязатель­ным участием Наркомвнешторга. Согласно декрету ВЦИК о внешней торговле от 13 марта 1922 г., Наркомвнешторгу предоставлялось право с утверждения Совета Труда и Обороны (СТО) организовывать такие акционерные общества как для осу­ществления импортно-экспортных операций, так и для производства экспортных то-

10-872


146


Глава 5 Правовое положение юридических лиц


 


варов. Акционерами смешанных обществ были Наркомвнешторг (или его органы) и иностранные фирмы. Поскольку советской стороне принадлежало не менее 51% акций смешанных обществ, ей обеспечивалось большинство голосов в органах об­щества общем собрании и правлении. Смешанные общества учреждались либо в СССР в форме акционерных обществ в соответствии с действовавшим в то время гражданским законодательством, либо за границей в форме акционерного обще­ства или товарищества с ограниченной ответственностью по законам соответствую­щего государства, на территории которого создавалось общество.

Наиболее крупными смешанными обществами были: «Руссанглолес» (создано в СССР на основе особого договора, утвержденного СТО 21 апреля 1922 г.), Рус­ско-Британское хлебоэкспортное общество. Русское лесное агентство (созданы в Англии), «Дерутра», «Деруметалл». «Дерулюфт», «Книга» (созданы в Германии), Русско-Австрийское торговое акционерное общество (РАТАО) и др.

Значительную роль в развитии экономических связей с Ираном сыграли русско-персидские смешанные общества («Шарк», «Перещелк», «Персхлопок» и др.), на долю которых приходилось около половины торгового оборота между этими страна­ми. Наряду с торговыми обществами по соглашению между СССР и Ираном от 1 ок­тября 1927 г. было создано смешанное общество по эксплуатации рыбных промыс­лов. Капитал общества делился на равные доли (50% — советский вклад и 50% — иранский).

После Великой Отечественной войны на основе перехода к СССР бывших гер­манских активов, а затем и японского имущества (на Дальнем Востоке) учреждались общества двух типов. Первый из них советские акционерные общества, создан­ные в СССР и руководившие предприятиями в Германии. К этому типу относилось и общество «Дунайское параходство». Второй смешанные общества, созданные по соглашениям с Болгарией. Румынией, Венгрией и другими странами. В качестве пая советского государства служили бывшие германские активы. Позднее соглаше­ния о создании смешанных обществ были заключены с КНР и КНДР. Так, были об­разованы Советско-Румынское нефтяное общество, Советско-Болгарское горноруд­ное общество, Советско-Китайское общество по добыче цветных металлов.

Общества были организованы на паритетных началах: половина акционерного капитала принадлежала организациям страны, в которой было создано общество, и половина СССР; расходы и доходы делились поровну. Управление обществом осуществлялось на началах равенства. В 1952—1955 годах общества такого рода были ликвидированы.

В 70—80-х годах во многих странах имелись отдельные смешанные или полностью принадлежавшие СССР общества, занимавшиеся торго­вой деятельностью или деятельностью, связанной с оказанием услуг со­ветским организациям (например, агентским обслуживанием судов совет­ского флота занимались «Совиспан» в Испании, «Юниориент» в Японии и другие общества). Создание таких обществ было связано с пере­ходом к сотрудничеству на стабильной основе с высокоразвитыми страна­ми Запада и развивающимися странами.

Общества подобного рода играют существенную роль и в торговле на­шими машинами и оборудованием. Приведем несколько примеров. В 1947 году в Финляндии было создано общество «Конела» по торговле совет­скими автомобилями, а в 1963 году общество «Конейсто», которое за­нимается торговлей машинами (позже аналогичное общество было учреж­дено в Норвегии).


§ 5. Правовые формы совместной хозяйственной деятельности        147

По советскому законодательству участвовать в создании обществ за границей могли только организации, имеющие право на осуществление внешнеэкономической деятельности. Образовывая смешанные общества за рубежом, советские организации вступали в соответствующие отноше­ния лишь с определенным и ограниченным кругом физических и юриди­ческих лиц. Ограничение числа участников достигается выбором опреде­ленной правовой формы смешанного общества. Так, смешанные компании с участием советских организаций всегда учреждались в виде акционерно­го общества без права публичной подписки на акции. В практике наших организаций нет единого правила, касающегося доли их участия, однако чаще всего она равна 50 или 51 % и более.

Все смешанные общества созданы по законам соответствующих стран с полным соблюдением требований, установленных законодательством страны пребывания и учреждения общества.

Таким образом, это юридические лица не советского права, а права той страны, где они учреждены и осуществляют свою деятельность. К ним пол­ностью применяется законодательство соответствующего государства. Основная цель этих обществ содействовать развитию торговли нашей страны со страной их пребывания; такие общества, как правило, произ­водственной деятельностью ранее не занимались.

Новые направления использования формы смешанного общества, как и других форм совместного предпринимательства, советскими организа­циями за рубежом стали развиваться в конце 80-х годов. Эти направления стали важной составной частью проведения реформ в области внешне­экономической деятельности.

При осуществлении хозяйственной деятельности в разных странах стали применяться более гибкие организационные нормы. Речь идет, в частности, о создании совместных научно-исследовательских и проектных организаций, инжиниринговых, сбытовых и рекламных фирм, совместном обслуживании и ремонте экспортируемой техники, покупке акций, обли­гаций и других ценных бумаг.

Контрольные вопросы

1. Какое значение имеет определение национальности юридического лица и какие основные критерии применяются для определения национальности юридичес­ких лиц?

2. В чем состоит принцип раздельной ответственности государственного юридичес­кого лица и российского государства?

3. Какие имеются виды предприятий с иностранными инвестициями? 4 Что понимается под совместным предприятием? 5. Каково правовое положение предприятия с иностранными инвестициями на тер­ритории России?

10*


Глава 6

ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГОСУДАРСТВА КАК УЧАСТНИКА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

§ 1. Государство как субъект имущественных отношений. § 2. Иммунитет государства и его виды. § 3. Правовой режим гражданско-правовых сделок, совершаемых государством

ЛИТЕРАТУРА

Лунц ЛА. Курс международного частного права. Особенная часть. М., 1975. С. 74—91; Лунц Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984. С. 110—118; Богуславский М.М. Иммунитет государства. М., 1962; Иванов С.И. Современные тенденции в законодательстве некоторых буржу­азных государств по вопросу об иммунитете государства и его собственности (на примере США и Англии) // Сов. ежегодник международного права. 1981. М., 1982. С. 235—246; Баратянц Н.Р.. Богуславский М.М., Колесник А.Н. Совре­менное международное право: иммунитет государства // Сов. ежегодник междуна­родного права. 1988. М., 1989. С. 165—182; Хлестова И.О. Проблемы юрисдик-ционного иммунитета иностранного государства в работе Комиссии международ­ного права // Там же. С. 183—194; Ушаков НА. Юриодикционные иммунитеты государств и их собственности. М., 1993; Сосна С.А. Комментарий к Федеральному закону о соглашениях о разделе продукции. М., 1997.

§ 1. Государство как субъект имущественных отношений

Развитие международного сотрудничества в области экономики, про­изводства, торговли, науки и культуры приводит к тому, что государство вступает в самые различные имущественные правоотношения с другими государствами, а также с международными организациями, юридическими лицами и отдельными гражданами других государств. При этом обычнй


149


§ 1. Государство как субъект имущественных отношений


 


различают два вида правоотношений, в которых участвуют государства. Во-первых, правоотношения, возникающие между государствами, а также между государством и международными организациями (по экономическо­му и научно-техническому сотрудничеству, кредитные и т.д.). Во-вторых, правоотношения, в которых государство выступает в качестве только одной стороны; другой стороной в этих правоотношениях могут быть ино­странные юридические лица, международные хозяйственные (немежгосу­дарственные) организации и отдельные граждане.

Отношения первого вида регулируются исключительно нормами меж­дународного публичного права и, хотя они тесно связаны с отношениями второго вида, в настоящей работе не рассматриваются. Что касается от­ношений второго вида, то это могут быть отношения по поставке товаров, выполнению различных услуг и иные.

Государство может выступать стороной в соответствующих правоотно­шениях при выпуске им займов, облигации которых продаются иностран­ным гражданам. Оно может быть стороной в концессионных договорах и вообще в отношениях, возникающих при предоставлении государством концессий иностранным частным компаниям. Определение правовой при­роды этих отношений особенно актуально для стран, заинтересованных в привлечении иностранных инвестиций (см. гл. 7). Применительно к совет­скому государству выступление его в качестве стороны в торговых сделках могло иметь место тогда, когда сделки заключались торгпредством. Одна­ко в современных условиях организации внешней торговли такие случаи крайне редки, поскольку внешнеторговые сделки заключаются хозяйст­венными организациями самостоятельными юридическими лицами. Однако если российское государство предоставляет само гарантию по внешнеторговой сделке, то в этом случае оно становится субъектом соот­ветствующих отношений.

Российское государство само выступает субъектом имущественных от­ношений при строительстве здания для посольства за границей, аренде зе­мельного участка или найме жилого дома. Во всех случаях эти сделки за­ключаются торгпредством или посольством РФ от имени государства. Следует строго различать случаи, когда субъектом имущественных отно­шений выступает государство и когда субъектом отношений являются го­сударственные юридические лица или любые другие юридические лица.

Возможны и иные правоотношения подобного рода. Например, рос­сийское государство может выступать в гражданском обороте за границей в качестве наследника выморочного имущества, оставшегося после смерти российских граждан, или в качестве наследника по завещанию (см. гл. 15).

В области имущественных отношений государство выступает как осо­бый субъект права, поскольку оно не является юридическим лицом.

Категория юридического лица это категория внутреннего нацио­нального права каждого государства. Само государство наделяет какое-


150 Глава 6. Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

либо образование правами юридического лица, то есть само государство устанавливает, что то или иное образование является юридическим лицом. Кто же может наделить государство правами юридического лица? Только какой-либо правопорядок, существующий над государством, или какое-либо всемирное правительство, о создании которого много писали в юри­дической и общеполитической литературе, но такого надгосударственного органа нет.

Современная концепция участия государства в гражданско-правовых отношениях, которая стала складываться в 90-е годы в СССР, а затем в России, получила отражение в Основах гражданского законодательства 1991 года и ГК РФ. Согласно ст. 124 ГК, государство участвует в отноше­ниях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с другими участниками этих отношений. По своим гражданско-правовым обязательствам государство отвечает принадлежащим ему на праве соб­ственности имуществом, не закрепленным за юридическими лицами на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

§ 2. Иммунитет государства и его виды

1. Иммунитет государства основывается на том, что оно обладает су­веренитетом, что все государства равны. Это начало международного права выражено в следующем изречении: «Par in parem поп nabet impe-rium» («Равный не имеет власти над равным»).

В теории и практике государств обычно различают несколько видов им­мунитета: судебный, от предварительного обеспечения иска и от принуди­тельного исполнения решения.

Судебный иммунитет заключается в неподсудности одного государства судам другого государства («Par in parem поп habet jurisdictionem»«Равный над равными не имеет юрисдикции»). Без согласия государства оно не может быть привлечено к суду другого государства. Причем не имеет значения, в связи с чем или по какому вопросу государство намере­ваются привлечь к суду.

Иммунитет от предварительного обеспечения иска состоит в следую­щем: нельзя в порядке предварительного обеспечения иска принимать без согласия государства какие-либо принудительные меры в отношении его имущества.

13 марта 1948 г. американские судебные власти наложили арест на прибывший в нью-йоркский порт советский пароход «Россия», пытаясь объяснить эти незакон­ные действия судебным иском двух пассажиров, которые якобы получили ушибы во время качки судна в море Арест был произведен в порядке обеспечения иска. Со­ветское посольство по поручению правительства СССР обратило внимание государ­ственного департамента США на недопустимость наложения ареста на судно, при­надлежащее иностранному государству и пользующееся поэтому судебным иммуни-


§ 2. Иммунитет государства и его виды                   151

тетом, заявив протест против указанных действий американских властей. После этого представления госдепартаменту 6 апреля 1948 г. в федеральных судах Восточ­ного и Южного округов Нью-Йорка были вынесены решения о снятии ареста с судна.

В данном случае советское государство не давало согласия на рассмотрение дела в суде вообще; здесь действовало общее положение об иммунитете, но и в случае, если согласие государства на рассмотрение дела имеется, оно не распространяется на предварительное обеспечение иска.

Под иммунитетом от исполнения решения понимается следующее: без согласия государства нельзя осуществить принудительное исполнение ре­шения, вынесенного против государства.

Наряду с этими тремя видами иммунитета говорят еще об иммунитете собственности государства (см. гл. 7). Это более общее понятие, посколь­ку не всегда вопрос об иммунитете имущества государства возникает в связи с рассмотрением какого-либо иска в суде.

Все эти иммунитета связаны между собой, потому что их основа одна суверенитет государства, который не позволяет применять в от­ношении государства какие-либо принудительные меры.

Государство может дать согласие на рассмотрение предъявленного к нему иска в суде другого государства или же на меры по обеспечению иска либо исполнению решения, но такое согласие должно быть явно выражено дипломатическим путем или иным образом. Согласие государства на не­применение к нему правил об иммунитете, об установлении определенных изъятий из этих правил может быть сформулировано в международных до­говорах, и прежде всего в торговых.

Вступая в гражданско-правовые отношения с иностранной компанией, государство может дать в заключаемом им соглашении согласие на предъ­явление к нему исков в суде, а также на применение к нему мер по пред­варительному обеспечению иска или же в отношении принудительного ис­полнения.

2. В прошлом веке и в начале XX века положение об иммунитете госу­дарства и его собственности находило повсеместное применение и судами ряда государств был вынесен ряд руководящих решений (leading case} no этому вопросу.

Затем стала развиваться теория так называемого функционального, или ограниченного, иммунитета. Согласно этой теории, когда государство действует как суверен, совершает акт властвования, оно всегда пользуется иммунитетом. Если же государство совершает действия в качестве част­ного лица, осуществляет внешнеторговые операции, то есть занимается какой-либо коммерческой деятельностью, то оно иммунитетом не пользу­ется. Такой точки зрения придерживались суды Австрии, Швейцарии, Бельгии, Италии, Греции. Теория функционального иммунитета получила применение в практике судов ФРГ (решения конституционного суда в 1962 и 1963 гг. по вопросам иммунитета).


152 Глава 6. Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

Советская доктрина исходила из того, что государство не перестает быть суверенным, когда оно выступает в экономическом обороте. Государ­ство не отказывается от своего суверенитета и не лишается его. Практика показала, что разграничить действия, совершаемые dejure imperil (в ка­честве акта властвования суверена), и действия, совершаемые dejureges-tionis (в качестве частного лица), на основе объективных критериев не­возможно.

В судах стран Запада был рассмотрен ряд дел, касавшихся иммунитета советского государства.

Одним из них, на примере которого можно разобрать отдельные положения, ка­сающиеся иммунитета государства и его собственности, было известное дело о со­ветском золоте, рассмотренное в США в 1928—1932 годах.

Для расчетов по некоторым сделкам в США было вывезено и депонировано в двух нью-йоркских банках определенное количество советского золота в слитках. Го­сударственный французский банк предъявил иск о выдаче ему этого золота не к со­ветскому правительству и не к Госбанку СССР, а к нью-йоркским банкам, в которых оно находилось. Французский банк утверждал, что в порядке предоставления займов царскому правительству еще до революции он поместил в банк в Петербурге опре­деленное количество золотых слитков и что слитки, которые находятся в американ­ских банках, и есть те самые, которые в 1916 году им были привезены в Петербург.

В иске было отказано. Остановимся на некоторых принципиальных вопросах этого дела, на решение которых повлияли прежде всего интересы тех американских деловых кругов, которые были за развитие торговли с СССР.

В решении федерального суда Южного округа Нью-Йорка от 5 июня 1931 г. зна­чительное место занял вопрос об иммунитете государства и его собственности. Суд, в частности, указал, что «одним из обычных свойств государственного суверенитета является изъятие от исков со стороны иностранцев. Было бы нарушением одного из атрибутов суверенитета, если бы правительство иностранного государства привле­калось в качестве ответчика на суде без его согласия». Суд признал, что иммунитетом должно пользоваться не только государство, не только правительство, но и любой орган советского государства, в частности Госбанк СССР. являющийся, как выра­зился суд, «частью (party} советского правительства».

Трудным для американского суда был вопрос о дипломатическом признании. Со­ветский Союз не был признан в то время Соединенными Штатами, но он был при­знан Францией. В решении суда говорилось: «Хотя и не состоялось признание пра­вительством Соединенных Штатов того, что было названо советским режимом, ни как правительства де-юре, ни как правительства де-факто, мы только прячем головы •в песок, подобно страусам, если не хотим признать это». Исходя из этого, суд сделал вывод, что вопрос о признании не имеет значения, поскольку советское государство реально существует, а раз это так, значит, следует признать иммунитет в отношении его собственности, и всякого рода возражения, связанные с непризнанием государ­ства, отпадают.

Далее суд рассуждал следующим образом. Советское государство утверждает, что оно собственник этого золота, хотя это имущество находится во владении нью-йоркских банков. Право собственности советского государства на данное имущество оспариваться не может. Не может быть и наложен арест на это имущество. Если у французского банка есть какая-либо претензия к советскому государству, он вправе обратиться непосредственно к советскому государству, но наложить арест на иму­щество советского государства нельзя. Таким образом, в решении содержалось


§ 2. Иммунитет государства и его виды                   153

принципиальное признание иммунитета советского имущества за границей. Арест, который сначала наложили на советское золото, был снят.

Из вынесенных в послевоенный перио.ч решений, в которых был признан имму­нитет. представляет интерес решение по делу Е. Вейламан (1959 г.). Содержание этого дела следующее. В 1932—1934 годах в СССР были ликвидированы концессии английских акционерных обществ «Тетюхе майнинг корпорейшн» и «Лена Голд-филдс лимитед» (см. гл. 7). Советское правительство выдало этим обществам обя­зательства (облигации), по которым в различные сроки производились платежи. В 1941 году СССР был вынужден пойти на приостановление платежей по этим обяза­тельствам. Английские общества, распространив облигации среди английских и аме­риканских граждан, не выплачивали по ним никаких процентов, ссылаясь на то, что Советский Союз не оплатил эти облигации. В связи с этим Вейламан, которая была одним из держателей таких облигаций, обратилась в нью-йоркский суде иском к Со­ветскому Союзу. В обеспечение иска был наложен арест на счета Госбанка СССР и Банка для внешней торговли СССР в трех нью-йоркских банках (всего на сумму около 55 тыс. долл.). Само по себе рассмотрение судом этого дела являлось наруше­нием общепризнанных норм международного права о судебном иммунитете, по­скольку советское правительство не давало согласия на рассмотрение иска Вейла­ман в американском суде.

В дальнейшем Вейлеман предъявила иск к «Чейз Манхэттен Бэнк» о передаче ей определенных сумм с находившихся в этом банке счетов советских банков. В ре­шении Верховного суда штата Нью-Йорк от 1 октября 1959 г. в результате дипло­матического протеста СССР. поддержанного госдепартаментом, был признан имму­нитет собственности СССР денежных средств на счетах в «Чейз Манхэттен Бэнк». Общепризнанно, говорилось в решении суда, что когда в суде штата рассмат­риваются вопросы в отношении иммунитета иностранных суверенных государств и их собственности, они не должны обычно решаться путем применения местного за­кона. Такие вопросы должны рассматриваться, принимая во внимание международ­ную вежливость в отношениях между государствами, и решаться в соответствии с политикой, сформулированной госдепартаментом США для осуществления между­народных отношений. Госдепартамент согласился с требованием СССР об иммуни­тете и через прокурора США сделал заявление о заинтересованности США в том. чтобы собственность СССР в США пользовалась иммунитетом «от исполнения су­дебных решений или других действий, аналогичных исполнению судебных решений, и что этот суд должен принять меры к немедленному освобождению любой государ­ственной собственности СССР, на которую до настоящего времени наложен арест в связи с этим процессом, и отклонить всякие возможные действия, связанные с ис­полнением, или действия, аналогичные исполнению судебного решения».

Из практики английских судов по вопросам иммунитета следует остановиться на деле ТАСС (1949 г.). Некий Крайна предъявил к ТАСС иск в связи с тем. что ему якобы был нанесен моральный ущерб. Английский суд признал, что ТАСС не может быть ответчиком по данному делу, так как ТАСС этот отдел, часть советского пра­вительства, занимающийся вопросами информации, и поскольку это часть советско­го правительства, иск к правительству не может рассматриваться при отсутствии со­гласия ответчика. В суд, указывалось далее в решении, поступило письмо советского посольства в Лондоне; в котором приводились выдержки из устава ТАСС и сообща­лось, что советское правительство и ТАСС, ссылаясь на иммунитет, не дают согласия на рассмотрение иска. Таким образом, в решении английского суда по данному делу был признан иммунитет советского государства и его органов.

Приведенные решения были вынесены до принятия в США Закона об иммунитетах иностранных государств 1976 года и в Великобритании За-


154 Глава 6 Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

кона об иммунитете государства 1978 года. В законе США 1976 года ука­зано, что иммунитет не будет признаваться, «когда основаниями для иска служат коммерческая деятельность, осуществляемая иностранным госу­дарством в Соединенных Штатах, или действие, совершенное за предела­ми Соединенных Штатов в связи с коммерческой деятельностью иностран­ного государства вне Соединенных Шаттов, если это действие имеет пря­мые последствия для Соединенных Штатов» (§ 1605 (а) 2). На имущество иностранного государства, находящееся в США и используемое для ком­мерческой деятельности в этой стране, не распространяется иммунитет от мер по аресту для обеспечения иска и от мер по обращению взыскания на имущество на основании судебного решения.

В законе США 1976 года указывается также, к какому критерию долж­ны прибегать американские суды, чтобы определить, какие действия яв­ляются публично-правовыми, а какие частноправовыми. По этому во­просу суды в разных странах, в том числе и в США, выносили различные решения, часто противоречивые. В законе США 1976 года в качестве та­кого критерия избрана не цель, а характер, природа операции или отдель­ной сделки (§ 1603 (d). Там говорится, что «коммерческая деятельность» означает либо регулярное осуществление коммерческого поведения, либо конкретное коммерческое действие или акт. Коммерческий характер любой деятельности определяется характером поведения или конкретного действия либо акта, а не ее целью. Английский Закон об иммунитете го­сударства 1978 года определяет коммерческое действие при помощи опи­сания его характера и перечисления типов соответствующих контрактов (ст. 3).

В деле по иску к советским информационным агентствам ТАСС и АПН (решение федерального суда Нью-Йорка от 23 января 1978 г.). которые подготовили матери­ал, опубликованный в газетах «Советская Россия», «Красная звезда» и других из­даниях, то есть за пределами США, истец ссылался на то, что эти действия имели «прямые» последствия в США. Истец доказывал (и это имеет наиболее существен­ное значение с точки зрения применения на практике закона США 1976 г.), что речь идет именно о коммерческой деятельности и в случае такой деятельности иммунитет не должен предоставляться. Однако суд с такими доводами не согласился. Он исхо­дил из того, что действия информационных агентств не связаны с каким-либо кон­трактом и не могут рассматриваться как коммерческая деятельность. Суд пришел к выводу, что советские организации пользуются иммунитетом от юриодикции судов в соответствии с Законом США об иммунитетах иностранных государств 1976 года.

Определенное практическое значение имеет вопрос об обратном дей­ствии этого закона. Данный вопрос был центральным в деле Jackson v. People's Republic of China (1986 г.). Речь шла о претензиях держателей облигаций, выпущенных правительством Китая в 1911 году. Правитель­ство КНР, к которому был предъявлен иск, неоднократно заявляло, что оно не несет никаких обязательств по внешним долгам бывшего китайско­го правительства, и настаивало на признании иммунитета. Хотя суд при-


155


§ 2. Иммунитет государства и его виды


 


шел к выводу, что выпуск государством облигаций в соответствии с § 1603 (b) закона США 1976 года следует квалифицировать как коммерческую деятельность, иммунитет государства должен быть признан, поскольку закон не может иметь обратной силы. При рассмотрении этого дела пра­вительство КНР заявило, что теория ограниченного иммунитета не может быть обязательной для тех стран, которые ее не признают. По мнению ки­тайского правительства, эта теория «применима только к той группе стран, которые ее признали, и не применима в отношении Китая, который продолжает придерживаться принципа абсолютного иммунитета».

На решение по данному делу сослался другой суд США при рассмот­рении в 1988 году иска держателей'царских займов к правительству СССР. В иске было отказано со ссылкой на то, что закон США 1976 года не имеет обратной силы.

Законы об иммунитете, исходящие из аналогичных принципов, что и закон США, были приняты в Канаде (1981 г.), Австралии (1981 г.), Паки­стане (1981 г.), Сингапуре (1979 г.), ЮАР (1981 г.).

В законодательные акты США, Великобритании и других государств, принятые в последние годы, а также в некоторые международные согла­шения были включены специальные правила, касающиеся тех случаев, когда иностранное государство является собственником недвижимого имущества, находящегося на территории государства суда, а также случаев возможного наследования имущества иностранным государством по зако­ну или по завещанию. Так, согласно Европейской конвенции об иммуни­тете государств от 16 мая 1972 г., иммунитет не признается, если: ино­странное государство отказалось от иммунитета; само предъявило иск;

спор возник по трудовому контракту в связи с недвижимостью, требова­ниями о возмещении ущерба, охраной прав промышленной собственнос­ти, а также деятельностью de jure gestionis, осуществляемой бюро или агентством государства в стране суда. Если сравнивать эту конвенцию с законом США 1976 года, то можно заметить, что в ней речь идет о дейст­виях не только коммерческого, но и вообще частноправового характера и что центр тяжести в вопросе о непризнании иммунитета перенесен на на­личие территориальной связи, необходимой для установления юрисдикции данного государства.

3. Комиссия международного права в 1991 году приняла проект статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности и рекомен­довала Генеральной Ассамблее ООН созвать международную конферен­цию для рассмотрения этого проекта.

До принятия универсальной международной конвенции по этому во­просу существенную роль продолжает играть судебная практика каждого государства, хотя решения суда одной страны могут использоваться и во всяком случае учитываться при рассмотрении аналогичного дела в другой стране.


156 Глава 6. Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

Характерный пример дает практика Франции. В этой связи следует остановиться на решении Парижского суда Большой инстанции от 16 июня 1993 г.

В связи с проведением в Центре искусства и культуры имени Жоржа Помпиду выставки картин Анри Матисса из Государственного Эрмитажа и Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина (ГМИИ)дочь коллекционера С.И. Щукина Ирина Щукина, а также некий И. Коновалов, утверждавший, что он является внуком другого известного собирателя западной живописи И. Морозова, предъявили ряд исков к Российской Федерации, Государственному Эрмитажу, ГМИИ имени А.С. Пушкина и Центру Помпиду. Истцы требовали наложения пред­варительного ареста на картины и выплаты им возмещения в крупных суммах. Кар­тины перешли в собственность государства на основании декретов о национализации 1918 года.

Решением суда в исках Щукиной и Коновалову было отказано со ссылкой на принцип судебного иммунитета государства и его собственности.

От имени российского государства в суде было заявлено, что акт о национали­зации представляет собой осуществление публичной власти государства и касался коллекции картин, принадлежащей его гражданам и находящейся на его территории. Кроме того, было обращено внимание суда на то, что иммунитетом от принудитель­ных мер пользуется не только государство как таковое, но также два музея, осущест­вляющих хранение картин в рамках выполнения публично-правовых функций в об­ласти культуры, на что они были уполномочены Министерством культуры РФ.

Суд согласился с этими доводами и признал, что при отсутствии согласия госу­дарства на рассмотрение дела иски не могут быть предметом рассмотрения суда. На этом же основании суд отказал истцам в отношении их требований об осуществлении мер принудительного характера в отношении картин.

Однако в практике судов ряда стран и при наличии законов и отдельных международных соглашений не все вопросы, касающиеся иммунитета го­сударства, можно считать окончательно решенными. Характерный пример дала судебная практика США,

Суть дела состоит в следующем. В 1941 году 19-летний гражданин США еврей­ской национальности Г. Принц вместе со своими родителями, сестрой и двумя бра­тьями оказался в Словакии. Вся его семья погибла в фашистских лагерях, он един­ственный выжил, пройдя Освенцим и принудительные работы под землей на военных объектах Мессершмита. После длившихся десятилетия попыток получить возмеще­ние за причиненный ему фашистской Германией ущерб он предъявил в 1992 году иск в американском суде к правительству ФРГ. Дело рассматривалось в судах США дважды. Ответчик, опираясь на американский закон 1976 года, ссылался на судеб­ный иммунитет, поскольку предусмотренные этим законом исключения, и прежде всего в отношении действий, которые можно было бы отнести к коммерческой ак­тивности, не могли быть применены в данном случае. Суд первой инстанции не при­знал судебный иммунитет, а при рассмотрении дела в 1994 году в федеральном апел­ляционном суде (Court of Appeals) мнения судей разделились, хотя большинство вы­сказалось за то, что апелляционный суд не обладает компетенцией для рассмотрения иска. В связи с этим решением были даже подготовлены Палатой представителей предложения о внесении изменений в закон 1976 года, исключающие возможность для государства-ответчика ссылаться на принцип иммунитета государства.

4. Действующее российское законодательство традиционно исходит из абсолютного признания принципа иммунитета государства во всех случа­ях, независимо от характера действий государства и его органов. Так, АПК


§ 2. Иммунитет государства и его виды                  157

РФ в ч. 1 ст. 213 («Судебный иммунитет») предусматривает следующее положение: «Предъявление в арбитражном суде иска к иностранному го­сударству, привлечение его в качестве третьего лица к участию в деле, на­ложение ареста на имущество, принадлежащее иностранному государству и находящееся на территории Российской Федерации, и принятие по от­ношению к нему других мер по обеспечению иска, обращение взыскания на это имущество в порядке принудительного исполнения решения арбит­ражного суда допускаются лишь с согласия компетентных органов соот­ветствующего государства, если иное не предусмотрено федеральными за­конами или международными договорами Российской Федерации». (Ана­логичное положение содержится в ст. 435 ГПК РСФСР за исключением отсылки к федеральным законам. Кроме того, ст. 435 предусматривает возможность применения ответных ограничений.)

ГК РФ (часть первая), действующий с 1 января 1995 г., как уже отме­чалось выше, исходит из того, что в отношениях, регулируемых граждан­ским законодательством, Россия как государство выступает на равных на­чалах с иными участниками этих отношений гражданами и юридичес­кими лицами. Статья 127 ГК предусматривает, что особенности ответст­венности РФ и ее субъектов в этих отношениях с участием иностранных юридических лиц, граждан и государств определяются законом об имму­нитете государства и его собственности.

Поскольку такой закон принят не был, следует исходить из того, что в РФ иммунитет иностранного государства и его собственности признается в полном объеме, что, однако, не решает проблемы признания за рубежом иммунитета РФ в таком же полном объеме.

Практика заключения российским государством крупных кредитных соглашений, долговременных концессионных и инвестиционных соглаше­ний идет по пути включения в них условий, предусматривающих прямое согласие на рассмотрение споров в иностранном суде или в порядке ар­битражного разбирательства в третейском суде без использования ссылки на иммунитет государства.

В ряд заключенных российским государством и его органами контрак­тов с иностранными юридическими лицами и иностранными государствами было включено согласие российской стороны на отказ (или изъятие) от юриодикционного иммунитета и его видов. Эта практика закреплена в За­коне о соглашениях о разделе продукции 1995 года (см. гл. 8), в котором впервые было установлено, что в соглашениях, заключаемых с иностран­ными гражданами и юридическими лицами, может быть предусмотрен в соответствии с законодательством РФ отказ государства от судебного им­мунитета, иммунитета в отношении предварительного обеспечения иска и исполнения судебного и (или) арбитражного решения (ст. 23).

В Комментарии к этому закону (С.А. Сосна) обращалось внимание на то, что концепция абсолютного иммунитета уже давно не отражает ни


158 Г л а в а 6. Статус государства как участника гражданско - правовых отношений

практику участия российского государства в экономических, коммерческих отношениях с зарубежными странами, ни современную доктрину иммуни­тета государства.

§ 3. Правовой режим гражданско-правовых сделок, совершаемых государством

1. Внешнеторговые сделки заключаются в России, как правило, любы­ми юридическими лицами (см. гл. 5).

Для российского законодательства характерно отрицательное отноше­ние к выступлениям государства в качестве непосредственного субъекта таких внешнеторговых сделок. Эта возможность у государства имеется, но она должна быть ограничена, поскольку любой такой случай может по­влечь за собой возникновение универсальной ответственности государст­ва. В ст. 11 Закона о государственном регулировании внешнеторговой де­ятельности 1995 года предусмотрено, что государство РФ, ее субъекты и муниципальные образования осуществляет внешнеторговую дея­тельность непосредственно только в случаях, установленных федеральны­ми конституционными законами, федеральными законами, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов РФ.

С точки зрения нашего права и нашей доктрины о раздельной ответст­венности государства и государственных юридических лиц следует считать, что государственные внешнеторговые организации как самостоятельные юридические лица не должны пользоваться иммунитетом, предоставляе­мым государству. В новых условиях хозяйственной деятельности в России и в других государствах СНГ субъектом внешнеторговых сделок стали не только внешнеторговые организации, но и обычные государственные предприятия. При этом ни те, ни другие не могут рассматриваться как ор­ганы государства, обладающие иммунитетом. Поскольку внешнеторговые сделки осуществляются не государством, а через самостоятельные юриди­ческие лица, иммунитет государства не играет существенной роли для внешнеторговой деятельности.

В тех же исключительных случаях, когда внешнеторговую сделку за­ключило торговое представительство от имени государства, такая сделка должна рассматриваться как совершенная самим государством.

Торгпредство это орган, осуществляющий за границей права РФ в области внешнеэкономической деятельности. Положение о торговых представительствах СССР за границей было утверждено с дополнениями и поправками законом СССР, принятым Верховным Советом СССР 3 ав­густа 1989г.

Торгпредство не является юридическим лицом. Права и обязанности по его сделкам возникают непосредственно у государства. Отсюда выте-


§ 3 Правовой режим гражданско-правовых сделок, совершаемых государством 159

кает, что «по обязательствам торговых представительств СССР несет от­ветственность советское государство» (ст. 6 Положения).

Положение предусматривает, что торгпредства могут совершать от своего имени и от имени государства сделки и иные юридические акты, не­обходимые для осуществления возложенных на них задач, выступать в судах в качестве истца или представителя истца.

В качестве ответчика торгпредства могут выступать в судах лишь по спорам, вытекающим из сделок и иных юридических актов, совершенных торгпредствами в странах пребывания, и только в тех странах, в отноше­нии которых СССР в международных договорах или путем одностороннего заявления, доведенного до сведения компетентных органов стран пребы­вания, выразил согласие на подчинение торгпредства суду страны пребы­вания по указанным спорам. Таким образом, статус торгпредства опреде­ляется в принципе российским правом. Это вытекает из того, что торг­предство орган государства, а на органы государства распространяются законы этого государства; поэтому личным законом торгпредства является российское право.

В том же случае, когда заключен торговый договор РФ с иностранным государством, положение торгпредства в данном государстве определяется на основе этого договора. В торговом договоре могут быть предусмотрены некоторые изъятия в отношении тех иммунитетов, которые предоставля­ются торгпредству. Эти изъятия всегда следует толковать строго ограни­чительно.

В качестве примера сошлемся на торговый договор СССР с Австрией от 17 октября 1955 г. В ст. 4 приложения к договору о правовом положе­нии торгпредства говорится, что иммунитета и привилегии, предоставлен­ные торгпредству, распространяются также на его торговую деятельность со следующими изъятиями: «Споры по торговым сделкам, заключенным или гарантированным на территории Австрии торговым представительст­вом, подлежат, при отсутствии оговорок о третейском разбирательстве, компетенции австрийских судов».

Принудительное исполнение окончательных судебных решений, выне­сенных против торгпредства по этим спорам, может иметь место, но лишь в отношении товаров и долговых требований торгпредства. Таким обра­зом, речь идет только о торговых сделках, и только о тех, которые заклю­чены в Австрии. В отношении всех других сделок торгпредство должно пользоваться иммунитетом в полном объеме.

На практике бывали случаи, когда к торгпредству пытались предъяв­лять иски бывшие собственники национализированного в СССР имуще­ства и другие лица, у которых имелась мнимая или действительная претен­зия к советскому государству Суд не может рассматривать такие иски к торгпредству, поскольку изъятия из иммунитета торгпредства допускаются только в отношении совершенных им торговых сделок в данной стране.


160 Гла в а 6 Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

Если сделку заключает какое-либо российское юридическое лицо, то торг­предство ответственности за сделку не несет.

Суды в странах Запада неоднократно пытались представить торгпред­ство в качестве лица, несущего универсальную ответственность за дейст­вия всех наших организаций. Однако с этой точкой зрения согласиться нельзя. Торгпредство это орган государства, и потому его правовое по­ложение определяется российским правом, которое устанавливает, что торгпредство не отвечает по обязательствам внешнеэкономических и иных хозяйственных организаций, а последние не отвечают по обязательствам торгпредства.

В торговых договорах, заключаемых СССР, указывалось, что прави­тельство СССР несет ответственность лишь по тем торговым сделкам, ко­торые были надлежащим образом заключены торгпредством или гаранти­рованы от имени торгпредства. Советское правительство не несет ответ­ственности по сделкам хозяйственных организаций, а хозяйственные ор­ганизации не несут ответственности по сделкам торгпредства.

Положение о раздельной ответственности торгпредства, государства и юридических лиц имеет полную силу и в отношении государств, с которы­ми СССР или РФ не заключили торговых договоров.

Приведем пример из судебной практики Нидерландов.

Иск был предъявлен к СССР как таковому и к торгпредству. Между тем спор возник по сделке одной голландской фирмы со Всесоюзным объединением «Пром-сырьеимпорт». Суд отверг иск, указав, что спор должен разрешаться лишь в отно­шении объединения.

2. Современная концепция участия государства в гражданско-право­вых отношениях, которая стала складываться в 90-е годы, получила отра­жение в Основах гражданского законодательства 1991 года. По своим гражданско-правовым обязательствам государство отвечает находящими­ся в его собственности средствами государственной казны. Эти положе­ния, согласно Основам, должны применяться соответственно к автоном­ным образованиям, административно-территориальным образованиям, уполномоченным ими органам. Автономные образования и администра­тивно-территориальные образования отвечают по своим обязательствам находящимися в их собственности средствами, не закрепленными за юри­дическими лицами в полное хозяйственное ведение или оперативное уп­равление.

В ряд заключенных российским государством и его органами соглаше­ний и контрактов с иностранными юридическими лицами и иностранными государствами было включено согласие российской стороны на отказ (или изъятие) от юрисдикционного иммунитета и его видов.

Особое положение государства как участника международных хозяйственных отношений выражается и в том, что к обязательствам го­сударства в принципе может применяться только его право, кроме случа-


§ 3. Правовой режим гражданско-правовых сделок, совершаемых государством 161

ев, когда государство прямо выразило свое согласие на применение ино­странного права. Поэтому правоотношения по договору государства с ино­странной компанией или иностранным гражданином регулируются внут­ренним законодательством государства стороны в договоре, а не зако­нодательством другого государства или международным правом, если в до­говоре не предусмотрено иное.

Из этого признанного в доктрине положения исходила Постоянная па­лата международного правосудия в своих известных решениях о сербских и бразильских займах, вынесенных в 1929 году. По иску французских дер­жателей сербских государственных займов к югославскому правительству палата признала, что права и обязанности по этим займам подчинены не праву Франции, где по ним были выпущены облигации, а законам Юго­славии. По мнению Палаты, природа суверенного государства проявляет­ся в том, что действительность принятых им обязательств не может быть подчинена иному закону, чем его собственному.

Из решения Международного суда ООН от 6 июля 1957 г. по франко-норвежскому спору о норвежских займах также может быть сделан вывод о том, что к договору между государством и иностранным гражданином или юридическим лицом применяется внутреннее право данного государства. Отсюда следует, что к обязательствам по займам в принципе должно при­меняться право страны, выпустившей заем. То же самое следует сказать и о концессионных договорах, хотя концессии обладают определенной спе­цификой. Все вопросы концессионного договора относятся к внутренней компетенции государства. Концессионный договор это сделка, право­отношения по которой регулируются внутренним правом, и она не явля­ется международным договором.

В то же время концессию нельзя рассматривать и как гражданско-правовой контракт, одностороннее прекращение которого неправомерно. Это односторонний акт государства («соизволение»), предоставляющий частной компании, в том числе и иностранной, право осуществлять в ин­тересах данного государства, развития его экономики определенную хо­зяйственную деятельность. В этих же интересах действие такого акта может быть досрочно прекращено, предоставленная концессия может быть «взята обратно».

Так, к началу 80-х годов основные развивающиеся страны экспор­теры нефти фактически ликвидировали концессии, учитывая при этом осо­бую природу концессионных договоров. В 1981 году Иран аннулировал все соглашения о добыче нефти и эксплуатации нефтяных месторождений, за­ключенные бывшим шахским правительством этой страны с западными компаниями.

Сам термин «концессия» означает уступку прав, принадлежащих госу­дарству, другому лицу, в том числе и иностранному инвестору. Концесси­онный договор используется в современной практике недропользования,

11 872


162 Гл а в а 6. Статус государства как участника гражданско-правовых отношений

л

и в нем удельный вес гражданско-правовых положений, регулируемых нормами международного частного права, увеличивается.

3. Учитывая современные тенденции по вопросу об участии государства в гражданско-правовых отношениях, осложненных иностранным элемен­том, в Проекте части третьей ГК РФ предложено предусмотреть следую­щие положения, сформулированные в специальной статье:

«К гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства правила настоящего раздела применя­ются на общих основаниях, если иное не установлено законом Российской Федерации.

Правила настоящей статьи применяются к отношениям, в которых го­сударство участвует иным образом, чем при осуществлении суверенных функций.

При определении характера сделки с участием государства принимает­ся во внимание правовая природа сделки и учитывается ее цель».

Контрольные вопросы

1. Какие бывают ввды иммунитета государства?

2. В чем различие между концепцией абсолютного иммунитета и концепцией ог­раниченного (функционального) иммунитета?

3. В каких странах приняты законы об иммунитете государства и какова практика их применения?

4. Какова практика по вопросу об иммунитетах при заключении соглашений и кон­трактов, в качестве одной из сторон которых выступает российское государство или его органы?


Глава 7 ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ

§ I. Вопросы собственности в международных отношениях. § 2. Коллизионные вопросы права собственности. § 3. Применение за границей законов о национализации. § 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций. § 5. Иностранные инвестиции в свободных экономических зонах. § 6. Правовое положение собственности Российской Федерации и российских организаций за границей

ЛИТЕРАТУРА

Перетерский И.С., Крылов С.Б. Международное частное право. М., 1959. С. 94—117; Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть. М„ 1975. С. 99—127; ЛунцЛ.А.. Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1973. С. 118—129; Перетерский И.С. Борьба СССР за рав­ноправие двух систем собственности в международных отношениях // Ученые за­писки АОН. М., 1947. Вып. 1. С. 113—151; Корецкий В.М. Очерки англо-аме­риканской доктрины и практики международного частного права. М., 1948. С. 197—395; ВилковГ.Е. Национализация и международное право. М., 1962; fio-еатырев А.Г. Инвестиционное право. М., 1992; Правовое регулирование ино­странных инвестиций в России: Сб. статей. М., 1995; Богуславский М.М. Ино­странные инвестиции: правовое регулирование. М., 1996; Игратов В., Бутов В. Свободные экономические зоны. М., 1997; Дерюгина С.В. Правовые аспекты по­нятия «свободная экономическая зона» // Государство и право. 1997. № 5. С. 115—121; Международное частное право: Сб. документов / Сост. К.А. Бекя-шев, А.Г. Ходаков. М., 1997. С. 592—658; Международно-правовые основы ино­странных инвестиций в России: Сб. нормат. актов и документов. М., 1995; Право­вое регулирование иностранных инвестиций в Российской Федерации: Сб. нормат. актов. М., 1995; Правовой режим российских инвестиций за рубежом: Сб. нормат. актов М., 1997.

II»


164                                        Глава 7 Право собственности

§ 1-. Вопросы собственности в международных отношениях

Проблемы собственности в современных международных отношениях многообразны. В традиционных курсах международного частного права стран Запада раздел о праве собственности сводится, как правило, исклю­чительно к изложению коллизионных вопросов. Между тем ни вопросы национализации, ни вопросы участия иностранного капитала в разработке естественных ресурсов, ни вопросы режима иностранных инвестиций не могут быть сведены к проблемам коллизионного характера и должны рас­сматриваться наряду с ними.

Большое теоретическое и практическое значение имеет признание права собственности государства на его имущество, находящееся за рубе­жом. Право одного государства должно относиться, таким образом, к су­ществованию права другого государства как к объективному факту.

Советскому государству пришлось вести длительную борьбу за призна­ние данного принципа. Эта борьба велась на конференциях в Генуе и Гааге, когда была предпринята попытка заставить советское государство отменить национализацию орудий и средств производства. Она велась в иностранных судах, которые стремились подходить к собственности совет­ского государства за границей как к обычной частной собственности ино­странца, и не признавали право собственности СССР на находящееся за границей национализированное имущество.

§ 2. Коллизионные вопросы права собственности

1

1. В законодательстве многих государств проводится различие между правом на недвижимое имущество и правом на движимое имущество. В отношении недвижимости законодательство, судебная практика и доктри­на этих государств придерживаются принципа, согласно которому право собственности на недвижимость регулируется законом места нахождения недвижимости. Этот закон определяет и содержание права собственности на недвижимость, и форму и условия перехода прав на недвижимость. Осо­бенно жестко данный принцип проводится в отношении такой основной категории недвижимого имущества, как земельные участки. В специаль­ных реестрах и книгах ведется строгая регистрация прав собственности на землю.

Российские юридические лица и иные наши организации точно так же, как и граждане России, если им принадлежит недвижимое имущество за рубежом, имеют право владеть, пользоваться и распоряжаться таким иму­ществом в полном объеме в соответствии с правилами местного законо­дательства.


§ 2. Коллизионные вопросы права собственности               165

Более сложным является положение с движимым имуществом. Сюда относятся обычно права требования, ценные бумаги, транспортные сред­ства, личные вещи и т.д. В отношении этой категории имущества в различ­ных государствах по-разному решается вопрос о значении принципа зако­на места нахождения вещи, хотя и в отношении режима движимого иму­щества указанный принцип имеет решающее значение.

Во-первых, считается общепризнанным, что если в каком-либо госу­дарстве вещь правомерно перешла по законам этого государства в собст­венность определенного лица, то при изменении места нахождения вещи право собственности на данную вещь сохраняется за ее собственником. Таким образом, признается право собственности на вещь, приобретенную за границей.'

Во-вторых, обычно признается, что объем прав собственника опреде­ляется законом места нахождения вещи. Из этого следует, что при пере­мещении вещи из одного государства в другое (как это происходит именно с движимым имуществом) соответственно изменяется и содержание прав собственника. При этом не имеет значения, какие права принадлежали собственнику вещи до ее перемещения в данное государство. Право соб­ственности на вещь, например приобретенную иностранцем на своей ро­дине, признается, но содержание этого права будет определяться не зако­ном страны его гражданства, а законом места нахождения вещи.

В доктринах международного частного права существуют различные точки зрения на то, какой закон регулирует переход права собственности, если вещь приобретается не в том государстве, где она находится. В одних странах доктрина высказывается в пользу применения закона места нахож­дения вещи, в других предпочтение отдается личному закону собственника.

В Великобритании и США в течение длительного времени исходным был принцип, согласно которому права на движимость определяются лич­ным законом собственника. В курсе Дайси обращается внимание на пере­ход от принципа личного закона к принципу места нахождения вещи.

В праве Франции в ряде случаев переход права собственности на дви­жимость определяется законом места нахождения вещи; в то же время в наследственном праве переход имущества в порядке наследования часто определяется личным законом наследодателя. Однако принцип личного закона рассматривается в современной доктрине больше как исключение из общего правила. Этот принцип продолжает сохраняться в законода­тельстве лишь отдельных стран (Аргентины, Бразилии).

Расширение применения закона места нахождения вещи обосновыва­ется в иностранной литературе прежде всего интересами гражданского оборота.

Таким образом, как правило, принцип lex rei sitae определяет, какие вещи могут быть вообще объектом права собственности, объем и содер-


166


Глава 7 Право собственности


 


жание прав и обязанностей собственника и чаще всего возникновение, переход и прекращение права собственности.

2. Коллизионные вопросы отношений, вытекающих из права собствен­ности, регулируются также в отдельных международных соглашениях. Га­агская конвенция о праве, применяемом к переходу права собственности в международной торговле товарами, 1958 года решает ряд вопросов, свя­занных с переходом права собственности, не на основании принципа lex rei sitae, а на основании обязательственного статута, то есть права, при­меняемого сторонами к сделке внешнеторговой купли-продажи (см. гл. 8).

3. В действующем в России законодательстве имеется несколько кол­лизионных норм, касающихся права собственности. Основное правило со­держится в ст. 164 Основ гражданского законодательства 1991 года, но­сящей название «Право собственности». В этой статье закреплен ряд по­ложений. Во-первых, установлено, что «право собственности на имуще­ство определяется по праву страны, где это имущество находится» (ч. 1). Во-вторых, предусматривается, что право собственности на транспортные средства, подлежащие внесению в государственные реестры, определяет­ся по праву страны, где транспортное средство внесено в реестр. В-тре­тьих, предусмотрено, что «возникновение и прекращение права собствен­ности на имущество определяются по праву страны, где это имущество на­ходилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для возникновения или прекращения права соб­ственности, если иное не предусмотрено законом» (ч. 2).

Таким образом, в РФ закон места нахождения вещи признается исход­ным коллизионным началом для решения вопросов права собственности. Закон места нахождения вещи определяет прежде всего, какие вещные права возможны вообще и каково их содержание.

Из положения ч. 2 ст. 164 Основ следует, что если право собственности на движимую вещь возникло по закону ее места нахождения, то оно не может прекратиться в силу перемещения вещи в другую страну, в которой на основании действующего в ней законодательства такое право собствен^ ности не могло бы возникнуть в таком же порядке, как в первой стране.

Вопросы перехода права собственности и риска случайной гибели вещи имеют особое значение в международной купле-продаже товаров. В дей­ствующем в России законодательстве установлены специальные коллизи­онные нормы по этим вопросам применительно к обязательственному ста­туту (см. гл. 8).

В ч. 3 ст. 164 Основ гражданского законодательства предусмотрено, что «возникновение и прекращение права собственности на имущество, яв­ляющееся предметом сделки, определяются по праву места совершения сделки, если иное не установлено соглашением сторон». Это означает» что за основу принят принцип автономии воли сторон. Если же стороны в кон­тракте не решили этот вопрос, то тогда начинает действовать коллизион­


§ 2 Коллизионные вопросы права собственности              167

ный принцип lex loci contractus. Статья 223 ГК РФ предусматривает, что право собственности возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором. Согласно ст. 459 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, риск случайной гибели пере­ходит на покупателя с момента, когда в соответствии с законом или дого­вором продавец считается исполнившим свою обязанность по передаче то­вара покупателю.

Особые сложности в международной практике вызывают случаи, когда предметом сделки является товар в пути. Например, товар перевозится морем или по железной дороге, а стороны во время его нахождения в пути совершают сделку по передаче на него права собственности. Какое право тогда следует применять: страны отправления товара, страны назначения или какого-либо промежуточного пункта нахождения вещи? Закон пред­писывает в этих случаях применять закон места отправки вещи. Согласно ч. 3 ст. 164 Основ, «право собственности на имущество, находящееся в пути по внешнеэкономической сделке, определяется по праву страны, из которой это имущество отправлено, если иное не установлено соглашени­ем сторон».

Более подробные правила содержатся в Проекте части третьей ГКРФ. Там предложены следующие общие положения о праве, подлежащем при­менению к вещным правам: 1) содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится;

2) принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам опре­деляется по праву страны, где это имущество находится.

Возникновение и прекращение права собственности и иных вещных прав на имущество определяются, согласно проекту, по праву страны, где это имущество находилось в момент, когда имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для возникновения либо пре­кращения права собственности и иных вещных прав, если иное не предус­мотрено ГК и иными законами РФ.

Возникновение права собственности и иных вещных прав на имущест­во вследствие приобретательной давности определяется правом страны, где имущество находилось в момент окончания срока приобретательной давности.

Согласно проекту, к праву собственности и иным вещным правам на транспортные средства, воздушные и морские суда, суда внутреннего пла­вания и космические объекты, подлежащие государственной регистрации, и к защите этих прав применяется право страны, где эти средства, суда и объекты внесены в государственный реестр.

В отношении имущества, которое внесено в государственный реестр в РФ, должно применяться российское право


168                                       Глава 7 Право собственности

В отношениях между предприятиями, к которым продолжают приме­няться ОУП СЭВ 1968/1988 годов, момент перехода права собственности и риска случайной гибели товара с продавца на покупателя определяется не путем применения коллизионных норм, а исходя из единых материаль­но-правовых норм. Так, этот переход при железнодорожных перевозках считается совершенным «с момента передачи товара с железной дороги страны продавца железной дороге, принимающей товар», в водных пере­возках на условиях «фоб», «сиф» и «каф» «с момента перехода товара через борт судна в порту погрузки».

§ 3. Применение за границей законов о национализации

1. Под термином «национализация» понимается огосударствление, то есть изъятие имущества, находящегося в частной собственности, и пере­дача его в собственность государства. В результате национализации в соб­ственность государства переходят не отдельные объекты, а целые отрасли экономики. Национализацию как общую меру государства по осуществле­нию социально-экономических изменений следует отличать от экспропри­ации как меры по изъятию отдельных объектов в собственность государ­ства и от конфискации как меры наказания индивидуального порядка.

Характер национализации зависит от того, кем и в каких целях она про­водится. В 1917—1920 годах советским государством проводилась наци­онализация земли, банков, промышленных и торговых предприятий и т.д.

Мероприятия по национализации были осуществлены в ряде стран Восточной Европы и Азии. Социалистическая национализация означала, что право частной собственности на национализированное имущество было уничтожено и возникло новое, принципиально иное по содержанию право социалистической собственности. Позднее национализация стала важным средством в борьбе освободившихся от колониальной зависимос­ти молодых государств за достижение ими экономической независимости. В зависимости от конкретных условий процесс создания государственного сектора путем национализации протекал в этих странах по-разному: в одних национализировалась только собственность, которая принадлежала иностранному капиталу, в других затрагивался и местный частный капитал.

Национализация проводилась и в ряде высокоразвитых стран Запада.

2. Право любого государства на национализацию частной собственнос­ти, в том числе и принадлежащей иностранцам, вытекает из общепризнан­ного принципа международного права суверенитета государства. Осу­ществление национализации это одна из форм проявления государст­венного суверенитета.

Каждое государство в силу суверенитета устанавливает свою полити­ческую и экономическую систему, свою систему права собственности. Го-


§ 3 Применение за границей законов о национализации            169

сударство имеет исключительное право устанавливать содержание и ха­рактер права собственности, порядок приобретения, перехода и утраты этого права.

Право государства на национализацию, включающее право свободно распоряжаться своими естественными ресурсами и богатствами, было подтверждено в ряде резолюций Генеральной Ассамблеи ООН Так, 21 де­кабря 1952 г. Генеральная Ассамблея ООН на своей VII сессии приняла резолюцию № 626 «О праве свободной эксплуатации естественных бо­гатств и ресурсов». В ней говорится, что «право народов свободно распо­ряжаться своими естественными богатствами и ресурсами и свободно их эксплуатировать является их неотъемлемым суверенным правом и соот­ветствует целям и принципам Устава Организации Объединенных Наций». В резолюции рекомендуется всем государствам членам ООН воздерживаться от действий, прямых или косвенных, имеющих целью пре­пятствовать осуществлению суверенных прав того или иного государства в отношении его естественных богатств. В то же время в резолюции не содержится каких-либо положений, которые ограничивали бы право госу­дарства национализировать собственность иностранцев или устанавлива­ли бы условия проведения такой национализации Поскольку осуществле­ние национализации относится к внутренней компетенции государства, ни один международный орган не может обсуждать меры по национализации собственности иностранцев. Это положение нашло свое подтверждение также в решении Международного суда ООН, который признал себя не­компетентным рассматривать жалобу правительства Великобритании (1951 г.) в связи с национализацией Ираном Англо-Иранской нефтяной компании.

Таким образом, с точки зрения современного международного права право осуществлять национализацию собственности, в том числе собст­венности иностранных граждан и компаний, является бесспорной преро­гативой суверенного государства.

3. Международное публичное право признает право государства на проведение национализации, но оно не регулирует и не может регулиро­вать отношения собственности, возникающие между государством и част­ными физическими и юридическими лицами. Условия проведения нацио­нализации определяются не международным правом, а внутренним правом государства, осуществляющего национализацию.

При всех отличиях, связанных с историческими, политическими и эко­номическими условиями проведения национализации в различных странах, с точки зрения проблематики международного частного права важно вы­явление некоторых общих черт, характерных для правовой природы наци­онализации

Во-первых, всякий акт национализации это акт государственной власти, во-вторых, это социально-экономическая мера общего характера,


170                                        Глава 7. Право собственности

а не мера наказания отдельных лиц; в-третьих, национализация может осу­ществляться в отношении собственности вне зависимости от того, кому она принадлежит (отечественным или иностранным физическим и юриди­ческим лицам); в-четвертых, каждое государство, проводящее национали­зацию, определяет, должна ли выплачиваться иностранцам компенсация за национализированную собственность, а если должна, то в каком разме­ре. Внутренний закон государства может предусмотреть предоставление компенсации, условия и время ее выплаты, что имело место в ряде стран.

В качестве примера можно привести ст. 3 иракского закона № 59 от 1 июня 1972 г. о национализации «Ирак петролеум компани», в которой указывалось, что иракское государство уплатит ей компенсацию. Однако из этой компенсации, согласно закону, должны быть вычтены долги ком­пании (налоги, местные долги, связанные с операциями) и суммы, которые причитаются иракскому государству.

В 1973 году Генеральная Ассамблея ООН подтвердила право освобо­дившихся государств самим определять формы и размер компенсации (ре­золюция 3171/XXXVIII).

Вместе с тем государство как сторона в международном договоре о вза­имной защите инвестиций может принять на себя обязательства не осу­ществлять меры по принудительному изъятию капиталовложений, в том числе путем национализации, реквизиции или конфискации в администра­тивном порядке. Такое обязательство Советского Союза (также, как дру­гого государства стороны в договоре) содержится в двусторонних со­глашениях о поощрении и взаимной защите капиталовложений, заключен­ных правительством СССР с правительствами Великобритании, ФРГ, Франции, Финляндии и других стран. В этих соглашениях предусматрива­лось, что при национализации иностранных капиталовложений, проведен­ной в случаях, когда этого требуют государственные или общественные ин­тересы, будет выплачиваться компенсация. Она должна выплачиваться без необоснованной задержки, быть конвертируемой и свободно перево­димой с территории одной страны на территорию другой.

Таким образом, Советский Союз, а затем Россия и другие страны СНГ признали в заключенных ими соглашениях принцип быстрой, адекватной и эффективной компенсации (ст. III договора России с США, ст. 5 договора с Кореей). Естественно, что такое признание принципа компенсации не имеет обратной силы и не может быть распространено на национализацию, проведенную в нашей стране в период до заключения этих соглашений.

4. Законы о национализации имеют экстерриториальное действие, то есть должны признаваться и за пределами государства, их принявшего. Это означает, что государство, осуществившее национализацию, должно быть признано за границей собственником как имущества, которое нахо­дилось в момент национализации в пределах его территории, так и нацио-


§ 3. Применение за границей законов о национализации            171

нализированного имущества, находившегося в момент национализации за границей.

В настоящее время, как правило, ни судебной практикой, ни юридичес­кой доктриной стран Запада не оспаривается экстерриториальное дейст­вие законов о национализации в отношении имущества, которое в момент национализации находилось на территории государства, осуществившего национализацию, а затем было вывезено за границу в порядке ведения внешней торговли, в качестве экспонатов на выставки или для иных целей.

Решающее значение для признания судами принципа экстерриториаль­ного действия законов о национализации имела длительная борьба совет­ского государства, которую оно вело за признание своих прав на имуще­ство, приобретенное в силу законов о национализации.

Первым решением, которым было признано экстерриториальное действие со­ветских законов о национализации, было решение Высшего суда Великобритании от 12 мая 1921 г. по делу «А.М. Лютер против Д. Сегора». Суть этого известного дела сводилась к следующему. В августе 1920 г. Наркомвнешторг РСФСР продал англий­ской фирме «Сегор» партию фанеры. До национализации фанера была собственнос­тью акционерного общества «Лютер». Национализированный товар (фанера) в мо­мент национализации находился на складе предприятия общества «Лютер» в Нов­городе. После прибытия фанеры в Великобританию бывшие собственники общества «Лютер» предъявили иск фирме «Сегор» о возврате фанеры. Первоначально иск был удовлетворен, однако при вторичном рассмотрении дела уже после заключения первого торгового договора между РСФСР и Великобританией в 1921 году англий­ский суд отклонил иск. Судья Скретон (Scrutton), в частности, указал, что если Л.Б. Красин (глава советской торговой делегации) привез товары в Англию от имени своего правительства и объявил, что они принадлежат правительству, то ни один анг­лийский суд не может проверять такое заявление. Как заявил судья Варингтон (War-rington), суд не может «входить в рассмотрение вопроса о действительности актов, коими право собственности на спорные товары было изъято от истцов и перенесено на ответчиков». Судьи отвергли довод истца о том, что советские законы о национа­лизации якобы противоречат принципам справедливости и морали и поэтому дейст­вие их не может быть признано в Великобритании.

Из решений судов других стран следует указать на решение федераль­ного суда США от 5 июня 1931 г. по делу о советском золоте (по иску Банка Франции к американским банкам), в котором было признано, что акты национализации должны рассматриваться как действительные (см. гл. 6). В решениях американских судов по делу «правительство США про­тив банкирского дома М. Бельмонт» (1937 г.) и по делу Пинка (1942 г.) было признано экстерриториальное действие советских законов о нацио­нализации в отношении имущества отделений национализированных рус­ских юридических лиц, находившегося в момент национализации на тер­ритории США.

Верховный суд США в своем решении от 2 февраля 1942 г. по иску правитель­ства США к Пинку, ликвидатору американских отделений национализированных русских страховых обществ, указал: «Мы решаем, что право на фонды или на иму­щество, о которых идет речь. было приобретено советским правительством как пре-


172                                       Глава 7. Право собственности

емником «Первого русского страхового общества»: что это право оказалось пере­данном Соединенным Штатам по соглашению с Литвиновым и что Соединенные Штаты имеют право на имущество (фонды) вопреки притязаниям общества и ино­странных кредиторов».

В силу применяемых в каждой стране коллизионных норм моменты возникновения и перехода права собственности определяются по принци­пу lex rei sitae. Отсюда следует, что при рассмотрении иностранными су­дами вопросов, касающихся национализированного имущества, подлежат применению законы государства, осуществившего национализацию.

Признание права собственности государства на национализированное имущество, вывозимое им за границу, является необходимой предпосыл­кой осуществления международной торговли. Без признания экстеррито­риального действия национализации была бы невозможной международ­ная торговля.

Г. Кегель (ФРГ) исходит из необходимости признания иностранной экс­проприации (этим термином он пользуется в своем учебнике по междуна­родному частному праву), а тем самым и применения иностранного права, на основании которого была проведена эта экспроприация. «Право на пер­сидскую нефть, индонезийский табак и чилийскую медь, ввозимые на евро­пейский рынок, пришлось в последние годы признать за новыми господа­ми», писал он. Г. Кегель имеет в виду решения судов ряда стран, выне­сенные в связи с национализацией Англо-Иранской нефтяной компании, решение апелляционного суда Бремена, отказавшего в 1959 году в иске двум голландским обществам в отношении несколкьих тысяч тюков табака, закупленных западногерманской фирмой в Индонезии, а также решения, вынесенные в отношении национализации, проведенной правительством С. Альенде в Чили. В этих решениях судов были отвергнуты домогательства бывших собственников на национализированное имущество и признано экстерриториальное действие актов о национализации в отношении иму­щества, находившегося в момент национализации в стране, где она была проведена, и вывезенного затем за границу. Вспоследствии в силу измене­ний, происшедших в Индонезии, правительство этой страны приняло реше­ние о возвращении прежним владельцам ранее национализированных предприятий. Однако решение западногерманского суда в Бремене об ин­донезийском табаке сохраняет свое принципиальное значение.

В решении французского суда от 16 июня 1993 г. по искам И. Щукиной и И. Коновалова к Российской Федерации, Государственному Эрмитажу и Музею имени А. С. Пушкина суд признал, что акт национализации это акт государственной власти. И особенно важно, что факт проведения на­ционализации без компенсации собственности не меняет природы акта на­ционализации как акта осуществления суверенитета государства со всеми вытекающими отсюда последствиями.


§ 3. Применение за границей законов о национализации            173

5. Если право собственности на вывезенное за границу национализи­рованное имущество получило повсеместное признание, то иное положе­ние сложилось в судебной практике государств Запада в отношении наци­онализированного имущества, находившегося в момент национализации за границей. Суды ссылаются при этом на то, что приобретение права соб­ственности на имущество может определяться исключительно законами страны его места нахождения. С этим обоснованием нельзя согласиться. Если обратиться к практике проведения национализации советским госу­дарством, то следует прежде всего отметить, что по советскому законода­тельству не имело юридического значения, где находилось имущество на­ционализируемого предприятия в момент национализации, поскольку на­ционализация распространяется на все такое имущество, независимо от места его нахождения. В большинстве случаев речь шла о том, что за гра­ницей находились лишь отдельные составные части национализированно­го имущественного комплекса, отдельные вклады в банках, отдельные имущественные требования (права и т.п.). Что же касается филиалов на­ционализированных юридических лиц, то личный закон юридического лица регулирует, согласно признанным повсеместно правилам междуна­родного частного права, порядок ликвидации такого юридического лица и предусматривает, какие последствия при этом наступают.

«Судьба зарубежного имущества национализированных предпри­ятий, отмечает Л.А. Лунц в своей работе «Международное частное право», может определяться лишь законом той страны, к которой дан­ное предприятие принадлежало в момент национализации. Например, бывшие русские частные банки и русские страховые общества, уставы ко­торых были в свое время утверждены в России в соответствии с действу­ющими в то время российскими законами и правления которых находились в Петербурге или Москве, имели, очевидно, русский личный статут. На­ционализация их по декретам советского правительства не могла не полу­чить экстерриториального действия». ,

Юридическая доктрина на Западе выдвинула целый ряд возражений, призванных обосновать неправомерность актов о национализации, прово­димой в других странах.

Некоторые авторы, в частности, утверждают, что национализация не должна приводить кдосрочному и одностороннему прекращению концесси­онного договора. Такой аргумент приводился в Великобритании и других странах после национализации Египтом Компании Суэцкого канала и в ряде других случаев. Эти юристы утверждают, что соглашение о концес­сии это квазимежоународный договор, к которому применяется принцип pacta sunt servanda, и соответственно поэтому досрочное прекращение та­кого договора в силу акта о национализации следует рассматривать как международный деликт. Между тем этот довод не исходит из действитель­ной правовой природы концессионного договора. Концессия не может ре-


174                                       Глава 7 Право собственности

гулироваться международным правом, это обязательство, которое регу­лируется внутренним правом (см. гл. 6). Без прекращения концессий наци­онализация в большинстве случаев вообще была бы невозможной, по­скольку иностранные монополии осуществляют эксплуатацию естествен­ных богатств развивающихся стран на основе концессионных договоров.

6. Признание одним государством национализации собственности его граждан и юридических лиц, проведенной другим государством, часто ста­новится в международной практике предметом международных соглаше­ний. В таком соглашении могут быть урегулированы и взаимные имуще­ственные претензии, возникшие в связи с проведением национализации. Урегулирование подобных претензий вытекает из самого факта признания действия национализации.

Первым соглашением такого рода в советской договорно-правовой практике был советско-германский договор, заключенный в Рапалло 16 апреля 1922 г. По ст. 2 договора Германия признала национализацию, проведенную в Советской России, поскольку она прямо отказалась от предъявления претензий в отношении имущества германских граждан, на­ционализированного советским государством без какой-либо компенса­ции, «при условии, что правительство РСФСР не будет удовлетворять ана­логичные претензии других государств».

Советско-американским соглашением 1933 года (соглашением Литви­нов Рузвельт), а затем обменом нотами в 1937 году по вопросу об уре­гулировании долговых претензий и претензий на национализированное имущество со стороны США была признана национализация, проведенная советским государством. Правительство США получило от СССР право истребования некоторого находящегося на территории Соединенных Шта­тов Америки имущества, перешедшего к советскому государству в силу за­конов о национализации.

Советский Союз заключал соглашения, касавшиеся вопросов нацио­нализации, проведенной в Прибалтийских республиках, с Великобрита­нией (1968 г.), Данией (1964 г.), Нидерландами (1967 г.), Норвегией (1959 г.), Швецией (1941 и 1964г.).

Принцип взаимного зачета финансовых и имущественных претензий, возникших до 9 мая 1945 г., был положен в основу соответствующего со­глашения между Россией и Францией об окончательном урегулировании взаимных финансовых и имущественных требований, возникших до мая 1945 г. Оно было заключено 27 мая 1997 г. Согласно ст. 1 соглашения, французская сторона не будет ни от своего имени, ни от имени француз­ских физических и юридических лиц предъявлять или иным образом под­держивать требования, касающиеся претензий по займам и облигациям (имеются в виду претензии по займам Российской империи, Временного правительства), интересам и активам, в отношении которых французские лица «были лишены прав собственности или владения» (имеются в виду


175


§ 4 Правовое регулирование иностранных инвестиции


 


претензии по национализации, проведенной после Октябрьской револю­ции), претензии по долгам правительства Российской империи, прави­тельств, пришедшим им на смену, правительства СССР.

Соответственно, согласно ст. 2 соглашения, со стороны России не будут предъявляться требования в отношении ущерба, причиненного во время интервенции 1918—1922 годов, требования в отношении активов во Франции и переданного золота, в том числе и так называемого колча-ковского золота.

В возмещение претензий Россия обязалась выплатить до 2000 года Франции определенную сумму в долларах. Полученные средства будут рас­пределяться во Франции среди французских физических и юридических лиц в соответствии с действующим французским законодательством. Из этого соглашения следует, что, в частности, у французских держателей об­лигаций по займам или лиц, собственность которых была национализиро­вана в России без выплаты компенсации, возникнут соответствующие от­ношения с правительством Франции, а не России.

§ 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций

1. В большинстве западных государств (США, ФРГ, Франция, Вели­кобритания, Япония и др.) нет специальных законодательных актов об иностранных инвестициях; к ним применяется общее законодательство, регулирующее хозяйственную деятельность, антитрестовское законода­тельство, налоговое, валютное, банковское и др. Специальные законы об иностранных инвестициях принимались, как правило, в государствах Азии, Африки и Латинской Америки, в социалистических странах. В КНР, на­пример, было принято несколько сотен законов и подзаконных актов, ре­гулирующих иностранные инвестиции. Такие законы были приняты во всех государствах СНГ, а также в Литве, Латвии и Эстонии Основными много­сторонними конвенциями в этой области являются Сеульская конвенция об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций 1985 года и Вашингтонская конвенция об урегулировании инвестиционных спо­ров между государствами и лицами других государств 1965 года.

Каждое государство устанавливает определенный порядок допуска иностранного капитала. В одних странах действует разрешительная (или лицензионная) система (например, в Индии, ряде государств Латинской Америки), в других установлен в принципе свободный доступ капитала. Суть разрешительной системы состоит в том, что инвестору выдается предварительное разрешение (лицензия) на осуществление инвестицион­ной деятельности. Преимущество этой системы состоит в том, что она обеспечивает лучшие возможности для контроля над деятельностью ино­странного инвестора. В то же время установление дополнительных огра-


176                                      Глава 7. Право собственности

ничений для доступа капитала создает большие возможности для корруп­ции административного аппарата, ведающего выдачей разрешений.

При любой системе государство, принимающее инвестиции, может ус­танавливать запреты и ограничения для осуществления иностранными ин­весторами определенных видов деятельности или для осуществления такой деятельности на определенных территориях.

В соответствии с международными соглашениями иностранным инвес­торам должны создаваться стабильные, равноправные, благоприятные и гласные условия. Согласно Договору 1994 года к Энергетической Хартии режим, предоставляемый стороной этого договора (государством) ино­странным инвесторам, должен быть не менее благоприятным, чем тот, ко­торый она предоставляет своим собственным инвесторам или инвесторам любой другой договаривающейся стороны или любого третьего государст­ва, в зависимости от того, какой из этих режимов является наиболее бла­гоприятным. Каждое государство, согласно Договору 1994 года, должно стремиться ограничивать до минимума изъятия из этого режима, последо­вательно устранять существующие ограничения, которые влияют на ин­весторов других договаривающихся сторон.

Правовое положение иностранных инвестиций в развивающихся стра­нах отличается большим разнообразием, что предопределяется сущест­венными различиями в политике этих стран по отношению к иностранному капиталу. В одних странах иностранный капитал ограничивался, подвер­гался государственному контролю, а в ряде случаев национализировался. В одних случаях иностранные капиталовложения ограничивались, а в дру­гих поощрялись путем предоставления определенных льгот и гарантий. Для политики развивающихся государств по отношению к иностранному капиталу часто характерны колебания и изменения. Это объясняется в значительной степени тем, что указанные государства, испытывая острую нехватку ресурсов для капиталовложений, вынуждены прибегать к при­влечению средств извне. Однако иностранные монополии предоставляют инвестиции на таких условиях, которые зачастую идут вразрез с нацио­нальными интересами этих стран.

Правовой режим иностранной собственности определяется прежде всего внутренним законодательством развивающихся стран (горным зако­нодательством, законами о разработке природных богатств, специальны­ми инвестиционными кодексами). В данной области международного част­ного права нормы этого законодательства непосредственно регулируют от­ношения между иностранными частными инвесторами и государством, принимающим инвестиции, то есть, как правило, применяется не колли­зионный, а прямой метод регулирования.

2. К числу важнейших мероприятий по ограничению иностранных ка­питаловложений относятся: а) установление особого государственного контроля за допуском иностранного капитала к разработке недр и естест­


177


§ 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций


 


венных богатств; б) недопущение иностранного капитала в определенные, наиболее важные для народного хозяйства отрасли; в) установление обя­зательной доли участия национального государственного или частного ка­питала в предприятиях, создаваемых иностранными фирмами (в смешан­ных обществах); г) мероприятия, направленные на использование какой-то части прибылей иностранных предприятий для внутренних нужд разви­вающейся страны (налогообложение, ограничения при переводе прибы­лей за границу и т.п.); д) определение концессионной политики.

Инвестиционные кодексы предусматривают обычно несколько режи­мов для иностранных инвестиций, причем особо привилегированный режим устанавливается для предприятий, требующих крупных капитало­вложений и создаваемых в тех отраслях экономики, в которых наиболее за­интересована развивающаяся страна. Основные льготы, предоставляемые привилегированным режимом, обычно следующие: освобождение от тамо­женных пошлин при ввозе оборудования и сырья, необходимого для стро­ительства и деятельности предприятия; полное или частичное освобожде­ние в течение определеного срока от налога на прибыли; беспошлинный вывоз готовой продукции; право полного или частичного перевода прибы­лей за границу; предоставление гарантий на случай национализации и т.п.

В государствах Латинской Америки были приняты специальные законы об иностранных капиталовложениях, устанавливающие порядок перевода прибылей за границу и другие условия иностранных капиталовложений. Например, такой закон действует в Мексике с 8 мая 1973 г.

3. Подробное регулирование правового режима иностранных инвести­ций имеется в тех государствах (КНР, Польша, Венгрия и др.), которые проводят активную политику привлечения иностранного капитала и ис­пользования его для решения задач экономического развития своих стран.

В ст. 18 Конституции КНР 1982 года говорится, что «Китайская На­родная Республика разрешает иностранным предприятиям и другим ино­странным хозяйственным организациям либо отдельным лицам в соответ­ствии с законами Китайской Народной Республики вкладывать капиталы в Китае, осуществлять в различных формах экономическое сотрудничество с китайскими предприятиями или другими китайскими хозяйственными ор­ганизациями». В КНР принят ряд нормативных актов, касающихся созда­ния предприятий, основанных на китайском и иностранном капитале или же полностью принадлежащих иностранному капиталу. В смешанных предприятиях доля капиталовложений иностранных участников должна составлять не менее 25%. Верхний предел не оговаривается. В установ­лении этого минимума состоит одна из особенностей законодательства КНР, поскольку в законодательстве ряда других стран ограничивается максимум иностранного участия (он может быть не более 50 или 49%). В китайских комментариях к соответствующим законодательным актам обычно подчеркивается, что ограничение по минимуму участия должно

12-872


178                                        Глава 7. Право собственности

способствовать серьезным и значительным иностранным капиталовложе­ниям.

Во Вьетнаме постановлением Совета Министров от 18 апреля 1977 г. был утвержден Устав иностранных капиталовложений.

4. Регулирование иностранных инвестиций осуществляется в РФ путем применения к иностранным инвесторам общего законодательства страны и прежде всего ГК, Закона об акционерных обществах от 26 декабря 1995 г., Закона об обществах с ограниченной ответственностью от 9 фев­раля 1998 г., а также законодательства о недрах, налогового, валютного, банковского, таможенного и иного законодательства. 4 июля 1991 г. был принят Закон об иностранных инвестициях.

Во многих субъектах РФ принято собственное законодательство (в пределах предоставленной субъектам компетенции), способствующее улучшению инвестиционного климата, созданию благоприятных условий деятельности иностранных инвесторов. Основными мерами при этом яв­ляются освобождение от региональных налогов при соблюдении инвесто­рами определенных условий; отсрочка налоговых, арендных и иных плате­жей; предоставление беспроцентных ссуд и гарантий местных органов власти и др.

Приведем некоторые примеры.

,.,      В Новгородской области предприятия с иностранным капиталом производствен­ной направленности освобождаются от уплаты всех налогов и платежей в местные бюджеты до полной окупаемости вложенных средств. Московская область предо­ставляет налоговые льготы инвесторам, направляющим средства в производствен­ный сектор, при условии, что объем инвестиций составляет не менее 1 млн. долл., а срок их окупаемости не превышает трех лет.

Специальные законодательные акты об иностранных инвестициях были приняты кроме России на Украине, в Белоруссии, Казахстане, Кир­гизии, Узбекистане, Таджикистане, Туркменистане, Азербайджане, Мол­давии, Грузии, Армении, а также в странах Балтии: Литве, Латвии и Эс­тонии.

Согласно российскому Закону об иностранных инвестициях от 4 июля 1991 г., иностранными инвестициями являются все виды имущественных и интеллектуальных ценностей, вкладываемых иностранными инвестора­ми в объекты предпринимательской и других видов деятельности в целях получения прибыли (дохода).

Иностранные инвесторы имеют право осуществлять инвестирование на территории России путем:

долевого участия в предприятиях, создаваемых совместно с россий­скими юридическими лицами и гражданами;

создания предприятий, полностью принадлежащих иностранным инвесторам, а также филиалов иностранных юридических лиц;


§ 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций            179

приобретения предприятий, имущественных комплексов, зданий, сооружений, долей участия в предприятиях, паев, акций, облигаций и дру­гих ценных бумаг, а также иного имущества, которое в соответствии с дей­ствующим на территории России законодательством может принадлежать иностранным инвесторам;

приобретения прав пользования землей и иными природными ре­сурсами;

приобретения иных имущественных прав;

иной деятельности по осуществлению инвестиций, не запрещенной действующим на территории России законодательством, включая предо­ставление займов, кредитов, имущества и имущественных прав.

На вопросе о возможности для иностранных инвесторов (иностранных юридических лиц и граждан) иметь право собственности на земельные участки в России следует остановиться особо. При создании предприятия с иностранными инвестициями или при участии иностранного инвестора в приватизации возникает вопрос о том, имеет ли такое предприятие право собственности на земельный участок, на котором находится или будет по­строено соответствующее здание, или же такой участок предоставляется только на условиях пользования. Согласно принятому в 1991 году Земель­ному кодексу РСФСР, единственным правовым основанием использова­ния земельных участков предприятиями с иностранными инвестициями была только аренда (ст. 13). Другим нормативным актом, регулирующим земельные отношения, в котором упоминались иностранные инвестиции, был Указ Президента РФ от 27 октября 1993 г. «О регулировании земель­ных отношений и развитии аграрной реформы в России». Указом было ус­тановлено, что граждане и юридические лица собственники земельных участков имеют право передавать земельный участок или его часть в ка­честве взноса в уставные фонды (капиталы) акционерных обществ, това­риществ, кооперативов, в том числе с иностранными инвестициями. Од­нако до 1 января 1998 г. в России не был принят новый Земельный кодекс, призванный решить наряду с другими и вопросе праве собственности ино­странцев, в том числе и инвесторов, на землю. Господствующая точка зре­ния исходит из того, что для предприятий с иностранными инвестициями должно быть сохранено только право пользования земельными участками, в частности, на условиях аренды. Иностранным лицам, а также предпри­ятиям с иностранными инвестициями не должно предоставляться право собственности на землю в России.

Иностранные инвестиции на территории России могут вкладываться в любые объекты, на запрещенные для таких инвестиций законодательст­вом, хотя под иностранными инвестициями понимаются все виды имуще­ственных и интеллектуальных ценностей, вкладываемых иностранными инвесторами в целях получения прибыли (дохода). Несмотря на это, каза­лось бы, общее определение, законодательство России об иностранных

12*


180


Глава 7. Право собственности


 


инвестициях в основном регулирует отношения, возникающие в связи с со­зданием предприятий с иностранными инвестициями (см. гл. 5).

В ст. 2 Закона от 4 июля Г991 г. дается понятие иностранных инвести­ций, а в ст. 3 и 4 конкретизированы ее формы и объекты. При создании совместных предприятий должны быть определены вклады как россий­ских, так и иностранных участников (их характер, размер и т.д.).

Согласно ст. 6 закона государство гарантирует, что иностранным ин­вестициям будет предоставляться полная и безусловная правовая защита, их режим не должен быть менее благоприятным, чем режим, предостав­ляемый отечественным инвесторам. В России иностранным инвестициям предоставляются гарантии от национализации и иных мер, от незаконных действий государственных органов и их должностных лиц. В соответствии со ст. 7 Закона об иностранных инвестициях в РСФСР иностранные ин­вестиции в РСФСР не подлежат национализации и не могут быть подверг­нуты реквизиции или конфискации, кроме исключителных, предусмотрен­ных законодательными актами случаев, когда эти меры применяются в об­щественных интересах. В отношении предусмотренных мер законодатель­ство исходит из следующих принципов:

1) принудительные меры в отношении иностранных инвестиций не должны носить дискриминационного характера;

2) в случаях национализации и реквизиции иностранному инвестору должна выплачиваться быстрая, адекватная и эффективная компенсация;

' 3) компенсация должна выплачиваться в той валюте, в которой перво­начально были осуществлены инвестиции, или в любой другой иностран­ной валюте, приемлемой для иностранного инвестора.

Так называемая дедушкина (или стабилизационная) оговорка предус­мотрена в законодательстве Армении, Белоруссии, Молдавии, Казахстана, Узбекистана и других государств участников СНГ. Так, ст. 6 Закона Казахстана от 19 июня 1995 г. «Об иностранных инвестициях» предусмат­ривает, что в случае ухудшения положения иностранного инвестора в ре­зультате изменения условий законодательства в течение 10 лет будет при­меняться законодательство, действовавшее в момент осуществления ин­вестиций, а по инвестициям, осуществляемым по долгосрочным (свыше 10 лет) контрактам, заключенным с уполномоченными государственными органами, до окончания срока действия контракта, если им не предус­мотрено иное. Эта оговорка не распространяется на изменение законода­тельства в области обеспечения обороноспособности, национальной без­опасности страны, в сфере экологической безопасности, здравоохранения и нравственности.

Несколько иначе решен вопрос о гарантиях при изменении законода­тельства в Татарстане. В случае принятия в этой республике актов, содер­жащих нормы, ухудшающие положение иностранных инвесторов, уже осу­ществляющих свою деятельность на территории Татарстана, они будут


§ 4. Правовое регулирование иностранных инвестиций            181

применяться только по истечении трех лет с момента их вступления в силу (ст. 11 Закона об иностранных инвестициях в Республике Татарстан от 19 июля 1994 г.).

В феврале 1997 г. Государственной Думой РФ был принят законопро­ект, в котором дедушкина оговорка звучала так: «Если будет принят фе­деральный закон или иной акт в сфере налогообложения или администра­тивно-правового регулирования, которые ухудшают экономические ре­зультаты деятельности организации с иностранными инвестициями, она вправе обратиться в уполномоченный правительством орган с требовани­ем обеспечить применение законодательства, действовавшего на дату ре­гистрации организации» (срок действия этой оговорки пять лет).

В отношении соглашений о разделе продукции проблема стабильности условий соглашений была решена Федеральным законом о соглашениях о разделе продукции от 30 декабря 1995 г. Согласно этому закону, в случае, если в течение срока действия соглашения законодательством РФ, зако­нодательством субъектов РФ и правовыми актами органов местного само­управления будут установлены нормы, ухудшающие коммерческие резуль­таты деятельности инвестора, в соглашение должны быть внесены соот­ветствующие изменения (п. 2 ст. 17).

В соответствии с Законом об иностранных инвестициях Государствен­ной Думой РФ в 1997 году был утвержден перечень видов деятельности, в отношении которых запрещается допуск иностранных инвестиций. Кроме того, в отношении точек приложения капитала для иностранных инвесто­ров требуется получение разрешения правительства (законопроект «О перечне отраслей, видов деятельности и территорий, в которых запрещай ется или ограничивается деятельность иностранных инвесторов»).

Для России как правопреемника СССР действуют соглашения о содей­ствии и защите инвестиций, заключенные СССР.

Основные положения договоров о взаимной защите инвестиций соот­ветствуют международной практике заключения инвестиционных согла­шений. При их разработке Советский Союз, а затем Россия и другие госу­дарства СНГ учитывали опыт других государств, касающийся содействия осуществлению и защите капиталовложений. Однако имеются и различия, отражающие как компромиссный характер переговоров, так и особеннос­ти подхода различных стран к инвестиционному сотрудничеству.

Наряду с определением понятия инвестиций обычно эти соглашения включают четыре основных обязательства, которые государства принима­ют на себя в связи с деятельностью на их территории инвесторов другого государства. В частности, договаривающиеся стороны обязуются созда­вать благоприятный режим для капиталовложений инвесторов и связан­ной с ними деятельности, обеспечивать надлежащую защиту иностранной собственности, предоставлять инвестору возможность беспрепятственно­го перевода своих доходов. Государства соглашаются также на рассмотре-


182                                      Глава 7. Право собственности

ние споров по вопросам капиталовложений с инвестором в международ­ном арбитраже.

В чем смысл заключения двусторонних соглашений? Во-первых, бла­годаря такому договору каждое из заключивших его государств получает возможность для обеспечения реализации прав своих граждан в другой стране.

Во-вторых, для иностранного инвестора из любой страны, несомненно несущего определенный риск, принципиально важно, чтобы принимающее государство предоставляло надлежащую защиту и обеспечивало безопас­ность его капиталовложений в этой стране. Наличие таких гарантий не только во внутреннем законодательстве, но и в международном соглаше­нии рассматривается как стремление принимающего государства обеспе­чить максимальную сохранность иностранной собственности и не прини­мать мер по ее принудительному изъятию.

В-третьих, создание договорного регулирования дает определенную га­рантию применения предусмотренного соглашением режима для инвести­ций вне зависимости от того, какие изменения, в том числе и законода­тельные, могут иметь место в стране партнере по договору в будущем.

Все соглашения предусматривают правила о порядке разрешения спо­ров между странами, заключившими такой международный договор, отно­сительно его толкования и применения. По предложению любой из сторон могут быть проведены консультации по этим вопросам. Споры должны по возможности разрешаться путем переговоров. Если таким образом спор не урегулирован, то по требованию одной из сторон он будет передан на рассмотрение третейского суда. Договоры с Кореей и Турцией, например, предусматривают, что спор передается в третейский суд, если он не будет разрешен путем переговоров по дипломатическим каналам в течение шести месяцев. Третейский суд создается для каждого конкретного случая. Он состоит из трех членов и формируется следующим образом. Каждая сторона назначает по одному члену третейского суда, и оба члена догова­риваются о кандидатуре гражданина третьего государства на пост предсе­дателя суда. Если в течение определенного в соглашении срока (два месяца для члена суда и три месяца для председателя третейского суда) они не будут выбраны, то тогда они назначаются председателем Международного суда ООН (ст. 9 договора с ФРГ, ст. 10 договора с Кореей, ст. 7 договора с Турцией).

Постановлением Правительства от 11 июня 1992 г. был одобрен в ка­честве основы для переговоров типовой проект соглашения между Прави­тельством РФ и правительствами иностранных государств о поощрении и взаимной защите капиталовложений. Типовой проект России предусмат­ривает в этом случае возможность обращения к Генеральному секретарю ООН с просьбой произвести необходимые назначения.


§ 5. Иностранные инвестиции в свободных экономических зонах        183